Текст книги "Песочница (СИ)"

Автор книги: Александр Минин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Им удалось достичь финиша третьими. Невероятное достижение для новичков. Поэтому когда они выбрались из танка, их встречали несколько растерянные лица охранников. Тем не менее, распределяющий снаряжение и боеприпасы пират сумел совладать с эмоциями. Усмехнувшись, он громко произнёс:

– Поздравляю вас с успехом, ребятки! Надеюсь, вы так же хороши и в бою! Я ставлю на вас, учтите! Если сдохнете, не возвращайтесь сюда!

Пират расхохотался над собственной незамысловатой шуткой. Андрей только слегка усмехнулся. Возбуждение от гонки постепенно отходило, и на первый план выходил разум.

– Что мы получим за победу? – спросил юноша.

– Сразу переходишь к делу? Похвально, нечего сказать. Вы были третьими, поэтому, полагаю, ограничимся пятком кумулятивов и… доппайком. Как тебе, хватит?

Пират с ехидным прищуром посмотрел на Андрея. Но тот уже не обращал ни на что внимания. Стимуляторы! Это просто отлично! Улучшенная реакция и снижение эмоционального напряжения – то, что нужно.

– Пойдём, вручу тебе паёк, а твои ребята пока разберутся с боекомплектом.

Через час все формальности оказались позади. Их машина добралась до точки, где располагалась «база» и заглушила двигатели. Рядом стояли танки союзников. Четырнадцать машин, которые вместе образовывали команду «синих». Противники, по сложившейся традиции, обозначались как «красные». Андрей сглотнул слюну и обратился к экипажу:

– Бой начнётся через пятнадцать минут. Для того, чтобы доппаёк сработал, нужно около десяти. Действие стимуляторов продлится не меньше получаса. Более, чем достаточно.

– Значит, можно принять таблетки прямо сейчас? – спросил Чебурашка.

– Да. Лучше так и сделать. В первые минуты после приёма могут наблюдаться некоторые побочные эффекты, пока организм адаптируется. Тошнота, головокружение, галлюцинации. Они быстро пройдут, но лучше не рисковать. Так что, вперёд!

И, подавая пример остальным, закинул белые капсулы в рот.

Эпизод 25

Когда Андрею исполнилось лет двенадцать, ему задали написать учебный проект. Обычная школьная практика. Разумеется, грезящий боевыми машинами мальчишка выбрал тему, относящуюся к «Миру Танков». Называлась она довольно просто: «Разрешённые стимуляторы, используемые пилотами во время боя». Конечно, Андрей работал только с разрешёнными источниками, не углубляясь глубоко в дебри. Но всё же этот аспект танковой жизни был для него далеко не новым. Юноша довольно чётко представлял, что именно его ждёт. Вот только это знание не могло подготовить к тому, что испытало тело.

Морозное дыхание коснулось кожи. Она покрылась пупырышками, все волоски разом встопорщились, становясь дыбом. Дыхание перехватило, сердце застучало, словно отбойный молоток. Андрей поспешно прикрыл глаза. Следовало уменьшить поток сигналов с рецепторов органов чувств в первые секунды действия стимуляторов, чтобы не заработать шок. Но все эти приготовления мало помогли. Обострившиеся в одно мгновение чувства обрушили настоящую лавину сигналов на совершенно не подготовленный к этому мозг.

Сотни запахов ударили в нос, отчего Андрею пришлось немедленно затаить дыхание. Но заткнуть уши он просто не успел. А потому оглушительные звуки набатом ударили по барабанным перепонкам. Причём юноша слышал не только звуки внешнего мира. Нет, он улавливал даже то, как кровь бежит по жилам внутри, слышал шуршание собственных двигающихся мышц. А уж сердце так и вовсе оглушающим барабаном стучало в груди.

Еле слышный стон механика прозвучал настолько громко, что Андрей невольно поморщился. Что же всё так громко? И тут словно переключили выключатель – ощущения схлынули, словно всего юношу целиком, с ног до головы, окутали в вату, не пропускающие сигналы. Мир померк, исторгая из себя чужеродный элемент.

