Текст книги "Запретное желание хищника (СИ)"
Автор книги: Алиса Браун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 49
Наконец остатки мыльной пены исчезли в водостоке. Мои мышцы окончательно расплавились от обжигающей воды и его ласк. Я снова потянулась к Руслану, но он вдруг приоткрыл стеклянную дверцу кабины, безмолвно предлагая мне выйти.
Я упрямо нахмурилась и сама взяла с полки флакон с гелем.
– Теперь моя очередь, – возмутилась я, не собираясь так легко сдаваться.
Руслан хрипло усмехнулся и вскинул руки в примирительном жесте. Я налила на ладонь немного прозрачного геля и принялась массировать его широкие, сильные плечи, осторожно спускаясь ниже. Под влажной смуглой кожей перекатывались литые мышцы, напрягаясь от каждого моего движения.
Я слышала бешеный стук его сердца. Видела, как сильно, до ободка радужки, расширились его зрачки – то ли от полумрака ванной комнаты, то ли от моих блуждающих, дразнящих прикосновений. Я растирала пену по его груди и прессу, жадно исследуя каждый дюйм его идеального тела.
Но Руслан недолго простоял послушной скалой. Спустя минуту его железная выдержка лопнула. Он резко перехватил мои запястья и впечатал меня спиной в прохладную плитку душевой. Его голодный, лихорадочный взгляд блуждал по моему лицу, спускался к ключицам. Я невольно скользнула взглядом вниз и сглотнула, ощутив животом твердость его возбуждения, скрывать которое он больше не собирался.
– Подожди... – прерывисто выдохнула я, теряясь от этого дикого напора. – Я еще не закончила.
– Закончила, – хрипло отрезал он.
Руслан преодолел последние миллиметры между нами и властно впился в мои губы. От неожиданности я тихо застонала прямо в его рот, приоткрыв губы. Ему только это и было нужно: он скользнул языком внутрь, по-хозяйски сминая меня, подчиняя своему бешеному ритму.
Его большая горячая ладонь огладила мою мокрую талию, поднимаясь к груди. Большой палец властно очертил набухший сосок. Я не смогла сдержать очередного стона, выгибаясь дугой навстречу его руке. Руслан разорвал поцелуй и спустился ниже, дразняще прикусывая нежную кожу на моей шее. А затем добрался до груди, влажно обхватывая сосок губами и слегка прикусывая его зубами, пока пальцы второй руки безжалостно ласкали другую грудь.
От этой обжигающей, контрастной ласки по коже табунами носились мурашки. Тело плавилось, превращаясь в жидкий огонь. Внизу живота всё туго скрутилось, а порхающие бабочки превратились в пульсирующее напряжение, требующее выхода. Я до побеления костяшек вцепилась пальцами в его мокрую спину, стараясь вжаться в него, стереть любое расстояние между нашими телами.
Но Руслан вдруг резко отстранился, неохотно выпуская мои губы из своего плена. Я разочарованно всхлипнула, потянувшись за ним и цепляясь пальцами за его предплечье. Он мягко отцепил мою руку, сделал шаг назад, под струи воды, и в секунду смыл с себя остатки пены.
Выключив воду, он легким, отточенным движением подхватил меня на руки. Вынес из кабины, поставил на мягкий коврик и сорвал с крючка огромное махровое полотенце. Руслан укутал меня в него целиком, как величайшую драгоценность, а вторым полотенцем принялся бережно промакивать мои мокрые волосы.
Я хмурилась, дрожа то ли от легкой прохлады, то ли от нетерпения, но при этом ловила кайф от каждого его движения. В этой грубоватой заботе было столько собственнической нежности.
Как только эта мучительно долгая процедура закончилась, он снова подхватил меня на руки и вынес из ванной комнаты в полумрак спальни. Осторожно опустил на широкую кровать и навис сверху, опираясь на руки. С его влажных волос сорвалось несколько капель и упало прямо на мою разгоряченную кожу. Сейчас они казались обжигающе ледяными, заставляя меня вздрагивать и судорожно втягивать воздух.
