Текст книги "Осторожно! Разведенка выходит на тропу любви (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)

Глава 5

Глава 5

– Эффективная манипуляция, раз вы остановились, – парирует Тимур, складывая руки

домиком на безупречно чистом столе. – Я предлагаю вам поле боя, где вы можете

доказать несостоятельность моей теории. И оклад, который закроет все ваши проблемы.

Но если вы пасуете перед трудностями… дверь открыта.

Я смотрю на него, понимая, что сама добровольно сую голову в пасть этому расчетливому

монстру. Он знает, что делает. Он знает, что я не уйду после таких слов.

Решительно отпускаю ручку двери и чеканным шагом возвращаюсь к столу.

– Я докажу вам, что вы самовлюбленный калькулятор, Тимур Русланович!

А в голове набатом бьет мысль: «Что я делаю?». Но остановиться не могу, я не могу

трусливо сбежать, не в моем это характере.

Он кладет передо мной новый трудовой договор и ту самую дорогую перьевую ручку.

– Не будем терять время. Подписывайте.

Я замираю. Моя внутренняя сирена, натренированная годами брака с манипулятором,

внезапно начинает тихо, но настойчиво выть.

– Допустим, я верю в вашу одержимость эффективностью, – медленно произношу, не спеша

брать ручку. – Но на рынке полно зубастых антикризисных менеджеров. Зачем вам на

посту генерального уставшая женщина с расшатанной нервной системой? Только из-за

показателей моего отдела?

Я что-то пытаюсь унюхать, ухватиться за нить, но пока не могу.

Тимур Русланович не отводит взгляда. Его лицо остается все такой же непроницаемой

маской.

– Люди с вашим уровнем гиперответственности не предают компанию, – ровно отвечает он.

– Вы привыкли тащить все на себе. И, в отличие от некоторых… безнадежных

стартаперов, вы умеете доводить сделки до конца, а не существовать за счет чужого

ресурса. Вы в разводе, вы сами заинтересованы в своей эффективности, потому что

положиться вам не на кого и надо самой заботиться о погашении долгов, ипотеки и о

сыне.

Кроме его уже привычно выверенных словечек, меня цепляет маленькая деталь. Крошечная.

Я ни слова не сказала, что Веня называл себя стартапером. Он и сам это слово

использовал только в кругу семьи. Для всех вокруг мой бывший был просто «временно

неработающим менеджером». О его бредовых бизнес-идеях знали только я, свекровь и

пара банков.

Возможно еще кто-то, но для этого надо копать глубже. А если Тимур ознакомился просто

с моим корпоративным досье, считал мою рентабельность, то он бы не знал о таких

вроде бы мелочах, не относящихся к моей работе.

Возможно, это просто слово. И я просто себя накручиваю, на чем больше я смотрю в его

беспристрастное лицо, тем сильнее понимаю. Что нечто за этой маской все же

скрывается.

Я прищуриваюсь, вглядываясь в его темные глаза.

– Вы наводили обо мне справки, – это звучит не как вопрос, а утверждение. – Копали

под моего бывшего мужа? Зачем?

Ни один мускул не дрогнул на лице Киборга. Он даже не моргает. Лишь его умные часы

снова издают тихий, короткий писк.

– Я перед покупкой актива всегда проверяю его на скрытые обременения, – его голос

звучит все так же монотонно, но мне на секунду кажется, что в нем промелькнул

металл. – Ваше окружение – это фактор риска. Я должен быть уверен, что деньги моей

компании не пойдут на спонсирование чужих иллюзий. Подписывайте, Маргарита

Викторовна. У нас мало времени, а ваш пульс снова участился до ста ударов.

Он лжет? Или просто действительно параноик, который перед слиянием компаний проверяет

кредитные истории родственников всех ключевых сотрудников?

Я перевожу взгляд на договор. Интуиция вопит, что этот ледяной Киборг появился на

моем перекрестке не просто так. Что я для него – часть какого-то сложносочиненного

уравнения, в котором мне пока не видно всех переменных.

Выдыхаю сквозь стиснутые зубы. Решительно беру перьевую ручку.

И тут же ее откладываю. Поднимаю голову, встречаюсь с ним взглядом.

– Есть же еще подвох, – и тут мне спрашивать нет надобности, я это просто знаю.

Тимур Русланович чуть наклоняет голову. Ни тени улыбки, только пугающая,

железобетонная серьезность.

