Текст книги "Дракон против Богов. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Алекс Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Весело было, правда? – слегка грубоватый женский голос, застал меня врасплох. Тихо вскрикнув от неожиданности, я шарахнулся от его обладательницы, которая как-то неуловимо оказалась рядом со мной.

– Ага, давно я так… не веселился… – сковано ответил я, настороженно разглядывая женщину с длинными каштановыми волосами и глазами цвета расплавленного золота.

Одеяние из бордовой ткани и кожи, подчеркивали все достоинства ее поджарой фигуры, а боевая раскраска, дополняла облик угрожающей грозностью. А еще от нее буквально веяло опасностью и жаждой крови. Такая, в равной степени, могла быть, как сильным воином, так и умелой охотницей. И в ней, я без труда и сомнений опознал Гельфриду. Вот уж не думал, что встречу Богиню на пороге ее Обители. Обычно Всевышние дожидались меня в тронном зале, а не сидели рядом со мной на ступеньках…

Впрочем, Охотницу от собратьев отличало не только ее поведение, но и сам храм. Три поверженных мною абсолютных создания, каждый по своему, купались в роскоши. Их обители больше походили на дворцы, а прилегающая территория была ухожена и открыта для свободного прохода. Даже зловещий туман Фемира скрывал под собой мощеные камнем дорожки, по которым можно было свободно дойти до его обиталища. Остров Гельфриды же был сплошь покрыт лесом, с непроходимыми зарослями, колючими кустарниками и кровожадными монстрами. А ее храм выглядел, как обычное громоздкое здание из серого, грубо обтесанного камня, с купольной крышей и стрельчатыми окнами. И что-то мне подсказывало, что внутри оно такое же унылое и невзрачное, как и снаружи. В общем и целом, обитель местной Богини больше походила на надежную крепость, чем на роскошный дворец. Да и сама Охотница, судя по всему, была грозным противником, что вызывало во мне определенные опасения. Впрочем, отступать я не собирался. Не зря же я столько времени улепетывал от ее зверушек…

Глава-3 – В гостях у Богини…

На мои слова Гельфрида лишь улыбнулась. Впрочем, ее улыбка больше походила на оскал хищника. Причем очень опасного и кровожадного хищника… Наблюдая за ней, я буквально вжался в каменные ступени. Тело наполнялось напряжением, готовясь к бою, а кончики пальцев призывно покалывало от желания призвать Икирим. Что меня останавливало? Хм… Может то, что Богиня, пока, просто сидела рядом и не проявляла никакой агрессии. Ну, за исключением того, что ее монстры гоняли меня по лесу туеву хучу времени. Впрочем, обманываться расслабленностью женщины я не собирался. Что-то подсказывало мне, что ее настрой может измениться буквально за долю секунды…

– Знаешь, я испытываю довольно противоречивые чувства, – после недолгого молчания, заговорила Всевышняя, отвлекая меня от собственных мыслей. – С одной стороны, я слегка разочарована, что ты добрался до моей Обители так быстро, – она насмешливо хмыкнула, снисходительно посмотрев на меня. – Было забавно наблюдать за тем, как мои милые зверушки разрывают тебя на части, – с каким-то особым трепетом произнесла Гельфрида и даже облизнулась, словно желала попробовать мою жуткую смерть на вкус. Отвратительно… – Но с другой, – Богиня легко поднялась со ступени и, спустившись по лестнице, вышла на площадку перед храмом. – Твоя сила и ловкость впечатляют, и мне уже не терпится сразиться с тобой, – она посмотрела на меня через плечо, и я заметил, как в ее глазах вспыхнул огонек предвкушения. Угу, значит, бою все-таки быть…

Впрочем, я именно за этим сюда и пришел. Однако поведение женщины немного сбивало мой боевой настрой своей не типичностью. Я не чувствовал от нее презрения, в котором меня щедро купали ее собратья. Она будто смотрела на меня, как на достойного противника, сражение с которым вызывает азарт и удовлетворение от битвы. После встреч с тремя высокомерными, надменными и самоуверенными абсолютными созданиями, это было довольно непривычно, что вызывало некоторую растерянность и недоверие к происходящему. Хотя, было стойкое ощущение – если разочарую Всевышнюю и не оправдаю ее ожиданий, то она довольно быстро смешает меня с такой грязью, что я буду чувствовать себя не просто жалкой букашкой, а самым мерзким и ничтожным существом в мире, которое только можно было вообразить.