Руслан хищно усмехнулся, глядя на мою реакцию, и снова жадно припал к моим губам. Я всем телом потянулась к нему, обхватывая за шею. Но он скользнул поцелуями ниже, по подбородку, ключицам, животу, одновременно властно разводя мои колени в стороны.
Я вздрогнула от резкой смены позы и инстинктивно попыталась сжать ноги, смутившись своей открытости. Но его тяжелые ладони легли на мои бедра, не позволяя этого сделать.
Он замер. Поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. Взгляд его был темным, пронзительным и неожиданно серьезным.
– Ты уверена, что хочешь этого? – хрипло, на грани рыка спросил он.
Это не звучало как вопрос, на который он ждал отказа. Он видел, как меня трясет от желания. Он спрашивал это, чтобы услышать мой голос, мое осознанное разрешение. Чтобы между нами больше не было никаких недомолвок и теней прошлого.
– Да, – выдохнула я вместе со стоном.
Его пальцы собственнически сжали мое бедро, а губы оставили влажный, горячий поцелуй на внутренней стороне моего бедра. Он крепко перехватил меня за талию, фиксируя на месте, не давая увернуться от надвигающейся лавины удовольствия. А я уже извивалась под ним податливой змеей, сходя с ума от одних только его прикосновений.
Глава 50
Его губы обжигали кожу, двигаясь все ближе к моей киске. Я выгнулась, до боли сжимая пальцами темные простыни, когда Руслан осторожно посасывал клитор. Его дыхание опаляло, а влажные, сводящие с ума поцелуи и ласки языка выбивали из легких остатки кислорода.
– Руслан... – мой голос сорвался на отчаянный, прерывистый стон.
Я попыталась приподняться, потянуться к нему, не в силах выносить эту сладкую пытку, но его тяжелые ладони жестко прижали мои бедра к матрасу.
– Тише, малышка. Я только начал, – его глухой рык вибрировал где-то внизу, пуская по телу новые разряды тока.
Он знал мое тело лучше, чем я сама. Искусно, безжалостно вел меня по самому краю. Он продолжал эту пытку, пока я не начала кричать в голос, умоляя о большем. Только тогда он переключился снова на мою грудь, шею и губы, целуя глубоко и жадно. А его пальцы скользнули внутрь меня – медленно, растягивая удовольствие, заставляя ритмично вздрагивать и подаваться ему навстречу.
Комбинация его обжигающего рта и уверенных движений пальцев лишала рассудка. Мир сузился до этой темной спальни, до запаха его кожи и невыносимого, пульсирующего жара внизу живота. Напряжение скручивалось в тугую спираль. Я задыхалась, хваталась за простыни, чувствуя, как реальность рассыпается на тысячи сверкающих искр.
– Отпусти себя, Даша, – приказал он, ускоряя ритм. – Для меня.
И я сорвалась. Вспышка была такой яркой и мощной, что я вскрикнула, выгибаясь дугой. Тело содрогалось от волн пронзительного наслаждения, а из глаз покатились слезы.
Не дав мне даже перевести дыхание, Руслан властно перехватил мои руки, сплетая наши пальцы, и навис сверху. В полумраке его глаза горели диким, первобытным голодом.
Он толкнулся внутрь. Медленно, непреклонно, заполняя меня целиком, давая время привыкнуть к его пугающему объему. Я судорожно выдохнула, чувствуя, как меня распирает от его обжигающей твердости. Слияние было таким правильным, словно мы были созданы для того, чтобы совпасть именно так.
Странное чувство наполненности уже через минуту стало чистым удовольствием. Руслан начал двигаться: сначала глубоко и тягуче, заставляя меня стонать от каждого его толчка, а затем всё быстрее и жестче, окончательно теряя контроль. Властный, ледяной Демидов исчез без следа. Сейчас это был мужчина, одержимый мной так же сильно, как и я им.
