Текст книги "Наследство в саквояже, или попаданки не сдаются! (СИ)"

Автор книги: Алва Верде

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

– Да что случилось с этими взбалмошными?

– Хотела бы я знать. Если у них ничего дельного, я огорчусь до невозможности, потому что я только-только заснула, – снова зевнула и сонно вытаращилась на Эндрю, который внезапно выделил мне милую улыбку. – Что?

– Ничего… Как хорошо, что здесь все привычные к вашему стилю!

– Хо-хо! Уже и стиль мне выделили…

Договорить нам не дали, потому что прямо на лестничный пролёт вылетели как ошпаренные Энн и Генри. Энн вся раскраснелась, прелестная причёска растрепалась, а платье и вовсе выглядело так, будто его из одного места, не самого приличного, достали. Генри красовался шапочкой из бинта, которая уже не была такой уж чистой: вся в пыли, грязи и разводах.

Где эти двое лазили?

– Нашли… Мы нашли его! – Генри довольно надувал щёки и был готов нас всех расцеловать. – Нашли!

– Да! И не только его! Мы нашли… – Энн кивнула и выдохнула, смотря на нас сияющим взглядом. – Драконов тоже.

– Как?! – Эндрю восхищённо ахнул и схватился за перила, чтобы не упасть куда-нибудь. – Драконов как? Где…

– Я… – Энн внезапно смутилась, тихо прокашлялась и исправилась. – Мы просмотрели газеты и некоторые другие документы.

– Да! Даже за те годы, когда ещё Мэйс был жив! – Генри не выдержал и вклинился в разговор, за что заслужил укоризненный взгляд Энн. Ей воспитание не позволяло ткнуть его локтем. – Простите.

– Мы просмотрели все статьи и нашли упоминание, где видели в последний раз этих драконов, жёлтых, – Энн смутилась, потому что забыла название. – Вот. Их видели возле Хрустальных гор!

– Гор? – тут уже удивлялась я. – Эти драконы в горах не обитают! Я читала в справочнике, они живут в низинах, возле рек, где много речной рыбы! Их… Их просто не могли видеть в горах! Это невозможно! Всё равно что страуса в Антарктиде или льва в тундре заметить!

– Я не совсем понял, о чём идёт речь, но согласен, – Эндрю рассеянно кивнул. – Да, их там просто не могло быть.

– Да! Но не это самое важное! – Генри буквально бурлил от переполнявших его эмоций. – Вовсе не это!

– Святые, да говори ты уже нормальным языком! – Эндрю вспылил и внезапно вспомнил, что мы стоим на лестнице. И вокруг то и дело проходили слуги. С мгновение подумав, он придумал нечто совсем логичное. – Давайте пройдём в столовую, там говорить будет проще и удобнее, да ещё и уши лишние уберём.

– Какой ты кровожадный! – поёжилась и прислушалась к животу. – Хотя я согласна, у меня живот скоро к спине прилипнет.

– И куда у тебя это всё девается? Ты как бездонный кувшин!

Дождалась, мне прилетело! Это всё раздражительность и нетерпение, от которых страдал Эндрю. Из всего этого квартета только я одна отличалась сдержанностью и выдержкой, а всё благодаря сонливости. Устало посмотрела на троицу и первой направилась в столовую, хорошо идти недалеко. В животе шум и гам… Короче, пора перекусить!

Энн и Генри тарахтели без умолку, все споря о драконах и прочей ерунде. Эндрю был погружен в себя и к поверхности вовсе не стремился, его собственные мысли на дно рассуждений утягивали. Только я села в кресло, только потянулась к вкусной закуске, кажется, сделанной из рыбы, как тут парочку прорвало.

– Камень! Всё дело в камне!

– В каком камне? – закуска застыла на половине пути к моему рту. Эндрю даже замолчал, чтобы внимательнее прислушаться к новой информации. – Что за камень?

– Известняк! Небесно-голубой известняк! Из него построен этот дом… И несколько других.

– М-м-м… – я напряглась, закатывая глаза, потому что у меня дебет с кредитом не сходился. – И? Что такого в этом известняке?

– Ты скажешь или я? – Энн заговорщицки посмотрела на Генри.

– Давай ты!

– Этот известняк добывают только в Хрустальных горах! В том районе! И строили из этого известняка совсем недолго. Несколько лет. И… – Энн улыбнулась Генри. – Дальше давай ты!

