Текст книги "Стратегия одиночки. Книга восьмая (СИ)"

Автор книги: Алескандер Зайцев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)

Глава 21

(95-й день)

С трудом затолкав в себя кашу, не чувствуя её вкуса и обильно запив родниковой водой, я поднялся с места. Затем, подойдя к управляющему, оплатил комнату ещё на три дня, после чего вернулся в номер, полностью облачился, взял в руки Разящий Шелест, закинул за плечи рюкзак и сбежал по лестнице вниз.

Нет, я не собирался догонять пару землян, но они словно зарядили меня своей решительностью. Я просто не мог сейчас сидеть на месте или блуждать по городу в поисках учителей магии. Вместо этого быстрым шагом дошёл до городских ворот, отметился у стражи и, миновав большую очередь на входе в город, припустил со всех ног.

Во мне клокотала жажда деятельности. И, чтобы не ввязываться в ненужные приключения (которые меня стопроцентно нашли бы сами, учитывая моё настроение), я решил забрать обломки мечей. Да, можно было прыгнуть Вратами поближе к месту захоронения валириевых обломков, но две сотни километров… Разве это большое расстояние для воина Сапфира, который хочет просто бежать и ни о чём не думать?

Место, куда мне нужно было попасть, благодаря памяти будущего, я помнил хорошо. Благо в Прошлом Цикле лично там побывал. Так что, выбрав нужное направление, я побежал, словно Форрест Гамп из одноимённого фильма. Хотелось в этом беге забыться хотя бы ненадолго, чтобы ветер, бьющий в лицо, вычеркнул из памяти лица погибших землян, с которыми я разговаривал меньше суток назад.

Не знаю, какую скорость мне удалось развить, потому как ни спидометра, ни датчика спутниковой навигации у меня, разумеется, с собой не было. Но бежал я быстро, так что только ветер завывал в ушах.

Примерно на половине пути заказанные пусть у опытного и умелого мастера, но вполне обычные ботинки не выдержали подобной нагрузки, и у меня одновременно, что удивительно, слетели подошвы. Одна полетела куда-то влево, а вторая вправо. Красиво так полетели, будто из пращи запущенные. Пришлось остановиться и снять повреждённую обувь. Тщательный осмотр показал, что ботинки годятся теперь только для того, чтобы их выкинуть. Что я и сделал, оставшись босиком, в который раз за последние дни. Впрочем, сам виноват: если хочу бегать со скоростью, доступной Сапфировому рангу, надо не экономить, а заказывать обувь у мастера-артефактора, с зачарованием на крепость и уменьшенный износ.

Оставшись босиком, волей-неволей пришлось сбросить скорость и бежать уже не подобно выпущенной умелой рукой стреле, а словно нахожусь на неспешной пробежке в каком-нибудь земном парке.

Пробегая мимо города среднего размера, подумал о том, что можно было бы завернуть и заказать обновку у мастера-артефактора, но вспомнил, что такая обувь делается исключительно на заказ, и выполнение этого заказа займёт не меньше суток. Так что отказался от этой идеи, чтобы не терять время, продолжая бег босиком.

За всё время пути останавливался всего два раза: первый – чтобы выкинуть изношенную обувь, второй – уточнить у проходящего мимо каравана, где находится замок рода Онгатана, который в моей памяти служил первым и самым заметным ориентиром.

Когда стены искомого замка появились в поле зрения, я сориентировался по солнцу, выбрал, как надеялся, верное направление и побежал ровно на юго-восток. И через час заметил следующий ориентир – одиноко стоящий в поле древний дуб.

Так, двигаясь от одного знакомого по памяти будущего ориентира к другому, примерно за час до заката я добрался до небольшой, но быстрой речушки. С запада вплотную к речному берегу подступал лес, а с востока шла холмистая гряда, поросшая диким кустарником.

Дальнейшие поиски нужного места стали в разы проще: мне всего-то следовало двигаться против течения реки до её резкого, почти на сто восемьдесят градусов, поворота.

Лес, вдоль которого я шёл по речному берегу, принадлежал баронскому роду Онгатана. Местным крестьянам и охотникам было запрещено в его дубравах даже собирать хворост. Разумеется, этот запрет часто нарушали, но из-за известного своим взрывным характером барона местные жители старались не углубляться в этот лес, чтобы не спровоцировать вспышку гнева благородного владетеля.

