Текст книги "Заглуши Мою Боль (СИ)"

Автор книги: Ален Сноу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Оторвавшись от её губ, я, привычными движениями освобождая её от одежды, наслаждался каждой клеточкой оголявшегося желанного тела. Приникал окровавленными губами, увлажнял языком, выцеловывал только мне понятный рисунок на её подрагивающей от пульсации жилки шее, на поднимавшейся от прерывистого дыхания груди, задерживаясь на ореолах затвердевших сосков, спускаясь, продолжал свой рисунок на мягком животе…

Дана сама увлекла нас на лежанку, затянув меня сверху. Поплывший от страсти и нежности мозг даже не зафиксировал, как и когда она стянула с меня робу, я тоже успел освободить её от одежды.

Ощущение её кожи в моих ладонях, специально обрабатывавшихся для ласк, сами по себе были самой желанной лаской. Она выгибалась мне навстречу, и я точно знал, что и когда нужно моей женщине, и, наполняя её собой, делал это не только ради неё, но и ради себя.

Потому что она тоже чувствовала меня, откликаясь на каждое движение, отдавая всё, что только может мужчина желать от своей женщины, отдавая без остатка и без условий, принимая при этом всё то, что стремился отдать ей я.

Всего себя.

Не знаю, сколько длилась эта наша близость – с Даной ощущение времени практически всегда терялось. Я имею в виду, близость именно интимная. Потому, что отстраниться от Даны окончательно я так и не сумел – просто сполз на пол, укрыв её тонким покрывалом, сам же просто сидел рядом, держа в руке её ладошку.

Она повернулась на бок, ко мне, и второй рукой ерошила мои волосы.

Всё было практически идеально. Но я не мог хотя бы попытаться это испортить.

Я перехватил её вторую руку и поцеловал. Она провела подушечкой большого пальца по моей верхней губе, легко-легко, едва касаясь, словно проверяя, насколько та повреждена.

Сейчас был отличный момент для того, чтоб снова поцеловать её губы, но я сдержался.

И да, я настолько идиот, чтобы поднять так волновавшую меня тему сразу после секса. Но, кто знает, сколько у нас на самом деле времени?..

– Дана, ты знаешь, кто тебя ко мне впустил?

– Тэллас. Чтоб ты убедил меня улететь. Он сам тебе об этом сказал?

– Да, я видел его. Он тебя очень любит.

– Больше, чем ты? – пальцы продолжали ласкать мои губы. Говорить становилось всё труднее.

– Больше – просто невозможно, – улыбнулся я на её подколку. – Но, думаю, не меньше.

Я почувствовал тёплую волну от Даны, которую она не пыталась скрыть или заблокировать – едва ли не первое яркое отражение её эмоций со смерти Хозяина. Но предназначалась она не мне.

– Я знаю. Он никогда мне этого не говорил, но я знаю. Он предлагал когда-то защиту, а я сбежала. Может и зря, но я не жалею. Сейчас ничего между нами не изменится – слишком поздно, я уже люблю тебя.

Нет, я ни на секунду не сомневался в ней. Но всё равно должен был это услышать, чтоб окончательно отправить в утиль сомнения в самом себе.

Никуда я её от себя не отпущу. Только если действительно сама захочет.

Но она не захочет.

Вот теперь я её поцеловал. Мою женщину.

И она ответила, но, на этот раз не страстно, а как-то… бережно.

– Подожди, – остановила, прижавшись лбом к моему лбу. – Я должна тебе кое-что объяснить. Ты не почувствовал никаких изменений в себе за последние пару ударов? (*около четырёх часов)

– Нет. Но я ждал тебя, поэтому мало что соображал.

– Понятно, – улыбнулась Дана, отстраняясь, но тут же выражение её лица стало очень серьёзным. – Сит, я начала эксперимент. И если он удастся, я смогу вывезти тебя с Соледара. Ты действительно ничего не ощущаешь? Кристаллом?

Я постарался прислушаться.

– Нет, ничего. Тебя только, но как-то… странно, да. Только я тебя так странно всё последнее время ощущаю, не пару ударов. Просто сейчас ты ближе и ощущения ярче, но ведь ты не об этом.

– Нет, не об этом… А когда Дэрек создавал заглушку, что именно ты чувствовал? Конкретно с того момента, как он начал видоизменять кристалл.

