Текст книги "Мама для наследника альфы (СИ)"

Автор книги: Алекса Никос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц)

Глава 12

Вопреки моим ожиданиям, территория стаи, куда меня привели оборотни, напоминала не старую деревеньку, а, скорей, элитный коттеджный посёлок. Я думала, что увижу бревенчатые дома, стоящие посреди леса, кур, коз и прочий домашний скот, но оказалось, что оборотни и каменное строительство освоили, и живут весьма не бедно.

– Ты выглядишь удивленной, – замечает Брендон.

– Не ожидала такого размаха, – честно отвечаю ему, рассматривая большой кирпичный особняк, за высоким забором, стоящий чуть в отдалении от остальных домов, – Вон тот, твой?

– Ты догадливая, – улыбается Брендон.

Фыркаю в ответ. Тут сложно было не догадаться, особняк выглядит самым роскошным, занимает огромную  территорию, выстроен в самом удобном месте. Кому, как не альфе, жить в таком?

Остальные дома, кстати, тоже выглядят не бедно. Хотя и просматривается некое классовое расслоение, но сильно в глаза не бросается. Все ухоженные, достаточно большие и не выглядят ветхими или запущенными. Единственная разница между ними – в материалах, этажности и цвете. Пока продвигаемся по каменной дороге к особняку, отмечаю, что самые большие и красивые коттеджи, построены близко к дому альфы. Чем дальше от главного особняка клана, тем беднее коттеджи. Теперь понятно, по какому принципу здесь расселяются. Видимо, особо приближённые, всегда должны быть в доступе у альфы.

– Надеюсь, что мне достанется дом недалеко от детского сада? Не люблю много ходить, – интересуюсь у Брендона. В ответ получаю озадаченный взгляд, который переходит в хмурый.

– Недалеко. Ты будешь жить в моём доме, – твёрдо отвечает он. От неожиданности останавливаюсь. В его доме? Он серьёзно? Да я боюсь оставаться с ним наедине, дольше, чем на несколько минут. А тут жить вместе! – Чего ты застыла? Идём.

– Брендон, я не буду жить в твоём особняке, – спокойно отвечаю я.

– Будешь. Я хочу, чтобы мой сын жил со мной. Или ты его бросишь? – сквозь зубы цедит он. А вот это он зря. Бьёт по самому больному, понимает, что не оставлю ребёнка одного.

– Не имею привычки бросать детей. Это, скорей, твоя прерогатива, – холодно говорю ему.

– Рина… – угрожающе рычит Брендон.

– Да хватит вам ссориться! – прерывает нас Алекс, – Арин, я тоже живу в особняке. Не переживай, места много, выделим вам с Ником комнаты рядом.

– Спасибо, – благодарно улыбаюсь ему. Надеюсь, что наши комнаты будут далеко от комнаты Брендона.

Когда заходим на территорию особняка, миновав черные глухие ворота, восхищенно ахаю. Перед глазами предстаёт ярко-зелёная ухоженная лужайка, красиво оформленные цветочные клумбы, несколько скульптур из кустарников, изображающих волков. Трехэтажный особняк из белого кирпича выглядит приветливым, с виду не скажешь, что в нём живут оборотни. Серая черепичная крыша, окна с тёмными рамами, двойная чёрная входная дверь со вставками из стекла. К двери ведёт несколько белых же ступеней с черными металлическими перилами, украшенными замысловатыми узорами. С двух сторон от двери стоят большие каменные вазоны с розовыми мелкими цветами, пышно обрамляющими листья, что свисают по краям вазона, почти до самой земли. Металлические фонари подвешены на стенах так, чтобы освещать крыльцо и входную дверь. Наверное в темноте, их свет создаёт уют.

Дверь дома распахивается, на пороге появляется хрупкая маленькая блондинка с голубыми глазами. Волосы подстрижены в аккуратное каре, лёгкий сарафан не скрывает ни аппетитную грудь, ни стройные ноги. Взгляд восторженно-восхищенный.

– Брендон, ты вернулся! – радостно восклицает она и бежит по дорожке, по направлению к нашей компании.

