Текст книги "Печальный Ангел или девять жизней принца Кристиана (СИ)"

Автор книги: Алексей Фирсов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Капитан Вилей обернулся к Кристиану.

– Пошли его к черту!

Капитан наемников крикнул, просунувшись между зубцами стены:

– Передайте графу Берману, что его предложения неприемлемы! Принц Кристиан– истинный наследник короны!

Парламентер поклонился капитану и пришпорил коня.

– Сегодня ваше высочество они не пойдут на приступ. – Обернулся капитан к Кристиану.

– Вот как?

– Их люди устали, понесли потери. Поверьте моему опыту, ваше высочество.

– Капитан, не желаете ли стать гранд–капитаном?

Вилей шевельнул бровями.

– О таком звании я не слышал ни разу.

– Ваши люди прекрасно себя показали. Но их мало. Мне нужно десять таких рот, во главе с вами.

– Вопрос денег и времени, мой принц.

– Деньги не проблема, а, сколько потребуется времени?

– Не менее двух сорокадневей, мой принц.

– Сегодня же займитесь этим.

– Мне покинуть крепость?

– Напишите пока что письма тем капитанам, которых знаете.

Кристиан усталой походкой вернулся в ту же комнату, из которой вышел утром. Потребовал воды. Сбросил пропотевшую, испачканную кровью одежду, тщательно вымылся без посторонней помощи. Ему принесли вина и мяса вареного.

От мяса отказался, а вино выпил все и, завалившись на кровать, забылся тяжелым сном.

Разбудил его Лорас.

– Мой принц, прошу простить меня…

– Да?

Сонно щурясь, Кристиан сел на кровати и тут же судорожно закутался в простыню.

Рядом с Лорасом стояла Хайди.

– Герцогиня…прошу меня простить…

Кристиан рукой пригладил встрепанные волосы.

Хайди не сводя глаз с Кристиана села на стул у стола. Зеленое, бархатное платье с длинными рукавами, нитки жемчуга на обнаженной шее. Тщательно уложенная прическа, серьги с жемчугом. Лицо бледное. Помада на губах от этого кажется особенно яркой.

– Я ей рассказал про ваши видения, мой принц.

– Зачем? – вырвалось у Кристиана. Он ощутил, как жар прихлынул к щекам и шее.

– Потому что ночами я вижу вас. – Тихо ответила Хайди. – Мы любим друг друга…и это прекрасно….а потом нас обоих убивают….люди Филиппа….Эти сны меня измучили…Они реальны…я помню ваши поцелуи и ваши ласки и смерть тоже помню….

– О, боже!

– Я молилась двуединому, чтобы он избавил меня от этих снов. Но ничего не изменилось. Я брежу вами, Кристиан…Я ношу под сердцем ребенка Филиппа, но думаю только о вас….

Прекрасные глаза Хайди наполнила влага. Пальцы комкают кружевной платок.

Кристиан мучительно искал ответные слова. Присутствие Лораса сковывало его по рукам и ногам.

Дверь распахнулась без стука.

В комнату ворвался герцог Филипп с секирой в руках.

Кристиан в панике сжал кулаки. Пояс со шпагой на стуле, слишком далеко!

– Хайди?! Почему ты здесь?!

Герцогиня торопливо поднялась со стула.

– Мы зашли, чтобы поддержать принца Кристиана. – нашелся маг. – Проигранное сражение – это еще не проигранная война!

– Вот как?! – возбужденный Филипп опустил секиру, повернулся к жене. – Но почему ты здесь?!

Она присела в поклоне.

– Дорогой, я жду ребенка, в этом нет сомнений. Это мальчик.

Филипп отбросил секиру в угол комнаты и подбоченясь, захохотал.

– У меня будет сын! Великолепно, милая! Великолепно! Приди в мои объятия!

Герцог сграбастал Хайди как медведь, а она через плечо мужа смотрела в глаза Кристиана.

