Текст книги "Миссия: реабилитировать злодейку! Том 2 (СИ)"

Автор книги: Алина Пылаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

– Нет, Ваше Выс… – начала было она.

– Но ты была близка с Мэри, не так ли? – вмешался барон Бенуа. – Если вы прочтете стенограммы допросов, Ваше Высочество, то обнаружите, что никто не указывал на одну Лауру. Однако многие на допросе отмечали, что они с Мэри держались обособленно от остальных, и когда обыск последней не дал результатов, было принято решение осмотреть вещи второй подозреваемой. Разумеется, остальных служанок мы не обошли стороной, но ни у кого из них не обнаружилось ничего подозрительного.

– Правильно, все подозрительное сгрузили Лауре. – с издевкой бросила я. – Полагаю, вы рассмотрели вариант того, что подложить ей яд мог кто-то кроме Мери?

– Но…

– Да, да, она чаще всех покидала королевский дворец, но разве это преступление? Или больше никто из служанок не показывал и носа за ворота?

– Ее муж…

– Муж, с которым по странному стечению обстоятельство произошел несчастный случай сразу после ареста его жены?

Вся ситуация дурно пахла, как выразился бы Маркиз, если бы закончил сверлить в моем лбу дырку взглядом. Для любого за столом было очевидно, что расследование было поверхностным, но признать этого никто не мог. Иначе они бы сгрузили на голову Его Величества проблему в моем лице, а это в свою очередь могло закончиться скверно. Слухи слухами, но каждый в империи знал и видел, как император относится к своей королеве.

– Позвольте, я зачитаю показания с ваших допросов, ведь по всей видимости никто из присутствующих не заглядывал дальше второго листа.

Мой многозначительный взгляд был проигнорирован, ведь в это время в зал вернулась леди Тибесса. Она тихо заняла свое место и взглядом показала, что не желает меня перебивать. И никто не посмел в этом ей перечить.

– А, вот, страница пятьдесят три. “Моя дочь тяжело больна, господин, смилуйтесь. … Все положенные нам с мужем отгулы мы использовали, чтобы быть дома, с ней. А в дни, когда болезнь сильнее проявляла себя… я тайком от вышестоящих покидала дворец, мне нет оправдания за это, господин! Но Лаура!.. Чтобы меня не поймали, Лаура выполняла часть моей работы, а я отдавала последнее, что у меня оставалось после покупки лекарств… Это дитя ни в чем не виновата, тот день она провела в прачке, отстирывая шторы первого и второго этажей от пыльцы цветов, из-за которых у дьяволицы(зачеркнуто) Ее Высочества сильно слезились глаза! Лаура никак не могла заваривать чай госпоже в тот день! А меня и вовсе во дворце не было! Прошу вас…”

– Она признала! Признала, что тайком покидала ваш дворец! – всплеснул руками Тейран, будто это решало весь спор разом.

– И не единожды. – поддержал его Бенуа.

– И за это должна понести наказание. Но от меня лично. – твердо заявила я. – Но что касается моего отравления, тут все настолько притянуто, что от каждого нового вопроса обвинения трещат по швам. Вы нашли место, в котором Мери продали яд? Нет? Какая неожиданность… А стоящую причину этому поступку? Ненависть ко мне? Так ее у каждой служанки хоть отбавляй! За исключением Жанны, та не может лишить жизни даже жука. Но вот что интересно, Мэри знала, как улизнуть из дворца и не быть при этом замеченной. Почему же она не помогла Лауре сбежать? Нет, что важнее, зачем она вообще вернулась? Если они спланировали мое отравление, то Мэри должна была схватить мужа и дочь и бежать так далеко, как это было возможно, пока стража поднимает на уши весь дворец.

– Девочка больна, насколько мы слышали. – подал голос герцог Хелдер. – Это так барон Бенуа?

– Мы не смогли ее отыскать.