"Да кто она вообще такая? Сестра" – раздраженно смотрю на то, как она повисает у Брендона на шее и смачно целует его в губы, – "Точно не сестра". Почему-то этот факт меня бесит. У него тут какая-то девица живёт, а он ребенка в этот дом тащит. Да какого чёрта я должна наблюдать, как они тут лобызаются? Фыркаю, поворачиваюсь к Алексу, что держит на руках Ника:

– Пойдём, не будем мешать влюбленным. Ведь они так долго не виделись, надо насладиться встречей сполна, – ядовито говорю ему. Вижу, что он старается скрыть улыбку.

– Пойдём, покажу какие комнаты свободны.

– Надеюсь, что они будут далеко от гнезда разврата вашего альфы. Не хочу, чтобы ребёнок ночами слушал, как его папаша очередную самочку приходует, – недовольно бурчу я. Нет, это не ревность. Просто противно смотреть. Встряхиваю головой и прохожу в дом, вслед за Алексом.

Большой холл, практически пустой, не считая нескольких интересных статуэток и вешалки для одежды, светлые стены, потолки и пол. Виднеется несколько тёмно-коричневых дверей, ведущих глубь особняка. На второй этаж можно подняться по широкой изогнутой лестнице, обрамлённой тёмно-коричневыми же перилами. По центру холла свисает шикарная огромная люстра со стеклянными подвесками. На стенах закреплено несколько ламп, имитирующих канделябры со свечами. У них тут, получается, и электричество есть? А я-то думала, что попаду в мир без благ цивилизации. Приготовилась мыться во дворе и бегать по нужде в выгребную яму.

– Впечатляет, – шепчу, рассматривая обстановку.

– Предпочитаешь второй этаж или третий? – уточняет Алекс.

– А ты на каком живёшь? – спрашиваю его.

– На втором, на третьем Брендон. Он занял половину этажа, вторая стоит пустой, ждёт своего владельца. Или, скорей, владелицу, – подмигивает мне оборотень.

– Пусть ждёт. Мы хотим поселиться на втором, – твердо отвечаю я.

– Ну и ладно, – открыто улыбается Алекс, – Тебе подойдёт комната с видом на внутренний двор, там очень красиво, уверен, что ты оценишь. А Николаса поселим по-соседству. Нужно только будет переделать комнату в детскую… Но это – не вопрос!

– Спасибо, Алекс. Не знаю, что бы делала без тебя! – искренне благодарю его, поднимаясь на второй этаж.

Мне и правда повезло, что этот волк оказался таким милым и понимающим.

Глава 13

– Мама, мы уже приехали? – спрашивает Николас, рассматривая обстановку комнаты, – Тут красиво!

Комната оказалась просторной, какой-то "воздушной". Легкие шторы на арочных окнах, выход на уютный балкон с каменной балюстрадой, кремового цвета стены, высокий потолок, по периметру украшенный цветами из лепнины. Деревянная мебель облачно-розового цвета, пушистый ковёр. Широкая двуспальная кровать под полупрозрачным пологом, застеленная светлым бельём, пахнущим свежестью. Красивое покрывало в тон шторам на окнах. За дверью, расположенной здесь же, оказалась вполне современная на вид ванная комната, с почти привычным унитазом, прямоугольной душевой кабиной и глубокой ванной.

– Приехали, ты всё проспал, – отвечаю ему с улыбкой, – Проголодался?

– Немного. А мы будем жить здесь?

– Тут большой дом и сад, после обеда сходим, прогуляемся. Если хочешь, можешь жить со мной, если нет, то у тебя будет своя комната, – я уже посмотрела соседнюю комнату, которая оказалась чуть меньше моей, но тоже очень уютной. Цвета интерьера там синие и жемчужно серые, нужно будет только поменять мебель и кое-что добавить, адаптировав комнату для жизни ребенка.

– Хочу свою. Я уже взрослый, – отвечает сын.

– Конечно, взрослый, – со вздохом говорю ему, целуя в макушку, – Нам нужно будет с тобой очень серьёзно, по-взрослому поговорить. Хорошо?

– Да. А когда?

– Во время прогулки, если ты не против.

– Хорошо. Ты что-то натворила? – строго спрашивает Ник. Смеюсь. Конечно, в проницательности, детям не откажешь.

