Текст книги "Вернуться 6 (СИ)"

Автор книги: Альберт Кирилов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

– Слушаюсь, господин капитан, – лейтенант убежал к рации, попутно выдав ЦУ вновь прибывшим пограничникам.

Башар посмотрел на суету, а потом вернулся в шатёр, где разговор пошёл в интересном и приятном для него направлении.

– Уважаемый Башар, прошу вас помочь в поиске наглецов, что атаковали мой лагерь, – выдал своё предложение Абу Бакр.

– И как вы это себе представляете? – сильно заинтересовался капитан, не показывая своего интереса.

– Ваш транспорт, ваши люди, – ответил ему шейх.

Шла обоюдная «игра» с обеих сторон!

Капитан в любом случае в силу своих служебных обязанностей обязан был провести необходимые действия по поиску и обнаружению неизвестных на своём участке ответственности.

Только ведь свои обязанности можно исполнить не особо напрягаясь, а можно со всем рвением, если это рвение соответственно подогреть.

Шейх… Абу Бакру необходима помощь, из-за того, что больше половины его воинов погибли, а часть из них – ранены. Двое получили тяжёлые ранения. Их фукара (шаманка, ведьма, – прим.), врачующая всех страждущих, не гарантировала, что они выживут. Это Абу Бакру доложил Малик, специально сходивший поинтересоваться этим вопросом к фукаре.

Сразу же организовывать погоню шейх не мог. Боясь потерять ещё больше своих людей, а вот с помощью Башара, его чувство мести будет частично утолено, если пограничники поймают наглеца и беглянок.

Ещё никогда его племя не получало такие потери. Даже в далёких 70-годах, когда в результате кровной мести, его племя сцепилось сразу же с двумя, дружественными друг другу, племенами.

На протяжении двух месяцев племя Абу Бакра, под руководством тогда ещё живого отца шейха, вело боевые действия в пустыне. С внезапными нападениями на лагеря своих врагов, засадами в песках и тому подобному. Они победили, но большой ценой. Но тогда они потеряли примерно треть воинов, в течение этих двух месяцев. А тут, за одно ночь, шейх потерял больше половины!

* * *

– Так, а чего это у… – Герман осёкся, когда увидел в прицел, что из большого шатра выводят его «потеряшек». И у обеих на лице кровь…

Малик силу не сдерживал, ещё со второго раза разбив губы у обеих девушек и повредив кровеносные сосуды в их прелестных носиках.

Палец на спусковом крючке стал выбирать свободный ход, чтобы выпустить первую короткую очередь в направлении ведущих девушек двух бедуинов. Позади них двигались три бедуинки.

– Сука! – палец отпустил крючок.

Точность попадания гарантировалась постоянными тренировками с оружием. Американский карабин давал возможность сделать очень точный выстрел или очередь.

Но… Опасно! Девчонки слишком близко от бедуинов. На бедуинских женщин ему было плевать с большой высоты. Но сразу всех положить будет затруднительно. Ещё полно вооруженных людей, да два пулемёта. Стрельба со стороны бедуинов и пограничников может плохо сказать на Катерине и Василисе.

– Я ж вас живьём на лоскуты порежу…

* * *

Малик, следовавший вместе с приставленными к пленницам охранниками, остановился и перевёл свой взгляд в сторону возвышенности.

Песок, переносимый ветром через неё, не давал возможности хорошо рассмотреть саму вершину. Тем более, что невозможно было увидеть дозорных: выемка и ткань поверху неё, если они сами не захотят показаться.

По коже Малика прошёл озноб, ведь именно оттуда на него был направлен взгляд, наполненный натуральной звериной яростью, обжигающий кожу на лице!

– Что-то не так, – он замер, пытаясь рассмотреть того, кто так на него смотрел, но его потуги не увенчались успехом.

Там четверо его людей. Он требовательный и жёсткий командир, но всегда справедлив. Так что не должно быть никого, кто бы так ненавидел его. Или… есть? Над этим стоило подумать. А потом проверить, кто же так возненавидел его – ни с того, ни с чего.

