Текст книги "Обрученная с призраком (СИ)"

Автор книги: Александра Глазкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

14. Призрак

14. Призрак

Многочисленные туристы и просто жители города бродили вдоль сувенирных лавочек, фотографировались у знаменитого фонтана, который символизировал Дунай и его притоки, да и просто, расстелив на газонах клетчатые пледы, нежились на солнышке. Молодежь то и дело (в зависимости от интересов) наведывалась к пивным ларькам или молам, где можно было взять напрокат велосипед. Влюбленные назначали свидания. Дети под присмотром бабушек катались на велосипедах по дорожкам сквера. В общем, жизнь шла своим чередом, и никому не было дела до плачущей на лавочке девушки.

Джесс несколько раз облетел площадь, восстанавливая силы после недавнего происшествия. Да и неловко ему было сидеть рядом с Эми, пока она в таких растрепанных чувствах! В конце концов, это ее человеческие дела, и не ему в них вмешиваться! Ну, да, сказал бы ты это себе десять минут назад, сердито подумал он.

Себ, послушный воле кольца, повернутого камнем внутрь, пребывал где-то в призрачном сне. Джесс решил, что если уж тому не хватает опыта или сил сопротивляться, то нет смысла и учить, что все преодолимо. Конечно, когда Эми развернула кольцо, ощущения у него были не из приятных. Да и сейчас он двигался и мыслил, словно пробираясь сквозь туман. Только тем и объяснил себе недавнюю выходку…

Ему было очень жаль Эми. Много он повидал женских слез, но в большинстве случаев те служили определенной цели: разжалобить кого, добиться своего, вызвать сочувствие. Эми же, видимо, переживала совершенно искренне. Джесс уже понял, что с родными ей не повезло. Неправильно это, что такая хрупкая, чувствительная девушка – и одинока. Но тут уж у каждого своя судьба!

Эми, тем временем, успокоилась. Оглянувшись и убедившись, что на нее никто не смотрит, высморкалась в тонкий носовой платок. Выудив из недр сумки пудреницу, уничтожила следы слез на щеках. Встряхнула головой, так что сережки-кольца задорно заплясали, и выпрямила плечи. Джесс невольно улыбнулся: ему нравилось, как быстро девушка умеет справляться с эмоциями.

Какое-то время они просто сидели рядом: грустная девушка в ярком наряде и невидимый для всех призрак. Эми наблюдала, как позируют на фоне фонтана туристы, как весело приветствуют друг друга друзья, размахивая руками, как нетерпеливо переминаются парни с букетами, ожидая возлюбленных. Смутные догадки, обрывки событий и наблюдений, постепенно складывались у нее в цельную картинку. И, выудив динамик для телефона, она решительно перевернула кольцо.

Джесса она застала врасплох, и он проявился раньше, чем успел сообразить, что к чему.

– Я вас еще не звала, – сказала Эми с подозрением, сузив чуть припухшие от слез глаза.

Джесс пожал плечами:

– Я этого жду с самого утра, поэтому, видимо, сразу отреагировал. Вы ведь что-то делали с кольцом?

– Да. А Себ где?

– Себа, видимо, нужно звать. Мы где? – Джесс покрутил головой, изображая удивление. – Вы решили выбраться на прогулку в очередной парк? Но я не вижу здесь девушек на роликах.

Эми выдохнула сердито:

– А вы думаете, что мне, кроме вас, больше заняться нечем? У меня, вообще-то, и своя жизнь есть.

– Мне исчезнуть? – спросил Джесс, отводя глаза, чтобы себя не выдать.

– Ладно, уж, – сказала Эми, – тем более, я, кажется, поняла, что нам дальше искать.

– Вот как? И что же?

– Себастьян, – тихо позвала Эми, игнорируя вопрос, и через мгновение Себ материализовался перед ней.

Сквозь него просвечивала величественная скульптура фонтана. Эми поморщилась:

– Будьте добры, сгуститесь!

Себ покорно выполнил просьбу и присел на лавочку. У него пока еще не очень хорошо получалось принимать нужные позы, и сейчас вышло, что он провис, погрузившись в деревянное сиденье чуть ниже, чем необходимо, но к таким мелочам Эми уже решила не придираться.