– Вы подписываете дополнительное соглашение к трудовому договору. Пункт первый: вы

проходите полное медицинское обследование в моей частной клинике. Пункт второй: вы

следуете предписанному протоколу восстановления. Восьмичасовой сон, сбалансированное

питание.

Он открывает ящик стола, достает оттуда черную матовую коробочку и двигает ее ко мне.

– Пункт третий. Вы носите этот трекер двадцать четыре часа в сутки. Он

синхронизирован с моим телефоном. Если ваш пульс будет превышать норму, если уровень

стресса выйдет за допустимые лимиты, а продолжительность сна будет меньше семи часов

– я буду применять штрафные санкции. Лично.

У меня на затылке шевелятся волосы. Я смотрю на коробочку, потом на этого безумца в

идеальном костюме.

– Вы… вы хотите контролировать мой пульс? – чувствую, как земля уходит из-под ног. —

Вы в своем уме? Это моя личная жизнь!

– С момента подписания контракта ваша сердечно-сосудистая система – это важный актив

этого филиала, – отрезает Тимур. – А я забочусь о безопасности своих активов.

Парадокс заключается в том, что чем больше бреда он на меня вываливает, тем больше я

понимаю, что подпишу этот контракт.

Для чего? Почему я в это ввязываюсь?

Глава 6

Глава 6

Я ставлю размашистую подпись на договоре. Тимур Русланович забирает папку. И,

клянусь, на долю секунды уголок его губ едва заметно дергается вверх.

– Дайте руку, – спокойно командует он, извлекая из коробки черный матовый браслет.

Машинально прячу руки за спину, как школьница.

– Я сама надену. У меня есть высшее образование, я справлюсь с ремешком.

– Ваша мелкая моторика сейчас нарушена из-за выброса адреналина. Дайте. Руку.

Маргарита.

Его тон не терпит возражений. Я со вздохом, полным вселенского страдания, протягиваю

ему левое запястье.

Ожидаю, что его пальцы будут холодными, как жидкий азот, но они оказываются пугающе

горячими. Тимур перехватывает мою руку уверенным, жестким жестом. Никакой нежности —

исключительно функциональность. Защелкивает замок на ремешке с тихим щелчком.

Браслет тут же радостно мигает зеленым индикатором и издает противный, тонкий писк.

Тимур бросает взгляд на экран своего телефона, лежащего на столе.

– Пульс сто десять. Вы нерационально расходуете ресурс сердечной мышцы.

– Это от экстаза, Тимур Русланович, – замечаю с сарказмом. – Предвкушаю, как буду

работать под вашим... кхм... грамотным мужским вектором.

– Сарказм – защитная реакция слабой психики, – невозмутимо парирует Киборг. -

Приступайте к обязанностям, Маргарита. Ваш водитель будет ждать вас в восемнадцать

ноль-ноль на подземном паркинге. И выпейте воды. У вас обезвоживание.

Я круто разворачиваюсь и выхожу из кабинета, пока не запустила в его идеальную голову

органайзером.

Иду по коридору, и в голове бьется только одна мысль: зачем я на это подписалась? Да,

деньги. Да, покрытие всех долгов. Но главная причина жжет где-то под ребрами: он

бросил мне вызов. Назвал слабой. Сказал, что я не справлюсь без мужика. Ну уж нет,

господин Оптимизатор. Я выверну вашу статистику наизнанку и докажу, кто здесь на

самом деле двигатель, а кто – тормоз.

В офисе тем временем творится нечто невообразимое. Новость о моем назначении

разлетается с невероятной скоростью. Люди замолкают, стоит мне появиться в поле

зрения, и провожают меня круглыми глазами.

Пытаюсь сосредоточиться на работе. Но пока не получается. Слишком нездоровая

атмосфера царит в офисе.

Уду к зоне отдыха, чтобы налить себе кофе – назло всем пульсометрам мира. И еще на

подходе слышу приглушенные голоса из-за перегородки. Зинаида Львовна и ее молодая

помощница Галочка, узнаю их голоса.

– ...да я тебе говорю, Эдика вышвырнули за пять минут! А эту оставили! – вещает

Галочка громким шепотом. – И сразу в кресло исполнительного! Точно говорю, она одним

местом себе эту должность выбила. Закрылись там в переговорной, и пожалуйста...