– Тогда, не вижу смысла затягивать с этим, – наиграно-спокойно проговорил я, хотя внутри все сжималось от смеси волнения и ажиотажа. Почему-то предстоящее сражение с Гельфридой вызывало во мне какой-то особый интерес…

– Не торопись, ящер, – усмехнулась она, мельком взглянув на меня.

Озадачено нахмурившись, я плавно поднялся на ноги, ожидая очередной божественной пакости. Хотя, меня почему-то не покидало ощущение, что Охотница на подлость не способна и, в отличие от своих собратьев, она будет биться честно. А может, я просто уже устал от коварных хитростей Всевышних и выдавал желаемое за действительное, надеясь, что в этот раз все сложится иначе. Заметив мой вопросительный взгляд, женщина сдержанно улыбнулась.

– Сражение с врагом, чье тело изнывает от усталости, не добавит мне отваги, – размеренно проговорила она. Ну, хотя бы эта Богиня, в открытую, признала, что я для них все-таки враг… – Я хочу насладиться нашим сражением сполна, а не испортить себе удовольствие излишней спешкой, – добавила Гельфрида и я замер, когда из леса к ней вышел один из «драконов». – Отдыхай, – сухо обронила она, а затем ласково похлопала зверя по широкой морде и обратилась уже к нему. – Молодцы, хорошо постарались, – похвалила Охотница своего питомца и его сородичей.

– Меня ждут… – настороженно поглядывая на внушительного монстра, начал было я, собираясь сообщить хозяйке храма, что не желаю задерживаться в ее обители и тратить время в пустую, но она жестом меня остановила.

– Ты еще успеешь расстаться с жизнью, и не раз, – монотонно проговорила женщина, почесывая «дракона» по широкой переносице. М-да, ее замечание звучало многообещающе… – Так сделай это достойно, а не на последнем издыхании.

– Я не настолько устал, – фыркнул я, сложив руки на груди.

– Но и не настолько полон сил, чтобы показать мне все, на что способен, – заметила Богиня, наблюдая затем, как свирепое чудовище неторопливо уходило обратно, в густые заросли. Проводив зверя взглядом, она повернулась ко мне. – Отдыхай, ящер, – тоном нетерпящим возражений заявила Гельфрида. – Ешь, пей, отсыпайся, а через три дня сразимся, – размеренно проговорила она, поднимаясь по ступеням и проходя мимо меня. – До тех пор, будь моим гостем, – тяжелые каменные двери, с противным скрежетом, открылись, и Всевышняя гостеприимным жестом пригласила меня войти в ее Обитель.

С сомнением посмотрев на темный коридор, что виднелся за порогом, я перевел настороженный взгляд на Охотницу. Ее предложение совершенно не вызывало доверия. Однако интуиция подсказывала мне, что если я сейчас откажусь, то путь в этот храм для меня закроется навсегда. Да и сама Богиня всем своим видом давала понять, что-либо будет так, как сказала она, либо я до скончания веков буду бегать по лесу от ее зверья. Такой расклад меня не устраивал, но и угодить в очередную ловушку мне жутко не хотелось. То, что от абсолютных созданий не стоит ожидать ничего, кроме подлостей и пакостей, я уже уяснил сполна…