– Ничего. Хотя был уверен, что это больно, но боль мне причинял сам хозяин при тестах, как он их называл. До того, как объяснил про блокатор. Ну, и после, когда демонстрировал его свойства заказчикам.

– Объяснил?!

– Да, я вроде говорил тебе. Он сказал, что нужно моё согласие на привязку, чтобы я добровольно открыл какие-то каналы, о которых я не особо понял. Потом положил один из моих кристаллов… – я не смог сдержать изумления, – …вот в такую же коробку, как ты принесла, а потом приказал открыть эти самые каналы. Я уже до этого согласился, что добровольно пойду на привязку, не буду сопротивляться ментально, потому что поверил – это сможет помочь рабам избавиться от зависимости.

– Подожди, – Дана села, не обращая внимания на упавшее покрывало. – Так он привязал тебя ПОСЛЕ того, как засунул кристалл в преобразователь?!

– Да.

– И? Сит, это важно, хотя, возможно, уже поздно. Но, может, я ещё успею изменить внешние параметры… Что именно тогда ты чувствовал?

– Говорю же – ничего. Ну, не знаю. Я попытался тогда раскрыться, насколько смог, хотел помочь. А, ну и ощутил привязку Дэрека гораздо… ближе, чем это было с предыдущими хозяевами.

– Ближе?

– Ну… да. Какбуд-то я его сам впустил в свою голову. Хотя, это же так и было. Впустил.

– А… а со мной? Связь со мной? Меня ты тоже впустил?.. Раскрылся?

– Дана, – на автомате я подал ей сброшенные вещи, до которых она, видимо, тоже на автомате, попыталась дотянуться, – с тобой всё было совсем по-другому. Привязка к тебе была обычной, но потом… Потом я захотел стать полностью твоим, защищать тебя. Наверно, это было после нападения энси в доме травницы. А, может, уже в том подвале… Я не знаю. Но что-то изменилось, это точно.

– Да, наверное, тогда. Меня брасфон с твоим кристаллом шарашить током начал. А ты от меня…

– Закрывался, да. Зеркала, помнишь? Мы же тренировались их поворачивать. Я делал это, когда ждал боль. Но долго удержать не мог. Да и не старался.

– То есть, ты – раскрыт? И… ты мой… добровольно?

– Абсолютно, Дана. И первое, и второе.

– Ну, тогда… Всё даже лучше, чем я думала. Понимаешь, я… решила рискнуть и изменить твои кристаллы. Оба. Ну, те, что не в тебе. Но тогда тот, что в тебе, тоже изменится, просто не может не измениться, и тогда ты сможешь пройти контур. Я просто подумала, что если объединить свойства твоих близнецов, используя возможность изменения оптических плотностей объекта…

Я перестал вникать в её объяснения уже где-то на четвёртом предложении. Понял одно: Дана нашла выход. Причём, как всегда там, где никто бы не искал.

Это же Дана.

***

Ясное дело, он меня не слушал.

Оделся, покивал с умным видом, а потом сгробастал в охапку и усадил себе на колени.

– Я так понимаю, уговаривать тебя улететь и бросить здесь своё имущество – меня – бесполезно? Ну, хотя бы как запасной вариант.

Люблю его. Честно. Но иногда так хочется схватить мокрую тряпку и… и объяснить, что у него совсем не смешные шутки.

– Конечно, бесполезно. Где я ещё такого дорогого раба возьму.

– Вот не прибедняйся. Не так уж и дорого я тебе достался. Я сам про свой кошель тебе напомнил, большая часть суммы из него была.

– О, да. Я помню. Тем более – где я ещё такого раба возьму, который ещё и сам за себя заплатит?

Сит улыбнулся.

– Да, такое вряд ли раньше случалось. Жаль, рассказать об это некому – многие рабы оценили бы.

– Жаль, что я это нашей дочери рассказать постесняюсь. Всё рассказать. Но ты, если решишься – рассказывай, я не против.

Улыбка Сита застыла. Он напрягся, прикрыл глаза, и через секунду вжался лицом в мою макушку.

– Ты же говорила, что это невозможно, – прошептал он мне в волосы.

– Я ошиблась. У нас будет девочка.

– Я чувствую. И теперь понимаю, что именно, почему ощущения словно двоились. Я чувствую вас обеих. Это странно.

