Текст книги "Его звали Тони. Книга 10 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Я хмыкнул. Сардельки были хороши. С чесноком и какими-то местными специями, от которых пощипывало язык. Не знаю, где их достали снабженцы, но надо будет потом сказать – пусть закупают ещё. И побольше.

Арина молча отпила ещё глоток. Поставила банку на стол. Покрутила. Пальцами побарабанила по жестянке.

– Чё как завтра по таймингу? – она подняла на меня глаза. – За сколько раундов ты его вынесешь? Бараз же лагнутый, да? Старый, медленный, без апдейтов. Сразу заваншотишь или поиграешь?

Не понял. Это она сейчас за меня переживает, получается? Голос вроде лёгкий и спокойный. Но вот смотрит, как люди, которые хотят услышать «всё будет нормально». Заранее боясь услышать что-то другое.

– Смотря каким будет похмелье, – сказал я и откусил ещё сардельку. – И захочется ли мне поболтать с ним о жизни.

Ну да – ответ я сформулировал далеко не идеально. Однако и вопрос застал немного врасплох.

Интересоваться повторно она не стала. Посидела секунд двадцать, сверля меня взглядом. А потом подняла свою банку и мы снова чуть ударили металлом о металл.

Я допил вторую. Блонда, к моему удивлению, залпом осушила свою первую. Поставив её на стол, выдохнула. Подвинула в мою сторону. Пристально глянула мне в глаза.

Честно – я аж напрягся на момент, не понимая чего она хочет. Потом дошло – продолжения банкета. Причём, видимо открытие банки именно моим пальцем, было критически важным условием.

Молча достав из ящика ещё две банки, поставил на стол. Открыл одну и подвинул к ней. Арина подтянула её к себе пальцами. Откинулась на спинку стула. Иллюзионистка чуть поплыла. И то ли дело было в том, что мы никогда не пили вдвоём, то ли в долгом отсутствии секса, но это состояние ей шло. Эдакая плавность появилась в движениях. Глаза заблестели. Поза стала расслабленной.

– Слушай, – Арина прищурилась, – а как тебе вообще в голову прилетело – собрать этот рейд? Гоблины и кобольды в одном отряде. Это ж как два гильд-сервера, которые всю жизнь друг друга рейдили, а потом их кинуло в одно пати. И они такие – без проблем, играем. А сверху ваще дарг в роли рейд-лидера. Которого обе стороны по лору должны люто хейтить.

Я на момент задумался. Не потому что ответ был слишком сложен. Скорее наоборот – он выглядел до абсурдного прозаично.

– Так исторически сложилось, – сказал я и отхлебнул пива.

Арина прищурилась. Повертела банку в пальцах. Взглянула на меня

– «Исторически сложилось»? – Арина чуть не поперхнулась пивом. – Серьёзно? Это твой лор? Это всё, что написано в энциклопедии твоего персонажа?

Она поставила банку с громким стуком.

– Чел, я тут сижу, трачу свои золотые часы сна, а ты мне выдаёшь «исторически сложилось»? Давай без моб-диалогов. Мне нужно мясо. Драма. Кровь, кишки и почему ты вообще связался с этими зелёными гопниками.

– Ну смотри, – я откинулся на жалобно скрипнувшем стуле, глядя ей в глаза. – Мы с братьями примчались в Царьград. Бодро, весело, с планами. Потом братьев убили, а я остался. Один. В зоне отчуждения. Без денег и без плана.

Арина молча слушала. Правда пока без особого энтузиазма. Оно и понятно – до самого интересного я не дошёл.

– Гоблины были рядом. Ну, ты сама понимаешь – пытались развести на бабло. И обокрасть. Одного я кинул в стену, второго поймал за уши. Дальше как-то нашёлся общий язык.

Блонда фыркнула. Откинулась на стуле, подтянув ноги.

– А потом мне понадобились бойцы, им понадобился кто-то, кого не убьёт первый встречный сталкер, – попытался восстановить я тогдашний расклад. – Симбиоз. Бизнес. Минимум романтики.

Хотел продолжить. Однако тут вспомнил кое-что и заржал.

– Чего? – Арина подалась вперёд.

– Ну, – я вытер глаза. – Ещё был Жыга. И они подрядили меня его убить.

– Кого? – блонда подняла бровь.

