Текст книги "Похищенная пришельцем (ЛП)"

Автор книги: Аманда Мило

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Девушка больше не плакала.

Если бы я знал, что ей требовался только поцелуй…

Я грустно улыбнулся.

Вот тогда Энджи приблизилась, нарушая мое личное пространство, и осторожно предложила мне свои губы.

Она немного высунула язычок.

Я застонал.

Она не упустила эту возможность и лизнула мои губы. В этот момент мой разум… перестал функционировать.

Девушка воспользовалась этим, сплетая наши языки, и немного сместилась на моих коленях, сжимая ногами мои ребра. Усилием воли я убрал ладонь с ее плеча и ослабил хватку на волосах Энджи, так как сейчас не мог доверять самому себе.

Она прикоснулась ко мне, сначала нерешительно, но очень быстро осмелела, предвосхитив мои ожидания. Я намеревался остановить Энджи с помощью удерживающего трюка, о котором когда-то слышал.

Но, видимо, меня неправильно проинформировали.

Потому что как только я схватил принцессу за запястья и слегка прикусил ее плечо зубами, при этом не выпуская клыки, то девушка лишь сильнее воспламенилась.

Не буквально, конечно. Энджи похотливо, страстно, соблазнительно ахнула и начала тяжело дышать – возможно потому, что ее носовые пазухи забились из-за недавних рыданий, но я надеялся, что это все же была страсть. Намеренно или инстинктивно, но Энджи стала извиваться.

Возможно, она просто хотела изменить положение своего тела. Но теперь ее место для спаривания оказалось прямо над моим махом, а незначительное трение было божественным…

И слишком коротким. Я пытался напомнить себе, что еще несколько секунд назад девушка плакала… и в этот момент я ощутил это.

Я никогда не был близок с груфалой, чтобы почувствовать все на собственном опыте, но слышал, что их феромоны могли довести хобса до безумия, так как были невероятно сильны.

Запах Энджи практически лишил меня рассудка.

Я попытался быстро оценить мое внутреннее состояние, на которое, как я надеялся, не оказал чрезмерного влияния поток возбуждения, поразивший мой организм. Итак, что я знал: физически Энджи имела все внешние признаки… зрелости. Но ее миниатюрность. Хм. К тому же…

Когда ее ладонь оказалась на моем колене, из моей головы исчезли все связные мысли. Какой смысл? Этот запах!

Инстинкт приказывал мне перевернуть Энджи и взять. Он буквально бурлил во мне, призывая обездвижить девушку, укусить, войти внутрь.

Энджи нежно прикоснулась к моей челюсти. Это было ласковое невинное касание, из-за которого я еле сдержал себя. Мое дыхание участилось, и я взглянул на девушку.

На ее лице отражалась нерешительность. Тевек!

Застонав, я снова упал на спину, покорно лежа под Энджи. Интересно, как хобсы умудрялись справляться. Существовал риск затащить груфалу в постель, хотя для нее это было еще слишком рано. Ему рассказывали, что более взрослые груфалы обладали опытом и проницательностью, поэтому тщательно отбирали мужчин, достойных посетить их комнату. Молодые принцессы часто экспериментировали и быстро отказывались от связи с хобсом. Не холодно и не намеренно. Но для хобса было разрушительно покидать женщину после того, как та получила от него все, что хотела. Впрочем, как и для ракхии.

Они разрешали молодой груфале пользоваться ими, как инструментами, чтобы научиться радости соблазнения, повышая свое мастерство. Позволяли ей потакать своим желаниям, задавать темп и прикасаться к их телам. Но хобсы никогда не преступали дозволенную грань.

Эти мужчины заслуживали огромного уважения.

Несмотря на возможность отказа, я решил остаться на месте, позволяя Энджи изучить все, что она хотела, чтобы больше не видеть в ее глазах печаль, которая сверкала там несколько мгновений назад. Возможно, ее грусть все же сменится благосклонностью.

Девушка попыталась схватить мои запястья… а затем…

Затем она укусила меня.

Ну, на самом деле, не совсем. Энджи просто слегка сжала мою плоть зубами, не прокусив. Жаль, конечно, но это уже было гораздо большим, нежели я ожидал.