– Хах. – смешок вырвался сам собой. – Простите. Но вот вам еще один вопрос, зачем Мери, у которой больная дочь, вообще планировать мое отравление? Она и без того едва сводила концы с концами, ей нужна была эта работа, а после скандала с отравлением прислугу не берут в другие дома, даже если вина была на ком-то другом. Разумеется есть исключения… но Мери не входит в эту категорию людей.

– И почему ее дочь не нашли?! – возмутился Маркиз Мортейн.

– В том районе был сильный пожар. Погорели несколько улиц. – Бенуа оправдывался, все это чувствовали. – Не осталось никого, кто мог бы подтвердить историю подозреваемой. А их собственный дом сгорел до тла.

Похоже для Мери это стало новостью, ведь она впервые подняла глаза полные застывших слез и в немом стоне смотрела на барона, который даже не удосужился ей сообщить обо всем.

– Нет! Как же так?!. – засипела она. – Моя Хлоя… моя доченька…

– У меня вопрос. – занудно протянула я, поднимая ладонь как на уроке.

Все определенно утвердились в своих суждениях, будто у меня черное сердце и судьба служанок меня вовсе не волнует, а происходящее всего лишь развлечение. И барон наградил меня долгим тяжелым взглядом, прежде чем ответить:

– Да, Ваше Высочество.

– Сколько дней шли поиски девочки?

– Трое суток, Ваше Высочество.

– А вот я несколько недель платила по одному золотому в день наемникам вплоть до вчерашнего дня. А вчера мне пришлось отдать сотню золотых за ребенка и еще десяток за зелья, что спасли угасающую жизнь.

Наигранное недовольство не помешало Мери посмотреть на меня, как на святую, что только спустилась с небес. Подбородок и нижняя губа задрожали в немой истерике, и она только смогла неверяще выдохнуть:

– Гос…пожа…

– Что это все значит, Ваше Высочество?! – возмутился барон, чью работу я выполнила хоть и не самым честным путем. Даже информационные гильдии не были в чести, что уж говорить о наемниках.

– Мне бы тоже хотелось знать. – лучшая защита – нападение, определенно. – Зачем кому-то красть дочь служанки обвиняемой в отравлении королевы? Точнее, зачем кому-то платить за это наемникам? И не просто наемникам, а тем, кто в случае неудачи способен лишить себя жизни, чтобы концов не нашли.

– Как вы можете подтвердить сказанное?! – Бенуа пошел красными пятнами по коже и уже не мог сдержать лица.

– У меня есть отчет тех, кого наняла я. А, и еще живая дочь Мэри, которая видела все своими глазами. – я лениво откинула голову. – Рене, пусть девочку приведут.

– Ваше Высочество… – процедил сквозь зубы Бенуа.

– Да, барон? – я с готовностью откликнулась. – Боитесь, что я привела вам ребенка с улицы? Мы можем с легкостью это проверить.

– Вы же не…

– Именно. Герцог Хелдер может запросить право использовать Чашу Золотых Уз.

От гула разнесшегося по залу я даже поморщилась. Чаша Золотых Уз использовалась императорской семьей, которая в определенный момент даже фиолетовым глазам верить перестала, боясь подлога. А потому проверяла кровь каждого принца и принцессы с помощью артефакта, оставленного первым хозяином магической башни и одним из генералов Закарии.

Если смешать в чаше кровь родителей и детей, она и впрямь станет золотой. Подобное походило на чудо. А потому даже великим семьям разрешалось использовать этот артефакт в крайне редких случаях и с особого дозволения императора. Стоило ли говорить, что мое предложение использовать чашу на служанке не поддержал ни один из совета?

– Это просто возмутительно! – разорялся маркиз, атакуя мои барабанные перепонки. – Вы намерено бросаетесь столь грязными инсинуациями, изначально зная, что мы не допустим подобного! Чего вы добиваетесь, леди?! Хотите опорочить репутацию императорской канцелярии?

Сдержалась из последних сил, чтобы не ответить, что там и без меня прекрасно справляются.

– Или извести всех слуг семьи Редман, опорочив тем нашу честь?! – присоединился к нему Тейран.

– Я хочу, чтобы этих женщин оправдали и вернули в мой дворец!