– Жыга. Орк. И местный авторитет. Ненавидел гоблинов до зелёных искр из глаз. Ну и они его соответственно. Пообещали за его голову какие-то смешные деньги. Которые, к слову, так и не заплатили.

Иллюзионистка заинтересовалась. Аж банку отставила.

Дальше я рассказывал минут десять. Без остановки. Как сначала отнекивался и отказывался. А в итоге использовал воительские способности – выдернул его астральное тело, вырвав из физической оболочки. Оставил пустой корпус. Живой, дышащий, но – без духовной ткани внутри.

Арина слушала, не перебивая. Только глаза становились всё шире.

Естественно я изложил и остальное. Как Жыга потом умудрился выжить. Ушёл под Мглу. Вернулся с отрядом мутантов и попёр на зону отчуждения в лоб. Как в ЦОТ вошли армейцы. Которые раскатали мутантов по мостовой. А Жыга в итоге снова сбежал.

– Ну и? – Арина наклонилась ко мне. – Добил в итоге?

Я хмыкнул.

– Не поверишь. Румянцевы его подрезали, – усмехнулся я.

– Чего? – приподняла она брови.

– Сами сказали. Мол, не беспокойся, вопрос закрыт, пациент у нас. Что с ним дальше стало – понятия не имею, – на самом деле хороший вопрос. Жаль задать некому. – Может, в банку закатали. Или на цепи держат. Либо вовсе к стенке поставили. Они ребята разносторонние.

Арина секунды три смотрела на меня. Потом откинулась назад и начала ржать. Не хихикать и не посмеиваться. Именно ржать. Запрокинув голову, зажмурившись и хлопая ладонью по столу.

Я тоже не выдержал. Потому что – ну а как? Если вдуматься – история действительно идиотская. Гоблины наняли дарга убить орка за копейки, дарг его астрально выпотрошил, тот восстал с армией мутантов, армия империи всё зачистила, а выжившего «полководца» прикарманили аристократы. Звучит как пересказ сюжета игры, которую разрабатывали пять студий одновременно и ни одна не знала, что делают остальные.

Отсмеявшись, мы снова стукнулись банками. Выпили.

– Нет, ну ты реально легенда, – Арина вытерла глаза тыльной стороной ладони. – Стартанул в Царьграде. В зоне отчуждения. С нуля. С гоблинами! А сейчас?

Девушка повела взглядом вокруг, картинно обводя им помещение. Остановила на мне.

Мы на третьем ярусе Подгорной цитадели. Рядом аппаратная, из которой ведётся трансляция на всю империю, – в голосе слышались нотки своеобразного восхищения. – У тебя имперский военный отряд и контракт с Большим Советом Еревана. База в Константинополе. А ты мне говоришь – «исторически сложилось»?

Я пожал плечами.

– Ну а как ещё? Не то чтобы я сел и составил бизнес-план на десять лет вперёд, – честно ответил я. – Каждый раз решал текущую задачу. Выжить. Не дать убить своих. Заработать. Не сдохнуть. При необходимости повторить.

– Ага, – она покивала. – А в Ярославле фанатки на лётное поле прорывались и одежду на ходу скидывали – тоже «просто текущая задача»? Это читерство, Тони! Натуральное читерство!

Я поднял палец.

– Вот это, уж точно не моя заслуга, – постарался я добавить в голос настоящего возмущения.

– Ну да, – блонда усмехнулась. – Это ж не ты их губера заставил план сегрегации откатить. Чё им ради тебя трусы срывать и прыгать.

Дальше мы ещё какое-то время перекидывались репликами. Вспомнили, как садились в багдадской пустыне. Поржали над тем, как Пикс ткнул револьвером в лоб фанату. Арина пересказала лучшие комментарии из чата – парочка была настолько за гранью, что я чуть пивом не подавился.

Её вторая банка уже подходила к концу. У меня заканчивалась четвёртая. Разговор перешёл в ту стадию, когда уровень внутренней раскованности стремительно растёт. А в какой-то момент ты замечаешь, что собеседница уже давно сидит, подтянув колени к подбородку, её голова чуть наклонена, а глаза блестят.

Думаю мне не надо объяснять, о чём я в тот момент подумал и чего захотел. Будь напротив другая девушка – наверное вовсе бы кинулся вперёд. Но за столом сидела Арина. Со всей её непростой и сложной историей.

А когда мне показалось, что вот-вот и процесс пойдёт, случилось неожиданное.