Так близко к тому, чего я жаждал. Я даже не осознавал, насколько сильно хотел этого, пока принцесса не оцарапала зубами мою кожу, пробуя и разжигая во мне огонь похоти.

Я ощутил, как в моей носовой полости зарождается гул. Если Энджи не остановится, то я громко зарычу, вот только тогда наше пребывание здесь не останется не замеченным. Но девушка не собиралась останавливаться. На самом деле… я и не хотел этого. Да, да, теперь я понимал, почему не мог охладить свой пыл в отношении Энджи. Вместо того, чтобы сдерживать свои порывы, я безумно хотел принцессу. Неужели она действительно имела в виду…

Ее бедра содрогнулись над моими, и я прокусил свою губу клыками. Я не делал подобного с тех пор, как был ребенком.

Она снова сделала это движение, поэтому я подался бедрами навстречу, чуть не сбросив Энджи. Девушка завалилась вперед, предотвратив свое падение с помощью ладоней, которые теперь упирались в мою грудь. Я застыл.

А вот Энджи пришла в восторг.

– Вау! – захихикала она, а затем прошептала: – Просто позволь, хм, осчастливить тебя, детка…

Энджи наклонилась, чтобы снова поцеловать меня.

Я слегка приподнялся, отважно сопротивляясь желанию толкнуть девушку на спину и прижать к полу своим телом. Из-за подобных мыслей мне пришлось закрыть глаза, изо всех сил сдерживая желание. В отличие от ее вида, мужчины ракхии были инициаторами спаривания. Они, как правило, всегда доминировали. Но я мог контролировать свои низменные побуждения. Я мог это сделать.

Энджи села на мой член.

Мои рога врезались в стену стойла, когда я запрокинул голову назад. Девушка ахнула и прикрыла свой рот рукой, заглушая счастливый переливистый смех.

Мой живот свело. Ведь молодые принцессы издавали именно такой звук? Я был уверен, что взрослые груфалы не умели смеяться.

Сколько же Энджи лет?

Глава 10

ЭНДЖИ

Ну, события развивались очень интересно.

Чем я вообще занималась?

Кроме хихиканья.

Как будто мне снова двенадцать.

Но я давала себе поблажку. Честно говоря, я не знала, насколько далеко все зайдет, но точно понимала, что мне хорошо.

Арох ощущался великолепно.

Арох заставлял меня чувствовать себя великолепно.

Теперь я не ощущала – вроде бы – жалости к себе.

Поэтому мне хотелось, чтобы эти эмоции не угасали.

Арох был привлекательным, а его внимательность жутко меня возбуждала. Если бы он был мужчиной, то вопросов бы не возникло. Вернее, если бы он был человеком. Арох точно являлся – я потерлась бедрами о значительную толщину – мужчиной. Определенно мужчиной. В какой-то момент его тело напряглось, и Арох посмотрел на меня… Тогда меня накрыл небольшой приступ паники из боязни, что он сойдет с ума, а я не смогу его остановить. Но, как всегда, Арох был очень нежен. Я бы даже сказала, осторожен.

Осторожен? Заботлив.

На самом деле, Арох вроде бы казался немного нерешительным и находящимся на грани, из-за чего мое любопытство и влечение лишь возросло. Я пришла к выводу, что мне стоило быть посмелее, поэтому провела губами по его горлу, чуть не замурлыкав от того, как мужчина задрожал от моих прикосновений.

Я откинулась назад, в ожидании. Теперь Арох тоже тяжело дышал, пристально глядя на меня и – возможно, это было бессознательное движение – массируя мои бедра. А вернее, мою задницу.

Но неожиданно Арох закрыл глаза и стал совершенно неподвижным.

Возможно, он противился, потому что я так сильно отличалась от него? Это можно было понять. Я и сама изо всех сил пыталась игнорировать наши различия. И все же меня немного удивляло, что у мужчины возникли проблемы из-за этого. К примеру, я никогда не видела инопланетян раньше, но он-то все время наблюдал за отношениями инопланетян-с-другими-инопланетянами-и-еще-какими-то-инопланетянами. Пока мы гуляли, то натыкались на пары различных видов пришельцев, – а иногда на трио и еще больше – которые сновали повсюду.