Сопроводив женщин в один из шатров, где их связали на всякий случай, оставив рядом с ними двоих воинов, Малик вернулся к шейху. Всю дорогу до шатра, поглядывая в сторону возвышенности, ощущая исходящую оттуда опасность.

Глава 13

– Э? Куда?

Выехавшие с территории лагеря бедуинов автомобили пограничников разделились: два внедорожника поехали в разные стороны, по широкой дуге огибая лагерь, а вот третий – двинулся в сторону границы с ОАЭ.

Командир патрульного автомобиля, направившегося в сторону границы, действовал строго по инструкции, практике и своему опыту, приказав водителю двигаться именно в этом направлении.

Всё говорило о том, что неизвестные нападавшие по всем размышлениям и обычной логике направятся именно в этом направлении, по самому кратчайшему пути. Два других патрульных автомобиля обследуют территорию вокруг лагеря бедуинов с целью контрольной проверки. На всякий случай.

– Да чтоб вас! Не могли в другую сторону поехать, бараны! – раздраженно выдал Герман.

Прекрасно сделавший выводы и ощутивший непосредственную опасность для Архипа и девчонок. Если бравые погранцы пойдут до самой границы, то обнаружат их в любом случае. И он оставил для возможных гостей «сюрприз», а сам схватил один из карабинов, закинул его за спину, второй – в руки, а потом метнулся вниз по склону.

Уничтожать служивых ему не очень хотелось… Сам такой!

Пограничников не тронет, только если они не будут угрожать девчонкам и Архипу. А если нет… То ликвидирует любым способом, несмотря ни на какие свои сожаления и принципы.

А вот тронувшие его женщин ублюдки, ещё ходят, дышат, но они уже мертвы. Они просто пока об этом не знают…

* * *

– Осторожнее, Язан, – выразил своё недовольство, сидевший на переднем пассажирском сиденье. – Не кизяк везёшь.

Пару минут назад, водитель внедорожника, движущегося в направлении границы, просмотрел сформированную ветром глубокую впадину между небольшими барханами. И автомобиль ухнул туда передними колесами, а потом ещё задняя подвеска отработала так, что зад автомобиля сильно подкинуло.

Из-за этого стоявший за пулемётом боец чуть не вылетел из кузова, благо успел намертво вцепиться в гашетки пулемёта. Сидевших в салоне подкинуло вверх: водитель вцепился в руль, а его пассажир за специальный поручень на передней панели. А вот задних пассажиров подкинуло так, что они проверили твёрдость потолка своими головами. Поток ругани понёсся на идиота, который их чуть не угробил.

Маршрут движение внедорожника шёл зигзагом по направлению на север, захватывая большую территорию для осмотра. Обычная тактика, предусмотренная наставлениями, инструкциями и опытом.

Видимость была так себе, но это не на верблюдах в бурю передвигаться. В пустыню пришла современная техника, позволяющая медленно, но верно, передвигаться патрульному автомобилю в сторону границы. Страдал пулеметчик, открытый всем ветрам и летящему песку, в отличие от сидевших в салоне, но это пограничные войска, а не гарем, так что тот молча сносил все тяготы службы.

– Прошу прощения, господин, – повинился водитель.

Помимо того, что пассажир был ракибом (старший сержант, – прим.), он ещё прослужил более пяти лет, в отличие от водителя, который попал в пограничные войска всего год назад.

В свете мощных фар, а также дополнительных прожекторов, установленных на крыше машины, показалась очередная ложбина между барханами, и водитель снизил скорость до минимума. Намереваясь осторожно проехать опасный участок, чтобы не получить очередные упреки, а может и удар в лицо за свой проступок.

Бах! Бах! Бах!

Три пули хлестнули по внедорожнику в районе задней, откидной двери грузовой платформы. Неприятно взвизгнув и пробивая тонкое железо. Сильно испугав пулемётчика – одна из пуль «рванула» его за штанину, распоров плотную ткань.

У того хватило мозгов понять, что обстрел ведётся сзади, а вот развернуть пулемёт было просто невозможно, из-за конструктивной особенности турели, на которой было зафиксировано оружие.