Откат. Вторая стадия ассимиляции препарата. Мускулы стали судорожно сокращаться, отчего все тело задрожало мелкой дрожью. Холод и жар попеременно терзали внутренности. А мысли метались по голове, как сумасшедшие белки. Никак не связанные друг с другом, они вызывали только чувство головокружения и тошноты. Андрей помотал головой, пытаясь хоть как-то упорядочить их. Это простое действие произвело эффект разорвавшейся бомбы. В мозгу разорвалась шутиха, разметавшая сознание на тысячи мельчайших кусочков.

Которые, впрочем, через мгновение собрались обратно. Беспорядочная болтовня, «мысленная жвачка», хаос, царящий в голове всякого человека каждую секунду жизни, испарились. Безграничная ясность и чёткость воцарились в голове. Андрей открыл глаза. Мир стал простым и понятным. Сомнения исчезли, осталась только цель. Выжить.

Сигнал к бою прозвучал, и Андрей скомандовал:

– Вперёд! Двигаемся по центру! Не лезь на рожон, сначала разведаем обстановку!

Механик осторожно кивнул. Николаю раньше никогда не приходилось испытывать ничего подобного. Тело стало послушным и словно бы вернулось во времена ранней юности. Каждое действие не просто получалось чётким и ладным, но и даровало ощущение полноты существования. Водитель наслаждался каждым вдохом, каждым движением. Он настолько сосредоточился на новых впечатлениях, что даже забыл о своей привычке постоянно ворчать и вставлять комментарии по поводу и без повода.

Как и предупреждал Петрович, полигон, на котором происходило сражение, представлял собой самый настоящий лабиринт. Отвалы раздробленной горной породы, остатки каких-то опор, строительных конструкции, даже остовы необычного вида техники – всюду взгляд натыкался на что-нибудь новое, непривычное. Андрей переключил внимание на миникарту. Мда, в такой путанице проходов места для манёвра практически не остаётся. Все бои будут проходить на ближних, максимум средних, дистанциях.

Николай вёл машину следом за союзной, старательно выдерживая дистанцию. Радар ещё не обнаружил ни одного противника, поэтому напряжение оставалось высоким. Что, если они прогадали с направлением? И сейчас вся вражеская команда рашит по другому флангу? Никогда ещё первые минуты боя не были для экипажа настолько тягостными и тяжёлыми.

Когда миникарта осветилась красными маркерами, Андрей невольно чертыхнулся. Сразу пять точек появились справа, слева тоже три, а по центру совсем никого! Как же он мог так просчитаться!

– Сворачивай. Пойдём направо.

Николай кивнул и притормозил, готовый выполнить приказ командира. И в тот же миг случилось сразу два события. Вспыхнул ещё один красный маркер, и двигающийся прямо перед ними союзник получил снаряд в борт.

– Угроза впереди! – выкрикнул механик.

– Вижу! Отойди чуть назад, дай нашему пространство для отступления!

Действительно, получивший повреждение союзник сразу решил ретироваться. И, надо сказать, за время перезарядки вражеской машины ему удалось это сделать. Танк прекратил пятиться, укрывшись за небольшой мусорной кучей. Та, конечно, не давала полноценной защиты, но всё же это было лучше, чем совсем ничего.

– Что дальше? – спросил Петрович.

– Будем обходить. Николай, давай по левому проходу!

Танк развернулся и, взревев двигателем, направился в указанном направлении. Андрей сосредоточился на обзорных экранах. Главный вопрос – сколько противников находится на их пути? Один или всё-таки больше?

Ответ нашёлся через несколько секунд. Только они успели повернуть, как впереди показалась вражеская машина. Адреналин мощным толчком выплеснулся в кровь. Время практически остановилось. Андрей слышал о подобном эффекте стимуляторов. В сочетании с адреналином они доводили реакцию до совершенно невероятных значений.

Обострившимися чувствами юноша различал, как медленно выдвигается корпус вражеского танка из-за препятствия. Он видел каждую царапину на броне, различал лязг отдельных траков. Башня танка противника начала медленно разворачиваться. Их наводчик явно собирался стрелять. Андрей открыл рот, чтобы скомандовать открыть огонь, но Чебурашка не нуждался в подобных подсказках.