Поэтому я пришла к выводу, что дело не в наших различиях. По крайней мере, Арох все равно желал меня несмотря на то, что я странно выгляжу. Нет, определенно – я снова пошевелилась, и это заставило мужчину закусить свою губу… клыками – моя внешность не была проблемой для Ароха.

Чтобы проверить теорию, я стянула платье.

И мужчина сорвался.

– Энджи! – в его голосе сквозило удивление с примесью ужаса.

Я ухмыльнулась, смотря на него сверху вниз. Ага. Полуобнаженная женщина действовала на полностью одетого парня также горячо, как и на Земле. За исключением, ну, понимаете, что парень был пришельцем.

Появилась новая категория порно.

Я взяла его холодную руку и поднесла к своей груди. И немного подпрыгнула. Бррр.

– Энджи! – на этот раз его голос напоминал скрип старых заржавевших петель. Это было так непохоже на глубокий красивый голос мужчины, что я расхохоталась.

«Ладно, ладно. Возможно, это больше напоминало чертово хихиканье».

Мой смех произвел на Ароха эффект «ведра с ледяной водой». Он отдернул от меня руку и попытался встать, но его рога застряли в стене стойла. Мужчина поморщился, затем в защитном жесте приложил свою ладонь к моему лбу, резко дернул головой и, вуаля, рога вновь были свободны.

Я вздохнула, наблюдая, как его мышцы перекатываются под кожей от каждого движения.

В этот момент Арох схватил меня за бедра и бросил в опилки.…

…рядом с собой?

– Ай, – захныкала я, а когда он бросил на меня горячий и обжигающий взгляд, то попыталась скрыть восторг.

Арох сощурил глаза.

Он все еще тяжело дышал, когда начал говорить. Несмотря на то, что я не поняла ни слова, тон мужчины натолкнул меня на мысль, что он приказывал мне остыть и больше не искушать его. Когда я усмехнулась, Арох лишь вздохнул и покачал головой. Его следующие слова напоминали рычание.

Он понял, что это не произвело должного эффекта, так как я продолжала глупо улыбаться в стиле «ха-ты-такой-сексуальный-когда-злишься».

В итоге Арох повернулся ко мне спиной, а я вновь натянула на себя платье, потому что, чеерт вооозьми, испытывала жуткий холод, когда не находилась на своем пришельце, – я использовала именно эту фразу, так как у нас все же не было полноценного секса, но мы оба желали этого, что заставляло меня задуматься, почему он спустил все на тормоза.

Может, ему не нравился такой типаж людей. Может, в отличие от других пришельцев, которых мы видели, его виду было запрещено заниматься любовью с какой-то другой расой. На самом деле, я больше не видела подобных пришельцев с тех пор, как последние два попрощались с нами, так что, возможно, его вид старался держаться подальше от других инопланетян.

Просто вспомните, что случилось с девушкой расы моего пришельца. Инопланетяне забрали ее из семьи и запихнули в клетку. Те же инопланетяне забрали меня и тоже запихнули в клетку. По моему мнению, держаться в стороне от инопланетян было чертовски прекрасным правилом. Вы и сами это знаете. За исключением очень маленькой горстки хороших пришельцев, с которыми я контактировала.

А возможно, у Ароха на родине осталась семья.

Я замерла.

Ох, черт… Что, если все это время Арох просто проявлял ко мне доброту и помогал скрыться, но на самом деле дома его ждала миссис рогатая инопланетянка?

Я стала инопланетной разлучницей.

Я подтянула колени и ощутила, как мой желудок словно завязался в узел. Почему мне не пришло это на ум раньше?

Какая же я дура, потому что настаивала на большем.

Данный факт заставлял меня чувствовать себя очень плохо.

Я прижалась лбом к своим коленям.

– Энджи?

Я ничего не ответила. Даже не пошевелилась. Я была подавлена. Напугана. Чувствовала отвращение к самой себе.

– Энджи? – теперь в его голосе звучало беспокойство.

Я ощутила, как рука Ароха парит над моими волосами, как будто он боялся прикоснуться ко мне. Видимо мужчина переживал, что я вновь на него наброшусь. Я съежилась.