– Я тут подумала на досуге, – сказала она, вертя в руках телефон, когда мимо проходили люди, – не нравится мне эта история с сектой, уж простите. Можете считать меня трусихой, но в этом направлении мне двигаться не хочется совсем, несмотря на обещанную защиту.

Тут она выразительно посмотрела на Джесс, и тот, на всякий случай, кивнул.

– Поэтому, – продолжила девушка, – я предлагаю зайти с другого конца. Букет… Кольцо было нанизано на стебель одного из цветов, а цветы были очень плотно упакованы. Если вы планировали сделать своей девушке приглашение, вряд ли бы вы сами купили цветы, принесли их домой, распаковали, чтобы засунуть кольцо. И это значит что?

– Что? – непонимающе спросил Себ.

Он не успел прийти в себя от резкого перехода от забвения к реальности, да еще посреди шумной площади, и потому соображал туго. К тому же трудно было сосредоточиться на словах Эми, когда при каждом ее движении серьги и пайетки на свитере сверкали и отбрасывали на ее лицо радужные блики.

– Значит, кольцо в букет упаковали в цветочной лавке! Значит, там могут вас вспомнить! Поверьте, цветочницы, как правило, особы романтичные и наверняка запомнили бы ваш случай. А если вы шли к Марии, то цветы, наверняка, купили по пути. То есть, недалеко либо от своего дома, либо от ее. И если мы найдем эту цветочную лавку, то наверняка найдем тех, кто видел вас, Себастьян, или Марию, или вас вместе. Сузим, как говорится, круг поисков.

– Отлично! – с преувеличенным энтузиазмом воскликнул Джесс.

Себ вдохновился озвученной идеей куда меньше, чем его товарищ по несчастью.

– И сколько же в городе цветочных магазинов? – скептически спросил он.

Эми защелкала по экрану смартфона.

– Если верить «гуглу», всего сто двадцать шесть. Но мы начнем с моего района, раз букет выбросили там. В любом случае, это куда приятнее, чем полицейский участок или явочные квартиры сектантов. Ну, а к роли брошенной возлюбленной я уже почти привыкла! Буду бить на жалость. Ну, же, Себастьян, не хмурьтесь. Или у вас есть другое предложение?

– Я причиняю вам столько неудобств… Если б я мог просто все вспомнить…

– Да, ладно, – отмахнуласьЭми, – вы вполне приличные призраки. По ночам не вздыхаете, цепями не гремите, окружающих не пугаете. Я к вам уже начинаю привыкать.

– Правда? – просиял Себ.

Джесс скептически хмыкнул:

– Эми тактична и хорошо воспитана, вряд ли она станет честно озвучивать, что больше всего на свете хотела бы избавиться от нашего сомнительного общества.

Девушка развернулась к нему и дразняще заулыбалась.

– Если будете меня подначивать, то вам, Джесс, я это озвучить не постесняюсь!

Себастьян фыркнул.

Эми поднялась, отряхнула юбку и взялась за динамик.

– Ну что, милые мои спутники, решено? Отправляемся штурмовать цветочные магазины? Кстати, Джесс, ваше предложение насчет спрятанных сокровищ в силе? Возможно, мне скоро придется изрядно потратиться на семейное торжество…

15. Эми

15. Эми

Новости о романе Кристины и Мирека не отпускали меня до самого дома. Я решительно прошагала мимо трех цветочных магазинов, встреченных на пути, и на робкие вопросы Себа, почему мы не приступаем к намеченному плану, резковато ответила, что мне, как существу бренному, нужны отдых и еда. Он притих и поотстал. Кажется, обиделся. Если честно, меня его поведение уже начинало раздражать. Да, в том, чтобы умереть, еще и память потерять, приятного мало, но он же все-таки мужчина. Надо принимать случившееся с достоинством, что ли. Вон Джесс – вертится рядом, встречных девушек разглядывает, шуточки отпускает. А Себ со своим вечным унынием нагонял на меня тоску, даже очарование от его ангельской внешности куда-то испарилось.

Подумав так, я устыдилась. Хорошо, они хоть мысли читать не умеют! Зачем я сравниваю? У Джесса было несколько веков, чтобы привыкнуть к своему новому статусу, а Себ всего несколько дней как призрак. Нужно постараться все же быть с ним помягче.

