Текст книги "Затерянное пламя"

Автор книги: Альмира Илвайри

Соавторы: Ятен Тотенфогель
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

Глава 3. Странствующая

В центре Роттердама, в одной из старых гаваней возле набережной на вечной швартовке стоял корабль. Причём корабль необычного вида. Во-первых, выкрашенный в красный цвет. Во-вторых, над его рубкой располагалась ажурная башня с фонарным помещением, как на маяке.

Корабль, собственно, и являлся плавучим маяком. Построенным в Англии вместе с двумя десятками своих братьев и сестёр, разбросанных сейчас по всему свету.

Официально он назывался «Плавучий маяк Тринити Хаус номер 11». Правда, по своей маяковой специальности он давно не работал. Его перестроили, сделав на борту ресторан. Но его маяк по-прежнему горел, хоть и не так ярко, как прежде.

Ну, корабль, ну и что? Мало ли в Роттердаме кораблей, самых разных?.. Однако у этого корабля была тайна, которую знали немногие. А тайна его заключалась в том, что его маяк светил не только на Земле, но и в Звёздной гавани, где он работал, когда не слишком был занят на земной работе. И у него были друзья – в Звёздной гавани и на Земле. Друзья звали его – Тинто.

Посетители, конечно, не догадывались обо всех этих вещах. Они думали, что «Тинто» – название ресторана на борту. И тем более им было невдомёк, с кем разговаривает женщина, сидевшая с ноутбуком за дальним столиком в бывшей ходовой рубке, ныне – ресторанном зале.

На вид женщине было не больше сорока. Ничем особым она не выделялась – обычная горожанка. Спортивная и подтянутая. Прямые русые волосы, остриженные в кружок. Простая, удобная одежда – джинсы и расстёгнутая джинсовая рубашка, надетая поверх полосатой майки. На груди поблёскивает серебристым цепочка с якорем.

Со стороны казалось, что женщина просто говорит по мобильнику через гарнитуру. К тому же говорила она по-русски, а русский никто из посетителей не знал.

– Вот, Тинто, посмотри, так пойдёт? – женщина обновила страницу в броузере. Голос в наушниках ответил:

– Да, Альмира, теперь хорошо. Давай покажем Солейль.

– Ага, сейчас выйду.

Женщина накинула короткую белую куртку, взяла с собой ноутбук и вышла из бывшей рубки на палубу. Снаружи уже стемнело, было семь часов вечера. Пройдя на ют, женщина поднялась по трапу на крышу рубки и подошла к маячной мачте.

На лесенке, поднимавшейся внутри ажурной башни к фонарному помещению, сидела девушка с коротко остриженными золотистыми волосами и озорным, немного мальчишеским лицом. Одета она была совершенно не по погоде – жёлтая футболка с оранжевым солнышком и потёртые джинсы с бахромой по краям. Более того, она была босиком. Но от холода при этом ничуть не страдала.

И более того, поднимись сюда кто-нибудь из посетителей ресторана – он бы её не заметил. Но женщина её прекрасно видела. Держа в левой руке раскрытый ноутбук, она помахала правой:

– Соль, привет!

– Привет! – Девушка сбежала по ступенькам и присела на металлическое основание маячной мачты. Альмира села рядом и положила ноутбук на колени:

– Ну как тебе?

– Идея с Гугль-картами хорошая! – одобрила Соль. – Посетители могут сразу увидеть, где он стоит. И к нему будет приходить больше людей.

– Надеюсь, – вздохнула Альмира, открывая фотографию с плавучим маяком, построенным по другому проекту, чем Тинто.

– Ирбенский! – прозвучал юношеский голос, который могли слышать только Альмира и Соль, потому что принадлежал он кораблю, возле маячной мачты которого они сидели. – Хотел бы я с ним познакомиться!..

– Тинто, – Альмира подняла голову к маяку. – А ведь ты можешь знать его брата! Наверное, он уже в Звёздной гавани – Астраханский приёмный.

– Его там нет, – с грустной ноткой ответил Тинто.

– Почему? – удивилась женщина. Тинто помолчал.

– Говорят, его душе нужно было исцеление… Поэтому крылатые сёстры направили его в один из светлых миров.