– Это чудесно.

– Да, – он немного отстранился, но рук так и не разомкнул. – Но теперь ты, надеюсь, понимаешь, что просто должна улететь. Не только ради себя, но и ради дочери.

– Только с тобой. У Тэрни должен быть отец.

– Тэрни… Красивое имя. Хоть и часть моего. Ей пойдёт. Дана, если всё же что-то пойдёт не так, пожалуйста, улетай. Мне достаточно будет просто знать, что вы в порядке. Это уже счастье…

– Только добавь – "…для раба" – и я тебя точно стукну. Ментально!

– Никогда, – Сит пригладил мне волосы и нежно коснулся пальцами моих губ. – Никогда ты этого не сделаешь.

– Не сделаю, – не стала отрицать очевидное.

Но иногда – очень хочется!

Хотя сейчас я лучше просто его поцелую.

СЛИЯНИЕ

Страж на секунду замер у двери лечебной палаты, но, глубоко вздохнув, решительно распахнул её.

При взгляде на пациента у стража дёрнулся кадык и сильнее сжались челюсти. Он ненавидел моменты, когда ему приходилось видеть подчинённых в таком виде.

Ненавидел и презирал. Себя и свою слабость. Он допустил это, не учел, не предусмотрел. Это его вина.

Она никогда не брала над ним верх, не мешала спать и, что более важно – работать. Но раздражала.

Мужчина на больничной койке попытался подняться, но Страж резким движением пресёк эту попытку.

– Оставь. Я здесь не как Глава. Тебе что-нибудь нужно?

– Нет, благодарю, Страж. Просьба всё та же – разрешить вернуться на службу.

– Как только лекари дадут добро – пройдёшь проверку и займёшь своё место.

– Благодарю, Страж. Это честь.

– Да, и ты её достоин.

Повисла пауза. Повторять благодарность в третий раз подчинённый посчитал глупым, а Страж так и не смог придумать, как тактично перейти к тому, ради чего, собственно, пришел. Поэтому спросил прямо.

– Расскажи о них то, чего не было в докладах.

– Я никогда ничего не утаивал, – в голосе не было вызова, лишь лёгкий оттенок обиды.

– Я в этом не сомневался. Но хочу знать больше. Хочу понять. По камерам у ворот понятно, что ты получил от Либры прямой приказ остаться у мобиля, но решил его оспорить и вызвался их сопровождать. Не получив при этом возражений, что немного странно. И, среагировав на опасность, не попытался уклониться, а принял удар на себя. Почему?

– Всё есть в протоколах.

– Бэрд, я не об этом. Тебя ни в чём не обвиняют и не сомневаются… – увидев выражение лица пациента, Страж перефразировал, – …я никогда не сомневался в твоей лояльности. Но ты рисковал ради них жизнью. Я хочу знать – почему.

– Сит – мой друг, – без заминки ответил Бэрд.

Тэллас удовлетворённо кивнул.

– Он спрашивал о тебе. Был рад, когда узнал, что ты пришел в себя.

– Да-а? Надо же, вспомнил. Отжиг, приятно.

– А что тебя так удивляет? Сам же сказал – вы друзья.

– Кх-м… – покачал головой Бэрд. – Да, друзья. Просто Сит, он… Самоотдача у него слишком… Слишком. Он же ничего, кроме своей госпожи, и не видит. Странно, что о ком-то, кроме неё, подумал. Конечно, мужик он нормальный, если на странности эти внимания не обращать, поможет, не фыркнет… Но если его хозяйка в поле зрения… Хотя, она на него так же реагирует, просто старается сдерживаться… О, простите, я что-то не то сказал?..

– Это так заметно? – неожиданно для себя криво усмехнулся Страж, ничуть не смутившись тем, что так откровенно выдал свои эмоции.

– Разрешите говорить прямо? – спустил ноги с кушетки, откинув одеяло, Бэрд.

– Я когда-либо ограничивал в этом?

– Нет, Страж, простите. Но это касается личного. Вы не относитесь к Либре Хоэри как к простому объекту охраны. И то, как избегали прямого контакта, только подтверждало это. Но их нельзя разделять. Что бы ни было между Вами и этой женщиной, то, что происходит между ней и её рабом – намного глубже. Ни один из них никогда не сможет до конца оправиться от разлуки. Простите.

