Текст книги "Любимец Фортуны (СИ)"

Автор книги: Алексей Самылов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 10

Очень худой человек протиснулся из дома на улицу. Он был очень странно одет. Длинная нательная рубаха, явно ему не по размеру. Без штанов и даже без обуви, что вообще удивительно в этом холодном месте. Никакой накидки. Но в руках серьёзное оружие. Тилглис воина Веера эри. Оружие специфическое и очень дорогое. Странное сочетание внешнего вида и такого вооружения.

Перед человеком был заснеженный дворик. Снег был изрядно истоптан, как следами от ног, так и круглыми отметинами. Такие следы оставляют Белые Пауки.

Человек не торопился. Он оглядывался по сторонам, сжимая тилглис. Окидывал внимательным взором окрестности. Дома, улицу. Потом глубоко вздохнул, словно нырять собрался.

Он не пошёл через дворик. Двинулся по его краю. Шёл тихо, осторожно, снег под ним не скрипел. Оставив цепочку следов, человек добрался до улицы. Тут он остановился. Резко, на шаге. Опустил ногу. Смотря на снег перед собой, он повёл головой.

А потом он рванул с места, превратившись в смазанный рисунок. Только снег взметнулся на том месте, где он стоял. И тут же в этом месте, практически бесшумно материализовался огромный белый паук. Пуф! Словно под дыханием великана, снег поднялся облачком. И тут же это облачко было разорвано. Паук тоже исчез.

Чуть дальше по улице появилось ещё одно облако снега. Ударив и промазав, паук рванул следом за убегающим человеком, который снова перемещался быстро, но всё же уступал пауку. Новая атака. И в этот момент человек снова «смазался», избегая удара. И паук, пролетев по инерции, врезался в угол дома. И тут же вновь исчез. Деревянный треск. Одна стена завалилась, а следом вниз посыпалась крыша.

Человек двумя «мазками» добежал до целого дома и вломился внутрь. А паук возник на доме.

Он тут же начал лупить ногами по дверному проёму, по окнам. И быстро защёлкал. Примечательно, что на хитине паука, снизу на брюхе, имелось малиновое пятно.

Щёлканье вдруг стало очень быстрым и сердитым. А одна нога у паука… Её часть отсутствовала и с культи брызгала кровь. Паук спрыгнул с дома… Точнее, «перелился» с крыши на землю, причём оказался чуть подальше. А потом он рванул и со всего маху прянул в стену, проламываясь внутрь.

Человек рыбкой вылетел через окно наружу. Короткий рывок, он оказывается сзади паука и вонзает в противника тилглис. И тут же бросается прочь. Причём, просто бегом и явно не бодро, а как-то кособоко, сильно наклоняясь вперёд. Дом словно взрывается, разлетаются во все стороны камни, под яростное и громкое стрекотание. Пыль закрутилась, когда паук исчез. Падают на землю мелкие камешки, оседает пыль. Остатки плоской крыши проваливаются вниз. От дома осталось буквально две стены.

Человек всё же рванул. Да так, что тоже почти исчез. Они возникают одновременно, почти в том же месте, откуда начали. Серый от пыли Белый Паук. И человек. В пауке, прямо между алых бусин передних глаз, торчит тилглис. Его лезвие ушло в хитин по самую рукоять.

Человек выглядел страшно. Левая половина лица покрыта кровью. Левая же рука висит верёвкой. Рубаха буквально в лоскуты превратилась. Левый рукав и вовсе оторван.

Паук дёрнулся, пытаясь, видимо, всё же дотянуться до человека. Но ноги его подломились, и он грохнулся на землю. Человек облегчённо выдохнул.

Упершись ногой в поверженного противника, он рванул тилглис на себя. И, не удержавшись на ногах, сел, помотал головой. Отпустив рукоять оружия, он порывистым жестом загрёб снега и буквально бросил его себе в лицо. А потом загрёб ещё и набил снега в рот.

Выплюнутый снег был розовым. Человек, опираясь на тилглис, поднялся. Так и не поднимая оружие, он, опираясь на него, сделал шаг. Потом второй…

* * *

Потрескивал костёр. Артур лежал неподвижно, его грудная клетка медленно вздымалась и опадала.

