Текст книги "Любимец Фортуны (СИ)"

Автор книги: Алексей Самылов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Глава 9

Интересная дама. Белые волосы, бледность. И красные зрачки. Не рыжие, не похожи на красные, а прям два раскалённых угля. Ярко-алых. Как там она сказала? Эри? Причём, в таком уверенном тоне, словно подчёркивала, что есть эри, а есть все остальные люди. Попахивает расизмом.

С другой стороны, в свою сторону Артур не почувствовал никакого небрежения. Не было такого явлено, ни одним жестом, ни мимикой. А уж этот её долг… И вот это тоже. Она не морщилась, не выказывала, что ей придется, прям через себя перешагивать, признавая долг человеку.

Так что, скорее всего, имеем дело с какой-то отдельной общностью, которая реально отличается от общей массы. Опять же, у дамы сей очень правильные черты лица. В сочетании с бледностью прям аристократический образ. Красивая женщина, в самом деле. И это притом, что она воин. Это к тому, что красотки крайне редко выбирают такую стезю, где нужно чем-то физически тяжёлым заниматься. Выходит, что у эри есть женщины ещё красивее? Или мы имеем дело с уникумом, которая решила плыть против течения?

Артур поворошил палкой угли в костре.

«Что же. Нужна еда».

Тут одна проблемка выпятилась. Он теперь постоянно хочет есть. И не просто есть, а жрать. Поглощать. Набивать брюхо. Только вроде поешь, живот прям круглый, вставать тяжело. Пара часов и голод возвращается. И это не мягкое желание покушать, а свирепый воющий о своём желании хищник. Похоже, организм, после такого стресса, решил, что если есть возможность, надо запасать. В промышленных объёмах. И да, мясо добытое накануне, включая остаток туши, как выяснилось, снежного волка, Артур добил буквально за утро. Уже три раза поел, а прошло всего где-то полдня. И воду по пути всю выпил.

«О, проснулась».

Красноглазка, залёгшая в углу, действительно, подняла голову, открыла глаза.

– Ты как быть? – спросил Артур.

В ответ девушка закашлялась.

– Сносно, – хрипло ответила она.

(Артур, слова, конечно, не понял. Но по смыслу должно быть это).

– Я там мясо, которое сухим быть, оставил, – произнёс Артур. – Ты есть.

Женщина в ответ кивнула.

– Я идти, – продолжил парень. – Надо мясо. И вода.

И, собственно, решил не откладывать. Сразу и поднялся.

– Быть тут, – произнёс Артур. – Идти нет. Да?

– Куда я денусь, – скривилась женщина. – Я руку-то с трудом поднять могу.

Артур кивнул…

… Сегодня снаружи было, по ощущениям, холоднее. Но лично Артуру теплее. Он же вещами разжился. Рубашка с рукавами длинная и большая. Рукава подвернул, поясом утянул на талии и порядок. Словно платье-комбинация, хе-хе. Обувь бы ещё найти со штанами.

На спине у него рама от рюкзака – сей девайс был вот такой конструкции. Рама с лямками и к ней пристёгивается мешок. Тащить сырое мясо в рюкзаке – это идея такая себе. А вот привязать к раме – нормально. Плюс, он ещё пояс нашёл. На котором имелись петли для оружия. На том же поясе, кстати, и был нож. В ножнах, так что он теперь ещё и модный. Немного. Также фляжки, помещённые в кожаные чехлы, имели карабинчики, которые также цеплялись к поясу за скобки сзади. А плащ с собой Артур брать не стал. Мешается. Вот сидеть в нём возле костра – прям то, что доктор прописал. Ну, а при движении он и так не особо замерзает.

«А зверьё тут совсем непуганое».

Только вышел из поселения, ощутил взгляд…

* * *

Этот странный человек опять вышел наружу. Причём, с таким видом, словно это совершенно рядовое явление. Как будто там обычный мир, а не андон.

«Надо поесть».

Танатрия совершенно не ощущала голода. Но это лишь кажется. Раны перебивают другие чувства. Поэтому, она подтянула к себе свой рюкзак.

