Текст книги "Лекарь из Пустоты. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Александр Майерс

Соавторы: Алексей Ермоленков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5

Российская империя, город Санкт-Петербург, здание Министерства обороны

– Конкурент? – переспросил я.

– Да. Буквально неделю назад к нам обратился барон Маслов. Он представил эликсир под названием «Авангард». По его словам, результаты сопоставимы с «Бойцом», а по некоторым параметрам даже превосходят.

Я молча смотрел на Глебова, ожидая продолжения. Тот развёл руками.

– Командование решило провести сравнительные испытания. Оба эликсира будут тестироваться одновременно, в равных условиях. Победит лучший.

– И вы узнали об этом только сейчас?

– Решение приняли вчера вечером. Я не стал сообщать вам с порога…

– Кто такой барон Маслов? – перебил я.

Советник замялся и поводил рукой в воздухе.

– Честно говоря, я сам толком не знаю. Мелкий дворянин, без особых достижений в алхимии. Откуда у него формула такого уровня – загадка.

Я откинулся в кресле, обдумывая ситуацию. Конкурент появился сразу после первичных испытаний «Бойца». Слишком удобное совпадение.

– Анатолий Петрович, а кто из вашего командования рекомендовал этого Маслова?

– Что вы имеет в виду, ваше сиятельство?

– Ну он же не появился с улицы. Меня вот порекомендовал генерал Савельев. А кто рекомендовал барона Маслова? – повторил я вопрос.

– Я не уполномочен выдавать такую информацию, – Глебов нахмурился.

– Понимаю. Но мне нужно знать, с кем я имею дело.

Советник помолчал. Потом понизил голос:

– Генерал Усов. Он очень настаивал на том, чтобы дать «Авангарду» шанс.

Усов. Фамилия мне ничего не говорила. Но я её запомню.

– Что ж, сравнительные испытания так сравнительные испытания. Победить должен лучший, – я встал.

– Надеюсь, что не слишком вас расстроил, граф, – Анатолий Петрович нацепил виноватую улыбку.

– Нет. Я уверен в своём эликсире. А вот насчёт «Авангарда»… Советую вашим людям очень внимательно его проверить. Мало ли откуда он взялся, – я протянул советнику руку.

Мы попрощались, и я вышел из кабинета.

В коридоре меня ждал Роман. Я жестом велел ему идти за мной.

Конкурент, значит. Появился из ниоткуда сразу после первых испытаний.

Подозрительно.

Ну ладно, посмотрим, что за эликсир приготовил мой новый соперник…

И посмотрим, кто стоит за всем этим.

Уже в машине я набрал номер Воронцова.

– Юрий Дмитриевич. Рад слышать. Как столица? – в голосе тёзки сквозило лёгкое недовольство. Вероятно, я оторвал его от чего-то важного.

– В столице интересно. Даже ещё интереснее, чем я думал… Юрий Михайлович, у меня вопрос. Вы знаете что-нибудь о бароне Маслове и его эликсире «Авангард»? – спросил я.

– Первый раз слышу. А что за эликсир?

– Якобы аналог моего «Бойца». Появился буквально из ниоткуда. Министерство обороны решило провести сравнительные испытания.

– Вот как. И когда вы об этом узнали? – голос полковника стал жёстче.

– Только что, на встрече с советником Глебовым, – ответил я, глядя на проплывающий по каналу прогулочный катер, где гремела вечеринка.

– Занятно. Мне никто ничего не сообщал, – задумчиво хмыкнул Воронцов.

– Впервые слышу от вас нечто подобное, полковник. Чтобы вы и не в курсе чего-то важного? На вас это не похоже, – слегка подколол его я.

Ну а если серьёзно, то это плохо. Раз такая информация прошла мимо главы СБИ – значит, кто-то специально её скрывал.

– Удивлён не меньше вашего, граф, – холодно ответил Юрий Михайлович.

– Вы можете выяснить, откуда взялся этот Маслов? И его эликсир? Слишком подозрительное совпадение – аналог появился сразу после первых испытаний «Бойца».

– Согласен, подозрительное, – Воронцов помолчал. – Я выясню. Перезвоню, как только появится информация.

– Спасибо.

– Не за что. Это в моих интересах тоже. Не люблю, когда происходят такие вещи без моего ведома, – ответил полковник.

