Текст книги "Долгая дорога забвения. Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Воин Космоса

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 27 страниц)

Глава 47

Тридцать первого октября 1888 года вышло на понедельник. Утро было холодным, но день распогодился. Вышло осеннее солнышко, обогрело всех. Детишки выпрашивали лакомства, бегая с полотняными масками на лицах. Шидори приготовила праздничный завтрак, обед и ужин. Корабль занавесили паутиной из мерцающего оптоволокна, украсили изображениями летучих мышей. И на этом все праздничные приготовления закончились.

День прошел великолепно, а ночь обещала быть богатой на события. В семь часов вечера, одевшись и вооружившись до зубов, Мик выскользнул с «Немезиды» и затерялся в лондонских переулках. Везде гремела музыка. Много пьяных. Мальчишеский голос пел песенку:

 
– Суини Тодд! Суини Тодд!
К нему стремиться весь народ!
Он вас побреет, подстрижет
И с вас недорого возьмет!
 

Это была одна из городских легенд. Мик слышал её из уст ночных бабочек, когда бродил по ночам. Смысл легенды был таков. На чердаке дома, который находиться на Флит – стрит, живет Суини Тодд. Он парикмахер, брадобрей, заманивает к себе людей. Потом он глотки режет им, бросает в люк, а там…Его хозяйка, миссис Ловлетт, держит пекарню. И все, кто скатывается по люку, попадают в большую мясорубку…

Страшилка для взрослых. Мик был на этой улице, видел дом, но заходить не стал. В легенде все правильно говорилось. Мик поверил на слово про начинку мясных пирогов миссис Ловлетт.

Второй легендой был Джек-прыгун. Про него была тьма-тьмущая россказней, жуткого содержания. Но Мик с ним не сталкивался, поэтому проверить данную страшилку не было возможности.

Побродив по переулкам до поздней ночи, Мик ничего не нашел и собирался уже повернуть назад, как вдруг заметил впереди себя пьяную женщину. Она, не торопясь, шла по улице, сворачивающей к Риджентс-парку. Она что-то напевала себе под нос, размахивала сумочкой. Мик последовал за ней. Через некоторое время преследователей прибавилось. Из какого-то темного переулка появился господин в черной крылатке. Это был человек, за которым Мик уже столько времени гонялся.

Ночь выдалась сырой. Плотный тяжелый туман полз с низин. Он окутывал фонари, лип к домам, хватал за ноги прохожих. Пьяная женщина, Джек– Потрошитель и Мик двигались как будто в облаках. Ближе к парку, туман больше напоминал белесый дым, но для наблюдения тоже не годился. Мик потерял обоих в тумане. Стал двигаться медленней и аккуратней. Было тихо. Потом вдруг Мик услышал глухой стук, примерно метрах десяти впереди. Тихо-тихо приближаясь к месту зафиксированного шума, Мик старался разглядеть источник.

Из тумана вынырнула рука, сжимавшая остро наточенный предмет, блеснувший в тусклом свете фонаря. Владелец руки пытался распороть незваному свидетелю живот. Но Мик резво отпрянул. Лезвие просвистело рядом, но не задело. Мик сместился влево. Из тумана вновь показалась рука. Мик нанес ребром ладони удар по запястью. Металлический предмет выпал из руки неизвестного и упал на мостовую. Рука убралась.

Заморосил противный дождь. Он был мелкий, но дело он своё сделал. Продырявил и прижал туман. Мик увидел тело женщины на мостовой и стоящего мужчину рядом с ней. Очевидно, это и был Джек-Потрошитель.

Он перевооружился. В его руке блестел уже другой предмет, в котором Мик признал хирургический скальпель. Перед Миком стояли две задачи – выжить самому и задержать данного джентльмена. И когда Потрошитель напал на него, Мик стал защищаться.

А в это время на корабле собралась теплая компания. Логан, Дайсуке и МакГайвер играли в карты. Сидели они в каюте Логана. На кону у них были пять гиней. Играли в покер. Сидели с шести часов. Деньги переходили то к одному, то ко второму. За едой и выпивкой ходили в камбуз, но старались не шуметь, ибо все спали.

Просидев до поздней ночи, парни уже устали, но игры не бросали. Наконец Лапочка Мак открыл свои карты – пиковые туз, король, дама, валет и десятка – флэш-рояль.

– Ты выиграл, – сердито сказал Логан, подвигая Маку монеты, – можешь забирать.

Мак потянулся за монетами и застыл.

– Что случилось? – спросил Дайсуке.

– У Мика проблемы…

– Глобального или локального характера? – Логан посмотрел на МакГайвера.

– Локального. Ему СЕЙЧАС грозит нешуточная опасность.

