Текст книги "Карты (СИ)"
Автор книги: Алексия Герман
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)
И этого было достаточно ей, чтобы снова ожить. И Крис была совсем не против, чтобы сейчас дверь снова распахнулась, и вошёл мафиози… Но даже в мыслях это казалось бредом, потому что таких совпадении не бывает.
Ещё полдня она бесцельно бродила по особняку то читая, то просто валяясь на постели. И только ближе к вечеру начала новую подготовку. Достала из шкафа безумно красивое, хоть и немного откровенное серебристое платье, едва прикрывающее соблазнительную задницу, но струящееся по телу, будто шёлк.
Перед таким Михаил не должен устоять. Как и перед макияжем. Нежным, но цепляющим. Покрутившись полчаса перед зеркалом, Ефремова уверилась в том, что весь образ вышел безумно соблазнительным.
Крис приготовилась, ожидая встретить мужчину во всеоружии, однако ещё по звуку подъезжающей машины и громким шагам осознала, что что-то не так. Точнее, не совсем так, как должно быть. И невольно напряглась. Раздумывала пару секунд над тем, выйти ли из комнаты. Ведь мало ли, что произошло… Однако после нескольких секунд раздумий всё же вышла, решая, что ничего страшного не произойдёт. А даже если и произойдёт, чего ей ещё бояться?
Только это произошло ровно в тот момент, когда она увидела мафиози, цепко держащегося за перила лестницы, пробирающегося наверх с явным усилием. И во всей его походке девушка уловила тут же что-то неестественное и непонятное.
Страх на миг обдал все внутренности, заставляя задержать дыхание. Но это было ерундой по сравнению с тем, что девушка испытала, когда Михаил поднял лицо на свет, позволяя увидеть глубокий порез на щеке и кровь на костяшках.
– Господи…
Это слово отчаянно сорвалось с губ, а сама брюнетка неожиданно для самой себя задрожала, как трава в осенний мороз. Всё скрутило и внутренне сжало. И ноги сами невольно побежали к нему, игнорируя скользкие ступени и возможность упасть. Это, будто, ушло из головы. Осталось только дикое непонимание и жжение где-то глубоко внутри, мешающее соображать нормально.
В пару секунд Крис подлетела к нему, удивлённому и поражённому, заставляя прищурить в лёгком недовольстве глаза. Не то, чтобы девушка подошла, скорее скользнула в его чуть заранее распахнутые руки, ведь мужчина увидел, что Ефремова споткнулась и ещё немного и полетит вниз.
Но брюнетка и не заметила, она мимолётным движением юркнула под его руку, пытаясь перетянуть тяжесть веса на себя, забывая, что в ней и без того то небольшой вес и мужчину она не удержит.
Только это было в разуме, который почему-то не подавал голоса. Все её движения были какими-то слишком рефлекторными, что чуть удивило Михаила, как и всё поведение девчонки, которая ещё несколько дней назад лежала пластом без движения.
– Что ты делаешь, красотка? – без эмоции проговорил Михаил, делая новый шаг. Ему хотелось послать девчонку, но слабость брала своё. Сил на ссоры не было. Но даже из-за лёгкого отголоска злобы он не мог позволить себе опереться на Ефремову и раздавить её своим телом. Она бы этого просто не выдержала…
Девушка же в ответ на его вопрос только сверкнула глазами, а потом лишь произнесла кое-что так мягко, будто говорила с ребёнком и разъясняла ему очевидные вещи слишком простые и понятные, заглядывая в душу своими зелёными глазами.
– Просто держу тебя…
***
Как они добрались до верхнего этажа, Кристина не особо осознавала. Просто в какой-то момент растворилась в этих шагах, вслушиваясь в размеренный топот и ощущая часть веса мужчины на себе. Было тяжеловато, но брюнетка старалась не думать об этом. В конечном итоге это была лишь малая своеобразная часть отплаты долга, которая ей светила. Так что…
Довести мафиози до его собственной спальни представлялось невозможным, поэтому выбор Ефремовой пал на собственную комнату, в которую она его и повела, а он не особо и сопротивлялся. Только тогда, когда они вошли, неожиданно мягко оттолкнул её, самостоятельно доходя и усаживаясь на её постель.
