Текст книги "Генеральный Попаданец 8 (СИ)"

Автор книги: Ал Коруд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

«На меня орали, что я неправильно тужусь, неправильно ставлю ноги, открываю рот и дышу своими нечищеными зубами на врача».

«Я рожала в очень хорошей клинике в Москве. И мой папа там работал урологом, поэтому за мной врачи очень внимательно смотрели. Но это как раз и смешная история, потому что, когда я родила, папа немедленно достал коньяк, и они пошли выпивать с врачами за внука. А меня забыли. Меня просто забыли на столе. Я думала, так и надо. И я пролежала до утра в этом состоянии, истекая кровью. Конечно, утром выяснилось, что у меня воспаление, кровотечение, что надо делать ещё '148» операций, нельзя кормить, нельзя то, нельзя сё. Но это как – «забыли и забыли, ничего, заживёт».

Голос Брежневой звучал чеканно, и некоторые вздрагивали от её фраз.

– Вы вдумайтесь: на каждые роды в СССР приходится три аборта! Мы уже более десяти лет бьёмся над всеобъемлющим планом по половому воспитанию молодого поколения. О доступности противозачаточных средств. Чтобы глупышки не травились где попало и не шли на подпольные аборты. Чтобы их беды оставались анонимными. Им же ещё жить! А у нас торопятся ославить, написать в школу или ПТУ, и такое впечатление складывается, что наши врачи совершенно не имеют такого понятия, как «врачебная тайна!»

Грузный мужчина из Совета Национальностей поморщился.

– Это обязательно озвучивать здесь?

– А где же ещё? Вы что, не понимаете, что мы продолжаем калечить жизнь наших девочек? Хватит оставаться ханжами! Общество и нравы меняются, не нужно их загонять под какой-нибудь удобный для вас кодекс. Мы же не в мрачном Средневековье живём? Если мы считаем себя самым гуманным обществом, то обязаны помогать самой незащищённой категории граждан. Но, к сожалению, к ней принадлежит огромное количество женщин.

Воротников решил вмешаться:

– Вы не слишком нагнетаете, Галина Леонидовна?

– А как есть! Это мы ещё не начали общесоюзную дискуссию. Или вы хотите так решить вопрос?

Председатель президиума ВС поёжился. Он точно знает: с Галины станется. Пробивная женщина с кучей связей. Но надо отдать должное – она их использует в основном для блага дела. Потому такой серьёзный авторитет имеет.

– Нет, давайте отдадим на откуп профессионалам.

Журналистка ехидно прокомментировала:

– Так как бы с профессионалами от медицины дело мы и имеем. Но что в остатке?

Подал голос присутствующий на заседании представитель АП:

– То есть, как я понимаю, проблемы больше в этике поведения врачей?

Брежнева кивнула:

– Вы уловили суть. Да, многие из уважаемых врачей неплохи как профессионалы, но их так воспитали. И они, в свою очередь, именно так воспитывают следующие поколения медиков. Подумайте: без согласия пациентов и особенно пациенток в подобные интимные моменты осуществляют вторжения студентов в кабинеты. Они там совсем стыд потеряли? Такое, на наш взгляд, недопустимо.

Минздравовец взвился:

– Но как тогда учить молодых специалистов?

– Найдите способы, – чеканно ответила Галина. – Но ясно одно – мы просто так эту проблему не оставим. Потому что она касается десятков миллионов!

Член комиссии от ВЦСПС снова промокнул взмокшую лысину. Масштабы впечатляли. Как и ответственность. Чёрт уговорил его согласиться на участие в комиссии!

Ведущая программы «Здоровье» продолжила:

– И что интересно: мы постоянно говорим о демографии и в то же время подобными явлениями её гробим. Нужно ускоренное развитие программы сбережения женского здоровья. Будет здорова советская женщина – будут здоровы её дети.