Я вцепилась пальцами в его плечи, оставляя на смуглой коже красные полумесяцы от ногтей. Стонала ему в губы, всхлипывала. Из глаз текли слезы, делая наш поцелуй соленым на вкус. Внутри меня снова начал разгораться невыносимый пожар.
Я почувствовала, как он приближается к разрядке. Его член пульсировал внутри меня, раздуваясь сильнее. Его мышцы окаменели, толчки стали неистовыми. Руслан опустил руку между нашими телами, находя мой клитор и дразняще прокручивая его влажными пальцами.
Я обхватила его бедра ногами, крепко вжимаясь в него, подстраиваясь под этот бешеный ритм. Мы сгорали в этом огне вместе, отпуская все страхи, всю ложь и все прошлые ошибки.
– Я люблю тебя, слышишь? Люблю до одури, – хрипло, на грани срыва прорычал он мне прямо в губы.
Его признание стало последней каплей. Я снова взорвалась, распадаясь на звенящие осколки от его слов и безжалостных ласк. В ту же секунду Руслан резко вышел из меня. С глухим, рваным стоном он мощно кончил мне на живот, дрожа всем телом, а я окончательно растаяла под его тяжестью, оглушенная нашей близостью.
Мы лежали в абсолютной тишине, нарушаемой лишь нашим сбивчивым, тяжелым дыханием. Руслан всё еще нависал надо мной, уткнувшись влажным лбом в изгиб моей шеи. Его широкая грудь часто вздымалась, горячая кожа блестела в приглушенном свете ночника. Я чувствовала, как бешено колотится его сердце – прямо напротив моего, словно они пытались синхронизироваться.
Он медленно, словно нехотя, перекатился на бок, но тут же властно потянул меня за собой, укладывая на свою грудь. Его тяжелая рука собственнически легла мне на талию, прижимая так крепко, будто он всё еще боялся, что я исчезну, стоит ему хоть на секунду ослабить хватку.
«Я люблю тебя...»
Эти слова продолжали пульсировать в моей голове, отдаваясь сладкой болью где-то под ребрами. Демидов. Он ради меня готов был голыми руками разорвать Вадима, а потом сам же рассыпался на части на кухне, признаваясь в своих самых страшных грехах. И сейчас этот невероятно сильный, опасный мужчина лежал подо мной, зарывшись пальцами в мои растрепанные волосы, и дышал так, словно я была его единственным источником кислорода.
Я приподнялась на локте и заглянула в его глаза. В них больше не было ни холода, ни той глухой, застарелой боли, которая пугала меня пару часов назад. Только абсолютная, обезоруживающая нежность и дикая усталость.
Руслан потянулся к прикроватной тумбочке, достал влажные салфетки и бережно, почти невесомо стер следы нашей близости с моего живота. Каждое его движение было пропитано такой трепетной заботой, что у меня снова предательски защипало в глазах. Затем он дотянулся до края кровати, вытянул из-под нас скомканное одеяло и укрыл нас обоих, пряча от всего мира в этом темном, жарком коконе.
– Я боялся, что после правды ты возненавидишь меня. Что больше никогда не подпустишь, – его шепот обжигал кожу. – А когда ты сбежала сегодня... Я думал, я сдохну прямо в машине от страха за тебя, малая.
– Глупый, – тихо шепнула я, перебирая пальцами жесткие волоски на его груди. – Ты не мог знать, что Вадим пойдет на такое. Ты сам сказал – ты был молод и самонадеян. И ты расплачивался за эту ошибку годами одиночества. Хватит. Мой папа никогда бы не хотел, чтобы ты хоронил себя заживо из-за того, в чем виноват другой человек. Ты не убийца, Руслан. Ты просто человек, который выжил.
Я видела, как дернулся его кадык. Он прижал меня к себе еще сильнее.
Его губы коснулись моего виска в долгом, отчаянном поцелуе. И в этот момент я поняла: всё действительно закончилось. Прошлое перестало быть пропастью между нами. Вадим больше не представляет угрозы, а все офисные тайны раскрыты. Завтра будет новый, сложный день: долгие разговоры со следователем, оформление бумаг, возвращение к реальности.
