Текст книги "Задолбанец (СИ)"

Автор книги: Юрий Ра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Отряд Дубовицкого княжества нашёл походную лабораторию, когда солнце висело еще достаточно высоко. Найти её было легко, никто не озаботился маскировкой, да и скрыть пребывание стольких лошадей было бы сложно. В шалаш воевода никого из дружинников не пустил. Денис было подумал, что командир боится за отпечатки пальцев, а потом сказал сам себе всё то, что с казал бы другому идиоту. Ну какие отпечатки могут быть в этой эпохе! Разве что отпечатки сапог на влажной земле, вот те актуальны.

Очаг, сложенный из камней и глины с поддувалом и прилаженным мехом, толстые плахи, какие-то склянки из дорогого стекла, по большей части поколотые – всё это весьма странно смотрелось в шалаше. Примерно также, как синхрофазотрон в гаражном кооперативе.

– Да-а-а, дела-а! – На распев произнёс Ратмир. – Видать по всему, прямо тут хитрован этот собирался зелье сварить. И то верно, яйцо должно быть посвежее.

– Ага, со свежестью ошибся чудак человек. Змея его полгода как снесла, протухло давно.

– Ты почём знаешь, Денис?

– Сама сказала. Оно ж без зародыша, не тем дорого ей, что дитя, просто как знак, что когда-нибудь снесёт настоящее.

– И нашему князю пообещала своею волею следующее отдать?

– Ну да. Если мы обидчика покараем.

– Так мы и покарали. Можно сказать. – Воеводу толкал долг перед своим сюзереном не только на подвиги, но и на авантюры.

– Нет, Ратмир, один еще жив. Так несчитово.

– И не соврать?

– Никак. – Вздохнул Денис. – Драконам не врут. Слушай, а скорлупка эта совсем бесполезная?

– Совсем. Слишком прочная, ни дырку не провертеть, ни обточить. Так что не приспособить. А жалко, хороший доспех бы вышел, ан-ти-ма-ги-чес-кий. – Он произнёс по слогам иностранное слово. – Против волшбы, то есть.

– Да я понял. Жалко, конечно. – Денис поднял нижнюю часть скорлупки, похожую на чашу. – Вот из этой хрени бы получился чуть не готовый наплечник.

Самый большой кусок с неровными зубчатыми краями в самом деле слегка напоминал средневековый элемент доспеха, из позднего белого доспеха. Вонь стала гораздо меньше, когда Денис вылил остатки чёрной жижи и вытер скорлупу пучком травы. Попаданец приладил его на левое плечо и отпустил. Скорлупка с готовностью упала. Он нагнулся, снова поднял белую штуковину и упрямо приложил к своему окольчуженному плечу. Постоял неподвижно, погладил пальцами, не отпуская скорлупу, провёл по зазубренной кромке.

Дениса что-то укололо в пальцы, словно по ним пропустили электрический ток, при этом «пила» уступила место ровному краю. Это было так неожиданно, что он отдернул руку – скорлупа не упала. «Не понял!» – он пошевелил плечом, ожидая падения нештатного элемента усиления доспеха. Поднял руку, наплечник приподнялся, делая вид, что так и было.

– Ратмир, чего это? Как это?

– Вот же аспид! – Воевода дернул скорлупку рукой, пытаясь оторвать её. – Как у тебя это получается?

– Да хрен его знает! Держится!

– Стой ровно, сейчас проверю.

Денис не успел спросить, что собрался проверять воевода, как на его плечо обрушился удар топорика, выдернутого командиром откуда-то из-за спины. Было стрёмно, но совсем не больно – скорлупа распределила удар по всей поверхности плеча.

– Сильно бил? – Заинтересованно спросил попаданец.

– Не сдерживался. Был бы стальной, промял бы. И зарубку б оставил. А тут нет ничего. А второй сможешь? Вон валяется!

Второй кусок был заметно меньше, но тоже представлял собой подобие чашки. Денис действовал по уже отработанной схеме, и вскоре на правом плече почти симметрично белел второй наплечник. А то что поменьше – так это нормально, правой руке нужно больше свободы. В свете произошедшего валяющиеся на вытоптанном земляном полу осколки скорлупы уже не выглядели мусором – они были ценным ресурсом.

– Ладно, задолбанец, развлекайся пока, я пойду посмотрю кругом, может найду еще что интересное. Опять же следы этого неудачника разыщу.