Мне тоже пришлось повысить голос. Но когда сказанное дошло до каждого, вновь воцарилась гнетущая тишина.

– Хотите… чтобы они и дальше были служанками королевского дворца? – первым отмер Бенуа.

– После обвинений им не найти другого места службы, а у меня с недавнего времени снова нехватка рабочих рук, чем был весьма недоволен Его Величество. А я не желаю его более расстраивать.

Моему заявлению никто не поверил, это читалась в глазах. Я же не могла сказать большего, иначе каждого за столом хватил бы удар. Даже думать не хотелось, что было бы, скажи я, что никакого отравления и не было.

Просто прошлая Кларисса призвала душу из другого мира, а потому валялась в постели почти месяц в бреду. А история со служанками… подстава. За которой, кстати говоря, кто-то стоял, вон даже яд пронесли, чтобы спрятать его у Лауры. Просто выбрали удачный момент, чтобы избавиться ото всех в моем окружении, кого не кормила другая рука. Но скажи я подобное, и судили уже бы меня.

– Но все же… – растерянно бормотал Бенуа, который не мог поверить, что отделается так просто. Должно быть он думал, что я желаю его крови, потому обнажаю грехи.

– Я не требую пересмотра дела, у императорской канцелярии сейчас и без того полно работы. И со служанками дома Редман лучше всего разберется глава дома или его наследник.

Для Тейрана мое предложение тоже было лучшим из всех после подобного слушания, а потому он заметно расслабился.

– Все равно оставлять рядом с вами это отребье возмутительная грубость! – не унимался только маркиз.

– Благодарю за заботу обо мне, но я…

– Это ударит по репутации всего совета! – перебил старик, щелкая мое самомнение по носу.

– Это желание пострадавшей. – упрямилась я. – И в качестве благодарности за спасенное будущее, герцог Хелдер, лорд Редман и сэр Кристоф могли бы меня в этом поддержать. Дела всегда намного лучше слов.

Они прекрасно поняли, что я требую плату за спасенные жизни детей. Пусть я защищала своего сына, нельзя было отрицать, что все бы погибли, не продержись мой защитный барьер до прибытия Его Величества. Но я даже не получила ни одного письма с благодарностью, что уж говорить о награде.

Честно признаться, сама я даже не подумала о подобном, но Рене и Бьёрн были так возмущены, что стало понятно – меня проигнорировали специально. Так было не принято, высший свет империи открыто выражал благодарность за малейшую мелочь. И потому, пока память была свежа, я хотела воспользоваться своим правом и уколоть каждого, кто поставил свою честь выше пары строк в благодарность опальной королеве.

Это сработало. Перевес ожидаемо оказался в один голос. Мой голос, который оправдал трех женщин, что заливались в слезах благодарности, хоть и знали, их госпожа не перестала быть той самой дьяволицей, что изводила их годами.

– Рене, служанки на тебе. Действуй, как и было приказано. – бросила я, направляясь на выход.

– Да, госпожа.

– Ваше Высочество! – окликнул меня герцог Хелдер, не давая так сразу уйти. – Великие дома империи признательны вам.

Обернувшись, я наткнулась на троих мужчин, что вынуждено прогнулись, а оттого пребывали не в лучшем расположении духа.

– Но мы не сможем уступать каждой вашей безрассудной идее, – холодно улыбнулся лорд Тейран, а сэр Кристоф коротко кивнул: – Будьте осторожны в будущем.

– Разумеется. – легко улыбнулась я. – Если представители великих домов считают, что отплатили мне за отвагу в полной мере, кто я такая, чтобы спорить с ценой жизни их наследников?

Вот теперь я была в полной мере удовлетворена. Спасла жизни служанок, щелкнула по носу пару зарвавшихся лордов. Казалось, жизнь начинала налаживаться. И я самостоятельно распахнула двери малых залов, желая покинуть помещения первой.

– Леди! – вздохнули над макушкой, когда я врезалась в каменную грудь щекой.

И в этот момент мой надувшийся пузырь самомнения начал со свистом сдуваться.

