Текст книги "Его собственность (СИ)"
Автор книги: Алиса Браун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)
Глава 29
Атмосфера в пустом зале накалилась до предела. Я металась между желанием влепить ему пощечину и постыдным, но таким сладким порывом действительно упасть к его ногам. Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, пытаясь болью привести себя в чувства. Я заставила себя не сдаваться этому наваждению.
Дмитрий навис надо мной, перекрыв кислород. Мои легкие горели от его запаха – смеси дорогого табака и той самой лесной свежести, которую хотелось вдыхать полной грудью. Он небрежно провел пальцами по моему лицу, очертив скулу, и жестко подцепил меня за подбородок. Большим пальцем он надавил на мою нижнюю губу, оттянув её вниз и бесцеремонно проник в рот. Мысли путались.
Я не выдержала. Я прикусила подушечку его пальца. Не до крови, но ощутимо. С вызовом посмотрела в его глаза, которые сводили меня с ума. Дмитрий не отдернул руку. Наоборот, его зрачки расширились. Он наклонился еще ниже, его губы были в миллиметре от моих...
Резкая трель телефона прозвучала как выстрел. Я дернулась, словно от удара током. Дмитрий недовольно цокнул языком, но хватку на моем подбородке не ослабил. Я скосила глаза на карман пальто. Телефон надрывался.
– Мне... мне надо ответить, – прошептала я, пытаясь вырваться.
Дмитрий замер на секунду, а потом медленно разжал пальцы, выпустив меня. Я тут же отскочила от него на шаг, дрожащими руками выуживая мобильник. На экране высветилось родное «Мамуля». Сердце ухнуло в пятки. Господи, только бы голос не дрожал.
– Да… Привет, мам! Все в порядке? – протараторила я, отойдя подальше к окну, спиной к Дмитрию.
Я чувствовала его взгляд лопатками. Он никуда не ушел. Он облокотился бедрами о стол, скрестил руки на груди и наблюдал за мной, как удав.
– Привет, доченька! – голос мамы звенел от счастья, которого я не слышала уже очень давно. – В полном порядке! Я звоню поздравить тебя еще раз. Как тебе папин подарок?
Я опешила.
– Какой подарок?
– В смысле какой? Кофейня! – радостно воскликнула мама. – Отец сказал мне, что решил отдать тебе это заведение как свадебный подарок! Чтобы у тебя было свое дело. Здорово, правда? Он у нас такой молодец, позаботился о будущем…
У меня перехватило дыхание. Я метнула взгляд на Дмитрия. Он усмехнулся уголком губ, понимая, о чем речь. Значит, вот как они это обставили. Отец не признался, что проиграл все. Дмитрий позволил ему соврать, чтобы мама думала, что мы все еще богатая, счастливая семья. Это была ложь. Гнусная ложь.
– А, кофейня… – пробормотала я, стараясь звучать естественно. – Да, мам. Очень классно! Я вот как раз тут. Осматриваюсь.
– Я так рада за тебя, милая! И муж красавчик, и свой бизнес, ты у меня такая умничка, – перечисляла она.
Я невольно улыбнулась, несмотря на то, что желудок скрутило от стыда.
– Спасибо, мам. Как твое здоровье? Ты как себя чувствуешь?
– Ой, да замечательно! – перебила она. – Я же сейчас уже в палате. Представляешь, папа договорился, и меня положили в этот элитный кардиоцентр! Тут условия как в санатории! Врачи говорят, обследуют меня пару дней и, может быть, даже квоту на операцию искать не придется, муж твой сказал, что все расходы берет на себя.
Я чуть не выронила телефон.
– Уже в палате?..
– Ну да! Машина приехала час назад, меня сразу забрали. Алин, это же бешеные деньги… Твой Дмитрий – он просто чудо. Золотой мужчина.
Я снова посмотрела на «золотого мужчину». Верхняя пуговица его черной рубашки была расстегнута, рукава небрежно закатаны до локтей, обнажая сильные предплечья с выступающими венами. Он выглядел как дьявол, который только что купил еще одну душу. Мою маму.