Мысли сбивались и рассыпались суетливыми хороводами. Меня терзали сомнения и вполне обоснованные опасения, до которых Гельфриде, увы, не было никакого дела. Заметив, как она слегка склонила голову на бок и вопросительно повела бровью, я отчетливо осознал, что времени на раздумья у меня не осталось. Немного помедлив, я нервно сглотнул и нерешительно зашагал к открытой двери. Конечно, можно было выхватить Икирим и напасть на нее, заставить принять бой здесь и сейчас, но тогда, скорее всего, она бы попросту скормила меня «драконам». Я не умолял своей силы, но здраво смотрел на вещи. Одновременно биться с Всевышней, о силе которой я не имел ни малейшего представления, и ее живностью, было все равно, что собственноручно подписать себе смертный приговор. Я был не настолько глуп, чтобы так беспечно разбрасываться драгоценными жизнями, питая призрачные надежды на то, что возможно мне повезет, и я все-таки смогу выйти из такого сражения победителем. Тем более что впереди мне предстояло столкнуться еще с несколькими Богами, которые вполне могли оказаться еще более опасными, коварными и грозными противниками. Так что, кидаться с места в карьер я не стал…

Коридор казался темным только снаружи, а стоило переступить порог, как вдоль стен, в медных чашах, что крепились к потолку тонкими цепями, вспыхнул огонь. Наблюдая за причудливыми тенями, что дрожали на стенах от танцующих языков пламени, я временами настороженно поглядывал на идущую рядом Охотницу. Такая спокойная и расслабленная. Я совершенно не чувствовал от нее враждебности, что было немного странно, учитывая цель моего визита, о которой она прекрасно знала.

Вопреки моим ожиданиям, коридор вывел нас вовсе не в очередной тронный зал, а в просторный внутренний двор мощеный грубо обтесанным серым камнем. В центре расположился внушительный очаг, над углями которого на вертеле медленно вращалась и источала приятный аромат жареного мяса, туша какого-то животного. Справа в отдалении я заметил колодец, перед которым стояло несколько деревянных ведер и большая бочка с водой. Слева у массивного деревянного стола, заставленного корзинами с фруктами и овощами, плетенками с хлебом, блюдами с мясом и прочей снедью, суетились две девушки и парень. Простенькая, потрепанная одежда, затравленные взгляды и широкие металлические ошейники с обрывками цепей, выдавали в них не просто слуг, а самых настоящих рабов. Мне казалось, что последователи за своими абсолютными созданиями и так полезут, и в огонь, и в воду, разве нет? Зачем делать из них невольников? Или эти местные изначально поклонялись другому Богу, а Гельфрида их попросту присвоила? Впрочем, не мое это дело… Стена напротив входа была сплошь увешана шкурами и они же, толстым слоем, были расстелены на полу. Перед ними стоял низкий круглый деревянный столик, на котором стоял широкий серебряный поднос, заставленный блюдами с разнообразной едой, начиная от кусков жареного мяса и заканчивая пучками свежей зелени. Всего было много, но выглядело оно каким-то грубым, не эстетичным и далеким от того, к чему я привык. Хотя, в последнее время мы вообще питались в походных условиях. Так что, мне бы порадоваться такому застолью, но почему-то не получалось…

– Садись, – проговорила охотница, когда я вслед за ней подошел к круглому столу.

Устроившись на звериных шкурах, она указала на место по правую руку от себя. Слегка замешкавшись, я все же сел, но чуть дальше, чем предлагала женщина. Сделал я это специально, на всякий случай, оставляя себе место для маневра, если вдруг она все же решит напасть. Хотя, что-то подсказывало мне, что нарушать своего слова Всевышняя не станет и бой, если он и состоится, то только через три дня. М-да, не радовала меня эта задержка. Да и Яська наверняка будет волноваться из-за моего долгого отсутствия. Как бы не натворила чего…

– Ешь, – вновь подала голос Гельфрида, заметив, что погруженный в свои мысли, я не то, что не притронулся, но даже не взглянул на еду.

Покосившись на нее, я с сомнением осмотрел предложенные угощения. Выглядело все, конечно, не привычно, но довольно аппетитно. Приятные ароматы щекотали ноздри, соблазняя попробовать хоть кусочек, а желудок жалобно и призывно урчал, тонко намекая на то, что было бы не плохо в него что-нибудь положить, после таких-то забегов и растраты сил. Однако что-либо употреблять с божественного стола, я как-то опасался. После пакостей собратьев Охотницы, я бы совсем не удивился, если бы еда была отравлена, а у самой хозяйки обители к этому яду, совершенно случайно, обнаружился бы природный иммунитет. От этих надменных и подлых властителей этого мира всего можно было ожидать. Я вновь настороженно покосился на Богиню, которая с хищным аппетитом вгрызлась в кусок жирного жареного мяса на кости. Или я искал подвох там, где его не было? Блин, после окончания этого кровавого похода, я точно параноиком стану и буду видеть угрозу даже в собственном отражении…

– Отраве не место на моем столе, – словно прочитав мои мысли, проговорила Всевышняя, утерев блестящие от жира губы и подбородок тыльной стороной ладони. – Да и яд – оружие трусов и слабаков, – она брезгливо скривилась, словно ее оскорбляла сама возможность подобного способа убийства. – Так что, ешь, – женщина приглашающим жестом обвела накрытый стол, а затем перевела взгляд на рабов. – Суо, принеси вина! – крикнула она, и я заметил, как одна из девушек вздрогнула и словно сжалась от властного голоса хозяйки. – На ближайшие три дня, в этих стенах, тебе ничего не угрожает, – Гельфрида вновь переключила свое внимание на меня. В этих стенах? То есть, за пределы храма лучше не высовываться? – Можешь расслабиться, – насмешливо хмыкнула она.

– Ты странная, – наконец, проговорил я, отламывая кусочек сыра и несмело отправляя его в рот. А что, совсем не дурно… – Знаешь, зачем я пришел, но вместо того, чтобы сразу меня убить, приглашаешь в свой дом и даешь отсрочку на три дня для восстановления сил.

– А разве мои братья сразу пытались тебя убить? – усмехнулась Охотница, снисходительно посмотрев на меня.

И я задумался… Хм… А ведь она была права. Высокомерный Лакрий грозил нам наказанием, но не убийством. Фемир искал веселья. Хотя, развлекался он весьма своеобразным и жестоким образом, но все же… Тельрун вообще пытался вести задушевные разговоры с целью завладеть нашим золотом. Нет, я не сомневался, что в конечном итоге, все, так или иначе, закончилось бы нашим сражением и их смертью. Ведь именно за этим я и наведывался к Всевышним. Однако при всем при этом, они не собирались обрывать мою жизнь, так сказать, с порога. Даже статуи Лакрия и иллюзии безумного клоуна, скорее походили на желание как-то развлечься, внести яркости и красок в опостылевшее, унылое и однообразное существование, а не прикончить меня. К тому же, и сама Гельфрида говорила о том, как было забавно наблюдать за моей беготней от ее живности. Неужели местным Богам жилось настолько скучно, что вместо того, чтобы объединиться и устранить угрозу в моем лице, они были готовы рискнуть своими жизнями и сойтись со мной в бою один на один, лишь бы получить хоть каплю разнообразия в серую обыденность? Бред какой-то… Я бы больше поверил в то, что действовать заодно им мешает личная гордость, самоуверенность и надменность, чем нехватка новых впечатлений и острых ощущений. Размышляя над этим, я даже сам того не замечая, неторопливо ел, поочередно пробуя разные угощения на вкус. Нет, все-таки сыр мне понравился больше всего…

– Почему так долго? – холодно поинтересовалась Охотница, и я вскинул голову, пытаясь понять смысл ее вопроса.

Как оказалось, он был адресован не мне, а хрупкой девушке с длинными каштановыми волосами, заплетенными в косу, которая практически бесшумно подошла к столу, сжимая серебряный кувшин с узким горлышком дрожащими руками. Видимо, это и была та самая Суо, к которой ранее обращалась Богиня…

– Простите, Госпожа… – тихо пролепетала невольница, бледнея от страха и не смея поднять взгляда на грозную Всевышнюю.

– Может, уже нальешь нам вина? – буквально процедила Гельфрида, прожигая рабыню взглядом.

– Д-да… конечно… – спохватилась девушка и засуетилась, разливая по серебряным стаканам багряную, словно кровь, жидкость.