– Ваше Величество?

Атил не должен был быть здесь, и все же я слышала знакомый аромат, которым был наполнен мундир, что так и остался висеть в моей спальне. Большие ладони легли мне на плечи и осторожно отодвинули на шаг, и я смогла поднять глаза, чтобы убедиться.

– Ваше Величество, – улыбнулась, расплываясь в изящном реверансе. Бьёрн выдрессировал меня как следует на этот счет. – Вы как раз вовремя.

– Проблемы на заседании? – напряженно спросил Атил, а я скосила взгляд в сторону.

Мы оставались в дверях, не давая другим войти или выйти. И Атил не проявил ни к кому кроме меня интереса, а потому подойти не решался даже его секретарь. В итоге мы будто ворковали у всех на виду, создавая новые сплетни. И Атил понимал это лучше других, но ничего не предпринимал.

– Оно как раз завершилось. – хотела сделать еще шаг назад, но пятка стукнула о косяк, давая понять, что деваться мне некуда.

– Слышу рыдания, и вы довольны его исходом. Значит?..

– Довольна исходом и возможностью исполнить ваш указ в срок. – радостно сообщила о своей победе под хмурым взглядом фиолетовых глаз. – Служанок оправдали, и они возвращаются в мой дворец, чтобы навести былой лоск в его стенах.

– Вы же понимаете, что подобное меня не устроит?

Атил навис надо мной и сбавил тон голоса. Теперь наши перешептывания выглядели еще более провокационно. Пришлось прикрыться веером, чтобы не чувствовать тепло его дыхания, и к тому же прикинуться слабой овечкой, что трепещет перед большим грозным львом.

– Смилуйтесь, Ваше Величество, – невинно хлопала ресницами, прекрасно зная, что этот театр одного актера Атила не впечатлит. – Это большее на что я способна в те сроки, которые вы утвердили. Накажете меня за это?

Закрыла веер, являя ему хитрую улыбку. Но в молчании она постепенно меркла, а жар разлился по щекам, ведь Атил не сводил взгляда с моих губ, что оказалось не самым страшным:

– Постарайтесь удовлетворить меня как следует и без лишних напоминаний, леди.

Его низкий вкрадчивый голос задевал те струны души, что принадлежали прежней Клариссе. Определенно, как еще объяснить те мурашки, что мигом разбежались по телу.

– Приложу все свои силы. Чтобы удовлетворить вас, Ваше Величество. Хоть это непросто. – прошептала ему в тон, не желая уступать. – Позвольте откланяться…

– Нет.

Я уже устремилась в коридор, когда его рука крепко ухватила мой локоть, не давая сбежать. Это наше копошение вновь привлекло внимание тех, кто всеми силами старался найти что-то занятное внутри малых залов.

– Завтра с утра у вас будет императорский лекарь.

Я чувствовала его взгляд в упор, но поднять глаз не решалась. Смотрела на грудь, затем перевела взгляд на шею. Туда, где из-под воротника мундира виднелись края черной метки, что отравляла его душу. Сердце больно сдавило в груди, и весь игривый настрой испарился. Я вновь почувствовала укол вины, хоть и не сделала ничего плохого. С трудом подняв взгляд, я прошептала:

– Позвольте спросить, Ваше Величество. Вы действительно желаете вернуть все как было?

– Да. – он встретил меня прямым спокойным взглядом.

– Лжете. – не смогла сдержать грустной улыбки.

– Обвиняете императора во лжи?

– Накажете меня за это? – склонила голову вбок, что со стороны наверняка выглядело неприкрытым флиртом. – Если того и правда желает ваше сердце, только скажите, и я внесу прилюдные стенания по любви к вам в свое расписание.

– Не желаете лекаря? – фыркнул Атил, готовясь сдаться в этом вопросе.

– Отчего же, присылайте. – как завороженная смотрела в его глаза, и он без капли раздражения отвечал тем же. – Есть пара служанок…

– Собираетесь… использовать знания императорского лекаря для лечения служанок?