Оглушительный выстрел, от которого зазвенело в ушах. Юноше показалось, что он даже видел, как снаряд молнией мелькнул и врезался в гусеницу. Стальные траки разлетелись мелкими брызгами в разные стороны.

– Есть! – воскликнул Андрей. – Заряжай!

Заряжающий открыл затвор. Курящаяся дымом гильза упала под ноги. Петрович бросился за новым снарядом. Командир кожей чувствовал, как утекают драгоценные секунды. Насколько быстро восстановится гусеница? Успеют ли они перезарядить орудие?

– Готов!

– Огонь!

Второй снаряд оказался не столь точным, как собрат. Он пошёл чуть выше, в результате попав в верхний бронелист и отрикошетив от него, высветив участок пространства гроздью ослепительных искр.

– Проклятье! Николай!!!

Механик дёрнул рычаги. Танк, который остановился для более точной стрельбы, снова начал движение. Однако водитель не направил его назад, справедливо решив, что просто-напросто не успеет уйти за поворот. А значит, противник поймает, когда танк будет стоять бортом. Сближение и атака – вот то, что требуется. Андрей кивнул. Всё было совершенно правильно. Всё-таки хорошую команду он подобрал!

Вражеский выстрел оказался точен. В броне танка появилась пробоина. Первые потери – и так рано! Что же будет дальше? Андрей потряс головой, отгоняя посторонние мысли. Сосредоточиться на сиюминутной цели. Выжить здесь и сейчас!

– Чебурашка, БК!

Выстрел. Противник получил пробоину, но командир нахмурился. Ему ведь не показалось? Пальцы легли на кнопку управления огнём. К моменту очередного выстрела уверенность стала абсолютной. Нажав клавишу, Андрей перехватил управления огнём на себя. Поправив прицел, он произвёл выстрел. Безумно притягательный огненный цветок вспыхнул на корме вражеской машины. Красный маркер на миникарте мигнул и погас.

– Дальше! – скомандовал Андрей водителю.

Переключив управление огнём обратно на наводчика, юноша развернулся к Чебурашке и посмотрел на него. Когда командир заговорил, голос его звенел сталью:

– В следующий раз, когда соберёшься сделать нечто подобное, подумай о тех, кто сидит с тобой в одном танке. Ты подвергаешь риску не только себя, но и нас.

– О чём ты говоришь? – спросил Николай, выруливая за поворот.

Он явно ничего не заметил. Но вот Чебурашка всё понял правильно. Наводчик стиснул зубы и с мрачным выражением на лице кивнул. Андрей изобразил на лице улыбку и закончил:

– Надеюсь, мы окончательно расставили все точки над «i». Соберись!

Механик покачал головой. О чём думают эти недоумки? Их жизнь висит на волоске, а они играют в свои игры! Нет, положительно, некоторых людей сложно понять. Неужели они ради своих дурацких принципов способны умереть?

Они сражались, окончательно отринув все страхи и сомнения. Снаряды летели в цель, далеко не всегда достигая её. Но ситуация постепенно склонялась на чашу весов команды, в которой находился экипаж Андрея. Когда счёт достиг 14:8, напряжение слегка отпустило.

– Надо бы найти этого последнего гада! – процедил Николай.

В последней схватке снаряд повредил трансмиссию, отчего сейчас танк вёл себя довольно неуклюже, поэтому недовольство механика можно было понять. Однако Петрович сохранял хладнокровие. Он попытался образумить своих молодых и более горячих товарищей.

– Возможно, нам лучше отсидеться? Всё-таки наша красавица уже на грани гибели.

Действительно, множество свежих пробоин красовалось на броне. Ещё одно точное попадание, и они сами взлетят на воздух. Большой риск, как ни посмотри.

– Не спорьте, сначала надо найти этого последнего! – оборвал Андрей, вглядываясь в миникарту.

Последний раз противник появлялся на радарах где-то в левой части карты, поэтому командир отдал приказ:

– Двигайся влево, только осторожно!

