Текст книги "Стратегия одиночки. Книга восьмая (СИ)"

Автор книги: Алескандер Зайцев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Стратегия одиночки. Книга восьмая

Интерлюдия 1

Поднявшись на ноги, стройная молодая девушка с красивыми и правильными чертами лица выпрямилась, двумя привычными движениями ладоней расправила складки на белоснежных брюках и подняла взгляд, словно впервые наблюдала за таким природным явлением, как рассвет. Глубоко вдохнув чистый лесной воздух с лёгкими нотками приятного запаха трав, она потянулась, словно после долгого сна, и склонила голову.

Её облачённые в высокие красные сапоги до колена ножки уверенно стояли на тёмно-зелёной поверхности малахитового куба, каждая грань которого была длинной в широкий шаг. Любой архивариус цеха Артефакторов без труда узнал бы в этом столь правильной формы камне истинный алтарь Магевры, богини Магии во всех Её проявлениях. Богини, которая бесследно исчезла, не оставив после себя даже Отголоска.

Более двадцати веков многие искатели приключений и охотники за древностями искали этот пропавший ещё до Падения алтарь – безуспешно. А та, что сейчас стояла, высоко подняв руки к небу, нашла, потратив на эти поиски всего неделю. Кто-то скажет – везение, кто-то возразит, что это не удача, а работа тренированного ума и научный подход к решению проблем. Но все эти споры не важны. А важно то, что, пусть и лишённый силы, но тем не менее несущий в себе глубочайший символический и сакральный смысл малахитовый куб занял своё ещё две тысячи лет назад потерянное место.

Наличие этого алтаря не было обязательным условием для проведения Великого Ритуала Перераспределения Стихий, но в магии такого порядка нет мелочей. Стоящая на алтаре в центре сложнейшей фигуры, образованной из человеческих тел и магических источников света, девушка прекрасно это понимала.

Взгляд изумительно чистых зелёных глаз скользнул по бесчувственным телам вокруг алтаря. Кто-то, несмотря на бессознательное состояние, только уронил голову на грудь, сохраняя при этом равномерное спокойное дыхание. Правда, таких было меньшинство – всего пятеро. Остальные же попадали там, где сидели, как только проводимый ею ритуал набрал силу.

Основная часть магического таинства была завершена, все процессы запущены, и теперь, насколько удачно для каждого участника всё сложится, зависело от них самих.

Вздохнув уже спокойнее и легче, девушка расслабила до этого напряжённую спину и просто уселась на край малахитового куба, свесив свои стройные ножки вниз. Потянулась носками вперёд и впервые за многие дни искренне улыбнулась.

Короткая мысленная команда, и перед внимательным взглядом зелёных глаз замирает визуализация Ядра. Равномерное течение закрученных в спираль потоков маны и праны надёжно защищает новая оболочка. Полупрозрачная поверхность Ядра словно выточена из единого, цельного сапфира идеального качества и чистоты. Повинуясь едва ощутимому движению пальцев, похожее на голографическую трёхмерную проекцию изображение перед глазами девушки сжалось в точку и пропало. Красивые чувственные губы сложились в улыбку лёгкого превосходства. Девушка была полностью уверена в том, что она первая среди землян достигла Сапфировой Ступени Великой Спирали.

Вот вроде, подобное достижение было куда меньшим, чем проведение забытого тысячи лет назад ритуала, но почему-то именно оно порадовало девушку сильнее. Ещё вчера она совершила, казалось, невозможное, за три недели шагнула с Булата на Опал. Но этот, с точки зрения местных, невероятный подвиг, достойный великих героев древности, оказался омрачён тем, что, несмотря на все её старания и даже превозмогания, кто-то из землян каким-то чудом умудрился быстрее шагнуть за Первую Стену, отделяющую Металлический Виток Спирали от Каменного. Но теперь-то уже точно никто не опередит её. В этом девушка была уверена на сто процентов, потому как подняться на целую ступень, к тому же на Драгоценном Витке, за один день, а точнее за сутки – о подобном не нашлось упоминаний даже в легендах.