– Уж не на Арус ли? – поинтересовалась Альмира. – Хотя, конечно, и помимо Аруса немало светлых миров… Кстати, это первый случай, когда душа корабля решает не идти в Звёздную гавань?

– Вообще-то такие случаи были, – отозвался Тинто, – но из плавучих маяков я знаю только Астраханского.

– Ирбенский беспокоится, наверное, – задумчиво проговорила Соль. – Он ведь, наверное, не знает, что с братом.

– В Гильдии тоже не знают, – добавил Тинто. – Надеются только, что душа Астраханского исцелится, и он поднимется по лестнице Маяка всех дорог, чтобы присоединиться к нам. А придя в Звёздную гавань, он научится путешествовать между мирами и сможет навещать брата.

– Понятно… – Альмира закрыла ноутбук. Ей не хотелось напоминать друзьям о грустной судьбе Астраханского приёмного. Плавучие маяки – особенные корабли. В них изначально заложено желание светить, дарить свет. И лишиться этой способности – трагедия.

С Астраханским так и произошло. Его мачту срезали и поставили на берегу. А его самого разрезали на металл.

Может, Астраханский не смог пережить эту трагедию. Может, захотел начать всё сначала… Как знать. Ирбенского бы спасти от такой судьбы. Ведь не станет Ирбенского – в России больше не останется плавучих маяков.

Альмира достала мобильник, чтобы узнать, который час:

– Соль, Тинто, мне пора. А то муж будет беспокоиться.

* * *

Поезд мчался через ночь – со скоростью сто тридцать километров в час – это можно было проверить по машинам на автобане, проходившем параллельно железнодорожным путям. Альмира сидела с ноутбуком на коленях. Но работать не хотелось. Почему-то потянуло в сон. Женщина убрала ноутбук в рюкзак и откинулась на сиденьи.

Ей снилось странное. Какой-то то ли парень, то ли девушка, с растрёпанными синими волосами и косичкой, как у падавана из «Звёздных войн». Она с этим падаваном плыла на моторной лодке по Новому Маасу – основной водной артерии в Роттердаме. Вдалеке виднелся силуэт Тинто с горящим маяком. Вот странно, подумала Альмира, сейчас ведь день, а днём его маяк обычно не включают. Да и вообще Тинто стоит не в Новом Маасе, а в Лёвехавен, в стороне от реки!..

Потом вдруг появился трёхтрубный крейсер, в котором Альмира узнала «Аврору». Её спутник (или спутница?) на моторной лодке указывал на «Аврору» и что-то объяснял.

«Аврора» шла по Новому Маасу, направляясь к группе кораблей, пришвартованных у набережной. Среди них Альмира заметила красный корпус… Плавучий маяк! Только почему-то без маячной мачты. Альмира прыгнула с лодки в воду и поплыла к нему. Ухватилась за металлическую перекладину трапа и поднялась на борт.

«Я верну тебе твой огонь. Обещаю».

– Следующая остановка – Тильбург, – услышала Альмира и, чертыхнувшись, немедленно вскочила. Чуть не проспала свою остановку… Схватив рюкзак, она выбежала из вагона.

Дом встретил её тишиной и мерцающими рождественскими гирляндами. Муж ещё не приехал с работы. На полу лежал конверт. Альмира подняла его.

Необычный штамп на конверте – и очень знакомый. Арусианский трилистник… Письмо с Аруса! Такие письма рассылают всем Странствующим, если случается ЧП.

Альмира вскрыла конверт. В письме чётким почерком Короля Дариэля было написано:

«Дорогая Странствующая Звезда! Пожалуйста, постарайся вспомнить, видела ли ты этого человека, и если видела, то где именно. Вполне возможно, что он не человек вовсе, и в таком случае опознать его будет сложнее. Но я надеюсь на твою помощь. Постарайся прибыть на Арус как можно скорее. Этот человек в беде. Тёмные миры пьют его душу, ты знаешь, что это значит… На всякий случай сообщаю: его арусианское имя – Рильстранн».

– Рильстранн… – рассеянно повторила Альмира, разглядывая приложенный к письму рисунок акварелью. – «Пламя издалека»… или «Затерянное пламя»…

«Какой у него светлый взгляд, – подумала она, глядя на акварельный этюд. – Как у Тинто… Если он не человек, вдруг он тоже плавучий маяк?»