Поворотный механизм был намертво закреплён об пол и заднюю часть кузова внедорожника: позволяя вести огонь вперёд и по бокам, в секторе обстрела не более 80 градусов. Стрелять назад было просто невозможно.

– Нападение! – заорал пулемётчик, падая вниз, а потом, несмотря на сильнейший испуг, попытался рассмотреть, кто в них и откуда стреляет.

Не прошло пары секунд после первой очереди, как пули ударили в висевшее на задней двери запасное колесо. Высокоимпульсные пули не смогли пробить стальной диск, но продырявили резину. Раздался сильный хлопок от вышедшего воздуха. В салоне автомобиля заорали, одновременно требуя от водителя немедленно вывести их из-под огня. Тот нажал на газ, намереваясь выдать полную мощь и уйти, но большой вес самого внедорожника, количество людей и вес всего барахла в нем, не давали возможности быстро набрать скорость. Да и сильно не разгонишься: ночь и очень плохая видимость. В любой момент можно очутиться в яме или врезаться в бархан.

Самое верное решение в этом случае: если обстрел автомобиля ведётся не спереди, то первое же правило – немедленно выйти из сектора обстрела, любым способом, но не останавливаться. И только если машина взята в «огневой мешок»: обстрел спереди и по бокам, то только тогда следует быстро покинуть её.

Сейчас обстрел машины патруля пограничников вёлся сзади, так что водитель поступил так, как требовалось – со всей дури давя на газ, подгоняемый криками ракиба и остальных пассажиров.

– Песчаный Патруль! Это группа Джабар! Песчаный Патруль! Это группа Джабар! – орал в рацию ракиб, пытаясь дозваться радиста капитана.

Благо все патрульный машины пограничников были снабжены стационарными радиостанциями, интегрированные в передние панели внедорожников.

– Это Песчаный Патруль! – раздалось в динамике. – В чём дело?

– Мы под обстрелом! Мы под обстрелом!

– Ваше место нахождение? Сколько человек вас атаковало? – в голосе ответившего отчетливо была слышна напряжённость.

– Тридцать третий сектор! Атаковало… – ракиб крикнул вглубь салона. – Спросите у этого сына осла, сколько человек он видит!

В заднее окно его глаза не видели бойца, должного стоять за пулемётом, но было слышно, как он панически вскрикивает каждый раз, при очередном попадании пуль по машине.

Одна из очередей пришлась прямо в крышу и заднее стекло машины: внедорожник неожиданно «провалился» вниз на одной из глубоких впадин в песке, так что Герман это не специально сделал. Две пули вспороли железо, а третья рассадили стекло, обсыпав осколками пригнувшихся на заднем сиденье пограничников.

Услышав вопрос ракиба, они оба проорали его в сторону кузова, надеясь, что тот их услышал и сможет увидеть атаковавших их.

– Я вижу вспышки от не менее двух стрелков, – прижавшемуся к полу пулемётчику было страшно, но не исполнить приказ ракиба – ещё страшнее. И он быстро приподнял голову между выстрелами и тут же спрятался обратно, укрывшись за бортом кузова.

Было не особо удобно, но Герман специально постоянно смещался из стороны в сторону, стреляя каждый раз с разных сторон, создавая видимость наличия нескольких стрелков. Сбрасывая пустые магазины в песок и тут же вставляя новые один за другим. Большинство путь попадали в запасное колесо, оказавшееся отличной мишенью для Германа.

Укрывающийся в кузове боец ещё несколько раз выглядывал, но ничего кроме смутной фигуры и вспышек от выстрелов толком не видел. Постоянные очереди по внедорожнику не давали ему возможности разглядеть всё в подробностях.

– Джабар! Это Песчаный Патруль. Количество атакующих вас?

– Это Джабар! Количество нападающих от двух до трёх человек, – доложил в рацию ракиб, а потом решил уточнить для себя: – Сколько машин позади? – крикнул вглубь салона, расположившись на коленях на полу, пригнувшись за сиденьем..

