Текст книги "Его собственность (СИ)"

Автор книги: Алиса Браун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 21

Его слова оборвали во мне последний нерв. Я поняла: выхода нет. Сегодня он не остановится на поцелуях для публики. Теперь я принадлежу ему не только по контракту, лежащему в сейфе. В моем паспорте стоит штамп, и сотни людей вокруг верят в истинность этого брака.

Никто здесь не догадывается, что я познакомилась с собственным мужем всего неделю назад.

Мы почти сбежали. Я успела только коротко обнять маму и Катю.

– Будь счастлива, доченька! – плакала мама, прижимая платок к глазам.

– Если что – пиши, – шепнула Катя, тревожно косясь на возвышающегося рядом Дмитрия.

Я кивнула, с трудом проглотив ком в горле. Мы направились к выходу, но Дмитрий вдруг резко остановился, и моя рука в его ладони дернулась. Рядом с нами, словно из ниоткуда, возник тот самый старик – Арамов. Пока я рассматривала его в зале, он казался безобидным, но вблизи его взгляд был цепким и колючим.

– Алиночка, – обратился он ко мне хриплым голосом. – Где же Дмитрий нашел такой алмаз? В наше время скромность – дефицитный товар.

Я опешила. Тяжелая ладонь Дмитрия на моей талии чуть сжалась – это был сигнал. Я не могла сказать правду или просить о помощи.

– Не поверите… в кофейне, – начала я, почувствовав, как голос предательски дрожит.

Я заставила себя улыбнуться.

– Это было давно. Я завтракала перед парами, читала конспекты. А Дмитрий зашел за кофе. Наши столики оказались рядом… и он просто подошел.

Воронов медленно, едва заметно кивнул. Одобрил. Я незаметно выдохнула, сжимая ледяные пальцы. Арамов хитро прищурился, переводя взгляд с меня на Дмитрия.

– Надо же. Не знал, Дима, что ты пьешь что-то слабее виски. Но вкус у тебя отменный.

Дмитрий коротко усмехнулся, но его глаза остались холодными.

– Лучшее достается сильнейшим, Борис Исаевич.

Я не слушала, что было дальше. В ушах шумело. Но я ясно поняла одно – тест пройден.

* * *

Наконец мы вышли из душного ресторана. Прохладный весенний воздух ударил в лицо, став моим спасением. В машине я откинулась на кожаное сиденье и закрыла глаза. Тишина салона показалась раем после шумного зала.

Дмитрий молчал. Он небрежно распустил узел бабочки, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, открыв шею, и налил себе виски из встроенного бара.

– Выпей, – он протянул мне бокал с водой. – Тебе нужно прийти в себя.

Я жадно, в несколько глотков осушила бокал.

– Куда мы едем? – спросила я, заметив, что машина свернула на загородное шоссе.

– В мой частный клуб. Дом в лесу. Там нас никто не потревожит. Ни прислуга, ни охрана.

Сердце пропустило удар и ухнуло куда-то в пятки. Никого. Только я и он. И ночь, которую я боялась и ждала с болезненным, постыдным трепетом. Ладони моментально вспотели. Тело стало ватным, чужим.

Дмитрий поставил свой стакан и склонился ко мне. Салон был просторным, но он, казалось, заполнил собой всё пространство. Его горячее дыхание обожгло моё ухо, посылая разряд тока по шее прямо к низу живота.

Я невольно поежилась, вжимаясь в сиденье. Хотелось открыть дверь и выпрыгнуть на ходу, лишь бы не оставаться с ним в этой интимной полутьме. Но тело сопротивлялось разуму, жадно впитывая терпкий запах его парфюма, смешанный с алкоголем.

– Так почему ты все еще девственница, Алина? – прошептал он.

Его голос вибрировал, разгоняя по позвоночнику табун мурашек.

Смысла сопротивляться или огрызаться уже не было. Мне нечего было защищать, кроме остатков гордости.

– Потому что думала, что мой первый раз будет по любви, – честно ответила я, уперев взгляд в пол. – Романтика, свечи… глупо, наверное.

