Текст книги "Дань для Хана (СИ)"
Автор книги: Александра Ермакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)
Глава 50
POV Даниила/Дань
– Опять с Ташиком обниматься? – реплика нагнала, когда я взялась за ручку двери. И как Хан опошлил его имя и нашу дружбу меня неприятно поразило. Он не мог такого сказать!
Застыла на миг – послышалось или нет. Задумчиво обернулась… Молча смотрела на мужа, выискивая подтверждение, что слух меня не подвёл. Но прямой взгляд Хана, требующего немедленного ответа, натолкнул на другую, ошеломляющую мысль.
– Ты что, ревнуешь!?.. – начинала с утвердительного, а закончила на вопросительной интонации.
– Не то слово, – наконец и супруг признал, что чувства есть. – Молодой и наглый крутится близь моей жены и позволяет…
– Руслан, – впервые осмелилась Хана назвать по имени. Он недоумённо сморгнул, явно не сразу оценив глубину и важность момента. – У тебя нет соперника кроме тебя самого. Для меня не существует Слав, Аликов, Дим… и прочих мужчин. Я уже сказала, мне нужен ТЫ. Но я не хочу себя загонять в рамки, подыхать в одиночестве и вянуть в ожидании не пойми чего! Это прямая без конца и края! И всё… из-за твоих заморочек. Это у тебя ограничения и ТЫ нас мучаешь, – упрекнула без обидняков, наконец сформулировав то, что меня снедало. – Я молодая. Я жить хочу… Да, погибло много людей. Да, враги ещё на свободе. Да, отца больше нет, но жизнь продолжатся, как бы жестоко это не звучало. А если я буду себя загонять в ещё большую депрессию, с такой поддержкой, какую оказываешь ты, я никогда не выгребу от болота уныния. Так что в клуб пришла, чтобы все знали, что у меня всё отлично! Мне не весело, но я буду танцевать! Если не с тобой, так… – запнулась, не желая ранить Хана очередным дерзким признанием. – Но только слово, что я тебе нужна и…
– Танцуй, – короткая реплика прозвучала на выдохе, хрипло.
– ЧТО? – опять решила, что у меня проблемы со слухом.
– Ты в клубе! – продолжал таранить прямым взглядом Хан. – В чём дело… тан-цуй! – а потом шокировал, пару раз хлопнув в ладоши. Свет приглушился, погружая кабинет в полумрак. Умный выключатель! Неожиданно и удобно по хлопку включать, выключать, а при необходимости, создавать обстановке вот такой интимный тон…
– Шутишь? – надломился мой голос.
Но Хан с прежней невозмутимостью нажал кнопку на пульте, лежащем возле открытого ноутбуку, и тотчас кабинет наполнил звук клубной музыки. Очень чувственной, медленной, будоражащей воображение.
– Ты права, – тянулся размеренно голос мужа, – я сражаюсь с собой. Это тяжело, особенно, когда провоцируют такие соблазнительные малышки, как ты. Но если я не могу тебя трогать, не значит, что не могу смотреть, – откинулся на спинку кресла, по-прежнему не сводя с меня взгляда.
Ждал…
– Я не умею танцевать стриптиз, – повела плечиком.
– Поверь, – его губ коснулась едва заменая улыбка, – это даже лучше. Мне хватит тебя… покушать глазами, – сипло окончил, мне показалось, что он на грани пересечь черту недопустимого.
Помялась возле двери несколько секунд, а потом ступила ближе к столику:
– Тебе этого правда хочется? – я была готова на отчаянные и смелы поступки, но хотелось бы знать, что ответ будет.
– Очень.
Это заставило сердце счастливо затрепыхаться.
Я положила клатч.
– Нравятся танцующие девчонки? – невинно уточнила и, плавно покачивая бедрами, повернулась к нему спиной. – Заводные?.. Раскованные? – не спешила, танцевала же непрофессионально, но так, как подсказывала музыка и как того хотело тело.
POV Хан
Она была гибкая и пластичная, такая, которую с удовольствием мнёшь в руках, кого приятно ощущать под собой и на себе.