По местным легендам, когда-то, несколько сотен лет назад, на месте этого леса были плодородные поля и стоял замок семьи, враждовавшей с родом Онгатана. Как и во всех крестьянских сказаниях, жилось на этих землях людям свободно, сыто и припеваючи. Но влюбилась дочь этой семьи, имя которой кануло в Лету, в наследника рода Онгатана и тёмной ночью открыла ворота своего замка войску возлюбленного, отключив предварительно защитные амулеты. На том и закончилась история семьи влюблённой девушки, да и сама она, говорят, не прожила долго. Замок, стоявший в этих землях, барон Онгатана приказал разрушить и сравнять с землёй, а на месте обильных пастбищ по его приказу маги Природы вырастили этот лес.

Не знаю, сколько правды в этой истории, а сколько лжи, да и не любопытен мне этот местный фольклор. Куда больше меня интересовали руины старого замка, а точнее фундамент, который от него остался.

Нужный мне резкий поворот реки, как и думал, найти не составило труда. Но прежде чем двигаться дальше, вглубь лесной чащи, решил немного отдохнуть, разогреть горячую еду и нормально поесть. На поиски фундамента разрушенного замка я собирался выдвинуться уже ночью, при свете Сегуны – в то время, когда тени обретают плотность, и шанс обмануть случайно оказавшегося на пути егеря, с учётом моих умений, возрастает многократно.

Вместо того чтобы разогревать ужин с помощью бытовых заклинаний, я выловил в реке несколько брёвнышек, высушил их магией Воздуха и развёл костёр. Почему именно костёр? Да просто захотелось пожарить хлеб на углях, как неоднократно делал, ещё будучи мелким мальчишкой, летом на даче у бабушки.

Пока дрова прогорали, сидел на речном берегу и, отдыхая, перебирал гладкие, отполированные водой камушки. Простые обычные камушки. Парочка таких камней, размером с четверть кулака, оказались столь похожи на мелких кабанчиков, что я даже взял их к костру. Катая по ладони эти камушки, чтобы не терять время, пока прогорают угли, занялся медитативными техниками, улучшающими память. Таким образом надеялся увеличить заполнение Звёзд Ментала.

Когда солнце уже склонилось к закату и начало уходить за горизонт, угли были как раз какие нужно. И, выстругав из веточек подобие шампуров, я нанизал на них предварительно нарезанные кубики хлеба. Вдыхая аромат запекающегося хлеба, подумал о том, что давно не разговаривал с Первым Пером. А мне было что ему рассказать.

Только потянулся к поясу, чтобы достать Первенца Кейташи из футляра, как почувствовал неестественное движение воздуха за спиной. Тут же, откинув шампуры в сторону, качнул тело сперва влево, а затем бросился вправо к лежащему невдалеке Разящему Шелесту, одновременно выставляя Воздушный Щит в сторону предполагаемой угрозы.

Точнее, попытался поставить Воздушный Щит, но из-за недостатка практики заклинание сработало на долю секунды позже, чем необходимо.

Ещё бы чуть-чуть, буквально пара сантиметров – и я бы уклонился от неожиданной атаки. Касание верёвки на руке почувствовал одновременно с тем, как моя ладонь сжалась на Разящем Шелесте. Только вот вскочить с оружием в руках у меня уже не получилось. Вместо этого я повалился на траву, связанный так плотно, словно меня спеленал опытный пыточных дел мастер.

– Да что с тобой не так?!! – заорал я, уткнувшись носом в землю, узнавая спеленавшую меня верёвку.

Пару минут ничего не происходило. Лес шумел как обычно, а ветер, словно издеваясь, сильным порывом закинул один из шампуров с нанизанными кусочками уже почти приготовленного хлеба прямо в угли.

Стиснув зубы, я попытался напрячь мышцы, но верёвка тут же сдавила ещё сильнее, отчего стало трудно дышать. Ясно: даже на Сапфире нечего и думать о том, чтобы порвать эту грёбаную артефактную дрянь! Честно, я эту верёвку уже ненавижу самой искренней ненавистью, как честный онлайн-игрок ненавидит читеров.