Я пообещала, что к вечеру обязательно прогуляюсь с ним до ближайшей цветочной лавочки. Джесс с нами идти отказался.

– Нужно проверить пару адресов. Мало ли что изменилось за это время.

Я не воспринимала всерьез его слова о сокровищах. Получить призраков, двух сразу, с любовным заклятием – уже перебор. А клад – это уж совсем сюжет из бульварных книжечек! Тем более, окажись заявление Джесса правдой, он мне все равно золотые монеты в горстях не принесет. А представить, как я тайком пробираюсь в какой-нибудь старинный дворец, простукиваю стены или сворачиваю у статуй головы, чтобы добраться до тайника, было сложновато.

Так что я все же переключилась на дела более реальные. Позвонила близняшкам, изображая полное неведение, расспросила их о делах. Получила подробный отчет об оценках, посещенных концертах, «крутых» обновках – и ни слова о делах сердечных. Поколебавшись, пригласила их в гости. Может, в беседе за чашкой чая, в расслабленной домашней обстановке они разоткровенничаются? Если, конечно, можно назвать расслабленной обстановку, когда по комнате летают два привидения! Надо будет предупредить Себастьяна с Джессом, чтобы не вздумали проявляться, когда у меня гости!

Как обычно, после обилия сладостей, перепробованных в кондитерской, мне захотелось обычной нормальной еды, тем более, витрина встреченной зеленной лавочки ломилась от обилия сезонных овощей, и я набрала полную корзину. Корзину, настоящую, плетеную, мне сосватал там же улыбчивый продавец, убеждая, что преступление – носить свежайшие овощи в рюкзаке и, тем более, в пластиковых пакетах. Я и не возражала. Во-первых, потому что мне нравилось флиртовать с симпатичным продавцом. Во-вторых, овощи в корзине и впрямь смотрелись по-особому привлекательно.

– Что будете готовить? – спросил Себ, глядя, как я раскладываю на столе покупки, – опять из итальянской кухни?

По умолчанию он остался со мной в доме, и я приняла это как знак, что обида прошла. Да и в компании все же приятнее готовить, чем в одиночестве. Я поняла, что соскучилась по общению.

– Нет, из самой что ни на есть народной, – ответила я с улыбкой. – Будем делать фазелёк!

Это было одно из любимых блюд деда. Он прекрасно готовил и всегда баловал меня простыми, но очень вкусными и сытными блюдами. Дома все было намного скромнее – мама, как человек возвышенной профессии, не утруждала себя кулинарными изысками – мы ели то, что приготовлено наспех, часто из полуфабрикатов. Отчим, хоть и ворчал иногда, но маму к готовке не принуждал. Дождался, пока подросли близняшки, и отрядил их на кухню (Со мной этот номер не прошел – я активно сопротивлялась любым его наказам).

Дед и меня научил готовить. В его исполнении любое блюдо становилось лакомством из сказки, потому что было приправлено увлекательными рассказами из прошлого. Но дома я не афишировала свои умения. Это был наш с дедом маленький секрет. Зато потом, когда мы съехались с Яношем, я восхищала его своими рецептами. Правда, от разрыва нас это не спасло.

Отгоняя мысли о Яноше, я принялась резать овощи, попутно рассказывая Себастьяну про деда и свое детство. Он немного отвлекся, повеселел и все чаще сверкал своей обаятельной улыбкой.

– Та, значит, вас дед растил? – спросил Себ.

– Ну, можно и так сказать.

– А… родители? – поинтересовался он осторожно.

Я улыбнулась:

– Не робейте. В моей биографии нет фактов, которые я бы не проработала в кабинете психолога. Мой отец бросил маму, когда я была совсем маленькой. Я его совсем не помню, поэтому особо и не переживала. Мама второй раз вышла замуж, но с отчимом у нас отношения не заладились. Так что, да, в основном, я жила у деда. Это был мой самый близкий человек.

– Вы ходили к психологу? – удивился Себ.

Я лишь головой покачала. То есть, из вышесказанного его заинтересовало только это.

– А что? Вы из тех, кто предвзято к ним относится?

– Нет. Просто вы производите впечатление… – он запнулся, – девушки цельной, уверенной. Вы так быстро переключаетесь с проблем на поиски их решения, можно только позавидовать.