– Лоридж! Это город возле гор. Почти все дома из этого известняка построены именно там! И… если там действительно видели драконов, которых там просто не могло быть… – Генри махал руками, будто пытался нас подтолкнуть к новой мысли. – Ну! Вы уже поняли, да?

Первый кусок чуть не застрял у меня в горле, когда я сообразила, о чём же говорят эти двое. Эндрю тоже догадался. В столовой воцарилась звенящая тишина. Мы вытаращили глаза. Я с трудом дожевала, запила всё морсом и пробормотала:

– Там был питомник! Вот почему там видели этих драконов. Там был питомник, пока не достроили дом и всех драконов не упекли в подземелье!

– Это было бы всё прекрасно, но до Лориджа очень и очень далеко! Нельзя за один вечер обернуться.

– Когда у тебя есть личный телепорт, то это не такая уж проблема. Та женщина, у неё были странные глаза.

– Нужно дождаться Саймона, что раздобудет он. И только потом делать выводы. Но, если в его списке будет место в Лоридже, то…

– То мне нужно будет найти общий язык с Угольком, чтобы он смилостивился и перенёс нас куда надо. Так что, всё довольно просто.

Выглядело всё просто. Но без информации Саймона мы пока безоружны. Этот проныра выудил приличную сумму денег. Но тут я смогла только улыбаться про себя: как пришло, так и ушло. Наверное, стоит выдать и Эндрю его жалование, он уже фактически стал моим душеприказчиком, а ещё бухгалтером и администратором. Даже стыдно немного.

– Нам осталось сыграть в игру «Как говорит Саймон». А теперь давайте поедим!

32. Попал или портал

Уголёк с недоверием расхаживал по новому вольеру. Тонкая металлическая сетка, ограждающая его, обладала теми же магическими свойствами, что и прутья клетки в подвале. Я ещё попросила, чтобы часть сетки зарыли в землю. Мало ли драконята захотят вырыть подкоп?

Я расхаживала вдоль сетки с ведром, полным мяса, и ехидно поглядывала на Эндрю, который сидел на пеньке и делал какие-то зарисовки. На этот раз Эндрю выбрал лёгкие свободные штаны, просторную светлую рубашку и даже снял ботинки, зарываясь пальцами ног в густую траву. Сжав ручку ведра, я засмотрелась.

Чуть волнистые чёрные волосы впервые не были уложены в идеальную причёску. А глаза Эндрю теперь будто меняли свой цвет, с серого в голубой и обратно. Обветренная загорелая кожа усиливала этот контраст. Эндрю чему-то улыбался, лёгкими движениями делая аккуратные штрихи.

– Ты не собираешься кормить Уголька? Он сейчас слюной захлебнётся.

Покраснев, но не отведя взгляд, я улыбнулась. Только спустя пару секунд смогла отвлечься и посмотреть на Уголька. Тот взлетел повыше, вцепился когтями в сетку вольера и телепался на нём как вялый лист на ветке. Заходясь слюной, которая чуть ли не на живот стекала, он розовым языком облизывал клетку. Утробно урча, бил хвостом и вовсю таращился на ведро в моей руке.

– Сжалься над голодным существом.

Обязательно! Только вот с мыслями своими справлюсь, которые мартовскими кошками скакали в моей голове. Улыбнувшись ещё шире, открыла окошко в вольере и бросила внутрь сразу несколько кусков мяса. Уголёк чуть зубы с когтями не оставил на сетке. Спикировав вниз, сразу впился в свою добычу. Я поторопилась закрыть окошко и вновь посмотреть на Эндрю. Тот же уже вовсю рассматривал меня, даже страницу блокнота перевернул.

– Что? Неужели мой портрет будет?

– Возможно, – Эндрю расслабился и даже закрыл глаза. – Просто наслаждаюсь новой жизнью, в которой всё стремительно изменилось. Теперь в ней нет места костям и окаменелостям. Только живые и дышащие существа.

– А как тебе Труляля и Траляля? – ткнула пальцем в соседний вольер. – Почему именно Уголёк тебя так интересует?

– Ну… – Эндрю вдруг встал, с удовольствием размял плечи и, оставив блокнот с карандашом на пеньке, сунул руки в карманы. – Потому что вы с ним очень похожи.

– Да? Это чем же?