Члены комиссии переглянулись. Это конструктивно! Член Совета Национальностей согласился:

– Мы, пожалуй, сможем подать заявку в Совет Министров на рассмотрение данной программы во внеочередном порядке.

Сидевший позади в кресле секретарь ЦК Чернавский поддержал:

– Партия также поддержит.

– За всех резюмировал Воротников:

– И финансирование выделим из резервов.

Брежнева подозрительно оглядела мужчин:

– Но как быть с проблемами этики? Необходима реорганизация в масштабе всей страны. Я с ужасом представляю, что творится в отдалённых районах. И наши делегации туда поедут в ближайшее время. Непрофессиональное и неэтичное обращение с советскими женщинами должно уйти в прошлое. Так что на местах будем разбираться и жестко пресекать. Вплоть до обращения в прокуратуру.

Воротников быстро глянул на представителей Минздрава и уже все решил для себя. С этой чертовой Галиной лучше три раза перестраховаться.

– Галина Леонидовна, думаю, нам необходима согласительная комиссия при Совете министров. Вдобавок пригласить людей из Министерства образования, а также профильных академических институтов. Ведь будут нужны программы, единые нормы. А руководителям здравоохранения стоило бы начать принимать меры немедленно – вплоть до увольнения самых одиозных руководителей низового звена и врачей, что позволяют себе нарушать этику. С эти я полностью согласен. В такой профессии нужен особый, щадящих пациентов подход. Верховный Совет в свою очередь и, – он глянул на Чернавского, – Центральный комитет партии возьмут проверку жалоб на контроль.

Брежнева подумала и кивнула:

– Мы согласны. Но только если везде будут присутствовать люди из нашей Лиги.

– Справедливое замечание. Дговорились!

Барселона. Заседание Совета Безопасности ООН

– Мы требуем незамедлительно вывести советские оккупационные войска из независимого Туниса, а также освободить всех французских военнослужащих!

Представитель Франции Жан-Бернар Реймон буквально шипел от ярости. Старый дипломат еле сдерживал себя, чтобы не отойти от стандартной процедуры. Его страну унизили. И кто? Эти восточные варвары, которые в подмётки не годятся потомкам галлов! В последние месяцы отношения между Францией и Советским Союзом буквально накалились. Дело дошло даже до открытых столкновений в Африке. Пришлось напрямую вмешиваться ООН и Движению неприсоединения. Но французским дипломатам в настоящий момент здорово мешала внутренняя нестабильность в республике. Поэтому приходилось сдерживаться от откровенного хамства и дипломатических столкновений. Но Европа точно находилась в опасности!

Советский представитель Белоногов как раз не спешил отвечать. Он внимательно осмотрел коллег по Совету Безопасности. Американцы в данном вопросе занимали нейтральную позицию. Их сейчас больше тревожила ситуация в Южной Атлантике. После поражения Великобритании с европейскими союзниками в Фолклендской войне антиамериканские настроения на юге Латинской Америки получили новую порцию топлива. Начались проблемы у военных властей Уругвая и Боливии. Снова закипала Бразилия. Так что англичане, пусть и искренне ненавидели сейчас СССР, но у них связаны руки договорённостями с «кузенами». Франция же здорово ослабла, потеряв часть кораблей и репутацию на чужой войне.

Оставался ещё представитель Объединённого Китая, то есть Кантона и Тайваня. Но эти всегда ставили палки в колёса советским дипломатам по старой памяти. Разделение Китая в дипломатическом плане вышло Союзу в минус. Зато удалось протолкнуть в постоянные члены Совета Безопасности дружественную Индию. Правда, индийцы не любили ввязываться в идеологические споры и зачастую занимали позицию наблюдателей. Разве что к предложениям Объединённого Китая относились с настороженностью.

– Господа, мне кажется, в настоящий момент совершенно неуместны замечания представителя Франции. Во-первых, кроме специалистов ПВО и техников на аэродромах, наших войск в Тунисе нет. Пока страна нестабильна, её безопасностью занимаются войска Арабской Лиги.

