Текст книги "Вернуться 6 (СИ)"

Автор книги: Альберт Кирилов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Глава 16

– Adat andhar! (Тревога! (араб.) – прим.) – раздался испуганный крик из салона внедорожника, в кузове которого находился Герман.

– И чего так орать! – дернулась правая щека.

При первых же выстрелах из грозного оружия, сидевший в машине инстинктивно пригнулись, только после последней очереди из гранатомёта, один из сидевших позади пограничников наконец повернул голову и увидел, что в кузове их автомобиля, за станиной с гранатомётом, находится неизвестный, вместо сослуживца. И сразу заорал, пытаясь всех предупредить об опасности.

– Из машины, – выпалил командир группы Найд, впавший на мгновение в натуральный ступор.

Осознание того, что два внедорожника пограничников поражены огнём из гранатомёта на его машине, пришло не сразу. А ещё потом понимание того, что это сделал кто угодно, но не подчинённый, который, скорее всего, уже мёртв.

– Ты чё, права купил⁈ – удар Германа грудью о массивную «тушу» гранатомёта был болезненным, когда внедорожник встал как вкопанный, из-за зажатой до упора в пол педали тормоза.

Инерция после торможения и удара об оружие, кинула его назад прямо спиной на пол кузова. Выбитый двойным ударом воздух из легких не помешал ему вернуться в вертикальное положение: ноги и так ушли к голове, так что толчок лопатками от пола, выброс ног вперёд. Ещё во время этого процесса, правая рука успела выдернуть из кобуры «Глок», а оказавшись на ногах, указательный палец начал давить на спусковую скобу, когда ствол был направлен в заднее стекло внедорожника. И… из мозга по нервам прошла команда – отмена стрельбы.

Крови будет много! И некоторые впечатлительные личности женского пола не поймут-с, как и Архип. Их ещё везти внутри этой машины. Грязно, не эстетично и вообще, фу! А это не есть – хорошо. Посадить их в это непотребство он сможет, но только истерик во время поездки или после неё ему абсолютно не нужно.

На размышления ушло совсем немного времени, когда двери внедорожника стали резко открываться: пассажиры стремились немедленно покинуть ловушку, в которую превратилось их транспортное средство. Навыка и опытов у них для этого было достаточно.

Задние подзадержались, из-за обоюдного удара лицами о передние сиденья после торможения, а вот командир группы Найд с переднего пассажирского сиденья выскочил первым. Бедный водитель был последним: застрял из-за педалей, зацепившись за них правой ногой и никак не мог освободить конечность, несмотря на панические попытки выдернуть её из внезапного капкана.

Разбегающиеся из машины пограничники могли доставить много проблем. Так что, сильнейший толчок и массивное тело взвилось в воздух из грузового отсека внедорожника.

– А-ай!

Опытнейший командир группы Найд, десантировавшись со своего места, сразу же кувырком ушёл подальше от машины, в процессе этого, разворачиваясь лицом к машине, одновременно поднимая свой карабин, чтобы открыть огонь по внезапному пассажиру.

И получил удар коленом прямо в грудь, выбившим воздух из легких и откинувший его на три метра назад, спиной в песок. Хрустнули сломанные пальцы на правой руке: оружие было выдернуто из рук самым варварским способом.

– Не балуйся, – раздался мужской голос. – А вы куда?

С заднего сиденья полезли сразу оба пограничника. Замок на задней левой двери с какого-то – заклинил. И не смогший её открыть боец, полез за своим товарищем в его правую заднюю дверь.

Бам!

Первый атакованный не далеко ушёл, так что добраться до машины особых усилий не потребовалось. В частично открытую дверь пришёлся удар, нанесённый с разворотом назад правой ногой. Почти вылезший первый боец получил дверью в многострадальное лицо, пострадавшее от удара об сиденье. Одновременно получив перелом правой руки, после чего был отброшен назад, прямо на лезущего за ним коллегу. И обоих с силой отбросило назад, на запертую дверь, ощутимо приложив об неё.

– Аллах Акбар! – командир не сдался: сложно изогнулся так, что левой рукой умудрился вытащить пистолет из набедренной кобуры, пытаясь навести его на смутную фигуру, атаковавшую его подчинённых.

Отобранное у него же оружие, провернулось в руках: приклад упёрт в плечо, ствол уставился прямо в лицо его хозяину. Предохранитель был заблаговременно снят им же, так что оставалось лишь нажать на спусковую скобу.