– Они пострадали от меча императорского правосудия. Будет справедливо дать им хоть на мгновение почувствовать силу вашего милосердия. К невиновным оно должно быть безгранично.

Атил не отвечал, что накаляло ситуацию с каждой секундой. И первой не выдержала я:

– Ах, да! Совсем забыла поблагодарить вас, Ваше Величество! Подарок пришелся мне по душе.

От вида моей широкой улыбки он не смог сдержать удивления. И искренне не понимал, о чем идет речь. Ну еще бы, я пользовалась ситуацией, в которую он сам меня и загнал.

– Подарок?

– Сначала мне было показалось, что эти желторотые юнцы только называют себя рыцарями, но признаться давно никто так не заботился о моем благополучии, как они за эти дни. – тараторила я. – Когда я сегодня покидала дворец, они отлавливали змей в императорских садах. Я и представить себе не могла, что там водится нечто подобное…

– Леди, – с нажимом в голосе остановил меня Атил. – Вы решили, что эти рыцари стали вашей личной гвардией?

– Ну, гвардией их называть слишком лестно… но да? – с самым наивным на свете лицом ответила я. – Полагала, что это ваша благодарность за мою отвагу во время последнего инцидента. И спасенные жизни. Но похоже это не так…

Разочарованный вздох дался мне просто. Сложнее было не выдать себя. Я знала, что те мальчишки были посланы на время, но это был хороший шанс стребовать что-то и с императора. Дело было вовсе не в том, чтобы получить награду, а в признании моих заслуг. Иначе очень скоро все сделают вид, будто ничего и не было. Ну или меня в том адском пекле не было, лишь Атил блистал со своим черным клинком.

– Думал, вы не желаете моей помощи.

К неожиданности, я уловила в его голосе тень растерянности. Не думала, что мой спектакль и правда подействует, а может он только сейчас задумался о том, как поступил со мной.

– Разумеется, если вы считаете, что десяток рыцарей слишком щедрая награда для той, что едва не рассталась с жизнью, защищая наследие империи… – небрежно отмахнулась, разворачиваясь лицом в сторону коридоров. – Я отпущу их по прибытии в свой дворец.

– Леди. – Атил сжал мое запястье, вновь наклоняясь к уху.

Я знала, он делает это, чтобы разговор не разлетелся по всем малым залам, но все же сердце выпрыгивало из груди. Ощущать его дыхание своей кожей, видеть краем глаза как он возвышается надо мной, и знать, что любое его слово закон – заставляло кровь бурлить в венах. Я играла с огнем, но лишь потому, что чувствовала – мне позволяют.

– Существуют правила. Сейчас рыцари находятся в вашем дворце по моему приказу. И я должен буду отдавать его снова и снова в обход командира императорской стражи, что со временем сотрет границу между благодарностью и помощью.

Атил объяснялся, хотя был не обязан. И я не смогла побороть интерес, вновь взглянула в его лицо. С виду он казался спокойным и сдержанным, но его ладонь продолжала крепко сдавливать мое запястье.

– Но если на ближайшем турнире вы сможете заполучить личного рыцаря, он будет вправе сам командовать стражей вашего дворца. И отобрать для этого столько рыцарей, сколько посчитает нужным. С моего… с одобрения императорской канцелярии, разумеется.

– Разумеется, я не дам вам выйти за рамки благодарности, Ваше Величество. – расплылась в благодарной улыбке, а затем с вызовом посмотрела снизу вверх. – Я уверена, один из ваших лучших рыцарей скоро станет моим.

– Тогда не вижу причин менять стражу вашего дворца до той поры.

– Благодарю, Ваше Величество.

Он наконец меня отпустил, и я смогла сделать прощальный реверанс. Но стоило мне распрямиться, как он снова заговорил:

– Я…и правда хочу вернуться к прошлому.

Закусила губу, не зная, что ответить. Его желание было несбыточным, а я не хотела развивать эту тему, ища взглядом пути отступления.

– К тому, когда причина моей постоянной мигрени была предельно проста.