– Великолепный день! Мы это отпразднуем! Принц, вы будете нареченным отцом моего мальчика при рождении! Пир! Все на пир!

Филипп вышел вон, таща в объятиях беззащитную Хайди. Лорас вышел следом.

Приведя нервы в порядок, Кристиан выглянул в коридор.

В коридоре оказались только два мальчика–адъютанта, немного перепуганные вторжением герцога.

– Позовите капитана Вилея! Срочно! И принесите мне хоть какую–то одежду!

Капитан появился, когда Кристиан одевался с помощью слуг.

От наемника попахивало вином. Филипп уже всех угостил?

Выгнав слуг, принц подвел капитана к окну выходящему в сторону гор. Здесь их никто не мог подслушать.

– Во дворе накрывают столы. Герцог желает отпраздновать известие о беременности супруги. – Сообщил капитан. – Мои люди стоят на стенах. В долине все спокойно.

– Очень хорошо. Когда все перепьются и уснут– принесите мне голову герцога.

Капитан отшатнулся. Кристиан шагнул к сундуку, вытащил из него золотую цепь. Протянул наемнику.

– Этого будет достаточно?

– Что я скажу своим людям?

– Скажите, что герцог предатель и это он заманил нашу армию в ловушку.

– У него людей сейчас больше чем у меня.

– Его людей не трогать, кроме тех, кто окажет сопротивление. Они тоже наемники. Я заплачу им и возьму к себе на службу.

Капитан нахмурился.

– У наемников тоже есть честь, мой принц. Вы не знаете южан.

Кристиан покраснел.

– Так вы отказываетесь?

Капитан поклонился.

– Я выполню любой ваш приказ, мой принц!

Наемник вышел, а Кристиан сжал виски ладонями.

«Что я делаю? Есть ли иной выход?»

Спустя короткое время Кристиан спустился во двор и пил вино с Филиппом при свете факелов за его будущего наследника. За столами ревели и стучали кружками в основном аргардцы. Хайди за столом уже не оказалось. По распоряжению герцога Лорас открыл для нее портал в Ружмонт. Пьяный, горланящий песни Филипп, в расстегнутым до пупка камзоле, внезапно вызвал у Кристиана не ненависть, привычную и давнюю, а жалость.

«Он умрет и не увидит своего сына. В этом моя вина и мне с этим придется жить….Что скажет Хайди?»

Поймав взгляд капитана Вилея, Кристиан отвернулся.

«Еще не поздно отменить приказ…еще не поздно…»

Сославшись на усталось, Кристиан покинул попойку, когда добрая половина аргардцев уже полегла под стол. В голове шумело, и ноги шагали не твердо.

«С завтрашнего дня между мной и Хайди никто больше не будет стоять! Она будет только моей!»

Не раздеваясь, он лег в постель, на спину и бездумно глядел на огонек свечи, пока глаза сами не закрылись.

Луч солнца пробился через окно и разбудил Кристиана. После вчерашнего вина хотелось пить и голова болела. Он сидел, тупо разглядывая свои босые ноги, как вдруг в дверь постучали.

– Да, кого там черти принесли?

В комнату вошли Лорас и капитан Вилей.

«Я забыл про Филиппа!»

– Мой принц, случилась беда! – начал Лорас. – Ночью в крепость пробрались люди узурпатора и убили герцога аргардского.

«Наконец–то это произошло!»

Кристиан ощутил, как с души камень упал.

Филиппа прихлопнули и без его участия.

– Капитан!

Вилей выступил вперед, поклонился, махнув беретом.

– Ваше высочество, на заре обходя посты я увидел на стене двух часовых мертвыми и рядом веревку, намотанную на каменный зубец.

Мои люди, поднятые по тревоге обнаружили во дворе, за конюшней, мертвым герцога аргардского….

– Это точно? Он мертв?

– Абсолютно, ваше высочество! Убийцы почти отделили ему голову от тела.

– Лазутчики пойманы?