Крепко, до боли, зажмурившись, я резко распахнул глаза, одновременно активируя заклинание Металлической Чешуи. Не помогло: верёвка держала по-прежнему крепко и даже не думала соскользнуть с покрытой металлом руки. Следом применил Доспех Духа – и только почувствовал проблеск надежды, как магия дварфов рассыпалась на мелкие части, не в силах противостоять странному артефакту, который спеленал меня, словно почтовую бандероль. А после верёвка сдавила ещё сильнее, словно намекая, что не стоит применять магию, если хочу дышать. Ясно, я по-прежнему бессилен против этого чита. Значит остаются переговоры.

– Убери это чудо.

Как мне хотелось назвать эту верёвку иначе: «дрянью», «гадостью», даже «тварью», но в последний момент передумал.

– Мы же вроде с тобой обо всём договорились и разошлись бортами, как в море корабли.

В ответ – только тишина. Напрягаю все чувства, но не могу определить, где эта Да’Ннанова австралийка притаилась.

Надо же было так попасться: расслабился, погрузился в свои мысли – и вот результат, лежу спелёнатый, словно младенец. Хотя если подумать здраво, от неожиданного нападения Осколка богини Охоты меня не спасла бы и предельная бдительность. Подобные засады – её конёк.

– Не буду я на тебя нападать, – продолжил говорить я, понизив голос, уверенный, что меня услышат и так. – Ты мне всё же жизнь спасла.

Внезапно услышал шаги. И тут же понял, что мне позволили их услышать. Я помню, как ходила по лесу Скалли – совершенно бесшумно, так что сейчас она специально наступила на сухие ветки. Наверное, это хороший знак.

– Рэйвен, – донёсся знакомый голос из-за спины.

Хотел повернуть голову, но верёвка не дала сделать даже столь простого движения.

– Я тебе не враг.

– Верёвку тогда убери, – пробормотал я, пытаясь дышать равномерно и успокоить злость. Она мне сейчас не помощник.

– Уберу… попозже.

Не вижу, но знаю: Скалли произносит это с улыбкой.

– Я хрупкая, слабая, красивая девушка, в страшном незнакомом лесу. И я тебя боюсь.

– Да-да, как в том анекдоте: «Мужчина, а я к вам спущусь!»

С каждой секундой я чувствовал себя всё увереннее. Не убила сразу – вряд ли убьёт теперь, если только не ляпну чего-то совсем не того.

– Не слышала, но догадываюсь, что это пошлая история.

Если она не прибегает к магии Воздуха, то стоит около пяти метров позади.

– Потом расскажешь.

– Развяжи – расскажу сейчас.

Значит, я прав, и будет некое «потом». Уже хорошо.

– Нет-нет, – тихо смеётся Скалли. – Мне нравятся сильные, умные мужчины, действия которых я не могу предсказать. – Наигранно тяжёлый вздох доносится до моих ушей. – Но вот сейчас эта твоя непредсказуемость и заставляет беззащитную девушку быть осторожной. Беззащитная девушка – это я, если ты не понял.

– Ага, такая беззащитная, что сида в лесу из лука подстрелить может! Прямо ты и «беззащитность» – слова-синонимы, и в википедии напротив этого слова твоя фотография. – Усмехнулся я, заодно польстив австралийке.

– Не поверишь… – тяжёлый, расстроенный вздох. – Нет у меня больше лука. Сломался. Вот просто взял и сломался, когда я его впервые натянула после перехода за Первую Стену.

– Беззащитная, но сильная дева… Так купи новый, после последней нашей встречи ты ушла довольно богатой. – Сказал я.

Видимо, напряжение постепенно отпускает, потому что, несмотря на связанное состояние, я чувствую, как понемногу перехватываю контроль над разговором. Скалли, видимо, отдала какую-то команду своей верёвке, и мне стало легче дышать. Плюс смог пошевелить шеей и немного повернуть голову так, чтобы трава не лезла в нос.

– Золото – такой странный предмет, – тоска в её голосе кажется неподдельной. – Вот оно есть – и вот его нет. А что касается лука… Позже закажу себе под руку. А может, сделаю сама, ещё не решила.

