Текст книги "Медсестра из другого мира (СИ)"

Автор книги: Юки

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 47

В месте расположения заградительного отряда царили мрачные настроения. Хмурились угрюмые бойцы, что несли караул по периметру, следя, чтобы никто из потенциально зараженных не выбрался наружу. С мрачным видом поглядывали на стены лагеря командиры, видно, гадая, как скоро отдадут приказ уничтожить тут все.

И больше всех, кажется, был озадачен здешний фельдшер, которого мы нашли в палатке лазарета. Когда мы вошли к нему, он растерянно перебирал инвентарь, который был сейчас бесполезен, и на наше появление отреагировал не сразу. Пришлось Кросвуду дать о себе знать негромким покашливанием.

– Ох, вы уже здесь! – спохватился мужчина, повернувшись к нам.

Невысокий и худой, он казался карликом по сравнению с тем же Йозефом, но его профессия не могла не вызывать уважения. Я сразу отметила заострившиеся черты лица фельдшера и темные круги под глазами. Словно мужчина давно не спал и устал неимоверно, что было, скорей всего, недалеко от правды. Он даже про маски на наших лицах не спросил, будто его было уже ничем не удивить. Пусть те и были практически прозрачны, однако странное мерцание воздуха перед нами не могло не вызвать вопросов.

– Рассказывайте, Вильям, что тут у вас? – без долгих расшаркиваний потребовал Кросвуд, опустившись на стул возле заваленного перевязочным материалом и какими-то склянками стола. – Симптомы, последствия проклятия, ваши предположения. Установили, что за заклинание использовалось?

Присев в уголке палатки на шаткую табуретку, я скромно сложила руки на коленях, приготовившись слушать. Сама задавать вопросы и вмешиваться в беседу не стала, чтобы не оспаривать лидерство Йозефа. Как я успела убедиться, он был отличным специалистом, и все сделает как надо. Мне же оставалось только мотать все на ус и следовать его указаниям.

– Нет. – Фельдшер горестно покачал головой, опираясь о стол. – Я, может быть, и не маг, но с таким сталкиваюсь впервые. Как и коллега из лагеря, что остался внутри. Времени прошло не так много, и пока никто не умер, поэтому данных мало. Внешних признаков почти нет, кроме сильного истощения и почерневших белков глаз.

– И это все? – скептически нахмурился целитель. – Нам сообщили об эпидемии, и мы ожидали чего-то более смертоносного.

– Солдаты лишились сил одномоментно, правильно я понимаю? – решила я встрять в разговор, начиная понимать, чем именно грозит проклятие.

– Да, леди, так оно и было, – кивнул Вильям и печально усмехнулся. – И это оказалось заразно. Всех, с кем физически контактировал больной, проклятие поразило в ту же секунду.

Кросвуд озадаченно покосился на меня, видно, не понимая, к чему я веду.

– Ну, сами посудите, Йозеф, – терпеливо пояснила я. – Даже если эта магия не смертельна, что станет с армией, если зараза распространится?

Глаза целителя округлились, когда до него дошло, а фельдшер побледнел.

Действительно, зачем сражаться с врагом, тратя ресурсы и проливая кровь, если можно просто обезвредить его изнутри? А после прийти на готовое и прикончить всех или пленить, зная, что противник не сможет дать отпор.

Значит, противник где-то поблизости и выжидает, готовясь напасть. Достаточный повод, чтобы нам с Йозефом решить проблему как можно быстрей.

– Кажется, нам лучше увидеть это своими глазами, – резюмировал Кросвуд, поднявшись. – Возможно, наша магия подскажет гораздо больше.

***

Воины, что охраняли ворота в лагерь, проводили нас с целителем сочувственным взглядами. Словно были уверены, что мы не выйдем оттуда живыми. Или мне это просто показалось от волнения.

Впившись ногтями в ладони, чтобы унять дрожь, я шагнула вслед за Кросвудом внутрь, сразу же потерявшись взглядом среди нагромождения палаток и шатров. Лишь в самом центре высилось какое-то подобие деревянного здания, больше похожее на башню, в которой, наверное, располагался местный штаб.

– Куда нам теперь? – обратился Йозеф к замершему в проходе фельдшеру.

Идти с нами он отказался, ведь тогда его не выпустят назад, соблюдая правила карантина. А мне стало ясно, почему у него оказалось так мало информации о больных. Видимо, сам он их не осматривал и получил сведения от того, кто остался внутри.

– Прямо и через две палатки направо, а там увидите палатку с крестом. Мой коллега ждет вас внутри, и там же собраны все зараженные.

– Ясно, – сухо бросил Кросвуд. И, не прощаясь, зашагал в указанном направлении.

– Мы обязательно что-нибудь придумаем, – пообещала я Вильяму, невесело улыбнувшись. – Главное, чтобы военные не отдали приказ раньше времени. Вы уж постарайтесь отговорить их. И предупредите о возможном нападении.

Переменившись в лице, фельдшер торопливо кивнул.

– Сделаю все, что смогу. Удачи вам!

Ворота закрылись, отрезая нас от внешнего мира, и я поспешила за Йозефом, почти физически чувствуя многотонную тяжесть ответственности, что придавила меня. Сейчас только от нас зависела судьба всего лагеря, и ждать помощи извне не стоит.

Справимся ли мы?

Рассердившись на саму себя, я отбросила сомнения.

Конечно же да!

Глава 48

Лазарет полевого лагеря пропах лекарствами, и воздух в нем был наполнен болью и отчаянием. Низкий потолок давил на психику, и казалось, что тут совершенно нечем дышать. Два ряда раскладных деревянных кроватей, застеленных серыми простынями, тянулись вдоль матерчатых стен, и на семи из них лежали люди. Жуткого вида, с посеревшей кожей и пугающими чернильными глазами, будто оттуда на мир смотрела сама тьма.

Тусклый свет магических светильников не позволял разглядеть их достаточно хорошо, но я видела, что они живы, пусть и почти не шевелились. Кажется, фельдшер Вильям, говорил, что проклятие отняло все их силы.

Едва мы вошли, как нам навстречу от столов, что громоздились по центру, поспешил высокий и худощавый, словно здешние пациенты, мужчина в темно-зеленом одеянии, похожем на халат и форму одновременно. И он, по-моему, был даже бледней и изможденней, чем доктор, оставшийся снаружи, за забором. А голос, когда мужчина с нами заговорил, оказался уставшим и полным отчаяния.

Неудивительно, ведь, как я знала, прошли сутки с момента заражения. Сначала никто ни о чем не подозревал, потому что симптомы проявили себя не сразу, а потом не придали им значения, списав на усталость и ранения. И лишь когда глаза зараженных почернели, фельдшер забил тревогу. А после были долгие часы ожидания, пока весть дойдет до нас и мы приедем. И попытки справиться самим, поборов заразу обычными методами. Вот только, как я поняла, ничего из этого не помогло.

– Здравствуйте, я Рональд, – хмуро представился доктор. – Наконец-то вы приехали...

Руки он не протянул, но это и так было понятно, что лучше нам лишний раз не контактировать, если уж проклятье, верней то, что оно спровоцировало, передается через прикосновения. Я тоже отошла на всякий случай подальше от кроватей, но потом поняла, что все равно придется осматривать больных. И раз уж мы вошли сюда, обратной дороги нет.

– Йозеф Кросвуд, – кивнул целитель. – Прибыли сразу, как смогли, извините. Уже семеро?

Он демонстративно покосился на кровати, и Рональд помрачнел.

– Да, проклятие прогрессирует, и заражение теперь происходит быстрей. Эти двое попали сюда всего пару часов назад.

– Это весьма скверно. – Йозеф, покачав головой, нахмурился.

Но, как ни странно, страха я в его глазах не увидела. Просто непробиваемый мужчина... Меня вот, хоть и храбрилась, трясло жутко. Понимала, что если не найдем способ исцелить этих людей, сами останемся тут.

Целитель с фельдшером начали бурно обсуждать симптоматику и прочие детали, забыв про меня. И я, краем уха слушая их, решилась подойти к одному из проклятых, чтобы воспользоваться даром. Страшно, конечно, но делать-то что-то надо! Если все так, как говорит Рональд, можно ожидать чего угодно. Например, того, что уже весь лагерь заражен, просто это пока не проявилось. Или что больные начнут-таки умирать. Так что некогда рассуждать – пора действовать!

Переключившись на магическое зрение, я прошлась взглядом по ряду коек. И не увидела ничего, кроме серого тумана, которым были окутаны все семеро. Я не смогла рассмотреть сквозь него абсолютно ничего, будто эта хмарь экранировала их тела, и понять, в каком они сейчас состоянии, не представлялось возможным.

Как живой, туман клубился вокруг них, периодически выбрасывая по сторонам тонкие щупальца, словно пытаясь поймать в свои сети кого-то еще. И где-то эта эфемерная субстанция была густой, а где-то совсем разреженной.

Двинувшись дальше, в самый конец не такого уж и маленького шатра, я вдруг увидела странное. Едва заметную пульсацию в теле одного из пострадавших, маленький огонек, мерцающий внутри. Словно индикатор сигнализации или таймер на бомбе, и последнее сравнение мне абсолютно не понравилось.

С опаской шагнув к худому темноволосому мужчине с крючковатым носом, распластавшемуся на кровати без чувств, я вгляделась в огонек, удивляясь тому, как могу его видеть, если все остальное скрыто от меня. И стоило мне приблизиться, как пульсация участилась, а огонек стал ярче. Словно... Сейчас действительно рванет.

Похолодев, я отшатнулась, растерянно замешкавшись. Но в следующий же миг спохватилась и бросилась к выходу.

– Уходим, быстро! – воскликнула я, хватая Йозефа и Рональда за руки.

Лица мужчин ошарашенно вытянулись, но, к их чести, спорить и задавать вопросы они не стали, подчиняясь заложенным в них армией рефлексам. И хорошо, ведь помедли они, решив спасти пациентов, – и погибли бы вместе с ними. Пусть здесь тоже существовали бомбы и прочие взрывные устройства, но я сильно сомневалась, что в этом мире успели изобрести электронные таймеры обратного отсчета. Наверное, если бы мужчины сумели увидеть это, все равно ничего бы не поняли.

Взрыв настиг нас у самого выхода, и взрывная волна толкнула в спину, выбросив всех троих наружу. Я успела попрощаться с жизнью, но, как ни странно, взрыв оказался не таким уж и сильным. Даже шатер устоял. Но когда мы, ошеломленные и контуженные, с трудом поднялись на ноги, чтобы убраться подальше, полог входа вдруг снова вздыбился, и наружу повалил белый дым.

Глава 49

Далеко дым не ушел, странным образом окружив сплошной стеной шатер и скрыв его от наших глаз.

– Что это было? – Кросвуд растерянно посмотрел на меня.

Хотела бы я сама это знать. Проклятие оказалось с сюрпризом, и страшно было подумать, что стало с теми, кто остался внутри. Однако ответить Йозефу не получилось. Переменившись в лице, Рональд вдруг бросился прямо сквозь стену дыма в шатер. Ни я, ни целитель даже среагировать не успели.

– Куда, идиот?! – гаркнул Кросвуд, метнувшись следом.

Меня же сковал страх, когда увидела, как фельдшер, так и не добравшись до входа, резко замер на полпути, закашлявшись, а после рухнул как подкошенный. Целитель, тут же подхватив его, оттащил назад, и я, спохватившись, кинулась на помощь Йозефу, не понимая, почему он тоже не отключился.

Ох, точно, маска же! Не думала, что пригодится, однако ж это оказалось весьма здравым решением.

Вместе мы оттащили Рональда в сторону, подальше от шатра, и целитель подался навстречу явившимся на взрыв взбудораженным обитателям лагеря. Целая толпа настороженных вояк окружила нас, держа наготове заклинания и ружья, словно подозревая нас в чем-то, и я невольно отступила за спину Кросвуду.

Они серьезно думают, что это мы устроили? Хотя на их месте я бы тоже задумалась, почему все случилось именно в тот момент, когда мы появились здесь. А времени на разборки совсем нет... В любой момент может снова рвануть. И внутри, возможно, остались выжившие. Проклятье, да что угодно может случиться, пока мы тут отношения выясняем!

– Отвлеки их, – прошептала я, подавшись к целителю.

Дернувшись от неожиданности, мужчина едва заметно кивнул и шагнул вперед.

– Господа, вам сюда нельзя! Опасность заражения!

– А что случилось-то? – с ленцой спросил мужчина в погонах штабс-капитана, выступив к целителю.

Однако взгляд его остался настороженным, а рук с оружия он так и не убрал. Но главное, все его внимание сосредоточилось на Йозефе, и я, пользуясь случаем, рыбкой нырнула в шатер, скрывшись в дымном тумане. Мне вслед донеслись гневные крики, но я сомневалась, что солдаты последуют за мной.

Не настолько же они идиоты? Хотя я как раз себя чувствовала полной идиоткой. Вот же дурочка, зачем я только сюда полезла? Что, если снова спровоцирую взрыв? Может, то было лишь совпадение, но бедняга взорвался сразу после того, как я приблизилась к нему. Или... все дело в магии? Я ведь воздействовала своим даром на него.

Все эти мысли мгновенно пронеслись в голове, пока я пробиралась почти на ощупь внутрь. Видимость была просто ужасной, и я то и дело спотыкалась обо что-то, пока не решилась зажечь слабый магический свет, стараясь вложить в него минимум энергии. Обливаясь холодным потом, я замерла на месте, ожидая реакции враждебной магии, но больше никто не спешил взрываться, и я выдохнула.

Самоубийственно и глупо, но идти сюда было еще большей глупостью. Да и что я сумею без света? Какой смысл был тогда рисковать? Я понятия не имела, что смогу сделать, но точно знала, что, если мы не найдем решения, весь лагерь погибнет. Тот дым – он наверняка тоже был заразным, а значит, проклятие может выйти и за пределы лагеря.

Внутри лазарет оказался развороченным, и земляной пол был усыпан стеклянным крошевом вперемешку с обломками мебели. Содрогнувшись от страха, я отпрянула, заметив на пути у себя изломанное тело одного из пациентов. Кажется, этому несчастному уже не помочь. А вот тот, что дальше, вроде бы еще шевелился.

Подходить к нему, как и двигаться вглубь, я не спешила. Для начала надо было разобраться, как действовать. Если нельзя воздействовать магией напрямую, что тогда делать? Без нее я не смогу ни вылечить их, ни понять, что с ними творится.

Озарение пришло, как обычно, внезапно. И я снова вспомнила земные достижения медицины и науки, которые в этом мире казались фантастикой: нанотехнологии, микрохирургия и прочие вещи, что позволяли оперировать на микроскопическом уровне, и творить настоящие чудеса в самых разных сферах жизни человека.

Так что, если попробовать такой же метод? Сможет ли проклятие распознать частицу моей магии, если она будет размером с молекулу? Другой вопрос: будет ли эта частица эффективна? Вылечить я так, конечно, никого не смогу, но мне была нужна хотя бы картина болезни.

Вздохнув, я уняла дрожь в руках и сосредоточилась на деле. Если буду сомневаться и медлить, точно передумаю.

Понадобилось несколько минут, чтобы магия поняла, что от нее требуется. А после крохотный, едва заметный даже моему глазу огонек легко скользнул вперед. Замер будто в нерешительности над распростертым у моих ног мужчиной и быстро ринулся вниз, погрузившись в его тело. Я напряглась, ожидая реакции, но ее не последовало.

Фух, значит, я была права.

Попавшая внутрь пациента магия стала моими глазами почти в буквальном смысле, и когда я потянулась к ней, перед глазами вспыхнула картинка. Человеческий силуэт, залитый тьмой, которая потихоньку рассеивалась, разгоняемая огоньком, курсирующим внутри.

Так, что тут у нас?

Чем дольше я смотрела на открывшееся взору зрелище, тем больше хмурилась. В этот раз магия показала мне что-то странное. Нечто, похожее на нервную систему, столь же разветвленную, но немного отличающуюся. Мерцающую тусклым желтым светом, и сходящуюся в районе солнечного сплетения, в центре которого расплылось чернильное пятно. Кажется, оно блокировало течение энергии по этим странным сосудам, и, судя по всему, это и было сердцем проклятия.

Значит, надо как-то вытащить эту штуку. Но как?

Глава 50

Мыслей у меня не было абсолютно никаких, и даже если бы я придумала что-то, рисковать своей и чужими жизнями было страшно. Отшатнувшись, я с трудом взяла себя в руки и тихонечко, мелкими шажками попятилась к выходу.

Голоса снаружи стихли, а значит, должно быть, Кросвуд сумел убедить военных, что у нас есть нужные полномочия находиться здесь. Но все равно выходила я наружу с опаской, сразу же найдя глазами целителя. И выдохнула, заметив, что мужчина беседует с тем самым штабс-капитаном, который хотел остановить нас. Эти двое что-то весьма бурно обсуждали, но агрессии в их голосах я не услышала и потому не стала медлить, направившись сразу к Йозефу.

Заметив меня, мужчины замолчали, и в глазах вояки я заметила уважение. Кросвуд же, переменившись в лице, подался ко мне с волнением.

– Ох, леди Лира, и напугали вы нас! Разве ж можно так безрассудно рисковать?

– Йозеф, – перебила я его, решив обойтись без его нравоучений, – я кое-что обнаружила, но не знаю, что с этим делать. И времени почти нет, внутри есть живые, но им недолго осталось.

– Что? – Мужчина потемнел, а военный подался к нам, нахмурившись. – Рассказывайте!

Я вкратце поделилась с целителем догадками о том, что проклятие как таковое воздействовало на энергоканалы человека, блокируя их. И внутри скапливалось слишком много энергии, за счет чего зараженный становился своего рода бомбой, ожидающей лишь условного сигнала – воздействия магией. Чего было не избежать, возьмись целители сразу за работу, и обитателям лагеря в какой-то степени повезло, что таковых здесь не оказалось. А потом прибыли мы с Кросвудом, и я все испортила.

Осознание того, что из-за меня погиб человек, пришло уже после, когда я рассказала обо всем Йозефу. И только понимание, что я не могла знать ничего наперед, позволило мне смириться с этой мыслью.

– Так вы говорите, скопление энергии? И проклятие реагирует на магию? – задумчиво произнес целитель. – Как же тогда вы смогли провести диагностику?

– Нашла способ. Но это сейчас неважно, – отмахнулась я. – Лучше скажите, что нам теперь делать? Как ни стараюсь что-то придумать, ничего в голову не идет.

– Нейтрализатор магии, – раздался позади голос штабс-капитана. – Можно попробовать его.

Лицо целителя просветлело, а вот я уставилась на военного с недоумением. Кажется, я снова упустила какую-то важную часть этого мира.

– Тот, что используется для укрощения обезумевших магов и преступников?.. – задумчиво произнес Йозеф, не спрашивая, а скорей, просто высказывая мысли. – А что, может сработать! Вот только где ж мы эту штуку возьмем-то? Пока из ближайшего города доставят, больные точно помрут.

– Так это ж… – Военный почесал затылок, отчего-то замявшись. – Есть же он у нас. Выделили специально для вражеских магов.

***

Нейтрализатор оказался простыми с виду наручниками, очень похожими на те, которыми в свое время был прикован к кровати Даниэль. Возможно, так оно и было, просто никто не спешил тогда меня об этом просветить, считая подобное обычным делом.

Сразу шесть пар наручников принесли спустя несколько минут, и поставить эксперимент вызвался штабс-капитан, звали которого, как выяснилось, Герхард. Он настоял, что так будет лучше для всех: раз уж проклятие реагирует на магию, то нам не стоит лишний раз подходить к зараженным, и рисковать жизнями тех, кто сможет потом спасти остальных, мужчина тоже не хотел.

– Я привык к тому, что смерть ходит рядом со мной каждый день, – категорично ответил он. – И уже смирился с этим. Вы же лучше постарайтесь спасти всех, если я не справлюсь.

После этой проникновенной речи он схватил нейтрализаторы и нырнул в палатку, не дав нам и шанса его остановить. Собравшиеся вокруг зеваки из числа обитателей лагеря напряглись, на всякий случай отступив на шаг. А я посмотрела вслед Герхарду с надеждой.

Хоть бы действительно получилось! Если все сработает так, как мы думаем, и нейтрализатор рассеет вражескую магию, угроза для лагеря исчезнет. А мы сможем помочь этим несчастным.

Спустя десяток минут тревожного ожидания, за время которого я искусала от волнения все губы, кто-то вдруг крикнул.

– Дым! Смотрите, он исчезает!

Вскинув голову, я вгляделась в сторону палатки, от которой меня отделяло несколько десятков метров. А ведь действительно!

Спустя всего несколько секунд туман исчез вовсе, будто его и не было, а полог палатки взметнулся, выпуская наружу Герхарда. Не слишком радостного, что немного насторожило меня, но причина стала ясна почти сразу.

– Двое умерших, – сухо бросил он, пряча взгляд. – Остальные вроде еще живы, но я даже не знаю, сможете ли вы им помочь...

Не став больше слушать его, я рванула внутрь, готовясь к чему угодно, и замерла на пороге. Да, проклятие исчезло, и больше ничто не мешало мне приступить к исцелению. Вот только штабс-капитан не зря так сказал: состояние тех, кто остался жив, было весьма плачевным. Множественные раны, внутренние повреждения и переломы – работы нам с Кросвудом предстояло немало, и придется выложиться как следует, чтобы не дать им умереть.