Текст книги "Похищенная пришельцем (ЛП)"
Автор книги: Аманда Мило
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)
Арох, казалось, ждал, пока я признаю мудрость его внезапного воздержания.
– Ох.
Он кивнул головой.
– Ты не ощущалась слишком молодой. Не выглядела слишком молодой. Не пахла слишком молодой… – Его зрачки расширились так внезапно, что я дернулась в ответ. Он выглядел так, будто был на грани… – Я хотел тебя. – Арох посмотрел на меня хищным взглядом. Его губы были сжаты, а подбородок напряжен. – Я так сильно хотел тебя, но не мог предать, так как полагал, что ты моложе, нежели выглядишь.
Вдруг мне захотелось извиниться. Если бы мы поменялись местами в этой ситуации, то я бы поступила точно также. Если бы у меня появились мысли, что Арох просто подросток, – собственно говоря, подобное подозрение у меня есть в отношении Криспина – то не имело бы значения, насколько он мил, я бы все равно не пересекла эту черту. А если бы я узнала об этом позже? Да, я бы сбежала, притом очень быстро.
В голосе Ароха звучало предложение мира… вроде, когда он многозначительно произнес:
– Если бы ты все же оказалась слишком молодой, то я не смог бы.
– Отлично. Восхитительно, что ты решил, будто я… ребенок. Но. Я не… Я не была ребенком, – исправилась я.
– Ты все еще выбираешь меня, – сказал он так, будто поставил галочку в каком-то своем списке.
Но сейчас я чувствовала такую усталость из-за этого разговора.
– Смотри. Я считаю, что ты попал в точку, когда заявил, что сейчас мои чувства иррациональны. Мне нужно время, чтобы все обдумать и пережить произошедшее, потому что я все еще злюсь на тебя.
– Но ты хочешь меня.
Я вздохнула. Пусть он расценивает мое молчание как угодно, но на самом деле я пыталась придумать достойный остроумный ответ, мысленно перебирая варианты. В этот момент я заметила изменение в выражение лица Ароха.
Оно стало выглядеть хищным.
Отдаленно я услышала:
– Система делает отмену слишком, тевек, долго!
Далее последовал ответ, произнесенный в панике:
– Думаешь, я не стараюсь изо всех сил? Ты же знаешь, что я сбросил настройки операционной системы самого передового корабля, хотя меня предупреждали, что программа выглядит слишком обременительной!
Но я не могла сосредоточиться на беседе хобсов. Потому что была словно заморожена, пригвождена к месту напряженным взглядом Ароха.
Пока он не направился в мою сторону.
Инстинктивно я отпрыгнула назад.
Мой пульс резко подскочил, когда Арох сделал еще один шаг. Медленно. Целенаправленно.
А когда я все же осознала, что Арох преследует меня, то мое сердце ёкнуло.
За мной велась охота. Гигантский, огнедышащий, рогатый хищник.
Мое бедное тело было в замешательстве. В моем разуме мигала большая красная надпись: «паника, беги дура!», а тело… в груди зарождалась волнующая дрожь, прокатываясь покалывающей волной вдоль позвоночника с каждым шагом Ароха.
Мне пришлось немного нагнуться.
Это я так тяжело дышу?
В этот момент надо мной возобладали инстинкты. Резко повернувшись, я планировала проскочить мимо Ароха и выбежать через дверь. По крайней мере, я об этом думала. Полагала, что у меня все получится.
Но Арох внимательно отслеживал каждое мое движение, поэтому, когда я ринулась вперед, он бросился ко мне наперерез.
Не сумев обуздать свои эмоции, я закричала. Арох схватил меня, когда я издавала один из тех визгов «умирающего кролика», которые заставляли волосы на затылке приподняться и привлекали всех плотоядных существ на аукционах работорговцев. Просто я была так взволнована.
А потом Арох укусил меня!
Ладно, это был щипок – его зубы сомкнулись на моей шее и сжали с достаточной силой, чтобы заставить мой мозг перезагрузиться. Я ахнула и схватилась за его плечи. Арох облизал область укуса, и в низу моего живота вспыхнул жар.
Арох упал на край кровати, переместив руки и грубо задирая мое платье. Наконец, он добрался до подола юбки. Собрав ткань у моей талии, Арох переместил меня так, чтобы я оседлала его, а моя задница прижалась к его бедрам.