Он произнес какое-то слово, будто ругнувшись.

Тьфу, почему я не предположила, что у Ароха уже мог кто-то быть? Мой пришелец был невероятно горяч, даже для меня – а может, особенно для меня. Эй, я видела множество инопланетян за последние пару дней, и этот парень определенно выигрывал во всем, определенно. Конечно, Ароха уже захомутали.

Я застонала. От унижения. Видимо, для того, кто не являлся человеком, мой стон показался признаком боли.

– Энджи! – Мужчина схватил меня и попытался поднять мое лицо. Это было несложно, так как Арох был примерно в тысячу раз сильнее меня, мышцы на моей шее просто отказывались сопротивляться. Я прищурилась, пытаясь заставить себя посмотреть ему в глаза. Но не смогла. Тем не менее, я сумела ясно и четко определить выражение его лица. Великолепно. Я действительно напугала Ароха.

– Со мной все в порядке, – прошептала я.

– Куи зэхт лау кжанал? Двирт.

Я пожала плечами.

– Конечно, пожалуй, мы так ничего и не проясним, потому что не можем поговорить друг с другом. Но я хочу, чтобы сейчас мой тон был холоден. Я не буду спрашивать тебя о наличие двоих детей и инопланетной собаки за инопланетным заборчиком… Но, скорее всего, твоя столь же прекрасная, милая, чудесная инопланетная жена, наверное, сейчас волнуется и хочет быть уверена, что ты верен и отказал мне, хотя я была готова изнасиловать тебя всего несколько секунд назад. Хочу похвалить тебя, так как ты ведешь себя намного благороднее, нежели большая половина человечества, которая постоянно предает своих супругов.

На лбу Ароха появились морщинки. Очень симпатичные. Пришелец притянул меня к себе.

– Ох. Ладно, здоровяк. – Я похлопала его по руке. Прости, что напугала тебя. Просто у меня была минутка слабости. Ничего страшного.

Я была рада, что мне больше не нужно смотреть ему в глаза. Мне было так стыдно.

И, по моему мнению, Арох это прекрасно понимал.

Он снова попытался поднять мой подбородок. Нет. Не в этот раз. Я напряглась и покачала головой у шеи Ароха. По идее, теперь настала его очередь смеяться, но вместо этого мужчина сохранял серьезность. Чувак, это я, черт возьми, во всем виновата.

И тут я действительно сильно растерялась.

Арох неуверенно провел рукой по моей спине. Еще ниже… пришелец приподнял край моего платья и заскользил пальцами по моей обнаженной коже. Все выше и выше, круговыми движениями лаская мою плоть. Он не успокаивал. Или, мне стоило сказать, не совсем успокаивал.

Арох вновь возбуждал мое тело. Но я все еще ощущала стыд. Это было странное сочетание.

Я не двигалась. Неожиданно Арох замер и произнес какое-то слово, которое я восприняла как, – на самом деле я была совершенно не уверена в переводе – инопланетную версию: «Так лучше?»

Нет. Нет, я все еще ощущала чертово смущение.

Арох вздохнул и посмотрел вниз. Затем он повернулся и начал стучать рогами о стену. Было несложно определить его разочарование.

– Арох!

Он остановился, затем наклонился так, что наши носы почти соприкоснулись. Мужчина больше ничего не произносил. Да и какой был в этом смысл?

Мой желудок заурчал, и лицо пришельца ожесточилось. Он встал, поднял меня на руки и куда-то понес. Я не знала, куда мы шли, не знала, что сейчас произошло. Я вздохнула и почувствовала, как отчаяние накрывает меня, словно тяжелое одеяло. Если мы не сможем в ближайшее время придумать, как решить наши проблемы с общением, то я никогда не пойму, что происходит.

Глава 11

АРОХ

Я заставил ее ощущать неловкость. Она пыталась соблазнить меня, – ракхии! – а я отвернулся от Энджи. Швырнул подарок ей в лицо! Когда она так и не подняла на меня глаза, то я судорожно начал искать способ, чтобы объясниться. Дело было не в том, что Энджи как-то неправильно действовала… просто она поступала как взрослая груфала. Опытная.

С хобсами.