Глаза обоих на мгновение упёрлись друг в друга… Рука с пистолетом не остановилась, пытаясь навестись на врага, несмотря на то, что по глазам было видно – тот понимает, что не успевает, но продолжал своё действие…

Бах!

– Жаль, боец, – немного огорчённо сказал Герман, отводя приклад карабина от плеча. Покачал головой, отвёл глаза от мертвого командира группы Найд, получившего пулю прямо в голову.

Бам! Бам! Бам!

Очередь из трёх патронов пробила стекла внедорожника, не попав во мгновенно опустившегося вниз на левое колено Германа, скрывшегося за кузовом машины.

– Сука! – выплюнул от злости на самого себя, что так сглупил.

Получивший телом своего же сослуживца со сломанной рукой, благополучно потерявшего сознание и оставшегося лежать на полу, пограничник сделал выводы. И полез в обратную сторону: умудрился открыть, выбить свою дверь, с силой дёрнув за ручку и ударив левым плечом.

Выпав из машины вперёд лицом, вскочил на ноги, взял на изготовку своё оружие, а затем сквозь стёкла внедорожника открыл огонь по атаковавшему их. С огорчением поняв, что противник мгновенно осёл вниз, спрятавшись за кузовом автомобиля.

Тут из машины вывалился водитель, наконец выдравший свою ногу из ловушки, а оказавшись на карачках, попытался удрать от внедорожника как можно дальше.

Прощать прицельную стрельбу, а также возможное повторение подобного никто не собирался.

– На-а!

Коленопреклонённая стойка никак не помешала провернуться на левом колене, а затем ударить правой ногой назад в стойку, между передней и задней дверью.

Бам! Бу-у-ух!

– Аа-агх! – не попавший в цель пограничник, пытался выискать свою цель взглядом, и никак не ожидал, что массивная туша внедорожника прыгнет на него, ощутимо приложив.

– Уй-яй! – водитель успел сделать пару движений, как получил прямо по заднице сильный удар, откинувший его на метр вперёд.

Скольжение боком по крыше машины, содравшее краску, а затем массивная фигура приземлилась перед копошащимися на песке телами, оказавшимися неподалёку друг от друга.

– Хэк!

Несчастливый стрелок, откинутый ударом на спину, поджал ноги под себя, встал правым коленом на песок, и наводил свой карабин в сторону автомобиля.

Получил хлёсткий боковой удар левой ногой в голову, с разворотом на правой вокруг своей оси. И рухнул боком в песок, потеряв сознание.

– На-а!

Разогнанное инерцией тело: левая нога сменила правую, а затем низкий круговой удар правой конечностью по поднимающемуся обратно на карачки водителю. Подошва кроссовка прилетела прямо в лоб: «выключив» разум водителя в спасительную темноту в мгновение ока.

– Ты смотри, живучие какие.

Из двух выбитых им гранатами внедорожников полезли наружу уцелевший пограничники, в разной степени побитости и телесных повреждений. Герман постарался никого не убить, но тут уж как кому повезло. Разлёт осколков – это дело такое. И многострадальные пулемётчики в очередной раз поплатились: один убит, второй получил тяжкие телесные повреждения.

– Про тебя чуть не забыл, – хлопнул себя по лбу Герман, направившись к задней двери, намереваясь выкинуть оставшегося в машине пограничника.

Ба-а-бах! Ба-а-бах! Ба-а-бах!

– Ни хера себе, сказал я – себе! – выругался Герман, хлопнувшись животом на песок. – Мудила из Нижнего Тагила.

Нежданчик, однако!

Одна крупнокалиберная пуля попала в аккурат в двигательный отсек внедорожника прямо над аркой колеса – пробив насквозь, оставив в месте выхода здоровенную дыру; вторая влетела в переднюю открытую дверь – вынеся противоположную; третья – продырявила открытую заднюю дверь, миновав неведомым образом противоположную, пролетев в щель между нею и кузовом.

– Руки из жопы, – констатировал Герман, которому несказанно повезло.

Одна из пуль прошла рядом, на уровне груди; вторая почти чиркнула его правое колено. Звук от них серьёзно взбодрил его: с оторванной ногой по пустыне не побегаешь.