Я решила последовать примеру Эндрю и с трудом сняла туфли. Зажмурившись и замурчав от удовольствия, наслаждалась мягкостью и свежестью травы. Улыбаясь, глубоко дышала.

– Норовом. Характером. Даже внешне вы чем-то похожи. А ещё весёлые, забавные…

На этом слове Уголёк подавился мясом. Хекая почти как кот, съевший килограмм шерсти, он открывал рот, телепал языком и выплёвывал мелкие кусочки мяса. Щерясь и хлопая крыльями, Уголёк совсем не сбил настрой Эндрю. Улыбка прилипла к моему лицу, смотря то на Эндрю, то на Уголька, я пыталась понять, серьёзно ли я похожа на этого дракончика? Неужели?

– Ещё скажите, что мы так же красивы, умны, милы и обаятельны!

– Есть и такое, – Эндрю со смешком ответил, с реальным умилениям смотря на Уголька. – Вы действительно похожи. Правда. И… Есть ещё кое-что, что вас сближает.

– Что же это?

Пританцовывая на носочках, я подошла к Эндрю, оставаясь ещё на почтительном расстоянии. Поправляя юбку платья, старалась не прислушиваться к кашлю подавившегося мясом. Если честно, я уже задумывалась, не влезть ли в клетку, чтобы помочь Угольку. Но резвое чавканье убедило меня, что с настигнувшей его бедой, Уголёк справился на ура.

– Я долго думал о зове. Ну, помнишь, ты про это говорила. Зов, дар… И прочее.

– Помню, у меня самой это из головы не выходит. Не зря же я нахожу общий язык с этими маджестиками.

– Да, – Эндрю внезапно помрачнел. – Об этом я тоже думал. Очень много. И та догадка, что есть у меня, она… дикая и странная.

– Ну, – я огляделась по сторонам. – Мы с тобой тут одни. Давай уж поговорим о диких вещах, потом, может быть, я и портрета дождусь, – тонко намекнула на желаемое, с улыбкой вскинув брови.

– Есть только одно, ради чего можно было бы держать живыми маджестиков.

– Ради чего же? – я обошла Эндрю, переложила его блокнот с карандашом на траву и, поджав ноги, села на пенёк, натянув на колени юбку. – Я слушаю.

– Что есть у маджестиков? Что у них есть, чего у нас нет?

– М-м-м, – я сделала вид, что задумалась. – Их свойства? Их магические свойства! У каждого из них есть дар! Вот ради чего их можно держать. Только… Их же не вынешь из маджестиков, тогда какой толк во всём этом?

– Скажу честно, на это меня натолкнула Херши. Я долго изучал её слюну, то, как она действует на людей.

– И что?

– Мы пьём травы, чтобы стать сильнее и здоровее, чтобы побороть болезни! – Эндрю взмахнул руками и посмотрел на Уголька. – Что… Что если можно пить и принимать что-то другое, что-то… что имеет отношение к маджестикам!

– Но ведь это запрещено в вашем мире. Это точно запрещено!

– Да, узнай кто-нибудь о моих экспериментах с Херши… Всё закончилось бы очень и очень плохо.

– Тогда…

– У тебя схожее свойство с Угольком, способность проникать в сознание других маджестиков. Ведь Уголёк и на тех драконов влияет. Уверен, что он и с Искрой, и с Херши может общаться.

– Погоди… – я изумлённо вытаращилась на Эндрю. – Я из другого мира, у нас нет драконов и их крови! Понимаешь?

– Понимаю, – Эндрю тяжело вздохнул. – Только вот Уголёк и подобные ему драконы открывают порталы не только в нашем мире…

33. Миссия «Невидимка»

Справочник под подушкой. Совсем как перед экзаменами, когда пытаешься запомнить то, что в голову и с прыжка не затолкнёшь. На самом деле ничего запоминать я и не собиралась, просто перечитывала всё про маджестиков. Только вот про мутации и про сумасшедшую гибридизацию там ничего и не было. Хотя я бы очень удивилась, если бы там нашлась инструкция про пересадку крыльев дракона человеку.

Да и какое отношение я могла иметь к этому миру? Я вполне обычная, просто до дурной оскомины обычная! Мама, папа, школа, друзья. Никаких драконов под кроватью и жутких способностей маджестиков. Иначе я бы точно не получила три балла по итоговой контрольной по алгебре в десятом классе.

