Текст книги "Волчье логово"

Автор книги: Александр Омильянович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

Штангер и Иорст, стоя у окна, видели, как к главному входу дворца подъехали лимузины. Завелли в парадном мундире в сопровождении Клаузера и Фриватта приветствовал прибывших. Геринг в охотничьем костюме вышел из бронированного «мерседеса».

Штангер, прижавшись лбом к оконному стеклу, смотрел на все происходившее у входа во дворец, едва сдерживая свои чувства: «Я вижу их так близко. Может, мне уже никогда не представится такого случая. Геринг, Розенберг, Кох… Шайка преступников и поджигателей войны! Они находятся на расстоянии пистолетного выстрела. А если выйти в коридор, когда они будут проходить мимо, и выпустить по ним весь магазин из автомата? Их много бы погибло, и я тоже… Но что это даст? Изменит ли это исход войны? На их место придут другие. Этот шаг был бы шагом отчаявшегося человека, но не разведчика. Это не путь для победы над врагом. Есть только один шанс…»

Штангер ухватился за эту мысль. В свое время, когда он прибыл сюда, то внимательно изучил расположение дворцовых коридоров, залов, комнат и различных закоулков. Апартаменты Геринга находились в правом крыле дворца. Штангер вспомнил расположение гостиной, столовой, спальни, библиотеки и других помещений. Доступ в них был сейчас закрыт. Но дворец имел обширный чердак. О нем он и подумал в эту минуту. Когда-то Штангер проник туда, открыв чердачный люк с помощью отмычки, и все хорошо изучил. Он знал, какой дымоход соединен с камином в гостиной Геринга.

Итак, имелась возможность… Если он попадет на чердак, покушение имеет шанс на успех. Несколько магнитных мин всегда хранились в его комнате. Сейчас представлялся случай их использовать. Пока в коридорах царило оживление, он решил попробовать.

– Везет же людям, – прервал его размышления Иорст, который, как и Штангер, смотрел на сановников Третьего рейха. Штангер ничего не успел ответить, так как в шифровальную комнату вошел какой-то полковник авиации в сопровождении Фриватта и подал Иорсту телеграмму для передачи в ставку Гитлера. Как только они вышли, Штангер направился к себе в комнату. Он находился там недолго. Выйдя в коридор, Штангер придал своему лицу задумчивое выражение и стал подниматься по лестнице, ведущей на чердак. Не доходя до третьего этажа, он поднял голову и увидел двух рослых парней, которые стояли, опираясь на верхнюю балюстраду лестницы, и смотрели на него. Их взгляды встретились.

– Вы куда, герр лейтенант? – спросил один из парней.

– В шифровальную комнату. Устал и не выспался вот и заблудился, – солгал он.

Один из охранников спустился к нему, потребовал документы, просмотрел их и «предложил» проводить его в шифровальную комнату. Штангер понял, что все его замыслы провалились.

Геринг отдыхал во дворце весь день. В пуще подготавливалась большая охота. Густые цепи солдат перекрыли несколько лесных квадратов, где были обнаружены следы кабанов, оленей, серн и рысей.

На следующий день утром Геринг и его сопровождающие отправились в пущу. Охота продолжалась весь день. Охрана Геринга с помощью переносной радиостанции через каждые полчаса сообщала во дворец, что охота протекает успешно. Под вечер охотники возвратились с богатой добычей. В дворцовом парке между деревьями, на перекладинах из жердей, были развешаны туши кабанов, оленей, козлов. С наступлением сумерек в парке развели большой костер, и Геринг со свитой под звуки охотничьих рожков вышел участвовать в охотничьей церемонии. Геринг осмотрел некоторые экземпляры убитых зверей, а придворный фотограф сделал при вспышках блиц-лампы памятные снимки. В заключение церемонии прозвучала старогерманская охотничья песня в исполнении на рожках. Потом в апартаментах, занятых Герингом, состоялся банкет, который продолжался до поздней ночи. Штангер, удрученный и невыспавшийся, находился на своем посту в шифровальной комнате. Там он провел всю ночь.