– Возможно, именно такой я стала, благодаря сеансам. Ну, или научилась производить такое впечатление!

Мы улыбнулись друг другу. Забавно, с Себом, когда он в хорошем расположении духа, даже откровенничать о довольно тяжелых для меня событиях было легко и просто.

– А почему вы вообще к нему пошли? К психологу, – уточнил Себ.

Я задумалась. Готова ли я об этом рассказывать? Себ, заметив паузу, добавил поспешно:

– Простите, если вопрос бестактный.

– Да, нет, – определилась я, – но до того, как я расскажу, давайте договоримся… Мне надоело слушать ваше «выканье». Мы ведь, в конце концов, обручены, давайте уже перейдем на ты.

– Как скажете… как скажешь, – поправился Себ. – Эми, я не хочу, чтобы вы… ты чувствовала себя связанной обязательствами… Если б от меня что-то зависело…

– Да, ладно, я ведь сама кольцо надела. Но не жалею.

– Правда? Почему?

– А разве вам… тебе не хотелось узнать, что там, в неведомом. Разве не здорово получить подтверждение, что после смерти ничего не заканчивается? Ой…

Я замолчала, сообразив, что ляпнула, но Себ, похоже, не расстроился. Тряхнул кудрявой головой:

– Да, хотелось, хотя сейчас, когда я, можно сказать, достиг цели, я бы куда с большим удовольствием предпочел узнавать о явлениях простых и приземленных. Например, о вкусе этого блюда.

Он ткнул пальцем в сковородку, где уже почти выкипала вода. Я ойкнула и принялась за соус. Дед к муке всегда добавлял сметаны, чтобы подлива получалась более нежной и сочной. Два зубчика чеснока, лавровый лист, щедро – паприки. Готово! Я накрыла блюдо крышкой и выключила огонь. Пусть потомится. Аромат по комнате разносился умопомрачительный! Жаль, нельзя угостить Себа!

Зато нашелся тот, кого угостить можно. Граф, по уже сложившейся традиции, запрыгнул на раскрытую форточку, отяжелевшей тушкой перевалился на подоконник и требовательно замяукал, обходя Себа по широкой дуге. Я не знала, видит ли он призраков, но точно на них реагирует!

– Ты не будешь это есть, – объяснила я коту, – там только овощи.

Я покрошила хлеба, перемешала со сметаной и добавила в кошачью миску. Графа не пришлось долго уговаривать, спустя минуту послышалось довольное чавканье.

– А у меня не было живности, – сказал Себ, наблюдая за графом, – у мамы была аллергия на шерсть, да и держать животных в квартире она не хотела. Зато у Марии был пес, помесь бульдога с носорогом, как она шутила, огромный, лохматый, но на удивление деликатный. Даже живя в городской квартире, вел себя тихо, не грыз обувь, не лез на кровать…

Я подскочила.

– Себастьян! Ты понимаешь, что сейчас сказал?

Он замер.

– Не совсем. Я что-то вспоминаю?

Я принялась загибать пальцы:

– Теперь мы знаем, что и ты, и Мария живете в многоэтажке, а не в частном секторе – раз! У Марии есть весьма приметная собака – два! Если ничего не выйдет с цветочными магазинами, мы сможем пройтись по дворам и порасспрашивать собачников. Это такая особая категория людей, они всегда знают и помнят себе подобных!

– Мы хватаемся за соломинку, – в Себе вновь проснулся пессимист.

– Ничего, – отмахнулась я, – из таких деталей и складывается цельная картинка. В школе у нас был мальчик, который бредил детективами, мечтал стать сыщиком, вечно рыскал по школе и однажды и впрямь помог раскрыть дело с кражей кошелька из раздевалки. А мы с подружкой набивались ему в напарники и одно время вместе вели дневник с описанием своих приключений. Слушай, Себ, я ведь совсем об этом забыла! Видишь, как причудлива человеческая память.

– Вы… ты имеешь в виду, что необязательно умирать, чтобы о чем-то забыть?

– О, ты начинаешь шутить над своим положением? – раздался над моим ухом голос Джесса. – Это добрый знак!

Я обернулась. Призрак выглядел весьма довольным.

– Вы же сказали, что будете своими делами заниматься?