– Не глупо, – он невесомо коснулся губами чувствительного места за ухом, – Почему ты так и не нашла «того самого»?

– Времени не было. Учеба, работа…

Я старалась говорить ровно, но голос срывался. Дмитрий вдруг накрыл мою коленку своей огромной ладонью. Я вздрогнула. Его рука была горячей и тяжелой. Она медленно, по-хозяйски поползла вверх, сминая дорогую ткань платья.

– Учеба… – повторил он, пробуя слово на вкус.

Его пальцы скользнули под подол. Я судорожно втянула воздух сквозь зубы, инстинктивно сжимая ноги.

– Не надо…

Но он не остановился. Его рука уверенно нашла преграду в виде тонкого кружева трусиков.

– Расслабься, – приказал он шепотом, слегка укусив тонкую кожу на моей шее.

Я попыталась отстраниться, убрать его руку, но Дмитрий легко перехватил мои запястья одной рукой, а второй…

Его пальцы бесцеремонно коснулись влажного шелка белья. Меня словно ударило током. Я никогда, даже наедине с собой, не касалась себя там. Ощущение того, как он очерчивает контур, а затем сдвигает кружево в сторону, сводило с ума.

– Ты такая мокрая, – хрипло заметил он. – А говоришь «не надо».

Его пальцы нашли самую чувствительную точку, скрытую во влажных складках. Я всхлипнула, запрокидывая голову. Это было слишком. Слишком остро, слишком стыдно, слишком… приятно.

– Что вы делаете… перестаньте! – взмолилась я.

Но мое тело не хотело подчиняться мне. Мои бедра сами подались навстречу его руке. Никакой силы воли не хватило бы, чтобы сопротивляться его напору.

Дмитрий начал двигать пальцами – ритмично, настойчиво кружа по моему клитору.

– Неужели ты никогда не трогала себя, Алина? – прорычал он мне в губы, и в его голосе слышалось искреннее изумление пополам с торжеством.

– Нет… – выдохнула я, почувствовав, как мир сжимается в одну пульсирующую точку. – Никогда…

Эта правда сорвала ему крышу. Он ускорил темп. Я текла ему на руку, утопая в неизведанном чувстве.

– Смотри на меня, – потребовал он.

Но я не могла. Перед глазами взрывались фейерверки. Я вцепилась в его плечи, глотая стоны, которые рвались из груди. Спустя мгновение меня накрыло. Волна удовольствия, острая, как бритва, пронзила тело, заставив выгнуться дугой. Я выкрикнула что-то нечленораздельное, содрогаясь в его руках.

Глава 22

Я стояла посреди комнаты, полная решимости и животного страха одновременно. Хотелось спрятаться куда подальше от этого мужчины и его горящих глаз. Но я усилием воли заставила себя врасти ногами в пол.

Алина, просто потерпи. Это всего лишь тело. Это всего лишь одна ночь. Да, он не твой любимый человек. Твой первый раз будет совсем не таким, как в девичьих мечтах. Закрой глаза и просто потерпи. Он не сможет сломать тебя.

И я чувствовала, как лгу себе каждой такой мыслью. Ведь я обмякла еще там, в машине. А сейчас окончательно сходила с ума. Страх забился куда-то под ребра, уступив место чему-то еще совсем мне незнакомому, но обжигающему.

Дмитрий медленно потянул платье вниз. Тяжелый атлас, расшитый жемчугом, с шелестом скользнул по моему телу и упал к ногам белым облаком. Я осталась стоять перед ним практически обнаженная – в одних прозрачных кружевных трусиках и чулках, которые ничего не скрывали.

Я машинально прикрыла грудь руками, пытаясь защититься от его взгляда. Лицо и шею залило краской стыда. Я почувствовала себя товаром на витрине, который купили и теперь придирчиво осматривают перед употреблением.

Дмитрий отступил на шаг. Его взгляд стал тяжелым, почти осязаемым. Он скользил по мне медленно, жадно, отмечая каждый изгиб, каждую родинку. Я слышала его тяжелое, сбивчивое дыхание. Между ног снова стало влажно. Стало страшно, что я просто начну капать на пол, как дешевая шлюха.