– Ладно, – Арина резко выпрямилась. Поставила банку на стол. – Мне нужно ещё конфиг проверить перед завтрашней трансляцией. И монтажку с превью разложить. Там на час работы минимум.

Я моргнул. Тряхнул головой.

– Сейчас? – непонимающе посмотрел я на неё.

– А когда? – она уже встала. Одёрнула куртку. Посмотрела на меня сверху вниз, что при нашей разнице в росте было возможно только когда я сидел. – Завтра у тебя файт. Трансляция стартует в девять. Всё должно быть вылизано.

Звучало логично. Профессионально. Безупречно.

И совершенно не совпадало с тем, что было в её глазах.

– Удачи завтра, – сказала она уже от двери. Спокойным и отчасти даже деловым тоном. – Я буду транслировать. Ждать победы. И болеть.

Дверь открылась, показав мне фигуру застывшего в коридоре кобольда. И тут же захлопнулась.

Что это нахрен такое было? Разве так вообще поступать законно?

Я посмотрел на свою опустевшую банку. Бросил взгляд на дверь. Подумал. Хмыкнул. И протянув руку, взял пятую. Пожалуй, перед тем как возвращаться назад, мне требовалось немного остыть.

Глава XIV

Похмелья не было.

Вот честно – ни малейшего признака. Ящик пива, выпитый за ночь, не оставил после себя ровным счётом ничего. Ни головной боли, ни тошноты, ни привычного ощущения, что мозги заменили на перезрелый арбуз, который вот-вот треснет по швам.

Даргский организм. Чистый, не тронутый имплантами, построенный по совершенно иным инженерным чертежам. Двести с лишним килограммов мускулов, костей и зубов, способных перемалывать любую пищу. Алкоголь для такого тела – что керосин для промышленного котла. Сгорает подчистую. Даже удовольствие толком не успеваешь получить.

Впрочем, удовольствие я вчера получил. Не от пива. От разговора. И послевкусия, которое наступило после. Давно такого не было – чтобы я добрых полчаса рассуждал о девушке, которую даже не трахал. Более того – которой даже рядом не было.

Ладно. Хватит о вчерашнем. Лучше о сегодняшнем.

Прямо сейчас я стоял на верхнем ярусе, у главных ворот подземного города, и смотрел на экран, который кто-то из цвергов додумался повесить прямо на стену гигантского холла. Картинка была чёткая. Камера одного из наших дронов. Площадка для поединка.

Бараз Бивень уже был на месте. Ждал.

Седой, массивный и неподвижный. Двадцать его поединщиков – за спиной, полукругом. Морды каменные. Никто не шевелился. Только ветер трепал волосы старика и тяжёлые полотнища за его спиной. Вчера их кстати не было. А вот сегодня вытащили на белый свет знамёна.

Журналисты – отдельной кучкой, метрах в пятидесяти. Камеры на штативах, дроны в воздухе. Три. Нет, четыре штуки.

Рядом с Бивнем – тот самый молодой дарг-оператор. Профессионально работает. Ракурсы выбирает, окружающую территорию снимает. Говорит вроде даже что-то. Признаю – Бараза тоже есть медиа-команда. Размером в одного лохматого пацана.

Я отвернулся от экрана. Передо мной стояла моя армия.

Нет. Вот тут стоп. Может их можно было назвать армией. Но точно не в привычном смысле. Здесь не было бойцов, которые шли за мной из страха, либо повинуясь приказу.

Каждый, кто сейчас стоял в этом холле, пришёл сам. Добровольно. Оттого их присутствие было намного более ценным.

Кобольды. Гоблины. Свенги. Цверги. Человеческая девушка с зумерским сленгом и камерой. Эльфийка, которая скорее удавится, чем признает, что ей не всё равно. И ещё гигантские орки, которые две недели назад жили совсем другой жизнью, а теперь стояли в ритуальной броне с боевыми топорами.

Десять культурных даргов выстроились первыми. Кожаные нагрудники с металлическими вставками, металлические цепи, мечи на поясах, топоры за спинами. Двое в центре – с барабанами. Камеры на доспехах мигали красными огоньками.

За ними – боевое ядро. Гоблины Гоши. Кобольды с короткими толстыми волосами, которые развевались в воздухе, свенги. Все с оружием и серьёзными мордами. Хотя, вот про кобольдов точно не скажу. У них овал лица всегда одинаков. Беда у этих парней с мимикой.

