Текст книги "Дикарка для ректора Высшей академии ведьм (СИ)"

Автор книги: Алиса Линд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

13

Теодор

Анис скулит, что ещё девственница, и в душу вползает досада. Как я сам не догадался? Ей только исполнилось восемнадцать, а до этого она была в детдоме, где, предположительно, пресекаются половые связи между учениками. Честно говоря, этот факт меня скорее злит, чем радует. Девственность – это не цветок, который кто-то с упоением срывает. Это морока и сомнительное удовольствие от неумелого тела, которое, возможно, ещё даже собственную сексуальность не осознало. Но я уже слишком завелся, чтобы притормозить от такого нелепого препятствия.

Раздражение разливается ядом по венам, член ноет от возбуждения. Эта девчонка одним запахом сводит меня с ума, а после танца и поцелуя мой внутренний хищник не успокоится, пока не попробует на вкус её оргазм. Выдергиваю ремень и слегка нагнетаю и так напряженную ситуацию.

– Ты, видимо, хочешь, чтобы тебя отшлепали? Или связали? – кровожадно пожираю Анис взглядом. Она бледнеет. На таком фоне её капитуляция будет ощущаться ещё пронзительнее.

Только от страха Анис ещё больше напрягается. Обратная какая-то реакция. Не сдается. Только звереет и твердо настроена испортить мне настроение.

– Не подходи! – повторяет, хватаясь за амулет. – Я сорву и выброшу его в окно. Посмотрим, насколько мое скорченное тело тебя заведет!

Ох ты ж! Какие мы решительные! Угрожает. Мне! Мне, черт побери!

– Давай, сделай это, – Усмехаюсь. – И действительно увидим.

Продолжаю надвигаться на неё со сложенным пополам ремнем в кулаке. Анис не двигается. Замерла, как мышь, пытающаяся скрыться от пристального внимания кошки. Она не сможет сорвать амулет. Просто потому что её мозг не позволит ей снова окунуть тело в пучину страданий. А страх паралича только подольет масла в огонь.

Я подхожу совсем вплотную и кожей чувствую её тепло и поверхностное частое дыхание. Невооруженным глазом видно, как она дрожит. Нет, я так не хочу. Я мог бы заставить её и даже довести до оргазма, но не хочу так сильно ломать её. Надо более плавно.

Отбрасываю ремень в сторону. Определенно не со страха надо заходить. Аккуратно беру Анис за руку, которая так и держит амулет, разжимаю её пальцы и убираю подальше от кристалла. Затем беру за ладонь и усаживаю на кровать.

– Удивительно строптивая и непослушная девочка, – произношу рокотливо. – Ты верно заметила, я не стану тебя насиловать. Ты отдашься мне сама и будешь меня просить. Но потом. Сегодня секса не будет.

На лице Анис мелькает тень облегчения. Ну-ну. Я получу если не сексуальное удовольствие, то хотя бы эстетическое.

– Если ты сорвешь амулет, ты определенно испоганишь мне весь кайф, Анис, – добавляю тону металла. – Но давай условимся так. Это был последний раз, когда ты угрожала мне, что снимешь его. Потому что в следующий раз я его уничтожу.

К концу фразы забиваю слова в её сознание, точно гвозди. Да, это добавит мне проблем. Придется приглашать какого-нибудь препода-Оракула, который не станет болтать, чтобы он её научил хоть как-то распознавать Силу. Но у неё проблем от этого будет больше, начиная нестерпимой болью, под которую придется учиться, заканчивая моим праведным гневом.

Вот теперь девочка бледнеет. Взгляд обреченный. Да, сладкая. Я люблю власть и умею её насаждать. Ты научишься мне подчиняться, и тогда у нас наступит гармония.

– Мы договорились, Анис? – спрашиваю с нажимом и, подойдя, чуть тяну её за волосы на затылке, вынуждаю поднять ко мне лицо.

– Я тебя ненавижу, – цедит она.

– Предсказуемый ответ, но не тот, который мне нужен! – стискиваю пряди. Я дожму эту засранку.