Михаил молчал, а она не задавала лишних вопросов, только села недалеко искоса поглядывая на него. Напряжённая поза, прикрытые глаза, порез на щеке. Всё это вместе сливалось в какую-то до безумия ужасающую и пугающую картину. Такую, что у брюнетки почему-то холодели руки, а сердце сбивалось с привычного ритма.
Ей моментально захотелось подойти ближе, коснуться хотя бы участка мужского тела. Только Ефремова сдержалась, осознавая, что реакция мафиози могла быть неоднозначной, а уходить сегодня она не планировала. Что же сегодня все её планы снова оказались сбиты к чёрту… Снова дурацкие непредвиденные обстоятельства. От этого захотелось заскулить.
– Может быть, я помогу тебе снять рубашку? – спокойно предложила Крис, чуть разворачиваясь в его сторону и придвигаясь ближе. – Тебе стоит отдохнуть… А в рубашке неудобно спать.
Мафиози лишь пожал плечами, безразлично усмехнувшись. В то время, как пальцы Ефремовой, уже выпутывали пуговицы из петель, обнажая участок кожи за участком кожи. От этого ей постепенно становилось труднее дышать. Всё же она ни была наивной девственницей, а опыт требовал подкаченного мускулистого тела.
Она чарующе вздохнула, но тут же застыла, расстегнув несколько следующих пуговиц, раскрывающих то, что ей не стоило видеть. Ужасные синяки, даже не они, а синяя сплошная полоска возле рёбер. Руки непроизвольно вздрогнули, а губы вопросительно приоткрылись, чтобы хоть что-то изречь. Только этого было уже не нужно. Всё было понятно и так.
– Это после того, как я сиганула в канал? – без излишней эмоциональности уточнила брюнетка, делая вид, что её это ничуть не интересует. Но Михаил видел истинную реакцию в подрагивающих губах. Таких пухлых и соблазнительных, которые только портила эта проститутническая помада. – Хотя и без этого ясно…
Мужчина усмехнулся, покачав головой. Видеть её волнение ему почему-то было приятно, а желание поцеловать эти капризные губы зародилось ещё с того момента, когда он вошёл сюда и только её увидел. И сдерживаться мафиози не стал, осторожно накрывая её руки своими, как бы сцепляя в один наручник своих цепких пальцев. И она тоже всё поняла.
Кристина просто привычно потянулась к его губам ни на секунду не заколебавшись, а, наоборот, отчаяннее подаваясь навстречу, чтобы почувствовать его вкус снова. Аккуратно прижалась своими губами к своим губам, как бы пробуя и проводя по ним язычком, будто кошка, добиваясь того, чтобы Михаил чуть приоткрыл рот. И это стало катализатором.
И дальше девушка уже слабо стала понимать то, что творит. Просто в голове что-то неожиданно щёлкнуло, призывая к действию. И она послушалась. Сильнее впивалась в его губы, прижималась к телу, сплеталась языками в томной борьбе, распаляясь всё больше и больше, в какой-то момент переставая понимать и отдаваясь во власть ощущений.
Ощущений тепла его тела. Ощущений лёгкой щекотки, когда его свободная рука начала играть с завитками её волос. Ощущений стука сердца, когда он стал ещё более глубоко целовать её. Ощущения пустоты, когда он резко отстранился из-за того, что ей захотелось придвинуться сильнее, задевая его ушибленные рёбра.
– Чёрт, прости, – шепнула Ефремова, опуская взгляд, пытаясь навести порядок в разбушевавшихся мыслях. Это было не совсем просто. – Я не хотела.
– Всё в порядке, – отмахнулся Михаил, резко откидываясь на подушки, понимая, что ещё немного и просто вырубится прямо сидя. – Я не при смерти. Просто хочу спать. А ты… Ложись рядом…
Он сказал это быстро и чётко. И брюнетка не успела возразить, как почувствовала, что мафиози уже потянул её на себя, ловким движением устраивая на своём плече. От этого самовольства захотелось возмутиться, однако Кристина не стала делать этого, решая, что это была не самая и плохая идея. Тем более маловероятно, что мужчина вообще бы стал слушать её причитания и точку зрения.