«Хороша воительница» – мрачно думала Танатрия.

А человек, который даже и не воин… Пошёл и убил Белого Паука. Убил, Танатрия, когда затаскивала Артура, видела поверженного монстра. Это был такой же или даже тот же, с которым столкнулись они с Астерионом.

Человек был плох. Паук его сильно помял. А как Артур смог, Танатрия поняла, когда снимала с него рубашку. Под одеждой были два красных кристалла, который Артур сунул под пояс. То есть, человек, не воин, пошёл и сжёг себя. Пока она, воин Веера, отсиживалась за его спиной. Танатрия скрипнула зубами. Но кто же знал, что он вот так поступит?

«Или ты попросту предпочла не заметить?»

Если бы она знала, что у него есть цайроны… Вдвоём они могли бы… Да, что теперь говорить. Тана тяжело вздохнула. И чуть дёрнулась.

Потому что Артур резко сел. Огляделся диким взглядом. Потом увидел Танатрию.

– Вода, – просипел он.

Танатрия тут же развернулась, схватила фляжку, открыла и подала Артуру. Парень, схватив фляжку, жадно присосался к горлышку.

– Еда. Дать.

Танатрия, не обращая внимания на боль в животе, поднялась, дошла до своего вещмешка. И, вытащив весь мешочек с мясом, вернулась. Раскрыв побольше горловину, она протянула мешок парню. Тот взял пластинку и, сунув её в рот, тут же лёг.

«Он был без доспеха. Без обуви даже» – снова начала корить себя Танатрия.

Артур же вскоре снова мерно засопел. Он лежал больше на правом боку, повернув голову к костру. Танатрия обтёрла его лицо, когда затащила с улицы. На щеке слева начиналась резаная рана. Она проходила рядом с глазом и уходила на голову. А левая рука… Там вообще какое-то месиво. Такое ощущение, что содрали кожу.

Не впервые Танатрии видит раны. Да и на убитых насмотрелась. В том числе и расчленённых. Но впервые при этом было так гадко на душе.

«Бегать мочь? Два мертвец лучше, чем один?»

Так он высказался, на предложение помощи. И, проклятье, был абсолютно прав. Какое бегать, она ходит с трудом. Только в качестве приманки бы и могла пригодиться.

«Кристаллы!».

Танатрия вспомнила, что делал Артур. Она тут же поднялась. Вот его поясная сумка. Тана опустилась рядом с парнем, вытряхнула кристаллы.

«Три азура?» – она с удивлением посмотрела на человека.

Таких больших синих кристаллов она вообще никогда не видела.

«Так, это потом!»

Тана вложила в левую ладонь Артура найтрум и все марагды. Подумала. И положила жёлтый на живот. Она видела, целители так делают.

«Это что, сайгеры?» – снова удивилась Танатрия, увидев чёрные кристаллы.

Один небольшой, второй побольше. И третий совсем какой-то… нереально здоровый. Она видела его, но когда держишь в руках…. И это был именно сайгер, хоть и необработанный.

Тана посмотрела на Артура. Покачала головой.

«Это где же ты побывал?»

* * *

«Чтоб я ещё раз такой хренью занимался!»

Вот какая мысль пришла первой, когда Артур вновь вернулся в эту реальность. В памяти остались вспышки, когда он приходил в себя. Остальное время он валялся в забытьи. Но сейчас, кажется, отпустило.

Когда он сел, с него что-то упало. Собрав глаза в кучу, Артур увидел лежащий рядом жёлтый самоцвет. В левой руке ещё кристаллы.

Артур попробовал пошевелить левой рукой. Пальцы дрогнули. Так, хотя бы работает. На сгибание конечность отреагировала тягучей болью. Но всё-таки движение есть! Вот это хорошо!

– Гратас нокаши.

Танатрия, протянувшая ему фляжку, кивнула. Артур же приник к горлышку.

«Прям как в ресторане» – про себя усмехнулся он, когда вслед было предложено сушёное мясо.

Он взял пластик, положил в рот.

«Дрова почти закончились» – отметил он.

– Сколько… прошло? – спросил Артур.

– Три дня с сегодняшним, – ответила Танатрия.

Артур кивнул.

«О, заболело, – слегка поморщился он. – Значит, ещё живой».

