Текст книги "Возвращение повелителя. Книга II (СИ)"

Автор книги: Александр Владыкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 18
Портал в третий мир

Пока я шел к дому вождя, ловил на себе взгляды жителей поселения. В основном – враждебные, вот и делай оборотням после этого добро, забирая лишние рты и способствуя внутриплеменному миру, парочку любопытных, столько же безразличных. От стайки девушек – испуганные. Видимо, это те, кому предстоит отправиться со мной в неизвестные для них места и начинать там новую жизнь. Зря беспокоятся, у меня им всяко лучше будет, чем в лесу. Просто они еще никогда его не покидали, вот и боятся.

Вот оно – демократическое общество! У ворот во двор дома Ригнара никакой охраны. Как и слуг в самом доме, кстати. Даже готовит его жена Милдра. Впрочем, не возьмусь сказать, в чем причина такой скромности – то ли в обычаях оборотней, то ли в их бедности. Скорее, все-таки второе. Недаром же они воспользовались ситуацией и сразу спихнули мне лишних девиц.

Дверь в дом оказалась не заперта. Как есть, деревня. Заходи, кто хочешь. Впрочем, в этом и своя прелесть есть. В горнице (надо же – вспомнил, как в старину подобные помещения в деревнях на Земле назывались!) сидели за завтраком сам Ригнар, Милдра и теперь уже моя Сигра. При моем появлении вождь слегка привстал и жестом пригласил за стол, а Милдра выставила передо мной тарелку. Сигра сидела тихая и задумчивая. Похоже, что до нее только недавно дошло, как она своим необдуманным убийством двоюродного брата изменила свою жизнь. Ну, дорогая моя, раньше соображать надо было.

– Присоединяйтесь к нам, герцог, – предложила Милдра.

Не чураясь такого немудреного сервиса, с большой сковороды, что стояла по центру стола, положил себе сам (в кои-то веки не лакей или официант, то, как все проходит в походах, не считается в данном случае) яичницу-болтунью с беконом. У нас дома, в смысле в Нижегородском нашем дворце, такую называли «скрэмбл». В кафе, кстати, тоже в меню обычно это название фигурирует. Действительно, не может же князь с семьей какую-то «болтунью» есть? А в кафе как такую подать? Да она стоить будет копейки. А вот если «скрэмбл», то это совсем другое дело. От такого блюда сразу начинает веять чем-то благородным и дорогим. Мне-то больше нравилось слово «болтунья» всегда.

Ели без спешки и молча, как и положено в деревне. Наконец, вождь отложил вилку (все-таки не ложку, а вилку) и вопросительно посмотрел на меня. Я достал из-за пояса варнабарг.

– Нет! – тут же встрепенулась Сигра. – Я не хочу!

И, выскочив из-за стола, метнулась к двери. Ага. Прямо так сейчас от меня и убежала. Набросил на девушку магический аркан и подтянул к себе.

– Это необходимо? – мрачно спросил меня Ригнар.

– Да, дорогой, – вместо меня ответила Милдра. – Так будет лучше. Для Сигры, в первую очередь. Ты же помнишь, чем закончилось все с моей сестрой, которую муж из ревности в итоге убил? Моя старшая сестра в барса перекидывалась, – пояснила она мне. – Ну, и была немного… В общем, вы, герцог, понимаете, что я хотела сказать, раз с варнабаргом к нам пришли. Сигра, видимо, в нее пошла, – закончила она, с грустью глядя на дочь.

– Так я буду бесправной варной⁈ – воскликнула Сигра.