Но никогда с ракхии.

Ни с одним. Разве груфала могла сосредоточить внимание на одном мужчине? А на ракхии?

Я стиснул зубы. Никогда. Никогда.

Никогда я не хотел ничего большего.

Видимо Энджи была достаточно взрослой, чтобы ощущать романтические порывы, – что на самом деле заставило меня почувствовать облегчение от влечения, которое я испытывал к ней – которые считались совершенно естественными, если бы принцессу окружали ее хобсы. Я пытался объяснить Энджи, что она пожалеет об этом, а если бы сейчас рядом находились хобсы, то она и вовсе бы никогда на меня не посмотрела. А что, если она инстинктивно хотела свить гнездышко? Наверное, сейчас Энджи жалела, что выбрала для размножения именно меня. Единственная причина, из-за которой принцесса желала этого здесь, сейчас и со мной, заключалась в том, что, вероятно, у нее произошел какой-то гормональный сбой и путаница, так как рядом не оказалось ни одного хобса. Не сумев донести до Энджи эту информацию, я решил доказать принцессе, что ее реакции совершенно нормальны, поэтому ответил ей взаимностью… но в итоге я еще больше запутал девушку. Запутал своими противоречивыми действиями, хотя изначально это не было моим намерением. Я просто хотел остановить ее от ошибки, о которой она пожалеет… а не которой начнет стыдиться.

Весь оставшийся день я отчаянно пытался своими ласками и утешеньем уговорить ее улыбнуться.

Но я повредил кое-что, что нельзя было искупить прикосновениями.

Ее доверие.

Тевек! Интересно, как это повлияет на ее будущее. Уже не говоря о моем.

В какой-то момент, когда я прижал ладонь к ее щеке, Энджи отвернулась… но не злобно, а униженно… из-за чего я невольно зарычал.

Я злился на себя настолько сильно, что только через несколько мгновений заметил абсолютный шок на лице принцессы. И немного страха.

Я опустился на колени, игнорируя взгляды окружающих нас людей, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

– Я все сильно испортил, – попытался объясниться я, а затем сжал ее холодные ладошки в своих руках. – Но ты не сделала ничего плохого. Ничего, – подчеркнул я. Я смотрел ей в глаза, пытливо и наблюдательно, а она взирала на меня в ответ. Как же я надеялся, что Энджи увидит в моих глазах лишь искренность.

Видимо, так и произошло. Потому что она нерешительно сжала мои пальцы.

Я притянул принцессу в свои объятия. Мне было так приятно, ведь этот маленький знак значил, что ущерб не был непоправим.

Я пообещал себе, что больше никогда не отвернусь от нее.

Будто Энджи когда-нибудь еще раз решит рискнуть и повторить эту запутанную, смущающую, неудовлетворительную ситуацию. Я выдохнул прямо в ее волосы.

И почувствовал, как ее крошечная рука успокаивающе гладит мою спину.

Прощен.

Этот жест задел меня за живое.

Не существовало груфалы добрее, чем у меня.

В эту ночь я не хотел вновь идти в стойло. Я не был поклонником холода, но Энджи совершенно не переносила низкие температуры. А в стойлах было всего на несколько градусов теплее, чем на открытом воздухе, который напоминал жесткий арктический климат. Из-за этого я сильно волновался. Я часто задумывался, была ли Энджи больна, ведь ее тело не могло согреть себя.

Я лизнул ухо принцессы, определяя ее температуру, и мои подозрения подтвердились – внутреннее тепло принцессы не работало должным образом. Она была на несколько градусов холоднее, чем должна быть. А самое тревожное? В этот раз Энджи даже не показала мне язык.

Поэтому мы остановились в таверне, пытаясь отогреться. Я намеревался держать ее здесь до тех пор, пока таверна не закроется на ночь. Чем дольше принцесса пробудет в тепле, тем лучше. Отблески огня плясали на ее лице. Я полулежал, пока ее мягкое пышное тело растянулось на мне. Я поставил стул близко к огню, заранее убедившись, что Энджи ничего не угрожает. Жар был настолько сильным, что моя чешуя начала изменять цвет. Принцесса прижалась ко мне и крепко уснула, наконец-то успокоившись.