– Но вы оказываете им поддержку!

– Конечно. Нам абсолютно не нужен в Средиземноморском регионе очаг напряжённости и терроризма. Но, к сожалению, граждане Франции оказались замешаны в террористических актах против Советского Союза. Потому мы не можем выдать вам преступников и будем судить их в Международном трибунале.

Поймав момент, подал голос американец Вернон Уолтерс.

– Но, насколько я понимаю, этот так называемый трибунал не имеет легитимного основания.

– Для кого как. Например, Индия признаёт его.

Уолтерс иронично улыбнулся и не удержался от шпильки:

– Я уполномочен донести, что США не поддерживают незаконное задержание французских граждан.

Реймон тут же ожидаемо кинулся в бой:

– Моя страна категорически требует освобождения своих соотечественников. Это возмутительно – заниматься натуральным пиратством в конце двадцатого столетия.

– А не возмутительно поддерживать колониальные порывы соседней державы и даже послать на другой конец света свой флот?

– Это наше внутреннее дело.

Советский представитель срезал наглого француза:

– Как показали события, совсем не так. В Международный трибунал, кстати, обратились власти Аргентины. Военные Великобритании до сих пор не освободили взятых в плен лётчиков аргентинских ВВС.

Напыщенный англичанин прошипел:

– Это уже наше дело. Разберёмся без посторонних!

Белоногов пожал плечами:

– Разбирайтесь. Мы также как-нибудь сами разрулим наши дела.

– Но это возмутительно, – не унимался француз, – у порога Европы вытворять такое! Хоть бы прикрылись мнимой законностью от ООН!

– ООН стал слишком тяжеловесным для каких-либо решений. Мы давно говорим о реформе организации. Но сразу же начинаются некие проволочки. Так что ваш посыл совсем не нам.

Уолтерс поморщился. Чёртовы комми! Они уже добились со своими союзниками, чтобы штаб-квартиру ООН перенесли в нейтральную Испанию. Даже настояли на том, чтобы Каталония получила невиданную автономию. А сейчас продвигают абсолютно новую повестку, невыгодную западному миру. В мире стало слишком много независимых стран, мнение которых можно завоевать или купить.

– Что вы имеете в виду?

– Хотя бы для начала – изгнание Франции из постоянных членов Совета.

Реймон буквально задохнулся от возмущения:

– Но не вы нас сюда назначали!

– Именно мы, господин представитель. После победы над Германией, когда ошибочно включили поверженную нацистами Францию в число победителей. И как-то забыли, что весь ваш военно-промышленный комплекс работал против СССР, как и десятки тысяч французов оказались добровольно в войсках СС и вермахте. Но вам дали шанс, который вы не использовали – тут же развязали несколько грязных колониальных войн и совершили множество гнусных преступлений, совсем как нацисты. Хорошего вы опыта у них набрались.

Все затихли. Обвинения звучали серьёзные. И все знали, что они совершенно справедливы. Это что-то новенькое! Сэр Энтони Парсонс осторожно поинтересовался:

– Это официальная позиция вашего правительства?

– Да, как и всего социалистического содружества. На ближайшей ассамблее наш министр заявит об этом во всеуслышание. Реформу ООН пора продолжить. В Совете до сих пор нет места для стран Восточной Европы, Южной Америки и Африки. И это несправедливо.

Уолтерс холодно заметил:

– Но это и не вам решать.

– Возможно. Но число стран в организации здорово возросло за эти сорок лет. Они могут думать иначе.