– Их ищут до сих пор. Крепость велика и построек много. Ворота все закрыты и стража никого не выпускает.

– Лорас, извести Хайди.

– Я уже это сделал, мой принц.

– Как она…перенесла?

– Стойко, мой принц.

Уже в полдень гроб с телом Филиппа Аргардского в сопровождении трех сотен его воинов отправился в Плимутрок.

Кристиан стоял на воротной башне и смотрел вслед пока было хоть что–то видно.

Вернулся к себе и вызвал капитана Вилея.

– Вы написали письма капитанам?

– Почти, мой принц.

– Сколько людей в крепости у нас?

– Двести моих и еще сотня арбалетчиков графа Горна.

– Жив ли остался граф?

Вилей пожал плечами.

– Мертвым его никто не видел, ваше высочество.

Кристиан помолчал немного, собираясь с мыслями.

– Филипп….

– Герцог погиб как герой, ваше высочество.

– Вы нашли убийц?

– Нет.

– Продолжайте поиски. Где моя цепь?

– Она украдена, ваше высочество? – натурально удивился капитан.

Кристиан покраснел.

«Он дурака из меня делает?!»

– Я отдал ее вам…

– Но работа сделана как надо! – перебил капитан.

– Так Филипп…

– Убит вашими врагами, ваше высочество, пусть все знают только это. Герцог не предатель и он сложил голову за ваше дело.

«Так это он его убил…».

Кристиан заглянул в бледно–голубые глаза Вилея и понял все.

Спал ночью беспокойно. Филиппа больше нет, но легче на душе почему–то не стало.

Утром грохот барабанов пробудил крепость с самым рассветом.

Ряды латников Дарси выстроились от стены так чтобы стрелы не могли достать. Перед воинами вывели связанного графа Людора и поставили на колени. Палач длинным двуручным мечом, обезглавил его одним ударом. Хорошо хоть с такого расстояния не было видно деталей. Потом вывели графа Горна, также связанного. Его тоже, не смотря на сопротивление, поставили на колени. От кучки всадников в сияющих латах отделился всадник, разворачивая на скаку белый флаг. Парламентер подскакал к воротам, осадил коня.

– Граф Берман, полковник гвардии его величества Дарси Первого предлагает вам открыть ворота и сдаться! В противном случае граф Горн будет казнен также как изменник барон Людор!

– Берман с ума сошел?

Капитан Вилей усмехнулся.

– Они не решаться казнить графа Горна, он не вассал короны, он вассал герцогини Плимутрока.

– Пусть проваливает, сукин сын! – рявкнул Кристиан.

Вилей тут же перевел:

– Ваши предложения неприемлемы!

– С кем я говорю?!

– С комендантом крепости капитаном Вилеем!

– Где же ваш принц–самозванец?!

– Не грубите, юноша! – крикнул Вилей и взял в руки взведенный арбалет.

Кристиан его остановил.

– Не надо.

Парламентер задорно расхохотался и, пришпорив коня, вернулся к своим.

– Кто из них граф Берман?

– Вот тот, статный с пером белым на шлеме.

Графа подняли на ноги и отвели в глубь строя пехотинцев.

Инсценировка казни графа Горна проходила с этого дня каждое утро.

Грохот барабанов. Построение противника во главе с командирами. Связанный граф на коленях перед строем. Опять парламентер, опять отказ.

С третьего дня принц Кристиан это представление игнорировал.

Бродил по стенам, пил вино в комнате, спал, ел, опять спал.

Лорас больше не появлялся. Известий от Хайди тоже не поступало. У нее похороны и траур, она ужасно занята…

Кристиан послал одного из адъютантов в Плимутрок за мастером фехтования Маргусом. Когда он приехал, жизнь Кристиана в крепости Урвала приобрела некоторое разнообразие. Когда сам не тренировался, то наблюдал за тем, как мастер натаскивает его адъютантов.

Сержанты, посланные Вилеем в Плимутрок привели две сотни новобранцев и опустевшие загоны для скота превратились в тренировочные площадки.