Он отключился. Я убрал телефон и откинулся на спинку сиденья.

Роман вёл машину молча, не задавая вопросов. Хороший телохранитель знает, когда нужно помолчать.

Итак, что мы имеем? Конкурент из ниоткуда. Генерал Усов, который его продвигает. Воронцов не в курсе. Кто-то ведёт свою игру – и причём хорошо ведёт.

Белозёров? Возможно. Но зачем? Контракт на «Бойца» – это армия, не гражданская медицина. К субсидиям отношения не имеет.

Хотя… если я потеряю армейский контракт, это ударит по моей репутации и финансам. Ослабит позиции. Сделает более уязвимым для дальнейших атак.

В целом, логично. Вот только я не уверен, что у Белозёрова хватит сил и ресурсов, чтобы вот так ворваться в дела Министерства обороны. Не исключено, что это кто-то более влиятельный… Но кто?

Ответа на этот вопрос у меня пока нет. Надеюсь, Воронцов поможет.

В гостинице я первым делом связался с Кириллом. Тот доложил, что Валерий по-прежнему без сознания, но состояние стабильное. Врач заходил утром, сделал какие-то уколы, сказал ждать.

– Как только очнётся – сразу звони, – велел я.

– Конечно, ваше сиятельство.

Потом я засел за работу. Проверил почту – там накопилось полтора десятка писем, требующих ответа. Обычная рабочая рутина, которая никуда не девается, даже когда вокруг творится чёрт знает что.

Я методично разбирал дела, отвечал на письма, отдавал распоряжения. Несколько раз созванивался с Дмитрием – обсуждали проблемы с поставщиками, строительство посёлка, планы на следующий квартал.

К вечеру перезвонил Воронцов:

– Юрий Дмитриевич, есть новости. Не слишком приятные.

– Слушаю.

На фоне зашелестела бумага. Полковник прочистил горло и начал, видимо, читать отчёт:

– Барон Маслов Артём Игоревич, тридцать два года. Мелкий дворянин родом из Пскова, целитель. Никаких достижений в алхимии, никаких патентов, никаких публикаций. Закончил Академию с посредственными оценками, после этого нигде особо не отметился.

– И вдруг создал эликсир уровня «Бойца»? – усмехнулся я.

– Именно. Подозрительно, не правда ли?

– Более чем, – согласился я, хотя вопрос был риторический.

Воронцов понизил голос:

– По секрету скажу – я поднял кое-какие документы. «Авангард» был представлен Министерству через неделю после того, как вы передали образцы «Бойца» для первичных испытаний. Как считаете, совпадение?

– Вряд ли.

– Я тоже так думаю. Кто-то слил ваш образец. Маслов или тот, кто за ним стоит, частично восстановил формулу и создал аналог, – произнёс Юрий Михайлович.

– Я так понимаю, это не просто противозаконно, но и идёт вразрез с интересами государства.

– Почему вы так считаете? – уточнил полковник.

– А разве нормально, когда из Министерства обороны сливают образцы стратегических эликсиров?

– Ваш «Боец» ещё не получил статус стратегического, Юрий Дмитриевич. Но, по сути, вы правы, – недовольно согласился Воронцов.

– Кто имел доступ к образцам?

– Комиссия Министерства – это человек десять, включая нескольких генералов и чиновников. Лаборатория, где проводились анализы, это ещё человек пять. Охрана, логистика – ещё несколько. Список довольно обширный, – заключил полковник.

– То есть найти конкретного человека сложно.

– Сложно, но возможно. Я разберусь с этим, Юрий Дмитриевич. Такие вещи нельзя оставлять безнаказанными. Вы правы в том, что это не просто промышленный шпионаж – это предательство интересов империи.

– Буду благодарен, полковник, если станете держать меня в курсе расследования, – произнёс я.

– Обязательно. И будьте осторожны, граф.

– Вы тоже, полковник.

Мы попрощались. Я положил телефон на стол и долго сидел, глядя в окно на вечерние огни Петербурга.

Враги множились. Белозёров и его вассалы давили с одной стороны. Теперь ещё и «Боец» под угрозой – кто-то в Министерстве играет против меня. Возможно, это связанные вещи. Возможно, нет.

В любом случае – я попал в серьёзную переделку. Столица оказалась ещё опаснее, чем я предполагал.

«Проблемы?» – спросил Шёпот.