– Ой, Галка, ну скажешь тоже! – фыркает Зинаида Львовна. – Каким местом? Ты на нее

посмотри: мешки под глазами, костюм сто лет назад купленный на секонде, волосы вечно

в пучок заколоты. На такую замухрышку этот роскошный мужик даже не посмотрит! Ему

модели нужны, а не наша Ритка с ее прицепом и кредитами. От нее даже муж сбежал, а

он далеко не такой красавчик как наш новый босс. Просто подсидела она Эдика, змея.

Я останавливаюсь. Делаю глубокий вдох. Трекер на запястье предупреждающе вибрирует,

фиксируя скачок давления.

Шагаю из-за перегородки прямо к кофемашине. Обе бухгалтерши давятся воздухом и

бледнеют синхронно.

– Девочки, зря время тратите, – спокойно произношу, нажимая кнопку двойного эспрессо.

– Тимур Русланович предпочитает исключительно статистику и рентабельность. А вот вы,

Зинаида Львовна, со своими постоянными ошибками в квартальных отчетах, статистику

портите.

Беру дымящийся стаканчик и поворачиваюсь к ним, включая свою самую холодную,

расчетливую улыбку.

– С завтрашнего дня мы начинаем оптимизацию отдела бухгалтерии. Советую допить кофе

как можно быстрее и начать искать свои должностные инструкции. Они вам понадобятся.

Хорошего рабочего дня.

Оставляю их стоять с открытыми ртами и иду к лифту. Выпиваю кофе за пару глотков.

Все. С меня хватит на сегодня корпоративной этики, здорового образа жизни, нового

босса и сплетен. Моей женской, эмоциональной и абсолютно нерентабельной психике

срочно требуется огромная, сочащаяся майонезом и кетчупом шаурма из ларька за углом.

Та самая, от которой у моего нового босса случился бы инфаркт перфекциониста.

Я решительно толкаю стеклянные двери бизнес-центра, выходя на промозглую весеннюю

улицу, предвкушая спасительный фастфуд.

Но вселенная, видимо, решила, что лимит хаоса на сегодня еще не исчерпан.

У входа, переминаясь с ноги на ногу и картинно засунув руки в карманы расстегнутого

пальто, стоит Вениамин. Мой бывший муж собственной персоной. С лицом человека,

который пришел осчастливить меня своим появлением.

Глава 7

Глава 7

– Риточка! – Веня преграждает мне путь, раскинув руки так, словно мы все еще семья, а

не на финальной стадии развода. – Наконец-то! Я тебе все утро звоню. Нам надо

серьезно поговорить.

Я смотрю на него и чувствую, как начинают чесаться руки, в желании придушить

облезлого за все… «хорошее». На запястье тихо, но угрожающе вибрирует пульсометр.

– Веня, мы в разводе. Почти. У меня обеденный перерыв, который длится ровно сорок

минут, и я намерена провести его в компании шаурмы, а не твоих фантазий. Что тебе

нужно? Машину ты уже сглазил, она в утиле. Так что твое желании исполнилось, можешь

ее оттуда забрать.

– Ты все же угробила машину. Я говорил, что не женское это дело. Но с этим мы потом

разберемся, – в его глазах плещется слишком хорошо знакомый болезненный блеск, не

сулящий ничего хорошего. Он понижает голос до заговорщицкого шепота. – Рит, мой

стартап по доставке элитных кормов для рептилий почти взлетел! Но инвестор в

последний момент слился. Трусишка. В общем, ты должна взять кредит на свое имя.

Всего полмиллиона. Для старта.

Я смотрю на него, не веря своим ушам. Хотя… должна уже привыкнуть.

– Ты в своем уме? Каком кредите ты бредишь? У нас Максу кроссовки купить надо,

спортивный костюм и еще много чего! Ты сына вообще когда в последний раз видел?

Веня закатывает глаза, всем своим видом показывая, как ему тяжело с такой

меркантильной и приземленной женщиной.

– Рита, не истери! Я же не на диване лежу, я занят! Я фундамент нашего будущего

строю! Освобожусь – сразу Макса на выходные заберу. А кроссовки... что-то там еще,

ну у тебя же тут нормальная зарплата, вот и купи.

Он делает шаг ко мне, пытаясь заглянуть в глаза с фирменным прищуром «я мужик, я

решу».

– А лучше, – воодушевляется Вениамин, – Дай эти деньги мне! Я их приумножу за месяц

втрое! А Макс пока в старых походит, ничего страшного, не зима уже. Будь мудрее,

поддержи меня! Мы же не чужие люди! Доверься моему фирменному чутью.

