Текст книги "Лекарь из Пустоты. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Александр Майерс

Соавторы: Алексей Ермоленков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 14

Российская империя, город Санкт-Петербург, портовый район

Шрам смотрел на Ломового, делая вид, что обдумывает предложение.

На самом деле он считал. Восемь человек, вместе с лидером – девять. Оружие есть у всех. Двое стоят у входа. Витёк и Костя снаружи, но успеют ли они вмешаться в случае пальбы? Да и вдруг их уже скрутили?

Хреновый расклад.

Другие посетители кабака, почуяв неладное, поспешили смыться. Их никто не задерживал. Бледный бармен нырнул под стойку.

Ломовой допил пиво, рыгнул и бахнул кружкой об стол.

– Время вышло.

– Чего конкретно ты хочешь? – спросил Богдан, чтобы потянуть время.

– Чтобы ты работал на меня. Делал, что я скажу и когда скажу. Будешь сливать информацию про Сереброва, а если прикажу его грохнуть – ты грохнешь. Понял?

– Понял.

– Жить хочешь – соглашайся. Не хочешь – как хочешь, – Ломовой развёл своими огромными ручищами.

Шрам медленно кивнул.

– Ладно. Допустим, я согласен. У меня для тебя уже есть кое-что интересное. Сейчас, телефон достану, – Богдан медленно потянулся за пазуху, одновременно слегка пихнув ногой Тоху.

Тот напрягся, понимая, что сейчас начнётся. Сергей подозрительно смотрел за тем, как Шрам лезет в карман. А тот нащупал нужную вещь, и это был вовсе не телефон.

– Короче, тема такая… – расслабленно начал Шрам.

Он вытащил из кармана гранату, выдернул чеку и отбросил её прочь в знак серьёзных намерений. Ломовой изменился в лице и отодвинулся от стола. Его люди все разом отшатнулись, как будто их потянули за ниточки.

– Запал тут укороченный, на одну секунду. Дернёшься – мы с тобой оба сдохнем. Поэтому расклад такой: твои быки сейчас уберут оружие, а я и мой человек спокойно выходим и уезжаем. Вопросы есть? – поинтересовался Богдан.

– Есть один. Ты думаешь, сука, мы тебя второй раз не найдём? – процедил Сергей.

– Да мне похрен, ищите. Тоха, вставай. А ты скажи своим, чтобы стволы убрали, – Шрам поднялся из-за стола.

– Ладно. Пацаны…

Ломовой не договорил.

Дверь в служебный коридор с грохотом распахнулась.

Костян влетел первым, с дробовиком наперевес. За ним – Витёк с автоматом. Костя, недолго думая, выстрелил в ближайшего противника, и тот пролетел через ползала, снеся по дороге стол и абажур.

Ну ладно, пусть будет так.

Шрам бросил гранату в сторону выхода. Он не блефовал насчёт запала. Через секунду раздался взрыв.

Осколок просвистел рядом с башкой Ломового, но тот даже не моргнул. Он с рёвом бросился вперёд, собираясь схватить Шрама.

Тоха выстрелил прямо в его перекошенную от злости харю. Сергей картинно взмахнул руками и упал. Шрам опрокинул стол, и они с Антоном спрятались за ним. Открыли огонь из пистолетов.

Грохот выстрелов. Крики. Звон стекла. Чей-то отчаянный вопль. Запах пороха и крови. Всё смешалось.

– Уходим! – заорал Шрам.

Он выпустил оставшиеся патроны, не целясь, просто чтобы прикрыть отход.

Орущий Витёк поливал зал свинцом из автомата. Костян распахнул дверь, и Шрам с Тохой бросились в коридор.

За спиной – ругань, топот, ещё выстрелы. Пуля ударила в стену рядом с головой, осыпав штукатуркой.

Переулок. Темно, грязно, воняет мочой. Шрам обернулся.

– Все здесь⁈

– Здесь! – ответил Антон, который тащил на себе Костю.

Когда его успели ранить⁈ Твою мать.

– Витёк! – крикнул Шрам.

– Ща! – ответил тот, бросил в коридор гранату и затем подпёр дверь мусорным баком.

Раздался приглушённый хлопок. Но врагов это не остановило.

Несколько пуль пробили дверь, и Витёк схватился за плечо. Богдан тут же оказался рядом, забрал у него автомат и выпустил по двери длинную очередь.

– Валим отсюда!

Они запрыгнули в машину. Шрам – за руль, остальные – куда успели.

Взревел мотор, взвизгнули колёса. Тачка рванула с места, чиркнув бампером по фонарному столбу. Уже стемнело, но Богдан включил фары не сразу. Надеялся, что они смогут скрыться в темноте.

– Все живы⁈ Витёк, ты как? – спросил Шрам, не отрывая взгляда от дороги.

– Нормально, – процедил тот, зажимая плечо.

– Шеф, с Костяном плохо. Крови до хрена, – сказал с заднего сидения Тоха.

– Да я в порядке, – еле слышно проговорил Костя и тут же потерял сознание.

– Тоха! Плесни на рану эликсира, который граф дал, и зажми как следует! – приказал Шрам.

Он вывернул на главную улицу и вдавил педаль газа.

Вечерний город мелькал за окнами – огни, вывески, редкие прохожие. Стрелка спидометра ползла вправо: сто, сто двадцать, сто сорок.

– Полиция! – выдохнул Витёк, глядя в зеркало.

И правда – позади завыли сирены, замелькали красно-синие маячки. Только этого не хватало…

Шрам свернул в переулок, потом в другой, потом ещё раз. Выключил фары, заехал под какой-то мост. Заглушил мотор.

Сирены прошли мимо и скоро стихли.

Шрам откинулся на сиденье, чувствуя, как колотится сердце. Адреналин отступал, оставляя после себя дрожь в руках и кислый привкус во рту.

Он посмотрел на Витька. Тот сидел, сгорбившись, бледный и покрытый испариной. Костян лежал без сознания, но дышал.

– Держитесь, пацаны. Сейчас позвоню графу, он вас вытянет, – сказал Богдан.

Витёк облизнул губы и кивнул.

– По-любому. Он журналиста с того света вытащил, поди и нас подлатает…

Шрам достал телефон.

Российская империя, город Санкт-Петербург, гостиница «Астория»

Я готовился ко сну – долгий день, много дел, хотелось отдохнуть. Но тут позвонил Шрам, и его голос мгновенно прогнал усталость.

– Ваше сиятельство, у нас проблемы.

Он коротко изложил ситуацию.

– Где вы сейчас? – спросил я.

– Под мостом на Обводном канале.

– Назови точный адрес, – мой голос лязгнул.

– Да откуда я знаю… Сейчас скину геолокацию.

– Ждите. Скоро буду, – сказал я, уже надевая пальто.

Выйдя в коридор, постучал в дверь соседнего номера. Открыл Роман.

– Что-то случилось, господин?

– Шраму нужна помощь. Едем, быстро, – ответил я, уже направляясь к лифту.

Роман кивнул, схватил пистолет, ключи от машины и поспешил следом за мной.

Мы выехали через пять минут. Улицы ночного Петербурга кипели жизнью, но чем дальше мы уезжали от центра, тем реже становились автомобили и прохожие.

Машина Шрама стояла под мостом, где и должна была. В темноте её почти не было видно.

Богдан вышел из магомобиля, держа в руке пистолет. Откуда-то из тени возник Антон с автоматом в руках. Убедившись, что это я, они опустили оружие.

– Ваше сиятельство, простите. Мы облажались, – проговорил Шрам.

– Потом, – отмахнулся я и открыл заднюю дверь.

Костя лежал на сиденье без сознания. Весь бок залит кровью. На переднем сиденье сидел бледный как смерть Витёк с простреленным плечом.

Я сунул ему эликсир и быстро наложил кровоостанавливающее заклинание. После чего принялся за Костяна.

Диагностика заняла несколько секунд. Пуля прошла навылет, задев печень. Сильное кровотечение, начинающийся шок. Если не помочь в ближайшие полчаса – он умрёт.

Я начал работать.

Первым делом надо остановить кровь. Я направил энергию в повреждённые сосуды, запечатывая их. Костя застонал, не приходя в сознание.

Вылечить повреждённую печень я не смогу. Ткани разорваны, моих целительских сил на это не хватит, а Пустота здесь бесполезна. Я сделал минимум – стабилизировал состояние, обработал рану обычными средствами и наложил повязку.

После этого внимательнее осмотрел плечо Вити. Пуля застряла в кости. Вытаскивать её здесь и сейчас – чревато последствиями.

– Сделал что мог. Надо ехать.

– Куда? В больницу нельзя, там вопросы возникнут, – пробормотал Шрам.

Я задумался ненадолго. И тут же понял, куда мы их повезём.

Мещеринов.

– Есть место, где нам помогут. Поехали. Машину бросай здесь, отправимся на нашей…

Российская империя, город Санкт-Петербург, Васильевский остров

Я заранее позвонил барону, поэтому он нас ждал. В окне его кабинета горел тусклый свет. Как только мы подъехали, заспанный Илья Иванович открыл дверь. Но увидев нас, мгновенно проснулся.

– Граф, что…

– Двое с огнестрельными ранениями, один умирает. Нужна ваша помощь, – перебил я.

Мещеринов не стал задавать лишних вопросов. Просто отступил, пропуская нас внутрь.

– Несите в процедурную. Вторая дверь направо, – велел он.

Тоха и Шрам внесли Костяна. Витёк ковылял следом, опираясь на Романа.

Костю уложили на кушетку. Мещеринов протёр руки антисептиком и обратился к нам:

– Снимите с него одежду. Что за ранение?

– Сквозное, задета печень, обширные повреждения мягких тканей. Я остановил кровотечение, но мой дар не позволяет залечить рану полностью, – ответил я.

– Понял. Сейчас подлатаем этого беднягу, – барон склонился над Костяном.

Его руки вспыхнули золотистым светом. Илья Иванович начал работать. Я наблюдал, убеждаясь, что барон знает своё дело. Он формировал заклинания быстро, чётко, без лишних расходов маны. И одновременно успевал работать инструментами, очищая рану от омертвевших тканей.

Я тем временем вытащил пулю и обработал плечо Витька. После чего Мещеринов исцелил и его рану.

Через полчаса оба спали. Опасность миновала.

– Пусть останутся хотя бы на денёк, если это возможно, – сказал барон, когда мы вышли из процедурной, и вопросительно посмотрел на меня.

– Возможно. Хвоста за нами не было, – ответил я и достал бумажник.

Мещеринов покачал головой.

– Мы же партнёры, граф. Какие деньги?

– Именно потому, что мы партнёры, я обязан отплатить вам услугу. Вы спасли моих людей, я это ценю, – я достал из бумажника все наличные и сунул барону.

Илья Иванович посмотрел на купюры, потом на меня и кивнул.

– Спасибо.

– Это вам спасибо. Я попрошу отца перевести ещё сумму в качестве компенсации.

– За что?

– За простой. Не открывайте сегодня клинику. Лучше на всякий случай обойтись без лишних глаз. И я попрошу никому не рассказывать о нашем визите, – ответил я.

– Само собой, – кивнул Мещеринов.

Мы попрощались, и я вышел на улицу. Светало.

Шрам ходил туда-сюда вдоль машины. Увидев меня, почти побежал навстречу.

– Живы?

– Да. Оба в порядке, – ответил я.

Богдан облегчённо выдохнул.

– Спасибо, господин.

– Завтра ночью приедешь за ними и увезёшь куда-нибудь в тихое место. На старую квартиру не возвращайтесь, найди новую.

– Конечно.

– А теперь расскажи подробнее, что у вас случилось, – потребовал я.

Шрам всё выложил. По его словам получалось так, что их раскрыли. Если Ломовой знал, что Богдан и его люди работают на меня и копают под Карташова, – значит, знает и Белозёров.

– Понятно. Выходит, работать скрытно вы больше не сможете, – заключил я.

– Выходит, так, – развёл руками Шрам.

Я задумался. Ситуация неприятная, но не катастрофическая. Плюс я получил очередной звоночек – нельзя недооценивать противников. В столице у них пока что больше связей и возможностей, это факт.

Пока что больше…

– С этого моменты вы работаете со мной открыто. Как гвардейцы. Официальная охрана графа Сереброва.

Шрам поднял брови.

– Серьёзно?

– Вполне. Лишняя охрана мне не помешает. Особенно после всего, что происходит, – кивнул я.

Богдан посмотрел на меня долгим взглядом, а потом поклонился.

– Спасибо, ваше сиятельство.

– Тебе спасибо.

– Есть и плюсы во всей этой истории… У меня с собой была скрытая камера. Я записал, как Ломовой говорит, что работает на Карташова, – Шрам усмехнулся.

Он снял с нагрудного кармана куртки камеру-прищепку, которая и правда была почти незаметна.

– Он это прямо сказал?

– Не совсем прямо, но достаточно ясно. Он требовал, чтобы мы не копали под Карташова. Упоминал, что они забрали журналиста. А когда я сказал, что он работает на барона – не стал отрицать, – объяснил Богдан.

Я улыбнулся и убрал камеру в карман.

– Отличная работа. Это нам очень пригодится…

Российская империя, окраина Санкт-Петербурга

Барон Маслов ненавидел эти встречи.

Каждый раз – новое, но всегда какое-нибудь жуткое заброшенное место. Каждый раз – ночью, в темноте, среди ржавых труб и битого стекла. Каждый раз – ощущение, что за ним наблюдают десятки глаз.

Сорокин уже ждал.

Он стоял в центре пустого помещения, неподвижный, будто статуя. Только глаза поблёскивали в лунном свете, проникающем сквозь выбитые окна.

– Ты опять опоздал, – тихо заметил Игнатий.

– Извини, я…

– Не важно.

Сорокин шагнул вперёд и протянул небольшой кейс.

– Твой эликсир.

Маслов трясущимися руками взял кейс. Открыл. Внутри лежали ряды флаконов с золотистой жидкостью. На вид – точно такие же, как раньше.

– Вы доработали формулу? – спросил он.

– Да. Теперь он идеален, – Сорокин усмехнулся. – Ты победишь на испытаниях, не сомневайся.

– А если они заметят изменения в формуле?

– Не заметят. Внешне эликсир тот же. Вкус, цвет, консистенция. Изменения провели на молекулярном уровне – без полного анализа не определить. А полный анализ займёт недели.

Барон кивнул и открыл рот, но решил, что лучше ничего не добавлять. Спорить с Чёрной кастой – себе дороже.

Сорокин шагнул ближе и чуть наклонился, чтобы его глаза оказались на уровне глаз Маслова.

– Ты что-то хочешь сказать? – вкрадчиво спросил он.

– Нет. Ничего, – Антон Владимирович отшатнулся.

– Вот и хорошо. Кстати – твоего конкурента скоро не будет. Мы о нём позаботимся.

– Вы… с ума сошли? Министерство первым заподозрит меня! – возмутился Маслов.

– Тише, тише. Расслабься. Просто знай – Серебров больше не будет тебе мешать. Получишь деньги от контракта и можешь уехать из страны. Свою задачу ты почти выполнил, – Игнатий усмехнулся.

Маслов почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Уехать из страны. Бежать. Прятаться до конца жизни. Не такой жизни он хотел.

А ведь недавно всё казалось просто. Формула, контракт, деньги. Лёгкие деньги, быстрый успех. Сорокин был таким убедительным…

Теперь Маслов понимал, что попал в ловушку. Западню, из которой нет выхода.

– И на всякий случай, барон. Если вздумаешь рассказать о нас – сильно пожалеешь. У касты длинные руки, – жёстким тоном напомнил Сорокин.

– Я… я не буду… Я никому…

– Конечно, не будешь. Ты же умный человек, верно?

Маслов молча кивнул.

– Вот и хорошо. Не подведи нас.

Сорокин развернулся и ушёл в темноту. Растворился, как будто его никогда не было.

Барон остался один. Стоял посреди пустого здания, прижимая к груди кейс с эликсиром.

Руки дрожали. Ноги подкашивались. Во рту стоял вкус желчи.

Он влип. Окончательно и бесповоротно влип.

Но пути назад не было.

Российская империя, город Санкт-Петербург, Невский проспект

Утро выдалось солнечным.

После перестрелки в «Толстом Еноте» прошло несколько дней. Мы ехали по Невскому в сторону Министерства обороны. Меня вызвали на встречу – требовалось подписать документы для новых испытаний, которые вскоре уже должны начаться. Формальность, но необходимая.

В машине со мной ехали Роман и Кирилл. Следом – второй автомобиль со Шрамом и его людьми. Витёк уже пришёл в себя, а Костян ещё восстанавливался на съёмной квартире за городом.

Где-то неподалёку, невидимые, держались агенты СБИ. Я знал, что они наблюдают за мной и ждут, когда Чёрная каста попробует вновь нанести удар.

– Пробка впереди. Авария, похоже, – заметил Кирилл.

Я посмотрел в окно. Действительно – впереди скопились машины. Столкнувшиеся автобус и универсал встали поперёк перекрёстка.

– Объедем? – спросил я, взглянув на часы.

– Попробуем.

Кирилл свернул. Узкая улочка, старые дома с облупившейся штукатуркой. Почти пусто – только какой-то фургон у обочины.

Фургон.

Я напрягся. Что-то не так. Слишком удобное совпадение – авария на главной улице, объезд через переулок…

– Стой! – выкрикнул я.

Кирилл ударил по тормозам.

Двери фургона распахнулись. Из него высыпали люди в чёрном, с оружием и артефактами. Одновременно из окон домов полетели заклятия.

Засада!

Первый удар пришёлся в лобовое стекло. Оно лопнуло, осыпав нас осколками.

– Выходим! – заорал Роман, прикрывая меня собой и выхватывая пистолет.

Мы выскочили из машины. Я выставил щит Пустоты, и несколько заклинаний растворились в нём. Огненный шар пролетел мимо и взорвался где-то за нашими спинами.

С выстрелами и грохотом магии смешались вопли прохожих. Они разбегались в разные стороны, но шальные пули всё же зацепили кого-то.

Твою мать. Уроды!

Шрам и его люди тоже присоединились к схватке. Но нападающих всё равно было больше. Намного больше.

Я насчитал не меньше пятнадцати человек. Профессионалы – двигались слаженно, прикрывали друг друга. И у них были артефакты – мощные, военного класса.

– СБИ, всем стоять! – раздался возглас.

Агенты Воронцова вступили в бой. Четверо, может пятеро – они появились будто из ниоткуда и обрушили на противников шквал свинца и боевой магии.

Я сконцентрировался и создал сферу Пустоты впереди. Она поглощала всю магию, что влетала в неё. Использовать новые навыки здесь, посреди города, я не решился. Ещё недостаточно их освоил, чтобы так рисковать.

В хаосе схватки никто не заметил, как я обратил в ничто щит одного из противников. Его тут же настигло заклинание агента.

Я повернулся к следующему врагу и вдруг узнал его.

Это же… Сорокин? Игнатий Сорокин!

Бывший магистр Гильдии стоял в стороне от основной группы. Он что-то шептал, и вокруг него клубилась, становясь сильнее, тёмная энергия. Он готовил что-то большое и смертельное.

И в этот момент мне стало понятно, что у Чёрной касты есть как минимум ещё одна причина меня убить. Месть Сорокина за то, что из-за меня он лишился всего.

Правда, похоже, что взамен он обрёл немало новых друзей, сукин сын…

Молния ударила в стену, разворотив её, и во все стороны полетели обломки кирпичей. Кирилл закрыл меня собой, но необходимости в этом не было. Шёпот обратил в ничто кирпич, который едва не упал мне на голову.

Один из агентов СБИ упал – чёрный луч прошёл сквозь его защиту. Другой отступал, зажимая рану на плече.

Шёпот метнулся вперёд. Я почувствовал, как он вытягивает энергию из артефактов врагов. Один амулет погас. Другой затрещал и лопнул, ослепив своего носителя.

Сорокин закончил своё заклятие.

Волна тьмы хлынула из его рук. Я сотворил очаг Пустоты, прикрывая своих людей. Но агентов СБИ некому было защитить – они упали, корчась от боли.

– Серебров! Помнишь меня⁈ – голос Сорокина перекрыл шум боя.

Я поймал его ненавидящий взгляд, но ничего не ответил.

– Ты уничтожил всё, что я строил! Из-за тебя я стал изгоем! – кричал он, разбрызгивая слюну, и вскинул руки для нового заклятия.

Я бросился в сторону. Место, где я только что стоял, превратилось в воронку расплавленного асфальта.

Каста не собиралась отступать. Они пришли убивать – и были готовы положить здесь столько народу, сколько понадобится.

– Подмога на подходе! – крикнул агент Службы.

Рядом послышались сирены. Нападающие тоже их услышали. Кто-то отдал приказ – и они начали организованно отступать, продолжая поливать нас заклятиями.

Один из них применил артефакт в виде жезла. На людей Шрама с неба посыпались лиловые стрелы, и я накрыл их новым очагом, чувствуя, что силы уже на исходе.

Сорокин уходил последним. Не отрывая от меня взгляда, он выпустил ещё одно заклятие.

Чёрная молния – быстрая, смертельная – метнулась ко мне.

Я не успел поставить щит. Твою мать…

И тут передо мной возникла фигура.

Шрам.

Молния ударила его в грудь. Богдан дёрнулся, как марионетка с оборванными нитями, и рухнул.

Я бросился к нему. Сорокин исчез в переулке, но мне было плевать. Шрам лежал на асфальте, неподвижный.

Прибыла подмога – из бронированных машин высыпал спецназ СБИ и бросился в погоню за отступающей кастой.

Мне было всё равно.

Я склонился над Шрамом. Положил руки на обожжённую грудь. Направил энергию для диагностики.

И похолодел.

Его сердце издало последний удар и перестало биться. Богдан умирал – прямо сейчас, у меня на руках.

Глава 15

Российская империя, город Санкт-Петербург, портовый район

Сердце Шрама не билось.

Чёрная молния Сорокина сделала своё дело – не просто остановила сердце, но и начала разрушать саму жизненную силу.

Вокруг всё ещё царил хаос. Сирены, крики, топот сапог. Кто-то из агентов СБИ склонился надо мной, спрашивая что-то, но я не слышал слов. Всё моё внимание было сосредоточено на умирающем человеке передо мной.

Умирающем. Но ещё не мёртвом.

Я погрузился в его ауру – глубже, чем обычно при диагностике. И увидел то, чего боялся.

Тьма наполняла его ауру, медленно расползалась по энергетическим каналам. Энергия смерти, которая уже начинала заполнять пространство, освобождённое угасающей жизнью.

Если она распространится дальше – всё. Никакое целительство не поможет.

У меня оставались секунды.

Я закрыл глаза, сделал один глубокий вдох и приступил к работе.

Первым делом – сердце. Я направил мощный импульс энергии прямо в сердечную мышцу, заставляя её сокращаться. Искусственный ритм, пока собственный не восстановится.

Но этого было мало. Тьма продолжала расползаться.

«Шёпот, мне нужна твоя помощь», – позвал я мысленно.

«Что делать?» – дух моментально оказался рядом.

«Видишь эту черноту в его ауре? Помоги мне её убрать. Только будь осторожен, не задень ничего лишнего. Только эта тёмная энергия!» – жёстко приказал я.

Шёпот помедлил.

«Это опасно, хозяин. Если я ошибусь…»

«Если мы ничего не сделаем – он умрёт. Действуй!»

Шёпот аккуратно проскользнул в ауру Шрама. Я чувствовал его неуверенность. Он никогда раньше не делал ничего подобного.

Я тоже. Но выбора нет.

Я потянулся к Пустоте внутри себя и тонким потоком направил её в ауру Шрама. Пустота соприкоснулась с энергией смерти…

И начала её поглощать.

Пустота оказалась сильнее. Она пожирала смерть так же, как пожирала всё остальное.

Медленно, участок за участком, я очищал ауру Шрама. Чёрные потоки исчезали, уступая место нормальному течению жизненной силы. Сердце билось всё увереннее – сначала слабо, потом ровнее, сильнее.

Параллельно я лечил физические повреждения с помощью целительского дара. Ожоги от молнии, разрывы тканей, повреждённые нервы. Привычная работа, но она отнимала много сил – особенно сейчас, когда большая часть концентрации уходила на борьбу со смертью.

Не знаю, сколько прошло времени. Может, минута. Может, час. Мир вокруг перестал существовать – остались только я, Шрам и битва за его жизнь.

Наконец, последнее пятно тьмы растворилось в Пустоте. Аура Шрама засияла ровным, хоть и тусклым светом.

Я отнял руки и откинулся назад, тяжело дыша.

Получилось.

– Граф? Вы в порядке? – надо мной склонился Роман. Его голос звучал, будто издалека из-за шума у меня в ушах.

Я вдруг обнаружил, что лежу на каталке скорой помощи, а рядом суетятся санитары. Когда я успел потерять сознание?

– В порядке. Богдан жив? – я с трудом сфокусировал взгляд на гвардейце и приподнялся.

– Так точно. Вы его спасли, – кивнул Роман.

Я посмотрел на Шрама. Тот лежал на каталке рядом с другой машиной скорой, бледный как мел, но грудь равномерно поднималась и опускалась.

«Хозяин… Ты сделал невероятное. Ты прогнал саму смерть!» – голос Шёпота в моей голове звучал почти благоговейно.

«Мы вместе это сделали».

«Нет. Я только помогал. Это была твоя сила!»

Я задумался над словами духа. Это и правда что-то новое. Что-то, чего я не умел раньше.

Воскресить мёртвого я бы не смог – когда душа уходит, её не вернуть. Но спасти умирающего, отогнать смерть, которая уже начала забирать своё…

Это возможно. Теперь я знал.

Шрам застонал и открыл глаза. Мутные, расфокусированные – но живые.

– Что… – он попытался приподняться, но я тут же оказался рядом и мягко удержал его.

– Лежи. Ты чуть не умер.

Он медленно повернул голову, глядя на меня. Кажется, он с трудом понимал, где находится и что происходит. Но через несколько секунд в его взгляде зажглось понимание.

– Это уже второй раз, ваше сиятельство, – прохрипел он.

– Что второй раз?

– Вы второй раз спасаете мне жизнь. Сначала после той пули на элеваторе… Теперь вот здесь.

– Тогда, может, хватит умирать? Ты мне нужен живым, – усмехнулся я.

Шрам слабо улыбнулся.

– Постараюсь…

– Спасибо, Богдан. Ты закрыл меня собой. Я этого не забуду, – серьёзно сказал я.

– Пожалуйста. Будем считать, что два-один. Вы пока что лидируете, – он со стоном лёг на носилки.

Санитары вежливо оттеснили меня в сторону. Может, я и спас Богдана, но большая часть ожогов от молнии и других повреждений никуда не делась. Его занесли в машину и начали обрабатывать раны.

– Граф, почему вы встали⁈ Как вы себя чувствуете? – ко мне подбежал фельдшер.

– В порядке. Просто упадок сил.

– Позвольте мне вас осмотреть.

– Я в порядке. Займитесь ранеными, – сказал я и огляделся.

Переулок выглядел как после бомбёжки. Разбитые витрины, выбоины в асфальте, следы от заклятий на стенах. Несколько тел лежали под простынями – не все выжили в этой схватке. Спецназовцы СБИ оцепили территорию и оттеснили зевак.

На моих глазах подъехала ещё одна машина. Из неё вышел Воронцов.

Полковник выглядел мрачнее тучи. Он быстрым шагом направился ко мне, по пути отдавая команды подчинённым.

– Граф Серебров, вы целы? – он остановился рядом и осмотрел меня с ног до головы.

– Более-менее. Мой человек пострадал.

– Я в курсе. Его отвезут в госпиталь Службы – там хорошие целители.

– Я его уже немного подлатал. Жить будет, – ответил я.

Воронцов кивнул, но его взгляд оставался тяжёлым.

– Мы задержали нескольких бойцов касты. Четверых, если точнее. Им предстоит допрос.

– Хорошо.

– Есть что-нибудь, что вы можете рассказать? Вы видели нападавших вблизи.

Я задумался. Образ Сорокина, его перекошенное ненавистью лицо и горящий взгляд всё ещё стояли перед глазами.

– Я узнал одного из них. Игнатий Сорокин, бывший магистр Гильдии целителей. Он командовал нападением, – сказал я.

Воронцов нахмурился.

– Сорокин… Погодите, тот самый, что пытался вас оклеветать на съезде?

– Он самый, – кивнул я.

Юрий Михайлович выругался, вырвал у проходящего мимо агента рацию и спросил в неё:

– Говорит Воронцов. Среди задержанных есть бывший магистр Сорокин? Его фото есть в деле графа Сереброва

– Минуту, полковник… Никак нет, среди задержанных он отсутствует, – ответили по рации.

– Жаль, – констатировал я.

– Ничего, мы найдём его. Теперь хотя бы есть ниточка, за которую можно ухватиться. Если Сорокин действительно один из членов Чёрной касты – через него выйдем на остальных. А вам, Юрий Дмитриевич, лучше уехать отсюда. Журналисты уже подтягиваются, – Воронцов кивнул в сторону главной улицы.

Я посмотрел за оцепление. Действительно – несколько человек с камерами пытались пробиться сквозь кордон. Только этого не хватало.

– Мне нужно в Министерство обороны. У меня назначена встреча с советником Глебовым.

– Вы шутите? После такого? – полковник обвёл рукой переулок.

– Какая разница? Я в порядке и вполне могу явиться на запланированную встречу, – пожал плечами я.

Юрий Михайлович только вздохнул, а потом усмехнулся.

– Вы неисправимы, граф. Ладно. Поедете в сопровождении моих людей. На всякий случай.

Спорить я не стал.

Российская империя, город Санкт-Петербург, Министерство обороны

До Министерства мы добрались без происшествий.

Два автомобиля СБИ сопровождали меня всю дорогу – один спереди, один сзади. Внутри каждого – по четыре вооружённых агента. Воронцов не шутил насчёт охраны.

Глебов встретил меня в своём кабинете. Советник выглядел взволнованным – видимо, новости о покушении уже дошли до Министерства.

– Граф Серебров! Я слышал, что произошло. Вы в порядке? – он поднялся из-за стола и быстрым шагом пошёл мне навстречу.

– В порядке, Анатолий Петрович. Спасибо за беспокойство и простите за мой внешний вид, – я провёл рукой по запачканному кровью и пылью пиджаку.

– Это ужасно! Нападение средь бела дня, в центре города… Чёрная каста совсем обнаглела! – причитал Глебов.

Я сел в предложенное кресло и меня тут же начало клонить в сон. Исцеление Шрама далось мне непросто.

– Давайте перейдём к делу, советник, если вы не против.

Глебов кивнул и достал папку с документами.

– Конечно. Вот бумаги для финальных испытаний «Бойца». Место то же – полигон под Гатчиной, – он протянул папку мне.

Я пролистал документы. Протоколы, графики, списки участников. Всё как обычно.

– А что с «Авангардом»? Маслов не отказался от участия? – спросил я.

– Комиссия решила продолжить сравнительные испытания. Несмотря на инцидент с агрессией.

– Понятно, – хмыкнул я.

Подписал документы и вернул папку Анатолию Петровичу. Тот помедлил, явно собираясь что-то сказать.

– Граф, позвольте личный вопрос, – наконец, произнёс он.

– Слушаю.

– Вы думаете, что барон Маслов связан с Чёрной кастой?

Я посмотрел ему в глаза. Глебов был честным человеком – насколько я мог судить. Но даже честным людям не всегда стоит говорить всю правду.

– Не знаю. Не хочу клеветать без доказательств. Этим вопросом занимается СБИ, – ответил я.

– Но если это правда… Если эликсир, который мы собираемся испытывать, создан при участии касты…

– Тогда это проблема. Но пока нет доказательств – мы не можем отменять испытания, – развёл руками я.

Глебов помолчал, обдумывая мои слова, потом кивнул каким-то своим мыслям.

– Хорошо. Тогда я поговорю с СБИ. Не задерживаю вас, Юрий Дмитриевич. Ещё раз спасибо, что приехали!

– Это в моих же интересах, – ответил я и встал. – Увидимся на испытаниях, Анатолий Петрович.

– Берегите себя, граф. Похоже, у вас очень опасные враги, – он покачал головой.

– Здесь не поспоришь, – улыбнулся я.

Российская империя, пригород Новосибирска

Несколько часов спустя

Фургоны СБИ остановились в двух кварталах от цели.

Иван Курбатов выпрыгнул из машины вслед за бойцами спецназа. Холодный ночной воздух обжёг лицо. Погода в Сибири, как всегда, непредсказуема – посреди весны вполне могут ударить не только заморозки, но и морозы. Вот как сейчас.

Вокруг стояли ряды заброшенных складов, ржавые заборы, разбитые фонари.

Командир отряда указал на тёмный силуэт впереди.

– Цель – третье здание слева. По данным из Петербурга, там находится подпольная лаборатория Чёрной касты. Охрана – от десяти до пятнадцати человек. Возможно, боевые маги, – проинструктировал он.

– Работаем на поражение? – уточнил один из бойцов.

– Так точно. Ликвидируйте при малейшем сопротивлении, – ответил командир.

Иван кивнул, проверяя снаряжение. Бронежилет, аптечка, несколько эликсиров экстренной помощи. Оружия он не взял – не его специализация, если не считать меча и кинжала, которые он постоянно носил на поясе.

Когда Юрий позвонил с просьбой помочь СБИ, Иван согласился не раздумывая. Наконец-то настоящее дело, не переломы и вывихи в клинике. Наконец-то что-то важное.

Отряд двинулся вперёд. Восемнадцать бойцов, разделённых на три группы. Плюс двое штатных целителей СБИ и Курбатов. Его пригласили именно потому, что в новосибирском штате спецназа Службы сейчас не хватало одного целителя.

Они приближались к зданию бесшумно, как тени. Иван старался не отставать. Род Курбатовых – боевой род, отец с детства учил его драться, стрелять, выживать.

Подрывник установил на дверь маломощный заряд. Все отошли, и боец активировал детонатор.

Раздался хлопок. Дверь склада влетела внутрь.