Текст книги "Наследство в саквояже, или попаданки не сдаются! (СИ)"

Автор книги: Алва Верде

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

26. Спасение утопающих...

Голова гудела как всполошённое осиное гнездо. Морщась и хватаясь за виски, со стоном села. Перед глазами всё плыло и двоилось, пришлось сильно напрячься, чтобы разглядеть хоть что-нибудь.

Прутья. Солома. Тусклый свет через такое миниатюрное окошко, что страшно становилось. Морща нос, я вскинула брови и разглядела всё гораздо тщательнее.

Я действительно сидела в клетке, в очень знакомой клетке. Такая… Такая была в том подземелье у Мэйса, клетка для маджестиков. Встала на четвереньки подползла к решётке. Вцепилась в неё и с силой тряхнула, безрезультатно, дверь не поддалась, зато сбоку послышалась возня, странный шум и писк. Повернув голову, отпустила покрытые ржавчиной металлические прутья и оттянула веки, изображая китайца. После удара в голову мир перестал быть чётким. Две пары глаз, напоминающих глаза Уголька, только с той лишь разницей, что у Уголька они янтарные, а тут были зеленоваты, приближались к другому краю клетки.

– Ещё… драконы?

Держась за клетку, встала на ноги и, чуть пошатываясь, подошла к этим зверькам. В полумраке было плохо видно, какие именно дракончики жили в клетке по соседству.

– Эй, малыши… – просунула руку и бесстрашно коснулась дракончиков. – Вы же… Вы же такие же малютки, как Уголёк!

Один из дракончиков сразу ткнулся головой в мою ладонь и я ощутила чуть шершавую чешую. Второй же задрал голову и с писком выпустил огненный плевок в потолок. Такого света оказалось достаточно, чтобы я разглядела малышей.

Кожа у них была жёлтой, когти чёрными, а крыльев было аж две пары. Одни узкие, длинные росли от лопаток, вторые – ниже и напоминали лопасти самолёта.

– Откуда вы здесь? Вы же… Неужели мы с доктором Гибсоном были правы?

Громкие шаги прервали идиллию. Дракончиков будто метлой шуганули, они испуганно бросились в самый тёмный угол клетки, прижимаясь друг к дружке. Кто-то шёл сюда. Обернувшись на звук шагов, я стала различать в густом полумраке очертания других клеток. Единственное маленькое окошко, которое было над моей клеткой не справлялось с темнотой.

– Вот они. Берите кого-то одного…

Дверь заскрежетала и фигура в тёмном резво зашла в клетку. Дракончики подняли такой жалобный писк, что я не сдержалась. Кинувшись на клетку, принялась её трясти и кричать:

– Нет! Не троньте их!

Я по одному только писку поняла, что с дракончиками делали что-то очень плохое, если не сказать иначе. Малыши метались по клетке, плевались огнём.

– Нет! Не трогайте их! – я протянула руку и вдруг заговорила не своим голосом: – Летите в проём! В проём, живее! Над их головами! Бейте стекло! В окно! Улетайте!

– Заткните ей рот! – знакомый женский голос пробрал меня до дрожи. – Почему вы ей не завязали рот? Почему? Я же вам говорила! Дураки!

Что дураки, то дураки. Правда, я не знала, почему мне нужно было рот закрывать. Что я такого могла сказать? Что-то не своим, а тем чудным голосом? Если бы я ещё понимала, что им нужно и как нужно говорить.

– Жгите их! Огнём!

– Где она? Где?!

Мужской голос я тоже узнала. Сюда со своей кавалерией спешил Роберт Барнс, значит, и в этом мы не ошиблись. Но дракончики чётко прислушивались ко мне, проскользнув над головами людей, они пулей взмыли под потолок и стали поливать все вокруг жидким огнём. Он попадал на солому. Начался пожар. Люди принялись тушить островки хаоса, который продолжали устраивать драконы. Я же кричала и кричала, лягая через широкие прутья решётки подходивших ко мне людей ногами.

Огонь озарил множество клеток, в которых было столько маджестиков.

– Боже! Сколько же их тут? Сколько…

Слёзы на глаза навернулись. Бедных животных едва ли не штабелями складывали в темницах. Кого тут только не было! Если бы я ещё знала всех маджестиков в лицо, но вот звери смотрели на меня таким взглядом, что дрожь по телу волнами пробегала. Никогда не чувствовала ничего подобного!