Сушёное мясо и вправду было на месте. Полностью. Танатрия развязала кожаный мешочек, положила в рот твёрдую пластинку. Сначала его надо размочить, а то зубы можно сломать. Сушёное мясо – очень хорошая вещь, но в смысле именно что-то вкусное зажевать – это не про него.

Такого мешочка хватит дней на семь-восемь. При экономном расходовании и на десять.

«На нём же рабская одежда была?»

Кстати, как он, скажи Лес, босиком по снегу бегает? А если он был рабом, то, как оказался тут? Бросили? Насколько Танатрия знала, такое не только не практикуется среди армаеров Гардериана, а прямо запрещено. Можно изрядно откормить одарённым какую-нибудь крайне опасную тварь. А неодарённые в андоны не ходят, смысла нет. Полчаса максимум час и получите, в лучшем случае, овощ. А в худшем безумца, который будет на всех кидаться. И даже вооружённый воин может вполне себе пострадать, ибо безумцы не знают боли и становятся чрезвычайно сильными. Есть даже термин «Смертельная инициация». То есть человек приобретает способности одарённого, но совершенно теряет разум.

Но… Например, взять саму Танатрию. Случаи бывают разные. Возможно, этого человека сюда специально завели.

«Странная и явно попахивающая ситуация».

* * *

Артур даже понять ничего не успел. Ощущение присутствия взвыло дурным голосом и раз, на его новой одежде разрез. И только то, что он рефлекторно отшатнулся, не сделало порез перерубанием. Он успел увидеть, что на том месте, где он стоял, словно плоскость серая на миг появилась.

И он рванул. Так, что в буквальном смысле слова засвистело в ушах. Чёткое осознание, что его преследует смерть, взбодрило до истерики.

Уже подбегая к двухэтажке, он увидел охотника на себя. Паук. Только не такой, какого он прибил. Больше. Сильно больше, с домом размерами сравним. Ну, и очевидно умнее, раз не прямо за ним погнался, а наперерез.

Поэтому Артур и вломился в ближайший дом. Там мало места для такой туши. Залетел, плечом высадив дверь. А прямо за ним в землю ударило, взметнулся снег, треск. С потолка посыпалось.

Парень кинулся к стене с дверью. И залёг под окном. Звон. Обломки рамы неторопливо влетают внутрь, а следом чёрное брёвнышко лапы сунулось на миг.

– Вот, сука!

И понимает же, тварина, что делать надо, чтобы человека выковырять! Следом за ударом в окно, последовали удары в дверной проём. Потом паук выбил второе окно, на прилегающей стене.

Сердце гулко бухало в груди и стучало в ушах.

«Вот п. дрила!»

Бум. Потолок затрещал. По нему пробежали трещины. Бум! Ещё раз! Треск! Куски потолка рухнули на пол. А следом в дом ринулась белая туша. Артур в это момент подлетел прямо под падающего паука… И тот напарывается на выставленное вверх лезвие.

Даже испугаться не успел. Осознал себя уже вылетающим из жилища через дверь…

– Кха!

Приземление было жёстким. Точнее, его ударило о стену, причём дома на другой стороне улицы. Съехав по стеночке, он мгновение сидел, разевая рот, как рыба, выброшенная на берег. В голове звенело, реальность плыла. А потом страх бросил тело в сторону.

Как он залетел внутрь двухэтажки, он помнил обрывками. Пришёл в себя тогда, когда осыпался на землю, задвинув шкаф. А снаружи донёслось яростное стрекотание. Так, похоже, паук потерял его. Это радует. Вряд ли бы удалось долго продержаться, если бы он начал сюда ломиться.

– Проклятье, – дрожащим голосом произнёс Артур, вытирая лицо рукой.

– Эй! Ты ранен⁈

О, беспокойство. И прям о нём! Парень обессилено откинулся на спину. Рана на груди начала припекать. Заломило спину.

– Что случилось⁈

– Паук, – морщась, ответил Артур. – Другой. Больше.