Шторы плотно не задёрнули, и теперь луна светила мне прямо в глаза. Спать на левом боку я не могла, а на правом впору было шипеть вампиром. Вставать очень не хотелось. Я нащупала книгу под подушкой, закрыла глаза и попыталась расслабиться.

Похоже, что Эндрю был прав. Его догадка очень жизнеспособна! Ведь у той женщины, которая меня стукнула и утащила не пойми куда, были очень необычные глаза.

Хм, сколько же здесь таких созданий? Гибридов? Мутантов?

Я тоже мутант? Странно, из всего перечня странных особенностей, я обладала плохим дыханием по утрам. Такое себе…

В коридоре что-то зашуршало. Привстав на локте, вскинула брови и уставилась на дверь. В голове мелькнула мысль, что сейчас, совсем как самом кошмарном и дешёвом фильме ужасов, откроется дверь и… Но нет. Дверь и не думала открываться, зато в коридоре зашуршало сильнее.

Понятно, сегодня мне сон не светит. Какой каламбур!

– Ну, если мне кто-то сейчас попадётся под руку… Как же ему не поздоровится!

Вышагивая в мягких тапочках и поправляя балахонистую ночную рубашку, я по дороге задёрнула шторы. Взяла магический светильник и с бурчанием под нос открыла дверь. На пороге никого не оказалось.

– Что за… Господи, да в этом мире и умереть спокойно не дадут! Проще голову… – проговорив часть непечатной фразочки под нос, я вышла в коридор. – Так, дамы и господа! Кто тут есть? Хватит шарахаться ночью по поместью! У некоторых количество мелатонина слишком мало…

Зашуршало неподалёку. Кажется, там была комната, в которой раньше принимали гостей. Большая, просторная, с кучей мягкой мебели, длинным столом и тоннами хрустальной и золочёной посуды. Такой гибрид буфета с диваном. Ну, вот, очередной каламбур! Осталось надеть клоунский колпак.

Поджимая губы и морща нос, направилась к этой приёмной. Мне подумалось, что дверь точно будет заперта, но оказалось, что ключ в замочной скважине и не бывал. С рывком рванув створку двойной двери на себя, фурией занеслась в комнату.

На столе догорала обычная свеча, стулья были сдвинуты, а возле открытого окна кто-то копошился.

– Кха-кха, – деланно кашлянула, сжимая свободную руку в кулак. – Не могли бы вы объяснить, что здесь происходит?

Шуршание стихло, как и лёгкий шепоток. Порыв ветра накинул тонкую газовую шторку на чьи-то головы. Затем эти головы виновато ко мне повернулись, лунный свет всего на мгновение выхватил из темноты лица шпионов: Энн и… Генри?

Заливаясь краской, но уже не от гнева, а скорее от стыда: кажется, я помешала двум влюблённым голубкам. Пришлось замереть и не двигаться с места, молясь про себя, что ничего постыдного и интимного я не увижу. Мне повезло, потому что эта парочка просто сидела возле открытого окна и о чём-то разговаривала.

– Гм… Так, можете ничего не объяснять, просто скажу одну вещь: будете расходиться, расходитесь мимо моей спальни. Я уснуть пытаюсь. И не топайте так ногами, и одеждой не шуршите.

– Но… – Энн, становясь по цвету похожей на очищенную свёклу, выглянула из-за стола. – Мы не ходили. Мы тут несколько часов сидим. Уже…

Генри в ответ так усердно закивал головой, что мне показалось – одно движение и она спелым яблоком сорвётся с шеи и укатится не пойми куда.

– Эм, что значит не ходили?!

– Мы сидели тут, весь вечер, – Генри робко возразил.

– Если вы были тут, то кто расхаживает по коридору?

Обратно мы вынеслись втроём. Генри схватил тяжёлый подсвечник в качестве орудия. Я и Энн вцепились друг в друга, опасливо выглядывая из-за щуплой фигуры Генри. В коридоре не было никого. Совершенно. Только шуршание. Затем скрип половиц.

– Стоять! – Генри так усердно рявкнул, что мы с Энн одновременно взвизгнули и подпрыгнули на месте. – Тебе не уйти!

Ковёр, устилавший коридор, собрался гармошкой, потому что кто-то невидимый бросился наутёк. Мы втроём оцепенели от такой наглости. Не веря глазам и ушам, так и стояли истуканами.

– В этом доме всегда так шумно?