– Не повезло. Да, бывает…

Слава богу, обошлось, а небольшие раны от осколков металла – не в счёт. Что не скажешь об оставшемся во внедорожнике пограничнике – пуля неведомым образом оставила противоположную дверь полностью невредимой, но пробила насквозь лежавшее на полу тело: попав изначально в низ живота.

– Да вы издеваетесь! – обидно было, однако.

Из пробитых отверстий в двигательном отсеке с двух сторон выбились струйки пара, смешанного с сизым дымом. Стало очевидно, что эта машина больше никуда не поедет.

* * *

– Выстрелы! – лейтенант посмотрел прямо в глаза капитану, который и сам всё прекрасно слышал.

Смолкший гранатомёт неожиданно активизировался, а потом раздались звуки разрывающихся гранат… Недолгая тишина и тут пулемёт выдал короткую очередь… И затем тишина, не считая звуков ветра и песка.

– Он их обманул! – высказался капитан, возвращая встревоженный взгляд своему подчинённому.

– Один?

– Какая разница, сколько их там? Один или несколько… Схема стандартная: атака – отход. И сейчас тоже самое. И главное – эта тварь всё время возвращается!

– Ваши указания, господин, – у лейтенанта задергался левый глаз.

– Немедленно уходим! – сказал капитан.

– А-а… – начал говорить лейтенант.

– … Им не повезло! – перебил Башар лейтенанта. – Не вижу смысла попадаться в ту же самую ловушку. Уходим. Господин Флетчэр, – кивнул в сторону одной из своих машин капитан, посмотрев на торговца. – Поторопи шейха, – а это уже лейтенанту.

* * *

Конечно, испуг от пролетевшей поблизости смерти был, но прошёл практически сразу же, пришло время действий.

И разозлённый потерей транспорта, Герман переместился в правую сторону, выскочив из-за кузова внедорожника, вскинул отобранный М-4 и «залил» ответным огнём стрелка.

Пока он разбирался с нежелательными пассажирами своего внедорожника, один из пограничников, несмотря на свои травмы, умудрился добраться до пулемёта. Так ещё подбитый внедорожник, «разложился» на песке так, что ствол пулемёта оказался направленным прямо в сторону машины Германа. Совершенно неудобное положение внедорожника – на боку, это не помешало гадёнышу выдать короткую очередь из пулемёта.

Как говорится – что такое не везёт и как с этим бороться…

Мелкий пакостник в Германа не попал, зато «ухайдокал» внедорожник, который нужен был для вывоза девчонок и Архипа, а на худой конец, поделиться аккумулятором. Попадание из крупнокалиберного оружия в двигательный отсек не оставляло шансов на то, что аккумулятор остался целым. Да и вообще, похоже в любой момент пары бензина могу вспыхнуть под капотом. Как-то слишком сильно повалил чёрный дым из под него.

Попасть в «снайпера» не смог, тот быстренько среагировал и откатился от пулемёта и скрылся за кузовом внедорожника, как только рой пуль просвистел рядом с ним и застучал по металлу машины.

Хорошо, что остальные, оставшиеся в живых пограничники, вступать в бой не стремились. Сильно побитые или совсем не дураки, чтобы вступать в бой с противником, который раз из разу бьет их. Попрятались за машину и в ложбинах, стараясь не показываться на глаза стрелку.

– Ладно! Повезло вам, – плюнул с досады Герман.

Очень хотелось добить урода, что лишил его «колес», да и всех, кто с ним рядом, но внутри толкнулось ощущение, что мало времени. Надо уходить…

Командир группы Джабар, после обстрела их внедорожника и последовавшей аварии, сознание не потерял, и смог вылезти из машины. Повезло, что она легла на бок со стороны водителя, правда пришлось ему помочь выбраться. Лицо того было залито кровью из-за рассечения на лбу, а ещё жалобы на боли в груди: похоже были сломаны рёбра от сильного удара об руль.

Сейчас командир группы пытался оценить обстановку!

Вылезшие из машины поголовно имели травмы разной степени тяжести, судя по жалобам и внешнему виду. Пулемётчик, улетевший далеко в пески, не подавал признаков жизни. Добравшийся до пулемёта сейчас держался за бок, скособочившись на сторону. На адреналине всё сделал, а теперь ему это аукнулось.

Командир быстро высунул голову со стороны двигательного отсека внедорожника, глянув в сторону обстрелявшего их, а потом также шустро спрятался обратно, ожидая очередной очереди от противника.