Намёк понятен. Как и скрытая угроза. Переезд ООН произошёл после того, как СССР и его союзники буквально заблокировали работу организации. Перестали платить взносы и участвовать в обязательных мероприятиях. Работал лишь Совет Безопасности. Американец и англичанин переглянулись. Им явно будет о чём поговорить в ближайшее время. Француз медленно осел в кресле. Ещё одно поражение во внешней политике может привести к отставке нынешнего правого правительства и перевыборам. А Франция и так горела – буквально. В некоторых городах шли настоящие сражения между оппозицией и полицией. Леваки всех тонов буквально с цепи сорвались. Плюс постоянные террористические акты. Лавры столицы европейского терроризма постепенно переходили от Италии к напыщенной соседке.

Китаец из ОК, а также индиец помалкивали. У них своих проблем хватало: война в Бирме, ухудшение отношений между обоими Китаями. Мир хрупок как никогда.

Глава 18

24 ноября 1984 года. Европа в огне

Студия телеканала Antenne. Шоу «24 heures sur la Deux»

На этот раз популярный ведущий выглядел несколько взлохмаченным, словно только что забежал в студию с шумной парижской улицы. Последние месяцы во Франции уже называли поистине революционными: столько всего случалось каждую неделю. Демонстрации, столкновения, убийства и забастовки то и дело сотрясали страну. Но команда канала отлично знала, что румянец известному на всю Европу лицу поставил гримёр. А с волосами тщательно в течение часа работали приглашённые специалисты с киностудии. И всё это время популярный ведущий разговаривал по громкой связи с продюсерами. Потому что только они решали, что можно выдать в эфир, а что лучше придержать.

Телеканал Antenne в эти бурные месяцы со своей нарочито взвешенной позицией умудрился попасть в топы. Но этому предшествовала некая схватка «за кулисами». Она закончилась перераспределением акций и чёткой позицией нового состава Совета директоров: не прислоняться ни к одной из сторон конфликта. Да, телеканал поначалу терял кучу денег на рекламе, но затем пришёл успех. Сюда потянулись независимые журналисты, потекла инсайдерская информация, стали приходить люди, которых в обществе уважали. И все были уверены, что их слова не исказят, но донесут до общества. Популярность канала в итоге за короткий срок невероятно выросла, как и денежные поступления.

Новая коммерческая стратегия выиграла. Или чья-то хитрая игра. Теневых игроков СМИ мало кто знал.

– С вами снова Стефан Берн и наша острополемическая передача «Пятый угол». Но давайте сразу к делу! В мире за этот год произошла череда поистине невероятных происшествий и знаковых событий. Что ж, вспомним вместе. Террористический акт, в результате которого погиб бывший глава Советского Союза. Последующая за ним стремительная коммунистическая интервенция в Тунис. Горячие схватки в тропическом Конго. Вслед за этим на юге Африки создали невиданную конфедерацию во главе с белым меньшинством Родезии, которая привлекла к власти самые крупные группировки местного чёрного населения. Ещё несколько лет назад трудно представить, что старые враги сядут вместе не только за стол переговоров, но и создадут целое государство из осколков бывших португальских и английских колоний, тут же присоединив туда несколько мятежных провинций Катанги. Как нам уже известно, французский и бельгийский миротворческие контингенты понесли в Конго тяжёлые потери, а Франция заявила о прямом участии Советского Союза в конфликте.

Но этого кому-то показалось мало. В Южной Атлантике разразился постколониальный конфликт вокруг Мальвинских островов – бывшей колонии Великобритании. Посланный туда европейский флот потерпел ужасающее поражение. Британия и Франция снова заявили о «руке Москвы», но следом за поражением разразился экономический кризис, и всем стало не до старых колоний. В Лондоне за эти месяцы сменилось уже три правительства. Поговаривают, что если бы не успешная добыча с шельфа Северного моря, страна уже прошла бы через дефолт.

Берн повернулся к другой камере – его лицо отобразило озабоченность.

– Но вернёмся к европейским событиям. Францию ждала нелёгкая осень, но сенсация произошла в Берлине.

