Текст книги "Дороги Средоточия"
Автор книги: Алексей Ар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)
– Я просто спросил. – Михаил усмехнулся и устроился поудобнее. Закинул руки за голову, зевнул. – Что такого? Я прошел этап становления на Груэлле. Протрубил от и до – во славу Вечности.
– Ну да? – Чет удивленно выпучил глаза. – От и до? Ты хочешь сказать, что прошел цикл до конца? Отоспался, позавтракал и стал димпом.
– Да. – Михаил в свою очередь удивился. – Война, плен, побег… А там и Т’хар нарисовался.
– Абыр на. – Чет присвистнул. – Ты прошел. А меня вытаскивали со дна океана, во время цепной термоядерной реакции. До сих пор помню, как вода кипела, и ослепительный свет помню…
Михаил обдумал слова Курьера и задал логичный, с его точки зрения, вопрос:
– А что ты делал на дне океана?
– Плыл.
– Сам?
– Нет, б… на подводной лодке! – Чет досадливо сплюнул. Помолчал немного и тише добавил: – Проект «Ларго 8», глубоководная стратегическая маршрутизация…
– Такого бы и я не пережил, – миролюбиво поддержал собеседника Михаил.
– Т’хар мне тогда сказал в сердцах, что обладай я хоть одной извилиной, я бы не нажимал все кнопки подряд. И Лиэ осталась бы…
– Тогда пережил бы, – Михаил хмыкнул. – Я крайне подозрителен.
– Пошел ты, – беззлобно сказал Чет. – Ладно, в расчете. Но, гуляр абыр – ты третий прошедший цикл, насколько я знаю. Правда, есть одна неопределенность…
– Третий? – Настройщик заинтересованно подался вперед. Обжегся и чертыхнулся.
Чет удивленно моргнул:
– Ах да, салага. Ты ведь еще ни слухом, ни духом, ни рылом. Первый, понятно – сам Т’хар, вторая – некая Эдэя. Не знаю в чем ее сила, нас как-то не представили. Видел ее мельком, когда гостил у Старика. Шикарная женщина… – Курьер мечтательно закатил глаза. – Гурия. Я бы отдал ровно четыреста семьдесят четыре бэрга за один ее взгляд. И один бэрг на поберык.
– И отдал бы. Ты шустрый.
– Но не дурак. – Четрн грустно вздохнул. – Попробовал бы ты ее воспринять как димпа, обосрался бы.
– В смысле?
– В прямом… Что это?
В лесу отчетливо треснула ветка… Воздух застыл. Чет потянулся за Тиг-Логом. Несколько минут двое мужчин у костра прислушивались к ночным звукам.
– Драконий запах отгонит хищников, – не очень уверенно сказал Курьер.
– Вернемся к женщине.
Четрн расплылся в улыбке:
– Давно без секса? Шучу. Представь, ты прибит к земле, а на тебя падает небоскреб. Вот примерно так Эдэя и действует. Она – сама неизбежность.
Михаил призадумался. Т’хар упоминал о некой таинственной особе. И было еще что-то – в начале пути.
– А насчет неопределенности?
Чет потянулся за дровами. Наученный опытом, Михаил торопливо отодвинулся.
– Как-то я случайно услышал разговор Т’хара и Эдэи.
– Случайно?
– Ну да! Я подслушивал. Вентиляция хорошая… – Чет понял, что оправдывается, и удивленно замолчал. – Ахун гуляр поберык. Короче, я услышал их разговор. Они толковали о силе, способной изменять энергию…
– Стоп. – Михаил привстал. В горле пересохло. – Как я понимаю, это было давно?
– А я про что.
– Продолжай. – Настройщик вновь лег. Счет к Т’хару возрос.
– Они упоминали имя… Хоор…
Холодный порыв ветра зашелестел листвой, прибил к земле пламя костра. Свет лун потускнел.
– Ветер, – зачем-то сказал Михаил.
– Хоор – димп. И он почти наверняка прошел цикл. Но ты бы слышал голос Т’хара – Старику Хоор определенно не нравился. Мягко говоря.
– Почти наверняка? – Михаил ухватился за новую мысль. – Как можно за столько лет не узнать детали?
– Зачем? – Чет помрачнел. – Т’хар, конечно, хотел меня просветить. Но мне его философская бредятина осточертела и я сбежал в Златорэль. А дальше миры мелькали как в калейдоскопе. По глазам вижу, ты понял. Запомни – это пустота, одинаковые войны, одинаковая боль и правила практически те же. Когда прочувствуешь, вздрогнешь.