– Уже соскучился, – ответил он и принялся кружиться вокруг меня. – А вы?

И хотя я и впрямь несколько раз ловила себя на том, что мне не хватает подначек Джесса, но подогревать его самолюбие не хотела. И потому сказала:

– Не успели. И прекратите мельтешить, у меня голова кружится!

Но Джесса не так легко было вывести из себя. Кружиться он перестал, уселся и уже привычно принялся раскачиваться на стуле. Ну, или, вернее, сквозь стул.

– Вы нашли что искали? – спросила я.

– Не так быстро, моя милая Эми, – почти промурлыкал он. – Все будет. Просто не смог отказать себе в удовольствии полюбоваться, как вы едите.

– Откуда вы знали, что я буду есть?

– О, это очевидно, – пожал он плечами, – я уже заметил, что любое душевное волнение вы склонны заедать, благо пока на вашей прекрасной фигурке это не отражается.

Себ сжал губы, сдерживая улыбку, но я успела это заметить. И специально наложила себе в тарелку двойную порцию.

– Можете насмехаться сколько угодно, – возразила я, мешая ложкой в тарелке, чтобы еда скорее остыла, – я не из тех птичек, что питаются листиками салата и думают только о диетах.

– Я и не думал смеяться, – преувеличенно серьезно парировал Джесс, лишь подтверждая мои подозрения, – я, наоборот, восхищаюсь вашим аппетитом, вашим жизнелюбием, вашим…

– Хватит! – оборвала я его, завороженная тем, как в его темных глазах прыгали бесенята. – Дайте мне спокойно поесть. Потом мы с Себом пойдем в цветочный магазин, а вы вернетесь к своим поискам. Кстати, Себ, не расскажешь, что вспомнил?

Себ поделился с Джессом последними новостями. Тот закивал головой, но моего энтузиазма не разделил. Зато обиженно поджал губы:

– Значит, вы уже успели с Себастьяном выпить на брудершафт. Воображаемый, конечно. А я?

– Мне почему-то сложно обращаться к вам на «ты», – честно призналась я.

– Может, потому что с Себом вы – практически ровесники, а я старше на несколько столетий, – предположил Джесс.

– Может быть, – согласилась я, – хотя чаще всего ведете себя, как несносный подросток.

– Тогда у меня есть шанс, – озорно подмигнул он. – А мне вот несложно перейти: Эми – ты прелесть!

На этот раз Себ улыбнулся в открытую. Похоже, его забавляла наша перепалка. А ведь логичнее было бы поревновать, жениху-то!

– Не могу о вас сказать того же, – сухо ответила я, и отправила в рот первую ложку фазелёка, заедая улыбку, которая все же рвалась с губ.

16. Призрак

16. Призрак

– Вы и впрямь знаете, где спрятаны сокровища? – поинтересовался Себ.

Ждать Эми у калитки, пока она одевается, уже входило в привычку. Джесс пожал плечами:

– За время, что я «просыпался», мне многое пришлось наблюдать. Как бегут в спешке семьи, спасаясь от войны. Как отцы семейства припрятывают в тайники фамильное серебро, чтобы наказать корыстных отпрысков. Как путешественники становятся жертвами грабителей, а тем, в свою очередь, не всегда суждено вернуться к припрятанному награбленному добру…

– То есть, вы и впрямь знаете несколько мест, где есть клады?

– Да, только не все они доступны. Не стоит забывать, я могу только указать на них Эми, но добывать-то придется ей.

– Ей бы надежного спутника в таком случае, – вздохнул Себастьян, – а не бестелесных призраков вроде нас.

– Да, я тоже об этом подумывал, – признался Джесс, – а тебе нормально такое представлять?

– Что?

– Что рядом с Эми может появиться настоящий мужчина… вроде этого Вилмоса?

– Вилмос ей не подходит, – нахмурился Себ, – Эми – девушка тонко чувствующая, изысканная, а он слишком прост. Хотя, кто я такой, чтобы судить.

– В данный момент ты – ее официальный жених, – напомнил Джесс, но тот лишь отмахнулся.

– Это всего лишь условие заклятия.

– То есть, к Эми тебя уже не тянет? – уточнил призрак.