Ключ уже скрежетал в замке, хотя я отбивалась до последнего. Дракончики ещё устраивали полный бардак. Люди пытались поймать их сетями, но мелкие и прыткие существа оказались очень ловкими и юркими.

Стекло в маленьком окошке треснуло с громким звоном, усыпав всё осколками. Мою клетку разделило напополам огненной струёй, когда показался… Уголёк!

– Вот он!

Женщина, преследовавшая меня, будто нажала что-то и подземелье осветилось так ярко, что я даже зажмурилась. Я думала, что ужаснее ничего не будет, оказалось, что нет. Может и ещё как!

– Боже… мой! Что это за место?

Но рассмотреть всё толком мне не дал именно Уголёк, потому что он взял под своё крылышко тех дракончиков. Троица меня вдохновила. Почти.

– Она может управлять ими! Опускайте решётку!

Свои коррективы внёс Уголёк. Никому в лапы он сдаваться не хотел, оказываться за решёткой так и тем более. Нарезав второй круг, Уголёк сделал финальный залёт и пошёл в крутое пике, стремительно приближаясь ко мне. Как по команде другие дракончики вцепились в его крылья когтями. Уголёк на полной скорости врезался в меня. Хлопок вышел знатным. Клетку почти успели захлопнуть, почти…

Яркая вспышка ослепила меня до болезненной рези в глазах. Земля под ногами разверзлась. Мерцающий круговорот утянул не пойми куда. Прошла секунда, может две, и я с диким визгом рухнула в копну скошенной травы. В небе надо мной парили целых три дракона. Привстала на локтях и огляделась: мы были возле поместья Мэйса.

– Слава меди и купоросу! – выдохнула и рухнула в траву. – Слава!

27. Новые друзья

Долгое возлежание в траве вредно для здоровья. Энн учтиво об этом напомнила, когда склонилась сверху и набросила на меня влажное полотенце:

– Вы дымитесь!

Я ничего не ответила, только глупо улыбалась и с невероятной тревогой внутри наблюдала за тремя драконами в небе. Уголёк гонял двух других мелких, как мама-кошка своих котят. Изредка в небе вспыхивало и искрилось, но на это я махнула рукой. В прямом и переносном смысле.

– Вы в порядке? Я… Вы не вернулись, а Генри… Он пришёл только к полудню! Я не выдержала и выпустила дракончика. Он чуть с ума не сошёл, так метался в клетке! Я поступила плохо?

– Нет, что ты! – я обтёрлась полотенцем, поморщилась от запаха дыма и ещё раз посмотрела на небо. Плохо верилось, что свалилась оттуда и не сломала себе шею. – Всё в порядке… Просто думаю, как теперь их… подманить.

– Об этом я не подумала…

– Ничего!

К нам спешил Генри. Прихрамывая и держась за перебинтованную голову, он пошатывался и с трудом сдерживался от возгласов. То открывая рот, то закрывая его, Генри подобрался ближе и, обогнув развалины какой-то хозяйственной постройки, стал помогать Энн поднимать меня с земли.

– Это было… странно!

– Полёт с драконом? Какой он? – Генри с щедрым восхищением заглядывал мне в глаза. – Просто невероятно! Это… это действительно невероятно! Доктор Гибсон будет в полном восторге! Нам это даже и не снилось!

– Мне казалось, что вы, Генри, маджестиков недолюбливаете. Разве нет?

– Я могу не любить маджестиков, но это не влияет на моё отношение к их способностям.

– А-а-а, вот оно что… Ясно, – я не без помощи Энн и Генри встала на ноги. – У нас будут большие проблемы!

Уголёк перестал взбешённой и взволнованной чайкой кружить в небе. Решив, что я уже готова к страстным объятиям, он спикировал сверху подобно бомбардировщику, заходящему на очередной круг. Я только успела расставить руки, чтобы подхватить эту тёплую, довольно урчащую ящерицу. Уголёк вцепился в мои плечи коготками, пару раз шлёпнул крыльями по лицу и затих, довольно смотря мне в глаза. Ну до чего умильная и в то же время наглая морда!