Мой пришелец тихо прохрипел:
– Я защищал груфалу не только из чувства долга. – Теперь рука Ароха двигалась медленно, чтобы обхватить мой затылок. – С самого начала я был – действительно был – очарован тобой. – Его рот припал к моему. Арох какое-то время покусывал и сосал мою нижнюю губу, пока я не открылась для него. Когда он отстранился, то я тяжело дышала, но у Ароха оказалось достаточно воздуха, чтобы продолжить свой монолог, выражение его лица было торжественным, а голос низким: – Я стал принадлежать тебе в тот момент, когда ты приняла мое церемониальное одеяло. Может, я и совершал ошибки, но только потому, что ничего не знал о тебе. Тем не менее, я не прекращу попыток, так как никогда не желал ничего сильнее, чем тебя. Ты все еще хочешь меня?
«Ну что за идиот этот здоровяк?»
– Да! Да, Арох. Я тоже хочу тебя, – выдохнула я, затем протянула руку, вцепилась в рог Ароха и попыталась наклонить его голову, чтобы поцеловать.
Мой пришелец застонал и стал ласкать меня, прокладывая дорожку из поцелуев вниз по моей щеке, шее, посасывая и облизывая ключицу. Я закричала, когда его бедра прижались туда, где я больше всего нуждалась. Рухнув на кровать, я стала наблюдать, как Арох возится со своей ширинкой между нашими телами…
Дверь распахнулась.
Дохрэйн посмотрел на мое испуганное лицо, а затем перевел взгляд на спину трехсотфунтового рогатого мужчины. Не колеблясь, хобс выстрелил в Ароха из бластера.
– НЕТ! – закричала я и вцепилась в плечи Ароха. Он корчился от боли. В одно мгновение он навалился на меня всем своим весом, а в другое Ароха уже скинули с моего тела. Дохрэйн оказался рядом, обнимая меня. Криспин был вне себя от ярости.
– Принцесса, мне очень жаль! Очень жаль! Мы знали, что Арох был взволнован… но не предполагали, что в итоге он нападет!
– Я хотела, чтобы он… – начала объяснять я.
– Я знаю, что ты делала, мшула. – Дохрэйн – да, это был Дохрэйн! – нежно гладил мои волосы. – Не позволяй подобному опыту пугать тебя. Именно поэтому груфалу охраняют и любят множество хобсов, ведь только они смогут сдержать ослепленного похотью ракхии. Они чудовища.
Арох застонал – странный дрожащий звук, грустный и напоминающий мне о наблюдении за китами, когда слушаешь их песни через гидрофон.
– Отпусти меня! – потребовала я.
Дохрэйн сразу повиновался.
Арох лежал на полу, а его тело все еще сводило судорогой. На кафеле расплылась жидкость, которую выделяли его шипы. Видимо, хобсы отлично разбирались в том, как работала защита Ароха, и в том, как ее избежать. Криспин ловко надел на моего пришельца манжеты и ошейник, обходя опасные зоны.
– Что ты делаешь! – Я ринулась вперед, но, по моему мнению, паника в моем голосе заставила Ароха действовать. Его хвост, увенчанный смертельными лезвиями, чуть не задел мою щеку, но Дохрэйн вовремя дернул меня назад.
– Спасибо, – срывающимся голосом произнесла я. – Он не понимает, что творит.
– Он полностью вышел из-под контроля, – согласился Дохрэйн, в интонации которого сквозила угроза.
– Эй, не было похоже, что он собирался причинить мне вред, – в ярости прошипела я.
Хобс сощурил глаза и схватил меня за подбородок.
– Не оправдывай его. Пока мы возились с дверью, то запах твоего страха обжигал нашу кожу.
Неожиданно мы куда-то направились. Но мой разум все еще оставался в комнате, пытаясь справиться с переходом от грубого броска и сексуальных игр до страшного времени, поэтому я очень медленно воспринимала происходящее вокруг.
– Что…
– Здесь ты будешь в безопасности, – заверил он. – Клянусь.
– Дохрэйн! Под…! – Давай «мисс Гаджет» используй волшебное слово: – Нет…!!