Прошло десять дней. Потом еще десять дней.

Кристиан поправился и отрастил курчавую бородку. Вино пил он теперь только за ужином в компании Вилея и Маргуса. Ночами все также плохо спал, тоскуя по Хайди. Ему уже предлагали девок почище из лагеря за воротами, но он брезгливо отказался. Принц присутствовал на молебне в храме двуединого, когда к нему приблизился один из сержантов Вилея.

– Ваше высочество, граф Берман прибыл к воротам под белым флагом.

Кристиан ухмыльнулся.

– Хочет сдаться?

Он приказал открыть калитку в воротах и вышел к графу Берману один.

Увидев Кристиана, граф поспешил покинуть седло и к удивлению принца, преклонил колено.

– Ваше величество, сегодня прибыл гонец из Абейнхорта. Высший королевский совет извещает вас о смерти короля Дарси и приглашает вас прибыть в столицу, чтобы принять корону. Вот грамота, подписанная членами совета и его председателем герцогом Северским.

Кристиан онемел.

«Это ловушка! Но он именует меня как короля?! Лорасу все удалось?!»

– Когда…как умер Дарси?

– Третьего дня, ваше величество. Ему стало дурно за обедом, и он скончался еще до заката.

«Боги преподнесли мне подарок…»

– Встаньте, граф. Прошу вас войти в крепость и сообщить эти новости моим людям.

Граф поднялся на ноги. Голос его дрогнул. Самозванец за один день превратился в короля, такое трудно переварить даже опытному солдату.

– Ваше величество, я всегда только выполнял приказ короля Дарси…

– Это, безусловно, и понятно. Вы хороший солдат, граф и можете не опасаться за свое будущее. Сколько здесь у вас людей?

– Две тысячи, ваше величество.

– Пленники?

– Более шести сотен. Они будут немедленно освобождены.

– Графа Горна, Прошу отправить в крепость немедленно.

– Будет исполнено, ваше величество.

Кристиан войдя в крепость чуть ли не под руку с графом Берманом, увидел изумление на лице капитана Вилея и наслаждался этим несколько мгновений.

А дальше было триумфальное шествие.

До Абейнхорта король Кристиан добирался десять дней, потому что в каждом селении и в каждом городе его встречали ликующие толпы подданных. Устраивался пир, на который съезжались аристократы с семьями. Многие на следующий день присоединялись к армии. Лорас все время находился рядом.

Там где через реку Абейн перекинут деревянный мост, Кристиана уже ждала пышная процессия во главе с герцогами членами Высшего королевского совета, весь двор и представители всех аристократических родов столицы.

Лорас называл имена и как суфлер подсказывал, что, кому и как говорить. Кристиан все, более погружаясь в депрессия, ощущал себя марионеткой на ниточках.

К чему все это? Зачем? Если женщина, которую он любит, не может быть с ним рядом!

Лорас все сразу разъяснил.

– Старый герцог аргардский, отец Филиппа потребовал, чтобы Хайди жила у него во дворце. Это положение предусмотрено брачным контрактом.

– Когда я смогу ее увидеть?

– Не ранее чем через год после родов, когда она вернется в Ружмонт.

– Она сможет приехать ко мне в Абейнхорт?

– Я открою для не портал, как только она этого пожелает.

Восторженные горожане облепили даже крыши.

Крики восторга, дождь из живых цветов и так до самого королевского замка. Краснокирпичными стенами замок напоминал кремль.

Столы для пира были установлены не только в залах замка, но и в обширном дворе, мощеном в отличии от пыльных городских улиц.

Здесь, в воротах замка Кристиан преклонил колени перед священниками, благословившими его от имени двуединого бога.

Далеко за полночь, оглохший от криков и здравниц Кристиан запросился от стола в покои. Его торжественно под руки отвели в королевскую опочивальню, раздели, умыли, помыли ноги и уложили под атласное одеяло, под парчовый балдахин.