На экране показались кадры с многотысячными толпами. Они несли плакаты с лозунгами и призывами, скандировали: «Берлин – общая столица!» Полиция стояла в стороне. Затем пошли кадры с избирательных участков, где жители Западного и Восточного Берлина стояли в длинных очередях, чтобы проголосовать. После этого экран показал улицы, где происходят горячие схватки демонстрантов с полицией. Вспыхивают драки между людьми на тротуарах, рядом лежат раненые и убитые. Затем пошла хроника, показывающая разрушенные КПП, разделяющие город на две части, и ликующую толпу рядом.

– Только что нам сообщили, что по просьбе Ратуши Шёнеберг, где заседает правящая коалиция Западного Берлина, в город вошли части армии ГДР.

Тут же на экране появились кадры с боевой техникой и солдатами, мерно вышагивающими по дороге. Их радостно встречали жители Западного Берлина, бросали цветы, обнимали и пожимали руки.

– Как видите, это совсем не похоже на оккупацию. К тому же из коммунистической Ротес Ратхаус только что пришло заявление о том, что народная армия и полиция берут на себя сохранение порядка во всём Берлине до тех пор, пока продолжаются беспорядки.

Ведущий отвлёкся, выслушав что-то в микрофон.

– Только что нам сообщили, что срочно созван Совет Безопасности. Также в Вене приступил к срочному заседанию Европейский совет. Но историческое событие, на мой взгляд, уже случилось – Берлин объединился! Но послушаем, что по этому поводу скажет наш гость Карл Гент. Карл, что всё-таки происходит в Берлине?

Камера тут же показала мужчину, похожего на старого хиппи. Джинсовая куртка без рукавов вся покрыта разноцветными значками, на шее виднелась татуировка, на голове – вычурная причёска. Трудно поверить, что перед тобой доктор политологии.

– Добрый день всем. И хочу сказать сразу – наш Союз зелёных давно предвидел эти события и говорил о них в последние пару лет. Почему для всех это стало сюрпризом, мне непонятно.

Берн всплеснул руками:

– Все же были заняты событиями во Франции и Бенилюксе.

– Я понимаю. Правый поворот не понравился многим в Европе, как и попытка закрутить обществу гайки. Эти говнюки отчего-то решили, что можно, как сто лет назад, загнать революцию в стойло. Как уже видно, противостояние закончилось победой левых сил. Так что евросоциализм неминуем. Данным обстоятельством, кстати, отлично воспользовались немцы.

Ведущий резко повернулся:

– Какие именно?

– Разумеется, западные. Им давно надоело жить в оккупации. Вспомним советские инициативы десятилетней давности и как здорово они напугали европейских политиков. Исчезал жупел «красной угрозы», которым можно оправдать что угодно.

– Но стороны так и не договорились, разве что вывели военные силы из Западного Берлина.

– Потому что граждане города им житья не давали. Перекрывали базы, мешали подвозу. В итоге американцам и англичанам стало нечего жрать. Вдобавок канализация внезапно засорилась.

Гент заливисто захохотал, его поддержал ведущий. Они, видимо, вспомнили, как шутили тогда в Европе об англосакских «засранцах».

– Но между тем Варшавский пакт вывел основные силы из Восточной Германии.

– У них изменилась стратегия. В случае нападения на ГДР было обещано стереть Западную Европу в порошок. И, как оказалось, под этим предлогом можно здорово сэкономить на армии. Вспомните, что Советская армия уменьшилась вдвое, не потеряв боеспособности. Вот отличный пример практического и взвешенного подхода. Наша «зелёная коалиция» тогда сумела добиться уменьшения бундесвера втрое.

– Это была замечательная победа.

Карл Гент довольно залыбился.

– К тому же эффективно сказавшаяся на экономике. Каков рост в первые два года!

– Я помню, как через два года пришедшая снова к власти ХДС собиралась сызнова увеличить военные расходы.

– И тут же прошли многомиллионные протесты. Потому что против нас уже не стояли танковые дивизии красных. А каждый пфенниг, потраченный на военных, означает безработицу и снижение социальных расходов.