Но было уже слишком поздно. Я оказалась заперта в какой-то укрепленной коморке. Я колотила ладонями в дверь, пытаясь почувствовать ручку, хоть что-то, что угодно или невидимую кнопку, как та, которую Арох нажал в душе.
Но ничего подобного здесь не было.
Я была совершенно одна, в ловушке.
Даже когда мой голос, наконец, охрип от рыданий, я все еще слышала разъяренный рев Ароха.
*****
– Она очень расстроена.
– Конечно, она расстроена… этот монстр пытался из… из…
– Посмотри на эти заметки. Энджи в полном беспорядке. Ее тело испытало все: от голода до усталости и многочисленных приступов всего за несколько дней. Организм принцессы был поврежден. Эти показания пугают.
– Ну, может, информация не точна. Ведь у нас нет достоверных данных о человеке.
– Ты сомневаешься в точности?
Долгая пауза.
– Нет. Это выглядит как шок. Помнишь, что мы…
Я заморгала, пытаясь прояснить зрение, и подняла руку, чтобы отчистить глаза от корки, образовавшейся из-за слез.
– Она очнулась!
Чьи-то пальцы старательно убрали локоны волос с моего лица.
– Принцесса?
– Где Арох?
Губы Криспина вытянулись в сердитую линию, а на миловидном лице появился странный взгляд.
– Он заперт в грузовом отсеке.
– Я бы толкнул его через тевек шлюз, если бы Совет не захотел сделать из него пример, когда мы прибудем на планету, – пробормотал Дохрэйн.
– Они назначат ему наказание, – заверил Криспин.
Дохрэйн ухмыльнулся.
– Это лучше, чем он того заслуживает.
– Вы должны отпустить его! – Я попыталась сесть. Неожиданно раздался жужжащий звук, и моя спина начала подниматься. Оглянувшись, я заметила Криспина, что-то делающего со стулом, на котором я сидела. Оказывается, я вновь очутилась в том маленьком кресле в центре комнаты.
– Мы не хотели, чтобы ты проснулась в той постели, – объяснил он.
Я схватила хобса за руку, и он замер.
– Вы должны освободить Ароха!
Дохрэйн нахмурился.
– Ты хоть представляешь, чего нам стоило доставить его туда? Поверь, для него нет лучшего места на этом корабле.
– Вернее, нет ничего, что могло бы его удержать, – вздрогнул Криспин.
– О боже, вы должны выпустить его! Немедленно! Вы не понимаете…
Меня прервал рев.
– Арох пытается сбежать? – спросила я с надеждой.
Взгляды Дохрэйна и Криспина сосредоточились на панели, которая напоминала мигающие игровые аппараты в казино.
– Тевек, – выдохнули они.
– Что? – Я заметила маленький мигающий всплеск, а затем очень, очень большой всплеск, пространство между ними очень быстро сокращалось. – Скоро мы врежемся в планету?
– Это не планета. Это другой корабль, – огрызнулся Дохрэйн. Хобс вцепился в джойстик – вероятно, это называлось не так, но я была ребенком эпохи Атари7 – и начал, судя по внезапному рывку моего тела, повисшему на ремне безопасности, оборонительный маневр.
Вдруг корабль содрогнулся.
– Нет, нет, нееееет… – шептал Криспин, что-то набирая на клавиатуре, но не отрывая глаз от приближающегося к нам корабля размером с планету. Видимо, хобсы ощущали себя на корабле, словно рыбы в воде. – Мы должны доставить ее к капсуле!
– Слишком поздно, – выпалил Дохрэйн. Его голос не был груб, но имел резкий тон, впрочем, я уже привыкла к этому.
Смелость.
Появилась голограмма, изображающая адски уродливого инопланетянина. Криспин стал печатать быстрее. Голограмма заговорила:
– Блокируйте наш датчик видимости сколько хотите. Вы только подтверждаете то, что мы и так знаем – это корабль хобсов. И у вас есть драгоценный груз, который вы защищаете.
– Тевек, тевек, тевек… – чертыхался под нос Криспин, но продолжал печатать.
Раздался какой-то сигнал.
– Ого! Поздравляю, вы отправили сигнал бедствия. – Улыбка инопланетянина была жесткой. – Но мы же знаем, что поблизости нет других кораблей хобсов.