Впрочем, сидящая на малахитовом кубе девушка к местным легендам относилась с изрядной долей скептицизма и имела на то полное моральное право. Потому как сколько подобных сказаний оказалось лживыми, когда она их изучала в надежде найти ключик к загадке пропавшего алтаря Магевры, не счесть.

Отбросив эти воспоминания, девушка, взявшая в этом мире имя Ариэн, устремила внутренний взор в глубину своего Ядра. Придирчивым «взглядом» она искала малейшие искажения: энергетические узлы или хаотичные вихри. Ещё вчера она могла найти подобные недостатки, сегодня же, как ни старалась – не находила. Идеальная гармония пяти Стихий царила в её Ядре. Да, у этого идеала оказалась своя цена, но девушка заплатила её не раздумывая. Способности к ментальной и рунической магии, а также потенциал в заклинаниях Света, Тени и Тьмы – всё это было принесено в жертву ради пяти Звёзд Таланта во всех проявлениях Стихийной Магии.

Пять звёзд во всех Стихиях – потенциал, превосходящий даже легендарных героев древности. Точнее, ни одна известная девушке легенда или Писание не упоминали о подобном.

Прикрыв глаза, Ариэн медленно вздохнула. Разум учёного безжалостно отделял голый потенциал от реальных достижений. Но и смиренное принижение собственных успехов противоречило её природе. По губам скользнула выразительная улыбка – красноречивое признание, что скромность никогда не числилась среди её добродетелей.

Снова вытянув носки, девушка оперлась ладонями на малахитовую поверхность куба и запрокинула голову. Со стороны могло показаться, что она внимательно рассматривает поднимающийся над вершинами деревьев диск Дайрин – Дневной Сестры. Но на самом деле волшебница была погружена в собственные мысли: анализировала, как прошёл ритуал, отмечала детали, ускользнувшие от её внимания вначале, прислушивалась к изменениям, коснувшимся Ядра.

Основная часть Ритуала Перераспределения, требующая её непосредственного контроля, прошла даже легче, чем она рассчитывала. Только однажды магические потоки словно взбесились, «встали на дыбы», едва не разорвав всех участников на части, но Ариэн хватило сил, таланта и опыта, чтобы погасить эту неожиданную вспышку…

От этих размышлений и наблюдений её отвлёк тяжёлый вздох. Видимо, один из тех, кто отключился, когда ритуал набрал силу, уже пришёл в себя. Скользнув взглядом по ритуальной площадке, в которую, благодаря её усилиям, превратился главный зал разрушенного храма богини Стихийной Магии, Ариэль Маршаль сначала подумала, что чужой вздох ей показался. На первый взгляд, никто из участников магической церемонии ещё не пришёл в себя, ни один из них не изменил положения. Но, приглядевшись, девушка заметила, что у одного из людей немного, едва заметно, поменялся ритм дыхания, став более глубоким и равномерным.

«Рэйвен! И почему я не сомневалась, что именно он очнётся первым⁈» – Немного зло подумала Ариэн.

Девушка до сих пор не понимала, как ей относиться к этому человеку. Он её одновременно бесил до зубовного скрежета, но в то же время она понимала его полезность. Именно он помог ей с составлением схемы ритуала. Именно он нашёл и доставил недостающий элемент, ту самую седую шерсть, которую никто другой не смог найти. Во многом благодаря ему она изменила структуру своей гильдии и начала принимать в Айнуминат не только магов, но и бойцов. Причём полезность этого изменения стала видна практически сразу. Именно он настоял на том, чтобы даже маги начали тренироваться с оружием, а не только изучать магическое мастерство. Точнее, не настоял, а, скорее, наглядно показал и доказал полезность подобных тренировок.

К тому же, как ни больно это было признавать, но без его содействия она бы ни за что не шагнула за Первую Стену так рано. Чего стоит только зачистка Булатного подземелья третьего круга всего вдвоём. Только она и он. От воспоминаний о том, как мерзкие слизни пытаются добраться до неё и, как минимум, испортить её замечательные одежды, или, что гораздо хуже, оставить жуткие химические ожоги на её чистой и молодой коже, девушка дёрнула плечами. И это всего один пример из множества.