– Как рука? – спросила Танатрия.

– Шевелится, – ответил парень.

– Хорошо.

«Если будет ещё один такой паучок… То это будет финиш. Полный».

Артур вспомнил, что ему ещё и по роже прилетело. Он поднял правую руку, потрогал. Нащупался нехилый рубец, да ещё и болезненно реагирующий на прикосновение.

– У тебя какой дар? – спросила Танатрия.

Артур вопросительно посмотрел на неё.

– Я имею в виду ёмкость, – уточнила эри.

Парень пожал плечами.

– Ты два цайрона использовал, – со строгим лицом заметила Танатрия. – Ты и без ран… Встать должен был дней через пять.

– Цайрон это есть… м-м, кристалл цвет мясо?

– Да, красные, – кивнула Танатрия.

– Крас-ные. Ясно. Цай-рон, – Артур покивал. – Другие как назвать?

– Белые…

– Это знать. Черный знать. Другие.

– Синие – азуры. Зелёные – марагды. Жёлтые – монатры.

Артур негромко повторил эти названия.

– Знать, для чего надо они?

По лицу Танатрии промелькнуло недоумение. А потом она, видать, вспомнила легенду Артура.

– Ну, я много не расскажу, – нахмурилась дама. – Я же их применяю, а не изучаю. Азуры в оружие вставляют. С ними куда проще по монстрам работать. Обычное даже отскочить может. Паука, например, обычным не пробить.

– Грата этра тилглис.

– Да какое спасибо⁉ – вдруг неожиданно бурно возмутилась Танатрия. – Это я должна была…

Девушка, хмурясь, что-то процедила.

– Тилглис… друга твой не найти. Сразу… паук.

Дама так зыркнула в ответ, что Артуру захотелось немедленно пойти искать.

– Эм, кристаллы, – напомнил парень.

Танатрия несколько мгновений сидела, сердито сопя.

– Маги ещё азуры в свои скипетры там или посохи вставляют, – заговорила она, наконец.

– О, маг. Что делать маг?

– Ты вообще ничего не помнишь?

– Слова не знать, – напомнил Артур.

– Кубаро ливара, – покачала головой Танатрия. – Ни разу о таком не слышала.

– Теперь слышать… слышала.

Девушка слегка усмехнулась.

– Маги что-нибудь во врага могут бросить, – ответила она. – Камни или типа того. Многие с собой шарики носят, железные, ножи или что-нибудь типа того. Также они могут предварительно ослабить монстров. Чтобы те были медленнее и податливее.

– А целитель?

– Это ты помнишь?

– Нет. Хана говорить.

– Хана?

– Не… м-м, важно. Целитель?

– Лечит, само собой, – ответила Танатрия. – И поддерживает. Это их самые главные функции. Может, как и маг, ослабить. Целитель, в общем-то, тоже маг, только у него набор кристаллов под поддержку и лечение. Ну, и понимать надо, как человек или эри устроен.

– Эри устроен не так?

Танатрия прищурилась.

– Физически различий не много, – ответила она. – Дело в пране. Там больше всего отличий.

– Фи-зи-чес-ки… что не так?

Дама ещё раз смерила Артура неверящим взглядом. Потом открыла рот и оскалилась.

– Понятно?

«Так эри – это вампиры что ли?» – оценил Артур факт, что клыки у Танатрии чуть длиннее, чем у людей.

– Эри кровь пить?

– Что? – ошарашено спросила девушка. – Зачем?

– Простить. А что ещё?

Танатрия смерила парня недоумённым взглядом.

– У нас значительно больше одарённых. И эри в среднем сильнее людей. И детей от вас быть не может.

Артур кивнул, показывая, что понял.

– Люди только в длине… ладно, – хмыкнула Танатрия. – Кристаллы?

– Да.

– Красные – монатры. Ты уже, я вижу, понимаешь, для чего они нужны. Ещё маги их в посохах иногда применяют, для усиления своих манипуляций. Марагды – больше всего для снятия усталости и лечения. Монатры – чтобы ходить в андоны.

И Танатрия показала левую руку. Браслет. И в нём жёлтый самоцвет.