В дверь позвонили. Альмира удивилась: кому-то из соседей приспичило что-то обсудить в девять часов вечера? Или Гиндварг забыл ключи?.. Она открыла. На пороге стояла Солейль – всё в той же футболке с солнышком и потрёпанных джинсах.

– Мира, – отдышавшись, проговорила она, – срочно летим в Роттердам! Тинто получил сообщение из Гильдии: нужна помощь человека, умеющего открывать портал на Арус!

– А я получила сообщение с Аруса, – Альмира протянула Солейль распечатанное письмо и рисунок. – Странное совпадение.

– Это не совпадение, – сказала Солейль, посмотрев на рисунок. – Скорее всего, это он.

– Кто – он?

– Астраханский приёмный. И с ним беда.

Альмира черкнула записку Гиндваргу: «Срочно улетаю по арусианским делам». Забежала наверх, в рабочий кабинет на третьем этаже. Взяла дорожный амулет – компас, подаренный совсем недавно, от имени одного известного в прошлом корабля… Спустившись вниз, схватила брошенный рюкзак с вещами и закрыла дверь на ключ.

Солейль ждала её на улице.

– Здесь разбежаться негде, – Соль посмотрела на два ряда машин, припаркованных вдоль улицы. – Придётся делать аварийный взлёт.

– Ну, аварийный так аварийный, – согласилась Альмира, снимая рюкзак с плеча и держа его перед собой. – Главное – взлететь.

– Тогда от винта!

Солейль с необычной для её хрупкого сложения силой подхватила Альмиру подмышки и подбросила в воздух. Мгновение – и Альмира уже сидела в кабине биплана, быстро набиравшего высоту. Вскоре ночной Тильбург остался реками огоньков внизу, под двойным крылом с тросами расчалок. Соль легла на курс, ориентируясь на огни загородного автобана.

Через час они уже летели над чёрной гладью Нового Мааса с колеблющимися отражениями высотных зданий в ночной подсветке. Перед ними чётким белым силуэтом светился вантовый мост Эразма с веером тросов, напоминая огромный музыкальный инструмент. Здесь Солейль взяла вправо, начала снижаться, прошла над Лёвехавен со спящими кораблями и села на автодорожный мост.

Альмира выбралась из кабины, разминая затёкшие ноги. Долетели хорошо, если не считать короткой штормовой полосы, в которую они попали на полпути до Роттердама – там хорошенько потрясло, но Альмира знала, что Солейль чувствует себя в небе как рыба в воде, и потому не паниковала.

Секунда – и на дороге вместо биплана перед Альмирой стояла девушка в жёлтой футболке и джинсах с бахромой. В её коротких волосах, задорно встрёпанных на макушке, поблескивали капельки воды.

– Дай-ка мне мобильник, – попросила Соль, когда они с Альмирой спускались по лестнице с моста на набережную. Альмира достала из рюкзака телефон. Соль нашла в адресной книге нужную запись и позвонила:

– Тинто, мы прилетели! У тебя все дома?

– К сожалению, все, – ответил в трубке юношеский голос. – Хозяева только что легли спать, так что вы особо не шумите.

– Дай на секундочку, – Альмира взяла у Соль трубку. – Слушай, у тебя на борту найдётся что-нибудь пожевать? А то я даже поужинать не успела.

– Кухня уже закрыта, но Соль что-нибудь найдёт. Главное, ты туда не заходи, а то точно всех перебудишь. Поднимайся сразу в подсобку за маячной мачтой.

– Поняла. Ну, до скорого!

Через пару минут Альмира и Солейль уже стояли на набережной, рядом с пришвартованным плавучим маяком. От набережной на борт корабля были перекинуты металлические мостки с запертыми воротами. Однако Соль знала маленький секрет этих ворот. Просунув руку между прутьями решетки, она бесшумно открыла замок. Вслед за Солейль Альмира миновала ворота, прошла вдоль левого борта Тинто на ют и поднялась по трапу на верх бывшей ходовой рубки.

Дверь в подсобку была приоткрыта. Альмира зашла внутрь и тихонько чертыхнулась, споткнувшись о кресла-мешки, которые хозяева выносили на верхнюю палубу в хорошую погоду. Устроившись на одном из них, она начала рыться в рюкзаке.