– Почти. Я тебе расскажу кое-что интересное, а ты послушаешь. Договорились? – я решила донести до него правду в форме небольшой сказки. Долго подбирала слова, чтобы ему всё было понятно. Но всё равно очень волнуюсь, как он воспримет информацию об оборотнях, другом мире и отце, что неожиданно появился в его жизни.

– Договорились. Теперь пойдем есть. Ты так меня утомила разговорами, что я проголодался, – слезает с кровати и топает к двери.

– Дядя Алекс показал, где его комната, сейчас мы у него узнаем... – начинаю говорить сыну, поднимаясь вслед за ним, но моё повествование нарушает стук в дверь, – А вот, наверное, и он.

Распахиваю дверь, на пороге вижу Брендона, что нервно переминается с ноги на ногу.

– Устроились? – улыбаясь спрашивает он, – Почему на втором? Вам бы лучше подошёл третий этаж.

– Нам и здесь неплохо, – холодно отвечаю я. Уже погасшее было, от сцены в саду, раздражение, вспыхивает во мне вновь, – Ты зачем пришёл?

– Рина, в чем дело? – настороженно интересуется мужчина, – Если ты злишься по поводу Лесли, так...

– Меня твои похождения не интересуют, – перебиваю его, – Я хочу покормить Ника, где здесь кухня?

Мужчина скрипит зубами, но довольно спокойно произносит:

– Я попрошу слуг накрыть обед, через пятнадцать минут спускайтесь в столовую

– Я могу справиться сама, просто скажи мне, где кухня, – отвечаю ему. Я не привыкла к прислуге и привыкать не собираюсь. Когда нам придётся вернуться в наш мир, придётся заново учиться себя обслуживать. Зачем мне это? Лучше сразу не расслабляться.

– Рина, послушай. Я не знаю, что с тобой происходит, но... – переводит дыхание, подбирая слова, заканчивает мысль, – В этом доме есть слуги, которые получают зарплату и кормят свои семьи. Обслуживание меня и моих гостей входит в их обязанности, поэтому, будь добра, смирись с этим.

– А что, если не могу смириться? – с вызовом в голосе спрашиваю его.

– Рина, давай не будем спорить, хотя бы из-за таких пустяков. Я не понимаю, почему ты так негативно ко мне настроена.

Ну нет, на этот вопрос я отвечать не собираюсь. Кто он такой, чтобы я перед ним душу открывала? Если умный, сам поймёт, почему отвратительно, при собственном четырёхлетнем сыне, засовывать в рот язык какой-то свирестёлке, что младше его лет на пятнадцать.

– Ладно, – сдержанно отвечаю Брендону.

– Что, "ладно"?

– Мы спустимся в столовую через пятнадцать минут.

– Вот и хорошо.

Николас, что всё это время внимательно прислушивался к нашему разговору, неожиданно спрашивает:

– Брендон, а ты не знаешь, где комната дяди Алекса? Мама хотела к нему пойти.

Брендон переводит на меня взгляд, отмечаю, что его глаза снова отливают янтарём.

– Комната дяди Алекса, значит? – угрожающе спрашивает меня, – Ты не хватай первого попавшегося, Рина. Здесь много оборотней, глядишь, кто другой приглянётся.

Резко разворачивается и уходит. Стою и не понимаю. Это что сейчас вообще было?

За обедом, Лесли, как представилась мне блондинка, щебечет, как птичка, рассказывая последние новости:

– Карла родила двух щенят, так что можете поздравить, при случае. Браен счастлив. А Мэгги и Стив решились, наконец, уехать в деревню. Говорят, там простора больше и домашний скот завести давно хотят. Кстати, Маркус решил жениться, так что он будет участвовать в следующей брачной охоте, – мне эти имена ни о чем не говорят, но Брендон и Алекс внимательно слушают её.

– Маркус? – удивляется Алекс, – Ему же всего двадцать, еще жить и наслаждаться. Зачем ему свадьба?

– Алекс, если ты решил жениться только в старости, то другие могут думать иначе. Это же прекрасно, когда два любящих сердца объединяются в официальный союз! – мечтательно закатывает глаза девушка, – Брендон, а ты не хочешь поучаствовать в брачной охоте?

– Нет, – отрезает мужчина, – Лесли, мы уже обсуждали эту тему.