– А ты как думала⁈ – взорвался ревом Ригнар. – Прибежать ночью к мужчине, назвать его добровольно «хозяином», убить своего двоюродного брата и после этого остаться живой и свободной⁉ Ты думала, что все это шутки, игра такая⁈ Девчонка! Да тебя не казнили только потому, что ты теперь его варна! И еще радуйся, что герцог, согласившись тебя взять в варны, этим жизнь спас! Может, когда-нибудь и освободит… Хотя, если ты и правда пошла в старшую сестру твоей матери, то и не стоит. Тогда лучше, если ты никогда сюда не вернешься, а то позора не оберешься. Помню я, как ты бесстыже ему свою грудь щупать позволяла на собрании! Стыд просто! – вождь отвернулся к стене и, тряхнув головой, произнес. – Делай, что собирался, герцог.

Я подтянул арканом Сигру поближе к себе, встал и одел ей на голову приготовленный мною проволочный обруч. Проходит несколько секунд, варнабарг начинает исчезать, глаза девушки широко открываются, зрачки становятся огромными, взгляд ничего не выражающим. И все. Процесс завершен. Сигра, которую я отпустил из моей магической ловушки, ощупывает свою голову.

– И это все? – спрашивает она неуверенно.

– Все, – отвечаю я. – А теперь, как я тебе вчера приказал, пойди и собери где-нибудь тех оборотниц, которых мне предстоит забрать с собой. Потом вернешься и скажешь мне, где они меня ждут. Вождь Ригнар, – обратился я к все еще сидящему спиной к столу отцу Сигры. – Вы же со старейшинами уже отобрали тех, кто вошел в ширгу?

– Да, – отвечает Ригнар, поворачиваясь ко мне. – Отобрали. Сегодня они смогут принести тебе клятву, герцог. И будем надеяться, что портал, как ты меня уверял, скоро откроется, все это закончится, и я получу назад своего сына. А ты заберешь отсюда эту…

* * *

Сигра пришла ко мне часа через два. Я это время потратил на то, чтобы постараться вспомнить все, что я знал о призраках. И усилия мои, не сказать, чтобы совсем пропали даром.

Призрака можно втянуть в ловушку. Сделать ее можно из особого кристалла. Так объяснял мне когда-то Друтус. Только вот на практике мы с ним никогда этого не отрабатывали – в его фолианте никаких призраков не водилось, так что данная тема носила чисто теоретический характер. Да и слушал я его без особого внимания – зачем мне было запоминать, как можно поймать призрака, если в Мезинаре такая глупость никому никогда даже в голову не приходила? Как эту ловушку сделать? Какие заклинания нужно на этом кристалле выгравировать (то, что именно выгравировать, я помнил)? Как потом призрака в нее запихнуть?

Ладно, буду разбираться. В конце концов, кажется, в замке Вениры призрак ее то ли прадеда, то ли деда бродит. На нем попробую разные варианты и потренируюсь.

– Хозяин, – в комнату несмело вошла Сигра. – Я собрала всех девушек на поляне за воротами поселения. Они ждут тебя.

Что-то она совсем не похожа на ту Сигру, какой была на протяжении всего нашего путешествия к моему замку, да и в ночь убийства брата тоже. Какой-то забитой выглядит. С другой стороны, а какой еще она может быть, потеряв свободу? Это Ди, увидев мое сходство с портретом Великого Повелителя, чуть ли не с радостью (да как раз с радостью) согласилась стать моей невольницей-барной, а Сигра хотела просто еще ночь – другую со мной провести. Может быть, даже по глупости на что-то большее рассчитывала. Наивная дикарка все-таки по своей сути. А закончилось все вот так.

– Веди! – я встал и пристегнул меч, который до этого положил на стол.

Сейчас, наверное, увижу самых неказистых девушек племени. А какие еще могут оказаться лишними и не востребованными молодыми оборотнями? Впрочем, совсем уж некрасивых среди этой расы не бывает. Как минимум, фигурки у всех хорошие. Все-таки изрядная часть времени, которую они проводят в своей звериной ипостаси, охотясь в лесах, отличный фитнес.