Ранним майским утром в беловежском дворце царила тишина, так как участники банкета еще отдыхали в своих апартаментах.

Радиотелеграфист Юнг уже принял порцию утренних сообщений. В них не было ничего достойного внимания. Иорст и Штангер перепечатывали их на машинках. Но вот снова отозвалась радиостанция. Юнг быстро записывал цифры.

– Что-то очень важное, герр лейтенант, – сказал Юнг, положив перед Иорстом полученную шифровку. – Ее передала радиостанция ставки фюрера.

– Как и все, что они передают, – пробормотал тот, приступая к расшифровке.

Шифрограмма гласила: «Сегодня в 10 часов 30 минут в Праге совершено покушение на группенфюрера СС Рейнхарда Гейдриха, наместника протектората Чехии и Моравии. Гейдрих тяжело ранен и находится при смерти. Террористы пока не обнаружены».

– Слышишь, Штангер? – выкрикнул Иорст, прочитав вслух телеграмму. – Это чрезвычайное сообщение. Побудь здесь, а я побегу с телеграммой к майору Завелли.

Не успел Иорст покинуть шифровальную комнату, как зазвонил телефонный аппарат спецсвязи. Из Ставки Верховного главнокомандования вермахта приказывали немедленно соединить их с апартаментами рейхсмаршала. Юнг позвонил адъютанту Геринга и переключил на него телефон.

Через несколько минут после получения сообщения во дворце началось движение. В шифровальной комнате появился адъютант Геринга и, связавшись с аэродромом в Белостоке, приказал немедленно выслать самолет. Не прошло и часа, как над дворцом раздался шум мотора спецсамолета, прибывшего за Герингом. Перепуганный известием о покушении на Гейдриха, Геринг отказался от дальнейшего пребывания в Беловеже. В ставку Гитлера он вылетел самолетом. Немедленно покинули Беловеж и другие сановники.

ВОЗМЕЗДИЕ

Штангер долго не мог простить себе, что от него ускользнул Геринг. Стремясь наверстать упущенное, Штангер с головой ушел в повседневную разведывательскую работу. Немцы всей своей мощью атаковали на юге Восточного фронта. Центру требовалось все больше сведений. Штангер посылал шифровки о подготовке наступления в районе Курска, на воронежском направлении. На центральном и северном участках фронта пока не планировалось активных действий.

Разъезжая по служебным делам, Штангер видел в районе Беловежской пущи руины сожженных деревень. Он узнал, что незадолго до его прибытия в Беловеж здесь действовал батальон 322 под командованием майора Наделя, который сжег эти деревни, а многих жителей расстрелял. В разведцентре вспоминали об этой карательной операции и поговаривали о следующих, более крупных акциях.

* * *

– Штангер, тебе открытка! – приветствовал его Хайден, повстречавшийся ему как-то утром в коридоре.

– От кого? – с удивлением спросил тот.

– Я человек деликатный и не читаю чужую корреспонденцию, но догадываюсь, что это от твоей красотки.

– Не слишком ли ты догадлив?

Перебрасываясь шутками, они вошли в секретариат.

Хайден с многозначительной улыбкой подал Штангеру открытку. Тот с деланным безразличием пробежал ее взглядом.

– Отгадал? – не давал ему покоя Хайден.

– Отгадал, отгадал, – ответил Штангер, слегка краснея. О его романе с Хелен знали уже все обитатели дворца, и он не раз становился объектом шуток и острот. – За хорошее известие с меня коньяк, – пообещал он прежде чем покинуть секретариат.

В своей комнате Штангер еще раз внимательно прочитал каждое слово: «Дорогой! Шлю тебе сердечный привет. В ближайшие дни выберусь в Беловеж. Познакомлю тебя с моими двумя друзьями. Много работы. Жду встречи… Целую… Твоя Хелен».

Прочитанное взволновало его. Эти короткие, казалось бы, обычные фразы говорили ему больше, чем самое длинное послание. Хелен сообщала о предстоящей операции, которую они с ней обсудили несколько недель назад.

Они стояли тогда в гостиной охотничьего домика, а перед ними на стене висела огромная карта Беловежской пущи и прилегающих к ней районов. Хелен показала пальцем на белые кружки с черными крестами и спросила, известно ли ему, что они обозначают, и, не дожидаясь ответа, объяснила:

– Это обозначены деревни, которых уже не существует. Их сжег летом тысяча девятьсот сорок первого года батальон 322 под командованием майора Наделя. Одних жителей расстреляли, других вывезли. Опустевшие поля и пепелища деревень будут засажены лесом. По приказу Геринга в проведении этой акции принимал участие старший егерь инженер Тирпинг из нашего института. Он, как лесничий и опытный специалист, намечал деревни для уничтожения. Вместе с ним эту операцию разрабатывал унтерштурмфюрер СС Бертель – представитель генерала СС фон Баха-Залевски, командующего войсками СС и полиции на центральном участке фронта. Бах-Залевски от имени Гиммлера осуществлял контроль за деятельностью батальона 322…

Сейчас Штангер отчетливо вспомнил этот разговор, карту и значки на ней. Он хорошо помнил, как Хелен с силой сжала его руку и шепотом произнесла:

– Мы должны ликвидировать этих преступников! Должны… Понимаешь? Тирпинг и Бертель планируют следующую подобную акцию. Они снова будут убивать невинных людей и сжигать деревни.

И вот Хелен сообщала, что через несколько дней прибывают старший егерь Тирпинг и унтерштурмфюрер Бертель. Это должна быть их последняя поездка в Беловежскую пущу.

С момента получения весточки от Хелен Штангер жил в постоянном напряжении. Прошло уже три дня. После обеда Хайден вытащил Штангера погулять по парку. Они шли по аллее, разговаривая о том о сем, и вдруг в окне охотничьего домика заметили директора Рагнера. Он подавал им знаки рукой, подзывая подойти поближе.

– Герр лейтенант, – начал Рагнер, с таинственной улыбкой обращаясь к Штангеру. – Завтра я жду гостей… А среди них – особу, которую вам приятно будет увидеть… – прошептал он и многозначительно подмигнул Штангеру.

– Вы в этом уверены, герр директор?

– Да. Приезжает фрау Хелен. Что вы на это скажете?

– Благодарю вас. Я очень рад, – ответил Штангер.

– Эх, где молодость, там и любовь, – вздохнул Рагнер и закивал головой.

На следующий день Штангер каждую минуту поглядывал в окно и нервно ходил по комнате. Работа у него совершенно не клеилась. Наконец ближе к вечеру перед охотничьим домиком остановился пыльный «мерседес», и из него вышли Хелен и двое сопровождавших ее мужчин.

Через несколько минут в комнате Штангера задребезжал телефон. Он поднял трубку и услышал голос Хелен.

– Я рад, безумно рад… Конечно, жду… Что? В казино?… Очень хочу с ними познакомиться… Прекрасно! Думаю, гы будешь довольна тем, что я тебе скажу… Что? Конечно, очень скучал. Итак, через час.

Он положил трубку и почувствовал себя очень счастливым. Радовался, что снова увидит Хелен, и с нетерпением ждал встречи с теми, кому должен вынести приговор за их злодеяния. Когда Штангер вошел в казино, Хелен поднялась из-за столика и почти подбежала к нему.

– Здравствуй… – Она подала ему дрожащую, теплую руку, которую он галантно поцеловал.

– Как я рад… Здравствуй… – взволнованно проговорил он.

– Пойдем, я представлю тебя, – шепнула она и потянула его за руку. – Познакомьтесь, господа; лейтенант Штангер. А это мои друзья – старший егерь инженер Тирпинг и унтерштурмфюрер Бертель.

Они пожали друг другу руки и обменялись приветствиями. Штангер придвинул стул и сел между Хелен и директором Рагнером, украдкой присматриваясь к «объектам» предстоящей операции. Тирпингу было около шестидесяти лет, но он выглядел бодрым и здоровым, и это особенно подчеркивала форма немецкого лесничего, в которую он был одет. На первый взгляд Тирпинг производил впечатление веселого добродушного старичка. Бертель был рослым, хорошо сложенным мужчиной со светлыми волосами и неприятным взглядом. На его эсэсовском мундире красовался Железный крест I класса, а у пояса висела кобура с вальтером.

Официантка подала закуски и напитки. Все выпили за знакомство.

– Итак, новая операция? – обратился Рагнер к Тирпингу.

– Да, герр директор. Прошедшей рейхсмаршал был очень доволен. Батальону Наделя объявили благодарность. Многие солдаты и офицеры получили награды и повышения. Мы еще обсудим новые мероприятия по очистке Беловежской пущи.

– Но не забудьте, герр инженер, – вмешалась Хелен, – что у нас завтра совещание в Белостоке у доктора Адама.

– Я помню об этом. Это займет у нас целый день.

Бертель не принимал участия в разговоре, так как эти вопросы его мало интересовали. Штангер заговорил с ним о событиях на фронте, об усилившихся налетах партизан в Беловежской пуще. По мере опустошения бутылок беседа становилась все более свободной и оживленной. Служебные вопросы отошли на второй план. Штангер подбрасывал присутствующим анекдоты о Черчилле и Рузвельте, о военной слабости союзников. Все были очарованы им.

– Послушай, Анджей, поедем с нами в Белосток… – тихо прошептала Хелен и прижалась к его плечу, выразительно глядя ему в глаза.

– В Белосток? – спросил он, изображая удивление. – А зачем?

– Герр лейтенант, – вмешался Тирпинг, – мы очень просим. Вы там не будете скучать.

– У меня, господа, великолепный план, – сказала Хелен. – Когда мы уладим в Белостоке служебные дела, то пойдем к Ритцу. Там играет прекрасный оркестр, каждый вечер танцы. Что вы на это скажете? У нас так мало возможностей развлечься…

– Вы очаровательны, фрау Хелен! – заметил Тирпинг и чмокнул ее в руку. – Вы поедете, герр лейтенант?

– Охотно, хоть сейчас, если б только мог, но я на службе, – ответил Штангер и беспомощно развел руками.

– Поехали! – воскликнул Бертель, ударив его по плечу. – Развлечемся! Не пожалеешь!

– Чего не сделаешь для хорошей компании! Надо что: то придумать… – нерешительно проговорил Штангер, затем оглядел зал и добавил: – Извините, я отойду на минуту. Мне надо кое с кем переговорить.

Он встал и подошел к столику, где сидели капитан Денгель, заместитель майора Фриватта, и капитан Диттер.

– Разрешите, герр капитан? – сказал Штангер, вопросительно глядя на Денгеля.

– Ну, конечно, пожалуйста, – ответил тот и пододвинул ему стул. – Я вижу, вы на седьмом небе, – добавил он шутливо.

– Вы правы. Герр капитан, я знаю, что вы часто выезжаете в Белосток…

– Да, а в чем дело?

– Инженер Хелен и ее друзья пригласили меня завтра в ресторан гостиницы «Ритца» в Белостоке. Так, небольшое развлечение. Немного выпьем, потанцуем, а может, и еще кое-что. Ехать одному не хочется. Мне будет очень приятно, если вы составите мне компанию.

– Завтра? – буркнул Денгель, прикусил губу и на мгновение задумался. Штангер знал, что приманка схвачена, так как Денгель не пренебрегал выпивкой. – Прекрасно! Едем, – оживился Денгель. – У меня дела на авиационной базе Крывляны. Я закажу машину – и поедем. Обязательно поедем! – Он с чувством пожал руку Штангеру.

Обрадованный, Штангер заказал коньяку, выпил с Денгелем, а затем вернулся к столику, где сидела Хелен.

– Ну как, герр лейтенант? – спросил изрядно подвыпивший Тирпинг.

– Поедем!

– Чудесно! Ты прелесть! – обрадовалась Хелен.

– Вы не будете против, если со мной поедет капитан Денгель?

– Но… – начал было Тирпинг.

– Уверяю вас: капитан – прекрасный собутыльник, и не только… – добавил Штангер и многозначительно подмигнул Бертелю.

Вечер в обществе Хелен и ее «милых друзей» прошел быстро. Расставаясь, договорились о времени завтрашней встречи в Белостоке. Затем Штангер проводил Хелен в охотничий домик. По дороге он посвятил ее в свой план, который собирался осуществить завтра ночью.

В Белосток прибыли утром. В распоряжении Штангера был целый день. Денгель остался на авиационной базе Крывляны, где у него были дела в секции «I-ЦФ». Штангер поехал на улицу Пивну, где находилось отделение абвера в Белостоке. Там в течение нескольких часов он беседовал с майором Виссом, шефом этой службы, пополнив свои сведения о местном гарнизоне и воинских частях, которые перебрасывались сюда с Запада, комплектовались, проходили подготовку и отправлялись на Восточный фронт. Штангер нашел также предлог посетить тюрьму в Белостоке, с внутренним расположением которой (на всякий случай!) он давно хотел познакомиться.

Его принял начальник тюрьмы государственный советник Кнеффель. Штангер представился и сказал Кнеффелю, что поступило несколько сообщений об усиленном интересе разведки подполья к тюрьме и ее охране. В связи с этим, объяснил Штангер, он хотел бы лично все осмотреть. Кнеффель повел его по тюрьме. Штангер приглядывался к толстым стенам и системе охраны. Он с ужасом смотрел на истощенные лица заключенных – заложников гестапо, которые провожали их ненавидящими взглядами.

В семнадцать часов, согласно договоренности, Штангер поехал в Крывляны за Денгелем. Оттуда они отправились и ресторан «Ритца». Здесь в отдельном кабинете их уже ждали Хелен, Тирпинг и Бертель. Стол ломился от закуток и множества бутылок. Из зала доносились приглушенные звуки музыки. Бертель и Денгель пригласили к столу двух дам, которые специально поджидали такого случая возле гостиницы.

Все танцевали, произносили тосты, настроение было веселое и беззаботное. Штангер незаметно посматривал на часы: мысль о предстоящей акции не покидала его ни на минуту. Он был целиком поглощен ею. Рядом с его стулом стоял портфель, в нем находился смертоносный груз. За играла музыка, и Штангер с Хелен направились в танцевальный зал. Когда они смешались с кружащимися в вальсе парами, он шепнул ей:

– Пора?

– Да, – коротко ответила она.

– Хорошо. На следующий танец пригласишь Тирпинга, а я останусь в комнате. Как только вернешься, начинай, как договорились. Два часа достаточно?

– Да, конечно! Я напомню им, что мы должны ехать, так как завтра у нас много работы…

Отзвучали последние такты мелодии. Танцевавшие вернулись к столу, где одиноко сидел старший егерь инженер Тирпинг.

– Герр инженер, – сказала Хелен и улыбнулась Тирпингу. – Вы здесь один, без общества. Какие все нехорошие! Нашли себе дам и развлекаются, а вы как отшельник…

– Но я прекрасно себя чувствую и в одиночестве, фрау Хелен, – ответил Тирпинг и посмотрел на нее затуманенным взглядом.

– Ну нет. Я приглашаю вас на танец. Вы мне не откажете?

– Вы очаровательны, – поблагодарил он. – Очаровательны… На этот раз за столом будет «дежурить» герр лейтенант?…

– Ничего не поделаешь, – вздохнул Штангер и развел руками. – Желание женщины – для меня закон.

Денгель и Бертель были так заняты своими партнершами и при этом так пьяны, что совершенно не интересовались остальной компанией. Как только раздались звуки популярной «Роземунды», Тирпинг подал руку Хелен, и они вышли в зал. За ними последовали со своими дамами Денгель и Бертель.

Штангер остался один. Мгновение он прислушивался к шуму, доносившемуся из зала. Нет, никто не вернется сюда до окончания танца.