И значительно быстрее. Резко его воинственный настрой обломали. Только, понимаешь, начал себя чувствовать на вершине пищевой цепочки. И оружие новое посеял. Хорошо, что хоть кирку тут оставил. Так, что там? Сначала сайгер? Больно, дьявол…

Кристаллы он тоже оставил, зачем их таскать? Вот, сейчас бы мог и потерять. Чёрт, одной фляжки нет… А не, вон она. К счастью, тут уже отвалилась.

Артур, кряхтя, поднялся. Дошёл до фляжки, лежащей возле выхода. Поднял её, откинул крышку и присосался, смывая ледяной водой сухость страха в горле.

«Фух!»

Однако, как эффективно вернуло в реальность. А то он уже, похоже, в себя поверил. Хо, как тряхнуло.

Артур подошёл к костру.

«Хорошо, что дров есть запас».

И выпотрошенные ноги предыдущего паука вчера все не использовал. Однако, как голову закинуло. Надо с этим прекращать…

… После столь резкого и шумного возвращения, человек удивительно быстро вернулся к спокойствию. Как ни в чём не бывало, он поднял фляжку, напился. Потом сел у костра, стянул рубашку. На его груди был длинный порез. Танатрия чуть приподняла бровь, когда человек с абсолютно спокойным лицом проверил пальцем глубину пореза.

А потом он вытащил сайгер. Чудовищно огромный! И приложил к ране.

«Целитель?»

Кстати, кристаллы. Танатрия никогда не видела таких больших. А она бывала во дворцах Владык и кроме этого в одном дворце жила. И, разумеется, за время обучения, побывала в разных отрядах. И лесных охотников, и в отрядах охотников Аянто. Не раз ходила в андоны Гаргеса и здесь уже один раз была. Разве что… У Ларка Ривенхорна, целителя из Астерии, она видела примерно такие же. Только у того было два – зелёный и жёлтый. А у этого человека каждого вида и не по одному.

– Слушай, – заговорила Танатрия. – А как тебя зовут?

Человек посмотрел на неё.

– Артур.

– Меня Танатрия.

Артур кивнул. Он убрал сайгер. Взял в руку жёлтый и зелёный кристаллы. Приложив их, добавил и третий, найтрум. А потом лёг.

«Умеет сразу со всеми работать? Точно целитель. Повезло».

– Ты целитель? – не откладывая дело в долгий ящик, спросила Танатрия.

– Я… никто, – ответил человек.

Танатрия подождала каких-то ещё слов. Но Артур, очевидно, не собирался более ничего рассказывать.

– Ты не видел… Того, чей тилглис ты взял? Ты его видел?

– Нет.

«Ой, он же работает с кристаллами. Ладно».

Он достала ещё один пластик мяса. Здоровье само не восстановится. Это мясо перед просушкой вываривалось в бульоне с добавлением целебных трав…

… Любопытные новые ощущения. Сначала постепенно стихла боль. А потом появилось лёгкое покалывание. Но приятное. Ради интереса, Артур взял ещё один зелёный кристалл. Покалывание не усилилось. Когда он решил добавить жёлтый, то в момент, когда Артур взял кристалл в руку, в голове появилась лёгкость. Да, лёгкость. Словно хорошо выспался.

Заинтересовавшись, парень взял этой же рукой, левой, ещё один жёлтый кристалл. Ничего не поменялось. Тогда взял зелёный. Тоже никаких изменений.

«Ого».

А когда взял второй найтрум, то по телу пробежала тёплая волна. А в ране начало не покалывать, а слегка припекать. Но одновременно это было такое, приятное тепло. Словно солнце локально, именно в этом месте греет.

«А если так?»

Артур переложил белый кристалл в правую руку. Постепенно ощущение тепла исчезло. Поменял местами жёлтый и белый кристаллы. Некоторое время ничего не происходило. Потом по телу вновь прокатилась та же тёплая волна. Тогда Артур просто положил жёлтый кристалл.

«Хм, ничего. А если взять сайгер?»

Сказано – сделано. Он взял в правую руку брусок чёрного кристалла.

«Хм. Ничего. Ну, тоже опыт… А, нет»

Артур понял, что чёрный кристалл стал тёплым. Едва, но тёплым.

«А если тот сайгер взять?»

Который был найден ещё в забое и стал серым. Что-то там Хана говорила, что такие лучше или как-то так. Артур положил найтрум и залез в сумочку. Отыскал серый сайгер.

«Итак. Эксперимент, день первый. Воздействие серого кристалла на организм подопытного»

Взяв кристалл, парень прикрыл глаза, сосредотачиваясь на ощущениях…

… «Ой».

Проснувшись, Артур некоторое время соображал, где он.

«Также тёплый» – это про сайгер в правой руке.

Парень поднёс к глазам серый сайгер. А тот снова стал чёрным. Но не полностью. Не так, что вообще непрозрачный.

«О-о!»

А рана затянулась! Прям, затянулась! Да, есть рубец, но вы только посмотрите! Словно уже с месяц прошёл! Здорово!

Артур убрал все самоцветы, сел, осторожно покрутил торсом.

«Отлично! Как новенький!»

И тут он задумался.

«Чё там? – Артур теперь вспоминал слова Ханы дословно. – Как дополнительный запас праны? Не так…»

Тут будто что-то переключилось.

«Потому что, нося его с собой, ты наполняешь кристалл собственной праной, – словно наяву он услышал голос Ханы. – И тем самым как бы увеличиваешь личный запас».

Ага. То есть, он себя сейчас подпитал, причём не нейтральной, а своей же праной. Любопытно. Если так хорошо маленький сайгер отработал… То сколько же своей праны в этот кирпич можно напихать?'

Тогда, надо носить с собой. В смысле, чтобы тела касался? Хм. Надо придумать, как это сделать.

– Вот.

Парень поднял взгляд. Танатрия протягивала ему пластик сушёного мяса.

– Помогает, – пояснила женщина.

Хотя… Сейчас вот Артур поглядел. Да она же молодая. Определённо младше Ханы. А той тридцать с небольшим.

– С широкдани травами варили, – пояснила девушка.

«Видимо, полезными травами или целебными. Какие ещё могут быть варианты?»

Артур кивнул, в знак признательности.

«Хо-хо» – это он попробовал разжевать.

Камень же! Ладно, пусть будет мясной леденец… Что-то как-то двусмысленно прозвучало. Отставить леденец. Мясная пилюля. Да, вот так лучше.

– Мне нужно ещё несколько дней, – произнесла Танатрия. – Раньше я не смогу пойти.

Да кто бы куда собирался, дамочка. Тут сначала надо подумать, что делать с пауком снаружи.

Артур бросил в угли несколько палок. Сверху положил хитиновое «полено».

– Куда идти? – спросил Артур.

– Ты же куда-то шёл?

– Прямо.

– Вот как, – Танатрия нахмурилась. – То есть, ты тоже не знаешь, где андон?

– Знаю, – ответил Артур. – Не тот надо. Другой знать.

Да уж, было бы совсем тупо вернуться на рудники. Кстати… А красный же самоцвет даёт силу? Хм. Да, потом будет хреново, но… Это выход. Надо пробовать. Только сначала надо чуть сил набраться. Пару дней посидим. Не привыкать к замкнутым помещениям.

А мяско-то, действительно, непростое! Артур начал ощущать, что голод стал затихать.

– Слушай, – произнесла Танатрия. – Может ты это… Поработаешь с кристаллами? Чтобы я побыстрее на ноги встала?

«Поработаешь? Но она дело говорит».

Артур потянулся к сумочке, куда сложил самоцветы. Потом поднялся, дошёл до Танатрии, которая так и сидела в углу. Вручил ей все три зелёных.

– Э-э…

– На рана класть, – распорядился Артур.

– Поняла, – уже деловито отозвалась девушка.

– А эти в левую руку, – следом отдал найтрум и жёлтый…

* * *

Следующий день

А он не из болтунов. Танатрия и сама не любитель языком попусту чесать. Но Артур совсем молчаливый. И нелюбопытный, ничего у неё не спросил. За утро ни одного слова не проронил. Но ей-то надо кое-что знать. Банально, на что ей рассчитывать в бою.

– Ты в самом деле убил паука? – спросила она.

Артур кивнул.

– Повезло, – лаконично ответил он. – С два не повезло.

– А снежный волк?

– Они проще, – ответил человек. – Их нет страх. Паук…

Он потёр грудь, поморщился.

– Быстро. Очень, – пояснил Артур. – Очень.

Ну, ещё бы. Белые Пауки не самые сильные монстры в андонах. Но для одиночного охотника… то есть, армаера, так называются те, кто ходят в андоны в Астерии и здесь, в Гардериане. Так вот, для одиночного армаера-бойца, даже середняка, пауки уже крайне опасны.

– Рассказ, – Артур посмотрел на Танатрию. – Ещё астериди?

– Что?

– Я не знаю, – ответил парень. – Волки и пауки. Ещё какой есть?

Танатрия некоторое время молча и с удивлением смотрела на армаера… который не изучил монстров.

– Не удивляться, – произнёс Артур. – Я не помнить. Удар.

Он стукнул себя по голове.

– Я слова учить, – продолжил он. – Я имя не знать.

– Вот как, – протянула Танатрия. – А как ты… ну, выжил тут?

Парень натурально оскалился на миг.

– Лучше не знать, – ответил он. – Рассказ… м-м, фу. Рассказ монстры. Тут.

– Тут? – Танатрия наморщила лоб, вспоминая монстров снежных андонов. – Волки, пауки. Ещё есть Ледяные Черви. Это большой… червь. С ним лучше не встречаться. Он и большую группу может прихлопнуть.

– Вермин? Что есть?

– Э-э… – Танатрия аж задумалась. – Ну это…

Она попыталась пальцем показать пантомиму на червя.

– А, понять. Вер-мин. Размер насколько? – уточнил Артур.

– Бывают с этот дом, – ответила Танатрия. – Но редко. Обычно размером с паука. И они медленные. Если выползет, то можно убежать. Но атакует снизу. Раз и ты уже в воронке, а он тебя жрёт. Но их плоть покупают за золото по весу.

– Ещё?

– Подошвы. Да, так и называются. Они лежат под снегом и их невидно. Наступишь, она схлопывается в кокон. А размерами они бывают до двух ростов. И потом переваривают. Водятся только вот в таких, снежных андонах.

– Бывают другие? Андоны?

– Конечно, ты… а, точно, – Танатрия покивала. – Всякие бывают. Равнины, джунгли, просто леса. Горы. В Гаргесе много подземелий.

– Андон – это есть другой мир?

«Что, даже это не помнит?»

– Насколько я знаю, эта часть другого мира, – ответила Танатрия. – Осколок. Размеры бывают разные. Он нескольких шагов до декад хода. Во всех свои монстры.

– Ясно, – кивнул Артур. – Тут? Ещё?

– Так, волки, пауки, черви… Да, волков больше всего. Ну, и конечно живые мертвецы. Тут их вряд ли много.

– Вивор нэквивор. Хм, понять. Нет много. Почему?

– Не думаю, что в этот андон часто приходят, – ответила Танатрия. – Поэтому, люди здесь редко… остаются. Да и погибшим, наверняка, головы срубают.

– То есть, мертвецы – это погибший люди? – уточнил Артур.

– Ну, да, – кивнула Танатрия. – Кто же ещё? Я слышала, что натыкались на андоны, где много мертвяков. В смысле, не бывших армаеров. Своих. Но это редкость. К счастью.

– Они очень опасны?

– Конечно, они же одарённые, – ответила Танатрия. – То есть, сильные. Некоторые и быстрые. Бывает, даже сохраняют остатки разума, так что магию могут применить. Или управлять другими.

Артур внимательно слушал. Потом некоторое время молчал, о чём-то думая.

– Ясно, – произнёс он, наконец. – Ты хороший армаер?

– Охотник, – поправила Танатрия. – Я же эри.

– Эри, ясно. О-хот-ник. Ясно. Так хороший?

– Неплохой, – ответила Танатрия. – Если, конечно, не ранена. Сейчас толку от меня будет немного.

– Я нет армаер, – произнёс Артур. – Нет… как… много бить. Много убивать. Мало убивать. С оружие плохо.

– Подожди, ты же волка убил с пауком, – с недоумением спросила Танатрия.

– Удача, – ответил человек. – Нет много убивать. Не надо надеяться я. Просто человек.

– Ты же одарённый.

– Да. Но нет много убивать. Много рубить камни, – парень криво усмехнулся. – Это да. Это много.

– Ты был рабом? – решилась всё же спросить Танатрия. – За что?

Артур пожал плечами.

– Продать, – спокойно ответил он. – Потом я долго рубить камни. Потом андон. Я сбежать. Не помнить, за что. Уже так, когда продать.

Он похлопал себя по лбу.

– Ничего не знать про я, – вздохнул человек.

– Ты работал на руднике и там появился андон? – уточнила Танатрия.

(обратите внимание – андоном местные называют и переход, и место, куда он ведёт. В речи эти понятия разделяют интонацией и контекстом. Далее для удобства будем разделять андон и портал – прим.автора)

Артур кивнул.

– Не слышала, что в Ферсале стали рабов применять, – произнесла Танатрия.

– Не Ферсал. Хм, – парень потёр висок пальцем. – Не Ферсал. Другое быть. Не хочу рассказ. Что надо, чтобы уйти от здесь?

Тана вздохнула.

– Найти портал, – ответила она. – Другой. Только так.

– Понятно, – снова кивнул Артур. – Ты когда хорошо. Идти искать. Да?

– А какие есть варианты? – вздохнула Танатрия. – Здесь мы просто сдохнем, в конце концов.

– Не хочу дохнуть, – нахмурился человек. – Хочу много есть. Жить… лучше. Жить просто. Одежда лучше.

– Хорошее желание, – одобрила Танатрия.

– Ты? Жить как?

– Пока не отдам долг, буду с тобой, – ответила Тана.

– Это понять. Потом?

– Потом? – Танатрия посуровела. – Если доживу… Надо ещё один долг отдать. Отомстить. За друга.

Человек ответил не сразу. При этом морщил лоб.

– Месть. Делать, – пробормотал она. – Друг. Понимать.

– Это оружие, которое ты нашёл, – спросила Танатрия. – Где оно?

– Паук, – вздохнул Артур. – Ударить его. В нём.

– То есть, ты его подранил? – деловито уточнила Танатрия.

– Не есть уверенность, – мотнул головой человек и выдал оскал. – Но ему не нравится потом. Очень.

– Эх, сейчас бы его добить, пока он не восстановился, – с досадой произнесла Тана.

– Завтра я идти.

– Ты же не армаер?

– Я же хотеть жить. Надо убивать. Мне казаться, он не давать уйти. Быстрый. А потом… Река. Там.

Артур махнул рукой.

– Я вдоль неё идти до здесь, – продолжил человек.

– Ну, почему бы и нет? – откликнулась Тана. – Лучше, чем ничего.

– Да, просто равнина – плохо видеть, куда идти. Дать ещё мясо.

Танатрия прижав марагд на животе (на груди она под грудную повязку засунула), наклонилась к вещмешку.

– Надо – бери, – сказала она, подавая пластинку мяса.

Артур кивнул, беря пластинку.

– Ты сколько здесь? – спросила Танатрия, садясь обратно и поморщившись при этом.

Движения всё ещё отдавали резью в животе.

– Не знать, – пожал плечами Артур. – Снег – спать один раз.

– Снег? А тут есть другое?

– Есть, – на лице парня промелькнуло отвращение и даже омерзение с ненавистью. – Э-э… Как это, пещера. Только долго… А, проход. Под земля. Горы. Там долго идти. Спать много раз. Еды нет. Очень нехорошо. Чуть там не остаться.

– То есть, ты не один день в андоне?

– Много.

Танатрия некоторое время смотрела на Артура. А потом посмотрела на свой тлокис (браслет) на левой руке. Монатр (жёлтый кристалл) ещё не мутнеет. К счастью, она в своё время хороший себе заполучила. Кристалла хватит надолго. Дешёвых же хватает, как раз на день с небольшим.

Потом посмотрела на желтый кристалл, который ей дал парень. И таких у него, кстати, не один.

«Вот как он тут сумел в разуме остаться. Нашёл монатры. Конечно, они не огранённые, но размеры компенсируют».