– Рабом? – невпопад спросил Тэллас.

– Номинально. Там очень сложно уже разобраться, кто о ком заботится. О подчинении речь вообще не идёт.

– Если бы я мог… – задумчиво продолжил какую-то свою мысль Страж, размыкая руки, сцепленные до этого за спиной, и, сжав левую в кулак, потёр её правой. При этом создавалось впечатление, что продолжение фразы явно не несёт ничего хорошего тому, на кого она направлена.

Бэрд поёжился. Редко ему приходилось видеть настолько откровенное проявление эмоций своего начальника, а ведь он состоял в личной гвардии Третьего Советника, а также был один из немногих, кому Тэллас Кэррай отдавал распоряжения лично.

Хотя нет, не редко. Никогда.

– Хорошо, Страж сфокусировал взгляд на подчинённом, явно выныривая из своих мыслей. – Благодарю. Я услышал, – и, резко повернувшись на каблуках, не прощаясь, вышел.

***

Отпустить их из объятий я просто не мог.

Да, я верил в Дану, в какой-то степени заразившись энтузиазмом и надеждой на то, что всё будет хорошо.

Но вот в то, что это "хорошо" будет и для меня…

Поэтому – просто не мог. И не отпускал.

Тэрни… Так вот на что намекал Страж, говоря, что ей будет ради чего жить. Ради кого. Да, это значительно всё упрощает.

И пусть бесчеловечно заставлять её выбирать между ребёнком и любимым, у меня и такого выбора нет. И слава Соли. Пусть просто знает, что сделала меня счастливым.

– Ты дрожишь, – Дана вывернулась у меня в руках и приложила узкую ладошку к моему лбу. – И горячий!

Да? За эмоциями сам этого не заметил, но теперь почувствовал, что меня ещё и знобит. И голова кружится. И не только от счастья и бессилия.

– Да, что-то мне не хорошо, – я попробовал беспечно улыбнуться, судя по реакции Даны – неудачно. – Как появится твой защитник, обязательно попрошу улучшенные условия содержания.

– Не смешно, – нахмурившись, она прижалась на пару секунд к моему лбу губами, даже легче немного стало. – Я знаю, что с тобой. Но боялась реакции на начальном этапе эксперимента, а не сейчас, вот и расслабилась. Тем более, ты говорил, что ничего не чувствовал при формировании блокатора из твоего кристалла, а болезненными были только тесты Дэрека.

– Это правда, – меня всё сильнее трясло, и я попытался ссадить хозяйку с колен, но она опередила меня, вскочив и укладывая самого на топчан.

– Отжиг, отжиг, отжиг, – бормотала Дана скорее себе, чем пытавшемуся потерять сознание мне, – прости, прости, прости, я гадина, сволочь и эгоистка, но я не могла не рискнуть! Лучше уж я буду точно знать, что сама убила тебя своим экспериментом, чем оставлю и улечу одна!

– Ты лучшая, – попытался объяснить я любимой, только для этого сопротивляясь настойчивому обмороку, – И ты уже не одна…

– Так, Сит, очнись! – голова мотнулась из стороны в сторону несколько раз – по количеству пощёчин. – Тебе нельзя терять сознание, у меня нет оборудования, чтоб выводить из комы. А если бы и было – я понятия не имею, как на это отреагирует твой кристалл!

Да, мой кристалл… С ним явно было что-то не так. Он словно разрастался прямо у меня в голове, расплавляя и пожирая нервные клетки, впаянные в грани. Параллельно я чувствовал, как пытается пробиться ко мне ментально Дана, но резко, даже грубо, развернул все направленные на неё "зеркала".

– Не лезь… мне… в голову… – прохрипел я, игнорируя привкус крови во рту. – Можешь… навредить… Тэрни.

– Ну же, заботливый ты наш, борись тогда сам! – Дана снова попыталась меня встряхнуть, но не попала в резонанс с моими судорогами, и сама упала на меня. Но вставать не стала, уткнувшись носом мне куда-то в ключицу.

– Улетай…те… – снова прохрипел я, понимая, что уже не контролирую тело и едва могу управлять голосовыми связками, но при этом – боль спадает и мысли проясняются, становятся четкими и структурированными, хоть и окрашенными в непонятный фиолетовый оттенок.

Хм. Я слышал об оттенках эмоций, но чтоб сами мысли имели цвет? Забавно.

– Нет!!!

– Тише… слушай… внимательно… пока я могу хотя бы говорить… – хрипеть было трудно, но уже не больно, – кристалл словно пожирает мозг… но на нём, на кристалле – информация… от Карри. Её… страховка. Безопасный коридор для гипперпрыжка, личный, – я перешел на шепот, надеясь, что Дана его всё же разберет. – Её убежище. Там ты сможешь укрыться, на время, конечно, но успеешь всё обдумать и решить, что делать. Там же… на носителе… о предателе в Альянсе и его структуре… Соледар тоже… Карри просила её простить…

– Сит, ты должен сейчас не выдавать мне инфу, а брать под контроль свой кристалл! Я запустила слияние блокатора и третьего близнеца, но не учла что-то, и нейронные связи перестраиваются, – Дана всхлипывала, но говорила чётко и понятно. – Соберись, Сит! Если ты получил доступ к тому, что у тебя внутри кристалла, вероятно, нейроны как-то пробились сквозь оболочку, это не кристалл тебя пожирает, это твой мозг ассимилирует его. Я добавила в кластер-преобразователь твой код ДНК, а по свойствам контроллера – процессы параллельны! Твой мозг перестал воспринимать кристалл как чужеродный объект, он просто с ним сливается! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, просто поверь и убеди сам себя, что ты можешь этим управлять!

– А он может? – раздался от двери знакомый заинтересованный голос.

Может и мог бы, но фиолетовая вспышка, сопровождающаяся громким, практически оглушительным щелчком странной коробки, которую Дана нежно называла кластером, поставила на этих попытках точку.

Жирную такую. Фиолетовую.

======

Тем, кто ждет хэппи – энд: не волнуйтесь, Сит справится, верьте в Данку)))

*****

***

– Он вообще жив? – безэмоционально поинтересовался страж, глядя на моё суматошное копошение вокруг Сита. – Или ты решила мне упростить задачу?

Обернулась, встретившись с напряженным взглядом.

– Не стоит представлять себя хуже, чем ты есть. Ты никогда не ставил своей задачей убить Сита, Тэлл.

– Не ставил, – покладисто согласился Страж. – Моей задачей стала ты, а то был бы просто приятный бонус. Твой раб меня раздражает.

Не смогла не улыбнуться, хоть меня и трясло.

– Он жив, просто в отключке. И я верю в то, что это продлится как можно дольше. В смысле жизнь, а не отключка.

– Чем на этот раз ты попыталась его прикончить?

– Экспериментом, – обижаться на Стража у меня не получалось. – Ты сказал, что данные чипа забиты в Контур Соледара, и поэтому Сит его не пройдет. Как Советник, я знакома с системой вашей безопасности. И понимаю: даже если ты очень захочешь, не сможешь достать коды. Максимум – вбить мою биометрию, чтобы выпустить с планеты. Но не Сита с его кристаллом. Поэтому я решилась на эксперимент. Дэрек нашел способ изменить только один кристалл из гнезда, я же доработала его технологию и попыталась срастить созданный мужем блокатор и свободный кристалл-близнец Сита, задействовав код его ДНК. И здесь возможны варианты.

– На какие надеешься ты? Я вот до конца так и не понял, как Дэреку удалось изменить один кристалл, не затронув родственные, ещё не было случаев, чтоб информация с них не дублировалась.

– Он блокировал воздействие связи световыми фильтрами, препятствуя проникновению волн определённого спектра. Отсюда – изменение цвета. Я пошла дальше – я не изменяю кристаллы, я их сращиваю, и фильтры заменила генными кодами Сита. По моим расчетам, достигнув критической массы, они повлияют на кристалл в мозгу, разрушив его.

– Мозг?

– Упаси Соль! Кристалл подчинения – ведь, в конце концов, это всего лишь соль, пусть и с феноменальными свойствами.

– Очень прочная соль. Даже белые информационные кристаллы довольно стойкие, не говорю уже о голубых, подчиняющих. На мозг я бы поставил скорее.

– Да, ты всегда умел утешить, Тэллас. Помню, как ты на меня орал и обзывал дурой, когда спасал от мужа.

– Я был не прав?