– А почему тебя это…

Себ не договорил, из дома выпорхнула Эми, веселая, довольная, и уже успевшая вновь переодеться. Джесс нахмурился, глядя на ее «кюлоты», выглядывающие из-под пальто.

– Ваш дневной наряд нравился мне больше, – бесцеремонно заметил он.

– К вечеру холодает, – спокойно пояснила Эми, – да и потом, если я хочу разжалобить продавщиц, мне нужно выглядеть скромной, а не вызывающе красивой.

– Все равно не получится!

– Почему?

– Потому что вы в любом наряде вызывающе красивы.

Эми не выдержала и рассмеялась. Может, в прошлом за Джессом и тянулась слава дамского угодника, но сейчас все его комплименты предназначены лишь ей. И, честно говоря, ей это нравится!

Себастьян, заметив, какими взглядами девушка обменялась с Джессом, подумал, что настоящего мужчину рядом с Эми он, может, и потерпел бы, но вот то, что нахальный призрак разливается соловьем – ему не очень нравится! Или он просто завидовал, что ему самому не дано искусство очаровывать женщин? Себ был уверен – не упади Мария почти к нему в объятия, он бы так и не решился с ней познакомиться!

– Вы, кажется, собирались продолжить поиски сокровищ? – напомнил он Джессу.

Тот оторвался от разглядывания краснеющей Эми и откашлялся:

– Да, точно. А вы – в цветочный магазин?

– Да.

– Что ж, желаю удачи!

– Вы, кажется, не очень-то верите в наш успех, – заметила девушка.

– Главное, что вы верите, – подмигнул он и испарился.

– Я же просила! – буркнула она, – Мог хотя бы за угол зайти!

Себастьян хотел заметить, что если они с Джессом постараются вести себя, как живые люди, то все равно такими не станут, но смолчал. Стал лихорадочно подбирать тему для непринужденного разговора и вспомнил, что Эми так и не сказала, почему она обратилась к психологу. И хотя он не был уверен, что это – подходящая тема, если учесть, что Эми нужно готовиться к расспросам в магазине, все же спросил.

– А, ты об этом, – протянула она. – В шестнадцать лет я начала встречаться с парнем. Первая любовь, и все такое. Моей ошибкой было считать, что в отношениях с ним я доберу ту любовь и внимание, что недополучила в родительской семье. Мы стали жить вместе. Потом его пригласили на работу в Мишкольц, на металлургический завод. И я, как теперь понимаю, практически напросилась вслед за ним, хотя он к тому времени уже подумывал о разрыве. Но промолчал… тем более, я продала машину, которую мама с отчимом мне подарили на двадцатилетие, а именно этих денег не хватало, чтобы Янош мог купить в Мишкольце квартиру.

– Которую оформил на себя, – подсказал Себ. – А ты осталась ни с чем?

Эми вздохнула.

– Когда любишь и отчаянно цепляешься за человека, как-то не до здравого смысла. В Мишкольце мне не понравилось. Янош пропадал на работе, а я тосковала. Пока в один прекрасный день он мягко, но настойчиво не подтолкнул меня к мысли о том, что будущего у нас нет.

– Он изменил тебе?

– Что? Нет. Ну, по крайней мере, я ничего об этом не знаю. Наверное, он просто понял, что выжал из наших отношений все, что мог, и в его дальнейшие планы я не вписывалась.

– И что дальше?

– Я вернулась домой к великому неудовольствию отчима. Работы у меня не было. И, если честно, не было сил ее искать. Дед к тому времени уже умер, и меня некому особо было поддержать. И вот тогда, да, тогда я пошла к психологу.

– Ты – молодец, – искренне сказал Себ, – я бы не рискнул доверить постороннему человеку свои проблемы.

– По крайней мере, после ее сеансов я смогла понять, чего хочу. И главное, смогла переехать сюда, в дедушкин дом. До этого чувство вины останавливало. Так что теперь у меня хотя бы есть свое жилье, и я не завишу от настроения отчима. Да вообще ни от кого не завишу, и это прекрасно. А если Джесс раздобудет нам сотню-другую форинтов… – Эми весело рассмеялась и замедлила шаг, – Что ж, мы пришли!