Корабль задрожал.
– Они пристыковываются, – прошептал Криспин.
– Думаешь, я этого не понимаю? – зашипел Дохрэйн.
– Я произнес это, чтобы уведомить груфалу.
– Ох. Прости.
– Уже не важно.
– Ребята? – Они оба повернулись ко мне. Я была уверена, что выглядела так же испуганно, как и чувствовала себя. А также я была уверена, что даже напряженное лицо Дохрэйна смягчилось. То есть, оно наполнилось самым ужасающим выражением сожаления.
– Что мы будем делать?
– Хранилище оружия удаленно заблокировано, – так громко и задорно заявил компьютер, что я немного подпрыгнула.
Криспин сглотнул, а Дохрэйн стиснул челюсть, переведя взгляд в пол.
– Слишком поздно отправлять капсулу.
– Ракхии…
– Не может взять на себя весь шаттл пиратов.
– Но он гладиатор.
Дохрэйн поднял голову и впился взглядом в Криспина в течение долгого времени.
Когда он так ничего и не произнес, то Криспин продолжил ссылаться на свою теорию/план:
– Ты рассчитывал, что бластер усмирит похоть ракхии, но оружие едва успокоило его ярость. – Криспин начал поднимать пальцы, чтобы подчеркнуть свои доводы. – Арох разломал бластер пополам. Но у пиратов нет доступа к какому-либо прогрессивному оружию. Есть шанс, что у него все получится!
– Но он не притронется к груфале, – яростно ответил Дохрэйн.
– Согласен.
«А я не согласна». – Но я не собиралась тратить время на споры с хобсами.
Дохрэйн поморщился и встал. В этот момент я заметила синяки и бинты, покрывающие обоих мужчин, из-за чего мой желудок скрутило.
Криспин протянул мне руки, но вместо того, чтобы спорить, я просто вцепилась в восхитительно горячего парня, и мы побрели в сторону грузового отсека.
Чем ближе мы подходили, тем более насыщенным становился запах горелой плоти. Начиная со спальни и до самого грузового отсека творился хаос. Металлическая облицовка местами была оторвана, а из панелей вывалилась проводка. Повсюду были черные обугленные все еще дымящиеся дыры и кислотные лужи. Вокруг была разбросана блестящая черная стружка. Я сглотнула. Сгоревшая чешуя? Очевидно, это была адская драка.
Я задавалась вопросом, был ли Арох без сознания, ведь я не слышала его уже некоторое время. Но когда грузовая дверь поднялась, то я увидела, что Ароха не просто приковали цепями, его заперли за решеткой и примотали кабелем к прутьям, начиная от самой шеи… а еще на моего пришельца надели маску Ганнибала Лектора. Когда мы оказались настолько близко друг к другу, то я, наконец, услышала Ароха.
– Энджи! – проревел он. Прозвучало несколько звуковых сигналов, и решетка поднялась. Я задрожала. Криспин был так поражен тем, как мое тело начало извиваться, что отбросил меня, но я была готова оказаться на земле.
– Принцесса, нет!
Но я уже была в объятиях Ароха.
Маска Ганнибала Лектора уткнулась в мою макушку, когда Арох прижал меня к груди.
Из меня вырвался возмущенный вздох, когда я заметила ожоги от бластера. Он был весь покрыт ими. Я услышала щелчки, означающие, что ребята отключали замки. Это заняло всего мгновение, тем не менее я сочувственно прикусила свою губу, так как была готова поспорить, что хобсы внутри себя сожалели о травмах, которые получили при схватке с Арохом, ведь это было бессмысленным, и им все равно пришлось его освободить.
– Энджи?
– Да, симпатяга?
Его нежность не заставила меня улыбнуться. Во взгляде Ароха было что-то неправильное – глаза бегали из стороны в стороны, полыхая огнем.
– Арох? – Я уловила беспокойство в собственном голосе.
– Милая, – выдохнул он. Его взгляд был немного рассеянным. – Иди, встань у двери.
– Что?
– Сейчас же, – приказал он. С каждым словом его голос становился все тверже. – Дверь. И не подходи.
