Текст книги "Авангард. Четвертый всадник (СИ)"

Автор книги: Алексей Котов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

– Или у лестницы.

– Или у лестницы. Но с которой нельзя будет спуститься.

– Не бойся, я решу этот вопрос.

– Как?

– Не могу пока сказать, но я работаю над этим.

Решение этого вопроса сейчас лежит в орбитальной тюрьме «Саркофаг» в мире Вавилон-желтый сеттинга киберпанк, ждет, пока получу статус администратора территорий с выполнением задания на Пандоре.

Гольдштейн решил выступить против Системы, и мне нужно узнать, зачем и почему он это сделал, какие цели преследует. И сделать это надо как можно скорее, иначе действительно может возникнуть опасность, что для кого-то, в том числе для спящей рядом Эрики и крепко обнимающей меня Кати, дороги назад не будет.

Глава 9

«Молодая Луна» должна была прибыть ближе к вечеру, так что я принял холодный душ в водопаде и, оставив Катю с Эрикой в святилище, направился на Пандору проверить как дела в Элизиуме. В портальном зале Таун-холла снова предсказуемо никого, здесь Ариадна присматривает за порядком.

Поздоровался с управляющим суперкомпьютером, вновь услышал, что все идет по плану. Как удобно, в Средиземье так с богами не поговоришь. С другой стороны, в Средиземье власть богов шире и возможностей намного больше. Хотя больше и опасность, ведь многие люди хотели бы стать богами, но если желание исполнится – готовы ли они к такому, будут ли они рады? А самое главное, останутся ли они людьми после этого?

Обо всем этом я размышлял во время доклада Ариадны, а потом понял, что уже стою в полной тишине, глубоко задумавшись. Ладно, раз все идет по плану, можно ведь и уходить прямо сейчас, ведь все хорошо без меня работает. Но мысль как мелькнула, так и ушла – отправился проконтролировать все лично, а то совсем неуважительно будет, как бегунок между мирами летаю. Хотя бы на глаза показаться народу нужно, чтобы видели, что наблюдаю и контролирую. По пути в Зал совета, правда, притормозил – подумал, что неплохо бы перекусить. Эльфийские фрукты и вино энергией заряжают великолепно, но живот уже сутки пустой. Едва только об этом подумал, как потянуло голодом, даже слабость в ногах появилась, так кушать захотелось. Но, как сообщила Ариадна, завтрак недавно закончился, а обед еще не готовят и столовая пустая.

– Ариадна, а где еду найти?

– Готовую еду вы можете найти в столовой, военный диктатор Посланник Аксель, в обеденное время. Продукты можете получить в меню пространственно-временного хранилища у себя в апартаментах.

– У меня есть апартаменты?

– Построить маршрут?

– Просто скажи, куда идти.

– Прямо, через пятнадцать метров направо к лифту.

Точно, у меня же есть собственные апартаменты и я в них даже бывал. Но шел как в первый раз – посещал я их тогда, когда мы с Петром употребили противорадиационный препарат и находились в состоянии измененного сознания. Ну а потом не до этого было, ушел оборону организовывать в ожидании нашествия орды рейдеров и всю ночь атаки на крыше просидел.

Зашел к себе, осмотрелся – а неплохо. Мастер-спальня, кабинет, гостиная с кухней. Здесь плита, духовой шкаф, микроволновая печь, несколько полок с самой разной посудой, кофемашина даже есть, абсолютно пустой холодильник и терминал ПВХ, пространственно-временного хранилища. На удивление, меню оказалось точь-в-точь как у московской службы доставки, которой я пользовался в квартире у Екатерины, так что разобрался быстро.

Доступный к заказу ассортимент приятно поразил, а когда я удивился, откуда здесь столько, Ариадна объяснила, а что не объяснила, сам додумал логически по обрывкам знаний. Во время запуска метаверса, когда еще никакой связи с параллельными мирами не было, на Земле работала служба доставки, интегрированная с маркетплейсами. В личном кабинете можно было заказать все что угодно для своего аватара и личного кабинета, только плати, после чего все купленное «расщеплялось» в свете или во тьме, отправляясь за грань в ожидании запуска метаверса.