Проходит несколько минут. Совсем недолго. А Михаил уже плавными шагами проваливается в сон. В толком не снятой рубашке и с ноющей болью в рёбрах. Но усталость велика настолько, что этого он, кажется, уже просто не замечает. Просто не остаётся сил. Организм требует отдыха.
А вот девушке ещё совсем не спится. Может быть, просто потому, что она недостаточно устала или ей тупо не хочется. Вместо этого брюнетка лишь осторожно рассматривает лицо мужчины, лежащего рядом, удобнее пристраиваясь на его плече, пытаясь не задеть болезненные участки.
И против воли усмехается, даже во сне его вид не теряет статики, строгости и самообладания. И ей почему-то в одно мгновение хочется провести рукой по его щеке, нетронутой порезом, очерчивая одной ей ведомой узоры на этой коже.
Губы непроизвольно окрашиваются в усмешке, и в голове всплывает такое мимолётное воспоминание и слова, которые раньше очень часто ей шептала мама, напевая такую родную мелодию, показавшуюся именно сейчас такой важной и одновременно нужной, что безумно захотелось повторить. Просто прошептать, чтобы никто больше не услышал её тихий голосок в тишине этой ночи за окном.
– Ночь укрылась черным пледом,
Согреваясь в свете звезд,
И сплетает быль и небыль
Из страны волшебных грез.
Ночь показывает сказки
И легенды старины:
Непослушным – в серых красках,
Милым – розовые сны.
13. Твоего короля.
Кристина долго не могла уснуть. И причину этого не знала сама. То ли ей просто не хотелось спать, то ли созерцание мужчины настолько её увлекло, что на остальное не осталось времени. Подумав о последнем, брюнетка усмехнулась. Нет, она ещё не дошла до этой стадий. Хотя, кажется, близилась к ней, сама того не понимая, находясь в периоде отрицания, как сказал бы какой-нибудь известный психолог.
Ведь, если быть честной, то девушке нравилось наблюдать за лежащим рядом с ней мафиози. Во сне он казался каким-то спокойным и даже немного мягким без своей привычной холодности и отстранённости.
Его рубашка была наполовину расстёгнута, позволяя увидеть рельефное мужское тело с тёмно-синими пятнами в районе ребёр. И это против воли кололо Ефремову, словно это были не его раны, а её. Словно бы в одно мгновение она ощутила эту боль, как свою. От этого ей стало немного страшно. Такое было только, когда ужасное произошло с её братом.
Брюнетка прерывисто выдохнула и прикрыла глаза, пытаясь заснуть, но сделать этого так и не получилось. В голове только вертелись мысли о том, что могло произойти и почему Михаил вернулся в особняк в таком состоянии. Что таят в себе эти ссадины на руках? Что скрывают раны на щеке? Вопросов было безумно много, но на них так отчаянно не было ответов. Это заставляло нервничать.
Ей не хотелось думать о том, что у мафиози могут быть какие-то проблемы, однако никаких других объяснений не было совсем. Разве что только какая-то неожиданная потасовка. Оставалось надеяться только на то, что всё несерьёзно, а лишь какая-то незначительная мелочь. И, как уверяла себя Крис, не было в этом никакого беспокойства, лишь боязнь за свою шкуру. Потому как в случае смерти мужчины, её положение становилось ещё более шатким. Вот и всё. И никаких чувств.
Она мысленно продолжала повторять себе это, в то время, как ладонь скользила по его жёстким волосам. Осторожно и невесомо, чтобы не разбудить, а глаза пристально вглядывались в мельчайшие чёрточки симпатичного лица. И впервые за долгое время девушка неожиданно ощутила то, что перед ней поистине взрослый и сильный мужчина. Хотя раньше Ефремова так сильно не чувствовала этого.
А сейчас, смотря на его крепкое тело, лицо, утратившее любой отголосок мальчишеской юности и принявшее лёгкую морщинку, заметную только, если внимательно к ней присмотреться, девушка осознавала эту возрастную разницу между ними. Ведь, несмотря на всю её «деланную взрослость» она оставалась истеричной малолеткой, творящей сумасбродные поступки, а Михаил из раза в раз продолжал вытаскивать её из них без особой для себя выгоды.
Ещё в ту встречу, когда отец проиграл её, а мафиози забрал к себе, Ефремова не понимала из-за чего. Для желания банально потрахаться это было нелогично. Он мог легко найти кучу таких девчонок. Нет, брюнетка знала, что её внешность, действительно, красива. Но никогда не думала, что из-за её смазливого личика кто-то будет готов прыгнуть за ней в воду или помочь вытащить брата из психушки.
Крис невольно улыбнулась уголками губ. Невольно вспомнилось, как когда-то мама рассказывала ей про сказочного принца, который обязательно придёт за ней. Наверное, отчасти этот персонаж сказки в её детских мечтах был смутно похож на мафиози. Жалко, только, что он совсем не принц, а она совсем не принцесса.
В последнее время девушка часто вспоминала о матери, о том, что она когда-то ей говорила. А теперь, как видение, стала приходить во сне, зазывая её с собой. От этого становилось радостно и страшно одновременно. То чувство, которое поймёт человек, потерявший кого-то очень близкого и дорогого. Словно бы стремишься к нему, но так боишься того места, куда он тебя зовёт. И не осознаёшь, что делать, продолжая стоять на распутье.
Ефремова не знала, сколько прошло времени до того, как её всё же начало клонить в сон. Просто в какой-то момент глаза сами по себе начали закрываться, а в теле появилась какая-то немного неожиданная лёгкость. Она сама неосознанно ближе прижалась к Михаилу, а потом мягко провалилась в сон.
***
Она не знала, куда и зачем идёт. И совсем ничего не понимала. Только чувствовала. Чувствовала дикий холод, пробегающий по спине, одновременно сковывающий всё её тело. Чувствовала лёгкое дуновение ветра, которое заставило поёжиться и обхватить себя руками в попытках согреться.
Девушка снова и снова оглядывалась по сторонам, совершенно не осознавая того, где сейчас находится. Вокруг была только абсолютная и пугающая темнота. Та самая, которую Крис боялась до дрожи и которая приводила в ужас. Но, наряду с тем, заставляла идти вперёд, в надежде найти хоть какую-то подсказку. Однако её не было.
И с каждой секундой внутри всё сжималось ещё сильнее. А сердце начинало колотиться ещё более отчаянно, грозясь выпрыгнуть из груди. Дыхание участилось, и руки уже привычно задрожали. Ефремова сглотнула, но интуитивно всё же сделала ещё один шаг вперёд, надеясь на то, что эта темнота каким-то магическим образом исчезнет сама. Только она и не думала исчезать.
– Солнышко, – мягко позвал родной голос, доносящийся откуда-то сзади. От этого звука внутри брюнетки всё сжалось, заставляя обернуться и задержать дыхание. Она знала, кто стоит за её спиной. – Посмотри на меня…
И Кристина посмотрела. Перед ней неизменно стояла молодая женщина в белом платье, которая так доверчиво улыбалась, что хотелось так болезненно заплакать или хотя бы прижаться в тёплом объятии. Только вот девушка отчего-то стояла в нерешительности, крепче обнимая себе руками и не двигаясь с места. Это видение давно преследовало её, однако раньше не было таких произнесённых ею фраз.
– Мама… – тихо сорвалось с губ. А слёзы засобирались в уголках глаз. Дышать с каждой секундой становилось всё тяжелее, но Ефремова из последних сил старалась держаться. Никогда не получится научиться быть равнодушной к этому, как бы не старалась. – Мамочка…
Она хотела произнести ещё хотя бы слово, но не вышло. В горле тут же застыл ком. Невольно стало страшно. И Кристина прерывисто выдохнула, смотря в любимые глаза напротив. Девушка знала её поймут и услышат. Всегда понимали. Чувствовали её страх, волнение, тревогу. Все те эмоции, что сплелись внутри в тугой узел.
– Ничего не бойся, солнышко, – произнесла женщина, также мило улыбаясь и протягивая руку. Не касаясь, но показывая, что находится рядом. В своей любимой привычке. Ещё при жизни. – Просто береги своего короля. Если отпустишь, он просто умрёт.
***
– Нет!
Кристина тут же резко распахнула глаза, словно обезумевшая заглатывая воздух и смотря по сторонам с безумным опасением. Ей становилось жутко, а внутри всё переворачивалось. Хотелось закричать, однако вместо этого девушка лихорадочно впивалась взглядом во все силуэты, потерявшиеся в темноте, тут же останавливаясь на спящем рядом с ней мужчине, толком не успев ничего осмыслить, желая лишь увидеть. Живого.
И он был здесь. Выдох вырвался из лёгких. Брюнетка порывисто подалась вперёд, касаясь его лба и прислушиваясь к дыханию. Ровное с лёгкими хрипами. Всё, как обычно, но почему-то Ефремова мгновенно прижалась к нему сильнее, осторожно вновь укладывая свою голову на его вытянутую руку и пробегаясь тонкими пальцами по его щеке.
Сейчас после этого кошмарного сна отчего-то обострились все рецепторы, отвечающие за страх, мешая трезво соображать и оставляя одни эмоции. Мужчина же даже не подозревал об этом и лишь сквозь сон закинул свободную руку на её талию, притягивая к себе плотнее.
От этого ей почему-то захотелось заплакать. От такого простого и привычного жеста. Его жеста.
– Спи… – прошептала девушка. – Я никуда тебя не отпущу…
14. В любой ситуации мужчина должен оставаться мужчиной.
В любой ситуации мужчина должен оставаться мужчиной. Наверное, это было единственное правило, которого Михаил отчаянно придерживался на протяжении всей своей жизни. Но совсем не потому, что это когда-то пытался внушить ему отец, а просто от того, что иначе он перестал бы окончательно себя уважать. Ведь настоящий мужчина просто обязан вести себя должным образом, применяя отчаянную хитрость, чтобы выжить.
Однако в этот раз к этому желанию уважать себя добавилось кое-что. И это кое-что сейчас лежало на собственной постели, поджав под себя ноги, едва-едва занимая половину постели. Мафиози усмехнулся. Снова в каком-то из своих пошловатых платьев и с потёкшим макияжем, но всё равно какая-то другая. Совершенно обычная. И совсем непохожая на тех, кто был до неё.
На самом деле, мужчина никогда не любил рассматривать спящих в его постели женщин, однако на Кристину почему-то хотелось смотреть, не отрывая взгляд. Может быть из-за природной красоты, а, может быть, из-за того, что ему довелось увидеть вчера. Это её волнение, трясущиеся руки, испуганные вздохи. Искренность, по которой Михаил уже успел соскучиться.
Он снова встал совершенно бесшумно, не разбудив брюнетку, только набросив на её плечики найденный в шкафу плед. Всё же в особняке было немного прохладно, не хотелось снова подрывать здоровье Крис. А самому согреть её не представлялось возможности. Нужно было пойти в душ и потом снова разбираться с делами, которых теперь прибавилось ещё больше, словно навалившийся снежный ком.
Михаил потряс головой, думая, что, наверное, редкостный идиот, раз так глупо подставляет себя. Раз так глупо борется за то, что, в принципе ему не нужно. Мало ему было вчерашней стычки? Мало предупреждений? Просто сбросить лишний груз, и дело с концом. И чего он так упёрся? Было бы из-за чего.
Все эти мысли хаотично крутились в башке, пока мафиози отчаянно пытался сконцентрироваться на другом и включить чёртов душ. Нужно было лишь смыть с себя это, снова всё обдумать и разобраться. Но, чёрт возьми, как же не хотелось делать всего этого. Просто не хотелось. Ведь решение для него по сути было одно, безболезненное и правильное, но светлый образ в голове перекрывал всю его правильность.
– Ночь укрылась черным пледом,
Согреваясь в свете звезд,
И сплетает быль и небыль
Из страны волшебных грез.
Ночь показывает сказки
И легенды старины:
Непослушным – в серых красках,
Милым – розовые сны.
Простая мелодия разносилась в голове, заставляя сердце тоскливо сжиматься. Он ведь был уверен во всём, когда вчера возвращался домой. Твёрдо и бесповоротно. Однако его маленькая Крис снова спутала все карты, выходя навстречу ему и обеспокоенно заглядывая в глаза. Смотря на него так, как не смотрела даже родная мать. И от этого сводило скулы. Чёрт бы её подрал эту девчонку!
Михаил непроизвольно сжал кулак, прикрыл глаза, чувствуя, как холодные капли стекают по его телу. И именно это сейчас было ему нужно. Это всегда приводило в норму и помогало рационально перезагрузиться и сбросить лишний груз. Должно было помочь и сейчас. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Новый вдох. Кажется, звук распахивающейся двери.
И быстрая рябь поцелуев, рассыпавшаяся по его плечам. Такая нежная, что захотелось скулить, но мафиози лишь сглотнул. Совсем нетрудно было понять, что за нарушительница спокойствия стоит за его спиной. Её он узнал по шагам. Это было совсем несложно.
Сложнее было сохранять собственное спокойствие, которое, казалось, ещё немного и полетит к чертям. Но пока он выдерживал, молча не меняя позы, будто скандинавский бог, будто боясь, что если обернётся, все его мысли полетят к чертям.
Однако такие подобием Бога он и казался маленькой неслышно забравшейся к нему Кристине. Сильным и красивым с рельефной спиной и играющими мышцами. Именно таким, каким она и представляла его себе всё это время и желала увидеть. А потому совсем не удержалась от желания побыть с ним наедине. Только услышала плеск воды, просыпаясь и почувствовала, как что-то неведомое потянуло её к нему.
И дальше девушке представлялось, что она просто растворилась в происходящем. Как-то сама забралась в душевую кабинку, а потом совершенно неосознанно начала покрывать поцелуями его плечи. Целовать, осторожно касаться руками. Ластиться, как маленькая кошечка. Просто потому, что этого хотело что-то внутри неё, а не из-за прежнего страха.
– Соскучилась? – с усмешкой произнёс мафиози. Но его голос, несмотря на это, показался каким-то блёклым и безжизненным. Это немного насторожило брюнетку, даже чуть напугало, однако она старалась не подавать виду, продолжая свои ласки. Продолжала касаться его чуть солёной кожи своими мягкими и нежными губами, изредка проводя по ней мокрой ладонью.
– Может быть, – тихо на гране слуха прошептала Кристина, и её голос разлился в груди мафиози соловьиной трелью. Он выдохнул. Как-то безумно устало, что это против воли заставило девушку нервничать. – Что-то случилось?
Услышав этот вопрос, мужчина почему-то повернулся. Наверное, просто потому её голос показался ему настолько искренним и не напускным, что хотелось убедиться в этом. Убедиться и посмотреть в девичьи зелёные колдовские глаза.
И он посмотрел. Тут же осознавая, что это становится его самой главной ошибкой. Той, которую нельзя было совершать, а он совершил, потому что просто не мог противиться этому дьявольскому желанию заглянуть в этот пугающий бездонный омут бесценных глаз.
Такие взволнованные. Такие красивые. Такие манящие. Такие притягивающие. Такие зелёные. Ведьминские. Как будто лесная чаща. Заглянув в которые, кажется, что ты потерялся в хвойном лесу и не можешь найти дорогу назад, а, может быть просто не сильно хочешь?
А теперь она просто спрашивает о том, что же случилось. Искренне не знает. Не понимает. Не догадывается. И лучше бы ей не знать. Случилась она. До безумия неправильная. Глупая. Такая ненужная. Так не вовремя. И так опасно для него. Так…
Необходимо.
Ещё секунда и мужчина не выдерживает, резко обхватывает одной рукой худенькую талию, на миг заглядывает в глаза, а потом так болезненно прижимается к её губам. И в этот момент мафиози кажется, что ничего важнее этого не происходит. Просто потому что до этого так болезненно ноющее сердце, наконец успокаивается, а желанное девичье тело приникает к нему, даря чарующее тепло.
И в этот раз ему совсем не хочется сдерживаться. Хочется насытиться. Хочется, наконец, присыться, чтобы вытрахать все мысли о ней из собственной головы. И только на одну минуту Михаил верит в это. Лишь на одну.
Просто потому, что в следующую секунду эта неправильная девчонка привстаёт на носочки, чтобы увереннее целовать его, а потом так болезненно опускает ладони на его плечи. И от этого внутри, словно разряд тока проходит. Всего от одного её мимолётного движения.
А в мыслях бьётся только одно. Ответ на его вопрос получен. И обжалованию не подлежит. По-другому он не сможет. Только так. И ничего другого ему не надо. Пусть даже это в его кругах сочтут за слабость. Ему абсолютно плевать.
Плевать, когда его губы опускаются на её шею, а из уст Кристины вырывает томный стон. Плевать, когда девчонка сама тянется к его губам, отчаянно целуя, будто он что-то значит для неё. Плевать, когда он отчаянно подхватывает её под бёдра, прижимая к стене душевой кабинки.
Плевать, когда она так доверчиво цепляется пальчиками за его волосы и так сладко шепчет «мой»…
15. Зелёные глаза.
Михаил всегда был твёрдо уверен, что к женщине можно чувствовать только обычное плотское желание обладать. Простое и банальное желания удовлетворить свои мужские потребности с какой-то очередной легко сговорчивой шлюхой, которая сделает всё так, как ему хочется, следуя его извращённым желаниям. Большее уж точно не для него. Он никогда даже в самые ранние годы не считал иначе, не изменял своим привычкам.
Вот и сейчас он просто собирался удовлетворить собственную похоть, так внезапно ворвавшуюся в его тело из-за долгого воздержания, с совершенно вовремя подвернувшейся шлюхой. И снова сговорчивой и ничего не требующей. Развратной и ничего незначащей. Очередной пустоголовой девчонкой, которая так невыносимо смотрела на него своими глазами.
Чёртовыми зелёными глазами.
Смотрела на него чуть отрешённо, дезориентировано, будто ища подсказки в его взгляде. Нет. Не сопротивлялась. Но будто смотрела сквозь него, будто снова видела всё то, что он пытался скрыть за своими резкими порывистыми действиями. Уверенными и жёсткими. Так, как привык.
Мафиози, крепко сжимал своими руками талию хрупкой Крис. Сжимал так, как хищник удерживает добычу. Так сильно, что вот-вот, наверное, проступят синяки. Однако на этот факт брюнетке было глубоко наплевать за столько лет она уже подсознательно привыкла к боли. Совсем другое заставляло колотиться её сердце быстрее, заставляя что-то внутри холодеть и нервно сгладывать.
Синева в районе мужских рёбер и свирепый взгляд Михаила.
И почему-то это как-то задевало её, словно бы пыталась прочувствовать то, о чём думал этот взрослый мужчина, не отрывающий взгляд от её лица. Что он пытался в нём разглядеть? Ответ на этот вопрос девушка уж точно не узнает. Только ошибочно предположит, что всё дело в её красоте, сводящей с ума, сама зная, что это бы не зацепило её мафиози.
Это было так странно и так горячо одновременно. Они стояли друг перед другом абсолютно обнажённые, ощущая, как от одних жадно бросаемых взглядов друг на друга, возбуждение сильнее закипает внутри, разносясь по венам. Мужчина смотрел на гибкое стройное, по девичье утончённое тело, понимая, что в этот раз явно сдержаться и поиграть с ней уже не сможет.
Просто потому, что он взрослый мужик. И нельзя стоять перед ним так красиво и развратно, рассчитывая на то, что он не захочет её. Она же знала на что идёт. Неглупая девочка. Понимает, чего хочет. Хочет или вновь играет?