Всего неделю назад он снова появился в Катьере. Кажется, семь дней – это не так уж много. Но это только кажется тем, кто никогда не был знаком с этим человеком. За столь короткое время он умудрился перевернуть жизнь Айнумината, только вошедшую в спокойную колею, с ног на голову. Вначале она просто позволила ему действовать, чтобы посмотреть, что у него получится. Даже назначила его временным стратегом, поставив тем самым на вторую ступень после себя.

По правде говоря, зная, какие непростые и своевольные люди собрались в гильдии, волшебница была уверена, что Рэйвен с разбегу сядет в лужу, навязывая другим свои порядки. Через пару дней она спохватилась, но было уже поздно. Даже за столь малое время стало предельно очевидно, что все привнесённые им изменения идут на пользу.

«Интересно, если прямо сегодня он позовёт людей за собой, сколько останется со мной?» – задумалась Ариэн. – «Не меньше трети уйдёт за ним… Не меньше трети». Таков был неутешительный вывод. А ведь совсем недавно она была уверена, что все, кто принят в гильдию, верны лично ей. «Оказалось, что казалось», – с горькой усмешкой подумала волшебница, сама не заметив, как мысленно произнесла одну из любимых присказок Рэйвена.

Вчера, перешагнув за Первую Стену, она, наступив на горло своему эгоизму, предложила ему присоединиться к Айнуминату уже на постоянной основе. Но он ей отказал, как уже не раз бывало ранее, сославшись на некую Дорогу, которой он следует. Впрочем, его отказ её даже порадовал. В присутствии этого человека она чувствовала себя немного неуютно. Стоило ему приблизиться на расстояние вытянутой руки, как её тело, казалось, начинало жить своей жизнью: учащалось дыхание, повышался пульс, а в голову навязчиво лезли довольно пошлые мысли.

«Это всё влияние Сродства с Природой!» – привычно отмахнулась от этих воспоминаний девушка. – «Ведь он мне даже не нравится, как мужчина!» Эта ложь проскользнула в её уме уже в сотый раз за неделю.

Легко тряхнув головой, Ариэн привычным усилием воли очистила разум от несвоевременных мыслей. В этот раз привычное действие далось ей не так легко, как прежде.

«Возможно, Рэйвен был прав, когда настойчиво отговаривал меня от повышения Стихий в ущерб Менталу.» – подумала девушка.

Это было правдой. Всю дорогу от временного лагеря Айнумината до разрушенного храма он пытался убедить её в полезности Ментальной магии. Она даже признала его доводы, но ей больше неоткуда было брать половину Звезды Таланта, а оставлять одну из Стихий на четырёх с половиной Звёздах она посчитала неправильным и поступила по-своему.

Иногда ей казалось, что этот мужчина хочет помочь лично ей исключительно из симпатии, а в иные моменты она видела в нём беспринципного манипулятора, за правильными речами и доводами которого скрывается тайный умысел. Поэтому, сколь бы убедительными ни казались его аргументы, она не собиралась становиться марионеткой в чужой неведомой ей игре. Возможно, не прислушавшись к нему, она совершила ошибку. Может и так, но это был её осознанный выбор.

«Как же с ним сложно.» – Подавив готовый сорваться с губ тяжелый вздох, подумала волшебница. – «Даже хорошо, что, согласно нашему договору, уже сегодня до заката он покинет Катьер. Он, конечно, полезен, но как же он меня утомил, постоянно лезет со своим мнением, даже куда не просят.»

Мысль о том, что это «его мнение» зачастую было вполне обоснованно, девушка предпочла пропустить.

«Странно, он же явно пришёл в себя после ритуала, так почему делает вид, что всё ещё без сознания?»