В проёме коридора, ведущем к лестнице, стоял Эндрю. Костюм и лохматая голова, как и покрасневшие глаза, говорили о том, что Эндрю, скорее всего, даже не ложился спать. Или только-только прилёг. Потирая щеку, он таращился на нас, не понимая, что встал на пути невидимого воришки или шпиона.

– Держи его!

Эндрю сбило с ног одним мощным ударом. Закрутившись волчком, он с грохотом упал на пол. Когда мы подбежали к нему, входная дверь оглушила нас звонким «Бам!»: шпион выбежал на улицу. Ловить его там было бессмысленно.

– Что это было? – Эндрю морщился и чесал затылок.

– Ну… – тяжело дыша, я разочарованно всплеснула руками. – Это было живое доказательство твоей теории про мутантов! Так что напряги свои мозги и скажи мне, какой маджестик обладает невидимостью?

– Эм… – ничего не понимая, он переводил взгляд с одного обескураженного лица на другое. – Таких нет!

– Да? – истерично воскликнув, я покачала головой. – Отлично! Тогда, пока вы все трое не объясните мне эту невидимость, я буду ночевать в твоей комнате, – ткнула пальцем в Эндрю. – Или ты в моей. И начнём мы именно сейчас!

Подхватив Эндрю под локоть, я повела его в сторону своей спальни: ночное происшествие не только взбудоражило, но и обострило желание спать. Похоже, что я превратилась не только в троглодита, но и в жуткую соню.

34. О йоде нашем великом и не только

Как пчёлы летят на мёд, так Саймон летел на знатный ужин. Джессика только стряхнула несуществующую пыль со своего передника, я, Энн, Генри и Эндрю сели за стол, как к нам привели гостя.

Мужчина выглядел утомлённым: бледная кожа, впалые глаза, даже усы не казались уже такими пышными и роскошными. Саймон не стал дожидаться отдельного предложения и просто сел на свободный стул, придвинул к себе тарелку. Только завязавшийся разговор, подобный бутону нежного цветка, тут же завял. Мы смущённо замолкли, с удивлением наблюдая за тем, как мужчина начинает свою трапезу с бифштекса, от души насыпая следом зелёного горошка. Джессика только недовольно поджала губы, глядя на это безобразие.

– Кхм-кхм, – я вежливо кашлянула, учтиво напоминая о причине появления здесь Саймона, ну и о том, что было бы неплохо эту причину озвучить. Вслух. – Итак?

– О! – Саймон, спешно проглотив два кусочка бифштекса, промокнул губы и усы салфеткой, будто намекнул на присутствующих свидетелей и не заметив моего сопротивления, пожал плечами. – Мясо великолепно!

– Пожалуй, я принесу десерт, – Джессика поправила ажурный чепец, выпрямила спину и степенно вышла из комнаты.

Едва за женщиной захлопнулась дверь, Эндрю нарочито громко хмыкнул и прожёг взглядом Саймона. Тот же развёл руками и обиженно ответил:

– Я к вам своим ходом шёл не один день, ел всякую дрянь. Неужели жаль еды для такой бедной персоны?

Я встала, обошла стол и подошла с той стороны, где стояла пузатая супница. По моей просьбе и под моим же чутким руководством Джессика сварила борщ. Устала я от этого мяса, захотелось чего-то домашнего и родного. Щедро налила борща в тарелку, добавила жирных, чуть желтоватых сливок и подвинула тарелку к Саймону.

– Вы что, отравить меня хотите?

– Вы попробуйте, потом стрихнином будете травиться. Это борщ, уверена, вам понравится!

Саймон поверил мне на слово. Взял ложку, отломил кусочек хлеба от цивилизованного ломтика и сделал пробу. Довольно фыркнул, пошевелил усами и посмотрел на меня исподлобья. Судя по взгляду, борщ пришёлся по вкусу этому необычайно талантливому человеку.

Когда тарелка опустела, Саймон удовлетворённо крякнул, снова утёр рот и даже отодвинулся от стола, расстёгивая жилетку на своём объёмном животе.

– У меня много новостей. Так много, что даже не знаю, с чего начать…

– Саймон, выкладывай как есть, не набивай цену. Больше, чем обещано, не получится выжать из наших кошельков… – Эндрю искоса посмотрел на Саймона, едва приподняв уголки губ. – Так что есть?

– Ну… Нашёл я вашего архитектора. Строил он красиво, надёжно, но недолго. Эрл Мерримен, из Лориджа.