– Раз мы так спокойно беседуем, то, может, хватит этих ролевых игр со связыванием? Как видишь, я не проявляю агрессии. Хотя, признаюсь, это неожиданное нападение меня разозлило.

– Рэйвен, ты что, какое нападение! – весёлым перезвоном раздаётся из-за моей спины. – Это просто нежные и продолжительные объятья. Ведь мой поясок – это часть меня самой.

– Так это прелюдия? И как я не догадался… Всё, теперь, конечно, расслаблюсь и буду получать удовольствие.

Надеюсь, она расслышала сарказм в моём голосе!

Совсем рядом кто-то наклонился, и до меня донёсся аромат лесных трав, лёгкий, едва ощутимый и, надо признать, приятный.

– Всё же классное у тебя копьё, – произнесла Скалли, но, проявив удивительную для австралийки вежливость, к Разящему Шелесту не прикоснулась.

– Дорогая, – надеюсь, мой голос звучит столь же сварливо, как у мужа, обращающегося к жене после тридцати лет брака, – зачем ты меня преследуешь?

– Я⁈ – кажется, её удивление неподдельно. – Преследую? Это ты меня игнорируешь!

Как-то, и правда, наш диалог начал напоминать общение семейной пары: сплошные претензии, и каждый не понимает, о чём говорит другой.

– Не правда, я не игнорирую красивых и симпатичных девушек, – пытаюсь прямолинейным, как удар молотка, комплиментом немного разрядить обстановку.

– Мужчины… – голос Скалли буквально сочится презрением и разочарованием. – На словах одно, а на деле…

Она сместилась так, что я наконец-то смог её увидеть. И сразу стало заметно, что с нашей последней встречи девушка изменилась. Сменила причёску под каре и перекрасилась в чёрный. И надо признать – ей идёт. Вот не люблю короткие стрижки у девушек, но тут вынужден признать: красиво, и как-то даже дополняет её стиль. Но прическа не главное. Гораздо важнее её экипировка.

Кольчуга мелкого плетения, усиленная в нужных местах броневыми пластинами и какой-то алхимией окрашенная в тёмно-серый цвет прикрывает её тело до середины бёдер. Выполнен доспех явно на заказ хорошим мастером и идеально подогнан по фигуре девушки. Под кольчугой плотный гамбезон с жёстким воротником, прикрывающим шею, с кольчужными вставками. Предусмотрительно. На ногах что-то похожее на военные берцы. Подобие, конечно, но выполнено на совесть, и если я правильно разобрал символы, обувь зачарована. Брюки из плотной ткани – не такой, как у меня, но от случайного пореза защитить смогут. На поясе кинжал. Хотя, нет, судя по форме ножен и рукояти, скорее, длинный охотничий нож. Из-за спины над правым плечом видны пять коротких дротиков длиной около метра каждый. В её левой руке – лёгкое охотничье копьё с листовидным наконечником. Видно, что девушка не теряла времени зря и деньги потратила с толком. Уверен, её кольчуга сделана из переплавленного доспеха Ридана Честного Меча.

– Тебе вот не стыдно? – спросив это, она уселась напротив, достала нож и принялась лезвием выковыривать из углей пережаренный хлеб.

А ножик-то не простой. Не знаю, зачарованный он или нет, но что-то он мне напоминает. Но что… Точно! Я такой видел в одном кино, в фильме, который в детстве пересматривал раз десять, не меньше.

– Почему мне должно быть стыдно, Крокодил Данди? – усмехнулся я, демонстративно скосив глаза на нож в её руке.

– Люблю этот фильм, – улыбнулась Осколок богини Охоты. – А стыдно тебе должно быть за игнорирование такой замечательной меня. – И прежде чем я успел вставить хоть слово, театрально вскинула руки и, посмотрев на меня с укором, продолжила. – Иду, никого не трогаю, наслаждаюсь видами. Вдруг вижу: по тракту кто-то бежит. Летит практически, я бы сказала, на ходу перепрыгивая через телеги идущего по дороге крестьянского каравана. Смотрю и глазам не верю – это же любовь всей моей жизни! Сам Рэйвен Великолепный! Весь такой растрёпанный, красивый, только босые пятки сверкают. – А ведь кто-то мог бы ей поверить, надо же: «любовь всей её жизни». – Обрадовалась, думаю: вот так встреча! Распахнула объятия…

Девушка тяжело вздохнула, покачала головой и принялась сверлить меня взглядом, а я молчу, потому что не видел её вообще и не знаю, что сказать. Понятно, что она играет, и ни о каких искренних чувствах с её стороны речи не идёт. Но мне не ясна её игра, от этого предпочитаю промолчать.