ЭЛЬФы из Саботажа в преддверии попытки забрать контроль над мирами-отражениями закупились продуктами на немаленькие деньги, интересно, кто проспонсировал, так что в Элизиуме на балансе склада ПВХ было просто огромное количество продуктов, можно долго только на своих запасах существовать. В Средиземье, кстати, такого не было – там все купленное на складах физически лежало, помню эти стопки запасов, в том числе коробки лапши быстрого приготовления.

Разглядывая ассортимент местного же меню, отметил, что в Саботаже планы закупок на разные миры составляли разные люди. В Средиземье упор делался на быструю еду и долгохранящиеся полуфабрикаты, а здесь не то что бич-пакета с лапшой, даже армейского сухпайка или сублиматов не найти, только натуральные продукты.

С другой стороны, я не настолько голоден и несчастлив, чтобы согласиться на сухпаек, поэтому разглядывая доступные позиции задумался, что можно приготовить. Думал недолго – голод подстегивал, так что приняв решение первым делом заказал банку сметаны, пачку майонеза и бутылку ряженки. Разные виды продуктов по разным отделам меню, так что открыл один из кухонных шкафов – окно выдачи, забрал. Посмотрел сроки на сметане и ряженке – февральские. Сейчас июнь начался, неплохо они настоялись, у сметаны так вообще срок годности десять дней.

Открыл банку, понюхал, попробовал. Свежая, вкусная – вне времени хранилась. Ариадна говорила об этом, но не мог не перепроверить. После, перейдя из молочного отдела в овощной, заказал лимон, головку красного лука, головку чеснока, огурцы и помидоры. Следующей партией забрал приправы и мексиканские тортильи, потому что хлебных лепешек не нашел, а лаваш мне не подходит. Последней приехала упаковка куриных бедер – тоже февральские, кстати.

Срезав лишний жир быстро замариновал бедра, сразу выложив на противень. Отставив его пока в сторону поставил духовку на разогрев, в ожидании принялся за соус. Смешал в глубокой миске в равных частях сметану, майонез и ряженку, сверху засыпал черным перцем – немного, потом от души покрыл слоем хмели-сунели. Чеснокодавилки не нашлось, так что пришлось плющить чеснок грубой силой и широким поварским ножом, положенным плашмя. Превратившиеся в кашицу восемь долек отправились в соус, туда же выдавил четверть лимона. Он, кстати, для соуса не обязателен, но я никуда не тороплюсь, поэтому почему бы не побаловать вкусовые сосочки, тем более с оставшимся лимоном я потом чай попью. Теперь соус в холодильник, а противень с мясом в разогретую духовку.

Кстати, раз уж о чае с лимоном подумал – вернулся я к терминалу. Чтобы не мыть руки натыкал мизинцем и через секунду достал упаковку из шести бутылок пива «Корона», сразу же скрутив пробку с первой и выпив в несколько глотков. Открыл вторую, после вернулся к разделке и приготовлению добытого мамонта. Тонко нашинковал лук, потом убавил жар в духовке, после начал мелко нарезать помидоры и огурцы. Когда открыл третью бутылку в дверь постучали.

– Открыто!

Осторожно заглянув, в комнату шагнула Дарья.

– Привет. Можно?

Некоторое время я на нее смотрел, не в силах понять, в чем дело.

– Да, проходи. Что с тобой? – так и не понял, что меня в ее виде смущает.

– А что со мной?

Несколько секунд присматривался все еще не в силах понять, что изменилось. Вроде все привычно: бело-синий комбинезон, подчеркивающий точеную фигурку, стянутые в хвост волосы, идеальная кожа, небольшой румянец – все сильнее разливающийся по щекам, лучистые глаза… точно, глаза.

– У тебя глаза теперь одного цвета.

– Ты заметил, – немного смущенно улыбнулась Дарья.

– Заметил. Что случилось?

– Н-ну… линза контактная.

– Зачем? У тебя зрение плохое?

– Нет, просто…

Последовала долгая пауза – Дарья замялась, отвечать явно не хотела.

– Не хочешь, не говори, – пожал я плечами, возвращаясь к нарезке овощей.