Совсем рядом со мной – Гоша верхом на Геоше. Фуражка Вестника сдвинута на затылок. Золотой козырёк поблёскивал в свете фонарей. Сорк за его спиной, вцепившись в седло обеими руками. Лицо адъютанта выражало стоическое смирение с неизбежным.

Ещё дальше – Гамлет. Тоже верхом. Спокойный. С даргским мечом на поясе и штурмовым комплексом за спиной. Настоял, чтобы отправиться со мной лично.

Правее – четырьмя колоннами по двенадцать, стояли цверги-добровольцы. Сорок восемь. Экипированные и с оружием в руках.

Впереди первой колонны цвергов – Тосип. Секретарь совета. Парадная накидка с золотыми застёжками. Пояс мастера. Печать совета на цепочке поверх груди. Строго заплетённая борода.

Все расы. Все, кто присутствовал в подземном городе. Дарги, гоблины, кобольды, свенги, цверги, человек, таэнса. Если Бараз рассчитывал показать, что вокруг меня нет ни одного дарга по крови – вот ему ответ. Вокруг меня все. От соплеменников до цвергов. Среди бойцов даже эльф есть. Полукровка, правда. Но тем не менее.

Впрочем, чистокровная таэнса тоже была здесь. Вон, стоит в стороне. Стреляет глазами в мою сторону.

О, теперь пошла. Прямо целенаправленно ко мне.

Подлетела. Затормозила. Глянула в глаза.

– Не вздумай там умереть, – тон у неё был таким, как будто делает мне одолжение. – Помни, сколько у тебя ещё дел.

Губы обжигают мою правую щёку. А вот сама эльфийка разворачивается и хреначит назад. Это что вообще такое? И как понимать? Щас бы догнать, нагнуть и по жопе этой сочной надавать, чтобы башкой думала. Однако – не выйдет. Ко мне уже несётся Кьярра.

– Побеждай, – коротко и сухо. – Не умри.

Им речи один спичрайтер пишет, да? Который уже давно разучился работать, похоже.

Тоже поцеловала. Только теперь в левую щёку. Ну зашибись, что тут сказать. Шикарный расклад. Не знаю – то ли ржать теперь в голос, то ли плакать навзрыд. Лучше бы вчера так заглянули по очереди вечером. Или обе сразу. Голышом, в ошейниках и с поводками в зубах. И конечно, с…

Хм. Стоп. Чего-то меня не туда понесло немного. К тому же теперь ко мне ещё и Арина топает.

Блонда выглядела чуть помятой после вчерашнего. Хотя выпила она вроде совсем немного.

– Ты имей в виду, – начал я сразу, как она подошла. – Щёки кончились. В них целовать больше нельзя.

Иллюзионистка остановилась. Показательно оглядела мою физиономию.

– Сложно, – наконец выдала она. – Раз щёки ушли в кулл-даун, выбор невелик. Или в губы, или на колени становиться. Зафиналить лавстори.

Вот на этом моменте, я честно говоря, немного растерялся. Да и Гоша, который был достаточно близко, чтобы всё это слышать, на девушку уставился с полнейшим изумлением.

А она довольно улыбнулась и засунув руки в карманы, смерила меня взглядом.

– Я пойду сзади, – снова заговорила блондинка. – Сама буду стримить с места событий. Ты уж постарайся там. Чтобы картинка была погорячее.

Развернулась. Зашагала. Картинка, япь. Погорячее ей. Ну нельзя же так – взять, бросить вот эту вот фразу и свалить в закат.

– Я чё-т не въехал, – медленно проговорил Гоша, подъезжая ближе и понижая громкость голоса до шёпота. – Вы когда успели-то? И чё с Фоти-тапом? Как ваще оно всё так?

Много вопросов. И все неправильные.

– Не знаю что ты подумал, – глянул я на него. – Но больше так не думай. Мы пока ничего не успели.

Одноухий коротышка было открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, но тут сбоку послышался голос Гамлета.

– Всё готово, наставник, – проскрипел кобольд. – Ждём вашего приказа.

Бросив ещё один взгляд на Арину, фигура которой скрылась за строем, я запрыгнул в седло Кью. Повернул голову к Гамлету.

– Командуй, – кивнул я. – Пусть открывают.