«Я бы так не сказал. Просто трудности», – мысленно ответил я.

«Ура! Это значит, будем что-нибудь ломать и кого-нибудь опять лишим штанов», – дух довольно хихикнул.

Я усмехнулся. Хорошо, когда есть кто-то, кто радуется проблемам.

Закончив дела, я отправился спать. Уже когда лёг, вспомнил о том, что мне надо найти место для испытания Рагнара.

Ничего, это подождёт. Дел пока и без того хватает.

На следующий день я проснулся рано, спустился в спортзал на первом этаже и как следует позанимался. Пока тягал гантели, несколько раз ловил на себе хищные взгляды местных красоток в обтягивающих комбинезонах.

Судя по яркому макияжу, они пришли сюда не ради спорта, а в поисках богатого покровителя. Что ж, хорошее место выбрали – в «Астории», как правило, останавливаются только очень обеспеченные господа.

Девушки специально изгибались так, чтобы обратить максимум внимания на свои прелести. Но я не позволял себе отвлечься. Времени на интрижки у меня точно нет. Платить за подобные вещи я тем более не привык, а без денег ни одна из этих красоток даже не улыбнётся.

Я закончил упражняться, принял душ и отправился завтракать в ресторан, когда позвонил Кирилл.

– Ваше сиятельство, журналист очнулся. Испугался слегка, когда меня увидел. Но я ему всё объяснил, вроде успокоился.

– Спасибо. Скажи, что я скоро приеду, – ответил я.

Квартиру для Валерия сняли в тихом районе на окраине – старый дом, ничем не примечательный. Соседи – в основном пенсионеры и студенты. Никто ничего не видит, никто ничего не спрашивает.

Кирилл встретил меня у подъезда. Мы поднялись на третий этаж.

Квартира, как и ожидалось, оказалась более чем скромной – однокомнатная, с потёртой мебелью и видом на двор-колодец. Валерий лежал на диване. Услышав шаги, повернул голову и посмотрел на меня.

Лицо его по-прежнему представляло собой один сплошной синяк. Но он, по крайней мере, находился в сознании.

– Граф Серебров, – прохрипел он.

– Как себя чувствуете?

– Паршиво. Но, говорят, буду жить. Спасибо вам огромное. Не знаю, как могу отблагодарить за спасение, – журналист привстал и приложил руку к груди.

– Не стоит благодарности. Вы пострадали, работая на меня.

Валерий попытался усмехнуться, но вышла гримаса.

– Я пострадал, потому что совал нос куда не следует. Если бы я не хотел, то не стал бы в это лезть. Но у нас с графом Белозёровым давний конфликт, поэтому, когда Ефим позвонил, я сразу согласился вам помочь.

– Могу я узнать, почему вы поссорились с графом? – поинтересовался я.

– По той же причине, что и вы. Мне стало известно, что он мошенничает с субсидиями. Провёл расследование, опубликовал материал. В тот же день мне стали угрожать убийством, а на следующий день уволили. С тех пор ни одно издание, кроме желтухи, не желают брать меня на работу. Вот и вся история, – пожал плечами он.

– Вы истинный журналист, раз не побоялись опубликовать правду. Думаю, последствия вы прекрасно представляли.

– Благодарю за комплимент, ваше сиятельство, – Валерий снова попытался улыбнуться и зашипел от боли.

– Что вы нашли в этот раз? – спросил я.

Журналист помолчал, собираясь с мыслями, а затем ответил:

– Я снова начал копать под Белозёрова, когда вы мне это поручили. Узнал, что граф периодически встречается с какими-то странными людьми.

– Бандиты?

– Хуже, как выяснилось… Мне удалось пробраться на одну из встреч. Достаточно близко, чтобы сделать фотографии. Я видел, как Белозёров разговаривает и пожимает руки людям из Чёрной касты.

– Кто это такие? – нахмурился я. Название звучало зловеще.

– Организация магов-изгоев. Они занимаются запрещёнными практиками: тёмные артефакты, нелегальные эликсиры, проклятия и всё в таком духе. Опасные ребята.

– С чего вы взяли, что это именно они?

– Я видел татуировку у одного из них, змеиный череп и роза. Каста делает его всем своим членам вот здесь, – Валерий ткнул пальцем в основание шеи, над ключицей.

– Хм. Что именно они обсуждали с Белозёровым? – спросил я.