– Развратные? Без тормозов? – шуршал её тихий голос, умудряясь продраться сквозь фон клубной эротической музыки. Хотя скорее это я на неё так остро реагировал, что всё, связанное с ней мне казалось громче, ярче, ослепительней.
И я слеп… от желания. И кровь уже не горячая по венам бежала – лава, сжигающая меня изнутри.
Я вцепился в подлокотники офисного кресла и голодно следил за тем, что творила МОЯ молодая неопытная жена. Как же мне повезло, что она не умела танцевать стриптиз… Это упущение было во спасение, иначе бы точно свихнулся.
Хотя, уже… Нормальный давно бы закончил эту пытку, а я с мазохистским наслаждением смотрел. Неотрывно, время от времени сглатывая сухость во рту. Дышал шумно и глубоко, под оглушающий бой, слетевшего с катушек сердца.
Я до сумасшествия хотел Дань. Так хотел, что в паху дико пульсировало и от перевозбуждения ноги сводило…
И это мне на руку было – не вскакивал, не набрасывался – сидел, как прикованный, а она глупо полагала, что у меня стальная выдержка!
Бл*, меня просто парализовало от желания!
– Мой господин ещё что-нибудь желает? – муркнула стервоза, уже у стола обтираясь.
«Трахнуть тебя!» – но это даже не обсуждалось, и боги дайте мне сил выдержать хотя бы ещё немного этого мазохизма.
– Просто… танцуй… – отдал приказ не своим голосом, понимая, что как-то незаметно для себя подсел на дурь с именем Дань. Видимо, она из тех химикатов, к которым привыкаешь с первой дозы.
– Выпить? Пошалить? – игриво прошептала, продолжая меня обольщать жена.
Член болезненно дёрнулся в штанах. Пришлось вновь задом по сидению ёрзнуть и нервным движением стакан по столу к ней двинуть:
– Половину. Коньяк…
Это была секундная передышка, но мой алчный взгляд уже обшарил жену, стоящую ко мне спиной у мини-бара с головы до ног и обратно. И задницу её уже без платья видел… как когда-то… когда порол ремнём… и от воспоминания того постыдного, едва опять не кончил.
Дань спасла от позора. Оглянулась через плечо, улыбнулась мило, плеснув в стакан янтарной жидкости и, только я уже был готов сорваться с места, чтобы свершить неприемлемый акт, протянула мне коньяк:
– Заканчивай нас мучить, – понимающе обронила, подступая непростительно близко. Так близко, что я ощущал жар её тела, меня начинало трясти от её мягкого запаха и сладкого голоса.
– Сделай меня, наконец, своей! Раз уж женился…
Она была невозможно хороша, недопустимо порочна!
Да и явное желание быть мной оттраханной, признаться устраивало член, но не меня!
– Ты правда этого хочешь?
– Я устала из трусов выпрыгивать, пытаясь это доказать.
– Древний Хан. Старый извращенец… – продолжал давать пищу для размышлений. Но больше себя дразнил и выискивал оправданий.
Дань недоумённо сморгнула:
– Да я вроде тоже не совсем нормальная. Мне кажется, мы друг другу подходим.
– А моя грубость? Жестокость? Я же монстр…
– Так и я ещё тот озабоченный фрик, – дёрнула плечом. – Недавно выяснила, – сглотнула, на мои губы глянув, – что порка моей заднице полезна, и если тебе приспичит…
Бл*, она не смела такое говорить! Она убивала меня. В клочья рвала моё самообладание.
– Никогда до тебя женщин не порол…
– А я не просто женщина, Хан, – склонилась, руками уперившись в подлокотники кресла и беря меня в такой хрупкий, нежный плен. – Я твоя… Дань, девочка, дрянь, зараза, су*ка, жена! Как захочешь, как пожелаешь… Тебе позволю всё, потому что… уже сдыхаю, – её голос волнительно дрожал. Никогда бы не подумал, что такое мелкое существо способно меня довести до полуоброчного состояния. – Я устала сражаться с твоим шовинизмом. Я не знаю, как ещё доказать, что хочу быть частью твоей жизни! Я хочу быть в твоей семье… Я ХОЧУ БЫТЬ ТВОЕЙ СЕМЬЁЙ! – не орала, не доказывала, но чеканила с чувством.