– Нет машин, – крикнул пулемётчик, тут в кузов впились ещё три пули, так что он пригнулся к полу. – Атаковавшие нас просто… бегут за нами.

– Что? – несмотря на опасность всей ситуации, ракиб реально изумился, когда услышал этот бред. – Ты уверен?

– Да! – крикнул пулемётчик.

У сержанта в голове не укладывалось, что их преследуют не на машинах, а бегом, успевая при этом обстреливать их на ходу из автоматического оружия. Пригибаясь как можно ниже, ракиб бросил взгляд на спидометр и увидел, что скорость внедорожника в районе 40 км/ч. Водитель сильно хотел разогнаться быстрее, но это было слишком опасно.

– Это какой-то бред, – выдал сержант.

– Вот ведь знал, что дерьмо, – в этот самый момент карабин в руках Германа отказался стрелять. Каждый отстрелянный патрон им не считался, но в магазине в этот момент должно было быть не меньше половины. Значит заклинило патрон или затвор забило песком.

Оружие улетело в песок, а из-за спины выхвачен второй ствол, тут же пославший в сторону машины очередную очередь.

– Ракиб! – неожиданно подал голос один из его подчинённых с задних сидений. – Давайте остановимся, высадимся и дадим бой.

– Ты осёл! – вызверился на него ракиб. – Мы понятия не имеем сколько там человек.

– Так это… – выкрикнул пограничник. – Муса же сказал, что видел двоих или троих. Нас же больше⁈

– Под пулями всех сосчитал? Высовывая голову на несколько секунд? Ты идиот! Остановившись, мы сразу же попадём под шквал пуль.

За несколько минут, что их обстреливали, ракиб сам несколько раз хотел приказать водителю остановиться, а потом принять бой! Вот только… количество нападающих точно неизвестно, а по ним ведётся непрерывный огонь. Любая задержка, остановка может привести к потере людей и его собственной гибели.

Из-за этого сержант среагировал так агрессивно на предложение подчинённого. Их постыдное бегство радости не добавляло, но и погибнуть на ровном месте ему совершенно не хотелось. Идиотская ситуация, но других вариантов ракиб пока не видел. В любом случае, ракиб обязан донести до капитана сложившуюся на настоящий момент ситуацию. Какой бы она не была неприятной:

– Группа Джабар! – лейтенант хотел быть в курсе событий, так что рявкнул в рацию.

– Песчаный патруль! Это группа Джабар! Нас преследуют в пешем порядке от двух до трёх человек. Может больше. Пытаемся выйти из-под обстрела. Принять бой не имеем возможности.

– Раненые, убитые? – последовал очередной вопрос.

– Нет, – выдохнул ракиб. – Не можем оторваться, противник висит на «хвосте». Нет возможности принять бой.

Очередная очередь хлестнула по машине…

* * *

– Господин капитан! – в шатёр вломился лейтенант, чуть не упавший из-за того, что запутался в ткани полога.

– В чём дело, лейтенант? – озаботился Башар, видя на лице подчинённого откровенную тревогу.

– Группа Джабар атакована! – подчинённый подошёл близко и склонился к своему командиру, очень тихо доложив ему о происшествии. – Патруль уходит из-под огня. Их преследуют. Остановиться и принять бой не имеют возможности.

– Численность атаковавших?

– Доложили о двух, трёх стрелках, – неуверенно сказал лейтенант.

Он находился в недоумении. Как только услышал, что целый патрульный автомобиль, набитый семью бойцами, а также с крупнокалиберным пулемётом удирают от меньшего количества стрелков. Может их больше, но всё же… Это было очень странным и необъяснимым.

– Сколько? – задумался Башар. – Убитые, раненые? – уточнил у лейтенанта.

– Пока ни одного. Но…

– Что, но? – поторопил лейтенанта капитан, недовольный недосказанностью.

– Противник преследует наш патруль в пешем порядке.

– Что ты сказал?

– Они не могут оторваться, – ещё больше огорошил подчинённый капитана. – Противник висит у них позади, не даёт возможности остановиться и принять бой…

– … Он гонит их впереди себя! – перебил Башар.

Всё это сильно напомнило ему «загонную» охоту.

Пару лет назад капитан был приглашён одним из дальних отпрысков «саудитов», посетить горы Сарават. Башар был практически уверен, что не обошлось без благоволения его родного папаши, который от него не отказывался, но и официально не объявлял родным сыном.

По сложившейся практике в Саудовской Аравии, детей наложниц отцы не особо признавали. За редким исключением. Но всё же следили за их судьбой, помогая по мере возможностей и желания. Своего отца капитан видел три раза в жизни, когда тот пожелал увидеть своего отпрыска: в 5, 10 и 15 лет. Затем предпочёл следить за судьбой Башара на расстоянии. Капитан всё прекрасно понимал, так что не стремился встретиться с ним лицом к лицу.

В горах Сарават у королевской семьи были большие охотничьи угодья, где охотились только члены семьи и их гости. Там регулярно проводили охоту на аравийского орикса (сернобык, – прим.) и нубийского горного козла. Именно там, капитан впервые в жизни увидел «загонную» охоту, когда егеря с собаками загоняли животных на «номера».

Капитан не особо рассчитывал на встречу с отцом, который так и не появился. Но приглашение сильно поднимало негласный статус капитана в их сословном обществе. И, хотя бы за это, Башар был ему благодарен:

– Пусть меняют курс своего движения. Немедленно! – выпали капитан.

– Что? – не сразу сообразил его подчинённый.

– Их гонят в засаду. Прикажи немедленно уходить в любую другую сторону! – не успокаивался Башар.

– Направить другие патрули на помощь? – спросил напоследок лейтенант.

– Отправь. Пусть следуют к Джабару, но близко к ним не приближаются, – принял непросто решение Башар. – Бегом!

Лейтенант стремительно унёсся выполнять приказ.

– Проблемы? – флегматично спросил Флетчер.

– Нет проблем. Обычные трудности, которые мои люди сейчас решат, – не стал вдаваться в подробности капитан.

Не собирался он показывать шейху и Флетчеру свою неуверенность и то, что у его пограничников возникли какие-то проблемы. Его люди опытные и разберутся с неизвестными.

Во всяком случае, огневая мощь на их стороне.

* * *

– Так бы и сразу., – очередная очередь, затем в песок улетел пустой магазин, тут же вставлен новый.

Герман специально атаковал внедорожник, надеясь, что машина рванёт куда угодно – в любую сторону, но придурок за рулём нёсся на север, в направлении девчонок и Архипа.

Удерживаясь на хвосте, Герман всаживал очередь за очередью в запасное колесо (изодранное в клочья от попадания пуль), стараясь стрелять так, чтобы не зацепить пулемётчика в кузове и людей в салоне. И специально не стрелял по колёсам, сильно подозревая, что тогда вместо панического бегства, пограничники решат принять бой. Это было совсем ни к чему.

– Ну что ты тупой такой, а? – начал злиться.

Его бесила глупость водителя и эта беготня за машиной, как какого-то идиота, бегущего за уходящим автобусом.

Водитель никак не понимал прямых намёков, и Герман уже хотел открыть огонь на поражение (дать пару очередей по окнам и дверям автомобиля), как внедорожник резко повернул влево и стал уходить в западном направлении.

Его желание наконец исполнилось, но он не знал, что командир пограничников специально увёл своих людей в сторону, подозревая, что их гонят в ловушку.

Герман резко затормозил, удовлетворённо выдохнул, а потом послал вслед короткую очередь, подстегнув беглецов и рванул обратно к лагерю бедуинов. Надеясь, что выданного им напоследок «ускорения» хватит, хотя бы, минут на пять..

– Хага, – выругался ракиб, когда очередные две пули звонко цокнули по диску запасного колеса. – Гони!

Водитель, пригнувший голову, после очередного попадания по машине, втопил педаль газа в пол. Молясь Аллаху, что следующие пули в него не попадут…

* * *

– Это Песчаный Патруль! Это Песчаный Патруль! – раздался в эфире срывающийся на панические нотки голос лейтенанта. – Найд! Хиджаз! Ответьте.

– Найд в эфире!

– Хиджаз в эфире!

Завывающий за окнами внедорожников ветер, звук гудящих двигателей и колёс по песку абсолютно заглушал звуки выстрелов из карабина Германа. Ни одна из патрульных групп не слышала перестрелку.

Взорвавшие эфир переговоры группы Джабара с Песчаным Патрулем по факту нападения, заставили командиров групп Найд и Хиджаб приказать водителям остановиться. И тревожно вслушиваться в слова ракиба группы Джабар. Вмешиваться в разговор они не имели права, без разрешения капитана.

И наконец дождались!

– Найд! Хиджаз! Следуйте в 33-й квадрат. Близко не приближаться. Оказать огневую поддержку группе Джабар. Как поняли?

– Принял!

– Принял!

Оба внедорожника тронулись с места, направляясь в сторону 33-го квадрата, с большой осторожностью. Ожидая в любой момент столкновения с обстрелявшими их сослуживцев. Командиры намеревались высадить часть бойцов заблаговременно, а внедорожники использовать в качестве огневых точек на расстоянии.

– Найд – Хиджазу! – раздался голос в эфире. – Что происходит у Джабара?

– Понятия не имею, Найд! – получен ответ. – Их обстреляли. Они пытаются выйти из сектора обстрела. Ты же сам всё слышал, – недоумевал командир группы. – Прекрати!

– Найд – Джабару! Ответь! – командир группы Найд сам решил связаться с командиром обстрелянной группы.

Командир группы Хиджаз грязно выругался, когда услышал запрос по рации от группы Найд. В случае огневого контакта пограничников с нарушителями, требовалось сохранять режим тишины.

– Это Джабар! – раздался напряженный голос ракиба.

– Что у вас происходит?

– Нас обстреливают… – недолгая тишина в эфире. – Нет, уже перестали, – облегчённый выдох. – Вышли из сектора обстрела. Разворачиваемся, попробу…

Ракиб был далеко не трусом, поэтому собирался выяснить, кто эти наглецы, что обстреляли патрульную группу пограничников. Наконец подключив основную боевую мощь своего внедорожника. Но никак не ожидал, что кое-кто начнёт действовать без приказа.

Да-дах! Да-дах! Да-Дах!

Оглушающий звук «заработавшего» крупнокалиберного пулемёта, раздался в эфире.

– Прекрати, сын осла! – раздался крик ракиба и грохот «работающего» крупнокалиберного пулемёта также внезапно прекратился.

Водитель выполнил указание ракиба, развернув внедорожник «мордой» в сторону потенциальных противников и нажал на тормоза, ожидая дальнейших указаний. Испуганный до полусмерти пулемётчик, вскочил с пола грузовой платформы, вцепился в гашетку пулемёта и с со всей дури открыл огонь в сторону возможных противников. Двигая стволом вправо-влево, чтобы накрыть большую площадь. Выплёскивая свой страх тем, что может наконец обстрелять тех, кто стрелял по нему последние несколько минут.

– Найд – Джабару! В чём дело?

– Хиджаз – Джабару! Что за стрельба?

Командиры групп Найб и Хиджаз одновременно всполошились и вызывали группу Джабара, пытаясь понять, что происходит.

– Джабар – Найбу и Хиджазу! Всё нормально. У меня один идиот решил пострелять.

Лейтенант почти минуту костерил ракиба, пулемётчика и всех, кто был в группе Джабара, вспоминая всех их предков до седьмого колена.

* * *

– Во придурок! – услышав грохот крупнокалиберного пулемёта, бежавший Герман повернул голову в сторону заполошной стрельбы и увидел, что от обстрелянного им внедорожника веером идут трассы очередей пулемёта куда-то в сторону пустыни.

Каждая третья пуля в ленте были трассирующими, что в темноте выглядело впечатляюще. Всё это было предназначено для «работы» в тёмное время суток. Видно куда стреляешь и своим товарищам цель «подсвечиваешь».

Только сейчас все крупнокалиберные пули летели в никуда, улетая далеко в пустыню и теряясь в бескрайних песках.