Это неожиданное признание вызвало улыбку, и я не смогла удержаться от маленькой колкости на прощание:

– Вы неожиданно бодры для человека, который мучается от мигрени прямо сейчас, Ваше Величество.

Глава 5

Даже не думала, что могу захотеть обратно в тот аквариум с пираньями, каким для меня был судебный процесс. Но Бьёрн творил чудеса. Он не только научил посылать короткий импульс чистой маны в чужой духовный камень, но и рассчитал сколь сильна должна быть барьерная магия, чтобы скрыть это мимолетное влияние от чужих глаз. Все же мне предстояло провернуть опасный для жизни трюк у всех на виду и не быть пойманной.

Затем он наполнил своей магией сотню магических камней, отчего его мана взбесилась и вышла из-под контроля. Только благодаря контракту, мне удалось призвать сдерживающий ошейник и Бьёрн свалился без сил, проспав последние пару дней, не приходя в сознание. За это время я успела закончить последние приготовления и пару мелких дел.

К счастью, мне снова удалось удержать штат портних, которые надеялись, что рабские условия труда для них закончились с уничтожением большинства магических камней, но увы мои запасы пополнились. Пришлось сильно завысить оплату работы, чтобы они не сбежали в ночи, и несколько часов спорить из-за перекройки старых платьев Клариссы по моему вкусу. Это было вопросом жизни и смерти, а потому нежное голубое платье с легкой струящейся юбкой наполнилось сиянием сотни сапфиров, напитанных барьерной магией Бьёрна.

Что радовало больше всего – моя казна при всем этом не опустошилась, а наоборот значительно пополнилась. После суда и моих ядовитых высказываний первым дал о себе знать герцог Хелдер. Не скрываясь и не таясь он отправил кареты с семейным гербом в королевский дворец, и слугам понадобилось несколько часов, чтобы занести все сундуки с дарами.

Этот его поступок запустил цепную реакцию, ведь другие дома больше не могли отмалчиваться, теряя лицо. К тому же после моих заявлений на судебном процессе они боялись, что я не успокоюсь так просто и новые требования не заставят себя ждать, а потому выбрали действовать на опережение и одарить многим больше, раз и навсегда закрывая этот вопрос.

Я лишь посмеивалась разглядывая золото, украшения и дорогие ткани. Меха, магические камни и даже пара духовных камней пополнила мою коллекцию. И в итоге все это привело к тому, что одним утром у порога моего дворца остановилась карета с символом императорской семьи.

– И все же, госпожа, – подала голос Рене, заплетая мои волосы в сложную прическу, – было бы лучше использовать для сегодняшнего платья ткань, которую вам подарил Его Величество император.

– С сапфирами платье смотрелось бы полной безвкусицей. – легко отмахнулась я. – К тому же это больше похоже на очередную проверку, благосклонности от этого мужчины мне не видать, не стоит обманываться.

– Не говорите так, госпожа, – надула щеки Рене. – Его Величество определенно уделяет вам больше внимания, чем раньше.

– Это и настораживает. – пробормотала, выбирая очередное украшение, что будет вплетено в косы.

– Тогда тем более нужно было выбрать именно ту ткань! Прежняя госпожа так бы и поступила. И Его Величество это знает.

– Предлагаешь портнихам перешить платье за пару часов? – я усмехнулась наблюдая за кислым лицом Рене.

Ткань присланная Атилом была насыщенного фиолетово-пурпурного цвета. Этот оттенок являлся не только самым дорогим, он был попросту запрещен для любого, кто не принадлежал императорской семье, ведь символизировал силу крови, что защищает империю вот уже тысячу лет. Попросту говоря, такое платье могла позволить себе императрица, но никак не опальная королева, пусть даже подарившая стране наследника.

Понятия не имела, о чем думал Атил, присылая мне подобную ткань, но не верила, что это жест доброй воли. А вот духовные камни воды и огня я приняла без лишних мыслей. Отказываться от силы было глупо.

– Ваш чай, госпожа, – тихо заговорила Жанна, и я едва не подпрыгнула на месте. Она снова работала столь незаметно, что казалось, просто вырастает из-под земли.