Штангер открыл портфель. Под бумагами на самом дне лежала магнитная мина. Он достал ее, повернул рычажок взрывателя и установил стрелку часового механизма: взрыв последует через два часа. Сумочка Хелен лежала на соседнем кресле. Штангер открыл ее, засунул туда мину, захлопнул замок и положил сумку на прежнее место. Затем закурил сигарету и небольшими глотками стал пить кофе. Вскоре развеселившаяся компания вернулась к столу. Хелен внимательно посмотрела на Штангера. Он незаметно кивнул ей. Успокоенная, она обратилась к присутствующим:

– Господа, это нехорошо с нашей стороны…

Все удивленно посмотрели на нее.

– Мы здесь развлекаемся, а наши водители сидят там без ужина. А ведь скоро возвращаться, – напомнила она и показала на часы.

– Действительно, вы совершенно правильно нас пристыдили, – срываясь с места, проговорил Денгель. – Пойду приглашу их что-нибудь перекусить. Они, вероятно, голодны, как волки.

– Я с вами, мне надо взять из машины папку, сказала Хелен, вставая из-за стола.

Автомашины стояли возле гостиницы, а в них вовсю храпели водители. Денгель постучал в стекло своей машины и крикнул:

– Хельмут!

– Яволь, герр капитан! – выпалил разбуженный водитель.

– Иди перекуси что-нибудь.

– Благодарю, герр капитан, иду.

Хелен разбудила водителя своей машины.

– Послушай, Карл, сходи поужинай, а то скоро поедем. Открой мне только заднюю дверь, я хочу забрать свою папку.

Карл открыл заднюю дверь с правой стороны, где на сиденье лежала папка. Затем он вышел из машины и стал ждать, когда сможет ее закрыть. Хелен наклонилась внутрь автомашины, взяла папку, прикрыла ею свою открытую сумочку, из которой быстро достала магнитную мину и просунула ее за сиденье. Когда мина прилипла к кузову рядом с бензобаком, Хелен услышала глухой металлический стук.

– Все, Карл, закрывай, – сказала она, вылезая из машины.

Водитель захлопнул дверцу, и все четверо направились в ресторан.

Хелен вынула из принесенной папки пачку фотографий, снятых в Кенигсберге на пляже «Раушен», и, улыбаясь, стала показывать их развеселившейся компании. Водители быстро справились с ужином, поблагодарили и пошли к машинам.

– Герр Тирпинг, нам пора. Завтра, а точнее, уже сегодня… – Хелен взглянула на часы, которые показывали около часу ночи, – в Беловеже нас ждет много работы. Служба есть служба, – закончила она с важным выражением лица.

– Дорогая, еще один танец, – попросил Штангер и поцеловал ей руку.

– Но помни: последний, – ответила она и погрозила ему пальцем.

– Последний на сегодня…

– Ну, хорошо, пойдем.

Они снова вышли в зал, а за ними Денгель и Бертель со своими дамами.

– Все в порядке? – спросил Штангер.

– Я установила мину у бензобака…

– Хорошо. Тебе остается разыграть сцену пересадки в нашу автомашину. Впрочем, я сам предложу Денгелю. Они все пьяны. Это не вызовет подозрений. К тому же в нашем положении влюбленных, моя дорогая, это так понятно…

– Мне немного жаль Карла, но в борьбе с ними не до сентиментальности.

И вот произнесены последние тосты, вечер подходил к концу.

– Герр капитан, – шепнул Штангер, наклонившись к Денгелю. – Попросите, чтобы Хелен поехала с нами. Вы знаете, мне это не совсем удобно.

– Что? – ответил тот, посмотрев на Штангера помутневшим взглядом. – Конечно, поедет. Сейчас увидите! Фрау Хелен, вы «арестованы»! – заявил он.

– Да? – она удивленно подняла брови.

– Да. Мы забираем вас в нашу машину. Надеюсь, герр старший егерь не будет возражать, если влюбленные поедут вместе?

– Как бы я посмел доставить огорчение своему начальнику? – произнес Тирпинг и, галантно поклонившись Хелен, обратился к Штангеру: – Герр лейтенант, вы должны взять на себя заботу о фрау Хелен.

– Если она согласна, я готов.

Хелен в ответ прижалась к Штангеру.

– Да, да, – Тирпинг закивал головой.