Глава 51
Утро встретило меня непривычной, звенящей тишиной и полосами мягкого солнечного света, пробивающимися сквозь плотные шторы.
Я приоткрыла глаза и сладко потянулась. Тело приятно ныло, напоминая о каждой минуте прошедшей ночи, но внутри царила абсолютная, звенящая легкость. Будто кто-то открыл окна в душной комнате, выветрив все страхи и сомнения.
Руслан спал, раскинувшись на своей половине кровати. Во сне он выглядел совершенно иначе: суровая складка меж бровей разгладилась, губы расслабились, а растрепанные темные волосы падали на лоб. Он казался таким... настоящим.
Я осторожно, стараясь не разбудить его, выскользнула из-под тяжелого одеяла. Достала из шкафа его футболку, которая доходила мне почти до середины бедра, натянула ее на себя и босиком прошлепала на первый этаж.
На огромной, высокотехнологичной кухне Демидова было непривычно тихо. Я по-хозяйски распахнула дверцы шкафчиков, изучая запасы. Настроение было настолько потрясающим, что банальная яичница казалась преступлением. Хотелось чего-то особенного. Домашнего.
В глубине одного из ящиков я обнаружила новенькую, видимо, ни разу не использованную электровафельницу. Идеально.
Я быстро нашла в холодильнике яйца, молоко и сливочное масло. Процесс готовки всегда действовал на меня как медитация. Я уверенно замесила густое, тягучее тесто, добавив щедрую щепотку ванилина. Вскоре по дому поплыл умопомрачительный, сладкий аромат выпечки. Я запустила кофемашину, и запах венских вафель смешался с терпкими нотами свежемолотой арабики.
Когда я доставала из вафельницы очередную порцию румяных, хрустящих снаружи и нежных внутри квадратиков, за спиной послышались тихие шаги.
Руслан облокотился плечом о дверной косяк. На нем были только серые спортивные штаны, низко сидящие на бедрах. Он наблюдал за мной с такой теплой, сонной и откровенно собственнической полуулыбкой, что у меня внутри всё перевернулось.
– Доброе утро, – тихо сказала я, выкладывая вафли на тарелку.
– Доброе, – его голос звучал хрипло после сна.
Он неспешно подошел ко мне со спины, обвил руками мою талию и уткнулся носом в макушку.
– Пахнет как всегда обалденно.
Он шумно втянул носом воздух, зарываясь лицом в мои волосы. Затем его горячие губы скользнули по моей шее, заставляя покрыться мурашками.
– Садись, а не то всё остынет, – я со смешком вывернулась из его объятий, хотя отпускать его совершенно не хотелось.
Руслан послушно опустился на барный стул и схватил горячую вафлю.
– Я и не знал, что эта штука в шкафу умеет выдавать что-то вкуснее пластика. Кажется, тебе придется остаться здесь навсегда хотя бы ради завтраков, – с доброй усмешкой броговорил он своим низким голосом.
– Я подумаю, – улыбнулась я в ответ.
А внутри разлилось такое тепло, что я просто расплавилась бы перед ним на тарелке, если бы это было возможно.
Мы завтракали в удивительно спокойной атмосфере. Не было ни споров, ни напряженных пауз. Мы обсуждали какие-то мелочи: погоду, забавные случаи из моего студенчества. Демидов слушал внимательно, не перебивая, иногда с усмешкой качая головой. В эти минуты я окончательно поняла, что именно меня в нем так зацепило.
Его забота и мужская простота меня захватывали. Пьет черный кофе и с аппетитом уплетает мои вафли, не сводя с меня своего взгляда, полного желания. Я никогда не чувствовала себя такой нужной, как сейчас.
Но время неумолимо двигалось вперед. Ближе к одиннадцати утра нам пришлось вернуться в реальный мир.
– Давай собираться, пора в участок, – скомандовал Руслан, отставляя чашку с кофе в сторону.