– Вот уж точно неудачник! Такое дельце провернул и ни с чем остался. А что в руках ценного было, сам выбросил. – Денису даже стало малость жалко мага-огневика, за которым они охотились.

Недолгие секунды жалости к незнакомцу сменились деловитым интересом: а куда бы прилепить оставшееся добро? В смысле, те осколки, которые валяются под ногами. Вот разве что на передние полочки бахтерца. И Денис занялся магической аппликацией. Он не знал, какого размера было яйцо, но выходило, что никак не меньше страусиного. Осколков хватило на грудь и живот. То есть были еще совсем мелкие, но они уже никуда не годились… Разве что на пояс? А что, хорошая тема. Хоть пяток процентов к магическому сопротивлению, а даст такой пояс. Может быть.

А потом он вспомнил про князя. Неудобно вышло, весь профит с вылазки повис на попаданце – как бы сюзерен не обиделся. С другой стороны, трофеи Денис себе выболтал еще при найме, если это можно так назвать. Ладно, подумал он, отдарюсь поясом. Наверняка такая антимагическая приблуда стоит немало. А сколько тогда потянет мой бахтерец?

Глава 16
Огневой контакт

Да, его богатый пояс стал выглядеть еще богаче. Белые вставки между позолоченных накладок сделали часть экипировки совсем уж статусной вещицей. «Вправду князю дарить не стыдно», – проговорил Денис. Выходя из шалаша, он прямо как-то иначе ощущал себя. Вернулось забытое чувство из прошлой жизни, какое ловишь, когда выкатываешь своего перса после серьёзного апгрейда снаряги. Эх, подайте-ка сюда парочку скелетов! Ух, я им сейчас наподдам!

А еще он понял, что умирать после такого было бы вдвойне обидно именно из-за потери шикарного доспеха, а не просто потому, что жить охота. Он нашёл глазами воеводу:

– Ратмир, у нас ночёвка или помчимся прямо сейчас? А ну как он близко!

– Да я даже не знаю, как лучше. Волшебник этот не спешит, судя по всему. Вон, даже коней не бросил лишних, не боится он погони.

– А давай так, – влез с гениальной идеей пришлый боярин, – наши пусть встают лагерем, а мы на рысях вчетвером погоним до заката. Не догоним, так вернемся к готовой вечере.

– Складно баешь, Денис. А давай! Только не порысим, а ножками пробежимся. Умеешь такое?

– Согласен. По лесу бегом быстрее выйдет.

– Я смотрю, у тебя бронька опять как новая, ни пятнышка ржавчины на ней. Эх, и почему такое умение не мне досталось. С другой стороны, кому как не тебе такая волшба! Ведь доспех носишь, как кожу вторую, всё тебе нипочём. Небось тоже магия ваша семейная?

– А ты в лесу дорожку просто глазами находишь или волшбу творишь?

– Ладно, долгие сборы – лишние слёзы! Все готовы? Тогда пошли, пока след не остыл. – Оборвал рассуждения Дениса воевода.

И они пошли. Не побежали, как изволил предложить Ратмир, а просто ходко пошли по следу. Денис поначалу пытался увидеть след, ну там как-то по-особенному примятую траву или фантик от конфеты, но скорее он делал вид, что что-то высматривает. В его положении глаз на суку не оставил – уже достижение, уже всё хорошо. А следы высматривать, для этого есть специально обученные люди.

Три часа или четыре шли? Вот чего Денису не хватало, так это часов на руке. Тех своих самозаводящихся противоударных и водонепромокаемых. Он настолько с ними сжился, что даже в бугуртах и клубных поединках не снимал – под щитом что им сделается! А вот не срослось, перенёсся без часов. С другой стороны, на теле оказалась целая куча других вещей, не менее важных, чем часы. А может даже и поважнее. А время, ухитряются местные как-то вычислять время без хронометра, и он научится.

Лес посветлел, что означало наличие свободного пространства впереди. А еще воевода дал знак, что след вот совсем «горячий». Вырвались дружинники из густых зарослей, продавленных «кем-то», чуть не бегом и сразу увидели цель – к пологому берегу достаточно широкой реки спускался конный отряд.

Поправочка, вдоль берега двигался не отряд, а несколько лошадей, следующих за коноводом-одиночкой. Денис было решил, что шансов нет, не догнать пешему конного, но его товарищи так не считали, они молча сорвались в спринт. Честно говоря, он не ожидал от своих соратников такой продуманности, был уверен, что те сразу заорут что-нибудь типа «Стой!» или «Урааа!» Но все были опытными людьми, понимали на своём опыте, что в такой ситуации остановился бы только селянин, и то не факт. Мало ли какие грешки у него могут иметься за душой. «Догоняют – убегай!» – универсальное правило тех, на чьей стороне сила не в этот раз.