Этого ему хватило, чтобы увидеть, что рядом с внедорожником с гранатомётом мелькнул чей-то силуэт, сразу же исчезнувший в темноте по направлению к лагерю бедуинов.

* * *

– Быстрее! Быстрее!

Капитан заметно нервничал, наблюдая за тем, как несколько бедуинов таскают баулы цвета «хаки» из шатра шейха, забрасывая их в грузовые отсеки «Хаммеров»: «Долго! Медлительные ишаки», – ругался про себя, желая погнать грузчиков пинками.

Флетчэр в указанную ему машину не пошёл, а посматривал по сторонам, ожидая прихода шейха Абу Бакра. Всё тоже бесстрастное лицо, но капитан успел заметить, что у торговца начали подрагивать пальцы на обеих руках.

Малик командовал назначенными грузчиками бедуинов, когда к нему подошли ещё несколько воинов, не совсем понимающих, что собственно происходит. У них были вопросы, на которые бы они с удовольствием желали получить ответы.

Шейх не давал никаких инструкций Малику, но тот и сам примерно знал, что ему говорить, хотя ему это совершенно не нравилось:

– Забар! – обратился он к вышедшему вперёд всех воину, предвосхищая неприятные вопросы. – Ты и твои люди, – он ткнул пальцем в стоящих за Забаром людей, – остаетесь охранять лагерь. Я с господином отбываю на пограничную заставу.

– Раненые?

– Остаются здесь, дожидаются, когда я вернусь с врачом.

Не настолько бедуины дикие люди, давно осознавшие, что любой человек с медицинским образованием гораздо лучше, чем свои женщины, лечащие способами, которыми ещё их прабабки лечили.

Остающиеся переглянулись, получив неприятное известие, но в пререкания с Маликом вступать не стали, отойдя в сторону и неодобрительно смотря на происходящую суету. Тихо между собой переговариваясь, выражая недовольство тем, что остаются раненые, они и… Мнением женщин никто не интересовался, так что о них никто не думал и не говорил.

– Ахма Дира, ты и остальные женщины остаетесь здесь! – уведомил её Абу Бакр, считающий, что от неё особо неприятных вопросов не последует и был совершенно прав.

Шейх находился в шатре, контролируя вынос баулов с документами, деньгами и золотом, когда Ахма Дира, оставив своих охранниц снаружи, просочилась в шатёр. Она пришла из шатра, где находились раненые, желая доложить Абу Бакру об их состоянии.

Ахма Дира была умной женщиной и прекрасно знала обо всём, что происходило в лагере, в том числе и разговоры про неизвестного «кровника», что пришёл за своими женщинами. Ей рассказали о выводах командира пограничников, торговца и шейха о том, что этот псих не уйдет, пока не заберёт «живой товар».

Жестокость и безжалостность по отношению к своим жертвам…

Всё это мужчины обсуждали за столом, не обращая внимания на молчаливых женщин, обслуживающих их, а те всё слышали и запоминали, а потом докладывали всё Ахма Дире.

«Призрак Пустыни!» – неожиданно в голове у неё всплыли слова того трусливого мальчишки Валида, посмевшего потерять своё оружие и остаться в живых, а не погибнуть, как полагается настоящему воину.

– … – Ты всё поняла? – вырвал из раздумий Ахма Диру голос Абу Бакра.

– Да, господин!

Слова о раненых бессмысленны. Похороны многочисленных убитых шейху – не интересны, несмотря на то, что похоронить мертвецов необходимо в кратчайшие сроки – традиция, которая появилась задолго до прихода пророка Аллаха на эти земли.

При такой жаре любой мертвец начинает очень быстро разлагаться и плохо пахнуть в течение нескольких часов…

Ахма Дира поняла, что шейх сильно напуган, озабочен спасением своей шкуры, ему наплевать на членов своей племени и обязательные традиции. В его глазах был виден откровенный страх, который она давно не видела у него.

– Я быстро вернусь, – он прятал от неё глаза, а потом ткнул вошедшим двум бедуинам на оставшиеся баулы, а когда их забрали, то пошёл за своими людьми на выход.

– Теряем время. Может поедем? – подал голос лейтенант, которому задержка шейха начала надоедать. Капитан не успел ответить своему подчинённому.

– … Уезжаем! – из шатра появился шейх, идя за двумя бедуинами, что несли по два баула в руках, где были остатки золота и деньги.