– Ну красиво, чо! – отметил Герман, а потом со стороны лагеря бедуинов раздался звук подрыва гранаты. – Попались! – на лице Германа появилась злорадная улыбка. – Кстати, – его озарила одна интересная мысль.

Сработал его «сюрприз»: граната с выдернутой чекой, что он оставил между камней в яме на возвышенности. Очередные дураки полезли проверить пост и напоролись на ловушку. Значит, в ближайшее время туда никто не полезет. Тогда можно совершить очередной вояж.

– Вояж, вояж! Вояж-вояж-во… кха-кха… Тьфу! – получив очередную порцию песка в рот, Герман понял, что с песнями надо завязывать.

Два раза он вырезал пост на возвышенности. Сейчас новые идиоты напоролись на ловушку. А ведь были ещё три поста, где однозначно должны появиться очередные добровольцы, которые ему будут сильно мешать.

«Мёртвый бедуин – это хороший бедуин», – подумал Герман, побоявшись сказать это вслух – песок был невкусный.

* * *

Малик не выдержал. Ощущения от чужого, ненавидящего взгляда исчезли, но неприятные чувства остались. И он отправил двух своих людей для проверки.

Спустя три минуты раздался взрыв, а вершину возвышенности на несколько секунд окутал огненный комок от детонировавшего тротила. И Малик понял, что очередные два его человека погибли.

Ду-дух! Ду-дух! Ду-дух!

«Включились» два пулемёта на внедорожниках пограничников, начавших панически обстреливать место подрыва. Тут же подключились пограничники, а потом и все, кто имел оружие в лагере, начав стрелять в том же направлении, что и пулемёты.

Никто ничего не понимал, но среагировали все как один, решив, что их начали в очередной раз атаковать.

– Хага! – выругался Башар, когда ухо опытного служаки определило по звуку подрыв гранаты, а затем бесконтрольную пальбу со всех сторон.

Шейх и торговец и так полулежали, но быстренько перевернулись на животы, прижавшись к полу. И напряжённо поглядывая на капитана, выдернувшего свой пистолет из кобуры, и в этот раз решившего не подниматься.

– Господин капитан, – в шатёр в очередной раз просочился лейтенант, пригибаясь как можно ниже. – Нападение!

– В чём дело? Что происходит?

– На ближайшей к нам возвышенности произошёл взрыв. За несколько минут до этого, Малик отправил туда двух своих людей.

– И?

– Судя по всему, они погибли.

– Сколько нападающих? Там видно какое-либо движение?

– Нет, но…

– … Прекратить огонь! Идиоты! – заорал Башар.

Он был уверен, что если двое не погибли от взорвавшейся гранаты, то его и шейха – идиоты добили попавшихся в ловушку. Именно в ловушку, устроенную специально для поимки очередных жертв со стороны бедуинов.

– Будет исполнено, – лейтенант бросился выполнять указание.

Над лагерем разнёсся его крик и ругань. Спустя пару секунд заставивший заткнуться громоподобный гул пулемётов, а затем прекратилась стрельба из обычного стрелкового вооружения.

– Проверить! – потребовал Малик, глянув на двух ближайших к нему подчинённых и мотнув головой в сторону возвышенности, но не дождался реакции. – Я что сказал⁈

– Малик, – начали один из них. – Это место проклято! – показал рукой в сторону возвышенности. – Сначала убили троих, не дав им возможности поднять тревогу. Затем ты туда четверых отправил. И сейчас – ещё двоих. Они все погибли, – констатировал говоривший. – Ты хочешь, чтобы мы тоже умерли, Малик?

Двадцать погибших воинов, семеро раненых. Ещё шестеро однозначно погибли, по мнению остальных. Из боеспособных бойцов осталось всего 22-а человека. Ещё никогда их племя не несло таких потерь!

Воины беспрекословно подчинялись шейху и Малику. Вот только… видевшие смерть в разных лицах и сами убивавшие – воины были в некоторой обеспокоенности. Сильно обескураженные количеством погибших и тем, как погибли их товарищи по оружию.