– Успокойся. Мику ничего не грозит. Сейчас он мирно спит у себя в каюте.

– Мик не спит в каюте, – возразил Мак, – потому что его вообще нет на корабле!

– Как так!? – Логан взвился над столом и помчался выяснять, правду ли Мак сказал.

Вернулся мрачный и злой. Мика в каюте не было.

– Ты знаешь, где он? – спросил он МакГайвера.

– Я его найду, – ответил тот, непроизвольно потирая левую скулу, которую вдруг свело нестерпимой болью.

– Я с вами, – вызвался Дайсуке.

Трое парней застыли на пирсе. Моросил дождь. МакГайвер осмотрелся вокруг и отправился в сторону одной из улиц, ведущей к Риджентс-парку. По пути он вдруг схватился за правое запястье, которое вдруг напомнило о себе болевым импульсом.

Выбежали на улицу и увидели под фонарем двух человек, двигающихся около друг друга. Издали эти движения походили на танец, но это была своеобразная драка.

– Мик, держись! – с эти воплем парни стартовали в сторону приятеля.

Противник Мика, перед лицом превосходящей угрозы, поспешно ретировался. Подобрал свой саквояж и пропал за пеленой дождя.

– Нам его догнать? – осведомился Дайсуке у Мика.

– Пускай валит, я его сам найду, – зло ответил Мик.

– А вот это вряд ли, – злобно проворчал Логан.

– Ты ранен…, – растерянно проговорил Мак, – и как раз там, где у меня, отдавалось болью – скула и запястье.

– Ничего, пройдет, – пробормотал Мик, беря платок, который ему протянул Дайсуке, и прикладывая его к порезанной скуле, – чуть-чуть выше…и я бы лишился глаза.

– Тогда бы ты бы тысячу раз подумал,…прежде чем лезть на рожон, – по глазам Логана Мик понял, что серьезного разговора ему не избежать.

– Хорошо, – Мик посмотрел на своих приятелей, – а теперь пойдем домой.

– А женщина?

– Бедняжке вряд ли теперь кто поможет, – Мик наклонился над трупом, отметил, что горло перерезано, а кровь частично смыта дождем, – тут я не в силах что-нибудь сделать.

Парни отправились на корабль. Мик с удовольствием вдыхал свежий воздух полной грудью. Дайсуке смотрел на Мика с легким изумлением, Мак – с очевидным удивлением, а Логан – откровенной злостью.

Вернувшись на борт «Немезиды», Логан сгреб Мика за шкирку и зашвырнул в свою каюту. Мак попытался вступиться, но Логан показал ему внушительный кулак, и Мак отступился.

– В общем, так, Мик, настала пора поговорить серьезно.

– Внимательно тебя слушаю, – Мик снял с себя куртку и свитер, повесил на спинку кресла и уставился на Логана.

– Меня это бесит, – начал Логан, – ты выслеживаешь этого маньяка и при этом совершенно не бережешься. А если тебя убьют? Как мы вернемся обратно в привычное время?

– По-моему, тебя беспокоит абсолютно не та проблема, – заявил Мик, бесцеремонно прерывая Логана, – О чем ты думаешь? О том, как вы вернетесь обратно? Или о том, что ты за меня боишься?

– Я за тебя боюсь, – Логан стал нарезать круги вокруг стола, – с тобой что-нибудь случиться, и все… мы будем брошены неизвестно где.

– Вот как? Прости, но ты так хотел, чтобы я что-нибудь вспомнил. А когда ко мне вернулась память о том, что я полицейский, ты запрещаешь мне заниматься своим прямым делом.

– Да, я хотел, чтобы ты вспомнил.…Но загадки истории ты можешь и не разгадывать.

– Вот еще, – Мик улыбнулся, – величайшая загадка криминалистики… и я не смогу с ней поработать? Извини, но я все-таки разберусь с ней.

– Что мне с тобой делать? – Логан перегнулся через стол и схватил Мика за во-рот рубашки. Подтянул к себе.

– Черт подери тебя, Мик!? Ты рискуешь своей жизнью из-за какого-то дерьма, даже пусть исторического!

– И что ты намерен со мной делать? – поинтересовался Мик, – запереть где-нибудь? Хотя нет, сейчас ты в такой ярости, что готов меня убить! А вот это ты зря.

– Почему это? – хриплым, от ярости, голосом спросил Логан.

– Потому что. У тебя стальной скелет и, если ты меня ударишь, ты меня либо покалечишь, либо убьешь вовсе.

– Ты прав, – Логан дал кулаком по столу. В столешнице осталась глубокая вмятина.