Наблюдая за Суо, я пару раз ловил на себе ее беглые взгляды, в которых не было ничего, кроме страха, отчаяния и… смирения? Впрочем, последнее уже даже не удивляло. Местные могли годами страдать от божественной тирании, но жить по-другому просто не умели. В этом я уже убедился…

– Пойди прочь, – недовольно скривилась Богиня, когда невольница закончила разливать вино и аккуратно поставила кувшин на поднос.

Девушка согнулась в глубоком поклоне и попятилась. Правда не далеко… Не успела она сделать и несколько шагов, как запнулась и, тихо вскрикнув, шлепнулась на задницу. Испугано зажав рот ладонями, рабыня в ужасе посмотрела на Охотницу, которая, в свою очередь, словно расчленяла тело несчастной убийственным взглядом. От Всевышней веяло такой кровожадностью, что я бы даже не удивился, если бы она прикончила бедняжку прямо здесь и сейчас. Причем с особой жестокостью и садизмом. Да она даже на меня, того, кто пришел оборвать ее жизнь, не смотрела с такой угрозой, как на Суо, которая, по сути, не сделала ничего плохого. Жуть…

– Прекрасное вино, – сделав небольшой глоток, сдержанно улыбнулся я и отсалютовал женщине стаканом, в надежде отвлечь ее от неуклюжей рабыни. Жалко девчонку…

– Да, безупречный вкус, – хмыкнула Гельфрида, наконец, прекратив потрошить невольницу взглядом. Отпив немного рубиновой жидкости, она с наслаждением причмокнула и отставила стакан на поднос. – Превосходный нектар, изготовленный из крови юных и невинных дев, – хищно облизнувшись, Богиня красноречиво посмотрела на меня.

– Чего⁈ – поперхнувшись, воскликнул я громче, чем мне бы того хотелось.

Спешно и едва не расплескав содержимое, я поставил стакан на поднос и, вытерев губы тыльной стороной ладони, возмущенно посмотрел на Охотницу. Могла бы и предупредить! И я пил эту дрянь⁈ Кошмар… Хорошо хоть успел сделать только маленький глоток. Даже толком не распробовал. Фу, гадость!

– Шутка, – усмехнулась Всевышняя, вдоволь насладившись моей обескураженной физиономией.

Не смешно! Мне жутко хотелось высказать все, что я думаю по поводу таких специфических шуток, но сдержался. Даже сам не знаю почему. Может, потому, что мне в принципе не особо хотелось разговаривать с Охотницей? Не за этим я сюда пришел… С трудом сдержав вздох, я краем глаза отметил, что Суо уже исчезла из поля зрения. Вот и славно… Настороженно покосившись на стакан с вином, я больше так и не притронулся к нему до окончания трапезы, отдав предпочтение простой воде. Конечно, может, это и была всего лишь шутка, но осадок от нее остался весьма неприятный. А еще, она напомнила мне о том, что ничего хорошего от абсолютных созданий ожидать не стоило и расслабляться в их присутствие тоже…

Глава-4 – Суо желает удачи…

После сытной трапезы, Гельфрида пожелала развлечений. Ими оказались еще один кувшин с вином и танцы невольников. Парень сидел на полу и выбивал ритм на небольшом барабане, а девушки старательно выгибались и извивались, пытаясь усладить взор Богини. Выглядело это все, как дешевое балаганное представление. Скованные и неумелые движения, переполненные страхом, не вызывали ничего кроме сочувствия и жалости. Но судя по довольному оскалу Охотницы – ей нравилось. М-да, видимо, вид чужих страданий и первобытный ужас в глазах рабов, доставляли этой дамочке особое удовольствие…