Внезапно, впервые за десять дней он остался один в полной тишине.

Потрескивая, горели белые свечи в канделябре чистого золота. Пышность обстановки резала глаза. Все было чересчур в золоте, в завитушках, пышно и пошло. Бордель, султанский гарем, будуар капризной миллионерши….

«Переживу еще коронацию и я стану королем,…Неужели этот бред на самом деле?!»

Пышные, разгульные пиры продлились еще два дня. Подготовка к коронации шла полным ходом. От желающих показаться на глаза новому королю оказалось неимоверно много. Кристиан по своим ощущениям превратился в марионетку королевского церемонейместера графа Гудруна. Седой, плешивый старичок имел огромную власть в замке и в городе. Глава многочисленного семейства, он был церемониймейстером еще у Арнольфа Первого. Его дети, внуки и племянники занимали множество должностей при дворе. Одну из племянниц–сисястую сдобную девку попытались подложить Кристиану в первый же вечер.

Пришлось наорать и на девку и на старичка Гудруна. С девками отстали. Пока.

– Я целый день под присмотром у Гудрунов! – жаловался Кристиан Лорасу, когда то иногда появлялся во дворце.

С самого приезда Кристиан не видел Вилея, Маргуса и графа Горна. Их оттерли куда–то в задние ряды, так что с трона не увидеть.

– Вы ради этого меня вытащили в Мир? Чтобы я стал игрушкой Гудрунов?!

– Не капризничайте, ваше величество! – усмехнулся Лорас. – Вот получите корону–можете назначать во дворце других людей на почетные должности хранителей королевской чаши или стремянных.

– Есть и такие должности?

– Есть даже почетный хранитель вашего ночного горшка.

– Ну, это чересчур! – взорвался Кристиан.

– Канализации здесь нет, так что сами горшок за собой будете выносить? – хихикнул маг.

Поскольку Гудрун присутствовал при кончине короля Дарси, Кристиан позвал его вечером в свой кабинет и расспросил о подробностях.

– Куда же подевались жена и дети покойного короля? Мне их не представили.

– Вдовствующая королева приняла монашество в монастыре Плачущих дев.

– А дети?

– Они пережили отца только на один день. Стремительная лихорадка свела их в могилу в один час.

«Что–то тут не так!»

Мысль о том, что Дарси и его детей убили, не давала Кристиану покоя.

В следующий визит Лораса он задал ему вопросы об этом происшествии. Маг развел руками.

– Мне ничего об этом не известно, ваше величество.

Коронация – пышная и утомительная церемония в главном соборе Абейнхорта вымотала Кристиана так что, когда корону опустили на его голову, она показалась тяжелой как кирпич, так что шею заломило. На коронации присутствовала и монахиня Габриель, смотрела на Кристиана с материнской гордостью из первого ряда.

Опять пир, обжираловка бесконечная. В Семиречье обожали в течение одного пира подавать на стол до двух сотен разных блюд. Так что попробовать каждое было явно выше человеческих сил.

«Когда Хайди снова увидит меня, я стану толстяком килограммов на сто пятьдесят!»

После коронации Кристиан встретился со всеми герцогами королевства и всем гарантировал сохранение их привилегий.

Успокоенные герцоги разъехались по своим маркам.

Кристиан расхаживал по кабинету короля, уныло косясь на толстые тома священных книг. Разве Дарси был настолько фанатичен в своей вере?

А может он замаливал вину за убийство Арнольфа Второго?

Наконец на двадцатый день после своего приезда в столицу Семиречья Кристиан ощутил, что поток просителей уменьшился, и приемы можно сократить. Отказавшись от выезда на охоту, он велел позвать придворного врача, того, что был при короле Дарси. Оказалось, что врач умер через пару дней после короля, утонул, купаясь в реке.

Выругавшись, Кристиан приказал найти и привести капитана Вилея.

Капитан незамедлил появиться, но не один, а с молодым аристократом.