– Значит, мы были правы! – Энн довольно воскликнула и захлопала в ладоши, не сильно печалясь, что перебила Саймона. Под моим взглядом и взглядом Эндрю она затихла, смущённо покраснела и извинилась. – Простите.

– Так вот, Эрл Мерримен построил три поместья и одну фабрику. Затем, как говорит история, он и его жена тяжело заболели лихорадкой и умерли. Похоронили их в семейном склепе в том самом Лоридже.

– Почему, как говорит история? Разве это не так? – я нетерпеливо перебила мужчину, постукивая ногой. – Они что, не умерли?

Саймон хмыкнул, довольно обвёл взглядом стол, перескакивая с одного лица на другое. Убедившись, что всеобщее внимание приковано к нему, сдвинул вбок полу сюртука и достал из внутреннего кармана что-то плотное, похожее на конверт. Затем вынул из него фотографию и протянул её мне.

– Перед вами мистер и миссис Мерримен, Эрл и его жена Гвинет. Посмотрите на оборот и на дату. Прошу вас.

Я последовала совету и с изумлением отметила про себя, что время тут идёт иначе. Даже обозначалось по-другому: семьсот пятьдесят восемь би-си. Вот как хочешь и понимай.

– Затем я узнал, что часть этого поместья перестраивали. Примерно лет пятьдесят назад. Теперь, я покажу вам вот это… – Саймон протянул мне вторую фотографию. – Мистер и миссис Эшби, Кит и Молли Эшби, а также их дети: сын Уэйн и дочь Хизер. Теперь переверните фотографию и посмотрите на дату.

Вновь последовала совету и с удивлением прочла другие цифры. Одна тысяча одиннадцатый год би-си.

– Они что, бессмертные?

– Я тоже так подумал, но они сильно постарели…

Эндрю, Энн и Генри не вытерпели, тож встали и подошли ко мне. Я перевернула обе фотографии и положила их рядом. Вглядываясь в лица, ловила себя на мысли, что они мне знакомы. Чета Эрлов не особо, а вот чета Эшби… Где же я их могла видеть?

Взяла вторую фотографию и поднесла её ближе, став уже вглядываться в лица детей четы Эшби.

– Она похожа на тебя… – Эндрю ткнул пальцем в детское личико девочки. – Хизер. Или ты похожа на неё. Если немного…

– Нет, не немного. Она похожа на меня. Она похожа… – шумно сглотнув, косо посмотрела на Эндрю, сдерживая слёзы. – Она похожа на мою маму. А этот мальчик похож на дядю Сашу. Взрослых я не узнаю… Мы с мамой правда очень и очень похожи. Только… Только разве такое возможно?!

– Про возможности вы можете узнать у другого человека… – Саймон взял булочку, внезапно вспомнив про голод. – У Эрла Мерримена был младший брат, Грант. И… И я нашёл его родню. Они все так же живут в Лоридже. Что-то мне подсказывает, что…

– Погоди, ты говоришь про Гранта Мерримена? Я ведь и не сразу сообразил, – Эндрю взволнованно повысил голос. – Тот самый Грант Мерримен?

– Да, тот самый.

– Можно подробнее? – я вклинилась в разговор. – Какой Грант Мерримен?

– Грант Мерримен, самый известный Загонщик, – горько ответил Эндрю.

Энн едва успела подвинуть стул, чтобы я на него с треском опустилась. Вяло всплеснув руками, закрыла глаза и пробормотала:

– Йод вашу медь…

35. Лапки вверх!

Время превратилось в кисель. Оно всё тянулось и тянулось, текло и текло. Казалось, возьми ложку – и нагребёшь полные карманы. Я сидела в плетёном кресле под навесом и смотрела на роскошные клумбы, которые уже успели разбить вдоль всего поместья. В основном там были розы, возле которых вовсю жужжали пчёлы. Я только тяжко вздыхала и изредка ёжилась, потому что даже в такую теплынь мне было зябко. Эндрю будто прочёл мои мысли и принёс мне тонкое шерстяное одеяло.

Я с благодарностью взяла его и поблагодарила Эндрю. Тот же нашёл другое кресло и поспешил ко мне присоединиться. Только Эндрю утирал пот со лба и отдувался, недовольно посматривая на небо и яркое солнце.

– Ты… Ты как?

– Странно, – я честно ответила, желая закутаться в одеяло по самые уши, с головой. – Непонятно. Мне… Мне грустно.