Тут к нам поспешили два зеленоглазика. В свете дня я смогла лучше их разглядеть. Приземлившись в траву эти два прелестных создания вперевалочку, будто уточки, подошли ко мне и устроились возле ног. Кожа у них и вправду была жёлтой, даже золотистой с красноватыми разводами. На голове красовались маленькие шишечки, похожие на едва проклёвывающиеся рога. Крылья казались более плотными, чем крылья Уголька, а кожица отливала чем-то радужным. Когти оказались не чёрными, а тёмно-зелёными, такой приятный отлив изумруда, благородный.

– Похоже, что это золоторогий императорский дракон! И… парочка.

Драконята нарочито презрительно посмотрели на Генри, будто он им напомнил тех уродов из подземелья.

Стоило только о нём вспомнить, как по спине холодом потянуло. Та женщина, со странными змеиными глазами, она что-то про меня говорила. Что я какая-то особенная. Только вот в чём моя особенность? В том, что я могу говорить прокуренным голосом, напоминающим бас профессора Лебединского? Или что?

– Уголёк, давай ты со своими друзьями вернёшься назад. Туда, в просторную клетку.

Стоило произнести это слово, как жёлтые дракончики напряглись и перестали тереться возле меня с такой любовью. На самом деле мне не хватало знаний, чтобы понять, каким даром обладают такие маджестики. Хватало с лихвой Уголька, который был просто летающим телепортом. Три зажигалки в раздражённом состоянии могли наворотить делов.

– Это ненадолго, пока я не найду вам просторный вольер среди деревьев. Обещаю! – голос у меня изменился так быстро и неуловимо, что только чудом я различила это. – Уголёк, бери этих двоих и в свою клетку, живо!

Впервые дракончик смотрел на меня таким напряжённым и недоверчивым взглядом. Мотнув головой, будто желая с неё сбросить что-то очень надоедливое, он фыркнул, отпустил меня и шлёпнулся в траву. Изредка оборачиваясь ко мне, Уголёк морщил морду, сыпал искрами и всем своим видом выказывал своё недовольство. Императорские отпрыски поспешили следом, приминая траву своими хвостами. Было смешно наблюдать, как эти трое идут к открытым дверям подземелья и спускаются вниз. Я направилась следом, опираясь на плечо Энн.

– Вы… Вы что-то им сказали? – Генри пугливо подметил такой факт, сводя брови к переносице. – Что-то странное!

– Да знаю я, про это странное. Лучше скажите, как… где-то здесь, в относительной близости, находится большой дом, в подвале которого прячут десятки… вымерших маджестиков. Не только драконов. Там… Там были разные животные. И… Загонщики имеют к этому весьма явное отношение.

– Этого просто не может быть!

– Но это было! – я возмущённо вторила, понимая сомнение Генри. – И… Такое ощущение, что они уже не только за саквояжем охотятся.

Возле лестницы я мягко высвободилась из поддерживающих объятий Энн и выпрямилась, так хрустнув спиной, что искры из глаз посыпались, а через призму неба я едва ли не Туманность Андромеды увидела. Поясница не сказала мне спасибо за такое падение.

– Та женщина, она сказала, что я могу ими управлять.Ими!

– И что это значит? – Энн зажигала светильники, пока мы с Генри медленно спускались по лестнице. – Как управлять?

– Слишком много вопросов для иномирянки, которая тут без году неделю живёт и ничего не понимает!

– Они придут сюда за вами? – Генри ужаснулся вполне натурально, тараща на меня глаза. – Они придут за всеми нами.

– Это вряд ли. Иначе давно бы поместье с землёй сравняли. Теперь мы знаем врагов в лицо, а они знают, что мы знаем. И…

Мы спустились к самому низу. Осматривая длинное подземелье, каждый из нас думал о чём-то своём. Энн зажгла последние светильники и поспешила прикрыть двери клетки, в которой сидели дракончики.

Я с тоской в сердце понимала, что то место, в котором я оказалась, оно было очень похоже на это подземелье. И что Загонщики явно что-то задумали. Иначе зачем скрывать сотню живых маджестиков.

– Что дальше? – Генри со стоном схватился за голову и сел на стул. – Что?

– Не знаю, – честно ответила, посмотрев сначала на Генри, потом на бледную и перепуганную Энн. – Ждать доктора Гибсона и думать, как найти то место. И как спасти тех маджестиков. Думаю, что они… они их убивают. Или делают какие-то ужасные вещи. Оставлять их там я не намерена!