– Да, извини, я помню, – опускает она глаза, отмечаю, что губы её дрожат. Даже жалко её как-то стало. Вот так встречаешься с мужчиной, надеешься на свадьбу, семью. А он категорично тебе отказывает в этом.

– А что с детским садом для Николаса? – громко спрашиваю я присутствующих.

– Сад готов принять его в любой день, предлагаю завтра нам троим сходить, посмотреть. Ты сможешь пообщаться с воспитателями, оценить безопасность садика, увидеть других детей, – отвечает Брендон, глядя мне в глаза. Замечаю, что Лесли переводит подозрительный взгляд с меня на мужчину и обратно. Вот только врагов мне не хватало!

– Лесли, пойдёшь с нами? – спрашиваю её. Сразу двух зайцев убью: и поближе с ней познакомлюсь, и Брендона займу девушкой. А то знаю его, зажмёт где-нибудь в тёмном углу и давай целовать. А я под его напором всякой воли лишаюсь.

– Я? Я не знаю, – отвечает Лесли, не ожидавшая от меня такого предложения, – У меня же нет пока детей. Мне неинтересно детский сад смотреть.

– Ну когда-то же появятся, – подмигиваю ей, – Кандидат на роль отца у тебя уже есть, кто знает, может ты уже беременна.

Слышу, как Брендон поперхнулся кофе, который отпивал из чашки. Широко улыбаюсь, продолжая уговаривать девушку:

– Тем более, что раз ты – девушка Брендона, я бы хотела с тобой поближе познакомиться. Мне не всё равно, с кем общается мой сын.

Вот так. Лучше плохие друзья, чем хорошие враги. Познакомлюсь, пообщаюсь. Кто знает, может она мне понравится? На первый взгляд выглядит вполне милой, своего, конечно, не упустит, но на сильную подлость, наверное, не способна.

– Да, я пойду с вами! – наконец решается Лесли, переводит заискивающий взгляд на сидящего рядом мужчину и спрашивает – Бренд, ты же не против?

– Нет, – сквозь зубы отвечает тот, сверля меня взглядом.

Пожимаю плечами и улыбаюсь ему. Всё-таки хорошо я придумала.

Глава 14

– Рина! – догоняет меня Брендон, когда мы с Ником уже собираемся выйти на улицу, – Вы куда?

– Прогуляться, разрешите, альфа? – ехидно спрашиваю у него.

– Я с вами, – безапелляционно заявляет мужчина.

– Зачем?

Он наклоняется и шепчет мне на ухо:

– Хочу познакомиться ближе с сыном и с тобой.

– Неужели наконец-то кто-то вспомнил о том, что он – отец? – хмыкаю я, наблюдая, как мужчина хмурится. Игнорирую вторую часть, про более близкое знакомство со мной. Пусть с Лесли своей знакомится. Обожаю его бесить, он сразу становится таким грозным и притягательным. Стоп. Не о том думаешь, Арина.

– Я не забывал, – тихо отвечает он, – Но ты не даешь мне ни единого шанса.

Слегка смягчаюсь.

– Ладно, пойдём. Только я планирую ему всё рассказать, не знаю, какая будет реакция. Но тянуть больше нельзя, – замолкаю и, неожиданно, даже для себя, признаюсь, – Мне страшно.

– Не волнуйся, я буду рядом. Вместе мы сможем всё объяснить, – ободряюще улыбается Брендон, сжимая мою ладонь.

– Надеюсь, – аккуратно освобождаю руку из его захвата и выхожу на улицу, пропуская сына вперёд.

– Ух ты, сколько цветов! – восхищенно говорит Ник. Он уже успел оценить размеры и убранство дома, которыми остался вполне доволен. Наша квартира в городе, конечно, немаленькая. Но позволить себе содержать особняк я не могла, – Мам, а куда пойдём?

– Я предлагаю во внутренний двор. Там разбит мини-парк, есть качели, несколько фонтанов. Думаю, что тебе и маме понравится, – присаживаясь на корточки перед ребёнком, предлагает Брендон.

– Хорошо, пошли, – вижу, что сын берёт его за руку, выражая согласие следовать за ним. Я еще дома заметила, что Брендон ему очень понравился, он постоянно о нём что-то спрашивал, показывал тому игрушки, книжки, гордо демонстрировал свои  рисунки. Может быть, на уровне интуиции, чувствует родство?

– Рина, идёшь? – одной рукой Брендон держит сына, второй перехватывает мою ладонь. Я млею, чувствуя, как он большим пальцем поглаживает моё запястье. Позволяю насладиться себе этим ощущением пару минут, после чего, снова вытаскиваю ладонь из его руки. У него есть девушка, с которой он живёт. Ни к чему нам эти нежности. Я всего лишь – мать его ребенка. И даже не родная. Грустно улыбаюсь. Кто бы мог подумать, что жизнь подкинет мне такую санта-барбару.

– Конечно. Следую за вами, мужчины.

Я не успела рассмотреть задний двор с балкона, лишь мельком, оценила его размеры и отметила, что он выглядит ярким и ухоженным. Поэтому сейчас верчу головой во все стороны, наслаждаясь красотой вокруг меня. Здесь настоящий парковый ансамбль, как в царских поместьях в Санкт-Петербурге. Аккуратно подстриженные кустарники, по боками обрамляющие каменную дорожку, разноцветные цветы, высаженные по какому-то, только садовнику понятному, принципу, которые придают пейзажу нарядности, пара фонтанов среднего размера. Деревянная беседка, выкрашенная серой краской, небольшой прудик, где плавают птицы, напоминающие уток, несколько скульптур, в основном, изображающих волков в разных позах. Но есть одна скульптура, что выделяется среди остальных и цветом, и положением, и изображённым сюжетом.

– Это мой очень дальний предок и его истинная. Он был великим вожаком, объединившим кланы в годы Великой войны на борьбу с общим противником. При его правлении, ни один волк стаи не голодал, все были счастливы. А его истинная, всегда и во всём его поддерживала, утешала, в моменты отчаяния, успокаивала, если он перегибал палку, поддавшись внутреннему волку. Она была доброй, сострадательной женщиной, готовой была прийти на помощь любому, кто попал в беду. В их браке родилось шесть волчат, которые и увековечили память о родителях, заказав эту скульптуру, – рассказывает Брендон, – Я, когда в детстве слышал истории о его великих делах, всегда хотел быть похожим на своего предка. Я видел, как мелкие кланы уничтожают друг друга, как, в борьбе за власть, оборотни теряют свою человеческую личность, оставаясь лишь волками, жаждущими крови. И мечтал стать таким же мудрым и великим вожаком, что сможет покончить с междоусобными раздорами, объединить кланы, научить их сосуществовать мирно. Мечтал встретить свою истинную, чтобы познать такое же счастье в личной жизни, что познал мой предок. Мне кажется, когда ты счастлив в семье, когда дома тебя ждёт твоя любимая, готовая всегда тебя поддержать, ты хочешь сделать мир таким же счастливым, как ты сам. А потому, с энтузиазмом и верой творишь дела во благо своего народа.

– Интересная теория, – замечаю я, – Ты вырос. По-прежнему хочешь быть похожим на своего предка?

– Мечтаю превзойти его, – открыто улыбается Брендон.

– И как? Получилось найти свою истинную и обрести счастье? – интересуюсь у него.

– Думаю, что я на пути к этому, – туманно отвечает мужчина, бросая на меня странный взгляд, который я не могу прочесть, – Ты готова начать разговор с нашим сыном?

Судорожно сглатываю и киваю. Я не готова, но это необходимо. А потому, зову Николаса, что носится вокруг статуи, стараясь поймать большую бабочку.

– Николас, ты помнишь, что я тебе говорила в спальне? О серьёзном, взрослом разговоре.

– Помню. Ты что-то натворила. Или нет. Но хочешь поделиться с сыном. – кивает ребёнок.

– Давайте присядем вон там, – показывает Брендон в сторону беседки.

– Родной, помнишь, ты играл в саду с Яшей и он рассказывал, что папа у него – водитель грузовика? – захожу издалека.

– Помню. У него большая машина, на которой он нас катал, – кивает сын.

– Да, точно, – улыбаюсь, вспоминая, каким восторгом горели глаза сына, – Ты тогда спрашивал, где твой папа.

– Ага. Ты сказала, что он в другом городе, работает, – это была не самая моя лучшая идея, но его вопрос застал меня врасплох. Я рассчитывала, что отцом он заинтересуется, когда будет старше.

– Николас, – начинаю я серьёзно, – Твой папа вернулся и очень хочет с тобой познакомиться. Хочешь ли ты?

Замираю, ожидая ответа от сына. От него сейчас зависит, скажу ли я ему правду о Брендоне сейчас.

– Хочу! А кто он? У него есть грузовик? – подскакивает на месте сын.

– Ник, я – твой папа, – вступает Брендон в наш диалог, – У меня нет грузовика, но есть большой дом, и я готов купить тебе свой собственный грузовик, когда ты станешь старше.

– Жалко, – тянет сын, – А насколько старше я должен стать? А давай ты купишь грузовик сейчас, а моим он станет тогда, когда я совсем вырасту.

Брендон беспомощно смотрит на меня, я развожу руками. Не обещай того, что ты не сможешь выполнить, особенно ребёнку.

– Подожди. Ты правда – мой папа? – доходит до мальчика истина, – А почему тебя так долго не было?

– Мама же тебе рассказывала, я работал, не мог попасть из другого города к вам.

– Аааа, ты снова уедешь на работу? – разочарованно спрашивает Ник, – Приехал погостить?

– Нет, я больше никуда не уеду, – твёрдо отвечает Брендон, – Я буду рядом с тобой и мамой, если вы позволите.

– У нас всего две комнаты! Только если ты будешь спать с мамой. У меня кровать маленькая! – деловито говорит моё дитятко, – А мама всё равно спит одна в большой кровати, ты тоже там поместишься.

Слегка краснею. Вот так любимый сын выдал все тайны маминой личной жизни, которая, впрочем, отсутствует.

– Боюсь, что твоя мама выгонит меня из своей большой кровати, – смеётся Брендон.

– Почему? – недоумевает сын, – Ты её просто хорошо попроси. Она добрая. Не ругает меня. И тебя не будет. Дядя Игоря же пускала!

Смех Брендона резко смолкает. Надо же, я не думала, что Ник помнит, как к нам в город приезжал мой двоюродный брат, в командировку, и напросился переночевать одну ночь. У нас в квартире как раз был ремонт, из мебели – только моя кровать. Именно на ней нам пришлось устроиться втроём.

– Ник, а расскажи мне про дядю Игоря, – вкрадчиво просит Брендон.

– Хватит! – прерываю их, – Хватит обсуждать мамину постель. Родной, тебе нравится здесь?

– Да, тут большой и красивый дом, много места, чтобы играть. Только моих пиратов не хватает, – тяжело вздыхает.

– Если пираты будут, останешься здесь жить? – спрашиваю его, стараясь уже покончить с этой темой и перейти к другой, еще более интересной.

– А ты со мной будешь?

– Конечно, куда же я без тебя, – целую его в макушку.

– И папа с нами будет? – смотрю на притихшего Брендона.

– Да, я тоже буду с вами, – отвечает тот, не раздумывая.

– Ну если и пираты будут, то останусь, – серьёзно кивает ребенок, – Это всё, что вы хотели мне сказать?

– Нет. Есть еще кое-что, – нерешительно начинаю я. На что сын закатывает глаза.

– А Алекс? – внезапно спрашивает он.

– Что, Алекс?

– Если папа мой – Брендон, то Алекс мой кто?

– Алекс твой дядя, – мягко отвечает Брендон, – Он – мой брат.

– Я тоже хочу брата, – заявляет Николас, – Чтобы у моего сына был не только папа, но и дядя, как у меня. Купите мне брата?

– Малыш, детей не покупают, – начинаю я скользкую тему, – Они появляются, когда мама и папа любят друг друга.

– Если я появился, значит вы любите друг друга. Значит и брат появится! – радостно заключает ребёнок.

Переглядываемся с Брендоном, в его глазах вижу вызов, он будто спрашивает: "Ну, и что ты на это скажешь?".

– Ник, давай про брата ты спросишь попозже. Года через два, – буквально взмаливаюсь я. Через пару лет он станет старше, найду, что ему сказать.

– Я не забуду, мама, не надейся, – строго отвечает сын.

– Родной, я хочу еще тебе рассказать одну интересную историю Послушаешь? – спрашиваю его, уклоняясь от предыдущей темы.

– Если недолго. Раз это – теперь мой дом, у меня много дел, – смотрю на эту деловую колбасу, размышляя, как ему рассказать об оборотнях.

– Мы с тобой изучали разных животных, я рассказывала тебе о кошках, собаках, лошадках, помнишь? – уточняю у него.

– Да. Кошка говорит "мяу", лошадка "ого-го".

– "Иго-го", – машинально поправляю его, – Есть такое животное – волк.

– Как в песенке? "Придёт серенький волчок и укусит за бочок" – напевает Ник.

– Да, как в песенке. У волков бывает шерсть разного цвета, они очень полезные животные. Живут в лесу, любят охотиться. Когда-то давным-давно, один волк полюбил женщину, что часто приходила в лес, потому что любила тишину и одиночество. Он гулял вместе с ней, был ей другом и мечтал стать мужем.

– Мам, ну это же невозможно! Люди не женятся на животных! – возмущается сын. Ох, милый, как много ты еще не знаешь в этой жизни. Есть дама, которая за ковёр персидский замуж вышла. А тут какой-то волк, он, хотя бы, одушевлённый.

– Волк это понимал. Но очень хотел. А когда чего-то очень сильно хочешь, иногда случается чудо, и это происходит, – перевожу дыхание, – Когда луна на небе была круглой, волк взвыл и попросил её о помощи. Он хотел быть вместе с любимой. Луна услышала его, волк стал человеком.

– Как это? – пораженно вздыхает сын.

– Внутри него всё равно продолжал жить лесной хищник, но внешне, он выглядел, как обычный мужчина. Единственным его отличием от остальных людей было то, что этот мужчина мог становиться волком, по своему желанию. Когда его возлюбленная снова пришла в лес, он познакомился с ней, как человек. И рассказал о том, что он – тот самый волк, который гулял вместе с ней. И признался, что влюбился в неё с первого взгляда. Его возлюбленная призналась, что тоже полюбила волка, даже когда он был еще просто волком. Они поженились и у них появились дети, которые, как папа, умели превращаться в волков. Таких людей называют оборотнями, – корявенько заканчиваю свою сказку.

– Круто! Это всё правда? – восхищенно спрашивает Ник, – Это как бэтмен? Он умеет летучьей мышью прикидываться!

– Летучей мышью, – поправляю я, – Почти. Только бетмэн надевал костюм. А оборотни превращаются в настоящих, больших волков.

– И ты – оборотень, Ник. Ты можешь становиться волком, – подключается, наконец, к беседе Брендон, что всё это время внимательно слушал.

– Становиться волком? – недоверчиво уточняет ребёнок.

– Именно. Надо только немного позаниматься, научиться и у тебя получится. – улыбаясь, кивает отец.

– И ты умеешь? Покажи! – глаза вспыхивают нетерпением.

– Хорошо, – Брендон встаёт, мгновение – и перед нам уже стоит чёрный волк с умными глазами. Он подходит к Николасу, кладёт ему голову на колени и виляет хвостом. Сын гладит волка по шерсти, заливается смехом, когда тот лижет его нос.

– Мама, смотри какой он большой и красивый! – восхищенно шепчет сын, обнимая волка за шею, приникает к нему всем телом и вдыхает запах – Мой папа – самый лучший! Даже без грузовика! Я тоже так смогу?

– Сможешь, – киваю я, глядя на эту картину, – Папа научит тебя, как это сделать. Да, папа?

Спрашиваю у волка, но, через мгновение, передо мной появляется мужчина.

– Научу, – твёрдо отвечает он, – Завтра мы с мамой отведём тебя в новый детский сад и познакомим с такими же детьми-оборотнями, как ты.. Надеюсь, что ты найдёшь друзей среди них.

– А девочки там красивые есть? – спрашивает сынок.

– Вот завтра и уидим, – отвечает Брендон, – Мы посмотрели еще не весь сад, продолжим прогулку?

Сын радостно хватает Брендона за руку. Я встаю и облегченно выдыхаю. Всё прошло куда лучше, чем я предполагала.