– Жанна, я ведь говорила тебе, ритуал подачи чая мне наскучил. – старалась говорить тихо и ровно, но женщина все равно задрожала всем телом. – В нем нет нужды, когда я одна. Повторять его стоит лишь при гостях, во избежание дурных слухов.

– Да, госпожа! Прошу, простите меня!

Если бы не Рене, Жанна бы рухнула кланяться в ноги, но та увела ее из комнаты, в очередной раз начиная разговор о новых порядках этого дворца. Что пока не имело должного эффекта. Лаура, помогающая мне с платьем, белела на глазах и возилась дольше нужного, не в силах справиться с накатывающей нервозностью от моего присутствия. Лучше всех держалась Мери, но и она вытянулась струной, услышав мой голос:

– Что это такое? – холодно спросила я, взглядом указывая на маленькие покрасневшие пальчики, что выглядывали из-за пышной юбки.

Проходя по коридору я сразу заприметила Мэри и ее дочь, что несли корзины с мокрым постиранным бельем. И прятать девочку за своей спиной теперь было попросту глупо.

– По вашему приказу я готовлю гостевую спальню для Его Высочества принца Каэля, госпожа, – ровно ответила она, склоняясь, но не переставая быть крепкой стеной между мной и Хлоей.

– И ты не можешь справиться с этим одна? Почему я вижу, как ребенок, что исцелился с таким трудом, вновь получает травмы?

Мне было крайне сложно играть роль королевы, которой не пристало допускать даже мысли о жизни слуг и их детей. И видеть как малышка несет такую тяжесть тоже. Но скажи я об этом прямо и вновь могли распространиться слухи, что я не в ладах с головой.

– Вы дали разрешение жить моей дочери тут, во дворце, со мной, госпожа, – каждое слово давалось Мэри с трудом. – Если не желаете ее видеть, клянусь!..

– Я дала ей разрешение жить здесь, но не нанимала в служанки. – прервала ненужные обещания. – У дворцовых служанок строгий отбор. У них есть обязанности и ответственность, часы работы и отдыха. Потому оплата исчисляется золотом и серебром. Предлагаешь мне платить вам обеим? Общественность будет в восторге от таких новостей.

– Что вы, госпожа! – от неожиданных слов Мэри вскинула взгляд, сталкиваясь с моим прямым и требовательным. – Прошу, закройте на это глаза лишь раз. Обещаю, мы больше не доставим вам беспокойств! Никто не узнает… Прошу, это большее, что я могу сделать для своей дочери. С навыками дворцовой служанки она сможет не испытывать нужды в будущем. Прошу, госпожа, я буду работать еще усерднее!

– Дворцовые служанки происходят в большинстве своем из низших или разорившихся аристократов, ты ведь знаешь почему? Они обучены грамоте, письму, истории, этикету. Твоя дочь уже изучила все эти дисциплины?

– Нет, госпожа.

– Тогда почему моя личная библиотека все еще не убрана и не проведена ревизия всех хранящихся там книг?

Мэри лишь удивленно приоткрыла рот, не сразу понимая мой приказ.

– С завтрашнего дня эта обязанность ложится на тебя. – проходя мимо я на секунду остановилась, сбавляя тон почти до шепота. – И чтобы я больше не видела на ней следов тяжелого труда. Как минимум пока она не вытянется в двое.

Рене и Бьёрн следовали за мной молча. Я и без того знала, что они беспокоятся каждый раз, когда королева Кларисса внезапно изменяет себе. Но я была уверена – слухи могли не только загнать в ловушку, но и создать новые возможности. Вопрос поиска союзников стоял для меня наиболее остро, и если те, кто раньше без раздумий отринул бы просьбу о встрече от королевы Турина, теперь согласятся из банального любопытства, это определенно повысит мои шансы на успех.

– Сегодня мы будем сопровождать вас, Ваше Высочество, – бодро заявили два рыцаря, что успели примелькаться за последние дни.