– Почему?

– Потому что я, оказывается, совсем не знаю свою маму. И дядю Сашу. Мне врали всю мою жизнь? Так что ли? Выходит, что вся моя жизнь была сплошным враньём!

– Я бы не спешил делать такие выводы. Ты лишена возможности всё спросить и узнать у своей матери. Поэтому рано что-то… Что-то решать.

– А что бы это изменило?

Я скинула туфли и подобрала ноги, упёрлась подбородком в колени и накрылась одеялом с головой. Теперь я напоминала маленького недовольного гномика. Шмыгая носом, косилась на Эндрю. Тот смотрел на меня с невероятной теплотой в глазах. На меня будто добром и лаской пахнула. Покраснев, чуть не разревелась.

– Ты бы перестала себя есть. Рано, ещё слишком рано. Успокойся и соберись с мыслями. Понимаю, тебе тяжело, но мне вот, к примеру, не легче. Я лишился целого состояния, вернее, его большой части. Потерял любимое дело. А сейчас ещё и брата брошу в самое пекло. Ну и… Мой мир резко стал другим. Как и для тебя. Только вот ты молодец и держишься, а ещё заряжаешь всех вокруг странной теплотой. Будто я жгучего напитка отведал, до кончиков пальцев разливается жар. Ты в каждого можешь вдохнуть нужные эмоции. Так что я ни разу не обижен, что мне под ноги свалилась именно ты.

– Спасибо! – слабо улыбнулась и выдохнула.

– Тогда выше нос!

– Да… Не нужно терять веру, но мне сейчас хочется притвориться мешком с картошкой.

– Что? – Эндрю недоумённо округлил глаза и выкрутил голову так, что стал похож на филина. – Какой мешок?

– Ну, это овощ такой, картошка. Вот хочу быть мешком с этим овощем, полежать в тёплом тёмном месте пару дней. Потому что каждый день какие-то события, какие-то действия, какие-то новые вещи. Нет отдыха. И все эти тайны, загадки и заговоры, от которых у меня волосы дыбом встают! Я смертельно устала… А тут ещё теперь и это…

Заряда бодрости от Эндрю хватило ненадолго. Я шмыгнула носом, всхлипнула и расплакалась. Зарылась в одеяло, превратившись в кокон. Неожиданные объятия меня смутили. Кажется, что сам Эндрю такого не ожидал. А для меня это стало отправной точкой для душащих меня рыданий. Я завыла сиреной и вцепилась в Эндрю до хруста в плечах, он даже охнул.

– Что теперь? Что делать?

Ответ в рифму крутился на языке: снять штаны и бегать, но озвучивать его я не стала. Эндрю не переживёт такого.

– Придерживаться плана. Жить дальше. И мы все справимся. Не для этого мы так далеко зашли, чтобы теперь бросить всё на половине пути. Лена, ты же наша… наша… Ты просто наша. И без тебя ничего не выйдет. Кто ещё, кроме тебя, найдёт общий язык с драконами? И кто найдёт ответы на те сложные вопросы?

– Какая красивая лесть!

– Нет, это не лесть. Это правда. Всё правда!

Я вздохнула и закрыла глаза. Ослабила объятия, опустившись до мягкой нежности. Что-то я не вовремя раскисла! Нужно ведь идти вперёд. Найти этих загонщиков, спасти маджестиков. Девочку Угольку найти, в конце концов! Не должен же он жить один. Нет, нужно всё с ног на голову поставить и переломить дурную манеру убиения невинных.

Нет, не стоит опускать руки, Эндрю прав.

– Тебе что-то сказал Саймон? Что-то… более личное?

– Он выманил у меня бутылку бренди, спросил, где я успел найти такую боевую леди и ужаснулся тому, в какую… гм… выгребную яму мы угодили. Примерно так.

– И больше ничего?

– Ещё сказал, что следующая услуга будет стоить дороже: ему на хвост сели люди из Инспекции. Нас взяли в очень плотное кольцо. Так что у нас нет пути назад. Только вперёд!

– Я хочу съездить в тот город, Лоридж. Хочу всё посмотреть своими глазами. И… Хочу осмотреть горы. Вдруг мы найдём там кого-нибудь? Каких-нибудь маджестиков? Как и в самом городе. Да и с роднёй пообщаться.

– Это будет сложно, – Эндрю нахмурился.