– Без этого никто не ходит, – пояснила девушка. – Одарённый ещё может часов шесть-семь вытерпеть. Если андон слабый, то больше, но не дольше дня.

– Обычный человек?

– Полчаса-час и разум сгорит. Так и получаются живые мертвецы.

– Ясно. Почему тилглис – хорошо?

А вот на это девушка вообще ничего не возразила. Встала, кривясь при этом, дотянулась до оружия, которое было к стенке прислонено.

– Тут, – сев обратно, Танатрия положила тилглис на колени и постучала по рукояти. – Найтрум. Внутри рукояти проходит золотой сердечник.

Девушка провела пальцем до гарды. Потом дальше, до синего кристалла.

– Азур я тебе говорила, для чего нужен, а белый его усиливает. Этот тилглис сделан под меня. Расстояние между найтрумом и азуром точно такое, какое нужно для именно для этих кристаллов: пять пилмаи и два они. От этого размера и сделана длина этого тилглиса.

Артур наморщил лоб. «Они» – это пальцы.

– Пилмаи, что есть?

Танатрия показала ладонь.

– Пять пальцев.

– Ясно, – кивнул Артур.

– Вот это расстояние – чем точнее подобрано, тем лучше эффект от азура, – продолжила Танатрия.

Она повернула лезвие плоскостью к Артуру.

– Сердечник и рукоять – из лоора, – продолжила девушка. Верхний слой из таментина. А лезвия из астерита. Это практически идеальное оружие, но чтобы применять его правильно, нужно долго учиться.

– Ты – иметь. Ты – долго учиться?

Танатрия сначала слегка улыбнулась. А потом нахмурилась.

– Да, долго, – ответила она. – Долго…

Девушка, видимо, вспомнив что-то неприятное, вообще в грозовую тучу превратилась.

– Тебе надо… эм, месть, – произнёс Артур. – Мне плевать, идти куда. Идём месть?

Танатрия посмотрела на него.

– Сначала, нужно отсюда выбраться, – произнесла она. – И… Я не могу. Я думаю, это будет очень опасно.

– Ты защищать.

Девушка хмыкнула.

– Сначала отсюда выберемся, – произнесла она. – Потом… Там решим.

– Воин – лучше жить? – спросил ещё Артур.

– В каком смысле? – не поняла девушка.

– Не воин – бедность? Воин – много кушать?

– Если так, то воином быть лучше, да, – кивнула она. – В поле много не заработаешь.

– Лучше станет когда. Мне, тебе. Учить? Как воин быть?

– Тебя?

Артур кивнул.

– Ну, в принципе, – задумчиво произнесла Танатрия. – Можно. Да.

– Я сам уметь – ты отдавать долг. Это же жизнь.

Теперь Танатрия совсем задумалась.

– А ведь ты прав, – изрекла она, после длинной паузы. – Да, Путь Листа… это жизнь. Что же, договорились. Человек Артур.

* * *

Чуть больше дня спустя

Двое стояли около убитого паука. Один мечом отпиливал у него ноги, время от времени отдыхая. Рядом стояла рослая эри, опираясь на тилглис, при этом прижимая руку к животу и чуть согнувшись.

– Ты что, это есть будешь? Серьёзно?

– Я уже ел, – откликнулся худющий человек. – Всё ещё жить.

– Нет, я слышала, что мясо монстров едят, – заметила Танатрия. – Но чтобы пауков?

– Норма, – заверил Артур. – Вкус… Без вкус. Но насыщать. Внутрь есть мясо. А потом это дрова.

Наконец, последняя, уже ранее укороченная нога, поддалась на настойчивые, хоть и прерывистые усилия человека и отделилась от тушки. Человек засунул меч в петлю на поясе. Несколько неловко, только правой рукой, загрёб лежащую на снегу, рядом с тушей, «поленницу» из конечностей паука.

– Страшно представить, что будет, когда ты доберёшься до нормальной еды, – произнесла Танатрия, двинувшись вслед за парнем к дому.

– О, да, – откликнулся Артур. – Я буду много есть. Всё. Я воин быть хотеть – потому что много есть.

– Такой мотивации я ещё не слышала, – хмыкнула Танатрия.

Она двигалась вслед за парнем почти спиной вперёд, контролируя… точнее, успокаивая себя, что контролирует тыл.