Впрочем, вкусы и пристрастия Всевышней меня не интересовали. Я больше переживал о своих спутницах, которые остались за мостом. И в особенности о Ясколке. Пока меня не было рядом, она не могла обрести материальную форму. Вот только, после встречи с Фемиром, я отчетливо понял, что это вовсе не гарантирует ее абсолютную безопасность. К тому же, меня не будет целых три дня. За это время вполне могло произойти все, что угодно и это ощутимо меня тревожило. Но больше я беспокоился о том, что Кобра не выдержит и отправится на мои поиски. У меня еще не было шанса оценить Гельфриду в бою, и я не знал, на что она способна и как это может угрожать моей эльфе. Хотелось хоть как-то предупредить Чиу и Яську, но Богиня ясно дала понять, что за пределами Обители меня ждет только смерть. Тратить еще одну жизнь на то, чтобы объяснить положение вещей моим спутницам было бы глупо. Слишком высокая цена для такого дела. Конечно, можно было бы попросить хозяйку храма, чтобы она отправила одного из невольников с вестями, но я не рискнул. Всевышняя наверняка и так знала, что я пришел не один и лишний раз привлекать ее внимание к моей фурии и демонессе мне не хотелось. Вдруг она сочтет, что беспокойство о девушках отвлекает меня от предстоящего сражения и попытается избавиться от них? Судя по тому, как Охотница была готова растерзать Суо за малейшую оплошность, от нее всего можно было ожидать. И как быть? Все-таки потратить жизнь? А если после этого я уже не смогу добраться до храма? Тогда получиться, что все мои старания изначально были напрасны?

Суетные мысли не давали мне покоя и увлекали за собой, в непролазный запутанный омут. Моя задумчивость и напряженность не укрылись от Богини. Впрочем, не особо-то я их и скрывал…

– Что такое, ящер? – будто сквозь толщу воды, пробился в мое сознание голос Гельфриды. – Приглянулась девка? – с усмешкой уточнила она и кивнула на одну из служанок.

– Что? – растерянно моргнув, я даже не сразу понял, о чем она говорила.

И только спустя пару мгновений, выпутавшись из глубоких дум, осознал, что все это время смотрел на девушку, которая пыталась изобразить подобие соблазнительного танца. Угу, смотрел и не видел, словно ее здесь и не было вовсе…

– Только скажи, и этой ночью она согреет тебе постель, – Всевышняя красноречиво повела бровью. – Раз уж ты мой гость, то…

– Нет, спасибо, – решительно отказался я, даже не став дослушивать ее до конца.

– Понимаю, – кивнула Охотница и окинула своих невольников брезгливым взглядом. – Трахать безродное ничтожество, неспособное справиться даже с простым поручением, то еще удовольствие, – она специально говорила достаточно громко и при этом безотрывно смотрела на Суо.

Невольно прислушиваясь к ее словам, бедная девушка все чаще сбивалась с ритма и оступалась, а в какой-то момент и вовсе, едва не упала. Она была бледной, как полотно. В глазах плескалось бесконечное отчаяние и страх. Уверен, в тот момент, служанка была готова сигануть с обрыва в бескрайний океан, лишь бы сбежать из-под пристального взора хозяйки, которая угрюмо свела брови к переносице и явно уже не раз расчленила бедняжку взглядом. Атмосфера в крепости царила не здоровая и, лично для меня, напряженная. Не хотелось мне наблюдать за тем, как Гельфрида тиранит своих подопечных, а вмешиваться во все это, не имело смысла – она меня даже слушать не станет. Да и кто я такой, чтобы указывать Богине? Отвратительная ситуация…

– Ну, раз такое дело, – вновь вклинилась в ход моих мыслей женщина и, придвинувшись ближе, недвусмысленно опустила ладонь на мое бедро. – То можешь наведаться в мою опочивальню.

– Я пришел убить тебя, а не ублажать, – справившись с легкой обескураженностью от ее откровенного предложения, проговорил я.

– Одно другому не мешает, – усмехнулась Всевышняя, смерив меня оценивающим взглядом. – В конце концов, это всего лишь секс. Да и когда тебе еще выпадет шанс покувыркаться с Богиней? – она посмотрела на меня, как на глупого мальчишку, который сам не знал, от чего отказывается.