Тот вжал кнопку рации. Коротко проскрежетал приказ. Спустя пару секунд громадная металлическая створка с лязгом пошла вверх.

До площадки мы добрались минут за десять. Всей нашей торжественной процессией.

Со стороны это наверное выглядело эпично. Я сам, верхом на косуле. Справа и чуть позади – Гоша с Сорком ещё на одной. Слева Гамлет, восседающий на Розочке.

Чуть позади – Айша с Тогрой. Сегодня оставившие автоматы и вооружённые только мечами. С чёрной раскраской на зелёных лицах и в сшитых за ночь кожаных традиционных одеждах. Оставляющих совсем немного пространства для воображения.

Дальше – десяток здоровых даргов в кожаных доспехах. Четыре группы цвергов. Тоже с традиционным оружием – топоры, боевые молоты, клевцы и прочие вариации.

Плюс, кобольды. И прочие бойцы гарнизона. Эти – вооружённые до зубов. С грудой огнестрела и боеприпасов.

Бараз ждал. Я увидел его издалека. Старый дарг стоял у края площадки – руки заложены за спину, спина прямая, челюсть чуть выдвинута вперёд. Рядом – двадцать его поединщиков. Ну и оператор, естественно. Куда без него. А ещё – те самые тяжелые штандарты, которые я видел на экране.

Знаете, что мне всё это напомнило? Там почти то же самое – свита, камеры, напряжённые лица, и два мужика, которые вот-вот будут ломать друг другу лица. Только музыки не хватало. И девочек с табличками «Первый раунд».

Хотя нет. Девочки у меня были. Только все какие-то шальные и немного япнутые на голову. Собрать бы из трёх одну нормальную. Жаль это так не работает. А болгарская орчанка, которая под это определение вполне подходила, предпочла остаться в Екатеринбурге.

Процедуру я в общих чертах знал – Варнес объяснил ещё вчера, между тренировкой печатей. Двое выходят и озвучивают имена. Каждая сторона называет судью – дарга, который будет следить за правилами. Судьи осматривают обоих участников дуэли. Потом активируют защиту. Потом – бой.

Просто? На первый взгляд, да. Если смотреть через трансляцию, сидя на диване и прихлёбывая пиво – тоже просто. Как и везде – сложно только тем, кто задействован в процессе.

Бараз шагнул вперёд первым.

– Хреш, – он коротко указал на одного из своих. – Он будет судьёй от меня.

Здоровый даже по меркам даргов. Лысый, с многократно сломанным носом, который полностью не зажил даже под воздействием врождённой даргской регенерации. И таким выражением лица, будто заранее недоволен тем, что ему предстоит. Молча вышел из строя, кивнул и встал слева от площадки.

– Фрос, – оглянувшись, я назвал имя дарга, который идеально подходил на эту роль.

Орк шагнул вперёд из строя. Вышел и занял позицию справа. Как будто всю жизнь этим занимался. Впрочем, зная его послужной – не удивлюсь, если он и с таким сталкивался.

Хреш и Фрос переглянулись. Коротко, оценивающе. Два дарга, каждый из которых должен был проследить, чтобы второй не подсунул своему подопечному что-нибудь запрещённое.

И приступили к досмотру.

Логика проста. Каждый судья проверяет противника своего бойца. Фрос идёт прохлопывать Бараза, Хреш – меня. Смысл понятен. Свой своего покрывать будет, а чужой – нет. Древняя система, работающая тысячи лет.

Что ищут? В первую очередь – огнестрел. Стволы на дуэли запрещены. В обычной жизни дарги к огнестрелу относятся отлично, но на поединке – нет. Нельзя. Традиция. Дальше по списку – яды, взрывчатка, стимуляторы. Всё, что может дать нечестное преимущество или превратить поединок в бойню.

Хреш подошёл ко мне. Окинул взглядом. Принялся прохлопывать. Букварь я в этот раз оставил с Гамлетом. Строго приказав хранить, пока не закончится поединок и я не заберу артефакт. А в случае моей гибели – решать, как с ним быть самостоятельно. Если быть до конца точным – предоставить такую опцию Йорику, Гоше и Арине. Разум хотел добавить к списку имён Фроса. Но слишком уж коротким был период нашего с ним знакомства.