– Прав, конечно. Но всё равно обидно. Немного.

– Прости, но иначе ты не понимала. И сейчас упрямишься. Тебе нужно улетать немедленно, иначе поздно будет. И что, если эта твоя задумка не сработает и кристалл в твоём рабе не растворится?

– Возможно, хотя должен бы по расчетам. Ну, это в идеале. Но, как минимум, я надеюсь на то, что параметры полностью изменятся, позволив мне забрать и его.

– Мне проще вырубить тебя и отправить с планеты против воли, чем объяснять, почему я не могу отпустить твоего раба.

– Я найду способ вернуться, даже если Альянс одобрит карантин. Ты меня знаешь. Вернусь, и поломаю вам с Третьим Советником все ваши карточные домики.

– Соляные фигуры, – поправил Страж.

– И их тоже.

– Со Вторым Советником. Советник Мэдсен арестован по подозрению в организации попытки государственного переворота. Побег Эштона Хиллара вскрыл некоторые факты…

– Которые ты успешно дооткопал. Что ж, я рада, что Либрас Кэррай уже Второй Советник. Тем более, Тэллас. Я вам на планете теперь только мешать буду, вам Дика и Карея за глаза хватит разбираться, да и Сит не слишком нужен – у вас и без мутировавших кристаллов подчинения проблем хватает, более актуальных. Я оставшиеся архивы Дэрека не трогала, да и записи своих исследований тоже. Используйте на здоровье, если решите, как. Ну выпусти нас, будь человеком!

– Это не честный приём.

– Зато действенный.

Страж усмехнулся одними губами и прижал пальцами висок.

– Блок Си, камера четыре. Бэрда ко мне и доставьте сюда же гравикресло, – Тэллас перевёл взгляд на всё ещё бессознательного Сита.

– А если он по дороге… не доедет?

– Значит, увезу его тело. Хоть могилка будет, куда дочку приведу.

– Дочку, значит… Да, это именно то, что я тебе никогда не смог бы дать.

Промолчала. Это не та тема, которую безопасно обсуждать с Тэлласом. Провоцировать Стража, вроде бы решившегося выпустить нас, не хотелось.

Заставила себя отойти от Сита и, подхватив портативный кластер, прижала к груди. Это всё, что мне было нужно увезти с Соледара.

Но открыть кластер и взглянуть на результат только что завершившегося эксперимента я не решилась. Главное – Сит жив. А уж в себя он придёт, я этого упрямца знаю.

***

Это может показаться странным, но только теперь я понял, что никогда не испытывал чистых эмоций – только смешанные. Боль часто сопровождалась стыдом и злостью, отчаяние – чувством безысходности и, на самой глубине сознания, надеждой. Даже в ненависти к Дэреку было сожаление о собственной глупости и, стоит признать, толика уважения к его, пусть и абсолютно больной, гениальности.

И моя, как я думал, абсолютная любовь к Дане, тоже сопровождалась сомнениями, страхом жалости и беспомощности, как бы я с этим не боролся.

Сейчас впервые за всё своё существование я смог их все разделить: ощущая каждую эмоцию отдельно, я словно видел, как они, переплетаясь, создают основу сознания.

Странно, конечно, представлять своё сознание изнутри, но что ещё остаётся, если тела своего не ощущаешь абсолютно?

Я старался ухватиться за последнюю мысль, которую пыталась донести до меня Дана. Что кристалл не поглощает мой мозг, а сливается с ним. И что я могу этим управлять.

Чем? Тела я не чувствую, сознание со стороны рассматриваю… В виде каких-то нитей. И это вряд ли моя фантазия: на такое у меня просто воображения не хватит. Это… просто какая-то странная интерпретация восприятия.

Задумавшись о восприятии, понял, что не потерял его полностью. Я слышал голоса и даже понимал, что они говорят.

И мне совсем не понравилось то, что они обсуждали.

Нет, я полностью разделял решение Даны рискнуть и лучше прибить меня в ходе эксперимента, чем разлучиться, но вот желание стража всё-таки её увезти без меня…

Эти слова меня взбесили. Открыть глаза не получилось, но нити эмоций явно натянулись, формируя мыслеобраз собственного тела.

Нет, чуда не случилось и контроль я не обрел, но зато ощутил покалывание в кончиках пальцев, и на руках, и на ногах.