– Блять… – выдохнул он с хрипотцой, словно ему не хватало воздуха. – Какая же ты… ахуительная.

От звука его голоса, наполненного голодом, по моей спине пробежали мурашки и напряглись соски. Он не дал мне опомниться. В один шаг преодолел расстояние между нами, подхватил меня на руки и швырнул на широкую кровать. Я не успела даже вскрикнуть, как оказалась на спине, утопая в мягком одеяле. Я тут же сжалась в комок, подтянув колени к груди. Меня начало трясти крупной дрожью. Нервы сдали окончательно.

Дмитрий навис надо мной. Огромный, подавляющий, горячий. Он уперся руками в матрас по обе стороны от моей головы, запирая меня в кольцо. Он увидел мою дрожь. Его глаза, до этого затуманенные похотью, вдруг прояснились. В них мелькнуло что-то жесткое, но контролирующее.

Он провел широкой ладонью по моему бедру, медленно поднимаясь выше, к талии. Его рука была горячей, обжигающей, и этот контраст с моей ледяной кожей заставил меня выгнуться. Не знаю, чего я хотела больше: сбежать или обхватить его руками, чтобы наконец согреться.

– Посмотри на меня, – приказал он.

Голос звучал властно, не терпя возражений. Я зажмурилась сильнее, мотая головой.

– Нет… Пожалуйста, давай быстрее…

Дмитрий перехватил мои запястья одной рукой и завел их мне за голову, фиксируя. Не больно, но так, что я не могла пошевелиться. Второй рукой он жестко обхватил мой подбородок, заставляя повернуть лицо к нему.

– Открой глаза, Алина.

Я подчинилась. Его лицо было в сантиметре от моего.

– Никакого «быстрее», – чеканя каждое слово, произнес он. – Ты будешь здесь. Со мной. В каждой секунде.

Он наклонился и потерся носом о мою шею, вдыхая запах, от чего у меня по спине побежали мурашки и соски предательски напряглись.

– Я чувствую, как ты дрожишь.

Он укусил меня за мочку уха, и этот укус послал электрический разряд прямо в низ живота.

– Твое тело хочет меня, даже если твоя голова против.

Его рука скользнула вниз, по животу, бесцеремонно очерчивая границы своих владений.

– И сегодня я докажу тебе это.

Его губы накрыли мои, заглушая протест. Поцелуй был жестким, требовательным, со вкусом виски. Я пыталась сжать зубы, не пустить его, остаться безучастной куклой. Я твердила себе: «Я ничего не чувствую. Я его ненавижу». Но это даже в моей голове звучало глупо после того, что произошло в машине.

Дмитрий знал, что делал. Он играл на мне, как на расстроенном инструменте, заставляя звучать против воли. Он легко коснулся моих сосков, заставив меня выгнуться навстречу его руке и, к своему ужасу, захотеть большего. Он влажной дорожкой из поцелуев опустился до моей груди, слегка прикусывая кожу, оставляя на мне алые метки.

Я не могла перестать ерзать на простынях, цепляясь руками за его сильные плечи. Его рука скользнула вниз, бесцеремонно раздвигая мои колени. Я дернулась, попыталась свести ноги, но он лишь сильнее навалился своим весом, фиксируя меня.

– Не закрывайся, – прорычал он мне в губы, кусая нижнюю так, что я всхлипнула. – Ты моя жена. Я имею право видеть тебя. Трогать тебя. Везде.

Глава 23

Его пальцы коснулись меня там снова. Но теперь настойчиво, властно. Я задохнулась. Меня словно ударило током. Это было стыдно, страшно, но… Боже, как же предательски мое тело реагировало на него. Каждое его движение, каждое прикосновение грубых подушечек пальцев к самой чувствительной плоти вызывало волну мурашек.

Он проник глубже, поглаживая стенки моего влагалища. Я всхлипывала от новой, незнакомой мне стимуляции. Это было одновременно непривычно и приятно. Я чувствовала, как все внутри меня сжимается, словно притягивая его еще ближе. Уговаривая его не останавливаться всего лишь на пальцах. Этого было чертовски мало.