– Тинто, посвети немного, а то ни фига не видно… – Альмира искала письмо Короля Дариэля. – Так что с Астраханским приёмным?

– Мне сообщили из Гильдии, что он на Арусе, но часть его души осталась в маячной мачте, в Астрахани, на берегу. И маячная мачта недавно была похищена.

– А мне сегодня пришло письмо с Аруса, – в тусклом свете фонаря Альмира развернула конверт. – Наставник спрашивает, знаю ли я этого человека. Вот его портрет. Его имя – Рильстранн, и с ним случилась беда. А потом прилетела Соль с твоим сообщением… Странное совпадение, правда? Соль считает, что Рильстранн – это Астраханский приёмный.

– Да, в Гильдии знают, что Астраханский ушёл на Арус, – отозвался Тинто. – Но ведь это светлый мир? Что там может случиться плохого? Или… если часть души осталась на Земле и кто-то её похитил, это может как-то нехорошо повлиять?

– Боюсь, что да, – Альмира опустила руку с письмом. – В любом случае, совпадение не случайно.

– Не случайно! – подтвердила Соль, зайдя в подсобку с подносом, на котором были порезанный хлеб, сыр и – о, радость! – банка джин-тоника.

– Соль, Тинто, вы – моё спасение! – Альмира первым делом ухватила банку с джин-тоником. Сделав несколько глотков, она пристроила на коленях поднос с закуской и принялась за еду.

– Тинто, давай по порядку, – жуя бутеброд с сыром, начала она. – Так что сообщают из Гильдии?

– Тебя ждут в Петербурге по делам, связанным с Астраханским. Дали координаты места встречи. Аврора знает, что ты умеешь открывать портал на Арус.

– Аврора? – от удивления Альмира перестала жевать.

– Аврора – одна из Хранителей Санкт-Петербурга, – пояснил Тинто. – Как Леди Роттердам у нас. Ты об этом не знала?

– Не знала, к своему стыду, – призналась Альмира. – Хотя должна была догадаться… Так что, мне нужно с ней увидеться в Питере?

– Да, – подтвердил Тинто, – и она сообщит тебе подробности.

– А потом, как я понимаю, нужно будет идти на Арус и встретиться с Рильстранном… – Альмира сделала себе второй бутерброд. – Ясно… Неясно только, как быстро добраться до Питера. Надо немедленно заказывать билеты на самолёт…

– Не надо никаких билетов! – возразила Соль. – Я тебя довезу!

– Но ведь это порядочное расстояние, – засомневалась Альмира. Соль рассмеялась:

– Да ничего, одолею! Только я не Эйрбас, и дорога займёт восемь часов вместо трёх.

– Тебе точно не в напряг? – Альмира всё ещё сомневалась.

– Да точно! – заверила Солейль. – Заодно увижу Петербург. Давно хотела, ведь это же побратим Роттердама! А тут появился повод туда сгонять.

– Ну хорошо, – Альмира уложила остатки провизии в рюкзак. – Тогда вылетаем.

Глава 4. Свет и тьма

Рильстранн открыл глаза. Казалось, он медленно всплывал откуда-то из тёмной глубины, и навстречу ему лился свет – чистый, мягкий, успокаивающий… Постепенно в ореоле света вырисовалось прекрасное женское лицо. Знакомое лицо…

– Лиэлль?.. – слабым голосом спросил он, но, когда взгляд сфокусировался, Рильстранн подскочил на постели: – Королева Алура?

Мягкие тёплые ладони легли на его плечи, укладывая обратно:

– Тише, тише, вам нужен покой. – Серые глаза молодой Королевы лучились теплом и заботой, и её фигура в белом с серебром словно распространяла незримый свет – тот самый, который поднял его из забытья.

Рильстранн огляделся. Небольшая уютная комната. Белые стены, сводчатый потолок. Окно, распахнутое в сад. За окном шелестит листва, лёгкий ветерок чуть покачивает вышитую занавеску. Сам он лежит в удобной, чистой постели. На нём – пижама из мягкой тонкой ткани, почти не ощущавшаяся на теле.

И Королева Алура не в парадном наряде, а в простой домашней одежде – длинном свободном платье с широкими рукавами. Из королевских знаков отличия – только тонкий серебряный обруч с белой лилией на челе.

– Где я? – спросил Рильстранн.