Задумавшись над этим вопросом, Ариэн внимательнее всмотрелась в сидящего в позе лотоса в третьем ряду мужчину. Активировала ауру Восприятия, наложила на глаза заклинание Орлиного Зрения и сразу отметила ускользнувшую ранее деталь: едва заметное подрагивание ресниц, их неровное дрожание. Будто зрачки за закрытыми веками беспорядочно метались из стороны в сторону.

«Ушёл на Повышение», – закатив глаза, поняла волшебница.

Новый тяжёлый вздох, словно кто-то только что вынырнул из глубины вод, прервал мысли Ариэн. Повернув голову, девушка без труда обнаружила того, кто очнулся вторым после Рэйвена.

Этот молодой человек был одет, как простой обыватель – встреть такого на улице, пройдёшь мимо, даже не задержав взгляда. Широкая конусообразная шляпа, надвинутая на лоб, скрывала черты его лица.

«И этот уйдёт сегодня», – едва заметно нахмурилась волшебница.

Если скорый уход Рэйвена она воспринимала с облегчением, то этого юношу охотно оставила бы рядом с собой. Да, он тоже был далеко не прост, к тому же отказался от вступления в гильдию, предпочтя заключить личный договор о сотрудничестве непосредственно с ней.

Мастер Теней, великолепный разведчик и, чего уж таить, отличный шпион, который помог ей очистить Айнуминат от ростков возможного предательства. За что она была ему безмерно благодарна. Казалось бы, он всего лишь на Булате, но даже это не мешает ему совершать то, за что местные не берутся, будучи на Сапфире. Уникальный и полезный, но тоже идущий своей дорогой. Разумеется, их сотрудничество не прервётся, когда назвавшийся Раху покинет Катьер. Отправившись в Пятиградье, этот отмеченный Ночной Сестрой юноша проведёт предварительную разведку и составит рекомендации, возможно, даже подберёт место для будущей штаб-квартиры гильдии.

Как бы ни привязалась Ариэн к этому городу, какие бы связи ни наладила среди местных, волшебница уже начинала ощущать здесь некоторую тесноту. Хотя Катьер, по местным меркам, считался крупным торговым центром, она понимала, что это всё же глухая провинция. Если она действительно желает роста своей гильдии, то Айнуминату следует перебазироваться ближе к «Центру Мира» – иногда здесь так называли область, отмеченную на картах как Пятиградье.

К тому же ей страстно хотелось своими глазами увидеть гору Дивино – место, где, согласно легендам, до сих пор стоят дворцы Павших богов. А то, что людям не подступиться к этим горным склонам из-за окружающего их магического Тумана, бывшего учёного-химика волновало мало. Она была уверена: как разгадала загадку Магевры и воспроизвела забытый тысячелетия назад ритуал, так и с проблемой загадочного Тумана как-нибудь разберётся.

Неестественное движение теней под широкополой шляпой Раху заставило Ариэн нахмуриться, но прежде чем она успела что-то сказать, её личный шпион успокаивающе поднял руку – и тени затихли.

Раху и Рэйвен – два самых неоднозначных персонажа, с кем свела её судьба в новом мире. Разумеется, волшебница внимательно наблюдала за ними, и от неё не ускользнуло, что Мастер Теней всё то время, пока шериф Книги находился в расположении гильдии, старательно избегал встреч с Рэйвеном. Постоянно ускользал, стоило похожему на ворона мужчине появиться рядом. Если на каком-либо совещании или тренировке был Рэйвен, Раху всегда находил повод оказаться где-то подальше. При этом никакого негатива, исходящего от Рэйвена, в отношении Мастера Теней Ариэн не замечала. Однажды она прямо спросила своего шпиона, почему тот так старательно избегает чемпиона Турнира Алхимиков, но Раху, словно скользкий змей, вывернулся, не сказав ничего конкретного.

Иногда волшебнице казалось, что он банально боится Рэйвена – почти также сильно, как сумасшедшую охотницу за головами по имени Скалли. И это было странно, потому как, по словам Рэйвена, единственный раз, когда тот встречался с Раху, было второе групповое испытание. Так что причину опасений Мастера Теней по отношению к шерифу Книги Ариэн не понимала, и эта деталь её, как опытного руководителя, нервировала.