Стоило Николаю приступить к выполнению, как красный маркер вспыхнул на миникарте. Последний враг объявился. Рядом с ним уже была одна машина союзников. Мозг быстро проанализировал информацию и выдал положительный ответ. Командир расслабился.

– Похоже, разберутся и без нас. Это же Патрик, – спокойно заметил Андрей.

– Да, этот парень заслужил поставить точку в сражении, – ответил Петрович.

– Так что, мы едем или нет? – спросил Николай.

Горячка боя постепенно отпускала, и механик уже прикидывал, какие повреждения следует чинить в первую очередь. Андрей не успел ответить, как на карте вспыхнул новый сигнал. Патрик звал на помощь!

– Что за…? – вырвалось у юноши.

– Какие приказы, командир? – переспросил Николай.

– Надо помочь. Мы единственные, кто рядом. Шустрее!

Водитель хищно оскалился. Что ж, похоже им удастся заполучить ещё немного очков в свою копилку! Мысли о том, что внутри вражеской машины находятся, по сути, такие же пленники, не появлялась в голове Николая. Он привык делить людей на «своих» и «остальных». «Свои» сейчас сидели рядом с ним, а «остальные» – что ж, пусть выживают, как хотят. Для механика всё происходящее было простым и понятным.

А вот Андрея начали охватывать дурные предчувствия. Патрик показался ему совершенно не тем человеком, который зовёт на помощь. Если подобное произошло, то ситуация наверняка чрезвычайно серьёзная. И почему их танк ползёт так медленно?

Когда они приблизились, стало понятно, почему Патрик позвал на помощь. Его танк оказался изрядно потрёпан в бою, а вот машина противника практически не пострадала. Более того, Патрик оказался зажат в тупике. У него не имелось даже самого крохотного шанса ускользнуть. Только прямое столкновение лоб в лоб, только уничтожение.

– Надо спешить! – высказал мнение Николай.

Андрей молча кивнул. Им оставалось преодолеть совсем небольшое расстояние, прежде чем они вступят в бой. Следует продумать план. Прямой размен уроном не подойдёт. Противник просто размотает их поодиночке. Нужна какая-то хитрость.

– Какие приказы, командир?

– Спокойно, я думаю.

Осторожно высунуться и дать выстрел? Не поможет, в этом лабиринте они появятся на экранах, прежде чем выстрелят. А значит, противник почти наверняка успеет развернуть своё орудие на них и всё разом закончится. Вместо благородных спасателей они станут ещё одной жертвой. Думай, думай! Взгляд Андрея метался между миникартой и обзорными экранами, мозг лихорадочно искал возможный путь решения проблемы.

– Командир, у нас проблемы, – оборвал размышления механик.

– В чём дело? – раздражённо спросил юноша.

– У вашего Патрика, похоже, проблемы с водителем.

– С чего ты взял?

– Слишком медленно и неуклюже двигается.

Андрей включил рацию. Обычно он редко пользовался ею, болтовня в эфире только отвлекала от боевых действий. Но сейчас ситуация требовала разъяснения.

– Патрик, приём! Доложите статус!

Несколько секунд пустого шуршания в эфире. Остальные экипажи, спешащие к месту схватки, молчали. Но почему же этот выскочка не отвечает?

– Экипаж уничтожен. Танк выдержит только одно попадание.

Голос Патрика звучал глухо и как-то издалека. Андрей схватился за микрофон и прокричал:

– Держись!

Взгляд метался по приборам, выискивая возможность для атаки. Неужели другого выхода, кроме как выехать и попытаться сделать удачный выстрел, не подставившись под ответный – единственный вариант?

– Командир, что делаем?

Андрей помотал головой. Внутренняя паника нарастала. Время, время утекало слишком быстро! А выхода всё никак не находилось. Андрей решился. Раз задача не имеет решения в текущих обстоятельствах, то нужно просто поменять эти самые обстоятельства!

– Справа проём между кучами щебня видишь?

Николай утвердительно хмыкнул.

– Заедь туда.

– Командир, это, конечно, не моё дело, но там довольно круто. Вряд ли движок вытащит нас туда. Да и подставим брюхо…

– Не надо заползать высоко! Мне просто нужно увидеть обстановку!

