Текст книги "Его звали Тони. Книга 9 (СИ)"

Автор книги: Александр Кронос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Гоша, естественно, не мог остаться в стороне. Запрыгнув Геоше на спину, вытащил револьвер и принялся дирижировать.

– Давай! Жги! – орал он. – Ритм! Мощь! Пафос!

Косуля качала головой в такт, как заправский металлист. Из ноздрей Кью всё ещё шёл лёгкий дымок – красные остатки фаера. Два мглистых создания посреди толпы протестующих. Одна светится изнутри, вторая играет на бочке. Сюрреализм чистой воды.

Арина снимала всё это с выражением абсолютного счастья на лице.

– Люди, – её голос дрожал от восторга. – Я не знаю, что происходит. Но это лучшее видео в моей жизни.

А потом Кью заметила щит.

Полицейский щит. Кто-то из протестующих отобрал его у «стражей порядка» и использовал как поднос – на нём лежали бутерброды и огрызки яблок. Щит стоял на перевёрнутом ящике, и пластиковая поверхность поблёскивала в свете костров.

Кью подошла. Понюхала бутерброды. Проигнорировала. И начала жрать щит.

Хруст пластика разнёсся по площади. Косуля методично откусывала куски – сначала край, потом середину. Кевларовые вставки хрустели у неё на зубах как чипсы.

– Видали⁈ – заорал Гоша, мгновенно переключившись с дирижирования. – Она жрёт систему! Буквально! Кто принесёт дубинку – тому автограф!

Толпа ревела от восторга. Сорк оттаскивал её в сторону. Я же лишь качнул головой. Знаете, как птицы жрут камни, чтобы они помогали пищу переваривать? Тут похожая ситуация. С той лишь разницей, что пластик в желудке косули скорее всего поплавится нахрен. И переработается.

В общем, за Кью я сейчас не переживал. Голова была забита другим.

Выборы. Нужно запустить процесс выборов представителей. Пока толпа на позитиве и видит во мне союзника – самое время.

Один только вопрос – как?

У меня в голове крутилось с десяток вариантов. Голосование поднятием рук? Слишком хаотично, не посчитаешь. Да и как считать? Где всех собрать? Кто будет решать, все собрались или нет. Выдвижение кандидатов от каждой расы? Начнутся споры, кто главнее и кого тут больше. Тут же вцепятся друг другу в глотки. Назначить лидеров самому? Ха. Тогда это уже не их выборы, а мои. Да и опять же – не станут меня слушать. Точно не все. А мне нужен вариант, который объединит протестующих полностью.

Ну и ещё один момент – до них всё ещё требовалось каким-то образом донести саму необходимость этих выборов. Хотя здесь, всё пожалуй просто. Меня вот только что осенило и теперь мысль кажется настолько очевидной, что даже странно.

Если начну их убеждать – они станут сомневаться. Рефлекс. Когда кто-то пытается тебя что-то обосновать, ты автоматически ищешь подвох. Даже если его нет.

Значит – не стоит убеждать. Просто двинуть это в массы, как свершившийся факт. А над тем, как определить своих представителей, пусть подумают сами. Вон сколько тут местных. Возможно у кого-то найдётся хорошая идея.

– Народ, – заговорил я, смотря в камеру. – Вопрос. Губернатор согласился на переговоры. Двадцать представителей от вас. Как вы будете их выбирать?

Пауза. Чат на секунду завис. Потом взорвался сообщениями. Предложения сыпались одно за другим. «Голосованием!» – «По расам!» – «Пусть старейшины решают!» – «Какие старейшины, дебила кусок, мы не в твоей деревне!»

И тут одно сообщение привлекло моё внимание. Длинное, с конкретикой.

«Разбиться по сотням. Каждая сотня выбирает одного. Эти люди бросают жребий, делятся на двадцать рандомных групп. Каждая выбирает представителя.»

Я перечитал. Хм. А ведь неплохо выглядит. Особенно, если прямо сейчас начать.

Схема не совсем уж простая, это да. Но реализуемая. За несколько часов можно управиться. И главное – если делать всё прямо сейчас, на глазах у всех, под камерами – всё будет прозрачно. Да и времени на подготовку махинаций ни у кого не будет.

– Вот это, – я ткнул в сообщение, переслав его в чат от своего имени и закрепив. – Что думаете?