– Это же некрасиво, – произнесла она мне в спину.

– Что некрасиво?

– Когда глаза разного цвета.

Взметнув брови, обернулся к Дарье в немом удивлении, едва рот не открыл. Впрочем, немое удивление быстро прервал – выругавшись, когда полоснул себе по пальцу. Пару минут заняла суетливая обработка раны – неожиданно обошлось без лейкопластыря, Дарья все починила заживляющим гелем, а потом уже запиликала духовка готовностью.

– Ты шаверму будешь? – спросил я девушку, удивленно рассматривая большой палец, на котором от пореза ни следа не осталось.

– Буду, а что это?

Ох уж эти столичные жители.

– Как шаурма, только лучше, – проговорил я, доставая из кухонного шкафа сковородку-блинницу. – Тебе без лука?

– Без.

Смазал лепешку соусом, нарезал туда горячего, только из духовки мяса, добавил помидор и огурцов, сверху от души залил соусом, свернул, загнув один край лепешки, чтобы не рассыпалось потом снизу. Положил шаверму на сковородку-блинницу без масла, примял немного и включил загудевшую индукционную плиту на максимум.

– Дарья, у тебя самые прекрасные глаза среди всех что я когда-либо видел и вряд ли в жизни что-то еще более красивое увижу, – пока гудела плита, посмотрел я на девушку. – Не знаю, кто тебе сказал, что гетерохромия – это некрасиво, но это полная ерунда, плюнь ему в лицо. Нет, понятное дело, что вкусы и понятия у людей о красоте разные и всем в мире ты не понравишься, но я серьезно удивлен твоим мнением о себе. Если бы мне кто сказал, что у тебя некрасивые глаза, я бы в зависимости от ситуации назвал бы его идиотом или бы вызвал на дуэль.

Пока Дарья мило краснела, я перевернул готовящуюся шаверму, уже поджарившуюся с одной стороны до легкой золотистой корочки. Подождал еще полминуты, снял сковородку с плиты и переложив шаверму на тарелку, поставил перед девушкой. Допив пиво большим глотком, открыл пятую бутылку (а когда это я четвертую выпить успел?) и начал крутить шаверму уже себе, в этот раз щедро сыпанув лука. Когда вернул сковородку на плиту, раздался стук в дверь – в комнату заглянул Петр.

– Босс, говорят, ты вернулся.

– Кто говорит?

Петр вслух отвечать не стал, только пальцем вверх ткнул и подошел ближе, присматриваясь.

– О, а это чё, фахитос?

– Это шаверма.

– Шаурма?

– Шаурма – это в лаваше, шаверма – в пите.

– Что такое пита?

– Мягкие хлебные лепешки с воздушной полостью внутри.

– Босс, а почему у тебя тогда мексиканские тортильи?

– Петр, ты когда-нибудь получал сковородкой в едальник?

– Куда? А, все-все, понял. Сказано – шаверма, значит шаверма, никаких вопросов, босс. Можно мне попробовать?

Вздохнув, я отдал ему уже поджаренную вторую шаверму. Допил пятую бутылку, открыл шестую и взял еще одну тортилью, нарезая туда мясо.

– Мм, как вкусно, – Дарья как раз доела свою шаверму. – Можно добавки, только с луком?

Пока крутил для нее следующую шаверму, пришли Рита, Зита и Гита. Посмотрели голодными глазами, как будто не завтракали, потом жестами показали, что готовы помочь. Я выкинул бутылки и опустевшую упаковку Короны, заказал еще одну. В упаковке лепешек шесть штук, каждая из бывших рабынь съела по шаверме, так что я заказал к упаковке Короны еще тортильи, которые как-то очень уж быстро закончились одновременно с пивом.

На второй бутылке второй упаковки на огонек заявились Бартез с Анри, амазонки им тоже шавермы накрутили. На пиво оба посматривали, но ни единого поползновения не было – сухой закон в рабочее время, а у них рабочее время до выполнения системного задания, то есть еще на три месяца вперед. Это я здесь проездом с неофициальным визитом, сами все сюда пришли.