– А ты… Что сделал ты? Пробежал мимо! Словно ветер, вжу-у-у-у-у-х! – Она руками показала, как это было. – Оставил меня одну стоять, разочарованную, забытую. – Скалли покачала головой, словно и правда получила моральную травму. – Все вы, мужики, вомбаты… Я знала это, но надеялась, что нашла исключение.

– Не было тебя на дороге, – в этом я был уверен, потому что, как бы ни был погружён в себя, по сторонам всё же смотреть не забывал.

– На дороге или в ста метрах от неё, в небольшой дубраве… Разве это имеет значение? – всплеснула она руками.

– Тц-ц-ц-ц… – вовремя прикусив язык, я сдержался, чтобы не высказать ей всё, что думаю об этой ситуации.

В ста метрах от дороги в лесу она стояла! Наверняка не забыв про маскировку. И теперь высказывает мне претензии. Хотя нет, это не претензии, скорее, другое. Она так оправдывает то, что пошла за мной.

– Значит, ты не сталкер, – с наигранным облегчением выдыхаю я. – Просто увидела и решила поздороваться, в качестве рукопожатия использовав свой пояс.

– Да-да, всё так и было, – нагло врёт она или, скорее, врёт частично. – Ты меня иногда поражаешь своей догадливостью. И какой из меня сталкер? Я же милая и честная, – чему-то улыбнулась, продолжила, – А бегаю только за теми, кто сам от меня убегает. Наверное, в прошлой жизни я была гепардом.

«Вомбатом ты была или боевым кенгуру!» – мысленно прокричал я, но вслух благоразумно этого не сказал.

– И кстати, не пойму, что в этих камнях такого особенного?

Только сейчас замечаю, что она катает по ладони те самые два камушка, которые я подобрал у реки.

– Ты же за ними сюда так спешил?

Скалли внимательно рассматривает камни, кажется, даже не забыв применить какую-то сканирующую магию.

– Бежал-бежал и вдруг остановился, и принялся перебирать камни на речном берегу, словно старатель, ищущий золото. Потом нашёл эти два и резко успокоился. Это «ж-ж-ж» неспроста!

Да, иногда так случается, что даже самые умные и внимательные люди переигрывают сами себя.

– Ладно, ты угадала, – сделав вид, что сдался, придумываю историю на ходу. – По местным преданиям, в этом лесу ещё до Падения обитали два Великих Зверя. Братья Кабаны, так их называли. Но однажды эти Звери случайно затоптали какой-то важный свиток Аэрада, и бог Истории превратил их в речные камушки. – Сообразив, что камни слишком малы, тут же поправляюсь, – Точнее, Зверей он убил и зажарил, но их души запечатал в речные камни. – И добавляю шёпотом заговорщика. – Для магов Воплощения и шаманов Духов эти камни – что-то вроде Святого Грааля. Говорят, если вселить духи этих камней в лесных кабанов, то они вырастут в Великих Зверей и станут подчиняться тому, кто освободил их души из заточения.

– История, конечно, интересная, – дослушав мой рассказ, Скалли осторожно поставила камушки на траву и отстранилась от них. – Одно не пойму: как ты узнал, где искать?

– У меня есть свои секреты, – пожимаю плечами, насколько позволяет верёвка.

– Секреты, – прошептала охотница, – я же тебе говорила… или ещё не успела? Не важно. Мне нравятся загадочные мальчики.

Она облизнулась, глядя на меня, словно я сочный и аппетитный стейк.

Вот понимаю, что она играет и просто издевается, но мой организм, изнурённый длительным воздержанием, на эту простую провокацию реагирует вполне определённым образом, и я радуюсь тому, что лежу на животе.