– В госпитале при Замке Львов, – ответила Королева Алура. – Вас привезли вчера, вы были без сознания.

«Привезли – в королевский госпиталь? – удивился Рильстранн. – Но ведь сюда привозят только в исключительных случаях! И Королева Алура… Ведь они с Королём Дариэлем сейчас…»

– Королева, но вы же в традиционной летней поездке по городам Серебряного пояса! – удивлённо проговорил он. Королева Алура мягко улыбнулась:

– Мы с супругом прервали поездку, чтобы осмотреть вас.

– Неужели у меня такой серьёзный случай? – поразился Рильстранн. – Обычный обморок… Перетрудился, наверное.

Королева Алура покачала головой:

– Это не простой обморок, Рильстранн. Какие-то существа из тёмных миров пьют ваши жизненные силы. Мы с супругом пытались проследить эту ниточку, но она теряется во тьме. Даже он ничего не смог увидеть – только смутные образы… Одно мы знаем совершенно точно: это связано с вашей предыдущей жизнью. С миром, откуда вы пришли.

– Но я ничего не помню, – пробормотал Рильстранн. – Совершенно ничего…

– В этом вся проблема, – грустно улыбнулась Королева. – Если бы хоть одно воспоминание, хоть небольшая зацепочка, мы бы определили, куда идёт нить и как найти другой её конец. Но вы не тревожьтесь: сейчас вы под защитой добрых сил Аруса. А если снова случится обморок, мы с супругом будем рядом.

Она поднялась – стройная, в просторном белом одеянии, перехваченным широким поясом с серебряным шитьём, с длинными, чуть вьющимися русыми волосами, – и подкатила к кровати Рильстранна столик. На столике стояли прозрачный чайник со свежезаваренным травяным чаем, чашка с блюдцем, вазочка с мёдом и небольшое блюдо, накрытое полотенцем. От блюда пахло чем-то вкусным и горячим.

Королева сама налила чаю в чашку и помогла Рильстранну удобнее устроиться, поправив подушки под его спиной:

– Выпейте целебного чаю, он даст вам силы. И попробуйте яблочный пирог! Его пекла моя нянюшка, а она по пирогам специалист.

– Благодарю вас за заботу, Королева Алура, – проговорил Рильстранн. – Вы очень ко мне добры.

Его по-прежнему удивляло, что сама Королева так заботится о нём, простом… не арусианине даже, а пришельце неизвестно откуда.

– Лучшей благодарностью будет ваше исцеление, Рильстранн, – с теплом в голосе отозвалась она. – Отдыхайте, набирайтесь сил. И, – Королева улыбнулась, – есть кто-то, кто очень хочет вас видеть! А мне пора.

Королева поднялась, неслышным шагом прошла к двери и покинула комнату. Сразу же после этого внутрь буквально влетела Лиэлль. На ней было летнее платье с голубыми и жёлтыми цветами. В руках девушка держала стопку книг.

– Ты очнулся! – Подбежав, она торопливо положила книги на подоконник с цветущей геранью и взяла Рильстранна за руку: – Тёплая!.. А когда ты лежал в обмороке, у тебя руки были холодные… – Девушка осторожно присела на краешек кровати: – Как ты себя чувствуешь?

– Сейчас – хорошо, – улыбнулся Рильстранн. Вообще-то он чувствовал странную разбитость в теле, которая, впрочем, постепенно проходила под действием чая из арусианских трав.

– Король Дариэль просил передать тебе книжки, – Лиэлль кивнула на стопку книг. – Рассказы для детей и сказки… Он говорит, это то, что тебе сейчас нужно.

– Я даже не знаю, как благодарить Королеву Алуру и Короля Дариэля за то, что они для меня делают, – смущённо пробормотал Рильстранн. – Они даже прервали традиционную поездку в Середине лета – из-за обычного человека.

– Они для каждого бы так сделали, – сказала Лиэлль. – А обычных людей не бывает, Рильстранн. Мы все – необычные, каждый по-своему… Давай подолью ещё чаю.

Она взяла у него пустую чашку и снова наполнила душистым напитком.

– Ты сама угощайся, – Рильстранн кивнул на пирог, приготовленный няней Королевы. Лиэлль рассмеялась:

– Дара Мелора уже укормила меня пирогами! Мне разрешили жить при госпитале, пока ты болеешь. Хочешь, что-нибудь почитаю вслух, пока ты пьёшь чай?

