Текст книги "Медсестра из другого мира (СИ)"

Автор книги: Юки

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 25

Оттащить его в кабинет оказалось задачей не из простых, особенно в моем теперешнем состоянии. Но я справилась, кое-как погрузив мужчину на удачно оказавшееся поблизости кресло-каталку. Усадить не удалось, просто сгрузила его, как пришлось, и закатила внутрь комнаты, спешно закрыв за собой дверь. А отдышавшись, бросила взгляд по сторонам, с удивленной радостью заметив в углу шкафчики с лекарствами, бинтами и прочим медицинским инвентарем.

Кажется, это мы удачно зашли. И просто чудо, что на нас никто не наткнулся, иначе пришлось бы отвечать на неудобные вопросы. Например, почему я помогаю врагу. Хотела бы я сама знать ответ на этот вопрос...

А в том, что это враг, из тех, кто напал на город, я почти не сомневалась. Не стал бы солдат из королевской армии или городской стражи нападать на пациента и требовать отвести его к целителю. Да и эта странная форма, которую я ни разу пока не видела, хотя солдат через наш госпиталь проходило немало...

Переложив мужчину на кушетку, я тяжело вздохнула, вытирая пот со лба. Делать это пришлось поэтапно, сначала голову и плечи, а уж потом с трудом удалось переместить все остальное. И даже так вымотались, будто поле перепахала вручную.

А после, с тревогой прислушавшись к звукам сражения снаружи и тишине в коридоре, бросилась к шкафчикам. Я, конечно, могла исцелить его магией, как и пообещала, но боялась, что сейчас сделаю только хуже. Уж слишком плохо себя чувствовала.

Схватив с полки бинты, которые здесь были не привычными марлевыми, а представляли собой отрезы ткани, бутыль со спиртом и пару инструментов, я вернулась к мужчине, который так и не пришел в себя. Осторожно расстегнув китель и разрезав рубашку, что была под ним, я с беспокойством уставилась на обширную резаную рану в боку.

Крови на рубашке оказалось много, но меньше, чем должно быть. И судя по характеру раны, его полоснули чем-то острым, но, как ни странно, порез успел слегка затянуться, будто прошло несколько часов с момента ранения. Может, он сам себя подлечил? Или рана не столь глубокая, как кажется?

Не став гадать, я призвала магию, полагая, что на осмотр моих сил хватит, и внимательно вгляделась вглубь мужчины, разглядывая его в месте повреждения.

Похоже, солдату несказанно повезло, и внутренние органы почти не пострадали, но порез повредил не только кожный покров, но и рассек мышцы, так что полостная рана все равно была опасна. В первую очередь из-за заражения, и я не была уверена, что смогу снова провернуть тот трюк с очисткой крови, как сделала это для герцога.

Черт, как же не хватает нормальных препаратов! Или хотя бы резерва магического побольше, чтобы не валиться без сил после одного сеанса исцеления.

А руки уже сами действовали отдельно от разума, совершая привычные манипуляции. Промыть, обработать, стянуть края, сшить, матерясь на слишком толстую иглу и грубые нитки. Впрочем, их могло и вовсе не быть, ведь врачи этого мира привыкли манипулировать магией.

Доделав перевязку, я отстранилась от мужчины с чувством выполненного долга и тяжело уселась в то самое кресло, на котором его прикатила. Руки дрожали, будто с похмелья, и в ушах стоял шум.

Снова перенапряглась, да что ж такое! Лейтон меня точно прибьет, а потом запрет в палате, привязав к кровати, чтобы не сбежала. И будет прав.

Что ж, теперь оставалось надеяться, что в кровь не попала зараза. Впрочем, визуальный осмотр не выявил никаких нагноений или отмирания, так что рана должна быть чистой.

Я позволила себе все же небольшую манипуляцию с использованием магии, чтобы зарастить поврежденную ткань кишечника, который все-таки слегка задело. Совсем небольшое отверстие, видимое как крохотное черное пятнышко на фоне покрасневшего контура кишечника, но и это могло в будущем принести проблемы от перитонита до сепсиса.

А когда закончила и с этим, мужчина вдруг открыл глаза. От неожиданности я вздрогнула, выдав свое присутствие, и взгляд незнакомца тут же переместился на меня. После секундного замешательства в его глазах мелькнула тень узнавания, и мужчина дернулся, собираясь встать.

– Куда?! – сердито воскликнула я, с трудом удерживая его на месте. – Хочешь, чтобы рана открылась? Я только зашила тебя, так что лежи!

Мой строгий взгляд ли подействовал, а может, боль, от которой лицо мужчины скривилось, я не знала. Но незнакомец послушно лег обратно, не пытаясь больше шевелиться.

– Где мы? Кто ты и почему помогла мне? Тебя кто-нибудь видел?

Мужчина обрушил на меня поток вопросов, резких и требовательных, с таким видом, будто и не помирал тут недавно.

– На, выпей. – Я вместо ответа протянула ему склянку с вытяжкой из целого комплекса растений, которую тут использовали как противовоспалительное средство. Не антибиотик, конечно, но хоть что-то.

– Что это? – Мужчина с опаской глянул на зеленую жидкость. – Отравить меня хочешь?

– Конечно, – фыркнула я, косясь на него с недовольством. – Я же для этого тебя лечила, чтобы потом сразу угробить.

Смутившись слегка, мужчина откупорил склянку, слегка приподнявшись на локтях, и одним залпом влил в себя содержимое.

– Тьфу, ну и гадость! – сморщился он. – Что там?

– Травы, – усмехнулась я и добавила, бросив быстрый взгляд на дверь: – Не знаю, кто ты, но догадываюсь. Поэтому слушай внимательно и не перебивай. Я тут работаю и только что зашила тебе рану, так что постарайся не тревожить ее, хотя бы пока не доберешься до целителя.

– А?.. – начал было мужчина, глядя на меня расширившимися глазами.

Но я его перебила, спеша все объяснить.

– Что касается других… После взрыва почти весь госпиталь эвакуировался, так что понятия не имею, как скоро сюда кто-то заявится. Разве что ты сам не привел за собой хвост.

– Почему ты мне помогла? – бросил снова мужчина, напрягшись, будто перед прыжком.

Неудивительно, я бы на его месте тоже в такой ситуации никому не доверяла. Может, я вылечила его лишь для того, чтобы он дожил до допроса?

– Не знаю. – Я пожала плечами. – Понравился ты мне. Такой ответ тебя устроит? Да и не могла я остаться в стороне, несмотря на то что ты враг...

Я не успела договорить. Из коридора внезапно послышался топот, и в глазах мужчины взметнулась ярость.

– Ты!..

– Это не я, честно! – в страхе воскликнула я, понимая, что нам конец.

Кто там будет разбираться, что я тут делаю?

Тяжело усевшись на край кушетки, мужчина, ухватив меня за руку, подтянул к себе и загородился мной, словно щитом. Охнув, я попыталась вырваться из неожиданно стальных объятий, но замерла, когда незнакомец, зашипев от боли, тихо произнес:

– Не дергайся, и когда сюда зайдут, скажи, что я тебя заставил помочь себе. Выберемся отсюда – и я отпущу тебя, клянусь.

Изумленно посмотрев на мужчину, я растерянно кивнула, и он развернул меня лицом к двери, обхватив рукой. А потом мне в бок уперлось нечто острое. Вот только теперь это был не нож, а те самые ножницы, которыми я резала бинты. И когда он только успел их стащить?

Глава 26

Отряд, что ворвался внутрь, был вооружен до зубов. Видимо, гвардейцы, что охраняли герцога, быстро сориентировались и вызвали подкрепление. А может, выряженные в форму королевской гвардии солдаты гнались именно за этим мужчиной.

Завидев меня, командир отряда, невысокий кряжистый мужчина с суровым лицом, застыл на месте удивленно. Но очень быстро заметил, кто прятался за моей спиной, и его лицо исказил гнев.

– Ты!.. Взять его!

– Стоять! – рявкнул мужчина, дернув меня на себя. – Еще одно движение – и я убью ее!

Солдаты замерли в нерешительности, оглядываясь на командира, и я решила подыграть незнакомцу, чтобы наверняка убедить их. Состроила жалобное лицо, всхлипнула и дрожащим голосом попросила:

– Пожалуйста, спасите! Он затащил меня сюда, угрожая магией. Я боюсь его...

– Заткнись! – грубо перебил меня вражеский лазутчик, да так, что я на миг поверила ему. – Выпустите нас, иначе я ее убью!

Но если на лицах простых солдат я видела сомнение, то командир не колебался ни секунды, отдавая очередной приказ.

– Плевать на нее! Его приказали брать любой ценой! Действуйте!

Не дожидаясь, пока воины среагируют, командир окутался вдруг красным сиянием, и в нашу сторону рванула волна света. Не успела я ничего понять, как спасенный мной мужчина отшвырнул меня от себя, принимая удар на себя. Его крик зазвенел в ушах, и я в ужасе попятилась, глядя на то, как он впечатался в стену сбоку от кровати. Душа рвалась помочь ему, но разум твердил оставаться на месте. А потом дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появился рассерженный Лейтон.

Всхлипнув теперь уже по-настоящему, я перевела взгляд на своего спасителя, что распластался без сознания на кровати. Кажется, он только что отдал мне долг жизни.

Взяв себя в руки, хоть это и оказалось нелегко, я с тревогой просканировала мужчину магией, ища в нем признаки жизни. Боже, кажется жив… И почему меня это так радует? Хоть помяли его, конечно, прилично, даже рана снова открылась.

А Лейтон тем временем, буквально преобразившись, заорал на вояку:

– Вы в своем уме?! Что вы тут устроили?!

Спав с лица, командир отряда попятился, глядя на Лейтона круглыми глазами. От мягкого и добродушного, благообразного старика мало что осталось, и сейчас от него исходила такая угроза, что даже у меня по спине пробежал холодок.

– Господин... – растерянно пробормотал гвардеец. – Ваше сиятельство, мы лишь выполняем долг.

Похоже, главврача главного госпиталя столицы знали в лицо многие, раз этот суровый мужчина вдруг снизошел до объяснений ему. Боится, что потом лечить его не станет?

– Граф, скажите, а с каких пор долг ставится выше жизней обычных людей? – не удержалась я.

Этот служивый гад чуть не убил меня, и я не собиралась молчать.

– О чем это вы? – удивился главврач.

Лицо командира же потемнело. Он повернулся ко мне, и в его глазах блеснула злость. Однако голос был полон раскаяния.

– Прошу прощения, госпожа, что подверг вас опасности. Я всего лишь хотел поймать врага…

– Вы всего лишь приказали брать врага любой ценой, – гневно перебила его я, – и в тот момент вам было плевать на то, что будет со мной! Если бы он не оттолкнул меня, я бы сейчас лежала рядом с ним!

– Это правда? – ледяным тоном поинтересовался Лейтон, сверля мужчину недобрым взглядом.

По коже побежали мурашки, как это бывало, когда кто-то рядом со мной обращался к магии, и мне захотелось взять свои слова обратно. Я лишь надеялась осадить зарвавшегося гвардейца, но бойню устраивать точно не планировала.

– Да что вы ее слушаете? – возмутился вояка, однако я видела, что мои слова смутили его. – Еще неизвестно, как она сюда попала! Может, бежать помогала этому ублюдку!

– Прекратите! Оставьте свои грязные инсинуации при себе. Лира не из таких! – отрезал Лейтон, встав рядом со мной.

– При всем моем к вам уважении, граф, вы этого не можете знать точно. Впрочем, это ваше дело. Наше же – забрать этого диверсанта и доставить к командованию! Заберите его!

Командир махнул рукой, подав знак подчиненным. Я же умоляюще взглянула на Лейтона, не зная, как это остановить.

Они же точно убьют этого солдата! Если он сам раньше не умрет по пути.

Правильно идентифицировав мой посыл, граф нахмурился, встав между гвардейцами и кроватью.

– Заберете обязательно, но позже. Вы не видите, в каком он состоянии? Ему нужна помощь лекарей! Хотите, чтобы он помер по дороге? Вам разве не нужно его допросить? Так и доложите главному: этот молодой человек останется здесь, пока не выздоровеет.

– Хорошо, – заскрипел зубами вояка, которому подобный расклад явно не понравился. – Но мои люди будут его охранять!

Глава 27

Вражеские диверсанты, проникшие в город, успели натворить немало дел. Взорвали железнодорожную развилку, пару военных складов, разворошили пункт связи и прочие стратегически важные объекты. Диверсантов связали боем, и часть из них удалось пленить, в том числе и моего подопечного. А город временно перешел на военное положение, ожидая очередного удара, и повсюду теперь бродили патрули.

Военнопленного поместили, как того же герцога, в отдельную палату. И если первому такая честь была оказана из-за его высокого положения, то последнего просто предпочли изолировать от остальных. А то вдруг нападет на кого или подговорит помочь ему?

И воякам, которые остались сторожить мужчину, было плевать, что он не в состоянии даже двигаться.

В себя пленник пришел только спустя сутки после того, как его подлечили целители. Слишком уж хорошо его приложил тот неотесанный солдафон. Тогда же и выяснилось, что контуженный заклинанием мужчина забыл абсолютно все, кроме собственного имени.

Даниэль – так его, кажется, звали.

О, как злился тогда гвардеец и ругались посланники из Тайной канцелярии короля, которые пришли допросить вражеского солдата, оказавшегося командиром засланной в город группы диверсантов. Но сколько ни бились, добиться чего-то, кроме имени, не смогли: мужчина действительно потерял память, и это подтвердил сам главврач. И все, что оставалось, – лишь ждать, пока воспоминания вернутся.

Все это я узнала от Лейтона, который лично занялся пленником, приглядывая за ним и уберегая от произвола гвардейцев. А потом сыщики из Канцелярии пришли за мной.

– Так вы говорите, что впервые видели этого мужчину? И до сих пор не были с ним знакомы? – в который раз спросил меня следователь.

Худой и невзрачный, в сером твидовом костюме, устроившийся в кресле за столом кабинета заместителя Лейтона как у себя дома, он абсолютно ничем не выделялся, и в толпе я на него вряд ли обратила бы внимание. Но его холодный, цепкий взгляд, видящий меня насквозь, вызывал мороз по коже. Жуткий тип, впрочем, на таких должностях иные наверняка и не задерживаются.

– Нет, не были, – терпеливо ответила я, понимая, что он хочет измотать меня и подловить на лжи или нестыковках.

– Тогда зачем вы ему помогли? – снова задал в какой-то степени логичный вопрос мужчина.

Вот только ответ на него столь очевиден, что мне чудился там подвох.

– Я же говорила, – раздражение все же прорвалось сквозь тщательно выстроенную стену отрешения. – Во-первых, лечить нуждающихся – это долг любого врача или целителя. А во-вторых, он не оставил мне выбора, угрожая ножом.

Следователь поморщился. Такой ответ его явно не устраивал, раз уж он пытался выудить из меня еще хоть что-то.

– Но вы же могли сбежать, когда начали лечение! – резонно заметил он. – Он ведь не под дулом револьвера вас держал. Наверняка он убрал нож, когда вы его перевязывали.

– Убрал, – устало кивнула я, утомившись от этого допроса, который длился уже битый час. – Но я не настолько быстрая, и если спросите графа Лейтона, то узнаете, что мое состояние не предполагает резвости. Он бы догнал меня, и я просто не хотела рисковать. Неужто не ясно?

Тяжело вздохнув, будто это он, а не я, намаялся со мной, мужчина потарабанил пальцами по столу, рассматривая меня пристально. Поежившись невольно, я едва удержалась, чтобы не заерзать на жестком табурете, на который усадил меня следователь. Тоже своего рода психологический прием, призванный заставить нервничать и ошибаться. Вот только не на ту напал!

– Что ж, – протянул мужчина нехотя спустя пару минут напряженного молчания. – Расскажите тогда, о чем он с вами говорил.

Мне захотелось выругаться, но я заставила себя ответить ему.

– Ни о чем важном.

И снова, по десятому кругу, начались одни и те же вопросы, от которых пухла голова. Думала, не отцепится, пока в обморок от истощения не грохнусь, и боялась, что все-таки проколюсь и ляпну что-нибудь не то. Хотя, наверное, слова о том, что сама решила помочь этому самому Даниэлю лишь потому, что видела его во сне, прозвучали бы как минимум странно. А то и в психушку бы упекли.

Спас меня один из помощников сыщика, который появился в кабинете, и прошептал ему что-то на ухо. Мужчина тут же переменился в лице, глядя на меня по-новому, с интересом.

– Далтон, значит? А вы весьма необычная особа, раз сумели заинтересовать такого человека... Считайте, что вам повезло. Можете идти.

Вывалившись из кабинета, едва ли не падая, я послала в адрес дотошного сыщика пару проклятий. Тоже мне, везение! Хотя, если бы не благосклонность герцога, кто знает, отпустил бы меня следователь или нашел бы повод упрятать в застенки Канцелярии?

Глава 28

Я замерла перед дверью в палату, собираясь с духом. Сегодня первый мой день в качестве лечащего врача, и волновалась я знатно. Как и обещал герцог, меня повысили в должности, правда, назначили при этом испытательный срок, но это были сущие мелочи.

Правда, обязанности медсестры все еще на мне, так что ставить уколы и капельницы своему единственному пациенту я буду самостоятельно. Если они ему, конечно, понадобятся.

Я знала, что это действительно испытание, причем с большой буквы. Ведь пациент не отличался покладистостью и делал все, чтобы саботировать процесс лечения. Впрочем, неудивительно...

Вдохнув поглубже, я покосилась на замершего у двери охранника и толкнула дверь, натягивая на лицо вежливую улыбку. Интересно, вспомнит ли он меня? Или тоже забыл, как и все остальное?

Пациент лежал на кровати, прикованный одной рукой к железной перемычке спинки. Не слишком удобно, но выбора у него не было. Отпускать его никто не собирался, и чудо, что он до сих пор здесь, а не в лапах Канцелярии. Хотя прошла уже неделя, а память к нему так и не вернулась, пусть Лейтон и утверждал, что есть улучшения.

Вот сейчас сама и проверю это.

Стоило войти, как мужчина глянул на меня зверем, а его рука невольно дернулась в попытке освободиться.

– Ты еще кто такая? Где тот старик, что лечил меня?

Поджав губы, я разочарованно посмотрела на Даниэля, отметив, что он почти не изменился за неделю. Разве что стал бледней и худее. Видно, организм до конца не восстановился после лечения, к тому же я слышала, что этот упрямый тип почти ничего не ест. Боится, что отравят, или просто не желает принимать пищу из рук врагов?

Но даже так мужчина притягивал взгляд, заставляя любоваться им. Правильные, аристократические черты лица, чувственные губы, золотистые волосы и бездонные, словно озера, синие глаза.

Красив, чертяка, не отнять!

Сердце предательски сжалось, и я смущенно отвела взгляд.

Соберись, Лира! Ты здесь не для этого!

– Я Лира, твой новый лечащий врач. Не помнишь меня? – произнесла я тихо, косясь на дверь.

Боялась, что нас подслушают, но не могла не задать этот вопрос.

– А должен? – зло отозвался мужчина, пытаясь сесть в постели.

Ненависть, исходящая от него, ощущалась почти физически. Немудрено. Трудно оставаться спокойным, ничего не помня о себе, будучи абсолютно беспомощным в стане врага, зная лишь, что ты лишь пленник и тебя могут в любой момент убить. Удивительно, как мужчина до сих пор не сломался.

– Вообще-то, я спасла тебя, – с укоризной заметила я, подходя ближе, – когда ты, истекая кровью, заявился сюда.

– Да что ты говоришь? – Упрямец изогнул бровь, вложив в голос столько яда, что он мог убить меня. – Пытаешься втереться в доверие? Тебя подослали особисты? Передай им, что ничего нового я им не скажу.

– Кто? – Я удивленно моргнула. – Ты про людей из Канцелярии, что ли?

Мужчина промолчал, явно не желая поддерживать беседу, и я с некоторой обидой добавила:

– Меня тоже, между прочим, допрашивали. И все из-за тебя! Свалился как снег на мою бедную голову...

Даниэль лишь мрачно усмехнулся, снова отмолчавшись. Беседа не задалась, и я решила приступить к осмотру, но мне помешали. Румяная санитарочка в кружевном фартуке принесла поднос с обедом, и пришлось сделать перерыв.

– Я сама разберусь, – остановила я ее, когда она направилась к кровати. Перехватила поднос и поставила его перед мужчиной.

Скользнув равнодушным взглядом по больничной еде, Даниэль демонстративно отвернулся к окну.

Так, значит, мне не соврали.

– Ешь давай! – скомандовала я, не слишком надеясь, что он послушается. – Тебе сил надо набираться!

Выразительно звякнув наручниками, мужчина скривил губы в горькой усмешке.

– Зачем?

– Затем, что я так сказала! – рявкнула я, не выдержав. – Хочешь, чтобы я сама покормила тебя?

Недолго думая, я взяла в руки ложку, собираясь выполнить угрозу, и усмехнулась, видя, как расширились глаза пациента. Не ожидал, наверное, что я говорю всерьез.

– Нет! – дернулся он, уворачиваясь от поднесенной ко рту ложки.

– Не упрямься, – мягко, будто говорю с ребенком, ответила я, делая очередную попытку накормить.

Но мой тон еще больше разозлил мужчину.

– Нет, я сказал!

Взмах рукой – и поднос полетел в сторону, оросив пол супом и кусочками жаркого.

– Да что ты творишь?! – возмущенно воскликнула я, борясь с желанием треснуть этого упрямца чем-нибудь по голове.

Может, и память сразу вернется?

– У вас все в порядке?

Голос охранника, заглянувшего на шум, заставил вздрогнуть, и я с трудом утихомирила адреналин в крови, стараясь остаться безмятежной.

– В полном, – с милой улыбкой ответила я ему. – Поднос случайно уронили. Не могли бы вы попросить принести еще еды и вызвать уборщицу?

Охранник молча кивнул и вышел обратно.

Повезло с ним, не любопытный, и, в отличие от большинства вояк, не испытывает ненависти к пленнику. Лейтон жаловался, что один из охранников слишком предвзят к Даниэлю. Может, отсюда вся его агрессия?

Дверь за гвардейцем закрылась, и я взялась за полотенце, чтобы вытереть мужчину. Часть супа все же попала на него. Но едва наклонилась, как стальные руки пленника сомкнулись на моем горле.