Значит, шанс и вправду есть, просто не всё сразу. А пока всё, что я могу – это просто слушать.

Очень захотелось улыбнуться. Да, это моя Дана… похоже, Страж сдался.

ДЕПОРТАЦИЯ

Всё шло даже лучше, чем я могла предполагать. Сит был стабилен, температура резко спала и стала даже немного ниже нормы, что в его случае хорошо, дыхание было ровное и ритм пульса равномерный. Тэллас разрешил вызванному Бэрду усадить Сита в одно из гравикресел Третьего, в смысле уже Второго Советника.

У входа нас уже поджидал военный мобиль, похожий на огромную приземистую черепаху.

Я ошиблась, черепаха оказалась с вертикальным взлётом, и до личного космопорта мы добрались за считанные минуты.

Где возле входа в нужный ангар нас поджидал сюрприз. В виде ещё одного гравикресла со скучающим Третьим (блин, Вторым!) Советником.

– Чего вы так долго? Жарко же.

Меня лично знобило, но поверю ему на слово.

Если Тэллас и был удивлён, на лице его это не отразилось.

– Добрый день, Либрас Кэррай. Либра Хоэри заканчивала очередной эксперимент с кристаллами своего раба. Насколько я понял, сращивала блокатор со свободным близнецом, что должно было привести к разрушению вживлённого в мозг кристалла подчинения. Либо полного изменения его параметров.

– И как результат?

– Условно – положительный, – влезла я: не хватало, чтоб военные ещё мой эксперимент описывали. – Сит жив, кластер не взорвался.

– Да, Либра Хоэри, то, что ещё ничего не взорвалось, в вашем случае точно уже положительный результат. Изменение параметров проверяли?

– Нет ещё, – от его тона хотелось по-детски надуть губы. Но это тоже было хорошим знаком: агрессии Советник не проявлял и приказывать арестовать нас не торопился. А я как-то подсознательно чувствовала – прикажи он, Тэллас не пойдет на открытое неповиновение. Не те они люди, эти Стражи.

А так – пусть шутит на здоровье. Рада, что хоть кому-то весело.

– Так проверяйте, – Либрас Кэррай протянул портативный идентификатор.

Принял его Бэрд, сопровождавший нас, и выполнил приказ. Идентификатор не пикнул.

Код кристалла не то, что не опознался – прибор его просто не увидел.

– Протестируй, – бросил Второй советник стражу, взмахом руки подзывая раба из своего сопровождения.

Бэрд провел сканером у головы подозванного раба, прибор мелодично тренькнул и подмигнул зелёной лампочкой.

– Теперь на себе.

Бэрд исполнил. Зелёненькое подмигивание, сопровождаемое другим сигналом. Страж показал появившийся на экране текст Советнику.

– Любопытно. А ну, повтори с этим… подопытным.

И снова – ничего. Полный игнор.

– Очень любопытно, – Советник подался вперед, опираясь на подлокотники кресла. Едва удержалась, чтоб не подойти и не предложить ему руку для опоры. Рядом дернулся Тэллас. Не одна я постоянно забываю о том, что Аэрус Кэррай просто не может встать физически. Ну не походил он на ущербного инвалида.

– Очень любопытно, – повторил мужчина. – Кристалл не только изменил параметры, он, похоже, изменил сам объект. Идентификатор в принципе не распознаёт твоего Сита как живое существо. Ну, или, как минимум – разумное.

– Очень смешно.

– Но это и вправду довольно забавно, девочка. И даже занятно. Скоро у меня будет достаточно времени, чтобы подробнее ознакомиться с этим феноменом. В теории, девочка, в теории, не трону я твоего драгоценного подопытного. Технологии ты, надеюсь, не уничтожила?

– Нет. Всё в сейфе в фордштате Хоэри. Я даже коды не меняла.

– Молодец. Но всё это позже. Гораздо. Страж Кэррай, Страж Аэр Бэрд, по подозрению в связи с мятежниками и способствованию последним избежать наказания, властью, данной мне Советом Независимого Соледара, приговариваю вас к немедленной депортации. Либра Дана Хоэри, в связи с отказом принятия в Альянс Свободной Торговли и Развития планеты Соледар по итогам голосования и полным разрывом сотрудничества Свободного Соледара с Консолидацией Независимых Планет, вы отстраняетесь от исполнения обязанностей Советника на неопределённое время, до выяснения вашей принадлежности к Альянсу и степени сотрудничества с ним. При этом в передвижениях не ограничиваетесь, и в праве представлять Соледар в частном порядке, как представитель Высшей Аристократии первого родства, вдова Дэрека Хоэри.

Кажется, я услышала, как звякнула, ударившись о мою ногу, отпавшая челюсть.

Чего-о-о-о?

То есть, нас не просто выпустили – нас выгнали с этой гадкой планеты?!?

А Советник умеет удивлять.

Я могла только хлопать глазами. Не понимала даже, сговорились Тэллас с наставником давным-давно или же действовали параллельно? Иди это чистой воды импровизация Советника по результатам голосования? Хотя, он же как раз на такой исход и рассчитывал… Ничего не понимаю. Но разве сейчас это важно?

Первым, как ни странно, отмер Бэрд.

– Либрас Кэррай, со всем уважением…

– Помолчи, – одернул его Страж. – Ты единственный из тех, кому я доверяю, кто хорошо управляет звездолетом.

– Но…

– У тебя здесь есть то, что ты не готов оставить? – Тэллас внимательно посмотрел на товарища. А то, что они товарищи, сомнений уже не вызывало.

– Никак нет, Страж, – вытянулся по струнке Бэрд.

– А ты его не предупредил? – уточнил Аэрус Кэррай.

– Нет, не хотел рисковать – в медблок, где последнее время был страж, слишком многие имели доступ, могли просто устранить, – Тэллас вновь перевел взгляд на Бэрда. – Ты готов покинуть Соледар?

– Так точно!

– Тогда это мой тебе последний приказ: отвечаешь за неё головой, – и, кивнув на "Слушаюсь!", повернулся к Аэрусу. – Но я никуда не полечу. Простите, Советник, я не могу оставить Вас в такой момент.

Взгляды обоих Кэрраев были настолько красноречивы, что все присутствующие, не сговариваясь, отошли в ангар к звездолёту, оставляя их наедине.

Бэрд и я переглянулись, и вместе потолкали гравикресло с так и не пришедшим в себя Ситом.

Мне бы то, что уже произошло, осмыслить. Нас выпустят…

А если с нами полетит и Тэллас… Что ж, так мне будет даже спокойнее.

***

Тэллас сжимал кулаки, пытаясь справиться со злостью на своего наставника. Он был предан ему беспрекословно, порой даже фанатично, но никогда – слепо. Аэрус Кэррай, отдавая приказы, не гнушался объяснениями, пусть иногда и постфактум, но освещал мотивацию. А сейчас…

Он просто решил за него. Сам. Не посоветовавшись, даже не предупредив. Просто поставил перед фактом.

Надо же, подозрение в измене. Смешно. Вот даже не обидно – просто смешно. Никогда Советнику не найти исполнителя преданнее. И он это знает.

Злая ирония. Депортация?! Наставник действительно думает, что он его оставит?

Сейчас, на пороге гражданской войны, передела власти и ресурсов. На пороге хаоса, который возникнет с активацией карантинного контура Соледара.

Пауки в банке – вот чем окажется планета в тот момент.

Депортация, ха. Разве сможет Страж оставить свой пост? Оставить… отца.

Ни-за-что!

– Простите, Советник, я не могу оставить Вас в такой момент.

– Тэллас, ты сомневаешься, что я сам справлюсь? Не оскорбляй меня подобным предположением. Я не настолько беспомощен, Тэллас.

– Простите, Советник, я не это имел в виду. Но быть рядом – мой долг.

– Твой долг сейчас – не дать технологиям подчинения покинуть планету. Проследить, чтоб эта зараза не распространилась за пределы Соледара и не поставила остальной человеческий мир под угрозу уничтожения. Люди – и так слишком многочисленная раса, вызывающая справедливые опасения других разумных представителей Вселенной. Если же люди овладеют способами полного ментального контроля над другими существами… Как ты думаешь – их будет проще вразумить и контролировать или просто уничтожить? То, что глобальность таких идей умалчивается, не означает, что угрозы не существует. Тэллас, это приказ. Не дай Дане продолжить разработку. Не подпусти Альянс к ресурсам Соледара. Впрочем, конкретные цели ты определишь для себя сам.