28. Планы

Опушка возле мелкого ручья среди многовековых деревьев показалась мне самым лучшим местом под строительство вольера. И даже не одного, а целых двух, потому что Уголька нужно было отселить от Труляля и Траляля. Да, у меня оказалось специфическое чувство юмора, я просто не знала, как обозвать этих двух шебутных дракончиков, которые внешне были копией друг друга. Ещё бедные существа боялись почти всего, страшно подумать, что они пережили в том подземелье. Гораздо позже, изучая этих драконят, я заметила порезы и странные шрамы у них под крыльями. Словно у них если не кровь брали, то делали какую-то пункцию. Но в этом времени разве слышали про такое? Или я крупно ошибаюсь?

Справочник доктора Гибсона пришёлся как раз кстати, когда я решила изучить золоторогих императорских драконов. Эти маджестики были самыми миролюбивыми среди драконов. К удивлению, ментальных способностей или чего-то такого у них не было. Этот вид драконов гнездился возле больших водоёмов, питался преимущественно рыбой. Вся ценность их была именно в крови, которая наделяла драконов усиленной регенерацией и сопротивляемостью к ядам и болезням. Такая защита от других драконов и хищников.

– Так, для Уголька строим там! – я ткнула пальцем в сторону раскидистого дуба. – Делаем искусственную горку из камней. И… что-то наподобие небольшой пещеры, – я достала сложенный лист бумаги и показала свой набросок местному прорабу. Невысокий коренастый мужчина с густыми пшеничными усами довольно фыркнул и поесал затылок. – Только не из кирпича, а из камня! Я видела неподалёку отсюда целый овраг такого добра.

– Хорошо, – мужчина кивнул.

– Сверху делаем купол из тонкой металлической сетки, – я показала вторую заготовку. – Металла в поместье предостаточно. Сможете?

– На это уйдёт какое-то время, мисс Смит.

– Ничего страшного, – вторила кивком, а затем развернулась на сто восемьдесят градусов. – Для Труляля и Траляля нужно сделать вольер возле ручья. Эти ребятки миролюбивые, поэтому берём вот те кусты, делаем насыпь и что-то вроде лисьей норы вот в тех цветущих зарослях. Нужно будет выкопать канавку, чтобы вода была и в вольере. Небольшую такую запруду, в которую могла бы заплывать рыба. Сверху купол из той же металлической сетки.

– Могу я забрать ваши наброски?

– Конечно! – я сунула мужчине в руки исписанные листы бумаги, на которые я старательно перенесла рисунки из справочника. – Вот тут нужно будет сделать дорожку. И расположить вольеры таким образом, чтобы те кроны деревьев закрывали их.

– А дорожка?

– Дорожку замаскировать, она должна сливаться с травой и окружающей местностью. Наверное, подойдёт дерево, трава и камень. Не знаю, тут у меня идей почти нет.

– Это хорошая идея!

Мы с прорабом обернулись на голос. Я даже юбки светлого платья отпустила, потому что вовсе не ожидала услышать здесь доктора Гибсона. Он вернулся!

Мужчина ещё не успел сменить дорожный костюм, весь запылённый и припорошённый мелким песком. А ещё доктор выглядел измождённым. Очень измождённым. Моя радость даже притухла чуть, когда я увидела мужчину таким.

– Что-то случилось? – подобрав поспешно оброненные юбки, я поспешила к усталому археологу.

– Они прикрыли мои раскопки. Всё, они отобрали у меня почти всё.

– Это из-за меня! – поджав губы, я виновато посмотрела доктору Гибсону в глаза.

– Нет. Это всё из-за меня! Я вступился и поплатился за это. Остаётся ещё шанс повоевать за раскопки, но это будет бумажная битва, сражение кляузников, доносчиков и простых шпионов.

– Я… я могу что-то сделать?

– Вы? – мужчина вдруг улыбнулся. – Нет, ничего, к сожалению. Я вижу, то вы зря времени не теряли! – мужчина подошёл ко мне и осторожно коснулся моего локтя, разворачивая нас к подготовленной опушке. – Прекрасное место для вольеров!

– Знаете про Генри?