– Ваше величество, я осмелился привести с собой моего друга–барона Куна. Он может вам сообщить очень важные сведения.

Барон Кун поклонился королю и покосился на раскрытую дверь. Там, в коридоре торчали фигуры гудруновской родни.

– Прикройте дверь, капитан. – Распорядился Кристиан и предложил визитерам присесть.

Утром, назначенный бригадиром гвардии Вилей произвел аресты среди семейства Гудруна.

Их даже пытать не пришлось.

Сыновья Гудруна признались в том, что отравили короля Дарси, подав яд за обедом в бокале с вином. Они же в тот же день задушили детей покойного короля. Королеву трогать не решились, она же сестра нынешнего герцога Хармунда!

Убийцы таращили глаза и в один голос твердили, что все сделано во благо Кристиана по заданию мага–хранителя Лораса.

Сам Лорас в очередной раз исчез, поставив Кристиана в сложное положение.

Предать все огласке и казнить убийц? Или удалить всех Гудрунов из замка и сделать вид, что ничего не было.

– Без казней не обойтись, ваше величество! – говорил Вилей. – Старый паук Гудрун во главе всего стоит.

– Он не признался.

– Вы верите, что эти его туповатые сынки сами устроили заговор против королевской семьи?

– Не верю.

– Казните и старика и его сынков. В Абейнхорте уважают жестоких правителей.

– Я не хочу начинать правление с казней.

– Помиловав Гудрунов вы покажете слабость и да хранят вас тогда боги! – настаивал наемник.

Ночью с бароном Куном Кристиан спустился в крипту собора, что стоял на территории королевского замка. Приказал снять крышки с гробов Дарси и его детей.

Холод в крипте царил отменный, как в хорошем холодильнике, несмотря на жаркое лето там, наверху.

Может потому что крипта располагалась очень глубоко, рядом с ледяными подземными водами?

Разложение не коснулось тел.

Почерневшее лицо Дарси подтверждало версию об отравлении.

Принц и принцесса, были задушены. След от веревок на тонких белых шеях четко виден.

Принцу было лет двенадцать, принцессе около десяти. Лежали, словно не мертвые, а спящие.

Кристиан поежился от холода, проглотил комок в горле.

«Этих детей убили не Гудруны, их убил я!»

На следующий день в замке объявили повеление короля Кристиана: граф Гудрун и его два старших сына отправлялись в хартумский монастырь на покаяние. Прочие члены семейства изгонялись не только из замка, но и из столицы, под страхом смерти им было запрещено возвращаться.

Пергаменты с допросными листами Гудрунов Кристиан велел отправить Хартумскому герцогу.

– Мудрое решение, ваше величество. Герцог сам покарает убийц своих племянников. – Одобрил барон Кун, назначенный новым церемониймейстером.

Бригадир Вилей саркастически хмыкнул.

Король Кристиан взялся за реформы.

Сократил в четыре раза количество должностей при дворе.

Чтобы обойти запрет Великой хартии, Кристиан приказал бургомистру Абейнхорта посадить городскую стражу на коней, получив одним махом почти три полка конницы.

В столице были мощены только улочки Белого города. Глухие каменные заборы в нем Кристиан приказал снести, а аристократам рекомендовал ставить кованые из железа. Пусть не прячутся за заборами как бирюки!

Кристиан приказал мостить все основные дороги, ведущие через ворота к королевскому замку.

Черный город ограждала деревянная стена по земляному насыпному валу.

Вместо нее Кристиан приказал возвести кирпичную.

Разнообразные подати было приказано отменить в пользу единого подушного налога. Селян от уплаты налога освободили совсем.

Бедные деревенские лачуги, что видел Кристиан по пути в столицу произвели на него надлежащее впечатление.

Кристиан начал формировать налоговое ведомство, рассчитывая в будущем обложить налогами с оборота всех торгашей, а налогом на землю аристократию.