– Но ведь остались военные базы США и Великобритании.

– И это нас откровенно бесило. Правда, тем пришлось здорово уменьшить персонал.

– И вот сейчас левые фракции победили в Западном Берлине. Что известно вам?

По экр

ану шли новые кадры. В Ратуше Шёнеберг заседали совместные комиссии двух Берлинов, согласовывая свои позиции. На улицах патрулировали солдаты в круглых шлемах и с автоматами Калашникова в руках. Манифестантов больше не видно. Граждане сообща наводили порядок, убирали самодеятельные баррикады, строительная техника продолжала разбирать ограды вокруг КПП.

– Прошедший плебисцит показал, что большая часть граждан уверенно высказалась за объединение. Ведь те, кто не хотел жить в народной Германии, в основном уехали за последние годы. Для помощи даже выделили средства.

– Но что запустило такие горячие события?

– Нападение вчера вечером группы ультраправых на общежитие университета. Об этом пока не говорят, потому что полиция с самого начала замалчивала эту провокацию. Затем обвинила во всём анархистов.

– Да что вы говорите! – на лице Берна отобразилось такое искреннее удивление, что нельзя поверить, будто ему об этом инциденте поведали за полчаса до начала. Такие передачи ведутся по тщательно выверенным сценариям. И сам факт выпуска в прямой эфир горячей сенсации всегда продумывается до мелочей. И умение импровизировать на площадке – часть плана и часть популярности канала.

– Так и есть! Незадолго до голосования в Западном Берлине сменилось руководство полиции. Мы узнали об этом слишком поздно. И смотрите – во что это вылилось! Органы правопорядка сами спровоцировали ночные демонстрации и столкновения. Это по их вине пролилась кровь. Но они просчитались. Наших граждан и прежде всего революционную молодёжь не удалось запугать. Со стороны нашей коалиции немедленно инициировали совместное заседание бургомистра и сената. На нём мы выступили за снятие с должностей руководства полиции, запрет на действия их так называемого «контртеррористического отряда», наполненного ультраправыми.

– Там же вы призвали на помощь братьев из Восточного Берлина?

– Не совсем так, – Гент, хоть и выглядел полным придурком, оказался прожжённым политиком, поэтому выбирал слова. – Мы попросили их навести порядок. Потому что ситуация выходила из-под контроля. В ответ на провокацию ультраправых и прикрывающих их полицейских начали собираться анархисты и разного рода левые радикалы. Они уже готовили коктейли Молотова и подручные материалы. Во что вылилась бы подобная анархия на улицах?

– Вы правы, – ведущий с умным видом кивал. – А что за части вошли в Западный Берлин?

– Судя по каскам, – на экране тут же появились кадры с военными из ННА, – это парашютисты. Элитные войска демократической армии. Затем вошли обычные полицейские. Насколько мне известно, они уже сотрудничают с оставшимися на посту сотрудниками Западного Берлина. Не все там разделяли откровенно правые взгляды. Думаю, что в ближайшие дни всё оформят законодательно.

– А армия?

– Как только наведут порядок, она тут же уйдёт.

– Вы в этом уверены?

Гент осклабился:

– Я понимаю ваш намёк. Но в этом нет никакого смысла. Парашютисты скорее всего выдвинуты для устрашения – чтобы у неонацистов даже мыслей не возникало продолжать творить глупости.

– Вот тут я вас отлично понимаю, – Берн снова сделал серьёзное лицо. – Провокации, теракты – это то, с чем сейчас имеет дело Франция. Через минуту встречайте в студии наших постоянных обозревателей. Что стоит за «левой осенью»? Какие силы придут в парламент на только что назначенных выборах? Что ждёт Западную Европу?

По экрану побежали рекламные ролики.