– В том-то и дело, Дань, я не мальчишка, а ты играешь…
– Я и не играю!
– Ты пьяна!
– Не пеняй на это, глупо…
– Значит, понимаешь, если я захочу?..
– А ты меня не хочешь? – не дала договорить, опять перевернув фразу, как её юному умишке удобно. Шумно втянула воздух, пристально на меня смотря.
– Ты глупая или реально не всасываешь, что со мной творишь? – ёрзнул по креслу, потому что член колом стоял, и уже было больно дышать и даже думать.
– Ты не говоришь, Руслан. Поэтому я варюсь в собственном котле каких-то новых, обжигающих чувств, не зная, когда закончится это душевное издевательство. А я не из тех, кто мирно сидит и ждёт подачки от любви. Я привыкла идти напролом, не особо задумываясь какого другим. Хорошо это или плохо, не о моральной стороне волнуюсь. Я такая… Я горю… И впервые готова узнать, какого другому, а ты закрываешься.
– Я не умею, как ты выражать свои желания, да и разговор о таком – не моя сильная черта, но… я испытываю тоже, что и ты… растерянность, Ад, страх и пожар.
– Тогда в чём дело? – прошептала, глазами на губы уставляясь, словно ждала поцелуя. – Я же… жена… Законная. А ты довёл меня до того, что я научилась себя ласкать, думая о тебе.
Оглушила, сердце то горле грохотало, то в желудке трепыхалось, и член, что б его, конвульсивно дёрнулся на грани извергнуться от прямолинейности стервы, обращающей мой мозг в кашу. И почему-то в моих руках приятная округлость уже горячила ладони, я неосознанно подгрёб Дань за задницу к себе, позволяя высится немного и даже обвить за шею.
– Надеюсь, ты хоть раз передёрнул, думая обо мне? – продолжала меня пронизывать откровенностью Дань.
– До мозолей, – охрипло обронил, не сразу осознав, что не подумал, а вслух сказанул. Но скорее от шока… из-за подобных признаний.
– Вот и отлично, – ничуть не смутилась зараза, – потому что впредь я больше не позволю тебе шлюх. Убью сразу, а тебя кастрирую… Если я мучаюсь, и тебе того же желаю! Тогда, возможно, ты прекратишь строить из себя святого и трахнешь свою жену. А я докажу, что самое прекрасное, что случалось в твоей скучной жизни.
– Ты… самое прекрасно? – даже не знаю, откуда силы звучать. Хотя скорее на сдавленный выход походило. – Скучная жизнь?
Дань, мило улыбнувшись, кивнула:
– И сына тебе рожу!
Очень надеюсь, что когда-нибудь привыкну к прямолинейности этой шайтанши.
– А если я дочь хочу…
– И дочь, но упрашивать придётся…
– Опять свой характер будешь показывать?
– Я и мой жуткий характер – неразделимы, – шепнула наигранно виновато. – И я тоже гордая…
– Дань, – остатками самообладания цеплялся за реальность, – тебе пора к друзьям, – уже не владел голосом.
Даниила перестала излучать свет, взгляд посуровел. Уж было отстранилась от меня, как шепнула:
– А поцеловать… на прощанье?
– Не стоит…
И стерва губами возле моих провела, позволяя своровать сладкое, чуть хмельное дыхание и меня нехило накрыло.
Глава 51
POV Хан
Сорвался… Вроде глухо рычал, рывком её к себе ещё ближе подгребая: стул с грохотом перевернулся, бумаги с шелестом на пол полетели.
Даньку перед собой удобнее усадил на стол, тесно прижимаясь, измученным членом в промежность, куда так давно желал попасть. Стерва стонала в моих алчных руках, ёрзала в нетерпении, поскуливала, сражаясь с пуговичками на моей рубашке, и я чокался от мысли, что реально её заводил, что и она сходила из-за меня с ума.