Ни вывеска, ни зал, заставленный цветами, ничего Себу не сказали. Эми в лавке не понравилось. Запах гниющей воды, сметенные в угол зала цветочные лепестки, неопрятная продавщица. И хотя за стеклом было много роз, похожих на цветы из букета, что-то ей подсказывало, что вряд ли Себ стал бы покупать цветы здесь.

Продавщица не поздоровалась и едва удосужилась поднять глаза от смартфона. Эми откашлялась и мило улыбнулась, скрывая раздражение:

– Добрый день, подскажите, если я куплю у вас букет, в него можно будет завернуть небольшой подарок?

– Мы сувениров не продаем, – отрезала продавщица, – только цветы.

– А если он у меня с собой?

– Кто? – не поняла продавщица.

– Подарок. Украшение, например.

– Девушка, не морочьте мне голову. Вы выбирать что-нибудь будете? Розы? Хризантемы?

Эми уже уверилась, что обратилась не по адресу, но сделала последнюю попытку.

– Простите, а вы давно здесь работаете?

Продавщица уперла руки в бока.

– Я вообще-то хозяйка. Уже два года тут. И пока никто не жаловался.

Эми торопливо распрощалась и вышла.

– Да, – протянула она, – удивительно, как она два года протянула с таким-то сервисом.

В следующем магазине их встретили куда более радушно, да и сам магазинчик выглядел очень мило. Прямо перед прилавком, на плетеной циновке спала пушистая кошка ослепительной белизны. На полочках вперемежку с букетами были расставлены коробки для подарков, подставки с поздравительными открытками и милые игрушки из вяленой шерсти. Улыбчивая продавщица заверила, что, конечно, они постараются упаковать букет, чтобы подарок выглядел стильно, но на вопрос, часто ли приходиться так делать, пожала плечами:

– Если честно, нет. Обычно люди все отдельно дарят. Цветы – сами по себе, а для подарков вот, у нас большой ассортимент подарочной упаковки.

Эми пояснила, что имеет в виду. Но девушка работала здесь с января, без сменщицы, и сказала, что заказа упаковать в букет обручальное кольцо точно не поступало.

– Я бы запомнила! Это так романтично! – улыбнулась она.

– Что ж, по крайней мере, мою идею считают романтичной, а не дурацкой, – утешил Эми Себастьян, когда они вышли на улицу.

– По крайней мере, это куда лучше, чем кольцо в десерт прятать, – фыркнула она.

– А кто так делал? – поинтересовался Себ.

Эми вкратце обрисовала ситуацию со своей сестрой и Миреком.

– Вот поэтому, – признался Себ, – я и не стал вручать Марии кольцо в ресторане, за романтическим ужином, как собирался в начале. Подумал, что предложение лучше сделать наедине, без свидетелей. Правда, ничего не вышло. Мы все равно поссорились.

– Если она выкинула букет в окно, наверное, его кто-то подобрал, – догадалась Эми. – Несколько цветов забрал, а остальные ко мне через забор выкинул. Там четыре розы всего было. Они, должно быть, цеплялись из-за кольца. Теперь все ясно.

– Каким же надо быть наглым, чтобы своровать чужой букет! – заметил Себ.

– Что упало, то пропало, – философски заметила Эми. – Слушай, уже темно, давай завтра продолжим.

– Конечно, – спохватился Себ, – тем более, Джесс не научил меня, как отпугивать людей, и защитить тебя, если что, я не смогу…

Эми поежилась.

– Так, никаких если что! – подбодрила она себя. – До дома десять минут ходьбы! Слушай, а тебе не кажется, что Джесс знает гораздо больше, чем говорит?

– Ты о чем? – удивился Себ.

– Ну, то, что он умеет и знает гораздо больше призрачных штучек, чем ты, это понятно, все же у него опыт. Но у меня ощущение, что когда я его пытаюсь о чем-то спросить, важном, он уводит разговор в сторону.

– Действительно, – согласился Себ. – Обязательно спрошу у него обо всем, что должны знать и уметь призраки!

Джесс, уже успевший наведаться в заповедное место и все это время невидимкой следующий за Себом и Эми, задумался. Стоит быть осторожным и вести себя, как можно естественнее. До заветной ночи еще много времени и меньше всего ему сейчас нужно, чтобы Эми перестала ему доверять! Хотя она, похоже, и не начинала, усмехнулся он мрачно. Что ж, он будет стараться из всех сил!