Пока крутилась шаверма из второй пачки лепешек, немного поговорили легко и ни о чем, а потом, когда стало ясно что я всем доволен, считаю всех молодцами и контролировать никого не пойду, гости начали расходиться. Исчезли Петр с Ритой, Зитой и Гитой, попрощались Бартез с Анри, осталась только одна Дарья, убирающаяся со стола.

Я взял сковородку, взял лепешку – уже третья упаковка заказанная, и… все, мясо с соусом кончились. Ни одной шавермы я так и не съел. Вздохнув, заказал себе палку краковской колбасы, которую разогрел в микроволновке и начал употреблять под пиво и оставшиеся лепешки. Как раз заглянул Сатрап, посмотрел неодобрительно.

– Не бережешь ты себя, командир. Нормальной еды нет, или тебе готовить лениво?

Я только головой покачал и открыл очередную бутылку пива.

– Давай я тебе что-нибудь приготовлю? – вдруг спросила Дарья.

– Давай. Что?

– Эм… яичницу? Я вкусно делаю, тебе понравится!

– Давай, – согласился я, заказывая еще упаковку пива.

Поем и обратно в Новгород – а там есть чудесный бассейн, который снимает все эффекты отравления, в том числе и алкоголя. Так что можно и расслабиться – решил я, не подозревая какую делаю ошибку.

Глава 10

В Эль-Новгороде появился как настоящий гусар – слегка выбрит и до синевы пьяный. Нет, внешне незаметно, потому что на меня алкоголь иначе чем на других действует. Словно система защиты работает, мобилизуя системы организма и с целью сохранения связного ума и координации постепенно отключая ненужные. Выгляжу при этом почти нормально, просто сонливость нападает и не могу сразу несколько процессов обрабатывать. Зачем пиво тогда пил? Для вкуса, нравится иногда.

Кивнув стражницам-эльфийкам, направился в храм Элуны – в бассейн, снимающий все негативные эффекты. И вот здесь вышел серьезный облом: пивом я накидался на Пандоре, поэтому местная живая вода просто не подействовала. Похоже, магия работает только с эффектами из этого мира, на другие не распространяется. Неудача какая.

Когда вышел из храма, на пороге меня встретила Эрика. Слегка смущенная после безумной ночи, подошла – почти подбежала, обняла и сразу принюхалась.

– Ты пил?

Кивнул, держась так, чтобы лишний раз на нее не дышать. Почти сразу отстранилась, взгляд слегка изменился, стал более оценивающий. С того времени как стала верховной жрицей, ее восприятие серьезно изменилось, она ведь весь Великий лес чувствует, а меня сейчас, похоже, и вовсе как открытую книгу читает. Кивнула – поняла, что внешняя оболочка на автопилоте, с большинством заглушенных систем организма. Черт, кто ж знал, что хитрый план оказался не таким уж и хитрым, если мягко сказать.

– Думал, что бассейн снимет эффект, но оказалось, что он только с местным работает, – попытался я оправдаться.

– Пойдем отведу в апартаменты, отоспишься.

– В каюте отосплюсь.

– Сегодня отправляешься?

– Да.

Губа слегка поджата, короткий кивок. Говорить Эрика ничего не стала, но видно, что расстроена. С Лизой она в отношениях, которые нельзя назвать хорошими, а богиня решила их всех троих свести вместе и неразрывно, еще и со мной поговорить не получилось после бурной ночи из-за моего состояния, явно не так она сегодня встречу представляла. Вот и первая размолвка, пусть и незначительная.

Сверху трижды ударил колокол Воздушной гавани, потом еще два раза коротко. Не знаю местную систему сигналов, но Эрика сразу подняла голову, прислушиваясь к чему-то недоступному моему восприятию.

– «Молодая Луна» подходит.

Очень вовремя. Встречать дирижабль пьяным не хотелось, но трезвее я уже не стану, а откладывать разговор с Воропаевым до завтра тем более не собирался, так что надо самому разбираться с последствиями решений.

– Пойдем встречать.