– О! Всё знаю. Единственное, чего я точно не знаю, так это того, на кого больше злиться: на вас или на Генри?

– На меня! – я сжала кулак и потрясла им в воздухе. – Я виновата! Моя идея. Генри пытался вас спасти, и только. Это уже я его граблями огрела и заставила стать соучастником поимки возможного шантажиста.

– Какая похвальная пылкость!

– Доктор Гибсон, если говорить серьёзно, то у нас очень большие проблемы.

– Больше, чем неудобства из-за трёх драконов, горгульи, совокота и феникса? – мужчина улыбнулся ещё шире, укоризненно сведя брови к переносице. – Неужели?

– Генри вам не рассказал, что я там видела?

Мой серьёзный тон убил всякое ехидство. Теперь археолог чётко прислушивался к моим словам. Настороженная мина состарила мужчину сразу на десяток лет. Я подметила это, когда с лица доктора Гибсона исчезла привычная улыбка.

– Нет, не рассказал.

– Там были десятки, если не сотни маджестиков. Разных. Я… я половины из них не знаю. Оставлять их там нельзя!

– Согласен. Только как мы найдём их и спасём?

– Там был Загонщик. Роберт Барнс. Мы можем… как-то повоздействовать на него?

– На открытую и кровопролитную войну с Инспекцией я не готов.

– А на шпионскую? Мстительную и очень осторожную? – хитро улыбнулась. – Нужно ещё узнать, кто строил этот дом и подземелья для почившего Мэйса.

– Так? А это зачем? – мужчина склонил голову.

– Готова поклясться, что то подземелье и это – дело рук одного человека. Узнаем, кто это, поймём, где искать маджестиков. И нужно что-то делать с охраной и барьером. Чувствую, у нас будет много гостей.

– Это поправимо!

Доктор Гибсон отпустил мою руку, потом странно посмотрел на меня. Я поняла, что он хочет что-то сделать, но боится или стесняется. А мне хотелось успокоиться и почувствовать дружеское плечо. Я, в отличие от мужчины, не была обременена этикетом, благородным воспитанием и правилами приличия. Поэтому сделала шаг и крепко обняла мужчину, довольно фыркнув. Тот не сразу ответил подобным, смущённо кашлянув.

– Я рада, что вы вернулись. Теперь я могу выдохнуть.

– А мне кажется, что это зря. Планы у вас далекоидущие!

– Но с друзьями… – я отстранилась и, опустив руки, широко улыбнулась, – осуществить их гораздо легче!

29. Капитан Очевидность

Справочник стал моей настольной книгой. Никогда в жизни я не читала столько литературы, как в те первые неспокойные дни. Мне нужно было узнать многое, чтобы понять, как обустроить жильё для своих питомцев, которых вскоре должно было стать очень много.

На третьем этаже нашлась шикарная и просторная библиотека, в которой мы с доктором Гибсоном обосновались. К справочнику добавлялись различные книги, которые я находила на достаточно пыльных полках. Покойных Мэйс обладал хорошим вкусом, а также тягой к знаниям, потому что литературы о маджестиках здесь было полным-полно. Я ещё не понимала, почему могу читать на каком-то чужом языке, но времени ломать голову над этим вопросом у меня не было от слова совсем.

Мы сдвинули два стола ближе к центру и разбились на пары по интересам: Энн и Генри искали любую информацию о драконах, я и доктор Гибсон пытались найти хоть что-то в документах, которые остались. Искали мы конкретное лицо или факты о постройке поместья.

– А у вас деловая хватка…

– Попытались бы вы в моём мире поступить в медицинский на бюджет без мохнатой лапы, я на вашу хватку с удовольствием посмотрела бы! – ухмыльнулась и упёрла руки в бока.

– Мохнатая лапа? – мужчина с удовольствием выпрямился и последовал моему примеру, чуть отклоняясь назад, громко хрустнув спиной. – Какая лапа? В вашем мире обитает особый вид маджестиков?

– Да, называется блат! – хихикнула и с улыбкой посмотрела на доктора Гибсона, он в светлом костюме просто был звездой. – С помощью блата в нашем мире, ну, по крайней мере, в моей стране, возможно всё.

– И что же такое блат? – доктор Гибсон придвинулся ко мне, с любопытством заглядывая в мои красивые глазки. – Что это?