– Хочу, – согласился Рильстранн. – А потом просто посидим вместе, хорошо? Как там, на берегу.

В просторной светлой гостиной на верхнем ярусе Звёздной башни – самой высокой в Замке Львов – Королева Алура и Король Дариэль обсуждали дела. Король Дариэль, с тёмно-русыми, чуть вьющимися волосами до плеч, охваченными золотистым обручем, стоял у окна, наполовину закрытого зелёной занавесью дикого винограда, росшего на подоконнике. Королева Алура сидела на диване. Солнечные лучи, падавшие через окно, золотили её волосы.

– Я не стала говорить Лиэлль, но пока мы не знаем, откуда пришёл Рильстранн, он в опасности, – сказала Королева Алура. – Добрые силы Линдариэ и Таиры защищают его, но кто знает, насколько глубоки тёмные колодцы, пьющие из него жизнь… Может статься, даже сил нашей планеты окажется недостаточно, чтобы его защитить.

– Поэтому нужно как можно скорее выяснить, кто он и откуда, – подтвердил Король Дариэль. – Пока что я вижу лишь смутные образы и тени… Могу только сказать, что в той жизни он не был человеком, хотя и был связан с людьми. А ещё он сильно связан с морем. В его мыслях часто присутствуют море и свет маяка.

– Связанный с морем и людьми, но не человек… – задумчиво проговорила Королева Алура.

– Значит, он – корабль! – воскликнула вбежавшая в комнату девчушка в голубом платьице, лицом очень похожая на Королеву. Она забралась с ногами на диван и устроилась рядом с матерью. – Папа! Мама! Вы же сами говорили, что корабли – живые!

– А ведь может, ты и права, Звёздочка, – согласился с дочкой Король Дариэль и вздохнул: – Но тогда определить, из какого мира он пришёл, будет ещё сложнее. Я уже разослал всем Странствующим его приметы – может, кто-то встречался с ним или хотя бы мельком видел в каком-то из миров… Но как по человеческим приметам определить, каким кораблём он был?..

– А твоя ученица? – напомнила Королева. – Она недавно научилась говорить с кораблями и получила Знак Союза.

– Альмире я уже отправил сообщение, – отозвался Король. – И надеюсь на её помощь. Но наша главная надежда – Лиэлль. По-настоящему помочь Рильстранну может только она.

* * *

Эта странная бесснежная зима действовала депрессивно и на туристов, и на самих петербуржцев. Казалось, ноябрь не прекращался. Он будто вознамерился задержаться здесь – кто знает, насколько?.. В прошлом году люди проклинали снежные завалы, покрытые льдом тротуары и новоязные «сосули». А сейчас мало кто не мечтал о снеге, лишь бы скрасить серые, унылые тона вечного ноября.

И этот день выдался таким же серым и хмурым. Немногочисленные прохожие на набережной лейтенанта Шмидта, спешившие укрыться от холодного ветра в офисных зданиях или в салонах маршруток, не обратили внимания на буксир, остановившийся возле спуска к воде. И тем более не обратили внимание на легко одетого молодого мужчину, соскочившего с борта буксира на гранитные ступени.

– Торнадо, друг, спасибо! – поблагодарил мужчина. Буксир с надписью «Торнадо» на борту издал приветственный гудок и начал разворачиваться в сторону порта.

Мужчина некоторое время постоял, глядя буксиру вслед. Ветер развевал его тёмные вьющиеся волосы, надувал белую рубашку и трепал матросский воротник. Но, видимо, холодный ветер прибывшему был нипочём.

– Игорь! – окликнули его сверху. Темноволосый мужчина обрадованно оглянулся:

– Ты уже здесь, Святогор!

– Я тебя уже десять минут высматриваю, – ответил густой низкий голос, наводящий на мысль о пароходном гудке. Мужчина в рубашке с матросским воротником легко взбежал по ступеням. Его встретил обладатель голоса, могучий коренастый бородач в морской форме:

– Пойдём. Хранительница ждёт тебя.