Все кабаки в черном городе были выкуплены в казну. Пьяницы должны набивать карманы короля, а не кабатчиков.

Все это не привело к наполнению казны, а совсем наоборот.

Коронный казначей–граф Суган представлял отчет каждое утро, морщился и вздыхал.

– Зато в Абейнхорте нет голодных и попрошаек! – весело заметил Кристиан.

– Ваша, правда, ваше величество.

Нищебродов и попрошаек согнали на городские работы: мостить дороги и возводить стену. Там всех кормили каждый день до отвала. Кристиан сам за всем следил, каждый день с небольшой свитой объезжая столицу.

Проворовавшихся чиновников драли на площадях кнутами и выгоняли из столицы вместе с семьями.

Народу нравился справедливый и молодой король, так что каждый день в свой адрес Кристиан слышал на улицах только восхваления.

– Народ любит вас, ваше величество! – то и дело твердили придворные льстецы.

Королю не хватает королевы.

Об этом говорили по всему городу и далеко за пределами. Многие незамужние девицы засыпали в сладких мечтах о молодом короле.

Барон Кун попытался представить Кристиану новых фрейлин из лучших домов Абейнхорта.

– Нет королевы–фрейлины не нужны! – отбрил Кристиан и велел отправить девиц по домам.

Он не мог забыть Хайди и лелеял мысль заказать художнику в Плимутроке ее портрет.

Молодой король прогуливал молебны, не ездил на охоту, зато приказал закупать книги для библиотеки и совсем не священные тексты.

Прошли три сорокадневки. Пришла зима со снегом и морозами, совсем как на земле…

Рано утром Кристиана разбудил звон колоколов. Суматошный, со всех концов города.

«Вроде не праздник?»

Кристиан подошел к окну и замер. Через ворота и заснеженную площадь к главному зданию замка валила вооруженная толпа. Пики, секиры, мечи…

Люди ревели что–то неразборчивое, потрясая оружием. Знакомые морды гудруновских отпрысков мельтешили там и сям.

«Мятеж?!»

Кристиан быстро оделся, выхватил шпагу из ножен, подбежал к двери. В большой комнате для малых приемов вопреки обыкновению не оказалось дежурных наемников из роты Вилея. Пусто и тихо.

«Куда все разбежались?»

Кристиан вышел в тронный зал и здесь никого.

Издалека доносился шум толпы и удары. Ломали двери.

Кристиан вернулся в спальню и забаррикадировал дверь мебелью. Подошел к окну.

Его силуэт заметили. В окно второго этажа полетели стрелы и копья.

Осколок стекла резанул по щеке. Кровь закапала на пол.

– Самозванец! Выходи бляжий сын! Выходи! – орали со двора. Копье влетело в окно и вонзилось, дрожа в наборный пол.

– Это заговор… – прошептал Кристиан.

– Ты прав, мой мальчик.

– Лорас, я так рад! Ты здесь! Что случилось? Ты построил портал? Как?

Маг, стоя рядом с овальным порталом, дружески улыбнулся.

– Твоя кровь. Ты не сын Арнольфа, ты сын Воракса. Габриель во всем призналась. Арнольф был бесплоден. Твоя кровь попала на пол и пробила брешь в заклятии Воракса. Когда ты умрешь и кровь зальет эту комнату, заклятие исчезнет полностью.

Кристиан не поверил своим ушам.

– Ты хочешь моей смерти?!

– Не хочу. Но по иному не выйдет. Прощай, Кристиан, сын Воракса.

Овал погас, а об окно ударилась лестница верхним краем.

Первого, кто влез в окно, Кристиан проткнул насквозь. Второму разрубил лицо. Третьему проткнул шею.

А потом полезли густо люди в доспехах из роты Вилея.

– Мразь! Изменники!

Кристиан пропустил удар и рука онемела. Шпага выпала на пол.

Копье с хрустом вонзилось в грудь. Он закричал от нестерпимой боли, но кровь хлынула в горло и заглушила крик.