Развитая интуиция подсказывала волшебнице: если она хочет избежать больших неприятностей в будущем, ей надо разобраться в этом непонятном конфликте двух неординарных людей. Надо. Но позже. Сейчас она будет занята другим.

Завершение ритуала на первом месте. Перераспределение боевых групп гильдии согласно изменённым Талантам – на втором. Изменение программы обучения и тренировок по результатам Ритуала – на третьем. Подготовка к передислокации гильдии и передача всех дел в Катьере деловым партнёрам из местных – на четвёртом. И это не считая ещё десятка почти столь же важных дел.

Тяжёлый вздох, сорвавшийся с губ Ариэн, резко контрастировал с широкой улыбкой на лице девушки. Да, новый мир оказался полон сложностей и вызовов, но всё это не шло ни в какое сравнение с чудом, которое она жаждала постичь всем своим естеством.

Чудом Магии…

Глава 1

(80-й день)

Вынырнув из Пустоты Повышения, я позволил себе лишь вздох облегчения. Преодоление Первой Стены и выход на Драгоценный Виток Спирали Возвышения прошли даже легче, чем я смел надеяться. Но Пустота – она всё же Пустота. Даже недолгое пребывание в этом непривычном для человека состоянии – в виде разрозненных частичек твоего «Я», летящих сквозь кажущееся бесконечным Ничто – не тот опыт, который хочется повторять часто.

Вот вроде просто сидел в позе лотоса не более получаса, а ощущение – словно два вагона гравия разгрузил. Никакая память будущего не смогла подготовить меня к тому, через что пришлось пройти во время Ритуала Перераспределения. Едва потоки энергии, повинуясь ритмичному танцу Ариэн, прорвались в моё Ядро, как сознание, увлечённое водоворотом, устремилось вглубь бессознательного.

Не знаю и не хочу знать, что чувствовали другие участники ритуала. Я же словно оказался внутри своего Ядра. Причём, в отличие от Визуализации, оно предстало передо мной в совершенно ином виде. Словно огромный трёхмерный разноцветный пазл, состоящий из блоков разного размера и формы. Видимые, благодаря магии ритуала, некоторые из этих блоков поддавались усилию воли и позволяли передвигать себя. Интуитивно понимая, что надо делать, я старался сгруппировать в единые кластеры блоки, совпадающие по свойствам.

Решение этой пространственной головоломки осложнялось тем, что некоторые блоки – излучающие Свет или погружённые в непроглядную Тьму – вообще не поддавались моему влиянию и оставались недвижимы, какие бы усилия я не прилагал. Так, довольно большой фрагмент разрозненных блоков, от которых веяло землёй, оказался заперт и разделён скованными между собой бесцветными формациями и теми, на гранях которых были вырезаны непонятные мне письмена.

Вначале мне без труда удалось совместить несколько блоков, искрящихся электричеством, в более крупную структуру. Затем я расширил соединение земляных блоков. Но с перемещением каждого нового фрагмента задача кратно усложнялась. Это было похоже на попытку собрать многомерный кубик Рубика, некоторые грани которого невозможно подвинуть и на миллиметр. Всё усугублялось тем, что для подведения одного нужного блока на место порой приходилось сдвигать более десятка других, а затем возвращать их обратно – и вот последнее иногда было сделать даже сложнее.

К тому же меня не покидала уверенность: стоит ошибиться, перемешать обладающие разными свойствами фрагменты в хаосе – и по завершении ритуала навеки останусь магическим инвалидом, неспособным даже к простейшей бытовой магии. Это понимание ограничивало мои попытки создать объёмные соединения блоков одной Стихии.

Головоломка была безжалостна. Почти всегда, чтобы увеличить агломерат одной стихии, приходилось уменьшать группу блоков другой. Да, я понимал: таковы правила ритуала. И тем не менее, когда отделял блок от уже сложившегося единства стихии, всем существом ощущал острую, протяжную ментальную боль. Но так было надо. Приходилось терпеть, не позволяя боли сбить фокус внимания.

Ещё труднее, по прошествии времени, показавшегося мне половиной вечности, оказалось признать, что всё, что я мог переместить, не вызвав хаос, уже передвинул. Причина была в «видимых» мной свободных стихийных блоках, зажатых недвижимыми формациями. Их было очень много – почти столько же, сколько я успел собрать вместе. Особенно обидно было видеть три блока Ветра, отделённых от основного конгломерата той же Стихии тончайшей стенкой из прозрачного, словно алмаз, воплощения Ментала.

Понимая бессмысленность, я всё же попытался сжать внимание в узкий, подобный лазерному, луч и сдвинуть стену Ментала. Разумеется, ничего не вышло. Ритуал позволял изменять лишь стихийные формы. Увы, магия Ментала к Стихиям отношения не имела, и её блоки никак не отреагировали на все мои усилия. Но, даже всё понимая и зная все ограничения, я пробовал снова и снова…

Не вышло. Стена Ментала осталась недвижима.

Обидно, да. Но такова жизнь: не всегда получаешь желаемое, как бы ни хотел и какие усилия не прилагал.

Приложив немалую силу воли, я заставил себя успокоиться – и вовремя. Мои попытки сдвинуть стену Ментала едва не раскачали соседнюю формацию Ветра, грозя полностью лишить меня способности управлять этой Стихией. Успокоив разум, уже приготовился завершить Перераспределение, как краем сознания уловил странную вибрацию… Откуда-то снаружи. Едва заметная мелодия, ритмичный шум. Словно кто-то или что-то извне пыталось достучаться до моего сознания. Не просто достучаться – помочь. Не знаю почему, но у меня не возникло ни малейшего сомнения: это было предложение помощи, а не ловушка.

Несколько мгновений пытался разобрать смысл ритма, но тщетно. Чтобы понять его чётче, нужно было покинуть Ядро и тем самым прервать ритуал. Однако я знал: стоит это сделать – и мелодия исчезнет, растает. Та помощь, что нёс этот ритм, была возможна только здесь и сейчас, и никогда более.

Не покидая пространства Ядра, я попробовал расширить сознание, выйдя за границы Оболочки, чтобы локализовать источник сигнала. К удивлению, получилось. Источником странного ритма оказался мой Цеховой Знак, отмеченный благословением Ишида. Но как ни старался, понять, чего хочет Знак, не мог. К тому же, завершив Перераспределение, чувствовал: новые формации стихийных блоков нужно срочно закрепить, иначе они распадутся. Промучившись в сомнении несколько вздохов, как было ни обидно, отодвинул мелодию Знака на задворки сознания и принялся закреплять достигнутое, предпочтя синицу в руках.

Завершив обязательные действия и скрепив формации, я окинул взором Ядро и уже собрался покинуть это странное пространство, находящееся где-то в глубине моего Я, как внимание привлекла одна деталь. Та самая стена Ментала, отделявшая блоки Ветра, мерцала в такт мелодии Знака. Повинуясь интуитивной догадке, я вновь сжал сознание в узкий луч и начал толкать стенку в такт внешнего ритма.

Сначала ничего. Но когда мне удалось добиться идеальной синхронизации, стена Ментала… Нет, не подвинулась. Она словно стала прозрачной, позволив мне переместить три блока Ветра сквозь неё прямо к общей формации. Тут же оболочка моего Ядра завибрировала и начала разрушаться. Я понимал: причина этого разрушения – в наглом нарушении правил ритуала Перераспределения. Но страха не было – благодаря подсказке Знака пришло и знание, как спасти Ядро. Быстро закрепив новую формацию Ветра, тут же завершил ритуал, покинув пространство Ядра.

Позволив себе лишь один тяжёлый, полный скрытой боли вздох, я немедля ушёл на Повышение. Именно Повышение, сформировавшее вокруг моего Ядра новую прочную оболочку Опала, не только остановило разрушение магического центра, стабилизировав внутренние потоки энергии, но и устранило все возможные негативные последствия.

Думаю, если бы на Айне оставался Отголосок Магевры, богини Стихийной Магии во всех её проявлениях, он бы непременно отомстил за нарушение правил Её ритуала. Как минимум какое-нибудь особенно мерзкое проклятие мне было бы обеспечено. Особенно учитывая, что подсказка пришла от извечного конкурента Магевры – Ишида, божества ритуальной Магии. Но Отголоска Магевры на Айне не было, и взлом Её ритуала прошёл для меня бесследно.

Очнувшись после Повышения, я скользнул внутренним взором по идеально ровной поверхности Опалового Ядра и не удержался от вздоха облегчения. Мне, и правда, удалось обмануть ритуал и избежать всех связанных с этим нарушением последствий. Правда, если бы у меня не хватило энергии Роста для Повышения, то я бы, скорее всего, погиб. Но, если бы энергии не хватало, я бы просто не стал столь нагло нарушать правила.

Открыв глаза, встретил любопытный взгляд Ариэн. Как бы я ни относился к будущей богине Спонтанной Магии, объяснять ей всё произошедшее со мной не собирался. Поэтому просто улыбнулся ей вполне искренней улыбкой. Скажи я правду, что, следуя подсказке Отголоска Ишида, посмел нарушить правила ее ритуала – скандала было бы не избежать. А оно мне надо? Вот именно. Не надо. Так что простая улыбка – и никаких объяснений.

Помня инструктаж перед ритуалом, остался сидеть на месте, не делая попыток встать, потому как это бы нарушило структуру и форму магических линий, что в свою очередь могло очень негативно сказаться на тех участниках, кто ещё не завершил Преобразование. Чтобы не играть в гляделки с Ариэн, прикрыл глаза, сделав вид, что погрузился в медитацию.

Уверен, будущая богиня Спонтанной Магии почувствовала, что я что-то сделал, что делать было запрещено условиями ритуала. Но, так как она ничего не сказала сразу, то, скорее всего, кроме неясных подозрений, у неё не было никаких иных доказательств. Иначе она сразу бы высказала мне всё, что думает по этому поводу. Да и взгляд у неё был не столько злой и раздраженный, сколько полный неясных сомнений. Словно она понимала, что где-то и в чём-то произошел обман, но не могла определить, где именно и каким образом.

Расслабив ладони, привёл в порядок едва не сбившееся дыхание и попробовал переключить мысли с произошедшего «взлома» ритуала на что-то другое. Благо, подумать было над чем и помимо этого.

К примеру, о том, что мой риск быть стёртым квестером – так как я откладывал повышение на Опал почти на неделю – оправдал себя. Впрочем, не так уж велика была данная опасность, как мне казалось ещё несколько дней назад. Моя уверенность в том, что всё пройдет нормально, основывалась на том, что я ещё раз проанализировал диалог с квестером, когда тот назвал меня Тринадцатым. Зная, что данные существа ничего не говорят просто так, я пришёл к выводу, что сотрут меня только в том случае, если в восхождении по Великой Спирали меня обгонят как минимум двенадцать землян. А с учётом того, что квестер тогда дал подсказку, сказав, что один из Осколков был никем иным, как Улераем Кровавым Языком, и не прошёл первое групповое испытание, то на одного конкурента в темпе возвышения у меня стало меньше. Конечно, можно предположить, что кто-то из обычных землян-неОсколков развивается быстрее меня, обладающего воспоминаниями будущего, но подобная мысль не выдерживала никакой критики. К тому же я подозревал, что один из тех, кого Ариэн пригласила участвовать в ритуале Перераспределения, а именно Мастер Теней Раху, является Осколком. А он, даже несмотря на огромное количество энергии, полученное каждым участником ритуала, до сих пор находится на Булате. И если моё подозрение верно, то в скорости прохождения Спирали Возвышения я опережаю как минимум одного Осколка. Что в свою очередь гарантированно уберегало меня от участи быть стёртым квестерами – по крайней мере, по этому конкретному поводу.

Нет, конечно, если сяду и буду сидеть на месте, ничего не делая, то меня обгонят не только гипотетические двенадцать, но и все остальные земляне, и в таком случае квестеры точно не преминут привести свою угрозу в исполнение. Но так как я совершенно точно не собирался сбавлять темп роста, то этой угрозой можно пренебречь. Разумеется, не полностью забыть, а помнить о данной опасности, но и не изводить себе нервы понапрасну.

Почувствовав, как внимание Ариэн переключилось на что-то или кого-то другого, слегка приоткрыл глаза. В десяти шагах от меня, ближе к алтарю Магевры, сидел в той же позе, что и я, внешне ничем не примечательный молодой человек. Одет он был неброско, но при этом в довольно качественные вещи. Встретишь такого на улице города или на торговом тракте – и пройдёшь мимо, даже не повернув головы.

Пожалуй, из всех, кого будущая богиня Спонтанной Магии пригласила участвовать в ритуале, именно этот человек был мне интересен больше всего. Кроме, разумеется, самой Ариэн. Конечно, в центральном зале разрушенного храма Стихийной Магии в данный момент находились и другие интересные люди. Всё же отбор в Айнуминат был довольно сложен, и прошли его только те, кто соответствовал строгим требованиям Ариэн. То есть каждый из присутствующих являлся как минимум неординарной личностью. Но именно Раху привлек моё особое внимание. И на это было несколько причин.

Первая – он достиг Булата намного раньше, нежели большинство других землян. Из тех, кого знаю, его смогли опередить в восхождении по Спирали Возвышения только непосредственно Ариэн, а также Кейташи, Скалли и, разумеется, я. Второе – его мастерство в Магии Теней, а также огромный арсенал доступных ему заклинаний в данной магической дисциплине заставляли меня задуматься. Особенно тот факт, что в его исполнении даже простейший Плащ Теней мог ввести в заблуждение мою способность – Играющего с Тенями. А ведь Играющий с Тенями – это магия пятого высшего круга, в отличие от Плаща Теней, который является, по сути, простейшим заклинанием круга первого. Подобный нюанс объективно доказывал, что в данном магическом искусстве Раху намного более искушён, чем я. А с учётом того, что у меня, помимо трёх Звёзд Таланта в Тени было ещё и Сродство с Тенями, то не ошибусь, если предположу, что Раху не только обладает аналогичным Сродством, но и куда большим Талантом в данной магии. Причём не просто большим, к примеру, на одну Звезду Таланта, а как минимум на две Звезды. То есть этот внешне непримечательный паренёк обладает пятью Звёздами в Тени, что сразу наводит на закономерную мысль: «а не Осколок ли он?».

Конечно, это не прямые, а всего лишь косвенные доказательства, но для привлечения моего особого интереса их было вполне достаточно. От точного утверждения, что Раху является Осколком, меня останавливало только одно: я знал, как он погиб в Прошлом Цикле. Его растерзала толпа, линчевала по, как потом оказалось, ложному обвинению. Представить себе Осколка, которого просто разорвала толпа городских жителей, мне было сложно. Пока я не вспомнил один нюанс, а именно, что гибель Раху произошла в Солнечном городе. А там даже обычные лавки зачастую открывают отставные проходчики не ниже Булатной Ступени. То есть среди линчевателей могло оказаться немалое число высокоранговых людей, возможно даже тех, кто перешагнул Первую, а то и Вторую Стену. Память будущего подсказывала, в момент своей гибели в Прошлом Цикле Раху находился не выше Алмазной Ступени Спирали Возвышения, а, возможно, и на шаг ниже – то есть подобная толпа вполне могла его разорвать на части. К тому же не стоит забывать, что этот молодой человек специализируется на скрытом проникновении, шпионаже, слежке, воровстве и тайных убийствах, и назвать его сильным бойцом или поединщиком нельзя. То есть, будучи неожиданно загнанным в угол, окруженным озверевшим народом, он оказался лишён своих главных преимуществ, таких как скрытность и незаметность. Вот и получается, что в таком случае, при так сложившихся обстоятельствах он, и правда, мог оказаться жертвой разъярённой толпы, принявшей его за убийцу городской любимицы.