Как только я добралась до места назначения, то обернулась, чтобы посмотреть на моего пришельца и показать свое раздражение, но увидела, как Арох схватил покорного Дохрэйна в удушающем захвате и начал его избивать. Дохрэйн позволил ему нанести один очень, очень хороший удар… а затем, видимо от тоски и разочарования, он вернул выпад. Думаю, Ароху помогла маска. Проволочная основа встретила удар костяшек.
Арох снова атаковал, вынуждая Дохрэйна пошатнуться, а затем повернулся к Криспину. Все это время я кричала такие фразы, как:
– Арох, хватит! Ты должен остановиться, корабль атакован!
Но когда он так и не обратил на меня внимание, я заорала:
– Я в опасности!
Это привлекло его внимание.
Тело Ароха застыло, а взгляд переместился на меня. В этот момент кулак Криспина угодил в глаз моего пришельца.
Медленно, почти как робот, Арох опустил голову, чтобы посмотреть вниз на невезучего мужчину, который слишком поздно понял, что битва закончилась. Криспин слабо улыбнулся Ароху.
Черт, Арох собирался убить этого парня.
– Пираты, – пропыхтел Дохрэйн. С этим словом Арох уронил Криспина без каких-либо необратимых повреждений. Наверное.
Из динамика раздался тихий электронный голос:
– Перепрограммирование компьютера.
– Звучит не очень хорошо, – пробормотала я. Я старалась не паниковать. Трое мужчин потянулись, чтобы утешить меня, что было бы неплохо, если бы не обещание мучительной смерти, которое не укладывалось в моей голове. Арох победил, и я оказалась в его объятиях. Ребята начали обсуждать стратегию и готовить оружие, которое у них было, – недостаточно, чтобы нанести какой-либо урон – ведь мы все еще находились под угрозой. Часы быстро тикали, мы слышали, как пираты возятся со шлюзом. Видимо, корабль такого размера не был оснащен огневой мощью, необходимой для повреждения пиратского судна. Тем более враги использовали незаконное устройство для блокировки внешней защиты, пока состыковывались с нашим кораблем. Как я поняла, ребята уговаривали Ароха быстро напасть на пиратов.
Если бы в нашей команде был безумно хороший хакер, который смог бы соперничать с любым пиратом в черной шляпе, тогда у нас был бы шанс вернуть корабль под наше командование вовремя, но… никто из хобсов не знал достаточно, чтобы вытащить нас из этого дерьма. Их обучения хватало лишь на то, чтобы взять оружие, которое у нас было, и ринуться в сектор газа, паля из лазеров. Но это однозначно было гарантированной миссией камикадзе, из-за чего я оставалась уязвимой, а подобный сценарий никто из парней не желал рассматривать. С мукой в голосе Дохрэйн заговорил о космической капсуле цианида для меня, но прежде, чем двое других мужчин озвучили свои яростные протесты, он покачал головой. Даже Дохрэйн не мог смириться с мыслью умертвить меня, пусть это и был единственный шанс сохранить мое тело в… безопасности.
Ну, что я могу сказать? Мы облажались.
Как только меня посетила эта мысль, я вздрогнула. Я не хотела, чтобы это произошло… как же я не хотела, чтобы это произошло…
Арох провел кончиком когтя по моей щеке. Я подарила ему слабую улыбку.
Прежде чем двери открылись, Арох позволил Криспину похлопать меня по колену. Дохрэйн поместил коготь крыла в мою ладонь, что было бы странно, но после всего, что случилось в моей жизни, жест казался нежным, и его очень трудно было назвать причудливым. Сжав его коготь, я получила в ответ улыбку. Самую грустную и тревожную улыбку, которую я когда-либо рассчитывала увидеть.
А потом нас окружили пираты.
*****
Они переправили нас на свой корабль. С этими издевками и улюлюканьями пираты напоминали шумных шимпанзе. Нас загнали в большое продолговатое пространство, где работали инопланетяне, а затем быстро начали перемещать ящики к стенам, чтобы освободить пол. Когда все было закончено, пираты повернулись к нам лицом. Все взоры были устремлены на нас. Много, много, много глаз. Буквально, у некоторых из пиратов было более восьми пар глаз на их… головах?
Меня передернуло. Сильно.