Наездник в какой-то момент не то почувствовал опасность, не то услышал посторонние звуки, так или иначе, но он обернулся. Бронислав обернулся через плечо и чуть не сверзился с коня от неожиданности – он увидел, что его нагоняло четверо вооружённых пешцев. Выражение лиц не оставляло сомнений, бегут не поговорить. То есть, могут и пообщаться, но со связанным избитым с позиции силы.

Никогда не пытайтесь говорить с огневиком с позиции силы, если вам дорога жизнь! Волшебник хмыкнул и уверенным броском послал огнешар в ближайшего из врагов. Тот вспыхнул и покатился кубарем по траве. Следующей целью оказался предводитель этого воинства, судя по богатому доспеху.

Самоуверенный вояка на бегу прикрыл голову щитом, словно это как-то поможет от огня, а потом… продолжил бег. Бронислав сам не заметил, как совсем развернулся в седле, как его отменно выученный конь развернулся по воле седока и почти встал. А как не встать, коли за тобой идёт на привязи еще пяток коней.

Третий сгусток огня улетел мимо, точнее неуязвимый враг успел отскочить в сторону. Огневик почувствовал, если так пойдёт дальше, у него не хватит сил на всю эту банду. Ладно, сейчас он подпустит людей поближе и шарахнет по главарю в полную мощь, глядишь, остальные поймут его горячий намёк.

Огнешар получился не больше предыдущих, зато попал точно в цель! Вернее, опять в щит, который задымился вместе со своим хозяином. Есть! Вражина наконец-то упал и задёргался в смертельных конвульсиях.

Вот только оставшиеся двое доспешных вместо того, чтоб в ужасе бежать в разные стороны, продолжили брать его в клещи. Бронислав уже не хотел победы, он напинывал пятками своего жеребца и пытался понять, почему он не несётся вскачь. Вот же горе, у него в поводу за луку седла подвязан целый табунок! Секунда потребовалась на то, чтоб сорвать петлю, еще секунду он с силой нахлёстывал животное, а только потом поднял голову, чтоб посмотреть, куда скачет.

Послушный конь в это время уже прыгал с пологого берега в реку. А и пускай! После удара корпуса животины об воду, волшебник неминуемо слетел с коня, но не пошёл ко дну камнем, а ухватился за узду. Очень удачно вышло – сейчас он направлял жеребца под углом от берега, удаляясь от врагов, прикрывшись от возможного обстрела его туловом.

Стрела вжикнула над головой и расплескала гладь реки, потом вторая. Он ожидал, что сейчас начнут бить в круп, вот тогда придётся туго: от боли скотинка может начать бить копытами, еще Бронислава утопит. Но нет, вороги пожалели благородного коня, не поднялась рука бить в него. Резко дёрнувшись, маг слегка вытолкнул себя над водой и кинул взгляд на преследователей. Один с луком бегал по сухому и явно не решался выстрелить в лошадь, второй хлопотал над обгорелыми трупами.

Да уж, отбился, но какой ценой! Все припасы остались на берегу, навьюченные на одной из лошадей. С другой стороны, не так всё плохо – жив остался. Поехал за шерстью, а вернулся стриженным. Что у него осталось? Кинжал на поясе да кошель с монетами и огнивом. Бронислав помогал коню плыть, загребая одной ногой и чувствуя, что с ноги сползает сапог. Плащ он сорвал с шеи еще раньше, распоров застёжкой ладонь – еще не хватало, чтоб тяжёлое корзно стало причиной гибели такого замечательного и умного волшебника, мир такой утраты не перенесёт.

Левый берег заказан, по нему непременно побегут искать, а в способностях этих неизвестных найти обидчика он уже не сомневался. Это ж надо таким оторвами быть, чтоб на огневика бежать безо всякого страха! А потом в его голову пришло, что самое странное не это. Откуда вообще могли взяться в этих местах люди. Он – понятное дело, он за яйцом в логово Змея целенаправленно шёл. А эти что делали? Опять же, как увидали, сразу погнались безо всякой попытки поговорить ладком. Бронислав, может, их и не убил бы, если б те не проявляли агрессии.