– Значит, магия Воплощения… Слышала о такой. – Кажется, впервые с начала нашего разговора она всерьёз о чём-то задумалась. – Может, заняться? Как думаешь, мне пойдёт боевой пет? – Девушка поднялась на ноги, выпрямила спину и, прищурившись, продолжила. – Например, пантера? Чёрная! А я опять в блондинку перекрашусь… Это как же будет смотреться…

Пока она рисовала в голове эту картину, подобный образ предстал и в моём воображении, словно живой. Да, было бы красиво.

– Хотя… – Скалли поморщилась, словно откусила недозрелый лимон. – Какая пантера с душой кабана, пусть и Великого? Она что, хрюкать будет?

Видимо, у девушки очень богатое воображение; её сдвинутые брови намекали на то, что она прекрасно представила себе хрюкающую чёрную пантеру.

– Нет, не хочу. – А затем, посмотрев мне в глаза, добавила, – Вот ты спрашиваешь, почему я тебя связала? А вот потому! Потому что знала, что ты будешь издеваться! А связанный делаешь это хотя бы словесно. А если бы не связала, то что? Распустил бы руки, вот что!

Ж-женщины…

– Рэйвен-Рэйвен, – она покачала головой, – а если бы я поверила в твою историю? Разве можно так врать? Особенно столь впечатлительной и верящей каждому мужскому слову мне.

– Что значит врать? – Сделал вид, что обиделся, и честным взглядом посмотрел ей в глаза.

– Нет в этих камнях и следа духа, ни животного, ни природного!

Сложив на груди руки, Скалли демонстративно пнула камушки в угли.

– Я не врал, а сочинял! Меня несло на волне вдохновения от твоей неземной красоты.

– Продолжай.

Словно забыв, что только что злилась, девушка присела рядом со мной и, сложив ладошки в жесте ожидания, улыбнулась.

– Тебе очень идёт новая причёска. А жёсткий воротник подчёркивает лебединую гибкость твоей шеи.

– Ещё.

– Темно-серый оттенок брони удивительно гармонирует с цветом твоих глаз и, наверное, отлично скрывает твой силуэт в лесной чаще.

– Ещё.

– Твои новые берцы… Вернее, эти воинственные сапожки… так хорошо подчёркивают форму твоих икр, что даже Великие Звери из моей вдохновлённой твоей красотой истории одобрительно бы хрюкнули.

– Ещё.

– Если бы художники Айна увидели, как элегантно ты держишь копьё… Они бы бросили писать картины с изображением Дайрин и начали бы рисовать только тебя.

– Ещё.

– Твой взгляд, словно стрелы Аполлона, разит прямо в самое сердце. Нет на этом свете мужчины, который смог бы устоять.

– Рэйвен… – рассмеялась охотница. – Кто тебя учил делать комплименты? Что это вообще было? Какие такие звери, которые при виде меня хрюкают⁈ Кто вообще говорит такое девушкам? Ты в своём уме? А эти стрелы Аполлона – у меня же нет лука, я же сказала, что сломала его. – Она махнула рукой. – Ты безнадёжен.

– Моё косноязычие объясняется только твоим присутствием, наполняющим этот лес неземной красотой и заставляющим меня прикусить язык. Да и твоя верёвка пережимает грудь и мешает доступу воздуха, – сделал я ещё одну попытку уговорить её меня отпустить.

– Врунишка, – улыбнулась она. – Мой пояс ничего тебе не пережимает.

– Эй, что ты делаешь⁈ – воскликнул я, когда увидел, что, поднявшись на ноги, Скалли направилась к моему рюкзаку. – Не смей копаться в моих вещах! После тебя там останется такой бардак, что мне потом два часа всё убирать придётся!

– Рэйвен, нельзя стоять между девушкой и её любопытством. – Щелчок пальцами – и верёвка на моём теле затянулась немного сильнее, словно намекая.

– Скалли, – в моём голосе зазвенел металл. – Ты правда хочешь сделать из меня врага?

– Больно мне это надо… – фыркнула девушка, и неожиданно я почувствовал, как её пояс перестал меня сдерживать, опал на землю и, повинуясь жесту охотницы, вернулся к своей хозяйке.

От неожиданности я даже забыл, что злюсь. Присел так, чтобы в любой момент можно было схватить Разящий Шелест, и принялся растирать руки.