Мои руки сжимаются в кулаки. Я открываю рот, чтобы выдать тираду, от которой у него

уши свернутся в трубочку, но...

– Маргарита Викторовна.

Ледяной, лишенный любых эмоций голос разрезает воздух за моей спиной.

Я оборачиваюсь. Из стеклянных дверей бизнес-центра неспешно выходит Тимур Русланович.

Идеальный темно-синий костюм, пугающе невозмутимое лицо и взгляд, от которого

хочется немедленно извиниться за факт своего существования. У тротуара его уже ждет

черный тонированный внедорожник с открытой задней дверью, у которой вытянулся по

струнке водитель.

Челюсть моего бывшего медленно едет вниз. Веня на фоне Тимура внезапно съеживается до

размеров сутулого хомяка.

– Э-э... а это кто? – блеет мой «решала», растеряв весь свой лоск. – Твой новый

хахаль? Слышь, мужик, мы тут семейные дела обсуждаем...

Тимур даже не удостаивает его взглядом. Он смотрит на экран своего телефона, потом

переводит темные глаза на меня.

– Ваш пульс подскочил до ста двадцати ударов, Маргарита. Трекер зафиксировал

нерентабельный всплеск кортизола.

Затем Киборг медленно, словно наводя прицел, переводит взгляд на Вениамина. Сканирует

его ровно две секунды.

– Семейные дела? – голос Тимура звучит как приговор арбитражного суда. – Судя по

износу вашей обуви и уровню аргументации, единственное дело, которое вы можете

обсуждать – это процедура вашего личного банкротства. Отойдите от моего

исполнительного директора на полтора метра. Вы статистически понижаете ее

эффективность и загрязняете воздух нереализуемыми бизнес-идеями.

Веня открывает рот, закрывает его, снова открывает, напоминая выброшенную на берег

рыбу.

– Маргарита, садитесь в машину, – ровно приказывает Тимур, кивая на открытую дверь

внедорожника. – Ваш обед уже оптимизирован.

В любой другой ситуации я бы послала этого Киборга с его приказами и «оптимизацией»

ооочень далеко. Я не села бы в его танк даже под дулом пистолета.

Но я смотрю на Веню. На его вытаращенные глаза, на краснеющие от унижения пятнами

щеки. Мой бывший, который двенадцать лет рассказывал мне, что я без него пропаду,

сейчас выглядит так, словно его переехал асфальтоукладчик. Причем переехал

элегантно, по всем правилам дорожного движения.

И искушение оказывается слишком велико.

Вздергиваю подбородок, поправляю ремешок сумочки на плече и, бросив на Веню свой

самый снисходительный взгляд, уверенно шагаю к внедорожнику.

– Всего хорошего, Вениамин, – говорю не оборачиваясь. – Ищи других инвесторов для

своих рептилий.

Сажусь на роскошное кожаное сиденье, вдыхая запах дорогого парфюма и новой машины.

Дверь за мной захлопывается с глухим, надежным звуком, отсекая улицу и бывшего мужа.

Тимур присаживается рядом. Внедорожник плавно трогается с места.

Я откидываюсь на спинку сиденья и нервно сглатываю. Эйфория от мести бывшему

стремительно испаряется, оставляя меня один на один с ледяным Киборгом в замкнутом

пространстве. Что-то мне подсказывает, что расплата за этот красивый уход с гордо

поднятой головой будет измеряться не только моим пульсом, но и миллионами сожженных

нервных клеток. И ничем хорошим для меня эта поездка точно не закончится.

Глава 8

Глава 8

Внедорожник плавно вливается в поток машин. Внутри пахнет новой кожей, мускусом и

древесными нотками. Я расположилась на заднем сиденье рядом с Тимуром Руслановичем,

и моя недавняя эйфория от триумфального ухода растворяется в ледяном воздухе

климат-контроля.

Ожидаю от Киборга, снова каких-то лекций и замечаний, но он подозрительно молчит, на

меня не смотрит, уткнулся в свой телефон.

Так лучше. Тоже не нарушаю молчания, хотя жуть как хочется покинуть этот салон.

Близость Киборга напрягает и не дает расслабиться.

Проходит всего пара минут, и мы паркуемся у панорамных окон ресторана, который

выглядит так, словно порция салата здесь стоит как крыло от самолета.