Вена. Дворец Европейского Совета

Секретарь ЦК КПСС, отвечающий за международные вопросы, Олег Семёнович Шенин, выглядел озабоченным после звонка Генерального. У него сложилось впечатление, что сейчас он сдаёт некий экзамен. Но ему не впервой. Опыт работы в промышленности, недавняя учёба в Академии управления при АП дали ему широкий спектр знаний. Ещё больше он познал, будучи допущенным к секретам как куратор спецслужбы под затейливым названием Информбюро. Так что международную обстановку понимал как никто другой. И в последнее время создавалось такое впечатление, что вскоре ему её и определять. В ЦК давно ходили слухи, что Шенин – один из «претендентов».

– Что на это обвинение скажет представитель Германской Демократической Республики?

– Это просто смешно. Факты говорят обратное. – Вильгельм Шпек, постоянный представитель в Евросоюзе от ГДР, выложил на стол пачку фотографий и магнитофонную компакт-кассету. – Вот здесь кадры провокации со стороны ультраправой организации Der Dritte Weg, а здесь – магнитофонные записи переговоров патрульных машин.

– Вы устроили подслушку в независимом городе?

– Да бросьте! Эти каналы открыты… для технических служб.

– Вы увёртываетесь от ответа! – лорд Джадд недавно получил титул и потому своим помпезным видом излучал мнимое превосходство.

– Не вам судить, достопочтенный лорд, – ввязался в перепалку Шенин. – Это совершенно нормальное явление для спецслужб – прослушивать полицейские каналы. Таким образом мы избегаем преступных действий в правоохранительных органах и следим за порядком. Как будто в Великобритании не так?

Джадд поморщился и прошипел:

– У нас для этого необходима санкция суда.

– Или секретные постановления парламента. Не так ли?

Шенин отлично представлял, чем являются английские МИ-5 и МИ-6. Методы, которыми обуздывали совсем недавно ИРА, больше напоминали террористические. Пришлось даже вмешаться ООН.

Джадд поджал губы, поняв грязный намёк.

– Моя страна не примет их к сведению.

– Вам и не нужно. Это дело немецкого народа. Вот он и решил объединить свою старую столицу. Безо всяких советов со стороны.

На «социалистической стороне» длинного овального стола раздался еле прикрытый смешок. Там праздновали очередную победу. Даже представитель Албании в этот раз улыбался. Лицо лорда Джадда покраснело. Но поделать он ничего не мог – разве что устраивать дипломатические проволочки. Условная «Западная Европа» оказалась разбита на сектора.

Даже Скандинавия не однородна. Если финны и шведы уже отчасти инкорпорированы в Соцсодружество, став недавно наблюдателями в СЭВ, то Норвегия полностью легла под США, а Дания старалась хранить нейтралитет вместе с Нидерландами, которым во время недавних беспорядков здорово досталось. Хотя тут прежде всего экономика. И датчане, и голландцы здорово углубили кооперацию с ГДР. Это помогло им остаться в кризис на плаву. Не секрет, что большая часть так называемого «Родезийского флота» принадлежала восточным немцам. И можно через них получать огромное количество африканского сырья. Участвовать в их логистике также оказалось выгодно, как и зайти в новую конфедерацию с деловыми предложениями. Эти две маленькие страны сыздавна умудрялись подбирать немалые крохи мирового пирога. Голландцы, например, первыми начали перевозку рабов из Африки в Европу. И погибало у них на кораблях их довольно много. Что поделать – скупердяи!

Французы и бельгийцы помалкивали, потому что впереди у них тяжёлые выборы и, возможно, полная смена политического курса. «Подбитые утки». Австрийцы и швейцарцы хранили нейтралитет, зарабатывая на всех скопом. Испанцы и португальцы в последние годы откровенно тяготели к левым. Италия же приходила в себя после десятилетия левого и правого террора, что негативно сказалось на её экономическом положении. Великобритания сама находилась в жесточайшем кризисе, так что им не до жира. Ходили слухи, что оставшийся в ФРГ английский военный контингент в ближайшее время жёстко секвестируют.