Я ненавидела себя в этот момент. Но не могла перестать громко стонать и извиваться под ним, царапая короткими ногтями его крепкую спину. Дыхание сбилось, а внизу живота разгорелся тяжелый, тягучий пожар, который невозможно потушить силой мысли. Разум окончательно отключился, когда он прикусил мой сосок. Каждое его касание сбивало мои мысли, заставляя меня выгибаться ему навстречу.

– Видишь? – хрипло шепнул Дмитрий, отстранившись и глядя мне в глаза потемневшим взглядом. – Твое тело честнее тебя, Алина.

– Я ненавижу вас… – прошептала я, но голос сорвался на хрип.

– Ненавидь, – разрешил он, нависнув надо мной скалой. – Главное, не лги себе.

Он развел мои ноги шире, устраиваясь между ними. Я поняла, что сейчас произойдет. Паника снова накатила ледяной волной. Я вцепилась пальцами в простыни, до побелевших костяшек. Я старалась не смотреть вниз, но взгляд предательски скользнул по его члену. От осознания его внушительных размеров мне стало по-настоящему страшно, что я просто не выдержу его.

– Пожалуйста… – сама не знаю, о чем я просила.

О пощаде? О том, чтобы это быстрее закончилось? Или чтобы он скорее продолжил?

– Смотри мне в глаза, – приказал он.

Одной рукой он сжал мою грудь, царапая ногтем сосок, а второй придерживал меня за талию. Страх боролся с тягучим чувством наслаждения, от приятной стимуляции. Я прикусила губу, сдерживая себя, чтобы не поддаться ему навстречу. Но не смогла оторвать взгляд от его приоткрытых губ.

И он вошел. Медленно, но неотвратимо. Заполняя меня, присваивая, метя как свою территорию.

Я зажмурилась, ожидая резкой боли. Но ее не было.

Вместо боли пришло странное, глубокое чувство полноты. Это было похоже на первый глоток воздуха, после кислородного голодания. Приятный жар растекся по всему телу. И это ошеломило меня больше, чем боль, которую я ждала.

Дмитрий не дал мне понять, что произошло и тут же накрыл мой рот поцелуем. Я потерялась в его губах и руках, почувствовав, что вот-вот растворюсь.

Он замер, давая мне привыкнуть. Жар и наполненность нарастали с каждой секундой. Я невольно застонала, выгнув спину. Все тело жаждало обхватить его, стать с ним одним целым. Мозг отключился. Я полностью отдалась ощущениям.

Он начал двигаться быстрее. Жестче. Я чувствовала его тяжесть сверху. Его запах, забивающий легкие. Его руки, сжимающие мои бедра, оставляющие синяки.

Каждый его глубокий толчок стирал тонкую грань между тягучей болью и сводящим с ума удовольствием. Он задал безжалостный, первобытный ритм, выбивая из меня остатки воли. Внутри всё скручивалось в тугую, звенящую пружину, а от горячего трения кровь пульсировала в висках так сильно, что я уже не понимала, где заканчиваюсь я и начинается он.

Я не хотела, но мои руки сами потянулись к его плечам. Я царапала его спину, кусала губы, чтобы не стонать, но стоны вырывались сами собой – громкие, бесстыдные.

Я сгорала в этом аду, и самое ужасное было то, что мне нравилось гореть. Когда меня накрыло пиком – ярким, ослепляющим взрывом, от которого выгнуло дугой, – я выкрикнула его имя. Дмитрий рыкнул мне в шею, изливаясь следом, сжимая меня так, будто хотел сломать.

– Теперь ты моя, – прорычал он. – Навсегда.

* * *

Тишина вернулась в комнату, но теперь она была другой. Тягучей, липкой, пропитанной запахом секса. Дмитрий скользил губами по моей шее, очерчивая на мне замысловатые узоры. Его вес все еще придавливал меня к матрасу, не давая пошевелиться.

Я лежала, глядя в потолок, где плясали тени от камина. Слезы покатились из глаз. Я чувствовала себя раздавленной. Не потому, что он взял меня силой – формально я сама сказала «да». А потому, что я получила удовольствие. Я предала саму себя.