Когда мой нос уловил запах хобса, то я чуть не уронил Энджи.

Мое сердце екнуло.

Я задрал голову так, что мои рога вонзились в стул, и стал отчаянно изучать толпу. Осторожно я позволил Энджи медленно сползти с моей груди. Девушка даже не пошевелилась. Она просто распласталась на моих бедрах, словно больше не имела костей. Энджи верила, что я могу уберечь ее от всех бед и пришельцев.

И вот появился хобс.

На меня уставился испещренный шрамами от сражений сутулый страж. Он выглядел потрясенным также, как и я. Но меня пугало не только его присутствие.

Это было извивающееся чувство собственничества, которое держало меня в плену. Оно боролось с моим контролем, призывая атаковать и защищаться, чтобы хобс не забрал мою Энджи.

Моя Энджи? А как же мои обещания самому себе о временном характере отношений? Могло ли одно лишь утверждение, что принцесса принадлежит мне, помешать ей быть с хобсом?

НЕТ. Она МОЯ.

Старый хобс зашагал в нашу сторону шаркающей походкой, вскользь схватив огромную кружку пенистого эля. Мои инстинкты кричали, чтобы я толкнул груфалу за свою спину и встал в защитную позу! Пошел в наступление! Первым нанес удар! Я сделал все возможное, чтобы проигнорировать порывы, и застыл на месте. Хобс подошел ко мне и уставился на фигуру, укрытую одеялом, демонстрирующим лишь гриву девушки.

– Теперь я знаю, что глаза меня не обманули.

Я ничего не ответил. Потому что просто не мог. Эмоции душили все слова.

Видимо, хобс понял мое состояние, так как следующая его фраза была произнесена хриплым успокаивающим тоном:

– Расслабься. Я не собираюсь хвататься за коммуникатор, чтобы вызвать сюда кучу непроверенных мальчишек из академии. Что я должен им сказать? – Хобс окинул меня проницательными глазами, отметив мою руку, обернутую вокруг принцессы в защитном жесте, губы, вытянутые в мрачную линию, твердый взгляд, уставившийся на него, и рубцы на рогах, свидетельствующие о многих былых сражениях. – Что груфала сбежала с гладиатором? – Страж фыркнул, не веря последнему утверждению. Хобс немного изменил положение тела, перенеся свой вес на трость. – Я удивлен, что ты рискнул остаться один. И ни одного хобса? Видимо, их уже не тренируют так, как раньше, – подмигнул страж. – Мы оба знаем, что эти парни из академии не смогли бы вытащить собственную задницу из ямы с песком. А ты ведь хорошо справлялся на арене, не так ли? Даже мои старые глаза видят зазубрины на твоих рогах. Держу пари, с ней все будет хорошо. – Он глубоко вдохнул и на мгновение закрыл глаза. На его губах расплылась мечтательная улыбка.

– Ааах, – выдохнул хобс. – Нет лучшего аромата, чем у груфалы.

Втайне я согласился с ним, но позже мне стоило все тщательно обдумать. Пожалуй, я не слишком часто встречал женщин ракхии. Но ничто не могло сравниться с моим желанием заполучить Энджи.

Я все еще молчал, поэтому хобс продолжил свой монолог:

– Знаешь, что означает этот запах?

Я тяжело сглотнул. Теперь мои голосовые связки парализовала проклятая гордость. С неохотой я был вынужден признать, что отчаянно нуждался в обширных знаниях хобса, ведь мои состояли лишь из сплетен. Мое невежество вредило Энджи.

Понимание этого заставило меня, наконец, заговорить:

– Нет. Не знаю.

Мужчина хрипло рассмеялся.

– Мальчик, это все из-за тебя. – Прижав руку к своей груди, страж засопел. – Тебе лучше в ближайшее время найти какое-нибудь безопасное место, а также запастись едой и водой. Вы оба будете в этом нуждаться.

Мне понадобится… что?

Посмотрев вниз, я всмотрелся в лицо Энджи, отвернутое от хобса. Принцесса поморщилась и начала извиваться, заставляя меня понять, что я прижал ее к себе сильнее, чем хотел.