Я почувствовала нерешительность Ароха, ведь его руки дрожали. Скорее всего, сейчас он думал, что должен был меня усыпить, но боялся отпустить. Я бы попросила его поставить меня на пол, но нет, я не хотела отпускать самого большого, самого плохого парня с хорошей стороны. Я крепче вцепилась в Ароха.
В центр комнаты, которая напоминала арену, вышло какое-то существо. Оно громко заговорило так, чтобы все услышали:
– Какая красивая игрушка!
После этой фразы мне захотелось быть за самым огромным парнем на стороне добра. Казалось, что я могла бы просто залезть на его плечо и повиснуть на спине…
Глава 24
АРОХ
Маленькие ногти Энджи оставляли следы в виде полумесяцев на моей чешуе. Они бы никогда не смогли проколоть кожу, так были слишком тупыми. У принцессы не было рта, полного острых зубов, чтобы кусаться, или клыков, чтобы убивать врагов, или крыльев, чтобы улететь и избежать причинения вреда. Энджи была совершенно беспомощна.
Как и мы. Прискорбное численное превосходство не могло описать всю сложность нашего положения.
Тело принцессы напряглось. Я почувствовал, как Энджи сжала коленями мои бедра и начала карабкаться по моему торсу вверх. Положив руку ей на затылок, я немного приласкал принцессу, чтобы утешить. Подобное обращение успокаивало некоторых диких животных, когда те паниковали и безрезультатно взбирались на первое попавшееся существо, чтобы стать как можно дальше от земли и от хищника.
Ласка также подействовала и на моего маленького испуганного человека.
Мое сердце сжалось.
Внезапно перед нами появилось крыло, словно защитный занавес. Это был Криспин. Лицо хобса было напряжено, пока он смотрел на фрутага, который, казалось, был лидером наемных бандитов.
Лидер снова заговорил:
– Некоторые из нас никогда не видели боя ракхии. Но если я не ошибаюсь, то ты боец высшего класса, верно? Вот! Только посмотрите на зазубрены на этих рогах!
Фрутаг с любопытством посмотрел на меня поверх крыла Криспина. Казалось, лидер был добрым, если не считать тех фактов, что нас держали в заложниках на пиратском корабле и что от него исходил ужасающе сильный запах похоти, который становился мощнее с каждым мгновением нашего здесь пребывания.
Я ничего не ответил.
Он улыбнулся, демонстрируя рот, полный острых зубов, способных укусить. Я точно знал, что, может, у фрутагов и не было отравленных клыков, но точно имелось жало на хвосте.
Энджи. Не. Имела. Ничего.
Ничего, кроме нас троих.
Теперь я был рад, что не отправился в путешествие один. Был рад, что два хобса заставили меня капитулировать и позволить им присоединиться к ней.
На данный момент я лишь хотел, чтобы нас троих хватило для ее спасения.
– И как мы заставим его драться? – выкрикнул кто-то.
Все еще улыбаясь, фрутаг расслабился, перенеся вес на задние лапы, и посмотрел на нас.
– Легко. Заберите у него груфалу.
Криспин зарычал.
Они налетели на нас как таккалс – незамедлительно, быстро, целенаправленно. Мой пульс участился, когда Криспина ринулся прямо в толпу. Часть пиратов напала на Дохрэйна, повалив его на пол.
Без двух хобсов, которые создавали некий барьер, сияющие глаза сосредоточились на нас… а вернее на мне, удерживающим Энджи словно цель.
Мне нужны были свободные руки, поэтому я воспользовался инстинктом принцессы в своих интересах. Отцепив Энджи от своей одежды, я переместил ее к себе за спину, чтобы теперь она располагалась сзади.
«Подойдите ближе, маленькие ублюдки», – мысленно уговаривал я пришельцев. Резко выбросив руку вперед, я схватил одного пирата.
Прозвучало удовлетворительное бульканье, прежде чем я почувствовал, как кости его позвоночника и черепа начали хрустеть. Я отшвырнул тело прочь. Как же мне хотелось ввязаться в драку. Я мог что-то изменить.
В обычный день.
Если бы мои ребра не болели, а чешуя полностью восстановилась.