На площадке лифта поднимались молча. Я мельком поглядывал на Эрику, пытающуюся сохранять спокойствие, но заметно расстроенную. В Воздушной гавани суета по случаю прибытия «Молодой Луны» – бегает персонал, дозорные, машут крыльями грифоны. По причине загруженности организма алкоголем я наблюдал все это несколько отстраненно, безмолвно рассматривая приближающийся дирижабль – на бортах горят голубые габаритные огни, за кораблем эскортом парят четыре грифона.

Сбрасывая скорость, «Молодая Луна» по широкой дуге беззвучно подошла к причальной платформе. С бортов выстрелили швартовочные гарпуны, канаты натянулись, корабль слегка качнуло и почти сразу экипаж выкинул трап. Первым сошел Кэррион – в серо-зеленом мундире Стража границ, без доспехов, за ним потянулись остальные его бойцы, в боевом облачении. Обратил внимание, что у многих доспехи помятые, со следами ударов, полученных в Золотом городе.

Подумал, что все становится более жизненно – недавняя идеальная картинка окружения уже ушла, приобретая черты повседневности. Постепенно пропадало впечатление, что в сказку попал и стоит только щелкнуть пальцами, как из кустов выберутся спрятавшиеся операторы и режиссеры масштабного реалити-шоу. Мир вокруг обретал настоящую реальность восприятия.

– Все спокойно?

– Да, – не очень уверенно ответил Кэррион.

– Но? – переспросил я.

– Кирилл пытался сбежать.

– И?

– Потом передумал. Их с Элеонорой перевозили в разных каютах, у каждой по бойцу в карауле. Из моих, – добавил Кэррион явно с неохотой. – Элеонора улыбнулась одному особо одаренному и позвала к себе, обещая показать кое-что интересное. Он зашел и получил незабываемый опыт, в процессе лишившись ключей и сознания. Потом Элеонора освободила Кирилла – в процессе сознания лишился второй караульный, только уже без незабываемого опыта.

– Она с ним, что… – заговорила Эрика.

– Нет, первому просто грудь дала потрогать, там у него свет и выключился. Второй даже потрогать не успел, сразу отлетел. В общем, они закрыли обоих в своих каютах, а Кирилл переоделся в доспехи и погулял по кораблю. Сходил даже поужинал, потом подошел ко мне на капитанском мостике и рассказал, как ему удалось освободиться.

– А ты?

– Посадил всех троих обратно, ждут тебя.

– Третий кто?

– Мой гениальный боец с незабываемым опытом, – Кэррион произнес это так, что возникло впечатление, что незабываемый опыт кое у кого теперь только начинается.

– Ясно, с ним сам разберешься. Пойдем с Воропаевым поговорим, – посмотрел я на Эрику.

Верховная жрица осталась на месте, причем с таким взглядом и с таким лицом – глядя в пространство прямо перед собой, что Кэррион счел за лучшее быстро ретироваться, сделав вид что вспомнил о неотложном деле.

– Обязательно было напоминать, что он Воропаев? – негромко поинтересовалась Эрика, по-прежнему на меня не глядя.

– Что-то не так?

– Он вообще-то мой отец.

– Он не твой отец.

– Что? – распахнула глаза Эрика, мгновенно изменившись в лице.

Когда я пьяный, пусть внешне это совсем не видно, у меня и мышление по-иному работает. На трезвую голову я бы с такого захода беседу не начал никогда, но сейчас – с большинством отключенных функций, в том числе чувством такта, логика общения у меня совсем по-другому работает.

– Кирилл Воропаев сумел попасть в ряды номенклатуры потому, что взял твою мать в жены, когда она уже была беременна.

– Откуда ты знаешь?

– Он мне сам сказал.

– Но ведь он именно мне оставил все наследство!

– В Олеге он разочаровался. А тебе оставил все потому, что рассчитывал на проснувшиеся амбиции Петра и Дарьи и зная – когда они придут к тебе ты поделишься, дав им возможности к возвышению.

– Получается, он все же их любит, – сделала Эрика неожиданный вывод. Что интересно, мне она сразу и полностью поверила, вообще не подвергая слова сомнению.

– Любил, – поправил я. – Кирилл Воропаев умер, а разговаривать мы сейчас будем с его эрзац-заменителем с ампутированной частью души, которая отвечала за человечность.