– Мне есть, с кем делить постель, – сухо отметил я и отсел подальше, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Да, как она вообще посмела предложить мне подобное, после того, как в компании своих собратьев уничтожила мой мир⁈ Впрочем, для них это было лишь незначительной мелочью, так что удивляться тут, особо, было нечему. И все же слышать подобное, было крайне неприятно…

– А, ты про эту демоншу и призрачную девку, – покивала Гельфрида и насмешливо хмыкнула. – Разве они могут сравниться со мной? – она вопросительно повела бровью, но я промолчал.

Не потому, что мне нечего было на это сказать, а потому, что понимал – любое неосторожное слово, которое Охотница сочтет оскорбительным, может обернуться смертным приговором для моих спутниц. И хотя, пока, женщина вела себя достаточно сдержанно и не отличалась вспыльчивостью, что-то подсказывало мне, что внутри нее притаился настоящий кровожадный монстр, не знающий жалости и пощады. Так что, пришлось запихнуть свое возмущенное «Фи!» поглубже и сдержаться, чтобы не высказать все, что я думал о ней и обо всех Всевышних вместе взятых.

– Что ж, у тебя довольно специфический вкус, – так и не дождавшись от меня ответа, сухо обронила Богиня. – Познакомлюсь с ними поближе, после того, как убью тебя, – ее губы тронула хищная улыбка, от которой по спине прошелся неприятный холодок.

– Что ж, тогда у меня еще больше причин прикончить тебя и не допустить этого знакомства, – с напускным спокойствием, отозвался я в подобной ей манере.

Слова Гельфриды выкрутили напряжение до максимума. Стихия во мне бунтовала и требовала немедленной расправы над той, что позволила себе допустить даже мысль о том, чтобы навредить моему сокровищу и проводнику. Однако поддаваться эмоциям я не стал. Прекрасно понимал, что эта гадина провоцирует меня специально. Спокойно, Адонис! Ваш договор еще в силе и до этого момента, она их не тронет. Не знаю почему, но я был уверен, что Всевышняя своего слова не нарушит. Не было в ней этой мелочной подлости…

– Всему свое время, ящер, всему свое время, – кивнула Всевышняя, намекая на оговоренные ранее сроки. – Отдыхай, ешь, пей, наслаждайся остатками своей жалкой жизни, пока можешь, – она говорила уверенно, словно не допускала и тени сомнений в своей победе.

Не думаю, что женщина не воспринимала меня, как серьезного противника. Скорее делала ставку на то, что простому смертному в принципе не сравниться с Божеством. Ну, а то, что я уже прикончил нескольких ее собратьев – грубая беспечность с их стороны и удача с моей. Уверен, именно так она и думала. Особенно после того, как я пару раз погиб, пытаясь добраться до ее обители…

Посидев еще немного, я изъявил желание пойти в свои покои, если мне таковые, конечно же, полагались. Как оказалось, полагались. В проводники до них, Богиня определила для меня ту самую, запуганную и от того немного неуклюжую девушку – Суо. Наверное, подумала, что я все-таки передумаю и захочу воспользоваться ее предложением. Вот только мне, в тот момент, было вовсе не до развратных утех. Атмосфера, так сказать, не располагала. Да и предложенные варианты, совершенно не привлекали. О чем я только думаю?

Я понимал, что весь этот хоровод пустых мыслей, вызван общим напряжением и беспокойством за моих спутниц. Мне просто нужно было отвлечься, вот я и перебирал в сознании всякую ерунду. Эх, уж лучше бы мы сразу сразились и расставили все точки над «ё». Не зря говорят – ожидание смерти подобно! Даже, если за эти три дня я восстановлю силы и отдохну физически, то морально явно вымотаюсь в хлам. А все потому, что Боги коварны и непредсказуемы, и это поневоле порождало некую нервозность и ожидание пакости…

– Зря вы сюда пришли… – тихий голос, больше похожий на громкий шепот, вывел меня из задумчивости, заставил остановиться и посмотреть на мою провожатую со смесью удивления и растерянности. Не думал, что эта зашуганная пташка осмелится со мной заговорить…

– Я… – только и успел обронить, прежде чем девушка резко обернулась и, вскинув голову, посмотрела на меня большими, наполненными отчаянием, глазами.