Скалли не сводила с меня взгляда, но, увидев, что я не проявляю агрессии прямо сейчас, улыбнулась и, развязав завязки моего рюкзака, сказала:

– У тебя же есть еда, а то я проголодалась.

Уже собрался встать и надавать ей по шаловливым ручкам, чтобы не копалась в чужих вещах, как мелькнувшая в голове догадка заставила меня замереть с открытым ртом.

Наша встреча не случайна. Точнее, случайна, но не совсем. Кажется, везение Осколков в очередной раз использует меня в качестве инструмента. Да, это не самое приятное ощущение, но разве я не стремлюсь к тому, чтобы усилить Осколки? Это ведь одна из основных целей моей стратегии. Да и стало любопытно – прав ли я в своих догадках или снова разыгралась моя паранойя?

Узнать это просто. Надо только не мешать Скалли. Но… как она получила Сродство с Тенью? Точно не на Первом Групповом, как я. И в Лихолесье она не применяла Тень. Да и во время встречи на Перекрёстке Сундбада я тоже ничего подобного не заметил. Хотя… может, я всё себе придумал, и у неё нет никакого Сродства с Тенями? Пробудившееся любопытство заставило меня улыбнуться и, сделав великодушный жест, сказать:

– Угощайся всем, что найдёшь.

– Какая щедрость! – рассмеялась Скалли и принялась копаться в моём рюкзаке.

При этом мной не осталось незамеченным то, что её правая ладонь всегда старается держаться близко к ножнам с ножом.

Так прав я или нет? На свет появился свёрток чёрной ткани. Ну…

– О как! Шериф Великого Цеха балуется Тьмой? – с прищуром посмотрев на меня, охотница аккуратно, словно держа в руках взведённую мину, отложила свёрток в сторону.

Мне многое хотелось сказать ей в это красивое, но такое наглое лицо. Но ради чистоты эксперимента я предпочёл промолчать.

Делая вид, что разминаю руки, несколько раз присел, разгоняя кровь в ногах. Пожалуй, сейчас я готов и достаточно близко, чтобы атаковать. И эта атака может быть успешной. Потому что я вижу, что выше охотницы на целый ранг Великой Спирали. Конечно, остаётся фактор артефактной верёвки. Но дистанция между нами всего в один прыжок.

Заманчиво. Скрутить её и отшлёпать…

Отшлёпать…

Да, чёрт! О чём я думаю⁈ Весь боевой настрой мгновенно испарился, когда я представил, как буду шлёпать Скалли. Задрав край её кольчуги и спустив штаны, прямо по упругой, спортивной, идеальной формы…

– Лови. – Череду проносящихся в моей голове картинок прервал голос охотницы.

Едва успеваю поймать кусок сыра, который она разломала и, часть оставив у себя, вторую бросила мне. Откусив кусочек сыра, Скалли снова покосилась на свёрток чёрной ткани. Задумалась, а потом посмотрела на меня как-то странно.

– Что-то тут не то. – Улыбнулась она, как когда-то улыбался Морфей, наткнувшись на одну из загадок. – Эта ткань защищает от тёмных эманаций. Я сама тебе её передала, там на Перекрёстке. Но я помню, что покупала самую дешёвую. И продавший её торговец говорил, что её защитные свойства не сохраняются долго. Да и выглядит она потрёпанной.

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не одёрнуть её, когда она потянулась к свёртку.

Охотница замерла на секунду, затем достала из поясного кошеля какую-то простенькую цепочку с мелким зелёным камнем и поднесла её к черной ткани. Прислушалась к чему-то, слышимому только ей, и резко кивнула, после чего внимательно посмотрела на меня и спросила на удивление вежливым голосом:

– Можно?

Делаю вид, что не услышал вопроса, подхожу к костру и веточкой достаю речные камушки, принявшись их разглядывать так, словно они, и правда, представляют великую ценность.

– Молчание – знак согласия. – Утверждающе произнесла Скалли, но при этом не спешила разворачивать ткань.

Помялась секунд десять, но увидев, что я занят другим и не обращаю на неё внимание, как мне показалось, излишне резкими движениями развернула свёрток.

– Ох! Красота какая. – Словно загипнотизированный удавом кролик, Скалли смотрела на открывшиеся её взгляду браслеты Ночных Сестёр.