Включив микрофон на общую связь, Андрей выкрикнул:

– Постарайся удержать его как можно дольше!

– Да стараюсь я, стараюсь, – безжизненно ответила рация.

Противник, тем временем, решил, что стоит рискнуть и обменяться уроном. Выехав из-за препятствия, танк выстрелил, окутавшись облаком дыма. Снаряд отрикошетил от башни. Патрик в ответ качнул пушкой, словно бы выискивая уязвимое место. Вражеская машина тут же поспешила убраться назад.

– Быстрее!

«Таракан», натужно ревя двигателем, взобрался на склон, задрав пушку к потолку. Николай остановил танк на самом гребне, выставив лишь сам кончик орудия. Андрей тут же приник к обзорным экранам. Выход, выход, где же он? Ни одной стоящей идеи в голову не лезло. Жертвовать Патриком, дожидаясь прихода подкрепления?

Что же это? Как спасти? Андрей закрыл глаза, воскрешая в памяти далёкое прошлое. Ещё в далёком детстве отец показал ему загадку. Девять точек, которые нужно было соединить четырьмя линиями. Мальчишка мучился почти два часа, а потом, разобиженный на весь белый свет, вернулся к отцу без ответа. Отец тогда долго смеялся и показал решение, сказав:

– Жизнь будет подкидывать тебе много задачек, которые на первый взгляд будут казаться неразрешимыми. Как только встретится подобное, просто поднимись над задачей, посмотри на неё шире.

– Подняться над проблемой, – пробормотал юноша.

– Что? – переспросил Николай.

Взгляд, блуждающий по приборной доске, внезапно зацепился за одну точку. Решение вспыхнуло в один миг. Палец коснулся экрана, выделяя нужную область.

– Чебурашка, сведение в указанное место! Огонь по готовности!

Наводчик непонимающе промычал. Но Андрей рявкнул, чувствуя, как предчувствие победы накрывает с головой:

– Выполнять!

Между тем вражеский танк выстрелил снова. Рикошет! Судьба пока оставалась на стороне Андрея, давая шанс спасти новобретённого знакомого…

Эпизод 26

Чебурашка не понимал намерений командира, но приказ исполнил в точности. Пушка выстрелила, и снаряд попал точно в цель. Прямо в нависающий над танком противника каменный выступ.

– Фугас! – снова скомандовал Андрей.

В этот раз пришёл в недоумение Петрович. Ветеран не видел, куда они стреляют, но фугас? Заряжающий вообще не понимал, зачем этот юнец попросил подобный боеприпас. Пират, занимающийся распределением, посмеялся, но выдал из запасников несколько штук. Миг промедления, и командир тут же заорал:

– Фугас!

Снаряд с лёгким щелчком скользнул в зарядное устройство. Через секунду Петрович выкрикнул:

– Готов!

– Огонь!

Фугас врезался в камень, разорвавшись на сотни осколков. Эти маленькие металлические зверьки вгрызлись в преграду, разрушая её кусочек за кусочком. Огромная скальная глыба на миг зависла, а потом обрушилась вниз, погребая под собой вражеского «таракана». Враг был повержен! Это была победа! Андрей радостно воскликнул, откинувшись назад, но потом глянул на миникарту и обомлел. Маркер Патрика погас! Он всё-таки опоздал! А вот вражеская метка по-прежнему вызывающе мерцала. Ярость поднялась удушливой волной. Решение было принято за долю мгновения.

– Николай, выруливай. Чебурашка, готовься добить гада!

Руки скользнули на пояс. Замок на ремнях безопасности сухо щёлкнул, освобождая командира от удерживающих пут. Между тем танк послушно разворачивался, выходя на позицию для выстрела. Андрей, мельком посмотрев на обзорные экраны, выпалил:

– Чебурашка, взорви ему БК! И без разговоров!

Наводчик сглотнул, но кивнул. Он не понимал, что задумал Андрей, но по стальным ноткам в голосе понял, что дело чрезвычайно серьёзное. Сам же юноша, отдав приказ, выскользнул из кресла, наклонившись и зашарив руками под сиденьем. Он искал там то, что оставил не так давно.