Где-то через час они с коняшкой, такой же вымотанной и готовой уже пойти ко дну, добрались до правого берега там, где имелась пологость, где конь мог бы выйти на твёрдый берег. Мог бы, если б силы оставались. Ничего, продышится, отлежится и выйдет, добрая зверюга под зад попалась, хоть какой-то толк от сгинувших наёмников вышел.

Бронислав вышел, качаясь от усталости, к кромке кустов и вместо того, чтоб полежать, приходя в себя, начал махать кинжалом. Он не скотина, а человек, значит может заставить себя делать что-то через «не могу», через бессилие. Сейчас на первом месте было согреться. Магу-огневику холод не страшен, всегда можно слегка нагреть свою одежду, просушить её волшбой. Оказалось, что не всегда. Измотанный выжатый в плане всех сил организм отказывался греть себя магией. Вот тебе и «через не могу». Потому и махал он кинжалом, собирая первое попавшееся топливо для костра. Уж запалить-то его хватит оставшихся крох энергии.

Тем временем на так поспешно оставленном волшебником левом берегу Ратмир Камень развел кипучую деятельность. И нет – он не бросился преследовать волшебника с даром огня вдвоём с оставшимся дружинником, эдак только погибнуть и останется, если дуром лезть на боевого чародея. Прежде всего послал последнего выжившего подчинённого за парой помощников, он собирался везти тела в Дубки-на-Дону, чтоб предать земле у родных стен. То есть, понятно, что задолбанцу эти стены еще не стали родными, но погиб он за князя. А значит, полностью исполнил свой вассальный долг, так что именно в Дубовицком княжестве ему и лежать.

Потом собрал и привёл табунок, отбежавший в сторону от места побоища. А уже только после того занялся телами погибших соратников. И это верно, оплакивая их, воинов не вернёшь, а лошадкам присмотр нужен. Обгорелый труп рядового дружинника никем не удивил, видал Ратмир и почернее трупы за свою военную карьеру. Хотел, было завернуть в плащ бойца да связать его поясами – куда там! Пояса рассыпались в руках горелыми корками, а плащ еще тлел, множа прорехи и обещая расползтись окончательно.

Без излишнего почтения к телу, Ратмир сбил угольки, покатав труп по траве. Ладно, решил он, авось найдётся, чем спеленать тело, у одной лошади поклажи много, наверняка что-то там есть подходящее. К телу Дениса подходить не хотелось.

Жалко было потерять такого хваткого и храброго боярина. Это ж каким надо быть героем, чтоб дуром переть на огневика, да еще не с первого раза упасть! Ратмир понимал, что его самого от смертушки лютой спасла только эта отчаянная атака Дениса.

Вблизи оказалось, что и у этого плащ сильно обгорел, но не тлел. А когда воевода перевернул тело лицом вверх, еще и штаны осыпались. Не все, а то, что не было прикрыто кольчужной юбкой доспеха. Кстати, доспех выглядел на удивление хорошо. Щит, принявший на себя удар, ремонту уже не подлежал, а бахтерец… Даже жалко в такой красоте хоронить воина.

Мёртвое тело замычало, а потом начало чихать. А потом открыло глаза и выдало забористую матерную конструкцию, интуитивно понятную русскому уху. Первым желанием Ратмира было потянуть Дениса за руки, привести в сидячее положение, более подходящее воину.

– Не трожь. – Выдало тело. – Дай отлежаться.

– Как же так, ожил, выходит?

– Не. Просто не умер. Пока. Как же пить-то охота! Дай напиться, воевода.

Воевода не сразу бросился поить героя, сначала он осторожно снял обгорелый шлем вместе с подшлемником, давая Денису продышаться. А уже потом достал из поясной сумки глиняную флягу и аккуратно приложил её ко рту болящего. Его губы слегка кровоточили, лицо было закопчённым, а там, где по коже лилась вода, было видно, что кожа покраснела как после ожога. Что значит, как! Ожог и есть, такой же, как на коленях.

– Я сейчас усну.

– Не надо, не засыпай, друг!

– Не бойся, я просто посплю. Скажи, чтоб картошки сырой натолкли и кашицу мне на ожоги положили.

– Кайтошки? Ты про какую кайтошку говоришь, Денис?

– Репа, по-вашему, в ней крахмал. Сок от ожогов поможет. – Прошептал задолбанец и сник. То ли дух испустил, то ли впрямь заснул.