Мы идем к ресторану… а я не могу понять, зачем я все же следую за новым боссом?

Любопытство?

Как он там решил оптимизировать мой обед?

Ох, никогда любопыство до добра не доводит.

Метрдотель распахивает перед Тимуром двери с таким благоговением, будто к ним

снизошло божество. Внутри царит пугающая, стерильная идеальность. Приглушенный свет,

выверенная до миллиметра симметрия столов, ни единого лишнего звука.

Нас провожают в отдельный вип-зал. Я даже не успеваю открыть меню, как перед нами

бесшумно вырастает официант с двумя тарелками.

– Ваш обед, – констатирует Киборг, кивая на мою порцию. – Филе дикого лосося на пару,

киноа и пюре из брокколи. Макронутриенты высчитаны с учетом вашего повышенного

уровня стресса. Трансжиры и быстрые углеводы исключены. Блюда приготовлены под моим

личным контролем, этот ресторан принадлежит моему холдингу.

Я смотрю на унылую зеленую массу, которая выглядит так, словно ее уже кто-то один раз

оптимизировал. Желудок жалобно урчит, требуя обещанного праздника непослушания. А от

этого пафосного, рафинированного места, где даже вилки лежат под строгим углом в

сорок пять градусов, меня начинает душить клаустрофобия.

– Тимур Русланович, – решительно отодвигаю от себя тарелку с идеальным лососем. – Я

ценю вашу заботу о моем желудочно-кишечном тракте. Но по трудовому кодексу у меня

законный обеденный перерыв. Это мое личное время. И я намерена провести его в

компании канцерогенов, холестерина и майонеза.

Тимур медленно откладывает приборы. В его темных глазах читается искреннее

непонимание, смешанное с клиническим ужасом.

– Вы сознательно хотите поместить в свой организм биологическую угрозу в виде

уличного фастфуда? Это нерациональное поведение, Маргарита. Ваша когнитивная функция

снизится на пятнадцать процентов из-за скачка инсулина.

– Моя когнитивная функция рухнет до нуля, если я прямо сейчас не съем огромную,

вредную, сочную шаурму, – отчеканиваю я. – И я не собираюсь жевать эту зеленую тоску

в вашем стерильном аквариуме.

Резко встаю из-за стола. Трекер на запястье радостно и звонко пищит, фиксируя вспышку

гнева.

– Вернитесь на место, – ледяным тоном приказывает Тимур. – Я не позволю своему

исполнительному директору получить пищевое отравление.

– Подайте на меня в суд!

Я разворачиваюсь и чеканным шагом выхожу из вип-зала, оставляя его наедине с

нерентабельным лососем.

Выскакиваю на улицу и целеустремленно иду к желтому ларьку с заветной надписью

«Шаурма», который заприметила еще на подъезде к ресторану. Я успеваю только 0абрать

свою шаурму, как рядом почти бесшумно останавливается черный внедорожник.

Тонированное стекло задней двери медленно ползет вниз. Тимур смотрит на меня так,

будто я держу в руках не завернутый в фольгу сверток, от которого одуряюще пахнет

жареным мясом и чесночным соусом, а плутониевый стержень.

– Садитесь в машину, Маргарита, – сквозь зубы произносит он.

Хм, он не доел свой оптимизированный обед и устремился за мной? С чего бы это?

Можно, конечно, отказаться от машины. Но… видя его взгляд, не могу отказать себя в

маленькой шалости позлить его еще немного.

С чувством абсолютного триумфа забираюсь на заднее сиденье и мстительно откусываю

огромный кусок прямо на глазах у своего босса. Так есть, видя его недоуменный взгляд

еще вкуснее. Трекер издает короткий, мелодичный писк – пульс выравнивается, переходя

в зеленую зону безоговорочного гастрономического экстаза.

Тимур Русланович вжимается в противоположную дверь, брезгливо поправляя манжеты.

– Запах жареного лука впитается в обивку салона, – сухо замечает он.

– Запишите это в управленческие издержки, – с набитым ртом мычу я. – М-м-м,

божественно. Хотите кусочек? Оптимизирует настроение на раз-два.

– Я предпочту сохранить свою печень в базовой комплектации. Ешьте быстрее, Маргарита.

Ваше время истекает.

Откусываю еще один кусочек, и с наслаждением понимаю, что этот раунд точно за мной.

Ничего у тебя не выйдет, оптимизатор недоделанный, это скорее я тебя оптимизирую под

себя. Чтобы рабочий процесс приносил такое же удовольствие, как и эта шаурма.