Чат снова взорвался. Но теперь – в основном одобрением. «Норм!» – «Пойдёт!» – «Давай так!» – «Сотни, говоришь? Ща организуем!»

Я посмотрел на толпу вокруг. Сотни людей, орков, гоблинов, эльфов. Тролли на заднем плане. Костры, плакаты, перевёрнутые машины. Вон какой-то ушастик на стене граффити малюет. И как только держится. Да ещё и без страховки на такой высоте. Япнется – не соберут.

Ладно. Это его заботы. Моя – процесс.

– Тогда давайте так и сделаем, – сказал я. – Разбивайтесь на сотни. Кто может – запускайте стримы. Пусть все видят процесс. Каждый шаг – под камерами. Никаких закрытых сходок. Полная прозрачность.

Тррок поднял свой гигантский планшет.

– Слышали? – его бас прокатился над толпой. – Рразбиваемся. Культурррные трролли – следим за порррядком. Кто будет мухлевать – ломать головы.

Толпа зашевелилась. Начала сбиваться в группы. Кто-то уже считал по головам. Другие запускали трансляции на телефонах. В моём чате появлялись ссылки – один стрим, второй, третий, десятый. Вот уже за тридцать перевалило.

Похоже, я только что запустил первые честные выборы в истории империи. Теперь главное – чтобы меня за них не расстреляли.

Глава XX

Адреналин – та ещё сволочь. Пока он бурлит, ты чувствуешь себя титаном. Можешь свергать губернаторов, поднимать народ на баррикады и танцевать на костях несогласных. Но стоит ему схлынуть – превращаешься в выжатый лимон.

Приблизительно так я себя сейчас и ощущал. Как выяснилось – усталость бывает даже у даргов.

Мы всё ещё были в Подречье. Топали по улицам в глубине района. Я впереди, рядом Арина в брюках и белой рубашке – удивительно чистых для этого места. Блонда продолжала вести стрим с телефона. Я же свой вырубил ещё минут десять назад.

– Народ, я остаюсь с вами! – говорила она, обращаясь к экрану. – А Тони сейчас в режиме дзен. Осмысливает судьбы Империи. Помаши ручкой большой зелёный орк.

Я помахал. Улыбнулся в камеру.

– О, – улыбнулась Арина. – Какие горячие фото полетели. Дамы, не старайтесь, Тони всё равно сейчас комменты не смотрит. Подождите, пока снова трансляцию начнёт и тогда закидывайте уже нюдсами.

Может сейчас запустить? Глянуть, отвлечься, все дела. Хотя не – мне ж потом потрогать захочется. А как я до них через сеть дотянуться?

Выборы «делегатов» закончились. Схема с «сотнями» сработала на удивление гладко – когда у разумных созданий есть общая цель и общий враг, всё вообще становится куда как проще. Делегаты уже погрузились в автобус и в сопровождении Ратковых укатили в центр – общаться с губернатором.

А я вот остался здесь. Официальная версия – «Доверяю народу и не хочу давить авторитетом».

Реальная – я не хотел становиться стороной конфликта. Вмешаться, растолкать всех плечами и заставить стороны договариваться, это одно. За такое мне в целом даже спасибо скажут, если кто-то из имперского правительства свой столичный взор в эту сторону бросит. Конечно, если этот «кто-то» окажется адекватным. Что совсем не факт.

Вот только, если я влезу в сам процесс, легко получить обвинение в меркантильности. А там недалеко и до мысли – «может он всё это специально устроил». Знаю я, как у этих типов мозги работают. Там такие узкие каналы восприятия, что проходи они нормальные психологические тесты – почти всех от работы бы отстранили к хренам.

Поэтому сейчас я шагал по улицам Подречья. Переступал лужи и обходил завалы строительного мусора. Ещё – мечтал о банке ледяного пива. Лучше двух. И сардельках. Правда вокруг была только серая грязь, запах гари и разруха. Ни одного магазина.

Позади тяжело шагал Тррок. Тот самый командир отряда «культурных троллей». Смотрелось это, к слову, весьма эпично.

Он весил около тонны. Земля натурально вибрировала с каждым шагом. Тррок не потерял интерес к политике – он просто двигался рядом с теми, кто её определяет. И судя по тому, как поглядывал на меня, видел во мне лидера, способного куда-то привести. Сложно сказать, что там творилось в его громадной башке, но участвовать в выборах он не стал. Не, делегатом избрался. А потом, внутри своей группы проголосовал за другого тролля, которого по итогу и отправили к губеру.