Думать об этом было лениво. Куда больше мафиози волновали эти плавные изгибы, достойные женщины. Аккуратная грудь с восставшими то ли от холода, то ли от возбуждения вершинками, которые он обязательно сожмёт своими грубоватыми пальцами или накроет губами. Ведь безумно хотел этого, представлял с первой встречи. Плоский животик и гладковыбритый лобок. Она определённо готовилась к этому и хотела. Сомнений не оставалось… Это желание он видел в этих зелёных глазах.
И она видела. Знала, что впервые за долгое время, действительно сама хочет мужчину. Хочет исследовать тело Михаила своими пальцами. Хочет заскользить губами по его рельефному телу и опуститься ниже, доставляя ему истинное удовольствие. Хочет сжать в ладони его твёрдый член и услышать, как с его губ сорвётся рваный вздох, а голова чуть отклонится назад. И, чёрт возьми, Кристина так неконтролируемо поймала себя на мысли, что просто безумно хочет, чтобы он шептал её имя, словно молитву…
Они оба хотели. Рассматривали. Желали. Сбрасывали приличия и ещё какие-то внешние глупости, которым не место в желании мужчины и женщины. Однако почему-то никто не делал шаг на встречу, они просто застыли друг против друга, тяжело дыша, чувствуя, как возбуждение наполняет до краёв. Ведь просто коснись и…
И Михаил не выдержал просто яростно подаваясь вперёд и накрывая грубым поцелуем её совсем не сопротивляющиеся губы, которые, он был уверен в этом, отчаянно ждали его касаний. А он не заставил себя ждать, снова проигрывая этой самодовольной девчонке.
Мафиози тут же уверенно подхватил её под ягодицы, приподнимая и заставляя обвить своими стройными ногами его торс. Шаг в сторону. И теперь девичья спина осторожно прижимается к стенке душевой кабины, а тонкие пальчики аккуратно вплетаются в его жёсткие волосы, чуть оттягивая их, то снова притягивая, чтобы углубить их поцелуй.
И, если быть честной, то это был первый их такой поцелуй, пошлый и одновременно до безумия страстный. Его ладони пошло сжимали её попку, без всякого намёка на нежность, в то время, как их языки свивались воедино, будто дикие змеи. И уже от этого хотелось застонать.
А мужчина был вынужден снова признать, что Кристина, и правда, целуется потрясающе. Целовать её было равно тому, что гореть в вулкане. И от этого хотелось ударить кулаком о стену. Чёрт возьми, эта девчонка была идеальной и так тупо плавила его мысли. Как и сейчас.
Губы к губам. Кожа к кожа. Ощущение ласки с её стороны. Будто не он имел её, а она. Она, эта несносная девчонка, позволяла ему. И от этого хотелось застонать. Взвыть, как голодному зверю. Или просто придушить эту невыносимую стерву.
Вот и сейчас. Эта сука не делала ничего такого. Просто смотрела в его карие глаза своими зелёными бездонными омутами, неожиданно проявляя смелость и целуя его шею. Но не привычно пошло, а как-то иначе. И в чём отличие мужчина понять не мог, но слишком отчётливо это чувствовал. А ещё так банально ощущал, как собственное сердце бьётся о рёбра.
И это было так неправильно. Но было. И этого изменить мафиози не мог. Радовало лишь то, что он чувствовал, что её сердце также отчаянно колотится в груди, а зелёные ведьминские глаза заглядывают самую душу. В каждую часть его тела, будто бы она пытается въесться под его кожу. Глупая.
Он снова смотрит на неё. И, кажется, что в эту секунду окончательно растворяется в ней. И эта мысль громом оседает в мозгу. Прошибает, заставляя шумно вздохнуть. Чёрт возьми. От этого просто захотелось зарычать. И Михаилу думается, что у него, наверное, от недотраха уже просто поехала крыша.
Мафиози гулко выдыхает, чуть отклоняет голову назад, прикрывая глаза, стараясь погрузиться в кромешную темноту, однако ничего не выходит. Она всё равно перед его глазами. Такая манящая и трепещущая. Настолько, что плевать на отголоски боли в рёбрах и ломоту в теле от вчерашней потасовки. Просто мозги, видимо, сосредоточились на других эмоциях, игнорируя всё остальное.