Выстрел! Корму вражеского танка разворотило мощным взрывом. И уже через секунду Андрей нашёл то, что искал. Инструмент, ставший для него за последние дни привычным, ставший практически продолжением тела. Подхватив молекулярный резак, юноша бросился к люку. Члены экипажа с открытыми ртами наблюдали за действиями юноши.

– Что ты задумал? – воскликнул Николай, обернувшись и увидев происходящее.

– Оставайтесь на месте и будьте готовы! – отрывисто скомандовал Андрей, совладав, наконец, с механизмом открывания люка. – Петрович, вызывай Патрика постоянно!

– Но он же… – попытался промямлить ветеран.

– Выполнять приказ! – оборвал любые возражения командир.

Заряжающий тут же сник и взялся за рацию, забубнив запрос вызова. Андрей между тем открыл люк и сноровисто выбрался наружу. Тяжёлый резак мешал, но инструмент был ему необходим как никогда. Соскользнув по броне, Андрей быстрым шагом, почти бегом направился к горящему вражескому танку. Наблюдающий за его действиями Петрович не выдержал и спросил:

– Что происходит?

– А ты ещё не понял? Он собирается спасти Патрика, – ответил механик.

– Спасти? Но он же…

– Мёртв? Ты так уверен? – ядовито прервал водитель. – Вызывай давай!

Андрей быстро добрался до вражеской машины. Пламя уже утихло, лишь редкие сполохи пробегали по броне, никак не желая расставаться со своей добычей. Юноша закинул резак за спину и принялся карабкаться по завалу, образовавшемуся при падении глыбы с потолка. Инструмент болтался за спиной, весьма чувствительно прикладывая между лопаток. Наверняка потом там будет крупный синяк. Пальцы цеплялись за камни, рывками поднимая тело всё выше и выше. Завал оказался не слишком серьёзный, поэтому Андрею быстро удалось забраться на самый верх. Спуск по другому склону оказался совсем уж скоростным. Юноша не стал тратить время на предосторожности, прыжками, словно какой-нибудь горный козёл, спустившись к подножию.

Машина Патрика горела. И, в отличие от вражеского «таракана», совершенно не планировала потухать. Когда юноша увидел её, сердце невольно ёкнуло в груди. Пробоины и подпалины изуродовали тело некогда прекрасной боевой машины. Андрей почувствовал почти физическую боль, когда рассмотрел все подробности. Однако он поспешно выкинул все эти мысли из головы. Следовало сосредоточиться на спасении Патрика. Несмотря на то, что тот не отзывался на запросы, юноша был абсолютно убеждён, что тот по-прежнему жив.

Танк продолжал гореть, поэтому приближался юноша с определённой опаской. Если у Патрика сохранились боеприпасы, они в любой момент могли сдетонировать. Тем не менее, отступаться он не собирался. Пальцы осторожно коснулись брони. Раскалённый металл обжёг кожу. Андрей едва сдержался, чтобы не заорать. Миг промедлив, он решительно начал взбираться по броне, наплевав на последствия. Ладони покрылись волдырями ожогов, которые тут же лопнули, причиняя обжигающую боль. Стиснув зубы, Андрей добрался до люка. Как он и предполагал, тот оказался закрыт. Перекинув из-за спины резак, юноша принялся за работу. Прочная сталь поддавалась неохотно, мгновения утекали как вода сквозь пальцы. К тому моменту, когда люк поддался, Андрей уже изрядно вспотел. Схватившись за край, юноша откинул крышку люка в сторону. Нагнувшись, Андрей крикнул в нутро танка:

– Патрик! Ты жив?

Молчание. Придётся спускаться. Юноша выкинул ставший теперь бесполезным резак. В ограниченном пространстве танка он будет только мешать. Андрей свесил ноги и прыгнул вниз. Но приземление получилось неважным. Вместо ожидаемого пола под ногами оказалось что-то мягкое и округлое. Андрей едва удержал равновесие, ему пришлось опереться рукой, чтобы не упасть. Пальцы попали во что-то липкое и влажное. Юноша похолодел. Ощупав предмет, он убедился в своей догадке. Это был труп одного из членов экипажа!

Глаза по-прежнему никак не желали привыкать к темноте, поэтому юноша тихо проговорил:

– Патрик! Патрик, ты жив?

Тишина. Лишь звук собственного дыхания, да бешеный стук сердца в ушах. Подождав ещё некоторое время, Андрей стал осторожно продвигаться дальше. Он неплохо представлял себе внутреннее устройство танка, но темнота превратила всё в неведомый лабиринт. Когда шарящая рука наткнулась на спинку командирского кресла, Андрей испытал сильное облегчение. Нащупав плечо Патрика, юноша потряс его.

– Патрик! Патрик!

Зрение, наконец, решило поучаствовать в процессе ориентирования, еле заметно выделив контуры предметов. Юноша сумел разглядеть фигуру командира, безвольно обмякшую в кресле. Он приблизил лицо, стараясь разглядеть детали, но ничего не получилось.

Долгие секунды тишины. А потом еле различимый, тихий стон. Жив, он жив! Радость птицей затрепетала в груди. Андрей забыл обо всех прежних страхах и сомнениях. Патрик жив! Впрочем, радость быстро угасла. Ранение может оказаться серьёзным. Надо как можно быстрее вытащить пилота наружу!

На освобождение от ремней и вытаскивание из кресла ушла почти минута. К этому времени остальные члены экипажа, которых Андрей оставил без командования, изрядно перенервничали. К тому же юноша, выбравшись из собственного танка, отключил рацию. Единственно только для того, чтобы никто не попытался отговорить его. Теперь же требовалась помощь. Юноша активировал переговорное устройство и заговорил:

– Николай, как слышишь меня?

– Командир! Ты жив, командир! – радостно ответила рация голосом механика.

– Разумеется, я жив, – немного ворчливо ответил Андрей. – Подгони машину ближе.

Тут в их диалог вмешался посторонний голос. Один из наблюдателей-пиратов решил разобраться в ситуации.

– Какого дьявола ты оставил машину? Сдохнуть захотел?

– Я спасаю своего друга.

– Друга? Какого ещё друга? Вернись в свой танк, ублюдок!

Андрей отключил рацию, пробормотав под нос:

– Как только, так сразу...

С огромными усилиями юноше удалось подтащить Патрика к люку. И там во весь рост встала проблема подъёма. В узком пространстве вытолкнуть не подающее признаков жизни тело наверх было задачей за гранью реальности. Придётся привести Патрика в сознание.

Андрей прислонил раненого к ящику с боеприпасами и попытался привести его в чувство. Однако ни призывы, ни пощёчины видимого результата не дали. Озарение пришло как нельзя более кстати. Юноша вспомнил об аптечке. Среди препаратов, которые там находились, имелся и адреналин. Если у Патрика есть такая штука в машине, то это должно сработать. Как оказалось, командир и на самом деле успел обзавестись аптечкой. Правда, набор препаратов в ней оказался чрезвычайно скудным, но необходимый адреналин обнаружить удалось. Стащив защитный колпачок, Андрей всадил шприц в сердце раненого. Реакция последовала незамедлительно. Патрик дёрнулся и с протяжным стоном открыл глаза. Его руки в одну секунду поднялись и крепко схватили склонившегося Андрея. Тому показалось, что это не руки, а стальные клещи впились в мышцы, едва не раздробив кости.

– Спокойно, спокойно! Это я, Андрей!

Раненый смотрел сумасшедшими глазами, ничего не слыша и не понимая. Юноша чувствовал, что время утекает. Нельзя медлить!

– Ты должен выбраться наружу. Понимаешь меня? Наружу!

Патрик порывисто кивнул. Андрей мягко, успокаивающе, улыбнулся и оторвал от себя руки раненого. Тот неловко поднялся на ноги. Судя по всему, боль, которую ему причиняло каждое движение, была очень сильной. Но Патрик выдержал. Андрей придерживал его, пока он выбирался наружу. Как только раненый оказался за пределами танка, юноша сноровисто последовал за ним.

– Что… – прохрипел Патрик, обнаруживший вражеский танк недвижимым, уничтоженным.

– Мы расправились с твоим противником. Сейчас не время задавать вопросы. Нам надо добраться до моего «таракана». Сможешь идти?

– Наверное, – прохрипел раненый.

– Отлично. Обопрёшься на меня, и двинемся.

Они спустились на землю. А затем парочка, где один едва сохранял сознание, заковыляла прочь от остова боевой машины. Передвигались они медленно, но вполне уверенно. Проблема возникла, когда дуэт добрался до насыпи.

– Откуда это здесь? – недоумевающее прохрипел Патрик.

– Потом расскажу. Так, ты будешь первым. Если потеряешь сознание, я тебя потащу дальше. Так что ты уж постарайся выдержать подольше, хорошо?

Раненый кивнул и освободился от удерживающей руки юноши. Покачнулся, но устоял на ногах. Затем Патрик тяжело вздохнул и начал карабкаться по насыпи. Андрей несколько секунд наблюдал за ним, а потом двинулся следом, стараясь держаться рядом на случай всяческих неожиданностей.

Внимание было сосредоточено на том, куда ступает нога и за какой именно камень хватается рука. Осторожность, осторожность и ещё раз осторожность! Будет совсем нелепо потерпеть неудачу в такой момент из-за не вовремя подвернувшегося камешка. Взгляд, скользящий по ближайшему окружению, внезапно зацепился за одну деталь. Андрей даже не успел осознать, что именно он увидел, как уже машинально скорректировал траекторию движения, чтобы увидеть все подробности.

Обострённые стимулятором чувства в один миг заорали об опасности. Тело само сжалось в комок и бросилось к валуну, который мог послужить хоть небольшой защитой. К сожалению, реакция несколько запоздала. Боекомплект взорвался, оторвав башню. Сотни маленьких озлобленных зверьков впились стальными зубами в спину юноши. Он упал наземь, чувствуя, как волна, нет, даже настоящее цунами, боли накатывается на него. Последним, что Андрей успел сделать перед тем, как мир испарился, стало быстрое движение рукой. Пальцы схватили маленький предмет и сжали в кулаке.

Патрику повезло больше. Осколки практически не достали его. К моменту взрыва он уже находился на гребне, поэтому взрывная волна просто скинула его на другую сторону. Но даже той части смертоносных стальных частиц хватило, чтобы лишить последних сил и его.

Два тела безжизненно лежали на каменной насыпи. Два танка горели, коптя воздух густым чёрным дымом. Тишина, настоящая могильная тишина воцарилась над полем боя.

«Воспроизведение завершено».

Мерцающая зелёная надпись проявилась в воздухе. Стройная блондинка с огромными голубыми глазами и курносым носиком приподнялась на диване, где лежала и повела рукой. В ответ на этот жест запись начала прокручиваться назад.

– Стоп, – капризно произнесли пухлые губки.

Изображение застыло.

– Увеличить.

Через пару секунд перед девушкой оказалось огромное, почти двухметровое лицо Андрея. В ту секунду он тащил на себе Патрика. Красавица наклонилась вперёд, словно не могла разглядеть каких-то мелких деталей. Хотя при подобном увеличении ни о чём подобном, разумеется, и речи не шло.

– Невероятно. Просто невероятно.

Она даже не сказала, а буквально выдохнула эти слова. Нет, эта надменная девица вкусила практически всех радостей жизни. И мужчин изучила, казалось, вдоль и поперёк. Ни смазливая мордашка, ни мускулистый торс не могли заинтересовать её дольше, чем на пару мгновений. Что же такого она увидела в Андрее?

Испачканное грязью и кровью лицо, свежая царапина над бровью, из которой сочилась алая кровь. Губы, сжатые в узкую полоску от напряжения. Желваки, вздувшиеся на скулах. Всё это было и раньше. Но глаза… Таких глаз девушке никогда раньше видеть не приходилось.

Она видела страх, видела боль, видела ярость, отчаяние, равнодушие, похоть, даже любовь и слепое обожание. Весь спектр человеческих чувств и переживаний. Только одного ей никогда не приходилось видеть в мужских глазах. Того, что стало самым желанным во всей обитаемой вселенной.