Вот «ядерная бомба», купленная у Потапа, была на месте. Но такое формально не запрещено. Нет нигде запрета на странные штуки из-под Мглы, которые работают по непонятному принципу. Их даже не отследить ведь по сути. Это не магический артефакт.

Обыск они закончили через минуту. Обменялись взглядами, кивнули друг другу и двинулись к барьеру. К его разным сторонам.

Каждый держал в руке камень – тёмный, гладкий, размером с кулак. По периметру площадки я заметил ещё несколько таких же, вбитых в грунт на равном расстоянии друг от друга. Это базовая составляющая трёхкомпонентной системы защиты. Ещё две её части сейчас в руках у судей. Совместить – и готово.

Дарги остановились около периметра. Снова глянули друг на друга. Чуть помедлили. И совместили свои «ключи» с периметром – оба приложили свой камень к установленному.

Я почувствовал это раньше, чем увидел.

Воздух стал плотнее. Пространство вокруг площадки будто замкнулось, стянулось в кокон. Ощущение – как если бы кто-то аккуратно вырезал кусок реальности и запечатал его в банку. Никакого света, никаких спецэффектов. Просто мир за пределами площадки стал – другим. Отдельным. Чёткое такое ощущение. Которое очень сложно описать словами.

Барьер для поединков астральных воителей. Чтобы случайный выброс не уложил зрителей штабелями. Разумная штука. На боксёрских матчах такого не требуется. А здесь – ещё как. Легко можно зацепить своих же, если разойдёшься. Или «случайно» убить чужих.

Бараз стоял напротив. Метрах в пятнадцати. Расправив плечи и смотря на меня.

– Ну вот, – произнёс Бараз Бивень. Негромко. Но его голос прозвучал так чётко, будто он стоял в полуметре. – Теперь поговорим.

Я повернул голову.

Гоша. За линией барьера – метрах в двадцати. Гоблин орал. Я видел – рот открывается, руки машут, Сорк рядом тоже шевелит губами. По жестам было понятно – ушастик что-то спрашивает. Скорее всего какую-то херню. Но куда интереснее был иной факт. Я его не слышал. Ни звука.

Ни голоса, ни ветра, ни шелеста. Тишина за пределами барьера была абсолютной – мёртвой, непроницаемой. Такая бывает в глубокой медитации внутри медальона Варнеса. Когда мир полностью выключается и остаёшься ты один.

Зато голос Бараза внутри – кристально чистый. Каждое слово – как будто его озвучивают прямо в моё ухо.

Я повернулся обратно к даргу. Ну что ж. Значит, поговорим.

Бараз не двигался с места. Стоял в пятнадцати метрах. Уверенный – взгляд, как у человека, который точно знает, чем закончится разговор. Так и хотелось хорошенько въехать ему по морде, чтобы сбить спесь.

– Ты знаешь, зачем я здесь, – сказал он. Не вопрос. Констатация.

– Догадываюсь, – невозмутимо кивнул я.

– Ты подорвал авторитет клана, – продолжил Бараз, как будто зачитывая список покупок. – Вы с братьями едва не привели нас к катастрофе. Вытащили на свет то, что мы веками держали в тени. Едва не спровоцировали империю!

– Я понял, – перебил я. – Список длинный. Давай к сути.

Бараз замолчал, возмущённо на меня смотря. Секунда. Две. Потом – короткий кивок.

– Хорошо. Вот моё предложение. Ты приносишь мне вассальную присягу. Публично. Признаёшь меня главой, – он на секунду замолк, смотря на меня так, как будто я должен искренне радоваться предложению. – Всё, что ты создал – город, отряд, эти твои наёмники в Ереване – остаётся под твоим управлением. Но верховная власть – моя. Любое важное решение – через меня. Каждый шаг – с моего одобрения.

Я слушал. Молча. Внутри что-то шевельнулось – не ярость, скорее… удивление? Нет, не то слово. Изумление. Вот так точнее.

– А взамен? – спросил я.

– Взамен ты остаёшься жив. И при деле. Вместо того, чтобы лежать здесь мёртвым, – озвучил он, как само собой разумеющееся.

Знаете, в прошлой жизни я такое видел. Называлось «враждебное поглощение». Приходит крупная рыба к мелкой и говорит – отдай контрольный пакет, а я тебя оставлю генеральным директором. С зарплатой. Без права голоса. И будь благодарен, что не выкинул на улицу.

Соглашается – остаётся. Нет – скупают акции, доступные на рынке, с ноги врываются в совет директоров и начинают атаку изнутри. В конце концов производя захват.

Только там хотя бы деньги предлагали. И угрозы обычно были обоснованны. А тут – оборзевший дарг.

– Нет, – сказал я.

Бараз не удивился. Даже бровью не повёл.

– Подумай ещё раз, – чуть надавил он голосом.

Я покачал головой.

– Подумал. Ответ прежний, – положил я пальцы на рукоять меча.

– Ты совсем один, – Бараз чуть наклонил голову. – Твои люди – снаружи. Наставник – в безделушке на шее. Тебе не победить. Ни здесь, ни в большой жизни.

– Да что ты, – я усмехнулся. – До сих пор как-то справлялся.

– Тебе банально везло, – поморщился Бивень.

– Может быть, – пожал я плечами. – А может, дело не в везении.

Бараз сделал шаг вперёд. Не угрожающий – скорее, как лектор, который хочет донести мысль до тупого студента.

– Ты не понимаешь, что я тебе предлагаю. Это не унижение, а выход, – вы поглядите, да он похоже уверен в том, что говорит. – Ты сохраняешь всё, что построил. Работаешь дальше. Развиваешь. К тому же…

Он помедлил, рассматривая меня. Что-то подсказывало, это далеко не первые переговоры в жизни старого дарга. И сейчас он использовал старую, уже обкатанную ранее тактику.

– Я ведь не вечен, – протянул он. – Рано или поздно нам понадобится новый лидер. Почему им не стать тому, кто смог немного расширить нашу колею.

Мне сейчас показалось? Или он всерьёз предложил мне стать кем-то вроде его преемника. Не спорю – инструмент действенный. Им активно пользовались самые разные диктаторы. Но он же не рассчитывает, что я на это тоже куплюсь?

– То есть, ты пришёл меня убить, – медленно начал я. – А теперь намекаешь, что можешь сделать наследником?

– Я пришёл решить проблему, – поправил Бараз. – Как именно – зависело от тебя. Смерть – один вариант. Но молодой дарг, который за короткое время провернул нечто подобное… – он чуть прищурился. – Жаль терять такой потенциал. Даже если мне не нравятся твои методы.

Вот на этом месте я конкретно завис.

Не, ну серьёзно. Представьте картину. Стоят два дарга внутри барьера. Один – старый волк, который публично обвинил меня во всех грехах и вызвал на смертельный поединок. Второй – я. И этот волк только что сказал: «А давай ты станешь моим наследником. Ну, если согласишься сначала побыть моей марионеткой. Пару веков, не больше.»

Это даже не кнут и пряник. Это какой-то сюрреализм уровня «подпиши договор о продаже души, а мы тебе потом эту душу подарим».

– Ты понимаешь, – медленно произнёс я, – что если бы ты пришёл с этим предложением без камер, без дуэли, без всего этого цирка – мы бы могли поговорить?

– Мог бы, – согласился Бараз. – Но тогда это был бы разговор равных. А ты – не равный. Ты молодой выскочка, которому случайно повезло и теперь он решил, что ему всё можно.

Вот теперь я понял. Ему были нужны не только озвученные условия. Конечно, вассальная присяга и все формальности – важны. Но есть другая сторона. Баразу нужно, чтобы я сломался. На камеру. Чтобы весь Янтарь увидел, как молодой дарг, который посмел поднять голову, встаёт на колени перед старшим.

Одного не понимаю – неужели он думал, что я соглашусь. Будь на моём месте настоящий молодой дарг, он бы наверняка уже кинулся в бой. Постаравшись выложиться на полную, чтобы прикончить «деда».

– Тебе не нужен наследник, – покачал я головой. – Наёмный менеджер на полставки и с языком в жопе – да, требуется. Только вот, не сходить ли тебе нахер с таким предложением?

Бараз постоял. Подумал. Впервые за всю нашу беседу в его глазах блеснула вполне себе реальная эмоция – недовольство.

– Тебе всё равно конец. После такого – других вариантов нет, – Бараз повёл рукой в сторону – туда, где за барьером стояли камеры и дроны. – Весь этот цирк. Город под землёй. Старые технологии, которые ты выставил напоказ. Внимание, которого мы избегали веками.