– Не-не-не, – остатками нагрянувшего здравомыслия, мотнул головой, обрывая поцелуи и объятия.
– Что? – гневно подвыла Дань, да нагло меня ногами обвила на торс, руками за шею, порочными губами ко мне тянясь.
– Не на столе же… – опять ухнул в пучину дурмана, но кое-как шатался, чтобы девчонку до дивана отнести. На себе, натыкаясь на всё, что мешало.
– Дань… – отстранился. Пока с поясом сражался, Данька продолжала с моей рубашкой воевать. Я слеп от вида голых ляжек… в чулочках… и трусики кружевные… едва прикрывающие промежность…
Слеп, глох, тупел и забыл, что хотел сказать.
– Бл*, – психанула Дань, рванув полочки рубашки к чертям собачьи отдирая пуговицы, зато обнажая меня. Руками дрожащими огладила и опять на меня набросилась, на диван заваливая.
– Дань, – в короткие перерывы между поцелуями. – Дань, – не в силах вспомнить, о чём хотел поговорить. – Дань, – уже член освободил, горя в адском огне от желания… наконец узнать, какого это трахать свою жену. Свою сумасшедшую, но сук*а, непорочную жену! Девственницу!
На этом застопорил:
– Дань!
– Нет! – заскулила девчонка, ёрзая ко мне по дивану, бесстыже раскрываясь. – Не делай этого, – всхлипнула, на грани разреветься.
– Дань, я просто не имею дел с девственницами. Я не привык, и не в курсе как с вами лучше…
– Бл*, – рыкнула Данька, больно за губу меня прихватив: – Тогда трахни меня, как трахал своих шлюх!
Опять оглушила. Она меня часто шокировала, а сейчас… вообще из мира романтики вышибла.
И я забылся.
Лишь услышал, как она сдавленно ахнула и явно от боли, когда я трусики без жалости прочь дёрнул, как есть, не снимая.
Подмял девчонку под себя…
– Хан! – Громкий стук в дверь меня застал в момент, когда я уже было качнулся в Даньку.
– Не-е-е-т! – она аж взвыла, сама ко мне подавшись.
– Не сейчас, Амир! – отрезал я, еле удерживаясь, чтобы не порваться в лоно жены.
– Хан! – Амир настойчив был. – Тут дело, бл*, важное! От Монгола посылка!
Я глаза закатил, пытаясь вернуться на бренную землю, хоть как-то рассудок собраться из кусков, на которые рассыпался из-за Даньки.
– Секунду! – Еле справился с голосом.
– Ненавижу, ненавижу, – Дань по мне ладошками шлёпала, градом даров осыпая и шипела, как разъярённая кошка. Не от благих намерений, от гнева и расстройства, что так и не случилась наша общая мечта.
А я и рад…
Хотя её понимал. Я тоже обезумел, ведь чуть её не трахнул. Уже почти… Если бы…
– Поправься, – хрипло бросил, насилу оторвал взгляд от её расставленных ножек и лысенького лобка.
Бл*, я там всё изучу! Чуть позже… Сморгнул очередное помутнение на жене. Хозяйство в брюки спрятал, а это, су*а, очень неприятно в таком возбуждённом состоянии. Как есть, в распахнутой рубашке, дверь приоткрыл, нет-нет поглядывая на злющую Дань, порывисто оправляющую подол платья.
– И что там? – дыхание ещё не до конца восстановилось.
– Посылка! – Амир протянул кубическую коробку среднего подарочного размера.
– Гавр за Дань спросил, она…
– Ещё у меня! Свободен, – на одной тональности отчеканил и хлопнул дверью перед его носом.
Подошёл к столу напротив дивана, где ещё пыхтела Данька.
Сначала прочитал карточку, которая прилагалась к коробке: «Наша лепта. Надеюсь, долг списан!»
Обёрточную бумагу прочь, послушал, нет ли тик-так, но парни уже просканировали на предмет металла. Чуть помялся, косясь на Дань, а потом поднял крышку.