Или со сверхчеловеком, отбросившим все моральные ограничения – это смотря с какой доктрины оценивать случившееся, подумалось мне.

– Пойдем, – взял я за руку Эрику и повел за собой. По пути отдал приказания маячившему неподалеку Кэрриону – нам отчаливать скоро, пусть пока дирижабль готовят.

Кирилл Воропаев сидел в каюте на койке со скованными руками, ноги ремнями замотаны. Да, после побега, в котором он сам признался, такая избыточная реакция выглядит забавно. С другой стороны, кто знает чего от него ждать, может бдительность усыпляет, так что Кэррион правильно его спеленал так качественно.

Выглядел темный эльф совершенно невозмутимо, а когда привели Элеонору, взгляда на нее не кинул. Зато я осмотрел женщину – деловой костюм глобалов сменило длинное темно-зеленое платье без украшений, волосы собраны в строгий пучок. Лицо спокойное, взгляд цепкий – хотя в момент моего внимания стал слегка отстраненный.

– Рад видеть вас, господин Посланник, – вдруг произнес Воропаев, явно намекая на наш недавний разговор и мое высказанное желание взять его в отряд.

Отвечать я не стал. Эрика внимательно посмотрела сначала на темного эльфа, потом на Элеонору. В глазах верховной жрицы появилось белое сияние, но быстро угасло – видимо, богиня вмешалась, чтобы верховная жрица не наговорила лишнего. Не нравится мне это все больше и больше – как бы Эрика сама не стала как дитя леса, растворившись в подвластной ей природе. Или я просто слишком переживаю, а у нее просто новые возможности, которым радоваться нужно?

Заговорил я, когда стражи вышли, оставив в каюте только нас четверых.

– Кирилл, мое предложение остается в силе. Когда появится свободное место, войдешь в отряд Посланника.

– Добро.

– Мест в отряде по-прежнему нет, ориентировочно появится только через три месяца. Это время придется посидеть под стражей, чтобы не расстраивать никого из тех, кому ты успел сделать больно и печально, дабы не получить осложнений с нашими союзниками.

– Это понятно, мог бы не говорить.

Естественно понятно, ведь все только что мною сказанное было не для него, а для Эрики и Элеоноры – чтобы понимали, о чем дальше речь будет идти.

– Зачем ты тогда сбежал из-под стражи, раз понятно?

– Затем, что ты теперь знаешь об уровне подготовки своих рейнджеров.

– Это не рейнджеры, а пограничники, а об их общем уровне я и так знаю. Мог бы просто об этом мне сказать.

– Ты знаешь, теперь и они знают. Будет полезно.

– Имеет смысл, – не мог я не признать рациональность решения темного эльфа.

Эрика и Элеонора пока молчали, глядя на нас поочередно. У Эрики только периодически глаза белым светом поблескивали, видимо богиня сдерживала верховную жрицу от проявления эмоций, мои слова ее выбили из колеи. Да, если бы я алкоголем не залился, информацию об отце иначе бы как-то рассказал.

Кивнув Воропаеву, я перевел взгляд на Элеонору.

– С вами сложнее.

– Почему же? – изогнулась дугой бровь явно отточенным жестом.

– Кириллу я совершенно не доверяю, но понимаю – по крайней мере думаю, что понимаю, чего именно он хочет. Вам я не только не доверяю, но и не понимаю, чего именно хотите вы.

– Я могу вам рассказать, чего именно я хочу.

– Кроме того, у меня есть к вам стойкое предубеждение.

– Отчего же?

– Когда Кирилл вышиб себе мозги и отправился в Средиземье, вы собирались подчинить Эрику с помощью препаратов «Куратор» и «Табула», после чего управлять оставшимися после Кирилла активами, используя ее как послушную куклу. Достаточная причина?

– Это было желание Маргариты, непосредственно организовывал и планировал все Георгий Штерн, а главным заказчиком выступал Олег Воропаев.

Помолчав немного, я покивал. Элеонора в показаниях Штерна действительно не проходила как организатор, а основным интересантом схемы выглядела Маргарита Воропаева, желающая лишить дочь самостоятельности в принятии решений в интересах старшего сына.