– Ничего особенного! Всего лишь полезные связи и знакомства, родство. Мне пришлось усердно попотеть, чтобы получить заветное. Дело не в деловой хватке, вовсе нет.

– Хм… Наши миры не так уж сильно отличаются.

– Да? Вы стали известным археологом по блату?

Тут в разговор вклинился Генри. Парень ещё красовался бинтованной шапочкой на голове, хотя соображал шустро. Уперевшись руками в стол и размяв шею, Генри прищурился и внимательно посмотрел на меня:

– Мистер Гибсон пошёл по стопам своего отца! Их семья всегда была близка науке.

– Ясно, родня, – хмыкнула и уже хотела вернуться к книгам, но доктор Гибсон меня прервал. – Что?

– Неужели вы думаете, что я воспользовался…

– Да бросьте! Ответьте лишь на один вопрос: добились ли бы вы всего, что имеете, не имея за плечами такой семьи?

– Пожалуй, вы правы, – сухо кивнул мужчина. – Только я не вижу в этом ничего зазорного!

– Я вас и не упрекаю! Что вы, – улыбнулась ещё шире. – Просто вам будет сложно понять меня. Или Генри. Или Энн. Но вы стараетесь, что… радует. Будь проще и люди к тебе потянутся.

– За чем? За кошельком?

Я фыркнула и решила, что хватит идиом с прелестного доктора Гибсона, который сейчас вполне натуральным образом недоумевал и смотрел на меня так озадаченно, что хотелось мужчину по голове погладить и утешить.

– Итак… Поместье построили достаточно давно. Да? – я подвинула план дома к доктору Гибсону, возвращая его к нашим баранам. – Какая тут дата?

– Хм, дому больше ста лет. Человек, который его строил уже давно покинул наш мир.

– А это что? Его подпись? Знак? – ткнула на уголок, где красовался витиеватый вензель.

Доктор Гибсон ничего на это не ответил, взял план дома и повернулся к окну, выставляя лист бумаги на просвет. У меня глаза округлились от удивления, когда я увидела то, чего не заметила на первый взгляд.

– Нам нужно обыскать дом тщательнее. Мы многого не видели!

Я подошла к мужчине, привстала на цыпочки и, оперевшись подбородком на его плечо, принялась разглядывать странные водяные знаки. Было похоже, что кто-то старательно отмечал на плане тайные ходы, переходы и скрытые комнаты, которые не должен был видеть посторонний. Все три этажа поместья были просто окутаны паутиной лабиринта. Доктор Гибсон прицокнул и вдруг замолчал, начав усиленно сопеть. Я не сразу поняла, что его очень смущает моё присутсвие и такое фривольное отношение. Со вздохом убрала подбородок и вырвала лист бумаги из рук мужчины, затем схватила карандаш со стола и твёрдым шагом направилась к окну. Прислонила лист бумаги к стеклу и принялась старательно обводить всё, что было скрыто от нас на первый взгляд.

Доктор Гибсон не утерпел и присоединился ко мне. Стоя чуть позади, он заглядывал мне через плечо, доводя меня до дёргающегося глаза: терпеть не могла, когда кто-то дышал в затылок. Поджав губы, нахмурилась и попыталась не обращать внимания на назойливого археолога.

– Сегодня на вас простое платье… И не скажешь, что вы наследница целого состояния. Будь проще и люди к тебе потянутся?

– Именно, кэп! – я поддакнула, завершая обводить лабиринт ходов на первом этаже.

– Кэп?

– Капитан очевидность, – косо посмотрела на мужчину, едва сдерживаясь от ядовитого смешка. – Человек, который говорит очевидные вещи.

– М-м-м…

Мне стало жалко мужчину. Ему было невероятно сложно со мной, которая в своём доме ну никак не хотела соблюдать все эти странные правила. Было не до этого, проще убедить других в своей правоте. Энн и Генри уже смирились, хотя остальная прислуга ещё шарахалась, когда я инстинктивно пыталась кому-то помочь или так назойливо «тыкала».