Я нахмурилась. Не хотелось расставаться с этим уютом и заново переживать все события вчерашнего вечера. Поэтому я немного даже подвисла, тщательно пережевывая вафлю.
Руслан протянул ко мне руку, мягко растрепал волосы на макушке.
– Чего сидишь, малая? Так ехать нельзя.
Я подняла на него взгляд. Руслан выглядел чертовски расслабленно и соблазнительно. Сложил руки на груди, из-за чего мышцы на предплечьях стали выделяться лишь сильнее, и смотрел на меня со смешинками в глазах. Издевался.
– Чего это? – игриво возмутилась я. – Мне кажется, отличный наряд.
Я вскочила со стула и покрутилась перед ним в его же огромной футболке. Руслан фыркнул, одним слитным движением поднялся на ноги и быстро сгреб меня в охапку, подхватывая на руки и направляясь наверх.
Я брыкалась, смеясь и пытаясь вырваться, ровно до тех пор, пока он не повалил меня на измятые простыни. Его губы горячо и властно прижались к моей шее, выбивая из легких весь кислород. В этот же момент я просто расплавилась, изгибаясь ему навстречу.
Широкая футболка одним резким рывком полетела на пол, оставляя меня абсолютно беззащитной перед его потемневшим, голодным взглядом.
– Полиция подождет, – хрипло выдохнул Руслан, нависая надо мной и жестко перехватывая мои запястья. – У нас есть еще время.
Его поцелуй был жадным, бескомпромиссным, со вкусом черного кофе и терпкой страсти. Утренний свет путался в его темных волосах, пока он покрывал влажными, обжигающими поцелуями мои ключицы и грудь, спускаясь всё ниже. Тело мгновенно отозвалось, вспыхивая от каждого его прикосновения. Вчерашняя тягучая нежность сменилась откровенным, пульсирующим желанием.
Он вошел в меня одним резким, уверенным толчком, заставляя выгнуться дугой и вскрикнуть прямо в его губы. Утренний секс был жадным и невероятно горячим. Мы словно пытались насытиться друг другом перед тем, как снова шагнуть в реальный мир. Я до побеления костяшек цеплялась за его широкие плечи, сходя с ума от его бешеного ритма, пока мы вместе не сорвались в слепящую, звенящую бездну удовольствия, теряясь в ней без остатка.
Глава 52
Дорога до управления полиции заняла около получаса. Илья, как всегда безмолвной тенью, вел машину, пока Руслан на заднем сиденье крепко держал мою руку в своей, переплетя наши пальцы.
Кабинет следователя оказался тесным и прокуренным. Мужчина в помятой форме бросил на Руслана уважительный, почти заискивающий взгляд – видимо, фамилия Демидова здесь имела серьезный вес.
Руслан не отходил от меня ни на шаг. Он сел рядом на жесткий стул, всем своим видом показывая, что любое давление на меня будет расцениваться как личное оскорбление.
– Дарья Алексеевна, – следователь включил диктофон и пододвинул ко мне протокол. – Расскажите в деталях о событиях вчерашнего дня. Начиная с момента вашей встречи с гражданином Зиминым.
Я глубоко вдохнула. Страха не было. Чувствуя горячую, надежную ладонь Руслана на своем колене, я спокойно и методично изложила всё, что произошло. Как Вадим караулил меня, как затащил в машину, какими именно словами угрожал и как пытался заставить меня оклеветать главбуха, подсунув фальшивую папку.
Следователь задавал уточняющие вопросы, но как только он попытался копнуть в сторону прошлых дел компании и причин такого поведения Вадима, Руслан жестко вмешался:
– Это не имеет отношения к факту похищения и угрозы жизни, капитан. Моя служба безопасности уже предоставила все финансовые аудиты, доказывающие махинации Зимина. Мотивы ясны – шантаж с целью сокрытия хищений. Сосредоточьтесь на этом.
Следователь понятливо кивнул, не решаясь спорить.
Спустя сорок минут я поставила свою подпись внизу последней страницы протокола. Точка. Жирная, окончательная точка. Вадим больше никогда не появится в моей жизни, а прошлое навсегда осталось в прошлом.