Зайдя в дом, Артур свалил отрубленные ноги около костра. А потом вернулся к двери. Совместными усилиями они придвинули массивную мебель на место.

– Слабость бесит, – Танатрия буквально рухнула на облюбованное ею место в углу.

Она там сложила мешки и вещи, чтобы спина не мёрзла.

– Истина, – кивнул Артур, садясь у костра.

Танатрия взяла выданные ей найтрум и марагд (зелёный кристалл) в левую руку.

– Нужен целитель, – вздохнула девушка. – С такими кристаллами, он бы за день на ноги поставил.

– Такими? – вопросительно поднял брови Артур.

– Твои очень большие, – произнесла эри. – Я такие пару раз только видала. Их огранить правильно и вообще будет спленда.

– Спленда – это значить, очень хорошо? – Артур же продолжал учить слова.

– Да, – кивнула Танатрия. – Слушай, а как это… Учить по новой слова? Я даже себе представить такого не могу.

– Не знать – хуже, – заметил парень. – Я долго не говорить.

Он потрогал горло.

– Ни звук. И не понимать слова. Было… Больно.

– В смысле, ты был немой что ли?

– Ни звук. Совсем, – Артур жахнул ногой паука о камень.

Раздался треск. Парень ударил ещё раз.

– Просто не мочь. Молчать всегда, – добавил он.

И загнал нож в трещину. Хитин лопнул между суставами, обнажая длинную «колбаску» мышцы.

– Ты прям, коллекционер всяких… особенностей, – заметила Танатрия.

– Путь – веселье, – согласился Артур, с ухмылкой.

– Слушай, а тебе вообще босиком не холодно?

– Холодно. Но нет… м-м, замёрзнуть. На снег больше двигаться, тогда норма.

– А паук-то прям матёрый. Ты как его убить умудрился? Он же двигается, словно исчезает.

– Бить прямо, – Артур ткнул разделываемой ногой. – Он напороться. А до этой – быстро бегать.

Он потёр левое плечо, поморщившись.

– Но не всегда успеть.

Артур, зажав лапу паука ногами, поддел ножом мышцу и вывернул наружу.

– Вот. Есть, – произнёс он. – Будешь?

– Надо, – вздохнула Танатрия. – Сушёное нужно экономить.

– Я жарить тогда…

… Фляжки, в которые они набили снега, лежали у костра. Но не прям возле, они же в кожаных чехлах.

– Хух, дрянь какая, – скривилась Танатрия. – Ты точно это ел?

– Да, – ответил Артур, осторожно откусывая. – Мне без вкуса.

– Да ты чё? – женщина вздохнула. – Я будто ила наелась.

И снова откусила. Пару раз жеванув, она проглотила кусок. Прислушалась к себе.

– Ну, обратно вроде не идёт, – резюмировала она. – Теперь понятно, почему их не жрут. Артур. А ты же ещё лапы волчьи притаскивал? Это мясо как? Кстати, а волка ты как убил?

– Он прыгнуть – я убить, – отозвался парень. – На вкус…

Честно говоря, жареное волчье мясо изрядно отдаёт какой-то… химией, что ли. Будто сбрызнули растворителем.

– Другое, – продолжил Артур.

– Но, я так понимаю, тоже не шиамог вырезка?

– Шиамог. Что есть?

– Амог. В телеги запрягают. Но на еду, конечно, идут не такие.

«А, те быки. Значит, шиамог – это бычье».

– Это вкусно? – с интересом спросил Артур.

– Да и весьма, – усмехнулась Танатрия. – Пласт мяса в палец толщиной, обваливают в крупной соли и жарят на решётке. М-м!

– Хотеть, – решительно заявил Артур. – Ещё что?

– А?

– Ещё еда, какая есть?

Танатрия усмехнулась.

* * *

Несколько дней спустя

Они вышли налегке, только с оружием. Потому что собирались вернуться.

– Туда, – показала Танатрия.

В ту сторону, в которой был андон, по которому она сюда пришла. Начать решили с этого.

Над ними было чёрное небо. Они специально решили выйти ночью, потому что, со слов Танатрии, в этом время монстры менее активны.

– Река там, – показал Артур ровно в противоположную сторону.

Танатрия кивнула.