Лицо доктора Гибсона показалось мне в этот момент очень приветливым. Таким добрым и красивым, что, чуть покраснев и улыбнувшись, я поцеловала мужчину в щёчку. Доктор Гибсон залился краской, страшно выпучил глаза и посмотрел на меня так грозно, что я не сдержала смех. Покачала головой, прикрыла рот рукой, чтобы своим гоготом и фырканьем не переполошить весь дом, и вдруг спросила:

– Могу я называть вас просто по имени? Мы же на брудершафт не пили, а я… Мне неудобно обращаться так… официально. Будто я… Обещаю, в приличном обществе я буду обращаться к вам только на вы.

– И как же мне вас звать, мисс?

– Как ни крути, а я Лена. Хелен – это прекрасно, но не для меня. Леночкой, конечно, не стоит. Но Лена вполне сойдёт. А теперь, Эндрю, если ты не против, давай вооружимся фонарями и пойдём исследовать дом. Только перед этим, думаю, стоит отправить весточку Саймону. Пообещайте ему, что я буду очень щедра.

30. План на опережение

Запутанные ходы поместья оказались слишком длинными, пыльными и… ещё там царили и властвовали пауки! Больше пауков, пожалуй, я боялась оказаться в каких-нибудь застенках Инспекции. Только вот последний страх был полностью оправдан и рационален. В отличие от пауков.

Поджимая губы и задерживая дыхание, я вышагивала мимо очередного восьминогого мохнатого и дико зловещего создания, болтающегося на паутине. Эндрю заметил моё… опасение и решил, что лучше будет держать меня под локоть. Я не стала отказываться.

– Сколько здесь ходов! Это же целый лабиринт. Мы… Мы идём в стенах? Или между этажами где-то?

– Везде. Недавно свернули возле главной лестницы, – Эндрю довольно хмыкнул. – Строили на совесть! Так и не скажешь, что здесь двойные потолки, стены и полы. Страшно думать, что под поместьем творится!

– Зачем Мэйсу такое поместье?

– Зачем загонщикам искать эти ходы? – вторил мне Эндрю. – Они их искали! Вот зачем нужен был этот маскарад с проверкой.

– Значит… тут есть что-то ценное?

– Скорее, опасное, – мужчина нахмурился и встал как вкопанный под аркой. – Какой же я дурак! Ой, дура-а-ак!

Я ничего не поняла. Что такого понял Эндрю? Что я пропустила? И почему его лицо становится таким грустным и печальным? Да и глаза его больше напоминали два водоворота.

– Что? Что не так?

– Они… Они не могли попасть в поместье! Их защита не пускала. Всё это время я считал, что есть покровитель, тот, кто помогает нам! Но всё совсем не так! Они хотели лишь одного: попасть в поместье.

– Кто они? Загонщики? Инспекция?

– Не знаю… Теперь только один вопрос: нашли они то, что хотели, или нет?

– А кто тогда мне записку передал?

– О! Мои мозги сейчас превратятся в великолепный пудинг! – Эндрю не выдержал, воскликнул и всплеснул руками. Затем вцепился в виски, будто это как-то могло помочь, и начал их массировать. – Думаю, что не нашли. Даже если бы и попали… Тут такие лабиринты, что без карты никак! Мы с ней пару раз сворачивали не туда.

– А вдруг… вдруг и у них карта была?

– Да мы сами её с трудом нашли!

– Тогда я запуталась! Сдаюсь и вывешиваю белый флаг, у меня идеи кончились. Простите! Мы вдвоём станем пудинговыми человечками!

– Я буду вишнёвым… Обожаю вишню!

Я неверяще посмотрела на Эндрю: он это сейчас серьёзно? Хотя мой живот на такое возражение ответил голодным урчанием. Этот мир на меня дурно действует, я постоянно есть хочу, будто в троглодита телепортировалась.

– Опять? – Эндрю сочувственно кивнул.

– Не опять, а снова. Но лучше всё доделать, а потом поддаться голоду!

– Хорошо, – мужчина выдохнул. – Тогда идём дальше. Впереди должна быть небольшая комната. Она как раз в той стороне, где находится камин и трубы для отопления.

– Хм…

Согласившись с таким предположением, я схватилась за локоть Эндрю и прибавила шаг. Мы прошлись коридором, затем свернули влево, потом вправо, пробрались по маленькой лестнице, потом снова влево. Паутина становилась длиннее и гуще, а ещё пыль. Тут её было столько, что любые следы были бы заметны. Но только мы обнаружили этот ход, больше ничего.