– Не знаю. Разговора не слышал, был слишком далеко. Но сам факт встречи… Вы понимаете, что это значит? Граф Белозёров, влиятельный дворянин – и Чёрная каста. Если это опубликовать – ему конец!

Журналист вдруг широко распахнул глаза и подскочил на кровати.

– У вас сохранилась моя флешка⁈ Или те ублюдки её забрали?

– Забрали и уничтожили, когда мои люди вас спасли. Данные утрачены, – ответил я.

Валерий помрачнел.

– Значит, доказательств нет. Вот дерьмо! Я столько времени потратил… – журналист с горечью ударил кулаком по спинке дивана.

– Расслабьтесь. Всё равно уже ничего не сделать. Я передал флешку своим специалистам в Новосибирск, они не смогли восстановить данные.

– Обидно. Такой материал был, – журналист покачал головой.

– Обидно. Но я так полагаю, эта неудача вас не остановит? – спросил я.

Журналист посмотрел на меня. В его глазах вспыхнул азарт охотника, уголки губ приподнялись.

– Вы меня раскусили, граф. Не остановит. Убить меня пытаются не в первый раз, я уже привык. Это часть работы. Просто в этот раз почти получилось… Спасибо вам ещё раз.

– Пожалуйста. Мы делаем общее дело, а я берегу своих союзников, – кивнул я.

Мне нравился этот человек. Упрямый, бесстрашный, готовый рисковать жизнью ради правды. Таких мало.

– Значит, мы с вами обязательно продолжим бороться с Белозёровым и его вассалами. Но пока – лежите тихо. Вас считают мёртвым, пусть так и остаётся. Когда поправитесь – поговорим о дальнейших действиях.

– Хорошо.

– И ещё. Всё, что вы мне рассказали – строго между нами. Никому ни слова, – на всякий случай добавил я.

– Обижаете, ваше сиятельство. Я знаю цену информации и не разбазариваю её просто так, – заверил меня Валерий.

– Вот и славно. Отдыхайте. Мой человек останется с вами, если что-то понадобится – скажите, – произнёс я и встал, собираясь уйти.

– Подождите, граф! Скажите, почему вы это делаете?

– Что именно? – не понял я.

– Спасаете меня, прячете, лечите. Я ведь для вас никто. Просто журналист, который копал информацию по вашей просьбе.

– Я ведь уже сказал, что забочусь о своих союзниках. Мы с вами на одной стороне. Пока это так, я всегда приду к вам на помощь.

Валерий долго смотрел на меня. Потом кивнул.

– Пафосно прозвучит, но таким и должен быть истинный дворянин. Не то что эти коррумпированные твари… Примите моё восхищение, ваше сиятельство, – журналист склонил забинтованную голову.

– Выздоравливайте, – сказал я и вышел из квартиры.

На улице меня ждал Роман. Мы сели в машину и поехали обратно в гостиницу. Я достал телефон и принялся искать информацию о Чёрной касте.

От того, что я нашёл, зашевелились волосы на голове. Массовые ритуальные убийства, насылание проклятий на целые деревни, контрабанда тёмных артефактов, призыв демонов и создание химер… И это только верхушка айсберга.

Достоверной информации было не так много, слухи наверняка всё преувеличивали. Но так или иначе понятно, что Чёрная каста – настоящее сборище отморозков. Эдгар Мрачный по сравнению с ними безобидный шалопай.

Сначала Белозёров с вассалами. Потом барон Маслов. Теперь ещё и некая Чёрная каста – тёмные маги вне закона. Весело, ничего не скажешь.

Но теперь я хотя бы знал, с кем имею дело, а значит, смогу придумать, как с ними бороться.

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

– Дмитрий Игоревич, добрый день. Это Горохов, «Лаб-Снаб».

Дмитрий отложил бумаги. Пётр Николаевич Горохов – владелец компании, которая поставляла им лабораторные расходники для «Аргентума». Надёжный партнёр.

– Пётр Николаевич, рад слышать. Что-то случилось?

Горохов ответил не сразу. Дмитрий сразу почувствовал неладное – Пётр Николаевич всегда был прямым человеком, не склонным к долгим предисловиям.

– Дмитрий Игоревич, я… Мне очень неприятно это говорить. Но я вынужден разорвать наш контракт.