– Договорились, – на выдохе отвечает она и пытается отвести глаза, но я встряхиваю её за волосы, чтобы опомнилась. Отпускаю, поймав на себе её взгляд.

– Тогда разденься, пожалуйста, – приказываю мягким голосом. На вопрос в округлившихся глазах добавляю: – Полностью.

Анис встряхивает головой, бормочет под нос какие-то ругательства и начинает раздеваться. Да, девочка. Покладистость так и вырабатывается. Благодаря точному следованию приказам.

До белья Анис раздевается относительно легко. Стягивает футболку, брюки, носки, и трагично откладывает на край кровати. Затем приходит черед спортивного лифчика на тонких бретельках. Анис собирается с духом и срывает его через голову. Встает и, запустив большие пальцы под резинку трусиков, замирает. Не может решиться.

– Тебе помочь? – вмешиваюсь рокотливым ласковым голосом, больше похожим на мурлыканье кота.

– Нет! – огрызается Анис и таки спускает трусики до колен, а дальше они сами падают на пол, и она перешагивает через них.

Божественно красивая девочка. Будто Боги, когда планировали очередную партию женщин, решили сделать именно её самой красивой в мире и приложили к этому все усилия. Задерживаю взгляд на маленькой торчащей груди, спускаюсь по животу к бедрам, рассматриваю аккуратно подстриженный лобок.

Анис пытается прикрыться руками. Если бы я мог воздействовать на неё, усилием мысли завел бы эти руки ей за спину, а между ног устроил пожар желания. Но я не могу. В доступе лишь грубая человеческая сила и человеческая же психология.

Женщины возбуждаются, ощущая себя желанными. А Анис более чем желанная. Это просто наваждение какое-то.

– Ляг на кровать, Анис, – голос похрипывает возбуждением. Член готов разорвать брюки.

Она исполняет. Через несколько мгновений уже лежит по стойке «смирно», свесив согнутые в коленях ноги и сцепив руки внизу живота.

Приближаюсь и, мягко приподняв её голову, подкладываю подушки. Я хочу смотреть тебе в глаза, девочка. Обхожу кровать и опускаюсь на пол аккурат рядом с её ступнями. За лодыжки поднимаю её ноги на кровать, пытаясь развести в стороны, но Анис сопротивляется.

– Расставь ноги, сладкая, – сдабриваю действия приказом. – Я хочу на тебя посмотреть.

Ладонями прямо чувствую, как напрягаются её мышцы. Она вся в мгновение становится будто наэлектризованная железяка.

– Ты же сказал, что секса не будет… – скулит Рэйвен, поднимаясь на локти.

– У меня нет, – втискиваю сложенные ладони между её коленей и, сломив сопротивление, развожу её точеные ножки в стороны, – а ты доставишь себе удовольствие. Расслабься, ляг и поласкай себя.

14

Анис

Обреченность, по капле просачивающаяся в душу, теперь затопляет меня до краев. Я не могу сорвать амулет. Очень уж верится в угрозу, что Теодор его уничтожит. Да, я испорчу ему один вечер, а себе… Неопределенное количество времени.

– Оближи пальцы, – доносится новый приказ.

Теодор положил мне под голову подушки, и я в принципе могу видеть его лицо, если захочу, но я не хочу. Он ломает меня, вынуждает к интимному действу, хочет вырвать эмоции, которые ему не предназначаются. Которых он определенно не заслуживает. Противно видеть этого тирана, но прозвучал новый приказ, и я сдаюсь. Послушно облизываю три пальца на правой руке и опускаю её между ног. Пробегаю подушечками по нежной коже. Как назло, ощущаю, что и без слюны мокрая. С чего? Откуда? Теодор не сделал ничего такого, чтобы мое тело реагировало возбуждением, но это есть. И хорошо, в общем, что увлажнения хватает, но сам факт его наличия – что-то неправильное.

Усилием воли заставляю себя отключить стеснение и принимаюсь себя ласкать. Чем быстрее сядешь, тем быстрее встанешь, так гласит детдомовская мудрость.

Тело отзывается ещё большим возбуждением, пальцами ощущаю, как наливается чувствительная плоть, как твердеет клитор. Это жутко неправильно, кощунственно, насильственно, но сейчас эти мысли отходят на дальний план. Вперед вырывается страсть, сшибающая все на своем пути.

Наверное, если бы я регулярно этим занималась, эффект был бы не такой ошеломительный, но сейчас все мое тело охватывает дикое возбуждение, напрягаются соски, дыхание становится рваным. Хочется списать все это на происки Теодора, но у меня нет оснований не верить ему, а он сказал, что не применяет Силу.

Пальцы двигаются все быстрее, я уже этим не управляю. Тело взяло контроль над сознанием, и я, моя суть, сейчас – просто сторонний наблюдатель, который смотрит за падением тела. Это самое дно, дальше падать некуда – удовлетворять себя под пристальным взглядом мужчины, который, кажется, ловит каждый вздох и стон.

Однако мои душевные метания нисколько не препятствуют телесному удовольствию. И вскоре я достигаю пика. Внутри все сокращается и пульсирует, а я тяжело дышу, закрыв глаза.

– Хорошая девочка, – снова в уши въедается голос Теодора. Он гладит меня пальцами по внутренней стороне бедра, и я открываю глаза. Смотрю за ним, ужасаясь не то выдержке, не то общему хладнокровию. – А теперь, если не хочешь продолжения, быстро оделась и убежала отсюда.

Подскакиваю на кровати. Он отпускает меня? Не верится, но проверять не хочется. Пока не передумал, хватаю одежду и пулей лечу в к двери. Плевать, если меня увидит его прислуга. Главное, подальше от голодного зверя, который каким-то чудом на меня не набросился.

– Твоя комната следующая по коридору, – долетает в спину довольным рокотливым голосом, и я захлопываю за собой дверь.

Приваливаюсь к ней спиной и тяжело дышу. Видимо, оргазм в теле до конца не отшумел. Затем не отходя напяливаю трусики и натягиваю футболку. Так уже можно шастать по этому дому.

Захожу в соседнюю со спальней Теодора комнату и, громко вскрикнув, замираю в ужасе. Это ни разу не спальня! Это какая-то камера пыток! С кучей приспособлений для фиксации жертвы. Приглядевшись, понимаю, что все это цивильные БДСМ-девайсы, но легче не становится, сердце колотится под шеей.

Зачем он отправил меня сюда? Показать, что у него есть такое? Продемонстрировать, что меня ждет? Нет, Теодор – самый страшный человек из всех, кого мне доводилось встретить. В детдоме у нас был заместитель директора, которого все боялись. Все знали, что он самолично вытряхивает дурь из хулиганистых подопечных. Но он не чета Теодору. Чем хладнокровнее выглядит зверь, тем страшнее у него когти. А заместитель директора Дрейден часто кричал и вообще не сдерживался на подзатыльники и пинки.

За спиной раздается щелчок двери, и я отпрыгиваю к центру комнаты, как коша. Я уже знаю, кто пожаловал, и меня начинает мутить. Обреченно оборачиваюсь, уверенная, что если в спальне Теодор сдержался, то теперь наверняка оттянется на полную катушку. Я полураздета и стою в окружении соблазнительных, обтянутых кожей станков и кучи приспособлений. Сжимаюсь и жду продолжения.

– Ты не должна была сюда заходить, – произносит Теодор бархатисто и гладит по кожаной спинке нечто, напоминающее спортивного коня – цилиндр на ножках. – Следующая по коридору, это в другую сторону. Выйди, пожалуйста, если, конечно, не воспылала желанием что-то опробовать.

Резко качаю головой и порывистым шагом направляюсь к двери. Теодор пропускает меня мимо себя и выходит следом, жестом зовет за собой и открывает мне дверь с другой стороны от своей комнаты.

Вхожу. Вот это уже похоже на нормальную спальню. Кровать, комод, платяной шкаф, туалетный столик. Это не просто спальня, а для женщины. В комнате Теодора туалетного столика я не заметила.

– Засыпай, Анис, – рокочет он за спиной. – Завтра длинный сложный день, тебе нужно отдохнуть.

На этом он закрывает меня в комнате, но поворотов ключа я не слышу. Интересно, а смогу я выбраться отсюда? По факту же он меня не запер?

Пытаюсь себя отговорить. Не стоит злить его. Скорее всего, Теодор предусмотрел такой сценарий. Наверняка. Он умный мужик с деньгами и связями. Но не проверишь не узнаешь.

Полностью одеваюсь и выжидаю около получаса, нарочно не ложась в постель, чтобы не уснуть. Звуки в доме, вроде полностью стихают, и я начинаю операцию. Тишайше опускаю дверную ручку и открываю себе проход. Этому я научилась в детдоме. Я частенько пробиралась в столовую, а для этого надо было преодолеть как минимум пару скрипучих дверей. Чем жестче школа, тем легче жить, да?

В коридоре ковролин, и я на тихих лапках пробираюсь к лестнице. Везде темно и страшно, как бы не скатиться по каменным ступеням. К счастью, этот этап я прохожу легко. Пересекаю гостиную, больно стукаясь коленями о мебель, но добираюсь до входной двери. Тут сложнее, заперта на ключ. Следует поискать обходной путь – окно.

Двигаюсь вдоль наружной стены, проверяя окна на открываемость. Если туго идет, значит, может скрипнуть, иду дальше. Наконец подходящее окно находится. Открываю без скрипа, взбираюсь на подоконник и прыгаю вниз, даже не удосужившись посмотреть, что там меня ждет. Кажется, это была ошибка.

15

Анис

Лететь, как оказалось, этажа два. Я забыла, что мы на первый этаж поднимались по лестнице. Приземляюсь в кустарник, явно недавно подстриженный. Острые колючие обрубки веток настолько больно впиваются в ноги, прорываясь прямо сквозь джинсы, что я едва не скулю в голосину.

Выкатываюсь на землю, отбившись от враждебной растительности. Сердце заходится в бешеном ритме от адреналина и боли. Перевожу дыхание и слышу шуршание мелкой гальки, которой посыпаны дорожки в саду. Замираю, прислушиваясь. Звук приближается.

Не понимаю, откуда опасность. Поднимаюсь на ноги, пытаясь что-то разглядеть, но ничего не вижу. Света очень мало, он едва пробивается с улицы из-за высокого забора. На самом участке установлены редкие садовые светильники, но их свет расползается мутными пятнами, заслоняемый высокими клумбами и подстриженными кустами.

Вряд ли я смогу выйти за ворота, так что забор следует перелезть. Только как? Он отвесный, гладкий, идеально оштукатуренный. Только если забраться по дереву, но и деревьев с этой стороны дома нет. А дом большой.

Пробираюсь по саду вдоль забора, пытаясь найти удобную опору, и вдруг сзади слышу рычание. Душа падает в пятки. Здесь сторожевая собака? Да ну нет. Не может так не везти! Я же не видела её! И Теодор не создал впечатления собачника.

По спине катится ледяной пот, сердце стучит в ушах. Медленно поворачиваюсь и вижу в паре футов от себя огромного тигра. Настоящего, блин, тигра! Какого… Меня затапливает такой животный ужас, что я забываю, как дышать. Во рту скапливается слюна, а в горле встает несглатываемый ком.

На меня смотрят два огромных переливающихся зеленым глаза. Зрачки у этой кошки по всю радужку, пасть оскалена. Ну нормальный человек разве станет держать вместо сторожевой собаки тигра⁈

Я мысленно прощаюсь с жизнью. Теодор спит, его служанка тоже наверняка, а я тут один на один со смертоносным противником, против которого у моего человеческого неуклюжего тела нет ни единого шанса.

Тигр делает ко мне крошечный шажок, выставляя переднюю лапу накрест перед другой. Не спускает с меня глаз, аппетитно облизывается, предвкушая, очевидно, сочную добычу.

Мне не удрать. Это конец. Встаю ровно и пытаюсь отпустить ситуацию. Бежать все равно бесполезно. Но вдруг меня озаряет яркий свет прожектора. На доме загорается целая вереница таких, и они идеально освещают сад. Все становится видно.

Тигр садится передо мной. Все ещё выглядит заинтересованным, но у меня появляется ощущение, что жрать меня он все-таки не будет.

Вскоре со стороны входа в дом замечаю плечистую фигуру в шелковом халате. Теодор. И как узнал, что меня собираются сожрать?

Он проходит к тигру и ласково треплет того за ухом, смотрит на меня с толикой раздражения.

– Спасибо, Шу, – опускается на корточки перед тигром и гладит того по мускулистым плечам и лопаткам. Тигр довольно жмурится. – Давай проводим гостью в дом?

Тигр чуть ли не кивает, встает и обходит меня. Теодор делает приглашающий жест. Мне дурно от адреналина, немного тошнит, сердце все ещё ухает тяжело и гулко.

– Давай ты больше не будешь так делать, ладно? – Теодор изгибает бровь, повершувшись ко мне, но в голосе звучит металл. – В следующий раз я просто позволю Шу наставить тебе пару укусов, и на время ты физически не сможешь передвигаться. А мне бы этого не хотелось.

– Вы псих, – мой голос против воли дрожит от волнения. – Собаку я бы ещё поняла, но тигр!

– Собаке нужен друг, а тигру только мясо, – невозмутимо парирует Теодор. – У меня нет времени возиться с собакой. Кошки же гуляют сами по себе. С Шу удобно.

– И не боитесь, что Шу вас загрызет? – не могу удержаться от вопроса.

– Дикий зверь страшен, а когда он твой личный, его стоит бояться в последнюю очередь, – Теодор невозмутимо открывает мне дверь дома и пропускает внутрь. – Спасибо Шу, ты умница!

Это ещё и девочка? Интересно, как ему удалось её приручить настолько, чтобы считать её своим персональным зверем?

– Твое поведение никуда не годится, Анис, – тяжелым тоном продолжает Теодор, закрыв дом. – Давай условимся о правилах, при которых тебе будет комфортно со мной.

– Мне не будет комфортно с вами! – выпаливаю, едва не перебив его.

– Ты просто ещё не распробовала, – он усмехается. – Итак, готова услышать правила? Или предпочтешь узнавать по ходу, по наказаниям за нарушения?

16

Теодор

Я почти уснул, когда ко мне в комнату стучит Марсела. Ночью она не стала бы меня будить без особой нужды.

– Мистер Грант, ваша гостья попыталась сбежать, и Шу остановила её, – тихо произносит служанка, когда я в халате открываю дверь. – Думаю, педагогичнее будет, если вы поговорите с девушкой.

Киваю. Засранка Анис! Шу – идеально выдрессированная тигрица, которая не нападет, если не дать ей разрешения. Тем более, Марсела – сильная Виталистка, постоянно поддерживает навыки своей воспитанницы. Направление Виталистов – живая материя, они могут воздействовать на представителей флоры и фауны. Конкретно Марсела сосредоточила свои умения на воспитании животных, а работает у меня домработницей, потому что тайно влюблена в меня, но официально потому что я позволяю ей держать в своем доме Шу. У них вообще с этой тигрицей дружеские отношения.

Зажигаю во дворе свет и выхожу выручать свою бедовую неофитку. Анис ни секунды не способна провести в спокойствии и не встревать в истории. Что будет, когда она начнет учиться в Академии? С легким содроганием представляю, сколько неприятностей она сможет собрать там, где все окружающие её люди из сословия на несколько уровней выше. Невольно закрадывается мысль, что ей нельзя позволять учиться на общих основаниях, а значит, есть только один выход – устроить её работать своей ассистенткой.

Подхожу к Шу и глажу её, будто это моя тигрица. Марсела сейчас в доме, но я знаю, что она контролирует поведение своей подружки. По крайней мере, держит руку на пульсе и не даст напасть. Я до конца не верю, что Шу настолько понятлива, что не нападет, но под контролем Марселы она не страшна.

Анис знатно напугалась. Это хорошо. В следующий раз подумает сто раз, прежде чем устроить новый побег. Но меня не устраивает такая постановка вопроса. Побеги надо пресечь на корню, сейчас.

– Так ты готова услышать правила? Или предпочтешь узнавать на ходу, по наказаниям за нарушения? – спрашиваю с издевкой. Надеюсь, что Анис не дура и все-таки примет верное решение.

– Готова, – сипит на грани слышимости.

– Это была последняя попытка побега, – цежу с расстановкой. – В следующий раз я посажу тебя под домашний арест, и, поверь, тебе не понравится.

– Мне уже не нравится, Теодор! – визгливо выкрикивает она.

– Этого легко избежать, – отрезаю жестко. – Просто прекрати испытывать мое терпение!

– А то что? Отведете меня в ту комнату? Накажете? – Анис язвительно кривит лицо.

Оправилась от испуга и снова показывает зубки. Да ты ж моя дикая! Неужели сама не врубается, что мне для фиксации женщины не нужны никакие девайсы? Достаточно парализовать, и вот перед тобой податливое на все готовое тело, хотя я так не люблю.

Можно было бы ответить, что я той комнатой не пользуюсь, но не буду развеивать эти страхи.

– А то Ордену сдам, – меня уже утомил этот спор. – Как ведьму, которая опасна и для Ковена, и для людского сообщества. Они с радостью тебя посадят и раструбят на каждом углу.

По лицу Анис пробегает судорога, а затем щеки бледнеют.

– Все-таки не хочешь в тюрьму, правильно я понимаю? – спрашиваю с нажимом.

Она совсем сникает. То-то же. Конечно, когда замаячила возможность овладеть Силой, которую ей так и так пришлось признать, уже не так хочется за решетку. Хотя я тогда поразился честности, с которой Анис исступленно хотела оградить мир от себя.

Мы уже на втором этаже, я подвожу её к гостевой спальне. Анис смотрит в пол, плечи сгорбились, идет как на убой.

– Ну зачем я вам? – всхлипывает.

Эх. Узнаю, когда отвечу на вопрос, который я пока не задал. Это больше, чем просто желание трахнуть. Есть что-то ещё, но что, я пока сам не понял.

– Ты начинаешь проявлять чудеса непонятливости, – придвигаюсь к ней вплотную и, притеснив к стене, провожу пальцами по щеке, на грани грубости стискиваю волосы в кулаке. – Нравишься. Хочу. Возьму.

Ощущаю, как начинаю возбуждаться от мыслей о том, что я однажды присвою себе эту ведьму. Нет, надо сейчас же отправлять её спать, иначе плакали все мои планы повременить с сексом.

– Иди спать, – открываю ей дверь, она проскальзывает в комнату, а я захожу следом. – Раздевайся и залезай в кровать, а я посмотрю.

Анис мнется и не хочет раздеваться. Боги, какая упертая и непослушная девчонка! Взрывает меня.

– Сейчас же, Анис! – чуть повышаю голос для весомости. – Иначе я сам раздену тебя. Но тогда не ручаюсь, что ты скоро уснешь!

Руки Анис, словно против её воли, тянутся к кофте. Она начинает снимать с себя одежду. Отводит взгляд, смотрит куда угодно, только не на меня. Оставшись в футболке и трусиках, забирается в кровать.

Подхожу и поправляю подушку у неё под головой, подтыкаю одеяло, как заботливый родитель. Демонстрирую расположение.

– Ты будешь беспрекословно выполнять мои приказы, и мы не будем ругаться, – мурлычу себе под нос. – Тебе понравится тут, просто потерпи немного.

Анис ничего не отвечает, а я выхожу в коридор. Нарочно не запираю её комнату, хотя и могу. Нет. Мне нужно, чтобы Анис выбрала подчинение по своей воле. И, к сожалению, пока этого приходится добиваться через страх.

Марсела встречает меня у моей спальни.

– Шу волнуется, – заявляет она. – Ваша гостья больше не попытается сбежать?

– Не попытается, – заверяю, хотя допускаю тысячную долю процента вероятности, что могу ошибаться. – Пусть Шу идет отдыхать. А потом стеречь не понадобится.

На этом я наконец иду спать. Этот день меня утомил и вымотал. А понедельник уже послезавтра. Пожалуй, шопингом для Анис займется Марсела, а мы с моей неофиткой отправимся туда, где можно как следует восстановить силы.