Глава 9

Глава 9

В офис я возвращаюсь, благоухая чесноком и уверенностью в себе.

Вторая половина дня превращается в хаотичный квест под названием «переезд». Под

бдительным и слегка испуганным руководством Леночки мои вещи перекочевывают в новый

кабинет.

Просторное помещение, панорамные окна, стол из массивного дуба – все это теперь мое.

Я разбираю папки, свои вещи. Выхожу из кабинета, а офис гудит как улей. Сплетни не

просто не утихли, они мутируют со скоростью света.

Проходя мимо кулера, я ловлю обрывки разговора логистов:

– ...прикинь, он ее прямо от входа на своем джипе увез! Эдик пережить не может, он не

ожидал такого. А все из-за этой, мужика ни за что турнули. А сколько он сил фирме

отдал.

– Да говорю же, у них точно что-то было! Как иначе она из начальницы отдела в кресло

исполнительного прыгнула? Приворожила она его, что ли, хотя чем там привораживать,

потрепанная жизнью клуша, и одевается так, что без слез не взглянешь. Как такая

вообще завести нормального мужика может?

Я лишь усмехаюсь, поправляю выбившуюся из прически прядь. Пусть болтают. А я слушаю и

делаю выводы. Многим они очень не понравятся. Главное, что теперь я диктую правила

на этом этаже. А с «мужским вектором», который Тимур обещал притащить завтра, я уж

как-нибудь разберусь.

Ровно в восемнадцать ноль-ноль на мой телефон приходит сообщение с неизвестного

номера:«Ваш автомобиль подан. Подземный паркинг, место А-12. Т.Р.»

Спускаюсь вниз, ожидая увидеть какое-нибудь скромное служебное авто, но на месте А-12

меня ждет сверкающий черный монстр. Водитель в строгом костюме учтиво открывает

передо мной дверь.

Осторожно опускаюсь на заднее сиденье. Салон мягко обволакивает тишиной и теплом.

Кресло деликатно начинает массировать уставшую спину.

Я откидываю голову на подголовник и закрываю глаза. Ладно. Будем честны. Во всей этой

сюрреалистичной ситуации с Киборгом, электронным ошейником и лекциями про женскую

эмпатию есть свои неоспоримые плюсы. Мне больше не нужно трястись в маршрутке или

слушать предсмертные хрипы своей старой машины. Мой оклад теперь позволяет дышать

ровно. И закрыть многие финансовые проблемы.

Должно же быть в этой сделке с дьяволом хоть что-то позитивное.

Машина плавно тормозит у моего подъезда. Я искренне благодарю водителя, захожу в лифт

и предвкушаю тихий, спокойный домашний вечер. Настроение после поездки в авто

заметно поднялось. Сейчас я закажу Максу пиццу, надо же отметить мое повышение. Мы

посмотрим какой-то фильм, весело поболтаем и я наконец-то отпущу суету сегодняшнего

дня.

Поворачиваю ключ в замке. Дверь открывается. Из кухни доносится аппетитный запах

жареной картошки и... мужские голоса.

Мой пульсометр на запястье предательски вибрирует, мгновенно выходя из зеленой зоны.

Я бросаю сумку на пуфик в прихожей и делаю несколько шагов по коридору. Заглядываю на

кухню и застываю на месте.

За моим столом, по-хозяйски закатав рукава рубашки, сидит Вениамин. Он уплетает

картошку прямо со сковородки, параллельно вещая Максу:

– ...понимаешь, сын, главное в бизнесе – это хватка. Мужская хватка! Твоя мать,

конечно, старается, но без меня она дров наломает. Женщины же вечно ведутся на

красивую обертку. Вот видел бы ты, с каким павлином она сегодня уехала... И это при

мне! При живом муже! Вот что у нее в голове, ты мне скажи?

Макс, жующий бутерброд, поднимает на меня глаза. Веня осекается. Медленно

поворачивает ко мне голову, и на его лице расплывается самодовольная,

снисходительная улыбка человека, который решил взять ситуацию под свой «контроль».

Видимо, потрясенный утренним унижением, мой драгоценный бывший муженек не смог

смириться с тем, что я упорхнула в элитном внедорожнике. И прискакал на единственную

территорию, где, как ему казалось, он все еще имеет власть. К сыну, о существовании

которого не вспоминал с момента развода.