– Быстро не идти, – добавил парень. – Я не очень быть ещё.

– Тут все такие, – усмехнулась девушка. – Идём.

– Сначала дом, где тилглис.

Танатрия кивнула. Они спустились с крыльца. Дошли до дороги, где лежала безногая туша паука.

– Второй, – Артур показал через улицу.

Эри чуть сощурилась, рассматривая. И увидела припорошенную снегом тушку второго паука. Раза в три меньше первого. И тоже без ног.

– А первый, похоже, отъелся, – процедила Танатрия.

Скорее всего, съев Астериона. Монстры растут, когда едят. Чем больше едят, тем становятся больше или сильнее. Или и то, и другое. И диета в виде одарённых – наилучшая для них тема.

Они прошли шагов пятьдесят в сторону реки, пройдя мимо практически полностью разваленного дома. И подошли к другому, с провалённой крышей.

– Тут.

Артур покрутил пальцем над головой. Танатрия кивнула. И парень вошёл через дверной проём.

И буквально чуть не сразу вышел. С тилглисом. Тилглисом Астериона.

– Криво, – пожаловался Артур, показывая оружие.

Конкретно, рукоять согнулась. Немного, но этого хватило, чтобы деревянные накладки сорвало. И они торчали теперь через кожу оплётки.

– Это можно поправить, – уверенно ответила Танатрия. – Пока же можно и так. Работать будет.

– Это есть хорошо, – кивнул Артур. – Идти. Андон.

– Да.

А когда они подошли к краю посёлка, повалил снег. Внезапно и густо. И небо стало не чисто тёмным, а тёмно-серым.

– Далеко не отходи, – произнесла Танатрия, остановившись. – Если остановился, сразу кричи.

– Да, – кивнул Артур. – Стоп. Крик.

– Я думаю, вообще не стоит сегодня, – добавила эри. – Мы тут потеряться можем.

– Тогда назад. Потеряться плохо.

И они развернулись. А когда прошли шагов сто, Артур коснулся плеча Танатрии.

– Монстр, – коротко произнёс он. – Где-то рядом.

– Ты их чувствуешь? – деловито уточнила Танатрия.

Качество у одарённых всегда имеющееся. Вопрос в том, на каком расстоянии одарённый чует монстров. Маги и целители, в силу своей специфики, способны это делать на довольно больших расстояниях. К сожалению, Танатрия этим не могла похвастаться. Максимум шагов девять-десять.

– Да.

– Где?

– Не знать. Не понять.

– Ты туда смотри, я туда.

И они, встав спиной к спине, напряжённо всматривались в белое марево.

– Всё ещё? – спросила Танатрия.

– Ближе, – ответил Артур.

Танатрия облизала сухие губы, держа тилглис перед собой, лезвием вниз. «Вторая стойка, оборона».

Всё случилось, как это и бывает, внезапно. Она тоже ощутила присутствие монстра. И тут же практически перед носом материализовался в прыжке белый волк, разинувший пасть в беззвучном оскале. И руки сработали сами. Удар вверх наискосок, с выбросом праны. Отброшенная ударом туша рухнула слева, а лезвие перечеркнуло пространство горизонта и тилглис замер вверху, рядом с головой. Дальше по связке должен был идти удар подтоком. Но врагов не было.

«Хорошо, что на меня».

Танатрия покосилась назад.

«Ого».

Артур вытаскивал лезвие из второго волка. Поменьше размером, считай минимального. Умные твари. Распределились по уровню силы.

– Ещё? – коротко спросила Танатрия.

– Нет, – ответил парень. – Тащим. Один.

– Зачем? Ах, да.

– Я тащить. Ты смотреть.

Артур схватил своего волка за лапы. И стал пятиться, волоча тушу за собой. Танатрия шла рядом, бросая взгляды по сторонам.

Вскоре их фигуры стали лишь тенями в белом мареве. И, наконец, полностью растворились в белой мгле. Волк, убитый эри, красил снег под собой кровью. Через некоторое время из марева вынырнул ещё один волк. Большой. Постояв некоторое время, волк подошёл к убитому собрату. Раздался треск рвущейся плоти, волк рванул головой, а потом, закинув башку, проглотил кусок оторванного мяса…