Дмитрий поднял голову. В его глазах больше не было безумия, только сытое довольство. Он провел рукой по моим влажным волосам, убирая прядь с лица.

– Ты была великолепна, – сказал он спокойно, как констатировал факт. – Я знал, что мы подойдем друг другу.

Он медленно сел на кровати, осмотрев меня с ног до головы. Мне захотелось спрятаться под одеялом.

– Нам нужно в душ, – скомандовал он.

Я замерла, боясь пошевелиться. Тело все еще было ватным, я была не уверена, что смогу встать с постели. Но Дмитрий быстро поднялся с кровати, обошел ее и легко поднял меня на руки. Он не прокомментировал мое состояние, но точно заметил дрожащие губы.

Я не сопротивлялась. Сил не осталось. Пусть делает, что хочет.

Хотелось обхватить его шею руками и прижаться ближе к его горячей коже. Но в этом удовольствии я себе отказала. Нельзя поддаваться всем порочным желаниям, которые теперь заполнили мой мозг.

Ты получил мое тело, Дмитрий Воронов. Ты можешь трахать меня каждую ночь. Можешь заставить меня стонать. Но ты никогда, слышишь, никогда не получишь мою душу. Мое сердце останется закрытым для тебя. Я буду твоей женой. Но любить тебя я не буду. Это единственное, что у меня осталось. И это я тебе не отдам.

Мои милые читательницы!

Если вам нравится история, пожалуйста, поддержите книгу звездочкой и поделитесь своим мнением в комментариях)

Ваша реакция безумно радует автора и мотивирует его быстрее писать новые главы :)

Глава 24

Ванная комната в домике была под стать всему остальному – огромная, отделанная темным камнем и деревом. Дмитрий опустил меня на прохладную плитку, но придерживал за талию, пока я не поймала равновесие. Ноги дрожали, а внизу живота все еще растекался приятный жар.

Он включил воду, настроил температуру и, не говоря ни слова, шагнул в просторную душевую кабину, увлекая меня за собой. Теплые струи ударили по коже, смывая пот, слезы и запах секса. Я прислонилась лбом к мокрой стене, закрыв глаза. Сил не было ни на что. Даже на стыд. Я стояла перед ним абсолютно нагая и беззащитная. Но почему-то страх ушел. Осталась только звенящая пустота.

Дмитрий взял с полки губку и гель для душа. Запах сандала и хвои заполнил кабину. Он начал мыть меня. Медленно, методично, без грамма похоти. Его большие руки, которые еще недавно сжимали меня до синяков, теперь двигались с неожиданной осторожностью. Он намылил мои плечи, спину, прошелся по ногам. Я чувствовала себя ребенком, о котором заботится строгий родитель.

– Больно? – коротко спросил он, когда я вздрогнула от прикосновения к низу живота.

– Нет… – прошептала я.

Он ничего не ответил, лишь смыл пену теплой водой. Я видела, как вода уходит в слив. Моя невинность, моя прошлая жизнь – все утекало туда, в канализацию.

Дмитрий выключил воду, взял огромное пушистое полотенце и завернул меня в него, как в кокон. Потом насухо вытер мои волосы.

– Идем.

Он снова подхватил меня на руки и отнес в спальню. Постельное белье уже было сменено – видимо, он успел скинуть простынь, пока я приходила в себя. Дмитрий уложил меня на чистую кровать и лег рядом, притянув к себе спиной. Его рука, горячая и тяжелая, легла мне на живот, собственнически прижимая к его твердому торсу.

Я хотела отодвинуться. Хотела лечь на край, свернуться калачиком и отгородиться от него стеной холода. Но мое предательское тело решило иначе. Оно тянулось к теплу. Оно искало защиты у того, кто являлся самой главной опасностью. И я замерла, позволив ему обнимать меня.

– Спи, жена, – его горячее дыхание коснулось моего затылка.

И я провалилась в сон, чувствуя себя в самой безопасной и самой опасной ловушке на свете.