К тому же теперь у меня была Энджи. Даже если бы я был физически способен сражаться, то никогда бы не оставил принцессу в уязвимом положении во время боя. Если мы… когда мы выберемся отсюда живыми, то я закончу свою карьеру гладиатора. Всю свою оставшуюся жизнь я посвящу служению Энджи. Мне просто нужно выжить. Мы обязаны выбраться отсюда. По крайней мере, именно это я внушал себе.
На самом деле, Совет не собирался оставлять меня в живых. Я не знал того, с чем столкнусь там, но даже самое худшее наказание было предпочтительнее, нежели причинение вреда моей Энджи.
Принцесса крепко вцепилась в мои шипы. Я всегда удивлялся, как груфала избегала получения травм, но мое тело инстинктивно защищало ее – шипы, за которые она держалась, становились пластичными, а те, что находились на уровне ее тела, переставали выделять яд. Я представил себе, как проведу все необходимые тесты, чтобы определить, будет ли человек неблагоприятно реагировать на мой яд, но все произойдет, только когда мы выберемся из передряги.
А мысли о реакции Энджи на заявление, что мне нужно снова взять у нее кровь?
Это почти заставило меня улыбнуться.
Чья-то рука метнулась в ее сторону.
Я сломал запястье пирата, а затем кость в месте локтевого сгиба.
Двое набросились на меня со спины, схватив Энджи и вынуждая ее закричать. Я обернулся, закрывая лицо принцессы ладонью, чтобы защитить, а затем почувствовал, как мое горло нагревается. Через мгновение из моего рта вырвалось пламя, сжигая кожу врагов до костей.
В поле моего зрения появился Дохрэйн, по одному крылу которого струилась кровь, а его лицо было покрыто синяками, но хобс молча приблизился ко мне. Значит, теперь мы будем сражаться спиной к спине, оберегая Энджи с двух сторон. Таким образом нам удастся сохранить принцессу в безопасности.
– Как ты себя чувствуешь? – Его голос был странно невнятным, поэтому я предположил, что ему сломали нос.
– Оу, я очень рад, что ты соизволил поинтересоваться. Из-за ранее полученных травм теперь я немного в невыгодном положении.
– Ага. – Дохрэйн прикоснулся рукой к своим ребрам, которые я травмировал, если не сломал. – Мы выбрали неудачное время.
Я стиснул челюсть, полную острых крепких зубов.
– Думаешь?
Мы были крайне ограничены в оборонительных маневрах, так как не могли даже сделать шаг вперед, чтобы вступить в бой с пиратами. Всякий раз, когда Криспин исчезал из поля моего зрения, я извергал пламя, но пираты были недостаточно близко, чтобы пострадать, так как теперь держались подальше. Вопреки моим ожиданиям, Криспин бесстрашно выбивал из них дерьмо, но при попытке вернуться к нам, его опять затаскивали внутрь потасовки. Мы попытались схватить хобса, но не успели вовремя. На самом деле мы получили бы еще больше повреждений, если бы фрутаг не крикнул:
– Оставьте лучших напоследок! За лучших возьмемся позже! – Лидер махнул в нашу сторону, получив восторженный отклик толпы. – Груфала никуда не денется, как насчет того, чтобы немного поразмяться?
Мои мышцы напряглись еще сильнее, но толпа не ринулась в сторону Энджи.
Нет. Они скопом набросились на Криспина.
Дохрэйн пытался помочь, и я позволил ему это. Хобс пробрался внутрь, отшвыривая пиратов, нанося им удары когтями крыльев, чтобы выколоть глаза, выплевывая яд. Но очень быстро стало ясно – либо Дохрэйн падет вместе со своим братом хобсом, либо позволит Криспину стать жертвой, чтобы продолжать обеспечивать безопасность Энджи.
Борьба, которую вел внутри себя Дохрэйн между этими двумя безнадежными вариантами, даже у меня вызывала жалость.
– Сохрани… – крикнул Криспин.
Дохрэйн выглядел ошеломленным. Он знал, что скажет его друг:
– Сохрани ее в безопасности!
Без поддержки второго хобса Криспина быстро окружили. Дохрэйн ударился головой о стену корабля, пока перелезал через других, чтобы снова добраться до Энджи.
Пираты делали ужасные вещи с Криспином.