– Что? Почему? – Дмитрий выпрямился в кресле.

– Не могу объяснить. Просто так надо.

– Что значит «так надо»? Пётр Николаевич, мы с вами не в игрушки играем, у нас контракт. Вы ни разу не подводили, мы ни разу не задерживали оплату. Что происходит? – в голосе Дмитрия неожиданно для него самого появились стальные нотки.

Снова пауза. Потом Горохов заговорил тише, почти шёпотом:

– Мне… скажем так, порекомендовали прекратить сотрудничество с вашим родом.

– Не понимаю. Кто порекомендовал?

– Простите, Дмитрий Игоревич. Я бы рад продолжить работу, вы хороший клиент. Но… у меня семья. Бизнес. Я не могу рисковать, – не отвечая на вопрос, оправдывался Пётр Николаевич.

– Вам угрожают?

– Не прямо. Но достаточно ясно дали понять, что будет, если я не послушаюсь. Ещё раз простите. Надеюсь, вы понимаете.

– Понимаю. Это из столицы? Граф Белозёров?

– Не могу сказать, – вздохнул Горохов.

– Послушайте, Пётр Николаевич, позвольте нам помочь. У нас хорошие юристы, мы можем предоставить вашей семье охрану…

– Не нужно, пожалуйста. Удачи вам, Дмитрий Игоревич, – собеседник сбросил звонок.

Дмитрий положил телефон на стол и несколько секунд просто сидел, глядя в пустоту. Потом открыл список контактов и набрал номер «Химпрома» – второго крупного поставщика расходников в регионе.

– Добрый день, это граф Дмитрий Серебров. Соедините меня с директором.

Секретарша замялась.

– Одну минуту… К сожалению, Андрей Васильевич сейчас занят.

– Это срочно.

– Я передам, но… Ваше сиятельство, если честно… Алексей Васильевич просил передать, что в ближайшее время не сможет с вами сотрудничать.

– Он так и сказал? – нахмурился Дмитрий.

– Да. Извините.

Дмитрий отключился, не прощаясь. Позвонил третьему, последнему крупному поставщику лабораторного оборудования и услышал то же самое. Им настойчиво рекомендовали не сотрудничать с «Аргентумом» и обещали большие проблемы, если рекомендация не будет выполнена.

Дмитрий откинулся в кресле и потёр виски.

Три крупнейших поставщика в регионе. Все три отказались работать с Серебровыми.

Мелкие поставщики не смогут покрыть нужды завода. У них просто нет таких объёмов. А без реагентов, колб, фильтров, и прочего производство встанет.

Это уже не мелкие уколы. Это серьёзная, продуманная атака на бизнес.

Столичные. Больше некому. Белозёров и его люди решили задавить Серебровых экономически.

Дмитрий достал телефон и набрал номер сына.

Российская империя, город Санкт-Петербург, гостиница «Астория»

Я стоял перед зеркалом и завязывал галстук, когда раздался звонок от Дмитрия. Я включил громкую связь.

– Слушаю?

– Юра, у нас проблемы, – по голосу я сразу понял, что проблемы серьёзные. Дмитрий не склонен к драматизму.

– Рассказывай, – произнёс я, закончив с галстуком.

Он изложил ситуацию.

Я слушал, глядя в окно на вечерний Петербург. Огни фонарей отражались в мокром асфальте. Красивый город. Город, где мои враги чувствуют себя хозяевами.

– Это Белозёров, – сказал я, когда Дмитрий закончил.

– Я тоже так думаю. Больше, наверное, и некому. Что будем делать?

Я ненадолго задумался и ответил:

– Во-первых, ищи поставщиков за пределами региона. Из-за доставки расходники обойдутся нам дороже, но это лучше, чем ничего. Обеспечь охрану, лучше всего наших гвардейцев. Или поговори с Курбатовыми – они часто предоставляют свою гвардию как частную военную компанию. Во-вторых, свяжись с Некрасовым – пусть оформит несколько подставных фирм. Будем закупать через них, чтобы не спалиться с объёмами.

– А если и там давить начнут? – осторожно спросил Дмитрий.

– Не успеют. Столичные влиятельны, но не всемогущи. За пределами своего региона их возможности ограничены, – уверенно произнёс я.

Дмитрий тяжело вздохнул.

– Юра, может, стоит как-то с ними договориться? Ты ведь сам говорил – они хотят, чтобы мы работали с субсидиями по их схеме. Если согласимся…

– Нет.

– Но…

– Нет, отец. Если мы прогнёмся сейчас – они будут давить дальше. Единственный способ – показать, что нас не сломить. Да и о чём вообще речь? Ты хочешь воровать государственные деньги и отказывать нуждающимся в лечении?

– Ты прав, сын. Конечно, я не хочу ничего подобного, просто… не хочется ввязываться в очередную войну. Тем более сейчас, – сказал Дмитрий, наверняка имея в виду, что Татьяна беременна.

– Мне тоже не хочется. Но выбора у нас нет.

– Надеюсь, они поймут, что нас не продавить и получится договориться.

– Надеюсь. Созвонимся, – сказал я.

Сбросил звонок и посмотрел на часы. Через полтора часа начинается приём у Баума. Белозёров как раз будет там – князь обещал его пригласить.

Что ж, пора увидеться лично.

Глава 6

Российская империя, город Санкт-Петербург, особняк князя Баума

В каждом окне особняка ярко горел свет. У парадного входа выстроилась небольшая пробка из дорогих автомобилей, в которой пришлось постоять и нам.

Лакеи в ливреях помогали гостям подниматься по мраморным ступеням. Музыка доносилась даже сюда, на улицу – негромкая, изысканная, под стать обстановке.

Я вышел из машины и одёрнул пиджак. На мне был тёмно-синий смокинг с чёрными лацканами. Портной, когда подгонял его под мою фигуру, клялся, что это последний писк петербургской моды. Надеюсь, не соврал.

Роман пожелал мне удачи и поехал на парковку. Брать с собой охрану считалось дурным тоном, даже оскорблением для хозяина дома. Подразумевалось, что организатор вечера должен обеспечить безопасность каждого гостя.

– Граф Серебров, добро пожаловать! – Баум заметил меня ещё у входа и поспешил навстречу.

Мы обменялись рукопожатием. Князь находился в превосходном расположении духа.

– Пойдёмте, представлю вас гостям! Многие уже наслышаны о вас и горят желанием познакомиться лично.

Он взял меня под руку и повёл в главный зал.

Мой первый официальный выход в свет в статусе графа. И я сразу почувствовал разницу.

Взгляды. Десятки взглядов – заинтересованных и любопытных, подозрительных и настороженных. Люди провожали меня глазами, шептались за веерами и бокалами. Я слышал обрывки фраз:

– Тот самый Серебров…

– Говорят, он лично убил графа Измайлова…

– Подруга, а он ещё симпатичней, чем на фото…

– Пф! Провинциал…

Провинциальный выскочка. Человек, который за год поднялся из ничтожества и уничтожил два графских рода. Обо мне ходили слухи – и, судя по взглядам, не все из них были лестными.

Что ж, пусть смотрят. Пусть шепчутся. Я не за одобрением сюда приехал.

– Позвольте представить – князь Сергей Александрович Гнедов. Один из важнейших членов столичного Совета родов, – Баум подвёл меня к пожилому мужчине с орденами на груди. – А это мой друг из Новосибирска, граф Юрий Дмитриевич Серебров.

– Честь познакомиться, ваша светлость, – я вежливо поклонился, отметив про себя, что Мирон Сергеевич назвал меня другом. Это о многом говорило.

– Слышал о вас, молодой человек. Говорят, вы многого успели достичь за последние месяцы, – Гнедов смерил меня оценивающим взглядом.

– Стараюсь, ваша светлость.

– Главное – не споткнуться на полпути. В столице легко сделать неверный шаг,– он улыбнулся.

– Учту ваш совет, князь. Но даже если я спотыкаюсь – продолжаю идти вперёд, – я улыбнулся в ответ.

– Похвальное качество. Рад знакомству, – Гнедов кивнул и отошёл.

Дальше – калейдоскоп лиц и имён. Мирон Сергеевич представлял меня одному гостю за другим: чиновникам, промышленникам, военным, дипломатам. Некоторые смотрели с неприкрытым интересом, другие – с плохо скрываемым высокомерием.

Но все оставались безупречно вежливы. Столичный этикет требовал.

Барон Ахматов, владелец сталелитейных заводов на Урале, пожал руку крепко, деловито расспросил о планах. Когда узнал о нашем партнёрстве с Баумом, одобрительно кивнул.

– Хорошее начинание. Если понадобятся строительные материалы – обращайтесь.

Графиня Шувалова, вдова известного дипломата. Пожилая дама с острым языком и ещё более острым умом.

– Так вот вы какой, граф. А я-то думала – великан с топором, судя по рассказам.

– Топор оставил в гостинице, ваше сиятельство, – усмехнулся я.

Она рассмеялась, и в её глазах мелькнуло одобрение.

Я старался запомнить каждого, с кем удалось познакомиться и перекинуться хотя бы парой фраз. Имена, лица, титулы, связи. Кто с кем разговаривает, кто кого избегает, кто к кому тянется. Социальная сеть столичной элиты – сложная, запутанная, но постижимая, если наблюдать внимательно.

Около девяти вечера в зале произошло лёгкое оживление. Гости потянулись к входу, зашептались громче.

Я обернулся.

В зал вошёл граф Белозёров.

Немолодой мужчина, высокий, с благородной сединой и властным взглядом. Одет безупречно – чёрный костюм, белоснежная сорочка, бриллиантовая булавка в галстуке. За ним вошли ещё двое – барон Ельцов и ещё один мужчина, которого я тоже узнал. Уже видел его фотографии: барон Карташов, ещё один вассал Белозёрова.

Граф окинул зал с видом хозяина. Его глаза остановились на мне – на секунду, не дольше. Потом он улыбнулся и направился к Бауму.

– Мирон Сергеевич! Благодарю за приглашение.

– Рад видеть, Тимур Евгеньевич! – Баум расплылся в радушной улыбке.

Они с Белозёровым и его вассалами перекинулись парой фраз, а затем Баум весьма настойчиво подвёл его ко мне.

– Позвольте представить вам графа Сереброва. Думаю, вы наслышаны друг о друге.

– О, конечно! Граф Серебров, какая честь. Много слышал о вас, – Белозёров протянул руку.

Я пожал. Хватка графа оказалась крепкой, уверенной. Несколько мгновений мы стискивали ладони друг друга, глядя при этом в глаза. Совсем не дружеское рукопожатие.

– Взаимно, граф Белозёров. Ваша репутация вас опережает, – произнёс я.

– Надеюсь, в хорошем смысле? – он улыбнулся.

– В разных.

Он искренне рассмеялся.

– Люблю прямых людей! Редкость в наше время. Позвольте представить моих вассалов – барон Карташов и… с бароном Ельцовым, я слышал, вы уже знакомы.

Они оба коротко поклонились. Карташов улыбался так, будто мы с ним лучшие друзья, а вот Ельцов, наоборот, не скрывал неприязни. Он пробурчал что-то вроде «жажда замучила» и поспешил убраться к столу с напитками.

Мирон Сергеевич тоже удалился, встречать очередных гостей. Карташов, не переставая улыбаться, сделал шаг в сторону, будто пытаясь зайти мне за спину, и что-то поправил за пазухой. Нож готовит? Выглядит именно так.

Старые привычки, должно быть. Вася и Ефим не зря рассказывали, что Карташов связан с криминалом, а в молодости якобы даже сам занимался уличными грабежами. Не ради денег, само собой. Молодой барон просто так развлекался.

– Слышал, у вас хорошо идёт эликсирный бизнес. «Бодрец» – отличный продукт, мои люди пробовали. Говорят, действительно бодрит, – продолжил Тимур Евгеньевич.

– Попробуйте сами, ваше сиятельство. Он и правда очень бодрит, – заметил я.

– Предпочитаю более изысканные напитки. Кажется, у вас ещё есть клиника в Новосибирске? – в глазах Белозёрова мелькнули недобрые искры.

– Вы же прекрасно знаете, что есть. И она, в отличие от некоторых других больниц, в том числе столичных, работает по закону.

Белозёров и бровью не повёл.

– Законы – вещь гибкая, граф. Особенно в нашем деле. Целительство – это ведь не только призвание, но и бизнес. А бизнес требует… умения маневрировать.

– Вы правы. К сожалению, не все это понимают. Пытаются давить там, где это бесполезно, и рискуют проиграть из-за неумения вовремя остановиться, – парировал я.

Граф Белозёров усмехнулся и едва заметно кивнул, как бы признавая мой удачный выпад.

– Какие громкие слова. Вы молоды, граф Серебров. С возрастом поймёте, что мир устроен сложнее, чем кажется.

– Возможно. А возможно, я просто не готов воровать у государства и прикрываться красивыми словами, – невозмутимо ответил я.

Вокруг нас образовался островок тишины – ближайшие гости прислушивались к разговору, хотя делали вид, что заняты своими делами.

Белозёров на полшага приблизился ко мне.

– Послушайте совета старшего, граф… Вы талантливый человек, это видно. Но талант нужно направлять в правильное русло. Зачем создавать другим проблемы? Работайте как все – и у вашего рода всё будет хорошо.

Я выдержал его взгляд и тихо ответил:

– Прекратите воровать – и конкретно эти проблемы исчезнут.

Секунду мы смотрели друг на друга. Потом Белозёров отступил и снова улыбнулся – но теперь в его глазах мелькнуло что-то холодное.

– Что ж, каждый сам выбирает свой путь. Надеюсь, вы не пожалеете о своём выборе, граф.

– Пока не жалею.

– Приятного вечера. Уверен, мы ещё увидимся, – Тимур Евгеньевич кивнул и отошёл к другим гостям.

Карташов, задумчиво цокнул языком и спросил:

– Юрий Дмитриевич, а вы знаете, когда в Санкт-Петербурге начинаются белые ночи?

– В середине июня, если не ошибаюсь.

– Да-да, всё верно… А до этого времени ночи здесь бывают очень тёмными. Хорошего вечера, – бросив такую прозрачную угрозу, Карташов удалился вслед за сюзереном.

Я взял бокал шампанского с подноса, проходящего официанта и сделал глоток. Руки не дрожали. Хорошо.

– Смело, – раздался голос рядом.

Я обернулся. Ко мне подошёл мужчина лет сорока пяти – невысокий, полноватый, с длинной козлиной бородкой. В отличие от большинства, такой вид бороды ему очень шёл.

– Павел Андреевич Вольский. Заместитель министра торговли,– он протянул руку.

– Граф Юрий Дмитриевич Серебров.

– Простите, я случайно подслушал ваш разговор с Белозёровым. Не многие решаются говорить с ним так прямо.

– Я не из пугливых, – пожал плечами я.

Вольский усмехнулся.

– Это заметно. Мирон Сергеевич много о вас рассказывал. Говорит, вы человек слова.

– Приятно, что князь обо мне столь лестно отзывается.

– Вы ведь целитель, не так ли? – спросил Павел Андреевич, делая глоток шампанского.

– Да. В прошлом году князь Бархатов лично принимал у меня экзамен на лицензию, – немного хвастанул я и огляделся.

Бархатов тоже должен был явиться на вечер, но пока что я его не видел. А хотелось бы побеседовать лично.

– Это правда, что вы можете лечить то, с чем не справляются другие? – Вольский понизил голос.

– Зависит от случая. Но вы правы, у меня есть некоторые особенности дара, – ответил я.

Вольский помолчал, залпом допил шампанское, а затем произнёс:

– Моя жена тяжело больна. Хроническое заболевание печени. Мы обращались к лучшим целителям столицы, даже из Европы приглашали специалистов. Никто не смог помочь. Нам сказали, что можно поддерживать её здоровье эликсирами, замедлять процесс. Но вылечить полностью… – он покачал головой.

– Что именно за болезнь? – уточнил я.

– Цирроз печени. Там ещё и какие-то осложнения в последнее время… Супруга уже смирилась. Но я не хочу, поэтому ищу любые возможности, – замминистра посмотрел мне прямо в глаза.

Я задумался. Цирроз печени – действительно сложный случай. Он часто протекает бессимптомно в первое время, а затем, когда часть печени уже заменена рубцовой тканью, становится слишком поздно. Вольский прав – эликсиры здесь не помогут.

Не уверен, что и я смогу помочь. Но с помощью ауральной хирургии – возможно, найду способ.

– Я мог бы осмотреть вашу супругу. Обещать ничего не буду, всё зависит от того, как далеко зашла болезнь, – сказал я.

– Буду очень признателен даже за осмотр. Приезжайте ко мне, поместье находится недалеко от города, – Вольский протянул мне визитку.

– Хорошо, ваше сиятельство. Позвоню завтра, договоримся о дате, – я убрал визитку в карман.