Пыльная комната с низким потолком встретила нас взвесью всякой дряни, а ещё таким ужасным затхлым запахом, что я закашлялась, а Эндрю прикрыл рот сгибом локтя. Подняв выше руку с фонарём, мужчина осветил маленькую комнату. Да, это был… кабинет!

– Неужели Мэйс здесь работал? Это же… Странно!

– Нет, не странно. Всё гораздо проще, Мэйс не доверял людям, поэтому и пользовался этим ходом и комнатой. Только… – Эндрю отпустил мою руку и подошёл к тяжёлому столу, – только мы здесь ничего не найдём, бумага вся истлела. Остался только прах.

– Там есть шкаф! – я ткнула пальцем в угол.

Там и вправду стоял шкаф. Приземистый, платяной шкаф, довольно вместительный. Пока Эндрю подрабатывал напольным канделябром, я закатала рукава и, стараясь не дышать, принялась разгребать завалы. Кое-где обвалились крючки, полки покосились. Вещей было много. В основном это оказалась одежда. Одежда мужская и очень знакомая!

– Эндрю, у меня две новости. И… Даже не знаю, они хорошие или плохие.

– При чём тут это?

– Ну, знаешь, в моём мире так говорят: предлагают на выбор озвучить новости. Хорошую, плохую… В каком порядке. Кому-то сладкую пилюлю, а потом горькую, а кому-то наоборот. Но тут я даже теряюсь.

– Тогда просто озвучь их, и мы решим вместе, какие они.

– Новость первая… – я достала из шкафа два сюртука, ну, или нечто похожее на это. – Как видишь, одежда тут двух размеров, а это означает только одно: сюда ходили двое. Двое мужчин. Мэйс и кто-то ещё. С полом мы определились…

– Если только этот некто второй и не предал Мэйса! – резонно возразил Эндрю, – об этом тоже не забывай. Не самая плохая новость… А что ещё?

– Вот это я уже видела… – теперь достала плащ. – Только не говори, что не узнал.

– Чтоб мне провалиться, умереть и не восстать! – Эндрю пробормотал что-то ещё, только я не разобрала. Наверное, что-то непечатное, что мне, как истинной леди, слышать не нужно было. – Это же…

– Да, это плащ Загонщика. Как и многие другие вещи. Мэйс и кто-то второй работали Загонщиками…

– Либо хотели, чтобы кто-то так считал.

– Йод вашу медь! Да что же тут происходит? Так кем был Мэйс? Другом или врагом? И… Кому вообще можно доверять?

– На этот вопрос я не в силах ответить, – Эндрю печально покачал головой. – Но… Мы можем найти более достойное применение этой одежде.

– Неужели есть кто-то на примете?

– Есть. Такой человек есть. Тот, кому я очень доверяю. Но прежде чем подвергнуть его жизнь немыслимой опасности, мы должны найти то, что искали. Архитектора этого здания и найти то, другое, в котором оказались вы. Только тогда мы сможем…

– Погоди, ты хочешь внедрить шпиона в ряды доблестной Инспекции? О! Познакомь меня с этим мужчиной, я должна знать этого смельчака в лицо.

– Оно будет знакомым, – Эндрю довольно осклабился. – Это мой младший брат.

31. Догадки и разгадки

Крик Энн переполошил почти всех в поместье. Я только прилегла отдохнуть после блужданий в подвале, дав вольную Эндрю, который решил продолжить копаться в документах. Крик был довольным и даже радостным, только мне от этого легче не было. Меня выдрали из объятий дремы, в которые я так стремилась.

– Что опять? – сонно зевая, сползла с кровати и недовольно выглянула в коридор. – Что стряслось?

– Энн? – голос Эндрю раздался со стороны лестницы. Похоже, что он выскочил на неё тоже перепугавшись. – Энн, с вами всё в порядке?

– Нашли!

Голоса Энн и Генри переплелись и слились в один довольный рёв. Пришлось поправить платье и твёрдым шагом направиться к лестнице, хотя на голове у меня было ещё то воронье гнездо, на которое то и дело косились проходящие мимо слуги. Но вот на это мне было чихать и розами сверху засыпать. С Эндрю мы пересеклись именно на лестнице, едва не столкнувшись нос к носу.