– Фу, – девчонка взвилась с ногами на диван, забиваясь в дальний угол, где зажимала руками рот и отворачивалась.
– Мурад, – тихо констатировал я и закрыл коробку.
Как раз подоспел звонок от Монгола. Я глянул с невыносимой тоской на так и не случившуюся секс-партнёршу, бледную и напуганную, которую до сих пор мутило от увиденного, и взял со стола мобилу:
– Да?
– Подарок получил? – Монгол на линии.
– Да, Тамир. Рад, что мы по-прежнему улаживаем вопросы без лишних проблем.
– Мне, правда жаль, что твоя дочь и сестра…
– Давай не поднимать эту тему впредь, – отрезал я. Уж было собирался распрощаться, как услышал:
– Да, Хан, – Тамир ещё на проводе висел, – есть новость насчёт Марго и Яра.
– Слушаю…
POV Даниила/Дань
Как бы не смаргивала, перед глазами так и застыла человеческая башка. Вся в кровище! Тёмные пакли-волосы, лицо восковое. Выпученные глаза, рот распахнут.
– Дань, – настойчиво вклинился в мою голову голос Хана. – Дань, тебе лучше развеяться. Сходи к своим…
– Ты, правда, думаешь, что я могу?!.
– ДА! – категорично, тараня меня прямым взглядом, отрезал Руслан, без тени сомнения, что это не так. – Ты дочь Юсупа! Моя жена! Сейчас ты как ни в чём не бывало встанешь и пойдёшь к друзья!
Если первое меня пробудило, то второе – капитально встряхнуло, словно живейшая сила обрушилась. Я с удивлением посмотрела на мужа, а он рубашку с себя содрал окончательно. Комком запустил в кресло, рядом со мной и в несколько шагов приблизился к тайному шкафу-гардеробу, откуда выудил свежую белоснежную рубашку.
– К этому не привыкнуть, но уметь себя держать в руках обязана. Жизнь такая. У нас… И врагов мы не жалеем, ибо наша слабость для нас смертельна. А теперь ступай к своим. Улыбку натяни, и потанцуй немного, словно ничего не случилось.
– А ты? – билось моё сердце гулко.
– У меня дела.
Я удручённо закивала, но уже на полу, в который раз оправляя подол и сторонясь коробки, бросила:
– Надеюсь, ты помнишь, что я без трусиков, – цокая каблуками, дошла до двери и, только взявшись за ручку, добавила: – И до сих пор…
Открыть дверь не успела – на затылке дыхание жаркое застыло. Хан, как лев, подкрался незаметно и неслышно:
– А я надеюсь, ты не идиотка, чтобы в таком приподнятом настроении лишиться девственности, и абы с кем не пойдёшь!
– Ты меня только что оскорбил, – шикнула негодующе, но тело уже простило – уже опять плавилось от едва заметного прикосновения рук к моим бёдрам.
– Не дразни и так нимфоманкой себя ощущаю, – боднула задом, сражаясь с желанием всё же завершить начатое, плевать где!
Торопливо распахнула дверь и вышла:
– Но если умру девственницей, я тебе этого не прощу! Найду в Аду… и весь срок…
– Насиловать будешь?
– А вот на это там – не надейся!
– Тогда постараюсь исправить недоразумение как можно быстрее.
Я зло чеканила шаг, чертыхаясь, потому что не шутила – между ног влажно и неприятно… прохладно.
– Ты где была? Блин, мы тебя потеряли. А что Денис учудил, – тотчас затараторили подруги. Они уже все были так хороши, что вопросами закидывали просто, потому что так выходило.
– А выпить есть? – воодушевилась, ёрзнув по диванчику. Чуть ли не залпом выпила коктейль, хватила Светку за руку:
– Пойдём танцевать!
И Алёнка за нами поспешила на площадку, под зажигательные звуки популярной мелодии.
– Я думал, ты сбежала, – меня со спины обнял Алик и носом чиркнул по голому плечу. Я вывернулась их капкана его рук и, не желая подставлять ни себя, ни его, увлекла в танец, но держала на расстоянии.