– Увидим, – дипломатично ответил Михаил.
Сонно забормотала, заворочалась Ка.
– Ах ты черт, я и забыл. – Сунув руку в карман пиджака, укрывавшего девочку, Четрн извлек знакомый прибор. Пульт, столь любимый наемниками, охочими до димповского тела. Ка довольно улыбнулась и затихла.
Михаил нащупал рукоятку меча-кинжала. Если он атакует первым…
– А почему у тебя глаза квадратные? – Курьер оглядел себя. – Или ты на прибор возбудился? Год назад какие-то упыри пытались меня прикончить. Я тогда мотался по случайным мирам, как раз перед прибытием в Таг. Один из наймитов постоянно тыкал мне в физиономию этим аппаратом. Я отобрал.
Михаил немного расслабился:
– А кожа у наймитов зеленая? Дело в том, что у меня в номере мотеля, осталась точно такая же штука.
– Ну и какого дьявола? – Четрн быстро огляделся.
Тьма сгустилась, придвинув стену леса вплотную к костру. Заунывно пропел ветер. Багровые угли полыхнули зарницей.
– Хороший вопрос. Вокруг что-то затевается, я всеми фибрами чувствую удавку на плечах
– Как-то не думал… – Чет растерянно потер руки. – Но ты прав. Ниточка тянется издалека… Понять бы кто за нее дергает.
– Рано или поздно мозаика сложится, и мы увидим картину в целом.
– Без меня. Мне надо позаботиться о Ка…
– Ты думаешь, мы встретились случайно? – хмыкнул Михаил.
– Да! – Четрн едва не сорвался на крик, но вовремя опомнился. – В любом случае, мне не нужна твоя компания. И ты… смотри на меня… на палец смотри… ты мне не нравишься.
– Ты мне в лицо не тычь. – Настройщик зевнул. – А то испугаюсь.
Для порядка ругнувшись, Чет лег. Несколько секунд повозился, устраиваясь в колючих объятиях лапника, и замолк.
– Ты спишь? – спросил Михаил.
– Да.
– Ты бы не оставил Таг, не будь с тобой Ка.
– Психоаналитик хренов. Но я не виню себя за то, что ушел. И бабу свою ты не бросил. Ведь тебя это беспокоит, я прав?
– Рент, Сэл, Ора…
– А завтра будет новый мир и новая Ора. – Голос Чета сочился горечью. – Поэтому заткнись, сядь и бди. Ты и так меня достал.
– Сам начал…
– Отвали.
– Взаимно.
В таинственном мерцании ночи безмолвствовали темные глубины леса. Не видно ни зги.
***
– Подъем. – Могучий пинок подбросил Михаила в воздух. Невольно ему вспомнилась Дзейра и ее методы побудки. Где она сейчас – яростно-ласковая подруга? Михаил понял, что не отказался бы вернуться на Груэлл. После того, как навестит дом, разумеется.
– Еще раз меня пнешь, оторву ногу, – сонно пробормотал Михаил, принимая сидячее положение. Продрав глаза, он осмотрелся.
Над верхушками деревьев скользило утреннее солнце, аляповато роскошные бабочки порхали над травяным ковром, разлагался дракон. «Еда» – лаконично подумал Михаил. И чертыхнулся – за ночь костер прогорел, отставив серовато-черную россыпь сдобренных пеплом углей.
Чет деловито перебирал дрова. Несколько секунд Михаил наблюдал за его работой:
– Который час?
– Восемь пятнадцать.
– А где у тебя кнопка?
– Салага. – Четрн принялся укладывать дрова в кострище. – Время определяется спектрально.
Михаил попробовал.
– Восемь семнадцать, – довольно кивнул он.
– За водой сходи «восемь-семнадцать». Ка, не убегай далеко.
– Бабочки Чет, они такие милые. – Девочка хрипло засмеялась.
Мужчины переглянулись.
– Ранение в горло, – Чет вновь занялся костром. – Давай галопом, ахун.
– Будет сделано, мой генерал. – Подхватив бидон, Михаил двинулся к ручью, на ходу впитывая запахи листвы, трав и цветов… К костру он вернулся, когда над огоньком уже готовился завтрак.
– Тебя только за смертью посылать. – Чет взял бидон и сердито напился.
– Она и так меня найдет. – Настройщик обратил внимание на дракона. – Погода нынче теплая.
– Похоже на близкую осень.
– Я люблю осень, – объявила Ка. Она начала потихоньку оттаивать.
– И солнышко греет, – кивнул Михаил.
– Ты по дороге ехнулся что ли?
– И дракон начинает смердеть.
– Э, – протянул Чет. – А ведь ты прав, вскоре нам придется уйти. Этот кусок хетча протухнет, сгниет и черви…
– Чет, – укоризненно сказала Ка. Надо отдать ей должное – иногда она очень вовремя останавливала «дядю».
– Куда направимся?
– В лес. Найдем местечко, шалашик поставим. Как тебе, малышка? – Смеясь, Чет принялся тормошить девочку. Ка довольно засопела.
Михаил мысленно поздравил себя с удачей. В ответ на вопрос Чет впервые не начал кричать о собственной независимости.
***
Стоял жаркий полдень в пику осеннему багрянцу, украсившему листву. Вокруг небольшого озерка величаво шумели деревья. Сквозь листву косо падали солнечные лучи, расцвечивая траву тенями и золотистыми оконцами тепла. Плыли в вышине и по водной глади легкие облака. Мягкий ветерок, напоенный тонкими лесными ароматами, витал над миром…
Глубоко вдохнув неведомые запахи, Михаил удовлетворенно кивнул и устроился поудобнее на выбеленной временем коряге, вросшей в песчаную косу. Крохотный полумесяц пляжа подпирал заросшую травой опушку, что стойко сдерживала натиск леса. На других берегах деревья купались в воде…
Тихая волна лизнула берег, зашелестела галькой.
Четрн подхватил Ка, поставил себе на плечи и засмеялся. Девочка, в оранжевом купальнике похожая на тонкий язычок огня, хрипло ему вторила. Отсмеявшись, она неумело прыгнула в воду.
«Рыбы в шоке» – Михаил отыскал спиной обломанную ветвь. Притерся…
– Курьер, а не может достать обычную пачку сигарет… – начал он.
– Дурак. – Четрн, отфыркиваясь, всплыл. – Сигареты убивают. Поэтому отстань. Ка, я буду чудо-рыбой.
– Ага. – Девочка радостно засмеялась.
Ее счастье Михаил понимал. В кои веки он чист, цивильно одет и находится в приличной обстановке – почитай уже три дня со времени нападения дракона.
– Черт с вами. – Настройщик сотворил пачку «Лоры» и коробок спичек. Достал сигарету, осторожно прикурил… Мир стал почти идеальным. Сглотнув, Михаил в корне истребил желание глотнуть холодного пивка.
На берег, с шумом и плеском выбралась незабываемая парочка водяных. Чета украшал живописный пук водорослей.
– Так и ходи, – заметил Михаил.
Натянув штаны, Курьер сладко потянулся и подсел к костру.
– Никогда не получалось прикурить от углей. Мик, у тебя спичек нет? Ты чего? Ты лучше сиди… Ка, тревога. – Четрн веселился.
– Я спасу тебя. – Ка рыкнула. – Я дикий рал.
Под ногами Михаила хрустнула галька. Атакованный «ралом» он влетел в воду. Чет на всякий случай встал.
Сердито сопя, Михаил выбрался на берег и отряхнулся:
– Ладно, Кошачий Глаз…
– Мик, он же шутит. – Ка дернула Михаила за рукав. – Ты ведь не злой на самом деле.
– Аккуратнее со следующими словами, димп, – процедил Чет, глубоко затянувшись.
– Надо спрашивать, когда берешь чужое.
– Хорошо. – Чет невинно моргнул. – Договорились.
– А что мы будем кушать? – спросила Ка.
Немного подумав, Четрн взглянул на Михаила, вновь устроившегося на песчаной косе, и понял – требование принести дичи ввергнет компанию димпов в новую войну. Идиллия рухнет и виноватым, скорее всего, окажется он. И Ка расстроится… Молча подхватив оружие, Чет улыбнулся девочке и бодрым шагом двинулся вглубь леса. Для воина Златорэля охота – вторая судьба.
Вернулся он через полчаса – с заманчиво выглядевшей добычей. Обед обещал порадовать троицу нежным мясом птицы. Хотя Михаил не отказался бы от супа… и каши… и салата. А на десерт – творожный торт.
– Мик, – Четрн опустил взгляд.
– Заведи свои.
– Подавись, ахун гуляр!
– Ладно, бери.
– Только не делай мне одолжений. – Четрн прикурил от головни.
С некоторым удивлением Михаил изучил сигарету, которую собирался отдать Курьеру. Чет сердито дымил.
– Давно ты ее умыкнул?
– До обеда.
– Когда-нибудь… – Михаил неопределенно повел рукой.
– «Когда-нибудь» не будет, – отрезал Чет, внимательно осматривая меч.
– Что значит Тиг-Лог?
– Ахун гуляр бизар.
Безмятежно потянулась время. Настройщик лениво улыбался небесам и думал. Боль прошлого, загадочность настоящего и неопределенность будущего сводили с ума. Он ничего не мог поделать с этим. Поэтому он улыбался.
Незаметно подкрался вечер, а за ним и ночь. Сгустились тучи, и небо, лишенное звезд, выглядело мрачновато.
Позевывая, Четрн ворошил веткой угли в костре и время от времени задумчиво поглядывал на невольных попутчиков. Они свалились на его голову совершенно неожиданно. К одному он успел привязаться, ко второму… Слишком сложно для однозначного ответа.
Грядет утро. Небо над верхушками деревьев посветлело. С озера потянуло прохладой.
Радужное кольцо, возникнув из небытия, оплело грудь Курьера – лишило сил, затуманило разум… Мужчина захрипел. В сумраке чащи мелькнули неясные тени и тусклые ореолы трепещущих огней.
Глава 10
– Ми-и-ик…
– Отстань… – Михаил перевернулся на другой бок.
Чет попробовал его пнуть. Бесполезно – мешает кольцо. А если перенести? Силы таяли.
– Ми-и-ик…
Языковой спектр тяжелым ярмом лег на меркнувший разум.
– Мы держим его, Толадо. Снимай оковы. – Голос мужской хриплый, властный.
Взвизгнула Ка, почувствовав чужие руки. От ее крика Четрн встрепенулся, заскрежетал зубами в бессильной ярости…
– Отпусти ее! – рявкнул Михаил, сшибая ближайшего воина. Хрустнула сломанная челюсть. Тени уплотнились.
На секунду Настройщик сумел прикоснуться к девочке… Удар локтем отшвырнул его назад. Усилием воли он попытался понять резавшие слух выкрики – гортанные, каркающие.
– Толадо, удерживай!
Из-за деревьев вышел человек в серой мантии. Посох в его руках голубовато светился, смазывая танец теней.
– Ахун! – Четрн смог достать меч. Увидев Ка и объятого радугой Настройщика, он качнулся к ним. Напоролся на копье и удивленно охнул…
– Чет! – Ка всхлипнула. – Не надо…
– Заткните отродье.
Серый маг взмахнул рукой, и девочка умолкла.
– Восстанавливайся… – Михаил полз.
Стоявший неподалеку кряжистый воин хмыкнул, вогнал меч в ножны и сапогом прибил голову ползущего к земле.
– А если ты ему черепок расколешь? – раздалось из темноты.
– Разговорчики! – На свет костра выбралась внушительная фигура. – Хотите, чтобы тадал узнал, как вы лясы точите? Я так и думал… Пьюл, именем кишок Пагара, подбери падаль. А третий где?
– Здесь, – спокойно ответил маг. Конец посоха упирался в корчившегося на земле мужчину. – Остальные мелочь, камадал. Этот же достоин благодарности Верховных.
– Откуда знаешь, Толадо? – Камадал сдержал готовый вырваться смешок. Со Служителями Равнин надо держать ухо востро.
– Его ударили копьем. Попробуй осмотреть рану, Белый Череп.
– Чего он у тебя извивается? – Камадал, командир десятки или Белый Череп, как называли его в отряде, неуверенно шагнул вперед. Посох в руке мага ослепительно вспыхнул, и Чет замер.
Камадал присел на корточки и удивленно присвистнул:
– Рана почти затянулась. Может он босоррский вершитель?
– В нем нет Мастерства, – прошипел Толадо. – Но он интересен для нас. Для искусства мастера Порро.
– Маг сотни, приближенный тадала. – Белый Череп не удержался и вновь присвистнул. – Вот не думал, что обычный патруль закончится такой добычей. Как поступим?
– Продолжай патрулирование, я перенесу падаль в лагерь.
Поглубже надвинув капюшон, маг перехватил посох и стремительными взмахами начертал на земле сложную фигуру. Там, где магический инструмент коснулся почвы, вспыхнули алые линии.
– Уходим. – Белый Череп отступил к деревьям. Привычный к стали он опасался тайных знаний. Тем более, когда этими знаниями владели Служители Равнин.
***
Шорохи, стоны… Мысли и тени.
Михаил приоткрыл глаз. Осознав, что жив, приоткрыл второй. Медленно сел. По телу разлилась ватная слабость, толкнулись в голове колючие иглы боли.
В пыльном полумраке двигались неясные фигуры. Ситуация требовала проработки. Борясь с тошнотой, Михаил осмотрелся. Тюрьма – бревенчатый сруб с черными, влажными стенами и белесыми пятнами плесени по углам. Бойница одинокого окна пропускала внутрь узкую полоску света, игравшую с пылью. Отдельного внимания заслуживала крепкая, обитая металлом, дверь.
Сумрачные тени при внимательном рассмотрении обрели черты колоритных узников. Первым Михаил увидел сидевшего рядом гнома. Луч света косо падал на его лицо, выхватывая часть курчавой бороды, нос пуговкой и цветущий кровоподтек на щеке. Чуть дальше расположилась группа из шести мужчин в серебристо-черной униформе. Кульминацией тюремного наполнения выступало хрупкое в кости человекоподобное создание – с крупной, шарообразной головой, черными перьями волос, остроконечными ушками, крохотным вздернутым носом, щелью рта и непередаваемо огромными озерами голубых глаз.
Существо моргнуло и озера глаз на секунду закрыла тонкая пленка.
Гном что-то сказал. Постаравшись успокоиться, Михаил аккуратно вобрал спектр его речи. Умирать из-за языкового барьера не хотелось.
– Ты понимаешь босоррский, приятель? – Гном на удивление терпелив.
– Да, – кивнул Настройщик.
– Слава Молотобою, нашей компании прибыло. Я думал ты из Чебы или Вереи, а то и с Маракары тебя занесло… Или из Серого Союза. Ублюдки. – Гном брезгливо поморщился.
– Опять тюрьма. – Михаил прислушался к себе. Вцепился в земляной пол. – Хетч и…
– Абыр, – закончил Четрн. Он лежал в дальнем от двери углу и выглядел плохо. Рядом с ним, обнимая, сидела Ка. Она плакала.
Кряхтя, Михаил поднялся и заковылял к ним. Наступил на чью-то ногу.
– Осторожнее, – прохрипел пленник. – Не нарвись.
– На кого?
– Дважды повторять не стану!
Серебристо-черные покинули список друзей, не успев в нем обосноваться. Балласт.
– Как самочувствие, Чет?
– Гурзак ахун ажуп. Какое к демонам самочувствие. – Курьер приоткрыл куртку. На животе алела едва затянувшаяся рана. – Балансирую на грани.
– Чет, только пожалуйста, не уходи. – Ка всхлипнула.
– Чего она воет? – рявкнул кто-то.
– Тебя оплакивает! – яростно оскалился Чет и попробовал встать…
– Заткнись, Терий Лин, – сурово потребовал гном. – Разве босоррцы воюют с детьми?
– Не лезь, Бэрит. Пока вы отсиживаетесь в грепнутых горах, мы подыхаем! – Один из мужчин вскочил. Костлявый, высокий детина с отчетливыми проблесками безумия в маленьких глазках.
– Грепнутых? – Чет сделал отметку в памяти. Михаил покачал головой.
– Если ты не заметил, Лин, я в плену у Союза вместе с тобой. – Гном встал.
– Ой, весело, весело, весело, – провозгласило большеглазое создание. Хлопнуло в ладоши и воспарило над полом. Михаил удивленно приоткрыл рот.
– Это не игра, Ийк, спускайся. – Бэрит махнул рукой.
– А когда будет игра? – спросил Ийк, приземляясь.
– Потом. Или вот что… Развлеки ребенка. – Гном задумчиво склонил голову на бок.
– Играть. – Ийк перепорхнул к Чету. Присел на корточки и быстро переплел длинные пальцы, слагая забавную фигурку. Следом еще одну, и еще…
– Как тебе, малышка? – Четрн потрепал девочку по макушке. Не выдержав, Ка улыбнулась.
– Весело. – Ийк высунул кончик языка от усердия.
Гном покачал головой и вновь устроился на полу. При некотором размышлении Михаил подошел к нему.
– Не обращай внимания, тэки всегда такие. Мир для них – вечный праздник.
– Они мне нравятся, – усмехнулся Михаил. – Я тоже люблю показывать на пальцах. Простые фигуры.
За окном раздался рев. Никто из пленников не пошевелился. «Любопытство не порок», – решил Михаил, приникнув к щели окна.
За окном зеленовато-желтыми волнами раскинулся холмистый луг. Непритязательным военным орнаментом на лугу приютились несколько бревенчатых домиков, пирамидальный, увенчанный вымпелами шатер и с десяток кострищ, у которых расположились солдаты. Они с интересом наблюдали, как неподалеку, в загоне, бесновался опутанный канатами дракон.
Пятнадцать воинов, с копьями наперевес, пытались удержать рептилию. Да еще маг в серой хламиде с неизменным посохом в руках. Он быстрыми жестами плел магическую паутину, окружавшую тварь синими язычками огня. Дракон заметно слабел…
– Новый рекрут, – сказал незаметно подошедший Бэрит. – Поганые твари. Падают на голову в самый неподходящий момент.
– Тебя ведь Бэрит зовут? А меня Мик. Вот и познакомились. Бэрит, я люблю ясность. Ты распиши мне картинку по буквам.
– О чем ты, именем Молотобойца? – гном удивленно хмыкнул.
– Ты прав, мы из далекой страны – настолько далекой, что я не понимаю происходящее.
– Интересно. – Бэрит внимательно посмотрел на Настройщика. – А если это трюк Серых?
– Тогда какой мне смысл спрашивать?
– Верно. Что тебя интересует?
– Бойцы у костров
– Солдаты Серого Союза. Пять королевств у западного моря. Несколько лет назад, они начали расширять границы. Я читал об этом в Аякских летописях.
– Ты не возражаешь, если я буду задавать вопросы? – вклинился в рассказ Михаил. От костров напахнуло чем-то съедобным. Желудок остался безучастен.
– Задавай, – согласился Бэрит.
– Аякские летописи?
– Аякс – столица Босорры. Я прибыл в город лет десять назад. По торговым соображениям… – Гном улыбнулся чему-то далекому в памяти. – А вернуться в горы не успел. Война.
– Скверно. А летописи?
– В летописи заносят истинную историю Паллады. Если вкратце, экспансия Серых вылилась в Западный конфликт, в результате которого некто Проций, при поддержке магов серых равнин, сумел объединить пять королевств в Союз и подмял соседей. Как ни странно, помешать ему не смогли – ни регулярные войска, ни Белые Одежды… Маги, – пояснил гном, видя недоумение собеседника. – Армия Союза вошла в Босорру и оттеснила босоррцев к горам Сомы. А в горах кроме скал, черных бездн и снега почитай и нет ничего. У Босорры остался только великий Аякс и клочок земли за внешними стенами, которые Белые одежды укрепили магическим барьером. Это невидимая…
– Я понял, – кивнул Михаил. И сделал более умное лицо – во избежание.
– Союз с марша осадил периметр барьера, вот так и стоим.
– Похоже, вы делаете вылазки?
– Да. Я предложил провести отряд к гномам Редколесья. Это ветвь клана Фарго, обосновавшегося в горах Сибириль. К сожалению, пройти окружение нам не удалось – сотня Хитрого Лиса перехватила нас у Темной лощины.
– Сотня кого?
– Хитрый Лис – тадал. Командир сотни. В знак уважения тадалам присваивают Имена Страха.
– Имя, конечно, страшное, – согласился Михаил. – Если я правильно понял, передо мной лагерь сотни?
– Да, – ответил Бэрит. – Они стоят сотнями вдоль барьера.
Вдалеке, за деревьями вспыхнуло серебристое сияние. Холодные искры исчертили воздух и пропали.
– Служители Серых Равнин пробуют барьер на зубок.
– Хорошо… А заключенных кормят?
– Глянь, котел тащат, – Гном неопределенно махнул рукой. Устроился у стены и тихо добавил: – Харчи, проклятые Пагаром.
Вслед за коротким скрежетом засовов с легким скрипом открылась дверь. Мелькнули коричнево-желтые формы, обнаженная сталь, и внутрь сруба забросили котел. В котле тяжело и не аппетитно булькнуло.
Михаил прикинул шансы прорваться в момент заноса пищи. Без сотни бэргов на счету и с довеском в лице родни задача не выполнима. Кошачий Глаз, черт с ним, но девочка… Маленькая она для смерти.
Пыхтя и толкаясь, пленники ринулись к котлу.
– Пусть сперва ребенок… – Бэрит вклинился в толпу. – Раненный здесь…
– Чем они лучше нас?! – брызжа слюной, возопил Лин. – Я жрать хочу!
Ка испуганно прижалась к Чету, пытаясь скрыться, спрятаться… Взглянув на нее, Ийк отцепил от котла кружку, взлетел и сверху зачерпнул похлебки.
– Вы так не умеете! – В ответ на попытку стащить его на пол Тэки переливчато рассмеялся.
– Возьми, ребенок. – Ийк отдал кружку Ка. – А потом мы еще поиграем?
– Убью шута!
– Но вы же люди… Люди, а не звери. – Бэрит сдерживал напор пленников.
Шестеро медленно теряли человеческий облик. Терий Лин схватил гнома за шиворот и в следующий миг осознал, что поднимается в воздух. Сокрушительным ударом с его головой встретился бревенчатый потолок.
Михаил разжал пальцы – мужчина рухнул на пол и заскулил, сворачиваясь клубком.
– Кто-нибудь еще? – Настройщик холодно оглядел стоявших перед ним людей.
– Здорово. – Бэрит хлопнул Михаила по спине. – Ну и силенка. Был у нас на улице Мастер, подковы гнул.
– А я бы убил, – процедил Четрн.
– Не надо так. – Ка протянула ему похлебку. – Возьми.
– У него есть. – Михаил, с кружками в руках, подсел к теплой компании в углу. Через минуту к ним присоединились Бэрит и Ийк.
Чет досадливо поморщился – в данный момент он хотел обойтись без компании.
– Они потенциальные защитники ребенка, – тихо сказал Михаил. – Но ты идиот – тебе не понять.
– Вурап абыр хумар. Еду отдай.
– У тебя Тиг-Лог сперли, – заметил Михаил.
– Плевать. Меч – часть моего спектра. Когда мне потребуется клинок, я призову его.
– Что значит Тиг-Лог?
– Гадость! – Чет поперхнулся. Выплюнул комковатое варево.
– Привыкнешь. – Бэрит маленькими глотками цедил бульон. – У меня есть подозрение, что эта степка на основе мяса.
– Степка? – Чет справился с протестами желудка. Аккуратно прикоснулся к ране… Больно, но терпимо.
– Не при ребенке…
– А давайте ругаться, – подпрыгнул Ийк. – Я знаю много плохих слов.
– Мой новый друг. – Чет улыбнулся. – За Ка не волнуйтесь, она привыкла.
– Дите ведь, – смутился гном.
– И то верно, – вмешался Михаил. – Ийк, охолонись. Бэрит, озвучь мне наши перспективы?
– Ты любишь брать ситуацию под контроль, – подал голос Чет.
– Я Настройщик, не забыл? – кивнул Михаил. – Бэрит…
– Нас держат под замком восьмой день, время от времени допрашивают. Скорее для проформы, нежели с какой-то целью… Хуже всего, когда допрашивают маги.
– Да. – Настройщик вздрогнул. Магов он помнил.
***
Меркнущий свет привел в лагерь вечер. Яркая звезда, заглянувшая в окно бревенчатой тюрьмы, привела одиночество и неопределенность.
Сопровождаемый скрипом петель в дверном проеме возник солдат.
– Который из них, Толадо?
Человек в серой мантии взмахнул посохом:
– У дальней стены.
– Не надо. – Ка вцепилась в Четрна.
– Отпусти крошка. Я вернусь, все будет хорошо. Помнишь, я обещал тебе радужный мост Златорэля? Проклятье, Мик, помоги.
– Успокойся, пуговка. – Михаил прижал к себе вырывавшуюся девочку. Главное, чтобы не закричала…
– Игра? – спросил Ийк.
Двое солдат вывели Чета под открытое небо. Маг пристально оглядел пленников и захлопнул дверь.
– Благодарим тебя, Пресветлый Одрон, – горячо зашептал Терий Лиин, опускаясь на колени. На его темени поблескивала внушительная шишка.
– К Чету… Я к Чету. – Девочка не оставляла попыток вырваться.
– А ну тихо. – Настройщик добавил голосу строгости. – Чет сказал, что вернется, значит вернется. Разве он когда-нибудь обманывал тебя? Нет. Вот видишь.
– Но они тоже говорили… а потом ушли. – Всхлипнув, Ка ткнулась лбом в плечо Михаила. Вечность спасовала.
– Кто они?
– Мама… и папа. Мы в Садали жили, на Тисовой улице. А Чет говорит, что тис – дерево. Правда?
– Да.
– Мне было весело, я помню. Со мной играли. К нам приходил человек, такой высокий, с волосами как у меня, большой. Он всегда улыбался. У него имя такое… Не помню. Однажды он привел Четрна. А потом Чет сам приходил. – Ка шмыгнула носом. – Потом люди пришли, они кого-то искали. Меня вывели из комнаты и выстрелы там. Два выстрела… Я наверно заснула, потому что темно. А когда проснулась, рядом был Чет. Он вынес меня через окно, сказал, так веселее и он не любит ходить через дверь. И еще сказал, что папа с мамой ушли… Но я знаю, что они умерли и не говорю ему.
– Все будет хорошо. – Михаил растрепал Ка волосы.
– Бедняжка. – Бэрит отвернулся. Для гнома он оказался чересчур сентиментален. Опять же, кто знает, каковы они – местные стандарты гномьей чувствительности.
– Я тут сохранил. – Неподалеку возник один из пленников с надколотой кружкой в руках. – Немного еды для ребенка.
– Садись, – кивнул Михаил. Процесс инициализирован. – Фамилия, имя, отчество. Паспорт, права… Шучу. Мик.
– Тарад Сом, из меченосцев Аякса. – Мужчина улыбнулся. – И я не зверь.
– Неплохой парень, можно верить, – авторитетно прокомментировал Бэрит.
– А я при чем? – Настройщик развел руками. – Я вам никто.
– Ты сильный, – подал голос Ийк. Он болтался вниз головой на полутораметровой высоте. – У меня мозги вниз текут. Так интересно…
– Спустись. – Бэрит стащил тэки на пол и объяснил: – За ними следить надо, а то они как дети.
– Почему Чета нет? – заволновалась Ка. – Ты сказал, он вернется.
Ответить Михаил не успел. Щелкнул замок, в распахнувшейся двери мелькнули тени, и на утоптанной земле распластался Курьер. Правая половина его лица была обожжена.
– Не смотри. – Препоручив Ка гному, Михаил поспешил к Чету. – Очнись, Желтоглазый.
– Готовьте следующего к допросу, – раздался извне голос. В окне белым пятном мелькнуло лицо, сверкнули белки глаз…
– Плохие игры, плохие, – грустно сказал Ийк.
– Мне кофе в постель, девочек не надо, – пробормотал Чет, открывая здоровый глаз. – Я ужасно себя чувствую.
– Ты жив. – Ка улыбнулась. Умница Бэрит не спешил ее отпускать. Правильно.
– Мик, нагни голову и слушай, – горячо зашептал Четрн. – Если со мной что случится, Ка – за тобой. Обещай мне, как я когда-то ее матери. Клянусь всеми богами Средоточия, вернусь – проверю.
– Заткнись. Ты еще не помер.
– Я ног не чувствую. И счетчик на нуле.
***
Новое утро началось легким дождем. Мерный стук капель навевал тоску.
– Кто пойдет? – поинтересовался Серый, стирая влагу с лица. – Дрянь погодка. В сапоги набрал. Кто?
Солдат с недоброй усмешкой оглядел пленных.
– Вон тот, – сказали за его спиной. – Все равно падаль, да и маги им интересуются.
– Твоя… – Чет закрыл глаза.
Михаил напрягся в готовности предложить себя на замену Желтоглазого. Сию секунду встать и сказать. Потом пытка и боль… Грохнула дверь, отсекая возможности. Не обращая внимания на заплакавшую Ка, Михаил бросился к двери.
– Меня! Меня бери!
– А девочка как? – Рядом остановился Тарад – меченосец. Настройщик сник. Вернулся в угол, где Ийк пытался успокоить ребенка.
Под шум дождя и посвист ветра потянулось время. Серость неба, тусклая влажная листва деревьев, недовольный рев дракона сливались в безрадостную реальность тюремного бытия. Умом Михаил понимал необходимость действовать и действовать незамедлительно. Но сердце, сжимаемое предчувствиями, отказывалось гореть. Надо брать Ка в охапку и…
Однообразие дня разрушило пение клинков и хриплые крики. Послышались топот ног, треск ломаемого дерева, шипение испарявшейся влаги…
– В сторону! – Михаил протолкался к окну и вгляделся в серость мира.
На лугу кипела битва, мелькали тела. Без всякой видимой причины дракон встал на дыбы, мотнул головой и рухнул в драконий обморок, подмяв десяток солдат.
– Босоррцы! – Бэрит нетерпеливо приплясывал на месте. – Нужен сигнал…
– Новая игра. Я вожу.
– Ка, быстро ко мне. – Михаил подхватил девочку. Примерившись, выбил дверь в серую мглу дождя. – Бэрит, Ийк, Тарад, будьте рядом. Остальные, как хотите.
Выскочив под открытое небо, Настройщик осмотрелся. Заметил неподалеку повозку с четырьмя босоррцами, сдерживавшими натиск Серых. Транспорт найден.
– Держись крепче, малышка, – Михаил рванулся к цели. Из калейдоскопа схватки встречным курсом вынырнула троица солдат – обычные бойцы, не маги и ладно. Одного сбил с ног и придушил Бэрит, другим занялся Тарад, а вот третий мог успеть…
Михаил подпрыгнул. И понял, что приземлится на обнаженные мечи. В веере брызг промелькнул рядом тэки.