Мы вышли из душного здания на свежий осенний воздух. Руслан по-хозяйски приобнял меня за талию, направляясь к припаркованному внедорожнику. Я облегченно выдохнула, радуясь, что вся эта криминальная грязь наконец-то закончилась, и впереди у нас только спокойная, нормальная жизнь.
По крайней мере, я так думала, пока Руслан не открыл передо мной дверцу машины и не бросил Илье совершенно будничным тоном:
– Илья, в центральный ЗАГС.
Я опешила и прямо так и замерла возле приоткрытой дверцы авто. Перевела на Руслана озадаченный взгляд.
– А зачем в ЗАГС?
– Еще один бюрократический вопрос закроем, – невозмутимо ответил он, ожидая, когда я сяду в машину.
Я непонимающе отшатнулась в сторону. Какой еще вопрос он может быстренько закрыть в ЗАГСе? У него что, есть жена, с которой надо срочно развестись? Или внебрачные дети? Я не планировала становиться любовницей! Что вообще происходит?!
– Я не понимаю. О чем речь? – на всякий случай максимально ровно уточнила я.
Руслан нахмурился. Между бровей у него снова залегла глубокая складка. Поняв, что в машину я не сяду, он прикрыл дверь и развернулся ко мне всем корпусом, небрежно облокотившись о крышу внедорожника.
– В смысле о чем речь? Распишемся, раз всё так серьезно закрутилось. Я понял, что отпустить тебя не смогу. Значит, пора в ЗАГС.
Я просто обалдела. Даже цензурного слова подобрать не могла к этой ситуации. Замерла на месте от шока, хлопая ресницами. Он чего себе навыдумывал? Какой еще ЗАГС?!
– Что значит «распишемся»? Я своего согласия не давала! – выпалила я, возмущенно вздернув подбородок.
– Так я же и не спрашиваю, – абсолютно спокойно парировал Демидов. – Даш, давай, садись и поехали.
– Никуда я с тобой не поеду!
Я вся подобралась, скрестив руки на груди. Это было просто из ряда вон! Кто вообще такие вопросы так решает? Захотел – женил. Не захотел – запер под охраной. Он мне даже толком объясниться не успел обо всем, что происходило, а уже в ЗАГС тащит! Я, может, вообще замуж за него не хочу!
Ладно, кому я вру. Хочу. Но не так же! С корабля на бал, между допросом в полиции и обеденным перерывом, как какую-то сделку по слиянию компаний!
– Даш, что опять не так?
Руслан тяжело выдохнул, проведя пятерней по волосам. Он посмотрел на меня так внимательно, словно пытался разгадать сложнейший ребус в моей голове. Неужели этот гениальный бизнесмен действительно не понимает, в чем дело?
– Руслан, ты смеешься? Кто так делает вообще? Из участка выйти не успели – и сразу в ЗАГС! Ни романтики, ни кольца, ничего! – возмутилась я, чувствуя, как щеки горят от эмоций. – Всё же как у людей должно быть. Нормально! Сначала предложение делают, а потом уже свадьбу и роспись планируют!
Демидов несколько секунд сверлил меня непроницаемым взглядом, а затем уголок его губ едва заметно дернулся.
– Я тебя понял. В ЗАГС не хочешь – значит, на работу поедешь, – отрезал Руслан и снова распахнул передо мной дверцу машины.
Я застыла. Что-то мне подсказывало, что ничего-то он не понял! Внутри вдруг стало ужасно тоскливо от того, что он так легко от своей идеи отказался. Не так уж сильно, видимо, он хотел видеть меня своей женой, раз сдался после первого же моего возмущения.
Я понимала, что он не человек романтики. Да просто бы спросил и все. Я бы уже была счастлива. А он совсем не понял мой посыл.
Я до боли прикусила губу от едкой женской обиды, но в машину всё же села. Сама же отказалась, сама скандал устроила – что теперь обижаться?