С момента моего попадания в новое тело эти желторотики были единственными кто, помимо Рене и Бьёрна, отдавался службе на максимуме своих сил. И мы было бы жаль их потерять.

Атил определенно стоял во главе империи не только из-за своей крови и черного клинка. Отправляя ко мне едва выпустившихся из академии сыновей третьей и ниже очереди в наследовании своих домов, он знал, что незамаранная реальностью идея с честью служить королеве Турина возобладает над самыми гнусными слухами. И потому как бы я не кошмарила всю империю в прошлом или настоящем, они готовы были головы сложить в мою защиту. Это подкупало и давало надежду, что будущее не предрешено. И я собиралась построить лучшее из возможных.

Карета доставила до императорской смотровой площадки вовремя, но все наложницы уже прибыли, распределив места у пустующего трона. Было весьма забавно наблюдать за тем, как Айрис и Сильвия сжимают пальцы на подлокотниках, а их личные рыцари делают шаг вперед, прилипая к спинкам кресел.

Мелисса, завидев меня, шустро прыгнула на дальнее кресло, и только Ариэле не было никакого дела до надвигающейся угрозы. Ведь она занимала место предназначенное ей статусом, в отличие от всех остальных.

Так уж было заведено – по левую руку императора выстраивались кресла по количеству наложниц и занимались они согласно титулу. Это Атил небрежно присвоил статус каждой по очереди вступления в императорский гарем, в прежние времена номер наложницы зависел от расположения правителя и мог в любой момент как потерять в цене, так и возвысить над другими.

По правую руку располагался трон императрицы, а за ним места предназначенные для королев. Но сейчас империя не имела правительницы, а потому по правую руку стояло лишь одно кресло, которое заняла первая наложница – Сильвия.

Айрис, хоть и была четвертой, умостилась на ее место – ближайшее к трону по левую руку. За ней сидела Ариэлла, как и положено второй наложнице, а Мелисса изначально занявшее ее законное пятое, вдруг шмыгнула на шестое, чтобы моим гневом ее точно не зацепило.

– Рене, распорядись, чтобы все подготовили, – с легкой улыбкой приказала я, не сводя глаз с императорской ложи.

И стоило так цепляться за эти места, когда как от трона до соседних кресел расстояние было больше вытянутой руки? Для меня ответ был очевиден, и Атил сделал все возможное за годы своего правления, чтобы эту мысль донести до каждого. Но гарем с завидным упрямством продолжал искать шанс. И мне было жаль этих женщин, увязших в амбициях их семей и единственной цели, которой не суждено было сбыться.

– Его Величество Атилиус Вальмиера дель Турин! – раздалось за спиной на мою удачу, и я расплылась в приветственном поклоне.

Поединки я собиралась смотреть на нижнем ярусе в одиночестве и покое, а потому, опоздай Атил, и мне пришлось бы подниматься для приветствия до самой ложи, преодолевая эти утомительные ступени. Обрадованная фактом, что мне не придется бегать туда-сюда, я видимо слишком ярко разулыбалась. Атил хмуро глянул на меня и явно хотел пройти мимо, но все же в последний момент передумал.

– Поднимитесь, леди Кларисса. – он небрежно махнул рукой, и я распрямилась.

– Благодарю, Ваше Величество. – я постаралась принять сдержанный вид. – Погода сегодня чудесная, не находите?

Мое щебетание о такой банальной ерунде заставляло полыхать императорское ложе, с высоты которого открывался прекрасный вид на нашу пару. И в то же время наводило скуку на Атила, которого я хотела как можно скорей сплавить к его наложницам.

Можно ли всегда получать то, чего хочешь?..

– Я нахожу неожиданной вашу готовность использовать один мой дар за заслуги, – он посмотрел за спину, где по струнке вытянулись два сопровождающих рыцаря, а затем мазнул взглядом по моему наряду из голубого шелка, – и отринуть другой.

– Отринуть? Как можно? – распушив веер, я замахала им так, будто меня бросило в жар. – Мою благодарность не выразить словами…

– Должно быть поэтому я не получал от вас письма.