– Одна из моих машин пойдёт первой, вторая – замыкающей, – спокойно говорил Башар, решив уведомить всех о движении в колонне. – Господин Флэтчер, вы в мою машину, – он в очередной раз показал торговцу на выбранный для него транспорт. – На заднее сиденье, – повернул голову к Абу Бакру. – Ваши машины, в середину колонны.

– А вы где будете? – неожиданно спросил шейх, в глазах которого была видна откровенная тревога, когда смотрел на капитана.

– В той машине, что пойдёт первой, – показал на постоянно используемый им внедорожник Башар.

– Может в моей поедете⁈ – шейх указал рукой в сторону одного из «Хаммеров».

– Хм-м, – на миг задумался капитан. – Господин Флэтчер? – посмотрел на торговца, который пожал плечами, показывая, что ему без разницы. – Хорошо. Я поеду с вами, – кивнул шейху. – Рацию принеси, – приказал рядом стоящему лейтенанту.

Тот кивнул и быстро убежал к машине капитана: помимо встроенной рации, в бардачке находились две переносные, японские рации. Их мощности хватало в радиусе 5-и километрах.

Шейх не собирался говорить о том, что капитан ему нужен в машине ради определённой страховки и не бросит его, если вдруг чего произойдёт непредвиденное. Обрадованный тем, что Башар согласился, он направился к внедорожнику, как вдруг остановился.

– Малик! – обернувшись к шедшему за ним. – Приведи этих… европеек. И посади во вторую машину, – показал на второй внедорожник, где должны были ехать выбранные воины с багажом.

– Господин⁈ – подобрался Малик: ему не понравилось подобное указание. Места распределены, для дополнительных людей их просто нет.

– Выполняй! – разъярился Абу Бакр. – Я за них слишком много заплатил, чтобы оставлять их здесь, – простая жадность и мысли о том, что ему придётся бросить «живой товар» здесь, фактически признав свою беспомощность перед тем, кто пришёл за женщинами, сжигали шейха изнутри.

– Господин, я бы вам это не советовал делать! – хмуро процедил капитан.

– Кто вернёт мне за них деньги? – ответа на свой вопрос Абу Барк не ждал. – А вам я достаточно заплатил, – с вызовом в глазах посмотрел на Башара.

Тот понял, что шейх упёрся в своём решение и он действительно заплатил большие деньги, так что может навязывать свою волю. И Башар решил не усложнять обстановку.

– Господин! – прибежал лейтенант, сунув капитану в руки переносную рацию.

Решение шейха неправильное, но Малик выполнил его указание, вернувшись спустя пару минут, в сопровождении двух бойцов, тащивших за руки двух русских женщин, которых не особо церемонясь, насильно запихали на заднее сиденье одного из «Хаммеров». Место позволяло и женщин подпёрли с двух сторон их надзиратели.

– Выезжаем! – выкрикнул капитан, смотря за тем, как по машинам разбегаются его бойцы и бедуины. Шейх подошёл к выбранной им машине и не особо ловко залез во внедорожник.

Из-за его решения возникла проблема: часть бедуинов, уезжающих с шейхом пришлось пересаживать в машины пограничников, уплотняясь по полной. Капитан направился к переднему сиденью «Хаммера» шейха.

– Песчаный Патруль! – рация в накладном кармане капитана подала признаки жизни.

– Песчаный Патруль! – ответил капитан, вытащив её и поднеся рацию к лицу.

– Это группа Джабар! Нападе… – раздался кашель, прервавший разговор. Удар грудью о переднюю панель не прошёл даром – треснули рёбра. – Кха! Нас атаковали. Все машины выведены из строя, – очередной кашель.

– Потери? – спросил Башар.

– Двое убитых. Командир группы Хиджаз без сознания. Все остальные имеют те или иные повреждения. По группе Найд ничего сказать не могу. Рядом с машиной противник. Подойти не можем.

Никто из пограничников воевать с напавшим на них особым желанием не горел. И командир группы не собирался их отправлять на верную смерть. Хватило последней перестрелки. Всех вытащенных и побитых бойцов стащили в одно место. И только затем командир добрался до рации, которая уцелела, как ни странно, и доложил капитану о их проблемах.

– Требуется медицинская помощь, – добавил под конец разговора.

Помрачневший Башар задумался на некоторое время.