* * *

Утро началось не с будильника, а с запаха. Одуряющий аромат свежесваренного кофе и жареного бекона щекотал ноздри, вытягивая меня из глубокого сна. Я потянулась, чувствуя, как ноют мышцы, о существовании которых я раньше и не подозревала. Воспоминания о вчерашней ночи обрушились на меня лавиной, заставив вспыхнуть щеки. Я резко открыла глаза и села.

Половина кровати рядом со мной была пуста и холодна. Я одна. Осмотревшись, я увидела на тумбочке аккуратно сложенную мужскую футболку. Это был немой жест заботы или приказ прикрыться. Я натянула футболку. Она пахла им. И этот запах, кажется, въелся мне под кожу. Ткань доходила мне до середины бедра, скрыв наготу.

Спустив ноги на пол, я прислушалась. Внизу что-то шкварчало, слышался тихий звон посуды. Я осторожно вышла из спальни и на цыпочках спустилась по деревянной лестнице.

Картина, которая открылась мне в кухне-гостиной, заставила меня застыть на последней ступеньке. Дмитрий Воронов. Владелец сети казино и клубов. Жесткий циник, который вчера брал меня как варвар.

Сейчас он стоял у плиты в одних домашних штанах, босиком, с обнаженным торсом, и… помешивал омлет с беконом в сковородке. Его спина с перекатывающимися мышцами выглядела как скульптура. На лопатке виднелся старый шрам. Волосы были влажными после душа и слегка взъерошенными.

Он выглядел… по-домашнему. Уютно. И от этого у меня внутри что-то болезненно сжалось.

Он услышал меня. Даже не оборачиваясь, он произнес своим низким, спокойным голосом:

– Проснулась? Садись за стол. Кофе готов.

Я сглотнула, поправив край футболки.

– Доброе утро, – выдавила я, почувствовав себя ужасно неловко.

Как вести себя с мужчиной после первой ночи, если этот мужчина – твой фиктивный муж?

Дмитрий обернулся. В его руках была тарелка с горой бутербродов. Он скользнул взглядом по моим голым ногам, и в его глазах вспыхнул знакомый огонек. Я невольно поежилась.

– Выспалась? – буднично спросил он, поставив тарелку передо мной.

– Да, – соврала я, усаживаясь на высокий стул. – Спасибо. Вы… сами готовили?

– Хватит выкать, я уже твой муж, – отрезал он, – И здесь нет прислуги, Алина, я же говорил.

Мне захотелось возмутиться. Как я могла так просто перейти на ты. Я же его едва знаю. Но в уме сразу всплыли яркие картинки прошлой ночи. Вспыхнув до кончиков волос, я коротко кивнула.

Он налил мне кофе и поставил рядом маленькую вазочку с джемом. Мне стало ужасно неловко. И очень захотелось отобрать у него лопатку для готовки и самой занять его место. Где это видано, чтобы мужчина готовил завтрак.

– Я умею не только подписывать контракты и пугать маленьких девочек. Ешь. Тебе нужно восстановить силы.

И я позволила ему поухаживать за собой. Я сделала глоток кофе. Он был идеальным – крепким, но мягким, именно таким, как я люблю. Откуда он узнал? Или это просто совпадение.

– У нас сегодня выходной? – спросила я, намазав на хлеб немного джема.

– У нас – да, – кивнул Дмитрий, опираясь бедрами о столешницу напротив меня и скрестив руки на груди.

Он бесстыдно рассматривал меня, пока я ела.

– Мы пробудем здесь два дня. Никаких звонков, никакой работы, никаких родителей. Только ты и я.

– Зачем? – я подняла на него глаза.

– Чтобы ты привыкла, – просто ответил он. – И чтобы закрепить наш союз. Вчера было только начало.

Я поперхнулась. Дмитрий усмехнулся – той самой, дьявольской усмешкой, от которой у меня подкашивались коленки.

– Не бойся. Днем я тебя не трону… Гуляй, дыши воздухом, читай. Но ночью… – он наклонился через стол и стер каплю джема с моей губы, тут же слизнув его со своего пальца. – Ночью ты снова будешь моей.