Я многое повидал во время сражений на аренах. Но здесь не было никакой чести. Никакого милосердия. То, что они творили с молодым веселым хобсом, заставило мой желудок сжаться.
На самом деле я не ожидал, что Криспин проявит такую силу духа. Он боролся до тех пор, пока мог. Только когда пираты оторвали ему крыло, то хобс, наконец, закричал. Несчастный ублюдок был в сознании, когда враги стали выворачивать его второе крыло до тех пор, пока кожа, сухожилия и мышцы не разорвались, отрываясь от тела.
Запах химикатов, разъедающих плоть, когда пираты плеснули прижигающее вещество на зияющие раны в месте соединения крыльев, достиг нас даже на таком расстоянии. Враги сделали это не из доброты, чтобы предотвратить инфекцию. Нет, они применили средство, чтобы убедиться – у хобса больше никогда не отрастут крылья.
Хобс без крыльев был словно кастрирован. Не в состоянии ухаживать или любить должным образом. Это было еще одной неуместной жестокостью, ведь в будущем Криспин больше никогда не восстановится. Чтобы выбраться из этого корабля живыми, нам требовалось чудо. Я начал жалеть, что у меня не было такой же силы духа и решимости сломать шею Энджи. С нашей стороны это был бы жест милосердия. Я предвидел, что случится с принцессой, если пираты поймают ее.
Энджи тоже это понимала.
Но я не смог это сделать. Буквально не сумел выполнить простое действие. Также я знал, что у хобсов тоже не хватило на это решимости. Для них было биологически невозможно причинить преднамеренный вред своим женщинам.
Один из пиратов поднял отрубленное крыло и стал сгибать кости так, чтобы крыло расправлялось и закрывалось, расправлялось и закрывалось. Словно жуткая игрушка для сумасшедших. Крошечные искорки вспыхивали в воздухе, пока яркая пыльца осыпалась на пол. Твари громко смеялись, планируя приготовить и съесть крылья, шутили о том, якобы те являлись афродизиаком. Криспин опустил голову.
Энджи была готова разрыдаться от отчаяния. Я хотел утешить ее, но не было времени. Отвлекающий маневр Криспина был таков, что барьер из тел, изначально удерживавших нас в этой части корабля, уменьшался.
Первая, тевек, возможность выбраться отсюда.
Несмотря на то, что вариант, включающий в себя отказ от помощи своему соратнику, угнетал Дохрэйна, я заметил, как он смотрит в сторону коридора, который, вероятно, служил входом на мостик. Если бы мы смогли добраться до кресла капитана…
Я выпустил еще один столб пламени, чтобы очистить дорогу в нужном направлении, и схватил Дохрэйна за руку. Выражение его лица было тревожным, но он все же смирился.
Именно в этот момент Криспин с чрезвычайным усилием поднялся и ударил головой одного из инопланетян, удерживающих его, затем хобс плюнул ядом в глаз первого пирата, второго, третьего, создавая неплохое шоу. Неожиданно Криспин издал вой, который привлек внимание существ к нему.
Все внимание.
Мы не могли допустить, чтобы его попытка провалилась. Благодаря шансу, который нам дал Криспин, мы побежали. Вытащив Энджи из-за спины, я подхватил ее на руки прямо на ходу. Дерзкие проклятия Криспина снова начали превращаться в мучительные крики.
А потом тишина.
Мы услышали, как фрутаг произнес:
– В отключке? Тогда брось это в грузовой отсек. Если он выживет, то, возможно, мы сможем потребовать за него выкуп.
Теперь, когда их игрушка сломалась, пиратов больше не интересовал хобс. Ведь у них осталось еще три развлечения. Мы побежали быстрее.
– Найдите эту суку, груфалу. Если мы заполучим вторую, то выиграем, тевек, куш, потребовав за них выкуп!
Дохрэйн споткнулся. Я схватил его за крыло, удерживая до тех пор, пока он не восстановил равновесие. Мы даже не обменялись взглядами, пока продолжали бежать. Было и так ясно, что мы думали об одном и том же. Неужели на корабле находилась еще одна женщина?
Нам удалось повернуть за угол, прежде чем мы услышали крики тревоги и грохот от поступи множества ног и копыт.
И вот тогда весь ад вырвался на свободу.
Глава 25
ЭНДЖИ