Сначала Тррок топал рядом и даже вёл трансляцию. Но минуту назад отстал – заинтересовался косулями, которых так и вели следом ушастики. Я вот сейчас даже оглянулся. Посмотрел на идущего тролля и едущего рядом с ним верхом Гошу.

Разница в масштабах была колоссальной. Гоблин весил килограмм пятьдесят. Тррок – в двадцать раз больше. Ну или в шестнадцать. Даже наши мглистые косули – семьсот-восемьсот килограмм живого веса – казались рядом с ним не такими уж и крупными.

Тррок наклонил массивную башку, рассматривая Гошу сверху вниз.

– Хрррм, – прогудел он, и от этого звука у Гоши затрепетали уши. – Мелкий. Но такой гррромкий.

– Чё вылупился? – Гоша задрал подбородок, уставившись на него в ответ. – И я не мелкий ваще-т! Компактный, злой и экономный!

Тррок моргнул. Что-то пробурчал. Потом, потеряв интерес к гоблину, перевёл взгляд на Геошу, которую под уздцы вёл Сорк. И протянув руку, вдруг принялся чесать её за ухом.

Косуля замерла. Потом её глаза закатились от удовольствия, а ноги начали разъезжаться – тролльей лапы она выдерживала с трудом.

– Э! – возмутился Гоша. – Эт моя косуля! Без разрешения не лапать!

Тррок его благополучно проигнорировал. Геоша издала звук, похожий на довольное урчание. Кью задумчиво уставилась на происходящее красными глазами.

– Катастрофа, – констатировал Сорк. – Наш тяжёлый транспорт нарвался на тролля.

Из-за происходящего мы и правда были вынуждены притормозить. Но вмешиваться не пришлось – уже секунд через десять Тррок убрал свою лапищу. Получив свою порцию популярности на трансляции Арины.

Кстати. Я же не сказал, зачем мы тут ходим, да? Так вот – исправляюсь. Народу мы тут показываемся. Демонстрируем, что большой дарг это не шутка и не продукт азиатских нейросетей, которого придумали коварные марсиане, живущие в ядре своей планеты. Утрирую, конечно. Однако, что Ратковы, что местные лидеры, просили меня прогуляться по району. Когда к уговорам подключилась Арина, я всё-таки сдался.

Тррок достал из-за пояса свой гигантский планшет – хреновину размером с небольшой стол. Глянул на экран.

– Хрррм. Брратья пишут, – он ткнул пальцем и планшет жалобно скрипнул. – Парратруль. Всё спокойно.

А вот это было любопытно. У «культурных троллей» оказался свой чат. Через который Тррок координировал патрули. Надо будет потом попросить его меня добавить.

– Тони! – окликнул меня кто-то со стороны.

Я обернулся. К нам приближалась старушка-орчанка – сухонькая, сморщенная, но с цепким взглядом. В руках она держала что-то вязаное.

– Возьми, сынок, – она сунула мне шарф. – Сама связала. Носи на здоровье.

Шарф пах нафталином. И ещё чем-то непонятным. Но старушка смотрела так, что отказаться было невозможно. К тому же рядом была Арина, которая снимала весь процесс на видео.

– Благодарю, – я принял подарок.

Не успел договорить, как Кью вытянула шею и схватила край шарфа зубами. Едва успел выдернуть.

– Эй! – старушка всплеснула руками. – Это подарок!

– Ну ты чё? – посмотрела на Сорка Арина. – Телефон же сдох! Держи дистанцию.

– Нарушение права собственности, – буркнул Сорк, дёргая Кью за повод. – И моих рабочих прав. Ещё и страховки нет. Эксплуататоры.

Старушка-свенга прищурилась. Глянула на меня с уже совсем другим выражением. И внезапно выдернула шарф, посеменив прочь.

Ну ладно. Не очень-то и хотелось. Не догонять же её. Хотя… Шарф вообще приятный на ощупь был…

Я обернулся к Сорку, намереваясь озвучить ему всё, что думаю о подобных фокусах. А из-за угла донёсся звук мотора.

Старый, убитый, чихающий двигатель. Кашель. Скрежет. Что-то там явно отваливалось с каждым оборотом.

Из переулка выкатился грузовик. Древняя колымага с облупившейся краской и бортами, на которых кто-то размашисто намалевал: «ПОДРЕЧЬЕ ЖИВЁТ!» и «НЕ КОРМИТЕ БЮРИКОВ – КОРМИТЕ ЛЮДЕЙ!». А сбоку, явно совсем свежее – «КУЛЬТУРНЫЙ ДАРГ ОДОБРЯЕТ».

Я хмыкнул. Вот это скорость. Мемы на грузовиках.

Из кузова тянуло запахом горячей еды. Мясо, свежий хлеб, какие-то соусы – я почуял это даже на расстоянии. Даргский нос – штука чувствительная.

– О! – Арина навела телефон на грузовик. – Народ, смотрите! Гуманитарка приехала! Это вам не бюрократия, это реальная помощь от реальных людей!

– ЖРАТВА! – Гоша среагировал быстрее, чем я успел моргнуть.

Он ударил пятками Геошу. Косуля рванула с места, и через секунду гоблин уже перегородил дорогу грузовику, размахивая револьвером.

– СТОЯТЬ! ТАМОЖНЯ! – уверенно заорал он. – ПРЕДЪЯВИТЬ СОСИСКИ!

Тощий гоблин в очках, сидящий за рулём ударил по тормозам. Но Геоша оказалась слишком близко к капоту.

Мглистые твари и техника не дружат. Косули надёжно глушат любую электронику и всё, что держится на честном слове. А в этом грузовике она всё же была.

Двигатель дёрнулся и заглох. Из-под капота повалил пар.

– Ты чё творишь, шмагл охреневший⁈ – водитель высунулся из окна. – Я заглох!

– А ты чё на такой помойке ездишь⁈ – Гоша гарцевал перед бампером, не убирая револьвер. – Уважай власть!

– Это гуманитарка! – заорал водитель. – От Палаты Малых Промыслов! Наши из города собрали! Для голодающих!

– Вот и давай сюда! – Гоша протянул свободную от револьвера руку. – Я голодающий!

– Ты⁈ – водитель аж поперхнулся. – Да у тебя морда такая, что лопнет щас! Щёки вон какие! Это для тех, кто реально не жрал!

Гоша задохнулся от возмущения.

– Какие щёки⁈ Ты чё, скотина? – он уставился на собеседника. – Я стройный подкачанный красавец в расцвете сил!

– Угу. Красавец, – заржал шофёр. – А это что у тебя на роже? Не щеки?

– Это боевой запас! – яростно отчеканил Гоша. – Тактический резерв!

– Ещё кому втирай! – оскалился на него водитель. – Вали отсюда, морда сытая!

– Я голодная морда ваще-т! – не стал отступать Гоша. – Мы дворец губера вашего штурмовали! Проголодались!

– Вот там и жрать надо было, – огрызнулся коротышка из кабины. – Погоди-ка… Какой ещё дворец? Ты ваще кто?

– Незаконный досмотр транспортного средства, – пробурчал Сорк рядом со мной. – С другой стороны, водитель не предъявил накладные. Вдруг там тоже что-то незаконное.

– И кто пррав? – опустил на него взгляд заинтересовавшийся Тррок.

– У кого пушка больше, – вздохнул гоблин. – Или связи круче.

Арина происходящее тоже естественно заметила.

– Народ, зырьте! Два гоблина делят гуманитарку! – комментировала девушка. – Это прям символ нашей экономики, залетайте в комменты!

Вообще, сейчас знаковое событие произошло. Этот грузовик – симптом. Палата Малых Промыслов – торговцы, лавочники, ремесленники. Не богачи, но и не нищие. Реальный бизнес. Не тот, что сидит на имперских контрактах и бюджетных деньгах. Эти реально вкалывают. Мечтая только об одном – лишь бы бюрики слезли с шеи, на которой тем так хорошо сидится. И не мешали работать. Если они собрали еду для Подречья – значит, волна в Ярославле и правда взметнулась мощная. Ни хрена не локальная.

Тррок достал свой планшет. Глянул на экран.

– Хрррм, – буркнул тролль. – Новости.

– Какие? – покосился я на него.

– Дрругой рррайон, – медленно проговорил гигант. – Тоже выбиррают. По твоей схеме.

Я подошёл ближе. На экране мелькали картинки стримов, которые пролистывал тролль – десятки, может сотни. Заголовки: «ВЫБОРЫ В ЗАРЕЧЬЕ», «ЮЖНЫЙ ТРЕБУЕТ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА», «СХЕМА ТОНИ РАБОТАЕТ».

Ну ни хрена ж себе.

– О! Народ! – Арина тоже заметила текст на экране тролля и уже успела глянуть новости на своём телефоне. – Смотрите что творится! Заречье уже голосует! Тоже отправляют делегатов к губернатору! Это прям цепная реакция!

Именно. Я придумал схему для одного района – теперь она расползается по всему городу. Каждый район хочет своих представителей. У всех свои проблемы, коррупция и счёты с властью. Теперь все они видят, что можно не просто орать – можно организоваться. Перед глазами есть наглядный пример.

Интересно, губернатор уже понял, во что вляпался? Вместо одной делегации из двадцати человек он скоро получит десяток. А потом ещё. И все будут требовать переговоров.

Я усмехнулся. Иногда достаточно показать, что можно. Остальное люди делают сами. Вернее, разумные. Вот вроде давно тут, а всё никак не привыкну, что нельзя использовать слово «люди» для обобщения. Расизм ж получается. И оскорбление.

Перепалка у грузовика тем временем достигла апогея. Водитель уже вылез из кабины и тыкал пальцем в Гошу. Гоша тыкал в ответ – револьвером.

Тррок вздохнул. Убрал планшет. Подошёл к грузовику.

Когда к вам приближается тролль в тонну весом, конфликты имеют свойство рассасываться. Тррок положил ладонь на капот, из-за чего машина жалобно скрипнула. Посмотрел на спорщиков.

– Тихо Хрррм, – прогудел он. – Не шумите мелкие. Еда для всех.

Гоша открыл рот. Закрыл. Водитель сделал шаг назад.

– Пррроезжайте, – Тррок кивнул на кузов. – А этому, – он ткнул пальцем в Гошу, – один ящик. Чтоб не оррал.

– Эй! – возмутился Гоша. – Почему один⁈

– Ты мелкий, – смерил его взглядом тролль. – Хватит.

Спорить с ним Гоша не стал. Через минуту уже сидел на Геоше, прижимая к груди настоящий ящик с едой. Судя по запаху – сосиски, картофель и свежие булки. А может и нет. Вообще, я голодный похоже – желудок на запахи сразу же отреагировал.

Тррок тем временем упёрся в задний бампер грузовика и толкнул. Машина покатилась. Двигатель чихнул и завёлся.

– Жри, не обляпайся! – крикнул водитель Гоше, уезжая. – Голодающий!

– Знал я одного гоблина, который тоже кричать любил – Философски изрёк Гоша, посмотрев на коротышку. – Тоже водилой был. Грузовик водил. Так его тот самый Грузовик и сожрал.

Водитель, судя по выражению лица не понял. Но самого Гошу это вовсе не расстроило. Проводив взглядом уезжающую машину, он повернулся к нам.

– Ну чё, – вздохнул гоблин. – Это было тяжело, но еды я добыл. Вы как ваще? Жрать-то будете?

Арина опустила телефон. Клацнула по экрану. Убрала устройство в карман брюк.

– Фух, – выдохнула она. – Контент огонь, но я реально вымоталась. Тони, давай реально где-нибудь упадём? Едой пахнет так, что у меня слюна щас капать начнёт.

Возражений у меня не имелось. Так что мы нашли относительно целый участок асфальта, положенного ещё в то время, когда тут был небоьшой район. Вокруг горели костры в бочках. Пахло дымом, едой и чем-то горелым. Местные сидели группками, разговаривали – обсуждали последние новости. Некоторые уже по мелочи баловались алкоголем. Но таких к счастью было совсем немного. Да и заметив Тррока, большинство тут же свалило в закат. На нас посматривали – кто с восторгом, кто с опаской, кто просто с усталым любопытством. Но лезть никто не рисковал.

А, нет. Ошибочка. Вон – хреначит уже один. Тощий орк с бегающими глазками и подозрительным свёртком под мышкой.

– Брат! – он присел рядом, оглядываясь по сторонам. – Брат, есть предложение!

– Я занят, – сказал я, посматривая на ящик, который уже вскрыл Гоша.

– Две минуты! Только две! – он развернул свёрток. Внутри оказался… кусок асфальта. Грязный, с прилипшим ломтиком огурца. – Видишь это? Знаешь, что это?

– Мусор? – уточнил я.

– Реликвия! – мужик прижал камень к груди. – На этом самом месте я стоял, когда ты ментально унижал губернатора! Энергетика – бешеная! Приложишь к больному месту – геморрой рассосётся! Простатит уйдёт! Жена вернётся!

– У меня нет жены, – пожал я плечами.

– Заведёшь! – не растерялся он. – С такой реликвией бабы штабелями лягут! Пятьсот рублей – и твоя!

Сорк, который слышал весь разговор, тут же оживился.

– Нелицензированная торговля сувенирной продукцией, – забубнил он. – Плюс ложная реклама медицинских свойств. По совокупности – расстрел.

– Триста! – мужик снизил цену. – Ладно, двести! Да забирай за сотку, брат, мне на опохмел надо! Душа болит, трубы горят! Ну? Берёшь?

– Шёл бы ты отсюда, – посоветовал я.

Мужик вздохнул. Бережно завернул свой асфальт и потрусил к следующей группе. Через десять секунд в стороне вновь зазвучал его голос: «Реликвия! Энергетика бешеная!»

Гоша, который на торговца даже не взглянул, времени зря не терял – вскрыл ящик и раздавал порции. Упакованные контейнеры – пюре, котлеты, сосиски. Не сардельки, да. Однако пахло так, что желудок снова заворчал.

– Держи, шеф, – Гоша сунул мне контейнер. – Ты ж с утра ничё не жрал…

Я взял. Открыл. Пюре с котлетой. Горячее. Ну, тёплое по крайней мере…

– А пива нет? – спросил я без особой надежды.

– Не-а, – Гоша помотал головой. – Но есть молоко. Там, – он махнул рукой куда-то в сторону, – целые ящики стоят. Какая-то молочная сеть привезла целую колонну. Сорк!

– Чё надо? – отозвался гоблин, который тоже забрал свою порцию.

– Притащи молока, – глянул на него Гоша. – Чё зыришь? Давай, в темпе!

– Я те чё, грузчик? – возмущённо заявил ушастик. – Это эксплуатация творческой интеллигенции, скотина ты капиталистическая!

– Чё? – медленно повернул голову. – Интергент-хреноргент! Щас как в колено пальну! Ты даж не пишешь ничё! И музыку не сочиняешь! Какой ты в жопу интерегент? Давай тово-этово, не интегралься!

Арина не выдержала – зашлась хохотом, едва не упав на асфальт.

– Фиксирую дискриминацию и буллинг, – вздохнул Сорк, всё же топая в указанном направлении. – А ещё переработку.

Пока Сорк мародёрствовал в поисках молока, Гоша занялся геополитикой. В смысле – налаживал связи с местным населением женского пола.

Целью стала орчанка у соседнего костра. Светло-зелёная кожа, короткая стрижка, крепкая фигура – из тех, что говорит: «Могу сломать тебе позвоночник, но нежно». Она сидела спокойно, как пантера на отдыхе. Лениво поглядывая в нашу сторону.

Форматная, между прочим. Не модельная красотка, но что-то в ней было. Дикая спокойная уверенность.

Гоблин Апокалипсиса, чей радар на противоположный пол работал даже в эпицентре ядерного взрыва, поднялся на ноги сразу, как поймал её взгляд. Секунда и уже стоит, фуражку поправляет. А потом топает прямо к девушке.

– Гоша, – Арина подняла глаза. – Это третья за сегодня. Спидранишь личную жизнь?

– Я дарю радость! – пафосно заявил гоблин, не оборачиваясь. – Я – переходящий приз этого мира!

– Ты переходящая инфекция, – парировала Арина. – Кринж на ножках.

Орчанка, что интересно, не послала коротышку сразу. Смерила его взглядом – с лёгкой иронией, но и с интересом. Видимо, наглость в этих краях ценилась выше, чем рост. Гоша что-то выдал, размахивая руками. Она рассмеялась.

Кажется, контакт налаживался.

Тррок, бросив взгляд в сторону гоблина беседующего со свенгой, опустился рядом со мной.

– Хрррм, – он устроился поудобнее, насколько это возможно для тонны мышц и костей. – Устал.

– Все устали, – согласился я, жуя котлету.

Несколько секунд мы молчали. Тррок смотрел на костры, на людей вокруг. Потом достал планшет и глянув на экран, убрал обратно.

– Ты откуда сам? – спросил я.

– Хрррм? – он повернул ко мне массивную голову. – Из губерррнии. Тррролья община. Три дня пешком отсюда.

– Родители там? – поинтересовался я.

– Да. И бррат. И сестррра, – он помолчал. – Хорррошее место. Тихое. Но… маленькое.

– Поэтому уехал? – очевидный вопрос, однако беседу как-то поддерживать требовалось.

Тррок кивнул. Медленно, основательно.

– Хотел в Вольный Горрод, – в голосе гиганта, кажется послышалась печаль. – Посмотрррреть. Может остаться.

– А чё не поехал? – вклинилась Арина, которая расправлялась уже со второй котлетой. – Вольные троллей вроде пускают нормально.

– Денег не хватило, – он вздохнул, и от этого вздоха у меня волосы шевельнулись. – Билеты дорррогие. Для тррроллей – специальные вагоны. Усиленные. Дорррого.

Я представил. Обычный вагон и тонна живого веса. Ну да, логично. Тут или в грузовом везти, что никак не вяжется со стандартами пассажирских перевозок, или что-то специальное под них прорабатывать.

– И ты остался в Ярославле? – озвучил я ещё одну очевидную реплику.

– Да. Рррработал. Грррузчиком сначала, – тяжело вздохнула эта гора мышц. – Потом охррраной. Ну и…

Он замолчал. Я ждал. Молча поглощая пюре – реально оказался голодным.

– Потом начал снимать, – продолжил он. – Показывать дрругим.

– Что показывать? – вот на этом моменте я заинтересовался.

– Что можно… Ну… Что не обязательно… – он замолк, подбирая слово, – … сидеть в общине. Можно пррробиться. Даже если рррродился в селе.

Арина приподняла бровь.

– То есть ты типа тролль-инфлюэнсер? – в глазах девушки заплескался профессиональный интерес. – Мотивационный контент?

– Хрррм, – Тррок посмотрел на неё. – Не знаю таких слов. Но… да. Наверрное.

Вот уж не думал, что забросив в массы идею «культурного дарга», получу такой отклик. Я вообще о таком не размышлял.

И вот сидит тролль, который увидел это и подумал: «А почему не мы?»

– «Культурные тролли», – начал я. – Это твоя идея?

– Моя. И ещё нескольких, – Тррок чуть наклонил голову. – Нам… понрравилось. Что ты делаешь. Показываешь, что можно по-дрругому.

– И вы решили собрать отряд?

– Сначала – для этого, – он кивнул в сторону улицы. – Для… штуррма. Прорррвать полицию. Пррройти в центррр.

Я аж есть перестал.

– Штурмовой отряд троллей? – чтобы посмотрел в глаза Тррока, пришлось поднять голову. Так вот значит, как чувствуют себя гоблины, когда со мной говорят.

– Да, – кивнул он. – Нас тррридцать тррри. Все готовы были.

Тридцать три тролля. Не все по тонне весят, конечно. Тем не менее, таких там несколько. Я представил эту картину – и мне стало почти жаль полицейских.

– Но не пришлось в итоге, – задумчиво сказал я.

– Не пррришлось, – согласился Тррок. – Перрремирие. Трррансляция. Выборы. Мы остались… патррулировать.

Сорк вернулся с ящиком молока. Поставил рядом. Уперся руками в бока. Выдохнул. Покосился на Гошу, пальцы которого уже лапали зад орчанки. Шмыгнул носом.

– Я может тоже хочу учинить бунт, – заявил ушастик, поворачивая ко мне голову. – Шеф, можно? Осторожный. Даже жечь ничё не буду.

– Бунты под запретом, – качнул я головой, беря стеклянную бутылку молока. – Отдыхай давай лучше.

Тррок глянул на ящик молока. Снял со своего пояса фляжку. Открутив крышку, сделал большой глоток. Вернув её на место, повернулся ко мне.

– Ты… стррроишь город, да? – пробасил он. – Под землёй. Я слышал.

– Правильно слышал, – кивнул я. – Подземный город. Горная цитадель культурных даргов.

– Хрррм, – Тррок задумался. – И там… всем рррады?

Я посмотрел на него внимательнее. Именно такой концепт я и выкатил на публику. Но он же сейчас о переезде говорит. Причём, вероятно не только своём.

– Всем, кто готов работать и не создавать проблем, – сказал я. – Орки, гоблины, люди, эльфы.

– А тррролли? – напрямую уточнил он.

– Им тоже рады, – я чуть наклонил голову. – Есть конкретный интерес?

Тррок помолчал. Арина, которая делала вид что не слушает, навострила уши. Даже Сорк перестал возиться с бутылками.

– Были мысли, – наконец сказал Тррок. – У меня. И у дрругих.

– Переехать?

– Может быть, – он снова замолчал, подбирая слова. Говорить много ему явно было тяжело. – Мы… обсуждаем. Отррряд. Куда идти. Что делать дальше.

– И один из вариантов – ко мне? – оценивающе посмотрел я на него.

– Да, – коротко подтвердил тот.

Я отхлебнул молока. Тридцать три тролля. Это не просто «рабочие руки». Это три десятка ходячих танков. Каждый весом с легковушку и силой, способной проломить стену. При этом – организованных. С лидером. С общей идеей. Если их ещё и вооружить нормально…

Это, япь, ресурс.

– Решение ещё не прриняли, – добавил Тррок, видимо истолковав моё молчание как сомнение. – Отррряд решает вместе. Но… я хотел знать. Есть ли место.

– Место есть, – сказал я. – Для троллей – тем более. Там под землёй залы такие, что вы в полный рост ходить будете. Строили на века.

Тррок кивнул. Издал гортанный звук.

– Хорррошо, – пророкотал он. Передам дрругим.

– Только учти – у нас там не санаторий. Работы много. Порядки жёсткие. И врагов хватает.

– Хрррм, – он почти улыбнулся. Ну или оскалился так. – Вррраги – это хорррошо. Будет кого… Культуррно воспитывать.

Арина фыркнула.

– Тррок, ты прям на правильном вайбе, – посмеялась блонда. – Реально.

– Спасибо, – серьёзно ответил тролль. – Ты тоже. Хрррм. Громкая. Но… крутая. И жопа. Ничего. Для человечки.

Сорк поперхнулся котлетой. Я заржал. Арина почему-то слегка покраснела. Вон, отвернулась в сторону даже.

Отсмеявшись, я мельком глянул на Гошу, который вроде добился успехов на личном фронте. Орчанка смеялась – не иронично, а вполне искренне. Гоша размахивал руками, явно рассказывая какую-то героическую историю. Судя по жестам – про штурм резиденции губернатора. Или подпаленную драконью жопу. Либо дворецкого и официантку, с которыми мы столкнулись в шахматном клубе. Если подумать – рассказать он может много всего.

– Как думаешь, – спросил Сорк, проследив за моим взглядом, – она ему поверит?

– Во что именно? – покосился я на него.

– Что он в одиночку разогнал полицейский кордон, – вздохнул ушастик. – Смёл охрану губернатора и выпорол его ремнём на площади.

– Гоша способен убедить кого угодно в чём угодно, – сказал я. – Это его суперсила.

– Нарушение закона о рекламе это, – Сорк покачал головой. – Введение потребителя в заблуждение.

Хмыкнув, я дожевал последний кусок котлеты. Глянув на тролля. Потом сделал большой глоток молока.

Вокруг было почти спокойно – костры потрескивали, люди негромко переговаривались, где-то тихо играла гитара, под которую кто-то пел. Усталость, но не безнадёга. Скорее – ожидание. Все ждали новостей от делегатов.

Хороший момент. Тихий. Такие надо ценить.

Они обычно заканчиваются.

– ТОНИ! – раздалось откуда-то из толпы. Ну не настолько же быстро, сука, заканчиваются!– ГДЕ ТОНИ⁈

Я повернул голову. Кто-то расталкивал людей, пробираясь к нам. Маленький. Быстрый.

– ДАРГ! МНЕ НУЖЕН ДАРГ!

Детский голос. Срывающийся на визг.

Толпа расступилась, и я увидел его. Мальчишка. Лет десять или чуть больше. Грязный, в одном кроссовке, лицо перемазано сажей. Глаза – огромные, перепуганные, с красными прожилками.

Бежал он, понятное дело, прямо ко мне.

* * *

Тони передаёт большое даргское спасибо всем, кто остаётся с ним и его командой) Йорик желает каждому дойти до нового горизонта. Ну а что сейчас показывают читателям мужского пола орчанки, вы можете догадаться сами)

Традиционное фото Гоши – завтра)

Зато уже есть следующая книга. Вот здесь: /reader/544649