– Ну, тогда поехали! – скомандовал Денгель. – И еще одно: оружие держать наготове. Поедем через так называемый партизанский район. Враг не дремлет. Ваша машина поедет первой, а мы за вами.

Смеясь и перебрасываясь шутками, они покинули отель «Ритца», заняли места в машинах и помчались в сторону Беловежа.

Денгель дремал возле водителя, а на заднем сиденье, прижавшись друг к другу, молча сидели Штангер и Хелен. Оба были возбужденны и взволнованы.

– Когда? – чуть слышно прошептала она.

Штангер посмотрел на светящийся циферблат часов и ответил:

– Еще тридцать – сорок минут.

Она вскинула голову и прикоснулась губами к его щеке.

Они не отрывали глаз от красных огоньков автомашины, мчавшейся впереди. Миновали спящий Бельск-Подляски. Постепенно из темноты показалась Хайнувка, а затем их поглотил лес.

Штангер и Хелен нервничали, до боли в глазах всматривались в очертания едущей впереди автомашины Тирпинга. Время от времени она исчезала за многочисленными поворотами шоссе. Ночь была темной, и только светлая лента шоссе вырисовывалась на фоне черного неба.

Внезапно в эту темноту, в тишину спящего бора вторгся страшный грохот, и мощная вспышка осветила шоссе, деревья и ночь вокруг. Хельмут затормозил так стремительно, что их автомашину занесло почти к кювету. Денгель ударился головой об стекло, а Хелен и Штангер соскользнули с сиденья.

– Банда! – крикнул Штангер, хватаясь за автомат. Распахнув дверцу, он выскочил из машины, а за ним с автоматами в руках выбежали Денгель и Хельмут. В ста метрах от них в кювете горела машина Тирпинга. Они побежали туда, беспорядочно стреляя но кустам, пожар от горящего бензина и треск взрывающихся внутри автомашины патронов и гранат остановил их. Хелен с пистолетом в руке вдруг разразилась истерическим плачем.

– Мина! Это бандитская мина! Автомашина попала на мину… – дрожащим голосом сумел выдавить из себя Денгель. Штангер ничего не ответил и как зачарованный смотрел на языки пламени, вырывавшиеся из «мерседеса». Он подошел к Хелен.

– Успокойся! Успокойся! – прикрикнул он на нее. – И марш в машину!

– Не пойду. Понимаешь ли ты, что я… я… могла с ними?… – снова зарыдала она.

Денгель тоже старался ее успокоить, уговаривая сесть в автомашину, но Хелен вырвалась от них и, шатаясь, по шла к медленно догоравшему «мерседесу».

– Хельмут, зажги фары! Здесь могут быть еще мины! – заорал Денгель на водителя. – Фрау Хелен, прошу вас, остановитесь!

Хельмут включил фары, осветив шоссе и лежавшие в кювете обломки того, что минуту назад было «мерседесом».

– Посмотри, нет ли воронки на шоссе? – обратился к Штангеру Денгель.

– Нет, герр капитан, это диверсия! Хельмут, быстро вылезай из машины! – крикнул Штангер водителю. – Прибудет помощь, тогда проверим нашу машину. О боже! Герр капитан! Я мог ее потерять!… – И голос у него сорвался.

Рыдая, Хелен приблизилась к догоравшему остову «мерседеса». Остальные как вкопанные стояли на месте, глядя на то, что осталось от «мерседеса» и его пассажиров, и не решаясь приблизиться к своей автомашине или сойти с шоссе.

«Прекрасная актриса, – думал Штангер. – Мастерски все разыграла… Как в хорошем спектакле. Кричал бы "браво", если б мог. Но тут не сцена. Это борьба…»

Из оцепенения их вывел гул моторов приближавшихся со стороны Беловежа автомашин. Это мчалось на помощь подразделение жандармерии, поднятое по тревоге взрывом и пожаром. Через минуту из-за поворота шоссе блеснули фары. Автомашины медленно остановились. Жандармы на ходу соскакивали с них и широкой цепью бежали к месту катастрофы. Хелен продолжала рыдать, не отходя от автомашины, в которой догорали останки двух исполнителей преступных акций в Беловежской пуще.