– Но ведь возможно? Если мы вдвоём туда поедем?

– Можем взять Энн и Генри, они сильно нам помогут, – Эндрю милостиво согласился. – Но придётся что-то придумать, потому что самими собой мы туда отправиться не можем.

– Хм… А есть какие-нибудь варианты?

– Пока нет, но я подумаю над этим. А пока нужно решить, мы… мы отправляем моего брата в Инспекцию или нет?

– Я соглашусь на это только при одном условии: ему ничего не будет грозить.

– Ты же понимаешь, что этого обещать никто не может…

– Тогда… – я скинула одеяло и встала. Вышла на солнце и посмотрела на небо. Пару раз вздохнула и с привычной улыбкой взглянула на Эндрю, который ещё видел мокрые дорожки от слёз на моих щеках. – Тогда я могу с ним познакомиться?

36. Тыковка

– Так, немного выше… Да, вот так! Нет! Левый угол завалился… – я упёрла руки в бока. – Нет, всё не так! Левый угол завалился назад. Левый верхний угол! Да! Его выше, а правый…

Генри устало пыхтел, помогая Теодору вешать новую вывеску: Мэйс и Смит. Мне повезло, теперь моя фамилия красовалась рядом. Но… Смит – это же прикрытие, не более. Так что я не сильно обольщалась. Так, чуть-чуть своё Ч.С.В. пригладила.

– А так? – Генри, обернулся и косо посмотрел на меня. – Лучше?

– Намного!

Сзади раздался скрип колёс. К нашему поместью подъезжала повозка. На ней гордо восседал какой-то старичок, седой как лунь, морщинистый, как печёное яблоко. Незнакомец упорно ехал к нам, даже не собираясь тормозить. Оправив юбки светлого платья и отбросив пряди волос с лица, я улыбнулась нашему гостю.

– Доброго вам дня! – кивнула и смело вышла вперёд, встав почти перед самой повозкой.

– Доброго, мисс Смит, – старичок закряхтел и сдвинул шляпу назад. – Вы же мисс Смит?

– Вам таланта не занимать! Как вы догадались?

– Тут только одна такая красивая мисс. Сложно не сделать правильный вывод…

Старичок остановил свою повозку, ловко спрыгнул на землю и попытался выпрямиться, едва не хрустнув костями. Поправил потёртый пиджак, выгоревший на солнце галстук и поджал губы.

– Я хотел бы поговорить с вами наедине, если это возможно.

– Разве так поступают приличные леди? – я вскинула брови.

– Нет, но вы – владелица питомника для маджестиков, если я не ошибаюсь…

Сзади послышался грохот. Мне даже пришлось обернуться и посмотреть на Генри с Теодором. Вывеска, треснувшая пополам, лежала на земле, как и несчастные парни, которые грохнулись с невысоких лесов. Я тихонько кашлянула, пожала плечами и вынужденно согласилась:

– Так и есть, мистер…

– Мистер Абридж.

– Всё верно, мистер Абридж. Только это вас и привело сюда?

– Да, именно ради этого я проехал добрую сотню миль. Моё тело уже такое старое, что с трудом выдержало такую поездку. И это ещё одна причина, по которой я стою перед вами.

– Что же… Давайте пройдём вот к той беседке, попьём чаю, а… А Теодор постережёт вашу повозку. Хорошо?

– Почему бы и нет?

Мы прошли через ворота и направились в самую правую аллею к высокой белоснежной беседке, окружённой штакетником – я настояла. У меня были свои видения в ландшафтном дизайне. На прогрессорство я не намекаю, но вот новшества некоторые я откровенно продвигала.

Сели за небольшой столик в тени и напряжённо замолчали. Мистер Абридж начал первым.

– О вас говорили много чего, но я не думал, что вы такая радушная и милая. Скорее я бы поверил в то, что вы злая, чёрствая и бездушная.

– Спасибо, приятно слышать такое! – я улыбнулась. – Теперь же давайте перейдём к делу.

– Да, дело есть дело. Верно, не будем терять время. Я жалкий старик, у которого не осталось времени. Так что мне нечего терять. Денег и земли тоже. Всё, что у меня есть, я привёз с собой и теперь хочу это передать вам.

– И-и-и…

Я всё ещё плохо понимала, о чём шла речь. В повозке лежало что-то очень важное и ценное, что-то, что теперь будет принадлежать мне.