Ошибся. Лишних, как выяснилось, отбирали не юноши, а старейшины и совсем по другому принципу. Оглядев девиц, вставших с травы при моем приближении, я чуть не присвистнул. Очень даже ничего мои будущие подданные выглядят. Внешне. Так-то замухрышки замухрышками. У одной, нет – у двух, даже обуви нормальной нет. Какие-то кожаные опорки, перевязанные ремешками.

– Хозяин, – робко прошептала у меня за спиной Сигра. – Не сердись, но они все из самых бедных семей. Поэтому и одеты так плохо. Никакого приданого за них их родные дать не смогут, так что замуж их никто не возьмет.

Понятно. То есть, тут в лесах совсем какие-то древние порядки еще. Впрочем, и во всей Мезинаре так. Это я забыл как-то. О браке обычно договариваются родители молодых и выбирают своим чадам пару, отнюдь, разумеется, не исходя из их пожеланий. Ориентируются в большей степени на то, какую пользу жених или невеста принесут семье и роду.

Ну, у благородных речь идет о количестве смердов, замках и прочем, а у оборотней о перинах с подушками или, максимум, об избе. Как, в общем-то, и у тех же смердов, если они лично свободные. Последних, к слову, очень мало в Мезинаре. В основном все сельское население зависимые или полузависимые сервы. У них и вовсе брачные союзы чаще всего по решению какого-нибудь управляющего создаются.

– С собой им тоже ничего не дадут, – продолжила, между тем, Сигра. – Может, только платья поновей и все.

– Я ваш сюзерен! – обратился я к жавшимся друг к другу юным оборотницам. – Не вождь. Вождя у вас пока не будет. Назначу вам сначала старосту из своих слуг. Потом, когда привыкните жить под моей властью, может быть, разрешу выбрать кого-то вам самим. Как только откроется портал, вы вместе со мной отправитесь в Дормайю…

Это я, кажется, зря сказал. Похоже, девушек не сочли нужным предупредить, что я иномирец. Увидел, как у них сразу осунулись лица. Одна даже начала пятиться к опушке леса.

– Сигра! – бросил я через плечо, указывая ей на собиравшуюся дать стрекача.

– Рина! – тут же среагировала Сигра, вставая рядом со мной. – Стой! Остаться одной в лесу это смерть. Ничего страшного хозяин с вами не сделает!

Девушка вернулась к общей группе.

– Так вот, – продолжил я. – В Дормайе вы жить не будете. Оттуда я переселю вас в королевство Кинд. Слышали о таком? (конечно, слышали, не совсем же они тут дикие). Там у меня обширные владения (Сигра, которая этого, естественно, не знала, с изумлением посмотрела на меня). Есть и леса. Там я вас и размещу. Обижать вас никто не станет, но и вы, в свою очередь, агрессию по отношению к смердам и сервам проявлять не будете. Ясно?

Девицы явно подуспокоились. По крайней мере, бросать взгляды на начинавшийся за их спинами лес перестали.

– А другие племена оборотней там есть? – спросила самая смелая.

Могла бы и прямо сказать, что ее интересует, если ли там молодые и неженатые оборотни. А вот о том, как я на первых порах обеспечу им еду и проживание, никто не спрашивает.

– Оборотней там нет, – ответил я, улыбнувшись. – Но зато там изрядный гарнизон из молодых и холостых воинов. И их количество постоянно растет. Они о вашей безопасности на первых порах и позаботятся.

– Люди нас сторонятся, – протянула все та же девица. – Только вон таких, как она, – указала на Сигру. – Воруют и закабаляют.

– Эти сторониться не будут, – заверил я. – Думаю, очень скоро каждая из вас найдет себе подходящую пару.

Да, в Мезинаре те еще расисты живут. Смешанный брак – не важно, кого с кем – человека с эльфийкой, эльфа с оборотницей, оборотня с вампиршей (ну, это вообще фантастика, учитывая их неприязнь) и так далее вещь невозможная. Причина заключается и в, мягко говоря, недружественных отношениях между разными расами, и в том, что никто заранее не может предсказать, кто от такой пары родится. Рулетка. Эльфийка, например, от человека может произвести на свет как эльфа, так и человека. Та же история и с оборотнями, и с вампирами.

Откуда это известно так хорошо, если таких браков не бывает? А насилие во время постоянных войн? А та же карнара или бордели, в которых, конечно, дам поят разными настойками для предотвращения беременностей, но всякое бывает? Кстати, судьба какого-нибудь эльфийского ребенка, родившегося, например, у человеческой женщины в результате такого, бывает обычно крайне незавидна. Как только ему исполняется лет семь – восемь, его без тени сомнений продают в рабство. Мальчик, если ему повезет, может стать маленьким пажом у какой-нибудь знатной дамы, а потом, когда подрастет, остаться на сравнительно непыльной службе. Симпатичных девочек в основном в бордели покупают. На вырост, так сказать. Или для любителей малолеток. Это осуждается, но имеет место быть. Остальные же сразу на самые грязные работы идут. Также и эльфы поступают, и оборотни. И еще хорошо, если сразу после рождения не убьют.

Но у меня во владениях такого, конечно, не будет. Даже интересно будет поставить эксперимент по созданию смешанного поселения людей и оборотней. К слову, это же было моей мечтой в прошлой жизни – создать нечто единое из всех рас Мезинары. Не успел даже приступить к этому. А вот сейчас появляется возможность попробовать начать с малого – с одной ограниченной по численности группы.

Хотел на этой теме немного задержаться, так как сразу увидел, что юные волчицы опять погрустнели – они-то прекрасно знают обычаи Мезинары, и не подозревают, что на Земле подобного расизма нет. Пусть сразу узнают, что их ждет в будущем, чтобы успеть с этим свыкнуться. Но не получилось.

– Ваша светлость, герцог! – услышал я слегка запыхавшийся голос какого-то подростка. – Едва вас нашел. Вождь Ригнар зовет вас. Портал открывается.

Портал открывается? Что-то как-то слишком быстро. Обычно мое присутствие его вызывает где-то через неделю, дней десять. Это если я в Мезинаре нахожусь, на Земле еще дольше. А тут прямо сразу. И без всяких визуальных предупреждений вроде молний и вспышек голубоватого света в воздухе.

– За мной! – скомандовал я Сигре и остальным, и быстрым шагом пошел за пацаном, который повел нас на другую сторону поселения и через вторые ворота на небольшое возделанное поле.

Это, действительно было сопряжение. Небольшое. Метров сто – сто пятьдесят протяженностью. Только какое-то неправильное. И открылось слишком быстро, и прозрачным оно не было.

– Почему не видно, что на той стороне? – спросил я Ригнара, стоявшего во главе готового к любым неприятным неожиданностям отряда в полторы сотни оборотней напротив портала.

– Говорят, что и так, и так бывает, – ответил он. – Бывает, что видно, что по ту сторону, а бывает вот такая серая пелена. Сам я, в отличие от брата, никогда в ваш мир не ходил.

Вождь в наш мир не ходил и не знает. Я в последнее время туда-сюда постоянно мотаюсь, но тоже не могу сказать, что уже стал большим специалистом по сопряжениям. Может быть, они и такой вид могут иметь. Но все-таки что-то мне говорит, что этот портал ведет не в мое Нижнеуральское княжество и вообще не на Землю. Судя по исходящей от этой серой дымки ауре, а в ней явно ощущается наличие некроэнергии, это открылся проход в тот самый третий мир, откуда приходят некроманты.

– Ригнар, – отбросив слово «вождь», обратился я к отцу Сигры. – Прикажи всем женщинам и детям убраться в поселение, а остальные пусть готовятся к битве. Но вперед пусть не лезут. Если я не ошибаюсь, то этот противник будет вам не по зубам (учитывая, что говорю с оборотнем, про «зубы» получилось не очень вежливо).

– Разве ты не герцог в Дормайе? Кого пришедшего оттуда ты можешь бояться? Твои личные враги? – вождь посмотрел на меня с удивлением.

– Это не портал в Дормайю, – ответил я немного раздраженно. Ну почему в ответственный момент, вместо того, чтобы просто сделать то, что тебе говорят, обязательно нужно с вопросами лезть и время терять? – Это третий мир. Мир некромантов. Слышал о таких? Давай, вождь, действуй быстрее!

Ригнар недоверчиво покачал головой, но все-таки распорядился, чтобы все не воины ушли за частокол, окружавший поселение. Следующие два часа мы провели в напряженном ожидании. Я, сместившись чуть вперед и в сторону, чтобы была возможность нанести удар с фланга, прикидывал, какими заклинаниями будет лучше бить по нежити, монстрам и самим некромантам. Если таковой будет один или если их будет несколько. Опять же просто маги или архимаги.

– Никого, – подошел ко мне Ригнар. – Ты, герцог, уверен, что там не твоя Дормайя?

Почти уверен. Но именно, что «почти». Надо пройти через сопряжение и проверить. В любом случае я давно уже хотел узнать, что из себя представляет этот «третий мир», а тут такой шанс подвернулся.

– Посмотрю, – ответил я, чуть подумав. – Со мной пойдет Сигра. В случае чего вернется к вам и все расскажет.

Почему я решил взять с собой девушку, а не воина? Она моя собственность и рисковать ее жизнью я имею полное право. И не поймет никто из оборотней, если я ее оставлю здесь, а себе попрошу выделить кого-то другого. Такие уж в Мезинаре обычаи.

– Сигра! Ко мне! – крикнул я. – Перекидывайся! Пойдем посмотрим, что по ту сторону портала находится.

Глава 19
Интерлюдия
Вера и Николай Нижегородские

Княжна Вера Олеговна Нижегородская никак не приходила после похищения в себя. Не помогали ни традиционные врачи с их лекарствами и терапией, ни лучшие маги-лекари. Девушка оставалась замкнутой, молчаливой, задумчивой и… пугливой – вздрагивала из-за любого неожиданного звука. Все эти качества, особенно последнее, никогда не были для нее характерны. Кроме того, она стала сторониться родителей, а когда все-таки приходилось отвечать на их расспросы, говорила односложно и явно тяготилась происходящим, облегченно выдыхая, как только ее отпускали.

Всему прочему она теперь предпочитала сиденье в одиночестве в своей комнате и единственным, чье присутствие рядом не вызывало у нее отрицательных эмоций, был ее брат Николай. Правда, видимо, только по одной причине – он всегда был неразговорчивым, не приставал к сестре с вопросами и не пытался ее каким-то образом выдернуть из ее угнетенного состояния.

К его помощи и решила прибегнуть княгиня Людмила Валентиновна, ни на шутку обеспокоенная здоровьем дочери.

– Николаша, – обратилась она к своему сыну. – Ты бы поговорил с сестрой. Мне кажется, что ей очень хочется перед кем-то выговориться, но она почему-то не доверяет нам с князем. Может, тебе удастся ее вывести на беседу?

Николаша кивнул и отправился к сестре, которая, к радости матери, впервые за все время со своего похищения согласилась пойти с ним на прогулку. Естественно, в сопровождении значительной охраны. Без нее дети Нижегородского князя больше дворец не покидали.

– Вера, – спросил девушку брат, когда они вышли на набережную Волги. – Ты все еще боишься, что тебя могут опять похитить? Так Андрей перебил всех преступников, которые это совершили, а наш отец изрядно наказал князя Смоленского. Не разорил, конечно, но удар по его промышленной империи нанес сильный.

– Я боюсь не этого, – неожиданно прервала свой «обет молчания» Вера. – В смысле не похитителей, – она замолчала, закусив нижнюю губу.

– Ты боишься его? – наклоняясь к сестре, тихо произнес Николай.

– Кого его? – встрепенулась Вера.

– Нашего старшего брата Андрея, – также тихо пояснил Николай.

– Да, – подняла глаза на брата княжна. – Его. А как ты догадался? Или ты тоже? Его боишься? Почему? Что ты о нем знаешь?

– Нет, я не могу сказать, что я боюсь Андрея, – как и всегда помолчав и подумав, прежде чем что-то сказать, проговорил Николай. – Сейчас. Но я бы очень не хотел, чтобы у меня в будущем появились причины его бояться. Потому что… – он сделал паузу.

– Потому что он – монстр! – выпалила Вера чуть громче, чем следовало бы, чтобы следующие позади охранники не могли их услышать.

– Тише! Тише! – остановил ее брат. – Не только поэтому. Да и не монстр он никакой. Но он очень, небывало сильный маг. Таких вообще не бывает. По крайней мере, у нас. И еще. Он скрытен, хитер, жесток и у него есть какая-то цель, к которой он стремится. Так вот не дай и не приведи оказаться на его пути к этой цели. Это я понял уже давно.

– И поэтому никогда не соглашался принимать участие в моих попытках посильнее досадить ему? – спросила Вера. – Мог бы и предупредить меня еще несколько лет назад. Тогда я бы сейчас так не тряслась. А еще наша матушка его всячески изводила и даже… – она посмотрела на брата. – Только это секрет. Я случайно подслушала, как она по своему коммуникатору кого-то ругала за то, что Андрея не убили. Понимаешь? Она приказала устроить на него покушение, а оно сорвалось. И если Андрей об этом знает или узнает, то он нас всех… Ну, кроме отца, может быть. Когда он меня освободил от похитителей, когда я увидела, как он с одним из них расправился, я подумала, что сейчас он и меня убьет. А что? Сказал бы потом, что не успел меня спасти. Но он почему-то этого не сделал. Но я постоянно боюсь, что сделает. Он и похуже смерти может наказание придумать. Уж я-то знаю. Видела, – девушка вздрогнула всем телом, вспомнив, как ее старший брат оживил или, как это правильно называется «поднял», мертвеца и заставил его все рассказать. Мог бы ее также… В зомби превратить.

– Не переживай, Вера, – чуть приобнял свою сестру Николай. – Ни тебя, ни меня Андрей не тронет. Если, повторюсь, мы не встанем у него на пути, – про то, что это, по его мнению, не распространяется на их мать, Николай решил не говорить. – Еще бы знать, чего он хочет? Чтобы случайно не оказаться для него помехой.

– Никол, а давай обменяемся нашими тайнами? – предложила вдруг Вера. – Как в детстве. Помнишь? Ты мне расскажешь свою тайну об Андрее, а я тебе свою. А?

Еще недавно Николай никогда бы на такое не согласился, зная болтливость своей сестры, но теперь она изменилась, да и очень уж ему хотелось узнать, что же так ее напугало. И вообще – чем больше в его распоряжении будет информации о старшем брате, тем легче ему будет принимать правильные решения во всем, что может того коснуться. Николай пожал своим мизинцем мизинец сестры, как они делали в детстве, скрепляя какую-нибудь договоренность, и начал свой рассказ.

Собственно, ничего особенного он не знал. Просто был наблюдательным и умел делать выводы. Один раз видел необычайно, фантастически мощную магию в исполнении считавшегося бездарным старшего единокровного брата. Тогда же взглянул ему в глаза и едва не наделал в штаны от охватившего его страха. Потом много думал, анализировал его поведение, удивлялся, что никто не обращает внимания на то, что на Андрея не действует ни одно из проклятий, которые на него регулярно насылала Вера. Много и других странностей было в поведении брата, но окружающие почему-то упорно считали, что это говорит только о его недалекости. Николай же был абсолютно уверен в обратном, но держал это мнение при себе.

Что же касается того случая, когда он сначала убедился в магической мощи брата, а потом испытал животный страх, то Андрею тогда было пятнадцать лет, Николаю четырнадцать. Летом они жили в загородном дворце, и он увязался за братом, пошедшим пройтись по тропинке, вившейся вдоль обрыва над Волгой. Скрытно увязался.

И вот в какой-то момент Андрей огляделся по сторонам, остановился и вытянул руку вперед. Пальцы на его ладони были растопырены, будто он хотел что-то невидимое схватить и сжать в кулаке. Николай видел, как у брата дрожат от напряжения пальцы, как по виску сбежала капелька пота, а потом вдалеке раздался какой-то странный металлический лязг.

Не выдержав, он вышел из своего укрытия за деревом, чтобы получше рассмотреть, что происходит. На другом берегу Волги на его глазах полувытащенная из воды огромная ржавая баржа сжималась в комок – деформировались ее борта, сминались надстройки… Наконец, Андрей одним резким движением сжал кулак – раздался режущий уши скрежет, и баржа превратилась в комок спрессованного металла.

Андрей, упав на одно колено от усталости, обернулся и заметил застывшего невдалеке Николая. И вот тогда он заглянул в глаза своего старшего брата, и его охватил ужас. Он видел свою смерть и не простую, а самую страшную, какую только мог вообразить. Андрей встал, отряхнул ладони, которыми упирался о землю, подошел к нему, похлопал по плечу и, не прекращая смотреть в глаза своим жутким взглядом, сказал: «Не говори об этом никому, Николаша. Не надо». И медленно пошел в сторону дома.

– И все? – спросила Вера, когда Николай закончил свой рассказ. – Смятая баржа и жуткий взгляд? Конечно, о чем-то это говорит, но это ерунда по сравнению с тем, что видела я. Одного из моих похитителей Андрей убил, просто вырвав ему из груди сердце. Голой рукой. Понимаешь? И выглядел он при этом так, будто проделывает подобное чуть не постоянно. А потом… Потом он оживил этого убитого. Поднял труп! То видео, которое он показал отцу – это видео зомби! Наш брат – некромант! Такой же, как те, которые уничтожили Европу и еще половину мира! А его эта не то секретарша, не то помощница, которая его сопровождала, она, Никол, вампирша! Она убила остальных похитителей, у нее, когда она вошла в комнату, клыки торчали, и кровь из уголка рта текла! И еще… Трупы убитых ими! Андрей с этой вампиршей при мне забросили их в потусторонний мир. Жуткий. Серый. Мир смерти и теней. Оттуда таким веяло могильным холодом, что я до сих пор дрожать начинаю, когда вспоминаю об этом. И мне он тоже, как и тебе, сказал, чтобы я никому ничего не рассказывала. Что нам теперь делать, Николай? Что мне делать? Подскажи! Я ведь знаю, что Андрей меня ненавидит. Он придет за мной. Не сейчас, так потом.

– Во-первых, никому не рассказывай о том, что видела, – чуть подумав, ответил Николай. – Во-вторых, я попрошу отца, чтобы он по какому-нибудь делу отправил меня в Нижнеуральск к Андрею. Попробую с ним договориться. С ним, Вера, поверь мне, дружить надо. Я бы и тебе посоветовал со мной туда слетать, но похоже, что это слишком серьезным испытанием для твоих нервов будет.

– Спасибо, Никол, – искренне поблагодарила его сестра. – Ты объясни ему, что я не со зла его преследовала. То есть, со зла, конечно. Но я раскаиваюсь и очень прошу меня простить…

Угу, думал «дипломат-Николаша», когда они возвращались домой, такой союзник, как собственный единокровный брат, обладающий неописуемыми возможностями, ему в будущем очень пригодится. Да, и не надо ему многого. Нижегородское княжество только. А что касается Веры… Что касается Веры, то он, конечно, попросит за нее, но, вполне вероятно, и расскажет, что она поделилась с ним тем, о чем ей было приказано молчать. Так он сам вызовет больше доверия у брата…