Смерть к ним пришла тихо и безжалостно. Ни один из опытных воинов не смог оказать сопротивления, не смог поднять тревогу. Умерев даже не от огнестрельного оружия, а убитых ножами и голыми руками. Не считая тех, кто погиб при прорыве неизвестного с беглянками.

Несмотря на пришедший в пустыню современный мир, бедуины оставались всё теми же кочевниками, жившим до сих пор большей частью в Каменном веке. Боявшимися не людей или смерти, а гибели от неизвестного.

Слова Валида, твердившего о Призраке Пустыни слышали несколько человек. Изначально отнесшихся с к ним сильно скептически, а теперь слова паренька разошлись по всему лагерю, и липкий страх начал проникать в души людей. И двое бедуинов совершенно не желали отправляться туда, где погибло несколько их товарищей неизвестно от чьих рук.

И теперь с вызовом в глазах смотрели на Малика!

В этот момент из шатра соизволил появиться капитан, в сопровождении раздражённого шейха и внешне спокойного Флетчера:

– Послушай своих воинов, Малик, – достаточно настойчиво заявил Башар. – Не советую туда отправлять людей. Я уверен, что там всё заминировано.

Капитан действительно считал, что одной гранатой дело не закончилось. И там наверняка ещё имеются взрывчатые предметы, ожидающие очередных «счастливчиков».

– Заминировано? – напряжённый взгляд Малика переходил с капитана на шейха.

– Нужны опытные сапёры, – самодовольно сказал Башар. – Уважаемый шейх Абу Бакр, думаю, мы сможем с вами договориться по поводы оплаты работы моих людей.

В каждой патрульной группе у капитана были опытные сапёры, специально включенные в состав. Из-за того, что некоторые нехорошие контрабандисты, а также любители незаконно пересекать границу, часто минировали свои «схроны» и пути передвижения.

Несколько лет назад подобная практика внезапно оказалась полной неожиданностью для пограничников. По всей линии границ с сопредельными странами, погибли и были тяжело ранены несколько десятков пограничников. Подрывавшиеся на минах и СВУ (самодельное взрывное устройство, – прим.). Из-за чего должности сапёров были повсеместно и в обязательном порядке введены в состав всех пограничных застав Саудовской Аравии.

– Хорошо, – у шейха были деньги, но он не особо любил ими разбрасываться. – Направляйте, пусть выполнят свою работу.

– Не сейчас, – отрицательно помотал головой капитан. – Утром! Сейчас слишком опасно. В темноте мои сапёры могут подорваться на оставленных «сюрпризах».

Отношение капитана к своим подчинённым было большей частью потребительским, но терять профессионалов на ровном месте он не собирался. Сапёры были еще более штучным товаром, более редким, чем даже те же пулемётчики. Вернее, именно опытные и профессиональные сапёры, а не новички, которые сами же могут подорваться на первой же мине или «сюрпризе».

– Хорошо! – с недовольным выражением на лице согласился шейх.

– Кстати, Малик, – капитана озарила одна неприятная мысль. – Я бы на твоём месте другие ваши посты проверил.

Шейх внимательно посмотрел на капитана, а потом на подозрительно смотревшего на Башара Малика, но не стал вступать в пререкания, нехотя согласившись с разумными доводами. И мотнул головой Малику, отправив того в сторону палатки со стационарной рацией.

Спустя пару минут тот вернулся от палатки, приблизившись к шейху на кратчайшее расстояние и очень тихо что-то ему сказал.

– Для всех! – шейх кивнул в сторону капитана и торговца.

– Западный пост не отвечает.

– Остальные? – оживился Башар.

– Восточный и южный ответили. Встревожены перестрелкой в лагере.

Получивший печальный опыт, Малик в этот раз отправил новых дозорных, снабдив их переносными рациями «Моторолла». Они были в необходимых количествах, просто бедуины не особо дружили с современной техникой. Несмотря на обучение пользоваться ими, воины бедуинов обращались с ними так, что они часто приходили в полную негодность.

– Отправьте людей на южный пост, – предложил и настаивал на своём Башар. – Кстати, я бы и другие посты живьём проверил.