– Получается, вы просто рядом стояли как исполнитель, действуя в рамках обстоятельств.

– По сути так, – неожиданно согласилась Элеонора.

Эрика бросила на меня короткий взгляд. Да, я тоже удивился, что бывший секретарь Воропаева не пытается оправдываться. Хотя ей есть чем аргументировать – это ведь именно она перед оглашением завещания передала Эрике информацию о том, что Олег всерьез намеревается меня убить.

– Вы организовывали Олегу Воропаеву поставки метакогнитивного ускорителя «Синтакс». Делали это, зная, что передозировка может негативно повлиять на его восприятие мира. И повлияло – после очередной дозы у него поехала крыша и он расстрелял Эрику.

– Я выполняла свою работу, одна из особенностей которой заключается в том, что любые лишние и просто неудобные вопросы, слова и поступки могут привести к несчастному случаю. Не хотела оказаться в падающем в Волгу аэромобиле, знаете ли. Кроме того, я докладывала Маргарите о возможных последствиях… Подумать было невозможно, что Олег настолько слетит с катушек, а план состоял в том, что он просто покажет свое истинное лицо, – пожала плечами Элеонора, стараясь не смотреть на Эрику. – Прости, – вдруг негромко шепнула она, так и не поднимая глаз.

– В принципе, я готов отпустить вас прямо сейчас, отправив на Землю или в один из других шести миров на выбор, – глядя на Элеонору, взял я Эрику за руку. – Но с одним условием.

– Каким?

– Мы сейчас отправимся в храм Элуны и заявим о проведении божьего суда, где вы заявите, что никоим образом не являлись координатором и организатором процессов, не стараясь стать серым кардиналом. Мы можем даже допустить, что у вас мелькали мысли воспользоваться ситуацией – тупостью Олега, недальновидностью Маргариты или ограниченностью Григория, получив себе наиболее выгодные условия в будущем. Главное мое условие освобождения – информация, что вы не являлись главной во всей созданной схеме.

– Как я могу доверять вашей богине?

– Творцы-основатели создали семь кругов, основываясь на принципах справедливости и неукоснительного выполнения правил. Отчего сами и выгребли – когда Система отстранила их от управления, когда они эти самые принципы нарушили, так что вероятность ошибки минимальна.

Разговор я сейчас вел в особой, пусть и странной для обычного трезвого восприятия логике, последовательно преследуя определенную цель. И Элеонора реагировала абсолютно так, как я и предполагал.

– Я готова подтвердить все вас интересующее на Земле под любыми препаратами и детекторами. Но в беспристрастность местной богини я не верю, хотя бы потому что я человек, а не эльф, – произнесла Элеонора, все же подняв глаза на Эрику.

– Я в свою очередь не верю вам.

Элеонора пожала плечами, поджав губы. Эрика тоже молчала, глаза по-прежнему то и дело поблескивали белым светом, а я посмотрел на Воропаева.

– Что скажешь?

– О чем?

– Можно ей доверять?

– Нет.

Элеонора медленно повернулась к темному эльфу, с трудом сохраняя самообладание. Она, как и Эрика, еще не до конца поняла кто такие ренегаты и воспринимала старшего Воропаева как прежнего человека, просто чуть-чуть изменившего внешность и ставшего более жестким в действиях и суждениях.

– Совсем нельзя доверять? – поинтересовался я.

– Ей можно доверять в пределах совпадения интересов, – пожал плечами темный эльф. – Она будет постоянно оценивать соотношение рисков и выгоды. Как только предательство станет выгоднее сотрудничества, сразу же предаст.

«Нет!» – буквально кричали глаза Элеоноры.

– Что с ней делать? – спросил я Кирилла.

– Убить.

– Может есть какие-то другие варианты?

– Есть, но в будущем они сулят серьезные проблемы – эта женщина опаснее гремучей змеи.

В комнате стало очень тихо. Элеонора безотрывно смотрела на Воропаева, медленно и с трудом сглотнула.

– Если ее сейчас убить, она возродится в одном из миров.