Так. Только не говорите, что я ещё и какой-то тайный заговор даргов сорвал. Согласно которому, в один дождливый осенний день они должны были ворваться по подземному ходу в императорский дворец и всех там порешить. Ну или свалить все разом.

– Какие технологии? – всё это напоминало бред, который извергает безумный и тупой бомж, верящий в теории заговора. Тем не менее от вопроса я не удержался.

– Те, при помощи которых строились наши города, – хмуро уточнил Бараз. – Мы хранили их. То, что осталось от прежних времён. Записи о перемещениях между мирами. Карты дорог, которые, может быть, ещё существуют. Надежда вернуться туда, откуда мы пришли.

Я смотрел на него. Бараз говорил это серьёзно. Без иронии, без второго дна. Он реально верил в то, что нёс.

– Вернуться, – повторил я. – Куда?

– На родину. – глаза этого долбанутого гигантского орка сверкали уверенностью.

– Какую родину, Бараз? – я не сдержал нервного смешка. – Мы оттуда ушли сотни лет назад. Сами. Бросили всё и перебрались сюда. С чего ты взял, что там вообще что-то осталось?

– Ты не можешь этого знать. – Бараз качнул головой. – Возможно мы ушли не по своей воле.

– И ты не можешь. В том-то и дело. Может, там пустота. Или руины. Наши предки могли спалить мир, – вообще он мог быть и прав, если вспомнить мир «Лауры-116», но даже так – в месте прежнего обитания, сейчас точно никто не ждал даргов. – Ты же не думаешь, что где-то там живут наши родичи, которые радостно примут всех в свои объятия.

Бараз дёрнул челюстью.

– Даргам не нужны объятия! – рявкнул он. – Нам хватит и крови на клинках мечей!

– Ага. Всё так, – не удержался я от иронии. – Вот кстати говоря – те крохи знаний, что вы там веками хранили – это научные данные? Проверенные, задокументированные, с экспертизой? Или чертежи на бересте, сотню раз перерисованные?

– Мы сохранили то, что могли. – Голос Бараза стал глуше.

Понимаю. Никому не нравится, когда тебя тычут носом в глобальный косяк.

– И что вы с ними сделали? – я не отрывал от него взгляда. – Использовали? Развивали? Искали союзников? Передали кому-то, кто мог бы разобраться?

Молчание. Стоит, пыхтит и пялится на меня недобро.

– Вы спрятали это в сундуки и сели ждать, – продолжил я. – Ждать, пока в какой-нибудь изолированной общине вдруг родится гений, который всё соберёт воедино и построит портал обратно. Только вот гении не рождаются в гетто, Бараз. Им нужны совсем иные условия. Учителя. Контакт с внешним миром. А не закрытая орочья деревня, секретность и параноидальное недоверие ко всем, кто не свой.

– Что ты понимаешь? – оскалился в ответ Бивень. – Когда ты вообще успел таким словам научиться? Кто тебя учил?

Ну вот – уже чувствую в тембре голоса параноидальные нотки. Сейчас ещё чуть и начнёт меня обвинять. Не знаю пока в чём, но уверен – он придумает. Либо в том, что продался арикам, либо в работе на эльфов. Хотя как знать – может озвучит что-то поинтереснее банальных вариантов.

– Жизнь меня учила, – пожал я плечами. – И обстоятельства. Не поверишь, но в таких условиях быстро начинает работать мозг.

Скривился он так, как будто я ему что-то совсем непотребное сейчас сказал. Даже ответить вроде собирался – вон, рот открыл. Но передумал – тут же его захлопнул.

– Итак, – наконец произнёс он. – Твой окончательный ответ?

Вот значит, как. Сработала значит даргская ярость. Как только разговор пошёл не в ту сторону, сразу же решил его свернуть.

– Нет, – коротко бросил я.

Ну а что? Не соглашаться же. Мы сюда вообще вроде как сражаться пришли. А не вот это вот всё. Да и выбесил он меня сейчас знатно. «Повезло.» Классическая фраза неудачников, которые после первой неудачи руки сложили и успокоились. Потом встречают тебя, который семнадцать раз в землю втыкался с разной высоты, на восемнадцатый наконец что-то построив и такие «Не, ну с тобой понятно, чё. Повезло. Вот у меня ваще непруха». И противно от них, и жалко в чём-то, и оплеуху сразу отвесить хочется. Чтобы мозги включил. Ну или свалил нахрен и не докапывался.