Они направились к ближайшему светофору, чтобы перейти дорогу, по которой, забив болт на ограничения скорости, неслись автомобили. Бородач Святогор нажал кнопку на светофоре. Строго говоря, этого было не нужно – Ирбенский и Красин могли перейти дорогу невзирая на мчащиеся машины, – но они всё-таки старались соблюдать правила, принятые в мире людей.

– Мне как-то неудобно, – говорил Ирбенский. – Может, это и правда всего лишь ночные кошмары. А я отвлекаю Хранительницу от городских дел по пустякам…

– Боюсь, что это не пустяки, Игорь, – отозвался Красин. – Аврора тут выяснила кое-что… Она расскажет тебе сама. – Он подтолкнул друга в спину: – Зелёный. Идём!

Перейдя дорогу, Ирбенский и Красин зашли в один из особняков, построенных в стиле классицизма. Поднялись по полутёмной лестнице и прошли в просторный зал с высокими окнами, частично прикрытыми белыми шторами.

Зал тоже был оформлен в классическом стиле. В простенках между сдвоенных мраморных полуколонн висели потемневшие от времени картины, в основном изображавшие морские сражения. Над ними тёплым жёлтым светом горели электрические свечи в канделябрах. Люстра, свисавшая с потолка, украшенного лепниной, тоже горела; искусственный свет создавал ощущение тепла и уюта.

У окна, выходившего на Неву, стояла высокая женшина в бушлате. Когда Ирбенский и Красин вошли, женщина повернулась к ним. Лицо её, с правильными, чёткими чертами, наводило на мысль об античной богине. Собственно, богиней она и была, хоть и не древнегреческой.

– Доброго плавания, Аврора, – поздоровался Красин и представил друга: – Это плавучий маяк Ирбенский, я о нём рассказывал.

– Доброго плавания, – немного смущаясь, Ирбенский протянул Авроре руку. – Извините за беспокойство, если что…

– Ко мне можно на «ты», – сказала Аврора, обменявшись с Ирбенским рукопожатием. – Садитесь, – она кивнула на стулья с высокими деревянными спинками за массивным круглым столом.

Ирбенский и Красин последовали её приглашению. Аврора сняла бушлат и повесила на спинку стула, оставшись в матросской тельняшке. Сев напротив Игоря и Святогора, она обратилась к Ирбенскому:

– Святогор мне уже сообщил, что ты беспокоишься о брате. Расскажи, что именно тебя тревожит. Какие мысли тебя посещают в связи с ним, что ты чувствуешь, чего боишься.

Ирбенский немного помолчал, собираясь с мыслями.

– Уже несколько ночей подряд мне снятся сны, связанные с братом. Сначала будто я ищу брата среди теней, зову его и не могу найти. Каждый раз после этого я просыпался со смутной тревогой. А сегодня мне снилось, что брат тонет, его затягивает в какую-то тёмную глубину, и маяк на его мачте гаснет…

Аврора покачала головой:

– Не думаю, что это просто сны… Вы, братья, должны хорошо чувствовать друг друга. К тому же вы – плавучие маяки, а маяк маяка видет издалека, – она чуть улыбнулась и снова стала серьёзной: – Недавно произошли ещё кое-какие события. В новостях о них вряд ли расскажут, но в Интернете уже пошли слухи. На одном из форумов пишут, что недавно с базы в Каспийске был угнан экраноплан «Лунь». В той же ветке другой человек уверяет, что «Лунь» был замечен возле причала гидрографических судов в Астрахани и что… – Аврора сделала паузу, глядя Ирбенскому в глаза: – «Лунь» увёз маячную мачту твоего брата, установленную на берегу.

Ирбенский потрясённо молчал. Потом через силу проговорил:

– Но… зачем? Для чего ему потребовалась маячная мачта?

– Хороший вопрос, – отозвалась Аврора. – А ещё интересно, каким образом это было сделано. На «Луне» нет нужных приспособлений. Нет даже поворотных кранов. – Помолчав, она добавила: – Уверена, здесь не обошлось без техномагии. И скорее всего, поработали техномаги не из нашего мира. «Лунь» им требовался как посредник.

– Техномаги? – вздрогнул Ирбенский. – Но всё-таки… зачем?