– У нее стойкая, больше восьмидесяти процентов, совместимость с темной стороной. Если ее убьешь ты, причем именно здесь, в Новгороде – в нулевой пограничной зоне, у нее не будет никаких математических шансов на вторую жизнь. Если не хочешь сам пачкать руки, отправь ее в Золотой город. Это истинно светлая территория и пусть ее там убьет кто-то, у кого совместимость со светом выше хотя бы полста, тогда она тоже не сможет переродиться.

– Откуда ты знаешь о механиках света-тени и ее показателях совместимости?

– Свои показатели она мне сама сказала, о механиках узнавал еще в прошлой жизни во внутренней энциклопедии проекта.

– В меню где-то посмотрел?

– Нет, на бумаге.

Да, Воропаев один из спонсоров создания метаверса – видимо, когда тема взлетела, начал изучать все с ним связанное. Что и привело его к решению поскорее покинуть Землю своеобразным способом, чтобы не упустить шанс перерождения.

– Ты предлагаешь ее убить. Не боишься, что если я не соглашусь она затаит на тебя зло?

– Самое рациональное решение сейчас – лишить ее жизни. В любом другом случае она крайне опасна, и я не вижу ни для кого из семьи Воропаевых безопасной возможности ее использования, – пожал плечами темный эльф.

Элеонора сидела уже бледная как мел, постепенно начиная понимать всю серьезность положения.

– Почему ты тогда работал с ней раньше? – спросил я.

– Она была полезна, а я знал ее границы и понимал как контролировать.

– Как ты ее контролировал?

– Постоянно вешал морковку цели перед носом, понимая, что потенциальную награду возможное предательство не перевесит.

– Неправда! – вдруг взорвалась Элеонора. – Я была предана тебе, я любила тебя, я бы за тебя… Какой же ты мудак! – вдруг не выдержала она и расплакалась, выплескивая все ранее скрытое напряжение.

Несколько минут прошли в тишине, пока мы слушали рыдания. Потом Элеонора взяла себя в руки, вытерла слезы и села ровно.

– Извините, – посмотрела она на нас с Эрикой, после перевела колючий взгляд на Воропаева. – Приятно узнать цену своей преданности. Спасибо, Кирилл Иванович.

Несмотря на язвительный сарказм, впервые за весь разговор в ее взгляде появился страх. Небольшой, хорошо контролируемый и почти незаметный, но все же появился.

– Элеонора, Кирилл Иванович умер, – проговорил я. – Он погиб в тот самый момент, когда принял решение не дожидаться ухудшения когнитивных функций и вышиб себе мозги, взяв грех самоубийства на душу. Сейчас это темный эльф-ренегат Кирилл без души, тоски и жалости, без каких-либо рефлексий и моральных ограничений. Если он сочтет нужным и рациональным, он не моргнув глазом удавит и тебя и меня и Эрику.

Вновь слишком жестко и слишком прямо – в ином состоянии я бы так никогда не сказал. Люди вообще редко говорят что-то с кристальной ясностью – например, перед первым свиданием молодой человек не говорит девушке, что за приглашением стоит желание уложить ее ночью в постель, а тактично сообщит что хочет приятно провести время за ужином.

– Возражать будешь? – посмотрел я на темного эльфа.

– Удавить человека дело не быстрое, так что в процессе все же моргну, – пожал плечами Кирилл.

Ему в отличие от меня никакие условности в сторону больше отставлять не нужно, он теперь в таком состоянии живет. И после этих его слов я понял, что добился нужного эффекта – и Эрика, и Элеонора наконец поняли, кто находится перед ними. Все же мировоззрение ренегатов не сразу в восприятие укладывается, из-за внешней схожести хочется на них человеческие мерки и нормы морали натянуть.

Открыв дверь, я позвал стражу и поручил препроводить Кирилла в жилые апартаменты, посадив под арест – в центре Новгорода за безопасность отвечают лунные стражи, так что шансов сбежать у него никаких. Когда темного эльфа увели, посмотрел на Элеонору.

– Я не собираюсь вас убивать. Но пока не знаю, что с вами делать, поэтому посидите под стражей. Только имейте в виду, что здесь везде взгляд богини и попытка сбежать может закончиться для вас фатально.