Так что восьмидесятые стали первым десятилетием, когда Западная Европа довольно быстро уступала место самой развитой части мира крепнущему Соцсодружеству. Уровень жизни в ГДР, Чехословакии и Венгрии стал одним из лучших на континенте. Впереди же уверенно шёл Советский Союз с его великими амбициями. Космос, атомная промышленность, производство ЭВМ и развитие Комсети делали его положение недосягаемым. И догнать Советы в самых современных сегментах промышленности уже невозможно. 70% запусков коммерческих спутников в мире, беспрецедентное развитие беспроводной связи, количество выработанной на душу населения электроэнергии, повсеместное внедрение автоматизации. На СССР уже приходилось равняться былым гигантам европейской промышленности – Франции и Британии.

Впереди виднелся амбициозный проект освоения Луны, а также полёт на Марс. Дико затратные стратегии, которые никто больше не может себе позволить.

Шенин в курсе текущей обстановки и ни секунды не сомневался в победе здравого смысла. В итоге заседание приняло две резолюции:

– послать наблюдательную комиссию в Западный Берлин;

– осудить присутствие оккупационных войск в ФРГ.

Последняя всегда проходила со скрипом, но оставалась неизменной. Позиция стран Соцсодружества: с последствиями Второй мировой войны следует заканчивать.

Королёв. Производственное объединение «Орбита»

Машеров внимательно выслушал как конструкторов, так и военных. У всех имелся свой резон, но решение принимать ему, как и передавать следующему Генеральному. А именно такое решение будет иметь большие последствия. Зато даст Советскому Союзу неоспоримые преимущества. Не секрет, что в гражданском космосе СССР ушёл далеко вперёд. Но ядерные силы США до сих пор представляли для страны Советов существенную угрозу. Американцы имели довольно развитый подводный флот и оставили за собой паритет в межконтинентальных ракетах. С развитием ПВО и авиации использовать стратегические бомбардировщики уже не имело смысла, и потому шло их сокращение.

Но речь сейчас шла о совсем иных принципах вооружения.

В 1963 году США, Великобритания и Советский Союз подписали Договор о частичном запрещении ядерных испытаний, запретив взрывы в космосе, под водой и в атмосфере. Через четыре года, в 1967-м, заключили Договор о космосе, который прямо предписывал государствам не размещать ядерное оружие на орбите. Однако советские конструкторы нашли в этих соглашениях юридическую лазейку. Система СЧОБ не оставалась на орбите: она сходила с неё после одного неполного витка, сбрасывая боеголовку на цель. Формально договор не нарушался.

Советские учёные тогда же приступили к реализации амбициозного и опасного плана по выведению ядерного оружия в космическое пространство. Созданная ими система частично-орбитального бомбометания (СЧОБ) открывала пугающие перспективы. В отличие от традиционных межконтинентальных баллистических ракет, летящих по предсказуемой траектории, советский аппарат выходил на низкую частичную орбиту и мог обрушить термоядерный заряд на цель с неожиданного направления. При этом радиус действия такого оружия практически неограничен. Но самое главное: новая технология позволяла наносить удары по американской территории без предупреждения. Для этого советские оружейники избрали заход с южного направления, где системы раннего предупреждения США слабее. Американская сторона впервые сообщила о том, что Советский Союз проводит испытания системы «частично-орбитальной бомбардировки» только 3 ноября 1967 года. К тому времени основные испытания завершили, и разработчики устраняли замечания, сделанные заказчиком в ходе испытательных пусков.

Чем «частично-орбитальная» бомбардировка отличается от «полностью» орбитальной? В отличие от второго варианта, никто не собирался заранее «складировать» бомбы в космосе или запускать вокруг Земли какой-то абстрактный космический бомбардировщик. Всё проще – на первом этапе всё очень напоминает обычный вывод спутника на орбиту: