Текст книги "Задолбанец (СИ)"

Автор книги: Юрий Ра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

– А что нам мешает купить ткани сейчас, а нанять прислугу после?

– Того мешает, что бабы, они лучше нас разумеют в тряпках. Тесьмы всякие, нитки, канители, иголки те же… Мы рази всё нужное вспомним для шитья?

– Прав ты, Микула. Тогда пойдём поищем мне кафтан поприличнее, или еще какой лапсердак, если на торгу что-то будет, что боярину не стыдно надеть. А потом по тканям пойдём. Да найдём ли что путное? А то придётся в Москву ехать за импортом.

– Не знаю, что по-вашему означает инпорт, а только и раньше в Москве ничего стоящего не водилось, городишко тьфу! Сто лет стоял, а никак в нормальное что-то не расстроится у тамошних не вышло. А сейчас и вовсе сгорел.

– Ну тогда не в Москву, есть же где-то ярмарки богатые. Что сгорела Москва, так им не привыкать, заново отстроят. Место там такое. Ладно, сами разберутся, пошли на торг, Микула!

Глава 19
Отчет

Опыт покупки готового платья был, так что теперь Денис тщательнее высматривал следы замытой крови и аккуратно залатанные прорехи от клинков. С другой стороны, какие времена, такие и обновки. После похода Денис по части приодеться был чуть не голяком: охабень сгорел напрочь, поддоспешник, в котором он возвращался домой за цивильное плате не считается, придётся снова идти в том, в чем провалился в этот мир. А на следующий день? А если выпачкает в грязи единственное полукафтанье? В вымазать легко – проскакал кто по грязи мимо, вот уже и закидали комками. То ли ототрётся, то ли нет.

В этот раз на базаре было заметно многолюднее. Денис не стал спрашивать, с чем это может быть связано, сам догадался. По его версии всё дело в окончании всяких полевых работ. Природа ждала снега, народ выдохнул и начал вспоминать о своих потребностях. Вот и потянулись на торжище окрестные селяне, а за ними всякие персонажи типа купцов, лотошников, коробейников, скоморохов, воров…

Когда один такой ушлый отвалился от мошны Дениса, поражённый молнией, попаданцу едва хватило выдержки самому не подскочить на месте. Это чего, в самом деле инвентарь как в игре защищён от выпадения и кражи? Круто же! Немой вопрос легко читался и в глазах Микулы, мол, чего за дела?

– Молоньей владеешь, боярин?

– То не волшба, Микула, а так. Умение, как ты выражаешься.

– Ближний бой?

– Просто защита от татей. – Денис не был уверен, что он правильно ввернул это слово, но недоумения у слуги не вызвал. Значит, всё верно сказал. – У вас не принято руки рубить ворам?

– Чай мы не персиянцы кровожадные. Плетей воришкам отсыпают для науки, ди из веси или города прогоняют. Этого бы тоже неплохо стащить на площадь, но ему небось и так немало отсыпал ты своим умением. Повалился как куль. – Пояснил слуга.

Да уж, что бы Денис делал, если бы не назвался заморским сыном баронским! Ведь плавает во всех областях местной жизни. Хорошо ли, плохо ли, но кое-как получилось приодеться и решить проблему представительских костюмов на ближайшее время. А вечером Микула привёл какую-то разбитную девку, иначе не скажешь. Оказалось, что Дана вдовая жёнка некоего неудачливого охотника. По её словам, шитью обучена, горбатиться на будущего господина готовая, многого не просит, кров-еду ей обеспечь, копеечку подкинь, а во оденется она сама, с иголочки. То есть, из обрезков и отходов соорудит себе одежду на все случаи жизни.

– Проверять меня будешь, боярин? – Спросила она, смело глядя в глаза Денису.

– Конечно, буду, не кота в мешке беру, служанку в дом нанимаю.

– Добро. Только пусть твой Микул выйдет.

– А ты что, стеснительная такая? – Не понял каприз боярин. В одном доме жить будете, придётся работу справлять прилюдно.

– Охальник ты, боярин! Видишь, что заступиться некому, вот и глумишься. Да бес с тобой, я могу хоть сейчас изголиться, стыд на тебе.

– Чего⁈ Ты вообще, про что девка глупая речь ведёшь⁈

– Я тебе не девка! Мужняя жена. Была. – Дана решительно схватилась за шнурок, явно собираясь сбросить свою заношенную многослойную юбку.

– Понёву не трожь, дура! – Денис даже не понял, откуда он знает, что эта конструкция называется понёвой. – Я твоё умение шить проверить хочу, а не то, какова ты изнутри. Мне швея потребна, а не грелка ночная. Кхе-кхе.

Насчёт отсутствия потребности в ночной грелке было смело и не совсем по делу. Но и харрасментом заниматься попаданец считал неправильным. Что за удовольствие быть с женщиной не потому, что она запала на тебя всего из себя замечательного, а по обязанности или из страха? Даже из уважения… Насчет последнего варианта, впрочем, он еще толком не думал. Если его нынешнее положение само по себе повышает привлекательность процентов эдак на двести, то это как считать? Может, можно зачесть как его личную привлекательность? Гуляя по базару, Денис не раз ловил на себе заинтересованные взгляды девок разных сословий.

– Прости, господине, не поняла я, – шмыгнула носом покрасневшая Дана, – как ты проверять станешь моё шитьё, коли не хочешь мной шитое осмотреть?

«Блин! Дурь на дури! Она чего, собиралась мне свою юбку показать на предмет качества швов?» – Денис чуть не саданул себя по лбу. Теперь всё вставало на свои места. Получается, девка просила Микула выйти, потому как в одной рубахе остаться при всех стеснялась. Не девка, молодуха, то есть вдова.А он-то чего себе напридумывал! Срамные картинки продолжали лезть в голову.

– Мне без надобности смотреть, как ты бабьи тряпки шьёшь. Возьми у Микулы холст, потребное, свечу да сшей к завтрему на меня исподнюю рубаху с портами. Я проверю. Поняла ли?

– Прости, господине! Дура я.

– То-то, что дура. Остроглаз, выдай всё Дане да накорми её как следует прежде, чем за труд сядет. А ежели порадует она меня искусством своим, сразу думай, где жить будет. Зима близко.

Сказал про зиму и прямо ощутил себя Старком, таким же харизматичным вождём, как персонаж сериала про драконов. Вот только хотелось верить, что он умнее и не закончит жизнь на плахе. Смотреть надо в оба глаза, чай не в сказку попал. Кругом суровое магическое позднее средневековье. Что оно позднее, было видно по темени за окошком.

Сказать честно, Денис уже принял решение насчет новой служанки, что-то в ней было такое… Но включать заднюю боярину невместно, так что пускай старается. Всё одно, шить умеют в этом кусочке Бытия все бабы, если не неумеха и не тупая, то подучится и отшлифует мастерство в процессе. Это как с работниками широкого профиля, поставь человека на одну операцию, он станет в ней профессионалом, если мозги есть. А без головы никакие «корочки» не помогут.

Дана всего этого не знала, она старалась всю ночь, так что сработала задание почти под утро. И то могла возиться дольше, но свеча догорела. Зато утром Денис держал в руках обновку. И это был не тот простецкий вариант исподнего, в котором щеголяли дружинники или Микула, тут всё было прямо по-господски. Обычная холстина, но уже не простой прямой крой, а в сборку к верхней детали, так, что подол рубахи расширялся книзу. А плечи украшала вышивка до самого горла. И вроде нитки коричневые самого незатейливого растительного крашения, а любо-дорого. С такой исподней рубахой можно и ворот верхней не застёгивать наглухо, пускай будет как бы невзначай видно, что у боярина вся одёжа расшитая. Понты не понты, но встречают по одёжке.

Денис повертел в руках обнову, скинул прямо при дворне ту рубаху, которая была на нём и примерил новую. «Принята-нанята!» – бросил он, улыбнувшись. По-хорошему, надо было и порты примерить, но светить причиндалами вот так обыденно, а не в бане он не был готов. Да и чего тут мерить, по ширине плюс-плюс, лишнее утянется шнурком, по длине приложил к ногам – нормально.

Движением руки, лучше даже сказать, мановением длани, он отослал челядь заниматься своими делами, а сам подумал и вздохнул. Хорошо, что у него теперь дворни как у нормального боярина, хорошо, да не очень. Расходов больше, надо повышать доходы, чтоб соответствовали расходам и статусу. А лучше, чтоб было заметно выше. Но так ведь не бывает, не бывает у нормального человека, чтоб доходы росли, а расходы на одном месте топтались, такой скупец станет противен своим партнерам по бизнесу, а тогда и доходы рухнут. Заработанное обязательно надо тратить, если оно не пущено в оборот, не вложено в недвижимость.

Завтракал боярин вместе с челядинами своими, видал такой уклад в нескольких фильмах, в одном эпизоде барон допускал до своей трапезы ближников, в другой картине малоземельный помещик со всей немногочисленной дворней вечерял за одним весьма скудным столом. Ну а чего, нормальный расклад, решил он и завёл тот же порядок. Вот как будет у него свой терем да дворни дюжина, тогда и столоваться будет с ограниченным кругом.

Заодно совещание провёл по планам на день, проверил расстановку кадров, нарезал дополнительных задач. В первую очередь, Дане, которая должна в кратчайшие сроки обшить боярина, а для того прямо с утра ей путь-дорога на торг. С Микулой, понятное дело. Большую сумму бабе никто не доверит к расходованию, даже купец не согласится продать дорогой товар. А ну как придёт муж или кто из семьи, оспорит сделку с недееспособным членом общества? Да и просто ходить с деньгами женщине опасно, неровён час, отберут мошну или товар.

Слуга князя пришёл среди дня, когда Денис на своём дворе упражнялся с оружием, пришёл и сказал, что князь ожидает боярина завтра к полудню. А Денис уже давно был готов, он бы и сам пошёл уже, если бы не боязнь накосячить по незнанию обычаев и этикета. Он справедливо считал, что «разбор полётов» правильнее производить сразу по приземлению, а не через три дня. За это время что-то важное может забыться, а то и хуже – может случится какая-нибудь хрень, про которую не доложили как раз из-за неспешности тутошнего бытия.

К полудню приходить, это когда? Как определить время точно, если осень, хмарь и всё недо скрыто пеленой туч? Светает поздно, солнце не то что не видно, начинаешь сомневаться в его существовании как астрономического объекта. Есть вариант: воспользоваться подсказкой голосового помощника.

– Микула! Напомни мне, что завтра в полдень надо быть у князя! А то с вашим солнцем боюсь время перепутать.

– Боярин, что не так с нашим солнцем? Аль у вас за морем оно какое-то иное?

– Истинно так! Там его видно каждый день! Понимаешь, Микула, солнце днём видно на небе.

– Ах это. – Слуга вздохнул. – Ну да, осенью его порой неделями не найдёшь на небосводе.

– А со снегом у вас тут как?

– Со снегом всё здорово! Снега всем хватает. – Обрадовался старик тому, что есть чем похвастаться. – Бывает, столько навалит, что из дому не выйдешь! Красота!

Ну да, подумал Денис, к зиме ж еще надо готовиться. Не только запасы обеспечивать, надо и одежду тёплую готовить. А об этом он не подумал, да и не видел большого разнообразия меховых изделий на торгу. Тоже, небось, всяк для себя бьёт и скорняжит-пошивает. Но время пока было, по утрам пока даже ледок на лужах не хрустел, инея на листьях тоже не имелось.

Как понять, не опоздал ли ты к начальству без часов на руке или на стене? Да всё просто: начальство в добром настроении – значит, вовремя ты припёрся. А ежели хмурится и по любой ерунде собачится – тогда или рано, или поздно. Короче, не в то время пересёкся с шефом. И тут уже неважно, на какой час тебе было назначено. Судя по лицу князя, Денис явился в правильный час.

Пронька, принявший его в просторном помещении, предваряющем «тронный» зал, кивнул головой, мол, ждали, велено пущать сразу, и побежал вперёд оглашать: «Боярин Денис по твоему призыву, князь!» Во как, отметил для себя попаданец, уже не боярин из Задолбании, а просто боярин Денис. Ну хоть не Дениска. Он уже выучил эти тонкости обращения: суффикс «-ка» в конце имени превращал персонажа в низкоуровнего ничего не решающего статиста, а полное имя намекало на вполне уважительное отношение.

Ещё у человека бывает прозвище, заменяющее здесь фамилию. В его случае это прозвище Задолбанец, уже прилипло. Князей и владетельных бояр могут величать по местности, которой они правят, а шибко уважаемых, но безземельных величают по батюшке. Так что у Дениса в плане карьерного роста впереди маячит «звание» Денис Сергеевич, если он не хапнет себе какую-нибудь землю. Ха-ха три раза.

– Здрав буди, княже! – Молвил (именно молвил, а не сказал) боярин и махнул рукой в отработанном куртуазном европейским поклоне.

– И тебе здравия, боярин! Никак ты не отучишься свои заморские штучки выкаблучивать. А и ладно, всё нескучно с тобой. Люб ты мне, боярин!

Неожиданно Болеслав встал с кресла и прошёл вперёд к Денису. Бить сейчас будет что ли? А нет, обошлось – князь слегка приобнял попаданца, скорее демонстрируя действие. Ага, понял Денис, это он мне честь оказал, получается. И чего делать, благодарить смиренно или по плечу похлопать в ответ? Делать он ничего не стал, просто стоял и ждал развития событий. Судя по всему, это было правильное решение. Потому как князь вернулся в своё кресло, исполнив ритуал и буднично продолжил:

– Ратмир рассказал в подробности про ваш поход. Понятно, что мог, то и обсказал. О чём вы со Змеёй речи вели, того он не знает. Жду с нетерпением, поведай. – А потом не дал раскрыть рта Денису и замахал руками. – Постой! Сейчас Марфу позову, а то обидится княгиня, два дни дуться будет. А пока по твоей защите от грома поговорим.

– От молний. – Тактично поправил Денис. – От грома затычку в уши спасают. Так что, готово железо, что я кузнецу рисовал?

– Готово уже. Сам пойдёшь посмотришь, ладно ли сковали. И ты говорил, ставить надо под твоим присмотром. Сам всем тогда и руководи, я уже велел слушаться тебя. Завтра займёшься. Чего-то еще надобно будет?

– Гвозди да рога коровьи.

– Так и знал, волшбу творить почнёшь.

Денис не решился перечить, волшба так волшба. Прощу согласиться, чем объяснять про проводники и диэлектрики. Рога ему понадобятся при монтаже молниеотвода не как ингры для громоотворотного зелья, а в качестве изоляторов. Чтоб электричество при ударе молнии не сорвалось на стену. Если после его рукожопства в грозу загорится терем, репа с местными упадёт до отрицательных значений.

Эти игроманские словечки типа «репа» вместо «репутация» и «ингры» вместо «ингредиенты» вспыхивали в мозгу как напоминания о той беззаботной жизни, утраченной безвозвратно. Эх, с каким бы удовольствием он сейчас бы послушал, как его пилит супруга. Никакого золота бы не пожалел, двух коней бы отдал за час нотаций от жены.

А потом в зал ворвалась Марфа. Плавные движения, потупленный взгляд, неторопливая походка лебедушки – это всё не про мага-огневика в женском обличье. Избитое выражение «коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт» в этом мире незнакомо, но очень точно отражает характер и настрой жены Болеслава. С поправкой, что сама героиня ту избу и подпалила движением чёрной брови.

Когда супруга уселась на маленькое креслице по левую руку от князя, он дал понять кивком головы, что уже можно начинать дозволенные речи. И боярин начал. Не только о чём беседовал с драконицей, а вообще по порядку. У воеводы свой взгляд на события, у Дениса своё видение ситуации. Какая точка зрения правильнее? Комплексный подход рулит, это и так понятно.

– Чудеса! – Резюмировал князь, когда Денис окончил.

К слову сказать, сесть ему не предложили, ибо доклад сюзерену о выполнении порученного, ритуал, так сказать. Вот же смешные люди, подумал Денис, сами огненной магией владеют, в зверей превращаются, а мыслеречь им чудеса. Воистину, к чему привык, то не чудо.

– Да, боярин, рассказ твой удивителен и невероятен. – Согласилась с мужем Марфа, которая и не подумала спрашивать князя разрешения влезть в разговор. – Со Змеями неслышные речи вести, да на расстоянии… Другому бы не поверила. Каких только за морем чудес не сыщется!

– Так и за морем мой Дар не обыденность. Больше того, признаться, я и сам не ведал, что этой волшбой владею, княгиня.

– А еще что умеешь из волшбы? – Князь прищурился. – Слыхал я, молнии в супротивника пускать способен. Или показалось видакам? Оттого и сам, небось, умеешь небесный огонь укрощать.

– Не, то не магия, простое умение. Когда кто-то на мои вещи покушается, его бьёт несильно, не до смерти, а чтоб думал вдругорядь, как к чужому добру руки протягивать.

– Хорошее умение. Мне бы такое, чтоб пошёл сосед мою деревеньку оттяпать, а ему хренак молнией по всему войску! Несмертельно, а чтоб все к своей границе поотлетали. – Развеселился князь. – Так твоя волшба может?

– Своей деревни у меня отродясь не было, так что не знаю пока.

– Ха! Марфа, ты слышала, какой умник наш Денис! Может, в самом деле ему деревеньку пограничную подкинуть, как считаешь?

– Чтоб он сидел там в глуши и в земле ковырялся да медведей гонял? А кто будет службу служить для тебя?

– Видишь сам, задолбанец, – притворно вздохнул Болеслав, – пока не могу тебя деревней оделить. А что другое могу! Дом тебе нравится, который я тебе дал для проживания?

– Справный дом, княже. Нравится!

– Вот и владей! Дарю на веки вечные! Расскажешь заодно, если кто полезет, бахнет по нему молонья али пустит. И женить тебя надобно.

– Зачем? Посмотреть хочу, как твоя волшба от жены охочих подмигнуть отгонять будет.

– Вот же охальник! Это ты на что намекаешь! Кто мне подмигивал, а⁈ Как подпалю бородёнку твою рыжую, чтоб ты чёрным лисом перекидывался, смолёным! – милые бранятся, только тешатся.

Глава 20
Повелитель небесного огня

Ну всё, теперь он местный! Будь Денис чуть посентиментальнее, обязательно прошибло б на слезу, а тут опять на сопли. Второй день с соплями, и не от аллергии, надо думать, всё проклятые сквозняки. Попаданец решил, что лучше он прилюдно вытрет сопли, чем будет стоять со свисающими с носа каплями и достал из мошны носовой платок. Куртуазно высморкался, сложил и убрал обратно.

На самом деле, ничего особенного, квадратик из белёного холста с вышитой волной по краю. Бежана таких ему наделала пяток сразу, чтоб у заморского барчука были тряпицы на замену. Она была бабой покладистой, хоть и не без причуд. Ей сказал хозяин, что и для чего – исполнила. Даже вслух удивляться не стала такой дури, мол приехал малохольный, рукавом не может нос вытереть. Добро, когда в доспехе, там особо не пошваркаешь стальным наручем по морде, а в обычной жизни что за причуда!

– Нет, ты видел, до какой галантности в Европе дошли! Болеслав, хочу такое же! – Марфа и так ценила нового мужнина приспешника, а сейчас того пуще.

– Да что тут такого, ну закапало из носа у человека, с кем не бывает. Какая разница, чем вытирать?

– Вот сразу видно, сидишь в лесах, последней моды не знаешь.

– Да где я её увижу? Отбивался князь из последних сил.

– Тебе судьба послала сведущего в моде человека, перенимай!

– Слыхал, Денис, чего моя супружница речёт, перенимать требует. Вот скажи ей, неразумной, что ты эти латки таскаешь на случай прорехи или раны.

– И это тоже, княже. Но главная задача носового платка в его удобстве. Ежели я хожу в камзоле серебром шитом или с иными украшениями по рукавам, то вытирая нос оным, я непременно обдеру кожу лица. И буду ходить с красным носом, как упивающийся медами без меры.

– О! А я говорил! Красный нос не от пития, а от насморка! – Завопил князь. – Натираю я его, слушай учёного человека!

– Я его слушаю, еще как слушаю! Сей же день повелю нашить нам таких платочков, дабы сморкаться в них по заморской моде. – Кто бы сомневался в такой реакции женщины!

Во взгляде князя читалось неодобрение, направленное не на жену, а на истинного виновника новой беды. А еще понимание, что надо возвращать разговор на деловой лад.

– Сопли обсудили, давайте теперь поговорим про яйца. – Веско высказал он свою волю. – Я подтверждаю твой долг перед Змеёй как свой даю в том своё княжеское слово. Если она отдаст снесённое яйцо, положу свои силы на поиск жениха для чудища. Бха-бха-дхее…

Под конец князь не выдержал и закашлялся. Не каждый день даёшь слово выступить сводней для какой-то гадины.

– Муж мой возлюбленный, испей морсу скорее! – Марфа уже махала рукой девке с кувшином и кубком, как из-под земли выросшей в зале. – Не бережёшь ты себя, всё о нас заботишься!

Денис, к своему удивлению, не услышал сарказма или иронии в её словах, словно волшебница впрямь сильно переживает за мужа. Вот как их поймёшь, то под каблук загнать пытаются, то заботятся искренне. Одно слово – женщины!

– Ага, давай свой морс. – Просипел князь. – Чего-то горло перехватило.

– Клятву ты дал существу велико-мощному, вот и перехватило. Теперь, Болеслав, хочешь не хочешь, а надо будет справлять дело, за которое твой боярин ухватился.

– Погодите, уважаемые! Еще нет дела, мы то яйцо не получили. Вот как отдаст Змеюка потребное нам, тогда и долг запишется. А пока…

– А пока будем готовиться к его выполнению. Я прадеда своего попрошу о помощи. – Княгиня сказала так, словно все должны знать, что там за прадед. – Не захочет поучаствовать, так хоть совет даст мудрый.

– Марфа, неужто к Ремпаю обратиться не забоишься?

– Взрослая я уже давно, меня теперь детские сказки не напугают.

Теперь, когда князь с женой взялись обсуждать неведомого прадедушку, Денис понял, что он один не в теме по поводу божьего одуванчика, еще не отдавшего концы в неведомой дали. Прадедушка – это ведь пипец, как давно надо родиться. С учетом того, что княгине тридцатник примерно… лет сто небось старичку. А она его всё еще побаивается.

– Ладно, возможно, ты права. Родственник, ты его прямой потомок всё-таки, должен помочь. Если только от его помощи хуже не станет. Но сначала нужно подтвердить наш с уговор со Змеёй. Снова поедешь, Денис.

– Понял уже. А как в ваших землях проще передвигаться, осенью или зимой?

– В НАШИХ землях, задолбанец! Теперь это и твоя земля. Но вопрос правильный задаёшь. Как проще, по снегам или через грязь… И так не очень, и эдак труден путь. Но мнится мне, самое простое будет – ехать сразу, как грязь схватится. Снега будет немного, не завязнете. Пойдёшь с тем же десятком, что сейчас ходил. Но без воеводы.

– А если заблужусь?

– Не заблудисси. Выберешь одного из дружинников проводником. Да почитай каждый второй, кто с вами прошёл, сможет тем же путём вдругорядь найти Змеюку вашу. Это тебе с непривычки все овражки и леса на одно лицо, а местные не заплутают. Если метель не поднимется, тогда в лесу не зги не видно. А в метель нечего шляться сиди у костра да пережидай, если не дурень.

Что за штука эта зга, которую в метель не видно, Денис не ведал, он даже представить себе не мог, что в январский, к примеру, лес кто-то сунется за каким-то лешим. Да в эту пору и леший спать должен, если они существуют. В категорическом отсутствии лесной нечисти и прочих суеверий попаданец уже не был уверен.

– Понятно, будем ждать первых морозов. Десятком кто командовать будет?

– Сам и встанешь начальником. Если помощника выберешь дельного, всё у вас получится. Сам видишь, как кудеснику важно повышать силу Дара. Был бы тот супостат сильнее, не стоял бы ты сейчас здесь.

– О! Забыл! Прости, княже, совсем забыл, у меня ж для тебя подарочек имеется, сущая безделица. Однако же…

И Денис вынул из своей мошны пояс, который прямо в походе сотворил из драконьей скорлупы с помощью своего умения. Дождавшись разрешающего кивка, он передал князю не очень скромный почти парадный пояс со старательно начищенными бронзовыми накладками и «наклеенными» между ними белыми кусочками скорлупы.

– Это то, что я думаю? Скорлупа змеева яйца на поясе? И как, есть помощь от неё?

– Вот уж точно, без скорлупы на своём доспехе, зажарился бы как… да как тот погибший дружинник. – Денис немного опасался перехвалить пояс. А ну, как князь позарится на его бахтерец? – Не такой уж слабый маг против нас стоял тогда.

– Что скажешь, Марфа? Может оградить сей пояс от магии? Впрямь могутный оберег, али безделица? – Князь вертел в руках сувенир и по его лицу было не понять, доволен ли подарком, или неприятно Болеславу, что такой малостью поклонился боярин.

– Слыхала я, что есть у скорлупок свойство отражать волшбу, да только не можно её на доспех толком прикрепить. В скорлупках дырочку проделать не выходило ни у кого. Расколоть можно, а просверлить или пробить как не выходило, клей же не держит совсем, не пристаёт к ней ничто. Так что да, пояс этот сходит за редкость даже как просто украшение.

– Редкость, хм. Только ты так и не сказала, от волшбы он убережёт ли.

– А ты надевай на пузо его, сейчас бороду тебе подпалю огоньком начарованным, коли не выйдет, то можешь считать оберегом.

– Бороду не трожь!

Князь уже стоял возле кресла и застёгивал на себе подаренный пояс. Длинный, рассчитанный на ношение поверх доспеха, он сейчас свисал изукрашенным наконечником ниже колен. Но такова мода, всего в костюме богатого человека должно быть с избытком. Метры свисающей без нужды ткани, сребротканных поясов, десятки блях и накладок везде, докуда дотянется фантазия мастера или заказчика. Порой под драгоценными металлами, эмалями и каменьями ткани не видно, вот как на этом поясе.

– Не трожь бороду, говорю, повторил князь, – по рубахе колдуй, прям в груди целься. – Он похлопал себя ниже груди.

– Ну да, говоришь одно, а показываешь на пузо! Что, пуза не жалко?

– Ну так там шерсти меньше, примется гореть, быстрее потушу. – Кувшин с морсом уже был в мощной руке государя, исполненной готовности спасать организм.

– Ну держись тогда, сам вызвался! – Указующий перст Марфы вытянулся в направлении мужа и почти коснулся живота, а сама кисть сделала эдакое движение с подворотом, словно она держала отвёртку и пыталась закрутить винт в князя.

– Эй, не убей только!

Болеслав заорал и явно еле удержался, чтоб не отпрыгнуть в сторону. Но жена-огнемёт только напугала его, не став бить огнём.

– Погоди, ща отдышусь. Ладно, бей уже!

– А я ударила.

– Когда? Как?

– Слабо. Побоялась сжечь любого мужа, цыкнула малёха, как свечу зажгла. А оно не того, не цыкнулось.

– Да ну! Не видал ничего, отойди и снова давай пробовать. Ну, поджигай!

Марфа попятилась на пару шагов и снова сделала то же аккуратное движение. Денис раньше такого не замечал, когда княгиня поджигала свечи, она прямо всей ладонью проводила по помещению. Видимо боится мужу навредить, включила режим снайпера, решил попаданец. Со скоростью мысли с пальца сорвался язык пламени, лизнул фигуру князя и бессильно опал.

– Ха! Поздравляю, супруг мой! Работает твой оберег.

– Это какая тогда у тебя защита, коли ты почти всю скорлупу на свой бахтерец навесил! – Аж присвистнул Болеслав. – И какой силы был маг, с которым вы схлестнулись, что тебя через доспех слегка подкоптил. Ладно, что сладилось, то сладилось. Ступай, боярин, службы ты свои знаешь. Ладь молниеотвод да собирай десяток к походу. Как дороги встанут, сразу поедете с моим словом.

Той ночью Денису приснился странный сон. Странных снов в его жизни было немало, некоторые даже запоминались, а не растворялись поутру как туман над августовским полем. В этот раз ему снилось, будто он участник игры «Что? Где? Когда?», мало того, команде выпал блиц, так что отдуваться придётся капитану команды, то есть Денису. Сон же, во сне и не такое присниться может. Лошадка скачет по столу, знакомый голос ведущего вкрадчиво бубнит над головой под такую же знакомую музыку.

– В игру вступает Кощей Бессмертный из села Золотое. Господин Помелов, внимание, вопрос: что общего между иконой в сельской церкви и сержантом полиции? Десять секунд!

– Оба способны защитить от нечисти?

– Ответ принят. Хм, а теперь правильный ответ. У них обоих копеечный оклад. Раунд! И сто тысяч рублей отправляются к Кощею Бессмертному в село Золотое!

Вдруг сразу шум из-за спины, кто-то начинает бурно обсуждать вопрос, но слов не разобрать, сон же. И только издевательский голос прорывается: «Ну вы и насмешили нас, господин Помелов, от какой нечисти может защитить сержант? Да и боги тут не помогают. Вы уж как-нибудь сами…»

Тем же вечером в княжьей опочивальне князь и княгиня не торопились отходить ко сну. Автор ни за что не стал бы заглядывать в их спальню, но данный момент не был сочтён интимным, так что он допустил возможным донести до читателя услышанное. Тем более, что подслушанный разговор непосредственно касался героя данной книги:

– Зачем ты ему дал десяток, Болек?

– А что, смел, решителен, находчив. – Князь и в опочивальне князь, он был настроен защищать свою точку зрения даже от жены.

– Ну да, а еще дерзок.

– И что с того? Пускай. Покомандует десятком, глядишь, целый отряд можно будет под его руку поставить.

– Десятника найти не проблема, муж мой. А вот такого как он…

– Ой, говори уже прямо, что удумала.

– Не пора ли тебе обзавестись собственным посланником, таким, кто за тебя может переговоры вести в чужих землях.

– Ты вон про что, Марфа. Ну да, для такого дела лучшего мужа и не сыщешь. Немало уже пользы принёс там, где никто и не ждал. Как вывернул-то! Со Змеюкой переговоры затеял, словно владетельной особой. А главное, никто ж и не знал, что они настолько разумны! Или за морем знают, только молчат до времени. Может, это умение у Дениса наследственное? Знал он всё, да таился, а как его прогнали из дому, пришлось раскрывать. Не ратиться же с драконами огненными. Тем более, раз они промеж себя мыслями обмениваются. Как их победишь?

– Разумны, сильны, да горды без меры. На том сильные гордые и ловятся. Ты, Болеслав, привечай его, привечай. Привыкнет из твоих рук вкушать, верным псом тебе станет.

– Сильные да гордые… Я не понял, ты про задолбанца речёшь или про Змеев?

– Я про всех, муж мой.

– Ага, я у тебя тоже сильный и гордый. Так?

– А ты у меня, так. И что, вот прямо вырваться хочешь из моих объятий? Опостылела я тебе как женщина или боишься? – Голос княгини сочился мёдом и невысказанными обещаниями, что никак не вязалось со смыслом её слов.

– Как я вырвусь от тебя, лада моя? Околдовала же, как есть околдовала!

А потом всё-таки началось такое, о чём приличные люди другим приличным людям не рассказывают. Те и так всё про такое ведают.

Утро неженатого боярина начинается не с кофе. Он весь торг обошёл, замучил расспросами Микулу, Бежану, купцов попытал, правда, без применения запрещённых приёмов – никто ничего про кофе в Дубках-на-Дону не знает. А зато квас ставят такой, что чуть глаза из орбит не выпадают! Квас Денис любил, любил настолько, что даже по осеннему времени велел готовить себе тюрю. Как кухарка ни сопротивлялась, как ни убеждала, что снедь эта подходит только самым бедным и откровенно нищим голодранцам, но хозяин был непреклонен.

– Готовь, вчера говорит, окрошку! – Жаловалась Бежана Микуле на свою тяжёлую судьбину. – И помельче режь в неё мясо, птицу, варёную репу. Спрашиваю, и капусту?