– Прости, – прошептал я и немного сместил Энджи, ослабляя хватку. Я гладил ее по спине, чтобы успокоить. И это помогло мне обрести душевное равновесие. Я окликнул стража так, чтобы он услышал меня, и чтобы это не побеспокоило груфалу. Впрочем, это произошло бы только в том случае, если бы Энджи могла меня понимать, а так она просто чувствовала гул от моих слов из-за наших объятий и не беспокоилась. Сейчас ее тело, скорее всего, реагировало на вибрацию. Таким образом мужчины ее вида утешали свих пассий. И хотя подобное происходило исключительно для хобсов, время от времени груфалы реагировали так на доверенных привилегированных стражей ракхии. Неожиданно я осознал, что очень дорожу этим моментом.

– Как я уже говорил, тебе не стоит волноваться, мой мальчик. Я понимаю, каково это потерять женщину своего сердца. Я бы не пожелал такого ни одному мужчине.

Если хобс был один и не пах женщиной, значит, его избранная умерла. Или – что происходило довольно редко – была убита.

– Я буду защищать ее, – поклялся я, но даже для моих ушей это обещание прозвучало пусто и натянуто.

– Как твой язык?

Странно, что страж упомянул об этом, очень странно. Я провел языком по своему нёбу.

– Я старый хобс. – Он подарил мне усмешку, продемонстрировав все свои зубы. – Я и раньше был свидетелем такому. Но, – подмигнул он, – она оценит изменения.

– О чем ты вообще говоришь?

Страж кашлянул в свою свободную руку.

– На языке ракхии образовывается небольшой нарост, чтобы дарить удовольствие его принцессе. Такое происходит, когда она требует его внимания.

– Внимания… нарост для удовольствия? Для моей… для моей принцессы…

На моем языке.

Мужчина расхохотался над моим ошарашенным выражением лица. Я чувствовал, как мои рога покрылись румянцем от смущения.

– Возможно, она еще не совсем… Мне интересно, если… – Тевек. Мне нужно было просто прямо спросить об этом. – Она слишком молода? – прошептал я, негодуя, что мне приходилось спрашивать чужака, хобса, о моей женщине.

Мой вопрос вызвал у стража очередной взрыв смеха.

– Пытаешься вести себя целомудренно – или защищаешь ее невинность, если тебе так угодно – из-за чего переживаешь трудные времена? – произнес он, злорадно усмехнувшись.

– Они всегда такие… – я осторожно старался подобрать нужное слово, – развитые не по годам?

Хобс подавился напитком. А когда страж закончил вытирать пену с подбородка и груди, то улыбнулся.

– Ага. Всегда. – Его ухмылка исчезла. – Но будь осторожен. Наверняка ты слышал, что они не покупают самца, когда могут заполучить его бесплатно?

Я кивнул головой.

Конечно, я слышал об этом. Еще в юношестве ракхии шептались, – как и хобсы – что, если им очень повезет, то груфалы привяжутся к ним.

Но никогда, ни при каких обстоятельствах мужчина не должен был склоняться перед груфалой прежде, пока она начнет что-то испытывать к нему. А если Энджи до сих пор ничего не чувствовала?

Она просто уйдет.

А женщины были настолько ревнивыми и единоличными, что, как правило, избегали мужчин, у которых ранее уже были отношения. Ох, они бы могли рассмотреть его как временное увлечение, но никогда бы не позвали на постоянную службу.

Было очень любезно со стороны хобса предупредить меня.

Но было уже слишком поздно.

– Как… – Мой голос надломился, и я заметил, что губы хобса дернулись, но страж решил больше не дразнить меня. Я пришел к выводу, что, возможно, сейчас у меня появился единственный шанс задать вопросы, поэтому я попытался преодолеть свой дискомфорт, сохранив дискуссию в более лаконичном ключе. – Как мужчинам удается сохранять контроль? Как долго им приходится ждать?

– Парень, если она уже настолько плоха… или хороша, – добавил он с игривой и лукавой усмешкой, – то ждать осталось недолго. – Хобс снова вдохнул, проверяя. Мои шипы бессознательно и угрожающе приподнялись, из-за чего страж вновь засмеялся. – Обычно для этого нужно очень много, много времени, впрочем, это не то, что легко забыть.

Я так и думал.

– Она пахнет, будто скоро будет готова. – Хобс пожал плечами. – В лучшем случае, один оборот солнца, может два, все зависит от ее выбора.

Один оборот солнца? Или два? Я надеялся, что Энджи была более готова. Я не смогу протянуть так долго.

Но это произойдет, если, конечно, принцесса вообще когда-то оправится от своей последней попытки, которую я испортил.

Если бы она вновь выступила инициатором, то я бы не отказался.

Просто не смог бы сказать «нет».

Без преувеличения.

Когда она вновь захочет повторения? Я не смогу успокоиться, пока не предоставлю ей все необходимое. Мой вид не имел ничего общего с хобсами, мои гены не должны были заставлять меня выполнять каждую просьбу принцессы. Тем не менее, во мне было это необъяснимое желание. Бросив лишь один взгляд на Энджи, мне снова захотелось ее ласкать. От густых волос до шелковистых пальчиков ног. Я хотел лизать и гладить девушку, а с помощью Творца, может и брать ее до тех пор, пока Энджи не округлится из-за моего ребенка. Я безумно желал оплодотворить ее яйцеклетку.

Под запретом.

Мышцы на моей спине напряглись, и я сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

Старый хобс усмехнулся.

– Она вьет из тебя веревки.

Я смог только кивнуть.

– Если ты позволишь мне посмотреть на нее, то я смогу проверить…

Мое рычание остановило поток слов мужчины. Они застряли у него в горле, но затем хобс приглушенно засмеялся.

Страж сильно хлопнул меня по спине и наклонился, заговорчески зашептав:

– Я все понимаю, но если она искушает тебя настолько сильно…

Если бы он только знал, что я сделал.

– …то знай, более взрослая груфала находится в конце спектра. В таком случае, я открою тебе секретную информацию.

Хобс привлек мое внимание.

Страж опустил голову.

– Ты можешь принести ей облегчение.

– Объясни. – Я должен был убедиться, что не возникнет никакого недоразумения.

Мужчина закусил нижними зубами свою верхнюю губу, а его глаза заволокло мечтательной нежной дымкой, будто он что-то вспомнил.

– Задействуй свою руку. Помоги груфале использовать ее. Самый распространенный способ – позволить ей прокатиться на твоей ладони. – Хобс улыбнулся. – И начни использовать свой язык. Прежде всего, это принесет тебе ее благосклонность. Много груфал принимали ракхии на службу после того, как они впечатляли их значительным… оральным искусством.

У меня пересохло во рту.

Энджи повернулась, прижав одну руку к моей груди, а вторую к моему бедру. Я более плотно укутал девушку в одеяло, а затем начал аккуратно распутывать ее локоны. При виде этого, лицо хобса стало задумчивым.

– Когда ты потерял ее? – спросил я.

Его глаза затуманились.

– Этой осенью.

Я кивнул.

– А твои братья хобсы?

Страж поморщился, но все же смог прошептать:

– Ушли.

Я окинул взглядом его измождённую фигуру. Несмотря на то, что хобс до сих пор стоял с элем, он едва прикоснулся к напитку, – сверкающая золотая пена все еще касалась краев бокала – и от него не пахло пищей. Глаза стража были впалыми, грустными.

Он не задержится надолго в этом мире.

Когда хобс встретил мой взгляд, то печально улыбнулся, понимая, что мы думали об одном и том же.

– Сбереги ее, гладиатор.

– Сберегу, – торжественно обещал я.

Глава 12

АРОХ

Несколько часов спустя я вынес на улицу закутанную Энджи, которая сонно поморщилась из-за обжигающего холодного ночного воздуха. Она вцепилась в мои руки и прижала очень холодный нос к моему горлу. Когда я зашипел, девушка пробормотала:

– Прости. – Затем Энджи уткнулась холодными губами в мою кожу, как бы извиняясь.

Я покачал головой. Как же я ненавидел, что мог предложить этой женщине только – в основном – чистые опилки, чтобы спать. В этом районе планеты было холодно, а я не мог позволить себе комнату в таверне. Всего пару дней назад я был представлен всем, как ракхии, почетный участник на гладиаторской арене.