Воевода приложил ухо к его губам – да нет, точно спит! Такого героя запросто так в могилу не сведёшь! Такому огни и воды нипочём! И это хорошо, а то кому потом со Змеюкой договариваться идти? Воевода по-ихнему не разумеет, да и князь тоже. А порученное дело еще не сделано – так что никак нельзя погибать!

Героя перевезли в лесной лагерь уже в потёмках, не без сложностей, но хоть не уронили по пути. И первым делом после того, как избавили его от одежды, воевода распорядился сделать то, что просил задолбанец, хотя просьба и казалась странной. Репа у отряда имелась, фактически она была заменителем картошки, по мнению Дениса. Не будешь же целый месяц питаться одними сухарями и вяленым мясом.

Твёрдую и сочную репу потолкли в котле пяткой топора, а получившуюся кашицу с охами и сомнениями положили на покрасневшие участки кожи боярина. Кто их знает, вдруг в их Задолбанском княжестве это обычное дело, лечить ожоги репой. А может и впрямь поможет. Что характерно, Денис проспал всю ночь беспробудно, словно отдав все генерируемые организмом силы на регенерацию и лечение.

Или не словно, а так и было. Утром проснувшийся боярин-самозванец узрел себя лежащим на охапке веток возле какого-то шалаша, явно построенного косорукими реконструкторами, в своих головах сформировавших такую вот стилизацию под старину. А потом дошло: он не на фестивале историков, рядом с ним стоит тот самый шалаш, из которого вчера надыбал скорлупы для доспеха. А потом что было? Слегка подзависнув, Денис понял, что нифига не помнит. Как в «Джентльменах удачи» тут помню, а тут не помню. Перенёсся вроде куда-то, с князем выпивал, то есть с настоящим. Змей Горыныч явился после какой-то кружки пива. Стоп, то было не пиво, а медовуха, а Змей оказался женщиной, в смысле самкой. Настоящей что ли? Бред.

А потом начало всплывать. Всё как бы само вставало по полочкам в мозгу, факты прицеплялись друг к дружке, выстраивая фантасмагорическую картину задницы, в которую он попал. От падения в яму под стеной крепости до вчерашней атаки на мага. Вот какой нормальный бы побежал с мечом над головой на огневика? С другой стороны, сначала он не знал, то есть забыл. А потом поздно было отступать. Опять же нормальный скорее всего бы уже давно загнулся в этом магическом средневековье. Или влачил существование слуги, навоз с конюшни выгребал за кусок хлеба.

Попал под удар огнём, это было последнее, что он помнил. Не, потом под второй, от которого увернулся, а затем под третий – вот как было. «Не хватило, тебе, Дениска, одного удара судьбы, ударопрочный ты у нас, выходит. А башковитый какой!» – мягко высказался о своих умственных способностях попаданец. А потом начал тестировать состояние организма. Морду лица стянуло, кожа на ногах побаливала. Зеркальца нет, так что про лицо пока забываем. Что с ногами?

Он скинул с себя чей-то плащ и уставился на себя бесштанного. Длинная исподняя рубаха из собственного запаса, вот и вся одёжа. А что под подолом? Аппетитной румяной корочки он не узрел, даже волдырей не наблюдалось. Но покраснение было, от середины бедра и до обреза сапог белая кожа ног была сильно розовой. Жена бы чётче определила цвет, назвала бы какой-нибудь фуксией, марселой или кораллой, а по меркам Дениса это было интенсивно розовым, словно он вышел из парилки. Помимо нехарактерного цвета эти места побаливали, зудели и чесались.

– Боярин, проснулся! Живой! – Микула материализовался перед глазами, излучая счастье.

– Ну да, а что такого? Вчера лёг спать, сегодня проснулся.

– То-то, что не лёг, а волшбой свалили в неравном бою. Выкарабкался, значит. И репа помогла, всё сделали, как ты велел. Вона, ни одного пузыря на коже.

– А почему бой неравный? Нас четверо было, он один.

– Так то маг, а вы почти что простецы. Нешто мага можно вот так в мечи брать? Его только издаля стрелами да этими твоими пулями. Надо было и мне вчерася с вами бежать.

– Микула, а ты еще можешь бегать?

– Не знаю, но хоть попробовал бы. Я б его с одной пули ссадил-то по башке его буйной! Я ого-го еще!

– Молодец, Микула. Только ты лучше скажи две вещи: есть ли мне смена одежды, и когда меня кормить будут? И что с остальными, никто больше под раздачу не попал?