– Пойдём за стол, – парой танцев спустя попросилась обратно. Только мы сели, завязывая пустую болтовню-очередные-сплетни, возле стола остановился Хан в сопровождении Амира и Ромы. Гавр и Тернистый сидели за соседним столиком безлико на народ поглядывая, да на нас.
– Всем доброго вечера. Не хочу напоминать о возрастном цензе и порядках в клубе, – его спокойный голос без надрыва зазвучал поверх орущей музыки, – поэтому не стоит злоупотреблять гостеприимством.
Я, наверное, покраснела, но хорошо, что свет мерцающий был да и сидела, в спинку дивана вжавшись в темноте, чтобы быть как можно незаметней.
– Дань, – на меня так мягко посмотрел, что я к нему подалась. Руслан склонился, нежно ладонью огладив контур моего лица: – Во избежание утраты моей собственности, лучше домой и трусики надеть! – запечатлел горячий поцелуй. Вот теперь я сгорела, мечтая сползти на уровень пола и стать невидимой. Он не громко сказал, для меня, но, по-моему, друзья вообще застыли.
– А вы, молодой человек, – Хан вроде собирался уйти, но глянул на Алика, – держите свой член подальше от моей жены! Я предупреждаю только раз.
По местам полетели выдохи, рвано, будто соревнование было, кто дольше продержится без воздуха, и теперь все выбывали.
– Приятного вечера, – в той же непринуждённой манере господина, уделившего внимание гостям, откланялся муж, и больше ни разу на меня не глянув, ушёл сквозь толпу в сопровождении охранников, и тогда на меня обрушился шквал вопросов от друзей…
Глава 52
POV Хан
Я думала, что мучилась… Но это ерунда. Ад настал потом. Почти месяц не видела Хана – он как ушёл из бара, так домой и не вернулся. Точно ищейка шёл по следу Яра и Марго. По крайней мере, как говорили. Не спасали меня ни вечные таскания в ментовку по делу отца, Маргариты, Мурада и прочего. Благо рядом был Карим. Всегда поддерживал, натаскивал, как отвечать и что…
Друзья не могли отвлечь: ни подруги, ни тем более их проблемы и гулянки. И всё, чему я радовалась редким и коротким СМС:
«Скучаю!»
«Ещё ждёшь?»
«Ты ещё моя?»
И одно аудио:
«Мечтаю снять с тебя ленточку выпускницы!»
На что я зло писала:
«Недостаточно…»
«Уж сгорела!»
«Ещё и не была».
И конечно же коронное:
«Тогда торопись, потому что на выпускной я буду только в этой грёбанной ленточке!»
У меня теперь не было ничего…
Я пыталась спастись в учёбе, но без мужа всё было так… пресно. Документы для поступления собрала, сидела только в ожидании аттестата, и конечно, т нечего делать набрала кучу учебников по будущему курсу…
Зато меня сестра всячески пыталась занимать… подготовкой к их с Каримом свадьбы. Сама не понимая, как меня это ещё больше убивало, просила помочь, но точно солью на рану сыпала.
Особенно, убивало, что именно Карим настаивал на идеальности. Он хотел, чтобы всё было по правилам и законам, и естественно, раз уж у Регины и у него первый брак – сказочно, как мечтала Регина…
Флористка… не от мира сего. Воздушная, милая, улыбчивая, добрая… Она мне напомнила Белоснежку из мультика. Такая: «Ой, птичка, у тебя крылышко больное. Давай вылечу. Ой, песик, ты, наверное, голоден? Сейчас накормлю. У вас нет крыши над головой? Мы что-нибудь придумаем… Бедный, бедный муравей… я чуть тебя не задавила. Шмель… почему те не летишь? Иди на цветочек… На букет, чего уж там!»
Хотя, наверное, я утрировала, потому что на фоне их счастья и огня в глазах, я себе казалась ещё более несчастной новобрачной: без толковой свадьбы, без заботливого мужа, без пьяных, шумных гостей, без первой брачной ночи, без свадебного путешествия и даже без грёбаных подарков на праздник!
Без внимания! Без любви!
ДА!!! Я была несчастная и обделённая по всем фронтам.
Не хотелось бы нагнетать обстановку и тянуть одеяло на себя, но если нет других ощущений, почему я должна из себя радость и восторг выдавливать?
Мне было хреново!
И я тоже хотела… кусочек радости…
– Регин, а не лучше ли немного отложить? На месяц хотя бы.
Сестра замерла, хотя ещё секунду назад спрашивала совета по выбору ткани, которую хотела бы на занавески. Да, оказывается и этим можно озадачиваться при организации свадьбы.
– Я просто, – мне неловко стало, что я вот так оборвала её объяснения по поводу выбора, – скоро сорок дней, ну и… – жевала слова.
– Знаю, Дань. Мы поэтому и делаем после, чтобы не было наложения, – Регина на меня не смотрела, ткань мяла в пальцах, явно сражаясь с чувствами, которые вызвала я своим неуместным замечанием.
Су*а я! Знаю.
Тварь ещё та.
Сама-то выскочила замуж, ещё и недели не прошло со смерти папы… Но у меня не было выбора, а тут.
Регина покраснела, волнительно вздыхала:
– Я беременна и любая задержка может привести к тому, что я…
– Рина! – ахнула я, потому что слов не было. У меня в голове набат: «беременна!!!»
Моя сестра!!! Моя милая, такая тихая сестрёнка и уже беременна? Обалдеть! Вот же семейство Ханыровых… Ррр, на них!
Она продолжала мяться у длинных полотнищ тяжёлых тканей, отводить взгляд, будто провинившаяся девочка, только что признавшаяся, что сильно оплошала, и теперь ждала наказания или как минимум осуждения.
– Сестричка, – загребла я её в объятия, – я за тебя очень рада, – заверила рьяными кивками, но секундой погодя затаила дыхание, – если конечно, вы хотели ребёнка. В смысле, не были против, что так получится…
– Сказать честно, я не готовилась, но когда… – Регина не привыкла о таком интимном говорить, вот и жевала слова. – Поэтому Карим и торопится со свадьбой, чтобы я не сильно переживала из-за живота, – прошептала упавшим тоном.
– Тогда он, – запнулась я, подыскивая верные слова, – тебе сказочно повезло. Карим – достойный человек. Удивительный мужчина. И я искренне верю, что будет замечательным мужем, – не кривила душой и даже всплакнула наконец-таки перестав себя жалеть и порадовавшись за сестру.
* * *
Скайп вначале воодушевил, но ровно до…
– Мне кажется, ты специально где-то путешествуешь, чтобы меня избегать! – бросила упрёком, сидя перед экраном ноута, как есть в домашней футболке и обтягивающих спортивных брючках.
Последние несколько дней, мы вышли на новый уровень общения, видео. Пробовали разные соцсети, но именно скайп Руслану пришёлся по вкусу.
– Я вообще-то делом занят, – Хан тоже был за столом. Судя по фону за спиной, очередной номер в гостинице. Светлые стены, какие-то нейтральные картины.
– Как дела?.. Аттестат у директора ещё не выпросила? Или опять окопалась в учебниках?
– Ты реально хочешь об этом поговорить? – я дико ждала звонка. Последний час глаз с ноута не спускала, напрочь забыв о том, что читать собиралась, а муж…
– А о чём? – ровно уточнил Хан.
– Я не знаю, – в растерянности качнула головой. – Но напоминать мне, что я по твоим меркам мелкая и ещё школы не окончила не лучшая тактика для нахождения общего языка.
– Я думал, мы его уже нашли. Говорить о моих делах, – Хан чуть отклонился, метнув взгляд куда-то себе в ноги и опять на меня, – наших, – поправился ровно, – сама понимаешь, никак, вот и решил узнать нейтральное…
Было, конечно, горько, что он в очередной раз прав, поэтому тяжко вздохнув, я несколько минут рассказывала о том, что как меня мучала сестра с приготовлением к свадьбе. О том, что она ждала ребёнка, я умолчала. Всё же у Хана есть сын, и такие новости не мне озвучивать.
И пока болтала не столь важном для меня, муж на меня такими глазами тёплыми смотрел, что умолкла… Взгляд ласкал, изучал… обжигал.
Такой глубокий…
И я прикоснулась к его лицу, вернее пальцем к экрану, но к его лицу…
– Хочу тебя коснуться, – прошептала, в который раз обнажая свои желания. – Ты сильно небритый. Выглядишь… уставшим. Но я всё равно соскучилась и очень хотела, чтобы ты был рядом.
– Я тоже, – просто обронил Хан, а секундой погодя: – Покажи грудь…
Я аж пшикнула/крякнула от изумления. Но мысль была, хоть и вопиюще бестактной, но до омерзения приятной.
Футболку сняла, оставаясь в одном лифчике, но только было потянулась к застёжке, брякнула:
– Сначала покажи член! Хочу убедиться, что там нет никакой Мирабель/Антуанетты/Жоржетты. А то может тебе отсасывают, пока я тут тебя разогреваю…
Вот честно, идиотски пошутила, но Хан напрягся.
– Анита, всё норм, продолжай, – опять отклонился и бросил куда-то вниз в ноги.
Я опешила.
Мне в сердце кол вбили. Я сгорела от лютой ненависти и ослепла от ревности.
Махом закрыла ноут, переводя дух, и пытаясь собраться с мыслями: очень гадкими, отвратительными и скверными. Долго пыхтела, на звонки телефонные не отвечала. Слезами давилась, а потом плюнула.
Зло нацепила эротичную комбинацию, которую, пока с сестрой бродила по магазинам, прикупила для ночи с Ханом. Шёлк, кружево – живая ткань, нагло облизывающая силуэт и позволяющая соскам вызывающе торчать.
Придала своему виду растрёпанности, покусала губы, чтобы припухли и кровью налились. По щекам постучала… И включила ноут.
Звонок прилетел ближе ко сну. Пришлось операцию по «развратному образу» повторить и ответить без торопливости, скорее запыхавшись и толикой «я сейчас так занята»:
– Да? – приподнимая экран.
– Что за истерика Дань? Я же пошутил. Ты начала. Я всего лишь продолжил…
– Ну а я кончила… Не-не, – нарочито торопливо и глядя мимо экрана и тоже вниз, между ног:
– Андрюш. Это не тебе. Я ещё не кончила, продолжай…
И невинно на Хана опять посмотрел. В эфире висело молчание.
Суровый взгляд, плотно сжатая полоса рта, скулы зло ходящие вверх-вниз. Он меня убить хотел. А нас разделял экран…
– Отыгралась? – наверное, несколько минут вели ожесточённую борьбу тишиной и взглядами.
– Не сполна. Мне было больнее и неприятней.
– Уверена? – прищурился Хан.
– Да. Потому что я дико тебя хочу. Уже умерла от одиночества, а ты… с какими-то Анитами…
– Уверена, что эта та самая тема на которую нужно говорить?
– Нет. Но зато теперь будешь знать, что нельзя жену бросать неудовлетворённой! – отчеканила на одном духу.
– У меня нет Анит, если тебе от этого будет легче.
Мне было…
– Можешь не верить, но я думаю только о тебе.
Боже, как хотелось верить…
– Спокойной ночи! – настроения всё равно не поднялось, горечь продолжала отравлять мозг. – Ах, да, – натянуто улыбнулась, – забыла, – и как бы невзначай позволила лямкам ночнушки с меня соскользнуть вместе с тканью.
В глазах Хана полыхнуло пламя, но я была беспринципна в мести, поэтому тотчас закрыла ноут.
Таких игр он больше не просил, хотя я успела погуглить: сексом так и занимались. Каждый из партнёров себя ласкал перед экраном, глядя друг на друга.
Чёрт!
Зря такое читала и глядела. Чуть комнату не спалила от злого неудовлетворения, поэтому зареклась: никакого скайп-секса, а то точно пойду приключений искать.
А мне и без того не нравилось себя нимфоманкой ощущать.
Вот только Хана всё не было…