Его людям требуется медики, есть потери. Но ехать сейчас им на помощь, чтобы угодить в очередную ловушку, на которые неизвестный оказался настоящим мастером… Да ещё оплата от шейха, который не оценит, если Башар решит сейчас развернуть спасательную операцию, вместо того, чтобы доставить его в безопасное место. Да и Башар в этом никому не признается, но ему очень не хотелось столкнуться с «кровником» шейха в открытом бою.

Значит остается только один вариант.

Капитан поменял направление и добрался до своей машины с мощной рацией, ткнув сидевшему на сиденье лейтенанту в микрофон, а тот быстро передал его:

– Песчаный Патруль – Базе.

– Слушаю, Песчаный Патруль! – быстро ответил радист с заставы.

Радист отслеживал эфир с момента отправки усиленных групп на помощь к начальству. И прекрасно слышал все переговоры за последнее время, когда изначально одна из патрульных групп попала под огонь, а потом их последующие приключения, но со своими «ценными» советами не лез. Прекрасно зная, что капитан за подобное самовольство оторвёт ему голову.

– Дежурного! – потребовал капитан, спустя две минуты услышав в эфире его голос.

Радисту понадобилось немного времени, чтобы добежать до кабинета и выдернуть ответственного по заставе.

– Да, господин.

– Высылай в 38 квадрат поддержку, – приказал капитан. – Я скоро буду, – предвосхитил ненужные вопросы. – Взять с собой медика. Быть готовым к возможной засаде. Как понял?

– Вас понял, – ответил дежурный. – Высылаю патрульные группы.

Он поднял всех, кто был из действующего состава, отправив вместе с ними двух медиков на четырёх машинах с предупреждением о возможной опасности в точке прибытия.

– Выезжаем! Немедленно, – бросил капитан лейтенанту. – Пойдешь первым, я с шейхом. Последней идёт наша вторая машина. Действуй, – и быстро ушёл в машину шейха.

Лейтенант передал по рации приказ раньше, чем Башар захлопнул дверь «Тойоты». И спустя несколько секунд «Лэнд Ровер» лейтенанта тронулся первым, а за ним выехали «Хаммеры», а последней – вторая машина пограничников.

* * *

– Ну что там, Вахаб? – спросил майор Халлус, когда раздался тихий стук в дверь его кабинета, а потом зашёл старший лейтенант.

– На территории «саудитов» всё также идут бои: прекращаются, а потом всё по новой, – доложил подчинённый.

– У них там война что ли началась? – откинулся в кресле майор. – И с кем? – он откровенно недоумевал. Такого давненько у соседей не было.

– Не могу знать, – старший лейтенант находился в таком же удивление, что и его начальник.

– Радиоперехват?

– Нет! – отрицательно сказал Вахаб.

– Уроды! – выругался Халлус.

Несмотря на официальные дружеские отношения, американцы и англичане использовали разные системы шифрования, используемые в радиоаппаратуре, что поставляли своим арабским союзникам. Эта аппаратура не могла «вскрыть» или прослушивать радиопереговоры между арабскими соседями.

Халлус отлично знал от своего начальства и от того же Башара, что и те, и другие обещают своим поднадзорным каждый год предоставить технику и программное обеспечение, которое сможет взламывать систему шифрования соседей. И… ничего не происходило, несмотря на то, что «саудиты» и ОАЭ платили огромные деньги на разработку новых программ и оборудования, которое сможет взламывать шифры соседей.

Халлус имел стойкое мнение, что всех их просто дурят, не собираясь поставлять аборигенам высокие технологии и возможность доступа к ним. В Генеральном штабе имел пару разговоров, где ему под большим секретом сказали, что ведутся тайные переговоры с Россией, на предмет решения этого вопроса. По словам Башара, его руководство общалось по этому поводу с китайцами, которые вроде бы обещались разрешить эту проблему.

В России разруха и бедность, так имелись специалисты, которые за пару, тройку миллионов сделать всё возможное. Китайцы во всю стремились получить доступ к нефтяным запасам Саудовской Аравии, в обход американцев. И готовы были из кожи вылезти, чтобы получить наиболее тесные отношения по вопросу нефти.

Так что с прослушиванием друг друга было всё очень плохо, что не облегчало работу Халлуса, а наоборот. Несмотря на неплохие отношения с соседями.

– Хорошо, пусть специалисты продолжают свою работу, – кивнул старшему лейтенанту.