– Ну ты чего молчишь, милая? – голос мамы стал игривым. – Что-то ты совсем сегодня растерянная. Не высыпаешься там, что ли? Совсем он тебе покоя не давал на выходных, да? Молодожены…
Я почувствовала, как краска заливает лицо, шею и даже уши. Господи, мама… Если бы ты знала, как он не давал мне покоя. И почему.
– Мам, я… я просто немного устала, ты права, – сдавленно проговорила я. – Тут много дел с документами.
Мне физически больно было врать ей. Хотелось кричать, плакать, рассказать правду. Но я не могла.
– Конечно-конечно, не буду отвлекать! Отдыхай, милая. Целую!
– И я тебя. Береги себя.
Я сбросила вызов. Тишина в кофейне стала звенящей. Облегчение от того, что с мамой все хорошо, смешивалось с чувством полной беспомощности. Он опутал меня со всех сторон. Я и шагу не могу ступить без его ведома.
– Почему ты это сделал? – тихо спросила я, не оборачиваясь.
– Что именно?
– Почему ты помог отцу соврать про подарок? Почему оплатил клинику для матери?
Я медленно повернулась к нему. Я боялась подходить ближе, боялась снова потерять контроль. Дмитрий оттолкнулся от стола. Его лицо было спокойным, непроницаемым.
– Потому что могу, – просто ответил он, пожав плечами. – И потому что мне не нужны истерики твоей матери, когда она узнает, что ее муж – банкрот. Спокойная теща – спокойная жена. А спокойная жена…
Он сделал паузу, и его глаза потемнели.
– Полезнее в постели.
Произнес он грубо. Как всегда. Он одним движением преодолел расстояние между нами. Схватил меня за руку, переплел наши пальцы. Его ладонь была горячей и жесткой.
– Хватит болтать, Алина. Мы теряем время.
Он потянул меня к выходу из кафе.
– Идем. Я обещал тебе награду.
Глава 30. Дмитрий
Я сходил с ума от этой девчонки. Каждая минута рядом с ней превращалась в изощренную пытку.
Я видел, как она плавилась, дрожала и трепетала в моем присутствии. Но стоило мне отступить на шаг – она снова скалилась и огрызалась, как дикая кошка. Алина справилась с Лизой. Я знал, что она справится.
В этой девочке, несмотря на её внешнюю хрупкость, был стальной стержень. Женщины в моем кругу при малейшей проблеме бежали прятаться за мою спину или мой кошелек. А эта вышвырнула предательницу на улицу, даже не моргнув, когда в нее полетел фартук.
Она горела яростью, и этот огонь обжигал меня самого. Мне не нужна была покорная, бесхребетная кукла. И я заставлю её добровольно признать, что мы стоим друг друга.
Я открыл дверь машины. Алина скользнула на кожаное сиденье, стараясь вжаться в дверцу, только бы не касаться меня плечом. Она все еще переваривала новости от матери. Я перехватил её руку, собственнически переплетая наши пальцы. От неё пахло кофе, сладкой выпечкой и адреналином.
– В офис? – спросил водитель, глянув в зеркало заднего вида.
– Домой, – коротко бросил я. – И подними перегородку.
Тонированное стекло с тихим жужжанием поползло вверх, отрезав нас от внешнего мира. Мы остались в интимном полумраке салона. Я чувствовал, как бешено бьется пульс на её тонком запястье. Она напряженно сжала ноги, но колени чуть отвела в сторону. Идеальный доступ.
На её нижней губе, там, где она недавно прокусила кожу, наливалась алая точка. Одно лишь воспоминание о том, как она впилась зубами в мою кожу, ударило в пах так, что перед глазами потемнело.
– Ты купил клинику для моей матери, чтобы заставить меня чувствовать себя должницей? – её голос дрогнул, но взгляд остался упрямым и прямым.
– Я обезопасил свои инвестиции, – спокойно ответил я и резким рывком притянул её к себе.
Она глухо охнула, ударившись о мою грудь. Её пальцы рефлекторно вцепились в лацканы моего пиджака.
– Ты слишком много думаешь, Алина, – прошептал я, зарываясь пальцами в её волосы на затылке. – Твоя мать в безопасности. Твой отец молчит. Единственное, о чем ты сейчас должна думать – это я.
Моя ладонь скользнула под подол её пальто, поднимаясь выше по гладкому шелку чулок. Пальцы уверенно зацепили кружевную резинку, и я почувствовал, как Алина крупно вздрагивает всем телом. Я знал, о чем она вспомнила. О том разе, когда я заставил её кончить прямо здесь, на этом самом сиденье, размазывая её сопротивление в пыль.
Её дыхание сбилось. Губы приоткрылись, глаза затуманились в сладком ожидании. Она ненавидела меня за эту слабость, но её бедра сами едва заметно подались навстречу моей руке. Я обвел подушечкой пальца чувствительную кожу на внутренней стороне её бедра... и резко убрал руку.
Алина распахнула глаза. В них плескалась смесь непонимания, обиды и темной, тяжелой жажды. Разница температур между моим горячим прикосновением и прохладным воздухом салона заставила её судорожно выдохнуть.
– Нет, девочка моя, – хрипло произнес я, отстранившись ровно настолько, чтобы видеть её раскрасневшееся лицо. – На заднем сиденье больше ничего не будет. Мы не подростки, которым негде спрятаться.
Она сглотнула, пытаясь выровнять дыхание и судорожно натянуть юбку на колени. Её грудь тяжело вздымалась.
– Тогда зачем... – начала она, но голос предательски сорвался.
– Чтобы ты помнила, кому принадлежишь, – я провел костяшками пальцев по её пылающей щеке. – И чтобы к тому моменту, как мы переступим порог дома, ты сама просила меня не останавливаться.
Я откинулся на спинку сиденья, наблюдая, как она сходит с ума от неудовлетворенного желания остаток пути. Она кусала губы, комкала край жакета и не смела поднять на меня глаза.
У меня самого сводило челюсти от напряжения, а кровь пульсировала в паху так, что темнело в глазах. Но я терпел. Потому что оно того стоило. Каждая минута ее разгорающегося желания воздастся мне позже.
Я думал, что беру удобную ширму для бизнеса на один год. Но эта девочка с характером пробиралась мне под кожу. И самое паршивое – мне это начинало нравиться.
Машина мягко затормозила у особняка. Как только водитель открыл дверь, я вышел и обошел внедорожник. Алина едва стояла на ногах, когда выбралась наружу. К черту всё. Я подхватил её на руки. Она судорожно выдохнула, обхватив меня за шею.
– Я же говорил, – прошептал я ей в губы, кивнув охране на входе. – Твоя награда ждет тебя наверху.
Охрана распахнула перед нами тяжелые дубовые двери. Я прошел в холл, не выпуская Алину из рук.
– Дмитрий Александрович… – к нам метнулась экономка, пожилая Анна Ильинична, но тут же застыла, увидев мою ношу. Её глаза округлились.
– Все свободны, – рыкнул я, не останавливаясь. – Нас не беспокоить до утра.
Я чувствовал, как Алина сжалась, пряча лицо у меня на груди. Ей было неловко перед персоналом. А мне было плевать. Пусть смотрят. Она теперь моя жена и хозяйка в этом доме.
Я поднялся по широкой лестнице на второй этаж и пинком открыл дверь в свой кабинет. Это было мое святая святых. И я хотел взять её именно здесь.
Я опустил её на край массивного стола. Алина судорожно вздохнула, пытаясь поправить сбившуюся юбку и запахнуть пальто. Ее глаза были темными, расширенными. Я заблокировал её между ног, достал из верхнего ящика стола плоскую черную коробку и небрежно бросил рядом с ней.
– Открой.
Алина недоверчиво покосилась на меня, потом на коробку. Дрожащими пальцами сняла крышку. Внутри лежал новый смартфон. Топовая модель, корпус из титана. Не то барахло с треснутым экраном, с которым она ходила.
– Зачем? – прошептала она, проводя пальцем по холодному экрану.
– Моя жена не должна ходить с побитым телефоном, – отрезал я.
– Спасибо. Но не стоило…
В ее взгляде было недоверие.
– Сим-карта уже внутри. Твой старый номер восстановлен. И все нужные приложения тоже.
Я уперся руками в столешницу по обе стороны от нее, нависая скалой. В «нужные приложения» входил скрытый GPS-трекер, который невозможно отключить, и программа, дублирующая все её переписки мне на сервер.
Глава 31. Дмитрий
Она замерла, кусая прокушенную губу, и отрицательно покачала головой.
– Раздвинь, – повторил я, положив ладони на её колени. – Я обещал тебе награду.
Мои пальцы скользнули под край её юбки, и я безжалостно потянул ткань вверх, собирая её на талии. Алина судорожно выдохнула, когда прохладный воздух кабинета коснулся её кожи над кружевной кромкой чулок.
Я не стал тратить время на прелюдии руками. Я развел её бедра шире, притягивая её к самому краю стола, и стянул с неё узкую полоску белья. Она была настолько влажной, что шелк прилип к моим пальцам.
Я поднял на неё взгляд. Её щеки пылали, грудь тяжело вздымалась под расстегнутым пальто.
– Смотри на меня, – прорычал я.
Она полностью раскрылась передо мной. Идеальная, влажная, дрожащая от возбуждения. Даже ее киска была невероятно красивой, идеальной, сладкого розового цвета. Я сильнее сжал её бедра пальцами и приник губами к её пульсирующей плоти.
Алина вскрикнула, запрокинув голову. Её пальцы мертвой хваткой вцепились в мои волосы. Я пил её стоны, смакуя её вкус – сладкий, терпкий, сводящий с ума. Мой язык двигался жестко и ритмично, подчиняя её тело моей воле.
Я знал, где надавить, как приласкать, чтобы выбить из неё последние остатки рассудка. Она извивалась на твердой поверхности стола, всхлипывая мое имя, умоляя то остановиться, то продолжать.
Я чувствовал её абсолютную беззащитность и свою абсолютную власть. Я заставлял её плавиться, сгорать в моих руках. Когда её тело напряглось, готовое сорваться в пропасть, я усилил напор, втягивая набухший клитор в рот... и резко отстранился, обрывая ласку за секунду до её взрыва.
Ее долгий стон перешел в жалобный всхлип. Она судорожно зацепилась пальцами за мои волосы, требуя продолжения, но я резким движением убрал ее руку. Я рывком поднялся с кресла, на ходу расстегивая ремень и сбрасывая брюки. Член уже пульсировал от болезненного возбуждения. Я хотел эту гребаную девчонку до боли в костях.
Я притянул её к самому краю стола и обхватил за талию. Алина смотрела на меня с бешеной смесью ненависти и жгучей обиды, но все равно вцепилась ногтями в мою спину, притягивая к себе. Я накрыл её рот грубым поцелуем и вошел в нее одним резким толчком до самого основания. Никакой подготовки. Я сразу начал наращивать темп, оставляя губами алые пятна на ее шее и ключицах. Алина извивалась, стонала и умоляла закончить эту пытку.
Её крик разрезал тишину кабинета. Алина кончила бурно, содрогаясь всем телом, сжимая меня бедрами так сильно, словно боялась упасть. Внутри она сладко пульсировала, вытягивая из меня остатки контроля. Я глухо зарычал, вбиваясь в неё в последний раз, и излился горячим потоком, чувствуя, как меня накрывает оглушительная разрядка.
Я тяжело навалился на неё сверху, пытаясь восстановить дыхание. Алина откинулась назад, прикрыв глаза. Её лицо было расслабленным, опустошенным и невероятно красивым.
Тишину разорвал звонок мобильного. Не стандартная мелодия, а резкий, противный звук спецсвязи. Алина вздрогнула подо мной. Я выругался, нехотя отстраняясь от неё и шаря рукой по столу в поисках трубки. Этот телефон звонил только в одном случае – если случилось дерьмо вселенского масштаба.
– Да, – рявкнул я, приводя себя в порядок.
– Дмитрий Александрович, у нас ЧП, – голос начальника службы безопасности, Михаила, был напряженным. – Северный склад в Химках. Пожар.
– Что?! – я мгновенно протрезвел. Сонливость и негу как рукой сняло. – Люди?
– Охрану положили. Двое тяжелых. Но главное не это. Они добрались до «архива».
У меня потемнело в глазах. «Архив» – это замаскированное помещение внутри склада, где хранился черный нал за последний месяц работы трех казино. И сервера с данными оффшорных счетов.
Мы работали чисто, но наличку нужно было где-то аккумулировать. Если сгорит нал – это потеря денег. Хреново, но переживу. Если менты доберутся до серверов до того, как они сгорят – это конец. Это тюрьма лет на пятнадцать.
– Кто? – тихо спросил я, чувствуя, как внутри поднимается ледяная ярость.
– Люди Северина. Камеры успели засечь его «торпед» перед тем, как отрубилось питание. Он пошел ва-банк.
Я сбросил вызов и швырнул телефон на стол так, что он проехался по полированной поверхности. Сука. Северин. Старый стервятник решил, что я расслабился из-за свадьбы? Решил ударить, пока я играю в семью? Он дорого за это заплатит. Я выжгу его бизнес дотла.
Я быстрым шагом прошел в смежную с кабинетом спальню. Алина осталась сидеть на столе, нелепо одергивая юбку. Её глаза были огромными, испуганными.
– Что случилось? – тихо спросила она.
– Ничего, что тебя касается, – коротко бросил я, открывая скрытый сейф за панелью.
Пальцы быстро набрали код. Замок пискнул, дверца отъехала. Мне нужен был «ствол», который не числится в базах. И наличка для ментов, чтобы заткнуть им рты на время пожара. Я схватил пистолет, проверил обойму и сунул его за пояс джинсов. Сгреб пачки денег в спортивную сумку.
Алина следила взглядом за моими движениями. Я посмотрел на неё. Растрепанная, теплая, домашняя. Меня разрывало на части. Каждая клетка моего тела хотела остаться здесь. Прижать её к себе, продолжить то, на чем мы остановились, и послать весь мир к черту. Но если я не поеду, Северин не остановится. Следующим ударом может стать мой дом. Или она. Я не мог рисковать.
Я подошел к ней, перехватил за затылок и жестко поцеловал.
– Никуда не выходи. Слышишь? Ни шагу из дома.
– Что все это значит? – она схватила меня за руку.
Её пальцы дрожали.
– Вернусь к утру, – пообещал я, с трудом отрывая её руку от себя. – Иди в спальню. Запрись. Глеб за тобой присмотрит.
Я вышел в коридор, не оглядываясь. Там меня уже ждал Михаил.
– Машину к входу, – скомандовал я на ходу. – Поднять всех. Группу быстрого реагирования – на склад. Юристов – готовить документы.
– Понял. Что с Севериным?
– Найти, – процедил я сквозь зубы, чувствуя вкус крови во рту. – И привезти ко мне. Живым или по частям.
Глава 32
Как только за ним закрылась дверь, я медленно сползла со стола и облокотилась на него бедрами. Все тело все еще немного подрагивало.
Я обхватила плечи руками, пытаясь унять дрожь. Перед глазами стояла картина: Дмитрий, засовывающий пистолет за пояс, холодный блеск металла и его ледяные глаза.
Желудок скрутило от накатывающей тревоги. Перед глазами все расплывалось.
А что было бы, если бы я действительно попыталась сбежать? Как скоро дуло этого пистолета оказалось бы у моего виска?
Я невольно поежилась. Нужно привести себя в порядок. Смыть с себя его запах и липкий страх. Я поднялась, одернула разорванную юбку, поправила жакет. Волосы спутались. К щекам подступил жар.
Экономка видела, как он нес меня. Охрана все слышала. Теперь весь персонал знает, чем мы тут занимались. Для них я просто очередная подстилка босса, которой дали статус жены.
Я подошла к двери кабинета, ведущей в коридор, и дернула ручку. Заперто. Я дернула сильнее. Бесполезно.
Когда он успел меня запереть? Я этого даже не заметила.
Внутри все начинало клокотать. Но от злости усталость накатила с новой волной. Ладно. Он сказал «никуда не выходить». Видимо, он понимает это буквально.
Я развернулась и пошла в смежную дверь – в его спальню. Здесь было темно и прохладно. Огромная кровать, застеленная черным шелком. Мебель из темного дерева. Тяжелые портьеры. Все красиво, дорого и мрачно под стать хозяину.
Я быстро прошла через спальню в ванную комнату. Она была похожа на ту, что в гостевой, только больше и строже. Черный мрамор, хром, зеркала. Я закрыла дверь изнутри на щеколду. Глупо, ведь я здесь одна, но так было спокойнее. Скинула с себя испорченную одежду и встала под душ.
Теплая вода ударила по плечам, расслабляя напряженные мыщцы. Я потянулась к полке и взяла гель для тела. Он пах сандалом и хвоей, как Дмитрий. Я отдернула руку, словно обожглась. Я не хочу этим мыться. Не хочу пахнуть им еще сильнее. Я хочу смыть его с себя!
Но другого геля здесь не было. А запах… он был густым, терпким и мужским. Я осела на дно душевой кабины. Тело предательски среагировало – внизу живота снова сладко потянуло.
– Нет… – простонала я, закрыв лицо руками. – Хватит.
Он сводил меня с ума, буквально. И меня начинало это по-настоящему пугать. Даже сейчас, я ужасно волновалась за него. Ведь я не знала, что происходит.
Я сделала глубокий вдох и нашла кусок обычного твердого мыла без отдушек. Я сильнее этого наваждения. Я должна быть сильнее. Я не могу быть настолько зациклена на этом тиране.
Выйдя из душа, я завернулась в полотенце. На хромированной вешалке висел белый махровый халат. Я сняла его и нахмурилась. Он был небольшого размера. Явно не на Дмитрия с его широченными плечами.
У меня внутри все похолодело.
Чей он? Он водил девушек в свою личную спальню? Или он купил его для меня?
Но бирки не было. Халат не выглядел новым. Он выглядел… домашним. Меня уколола острая игла ревности.
Стоп, Алина! Тебя это не касается! Какая разница, кто спал здесь до тебя? Ты здесь по контракту.
Я надела халат. Но на душе все равно стало ужасно неприятно. Он пах порошком и чистотой. Никаких чужих духов. Это немного успокоило, но осадок остался.
Я вернулась в кабинет. Здесь царил хаос. Дмитрий в спешке смахнул со стола бумаги. Папки с документами валялись на ковре вперемешку с ручками. Смотреть на этот погром было невыносимо. Нужно привести все в порядок. Уборка всегда меня успокаивало и помогала разложить мысли по полочкам.
Я опустилась на колени и начала собирать бумаги. Аккуратно складывала листы в стопки, раскладывала папки на краю стола. Мой взгляд зацепился за синюю обложку из плотного картона. Она раскрылась при падении. На титульном листе знакомым шрифтом было напечатано: «Брачный контракт».
Я замерла. Я ведь так и не прочитала, что там написано мелким шрифтом. Знаю только общие фразы: «год брака», «фиктивный статус», «развод». Рука сама потянулась к документу. Надо хотя бы знать, с чем я останусь, когда он меня вышвырнет. Хотя вряд ли мне достанется хоть что-то. Да я и не претендую. Мне не нужны его кровавые деньги.
Внутри опять все сжалось в тугой узел, а тошнота подступила к горлу.
Я начала листать страницы. Пункт 2.1: «Супруга не претендует на имущество, приобретенное до брака…» – ожидаемо. Пункт 3.5: «В случае расторжения брака супруге выплачивается компенсация в размере…» – сумма была прочерком. Видимо, решать будет он.
Я перелистнула страницу. И мой взгляд споткнулся о раздел «Ответственность сторон». Пункт 4.2. Буквы заплясали перед глазами. Я моргнула, перечитывая еще раз. Медленно. Вникая в каждое слово.
«В целях оптимизации налогообложения, Супруга назначается номинальным Генеральным директором и единственным учредителем ООО «Вектор». В случае возбуждения уголовных дел в отношении деятельности ООО «Вектор», полная уголовная ответственность ложится на Генерального директора.».
Пальцы резко похолодели, словно я коснулась льда. Я выронила папку. Она с глухим шлепком упала на пол.
Я вспомнила его телефонный разговор. Господи. Он не просто купил меня. Он не просто сделал меня женой для картинки. Он сделал меня щитом. Если его накроют – сядет не Дмитрий Воронов. Сяду я.
Это все было ложью. Он дал мне кофейню, чтобы я почувствовала себя бизнес-леди и потеряла бдительность. Я – подставное лицо. Я – мясо, которое он скормит волкам, чтобы спастись самому.