Какая она все-таки маленькая и хрупкая… Я смотрел на Суо, а в голове всплывал образ Сальвии. Помнится когда-то, циничные горняки, привели ее ко мне в таком же перепуганном и почти сломленном состоянии. Со временем она стала для меня не просто «подарком», а настоящим даром судьбы, одним из моих бесценных сокровищ, которое я не смог уберечь от беды…

– Госпожа убьет вас, – без тени сомнений заявила Суо. – И смерть ваша будет долгой и мучительной. Зачем вы пришли? – она смотрела на меня с искренним недоумением, явно не понимая, как можно было самолично обречь себя на столь ужасную участь.

– Я пришел оборвать жизнь Гельфриды, – спокойно ответил я, наблюдая за реакцией служанки на мои слова. – И другого пути у меня нет…

За несколько секунд на бледном лице девушки пронеслась целая гамма эмоций, начиная от недоверия и заканчивая чуть ли не паникой. В конце, она даже затравленно осмотрелась по сторонам, будто ожидала, что меня, да и ее, заодно, вместе со мной, неминуемо поразит божественная кара, за столь дерзкое заявление. Убедившись, что немедленной расправы не последует, рабыня позволила себе облегченно выдохнуть и вновь посмотрела на меня.

– Тогда… желаю вам удачи… – тихо проговорила она и даже едва заметно улыбнулась.

– Я собираюсь убить твою Богиню, а ты желаешь мне удачи? – после встречи с последователями Тельруна, меня это не шибко удивило, и все же я решил прояснить этот момент.

– Простите… – девушка виновато опустила голову, видимо, испугавшись, что взболтнула лишнего.

Она замерла и буквально сжалась от напряжения. Я понимал ее опасения. Как не крути, но я сидел за одним столом с Всевышней на равных, а Суо была всего лишь служанкой, чья жизнь не представляла особой ценности. По крайней мере, для хозяйки этой крепости. Бедняжка наверняка опасалась, что желая высмеять и унизить Гельфриду, я поведаю ей о неосторожных словах рабыни, которая столь простодушно и беспечно пожелала удачи ее врагу, вместо того, чтобы хотя бы попытаться поставить зарвавшегося гостя на место. Конечно, ничего подобного я делать не собирался. Не хватало еще вмешивать в мои разборки с богами невинные души. Вот только страх навлечь на себя гнев госпожи, явно убедил служанку в обратном, и она решила исправить свою оплошность. Вот же глупая девчонка…

– Не стоит этого делать, – предупредил я девушку, заметив, как она сжала кулаки. – Ты меня даже поцарапать не сможешь, а вот себе явно навредишь.

Вскинув голову, Суо беспомощно посмотрела на меня. Ее большие выразительные глаза вновь наполнились беспросветным отчаянием, а губы предательски задрожали. Бедняжка явно была на грани…

– Не рискуй своей жизнью напрасно, – мягко проговорил я и, желая успокоить, опустил руку на ее плечо.

От моего касания невольница вздрогнула и даже слегка присела. Стройное тело мгновенно наполнилось напряжением и скованностью, а сама девушка замерла, словно ожидала, что я вот-вот сверну ей шею, в наказание, даже не за попытку, а за допущенную мысль о нападении на меня. М-да, как все запущенно… Понимая, что в данный момент любые слова вряд ли успокоят Суо и развеют ее тревоги, я сдержанно улыбнулся и жестом предложил продолжить наш путь. Служанка робко кивнула и торопливо повела меня дальше. Вплоть до самых покоев, она не проронила больше ни слова, а убедившись, что мне ничего не нужно и вовсе спешно ретировалась. Проводив ее взглядом, я лишь покачал головой. Чем больше я углублялся в этот прогнивший мир, тем больше убеждался в том, что он построен на властолюбие могущественных Богов и страхе их беспомощных последователей. Впрочем, стоило признать, что и на моей родине хватало подобного «добра»…