– В фонаре плавучего маяка, пока он горит, живёт частица его души, – ответила Аврора. – Поэтому свет маяка обладает необычной силой. Он способен дать возможность тем, кто находится в тёмных мирах, выйти из вечного сна. А для тех, кто сознательно стал Тёмным, маяк – источник энергии, из которого они будут пить, пока не опустошат до дна. И тогда Астраханскому грозит опасность: он сам может погрузиться в анабиоз где-нибудь в мирах вечной ночи.

– Но как же так? – воскликнул Ирбенский. – Ведь душа брата – в светлом мире, мне так сказали!

Аврора грустно покачала головой:

– Всё верно… Но если Тёмные начнут пить его жизненные силы, то и светлый мир не сможет удержать его. Он там развоплотится.

Ирбенский вскочил из-за стола:

– Но ведь можно же что-то сделать! – Он подошёл к сидевшей за столом Авроре и остановился перед ней: – Хранительница, что я могу сделать для брата?

– Верить в него и поддерживать добрыми мыслями, – ответила Аврора. Поднявшись, она положила руку Ирбенскому на плечо: – Это не так мало, как может показаться. А я организую расследование, подключу наших техномагов, и мы вернём маячную мачту Астраханского на место.

Красин, до этого молча сидевший за столом, встал, мягко взял Ирбенского за плечи и усадил на стул:

– Успокойся, Игорь. Если за дело взялась Аврора, всё будет в порядке.

– Нам нужны как минимум двое помощников, – Аврора снова села за стол. – Один – техномаг, который мог бы разыскать следы похитителей мачты. Второй… Вот тут могут быть проблемы. Нужен кто-то, способный открыть портал в мир, куда ушла душа Астраханского. Нам мало известно об этом мире. Я знаю только его интергалактическое название: Арус.

– Арус? – Ирбенский снова вскочил, глаза его взволнованно заблестели: – Я слышал это название! От одного человека, приходившего ко мне на набережную.

– И я слышал, – подал голос Красин и повернул голову к Ирбенскому: – Игорь, скорее всего, это один и тот же человек.

Аврора внимательно посмотрела на обоих:

– Рассказывайте по порядку: что это за человек, где вы его встречали, как именно он упоминал Арус. Игорь, сначала ты.

– Это женщина, на вид ей лет тридцать – тридцать пять. Невысокая, спортивного сложения, с короткой стрижкой. Тогда она была в белом костюме, с шейным платком. Она привела ко мне компанию друзей и они устроили концерт на набережной. Хорошие, тёплые люди… Сначала слушали рок-музыканта из Москвы, а потом несколько песен спела она. Как она сказала, одна из песен – арусианская. Ещё я запомнил её имя: Альмира Илвайри.

– Когда это было? – спросила Аврора.

– Прошлым летом, – ответил Ирбенский и уточнил: – Двадцать седьмого июля.

– Песня называлась «Заклинание Солнечного льва»? – улыбаясь, спросил Красин.

– Да! – радостно подтвердил Ирбенский. – Святогор, Альмира была и у тебя на борту?

– Была, – с улыбкой подтвердил Красин, – и тоже проводила концерт в твою честь. Более того, познакомилась с Павлом Анатольевичем.

– Похоже, это тот человек, который нам нужен, – заключила Аврора. – Надо с ней связаться. Святогор, Игорь, вы знаете что-нибудь о ней кроме имени?

– Знаем, – ответил Красин. – Она живёт в Голландии, часто бывает в Роттердаме и дружит с тамошним плавучим маяком. Его зовут Тинто.

– Да, она часто упоминала Тинто! – подтвердил Ирбенский. – И Гильдию плавучих маяков. Я так понял, это в Звёздной гавани…

– Да, это бывший остров Мелькарта, перемещённый с Земли в другое измерение. – Аврора помолчала. – Всё сходится… Возможно, Гильдия уже связалась с Тинто, а он введёт Альмиру в курс дела. На всякий случай я поговорю с Хранительницей Роттердама… Святогор, постарайся организовать приезд Альмиры Илвайри в Петербург как можно скорее и введи её в курс дела. А я свяжусь с Сашей. Она молодой техномаг, но довольно сильный.

– А я могу как-нибудь помочь? – спросил Ирбенский. Аврора посмотрела на него и тепло улыбнулась:

– А ты пока отдыхай, Игорь. Ни о чём не беспокойся и посылай брату добрые мысли. Когда все соберутся, я тебя позову.