– Может выдвинуть «тревожную» группу к границе? – решился на вопрос Вахаб.

– Пока не вижу смысла, – поднял голову от документа майор. – Но пусть будут на готове.

– Хорошо, господин, – поклонился старший лейтенант и вышел из кабинета своего командира.

* * *

– Аллах Акбар! – у Валида вырвался испуганный вскрик, когда он увидел того, что напугал его до смерти.

Как только он пришёл в себя и ему озвучили слова шейха, смысл жизни для парня был полностью утерян. Его притащили в палатку, где находились раненые. Не особо церемонясь бросили на лежанку на полу. И с того самого момента, он бездумно глядел в потолок, пока в лагере не началось всё по новой: очередное нападение со стрельбой и очередными жертвами со стороны бедуинов. Весь бой Валид пролежал на полу, вжимаясь в сильно пахнущий ковёр, и дико боялся, что Призрак ворвётся в палатку и убьёт именно его. Об остальных, что находились вместе с ним, он даже не думал. И всё ждал… когда Призрак придёт за ним.

Внезапно к выстрелам добавились взрывы, а также звуки работающего крупнокалиберного пулемёта. После они стали удаляться в пустыню… И стихли. Валид понял, что пограничники смогли отогнать Призрака далеко в пустыню. Находится в неведении в замкнутом пространстве было невыносимо. Валид покинул шатёр, пытаясь рассмотреть и понять, что происходит.

В лагере творился настоящий бардак. Кто-то куда-то бежал, кто-то что-то нёс. Презрительные взгляды соплеменников заставили Валида отойти подальше и зайти за крайний шатёр, рядом с выездом из лагеря. Откуда он с интересом и страхом смотрел за тем, как в «Хаммеры» и внедорожники пограничников стали лихорадочно забрасывать скарб, вытаскиваемый из шатра шейха Абу Бакра.

Валид вздрогнул, когда из пустыни понеслись очередные взрывы и пулемётные очереди, но всё быстро стихло. Толком не слыша разговоров, парень сделал вывод, что шейх с частью людей уезжает, оставляя здесь остальных. Наконец из своего шатра вышел шейх, затем забрался в машину.

Уезжающие расселись по машинам, а потом все четыре автомобиля выехали из лагеря, направляясь в неизвестном направлении, оставляя за собой «смертников». Валид смутно понимал это и очень боялся, как вдруг увидел стремительно двигающийся силуэт. За ним в воздух поднимался основательный «хвост» из поднятого ногами клубящего песка, который не стремился осесть, оставаясь в виде длинного шлейфа

– Призрак, – просипел Валид.

И упал на колени, стремясь стать ниже и незаметнее. Ведь в этот момент он с увидел, как бегущая фигура повернула голову в его сторону всего на мгновенье: тяжёлый, нечеловечески жестокий взгляд поймал его глаза.

Валид взвизгнул, упал на руки и быстро пополз на карачках в глубину лагеря. Пытаясь скрыться как можно дальше и надеясь, что Призрак сейчас ни придёт за ним, чтобы добить его и всех, кто остался в живых в лагере.

* * *

– Су-у-у-ка! – как не торопился, он не успел.

Когда до лагеря бедуинов оставалось метров двести, неожиданно с территории лагеря выскочил «Лэнд Ровер», за ним два «Хаммера», а замыкал ещё один внедорожник пограничников. И резво двинулись от Германа, забирая на юг.

– А ну стой! – глас вопиющего в пустыне. – Догоню, ноги переломаю, – выпалил Герман, а потом увеличил скорость.

Вытянувшись в «ленточку», колонна резко увеличила скорость, насколько это было возможно в условиях плохой видимости, стремясь оторваться от любых преследователей, если они будут. Натуральный страх заставлял водителей гнать на грани видимости и здравого смысла, так что колонна медленно, но верно отрывалась от бегущего позади неё человека.

Германа просто распирало от злости. От опасения, что он потеряет колонну, где наверняка находились его девчонки. Погрузку он не видел, но уверенность была полной, что они именно там.

Потеря колонны – это потеря Катерины и Василисы!

Мысли у него были всё те же: искать их в пустыне будет практически бесполезно. Их могут увезти куда угодно и найти их будет потом практические невозможно. Несмотря на все его возможности. Он не может этого допустить и должен сделать всё, что от него зависит. И даже невозможное, если это потребуется.