– Вот видишь, – Мик поднялся из-за стола, собрал свои вещи и отправился к себе. На пороге каюты он задержался и, повернувшись к Логану, сказал:

– Нам будет гораздо проще, если ты и все остальные, перестанут видеть во мне источник беспокойства. И позволят мне распоряжаться своей судьбой и жизнью по моему усмотрению.

– Если бы мы не зависели от тебя в той мере, как сейчас, то обязательно бы позволили тебе жить, как ты хочешь. Но мы зависим. И поэтому, ТЕБЕ придется с этим смириться.

– Тогда, раз ты так ставишь вопрос, давайте будем как взрослые люди. А то меня уже это бесит. Ты за мной приглядываешь. Дайсуке за мной приглядывает. Сагара за мной приглядывает. Все, НАДОЕЛО! – и Мик ушел к себе.

Шум, поднятый Логаном, на этом не закончился. Ближе к утру, когда бледное осеннее солнце еле выползало из-за крыш Лондона, пытаясь разглядеть город сквозь дым и туман, в каюту Логана кто-то тихо поскребся.

– Кто там? – сердито спросил Логан.

– Это я, МакГайвер…

– Заходи, коль пришел.

Мак в каюту не зашел, остановился на пороге.

– Я вот по какому делу. Ты вчера ругался на Мика.

– Ну, ругался.…И что?

– А зачем ругался? Он ведь доброе дело делает. Людей спасает.

– Ага, спасает, – Логан сел на койке и посмотрел на Мака, – ценой своей жизни.…Да, кстати. У тебя вчера вечером что-то болело, а у Мика порезы там же оказались?

– Ну да, – смущенно ответил МакГайвер, – понятия не имею, почему так получается?

– А я тебе скажу, – Логан встал с кровати. Большой волосатый мужик в трусах, широкоплечий. Выше МакГайвера на полторы головы. Подошел к Маку, взял за плечи и проникновенно сказал:

– А получается это потому, что у тебя дар сопереживания есть. И этот дар очень редкий. И если ты Мику об этом расскажешь, то Мик не будет на рожон лезть. Он будет бояться за тебя. И все будут довольны…

– Уверены, Логан?

– На все сто процентов. Если боишься, могу сам сказать…

– Нет, не надо. Я потом как-нибудь.

– Ну, смотри, – благодушно сказал Логан, – только чтоб потом поздно не было.

День прошел в тишине и спокойствии. Мик спал, ел и просматривал информацию по Джеку – Потрошителю. Люпен заканчивал работать с кристаллами памяти. Остальные где-то шлялись.

До девятого октября оставались считанные дни. Мик поговорил с Логаном о капитане. Разговор состоялся пятого, а шестого капитан и Гарланда вернулись на корабль. Ребята на космическом бриге решили, что с них этого приключения уже хватит, и пора возвращаться домой.

У обоих кораблей были доверху забиты трюмы. Команды щеголяли в разных нарядах. ВСЕ были ДОВОЛЬНЫ.

Неделя пролетела быстро. И вот настал день Х – восьмое октября 1888 года. Мик ушел с корабля рано. Ему нужен был кэб, чтобы прибыть на улицу, где жил Джек-Потрошитель. Но он не заметил, что за ним увязался попутчик. Это был МакГайвер. Неизвестно, что он про себя подумал, но почему-то результатом его размышлений было решение присоединиться к Мику – помочь поймать маньяка. Весьма непростое решение для человека, который поклялся не брать в руки оружие.

Мак зацепился за кэб, на котором ехал Мик. И они отправились. На Маке были джинсы Мика, рубашка Дайсуке и куртка Логана. А кроссовки – его собственные.

Кэбмен высадил своего пассажира рядом с улицей, получил свою гинею и укатил. Мик замаскировался в подворотне. Ему было видно всю улицу. Время подходило. Скоро Джек-Потрошитель должен был выйти из дому. Но вместо маньяка Мик увидел МакГайвера. Тот тихо стоял на другой стороне улицы и таращился на окружающую среду. Мик посвистел и поманил его рукой. Мак подошел к нему.

– Какого черта ты тут делаешь? – сердито спросил Мик.

– Я пошел за тобой, – ответил Мак.

– Это я вижу, а зачем?

– Чтобы помочь тебе…

– Ладно. Только тихо и вперед меня не лезть. Хорошо?

МакГайвер согласно кивнул.

Они простояли до глубокой темноты. Было где-то около двенадцати ночи, когда искомый товарищ вышел, наконец, из дома и отправился по своим делам. Ребята пошли за ним. Кружили долго. Стояли. И опять шли. Наконец господин в черной крылатке снял себе развлечение на ночь.

– Полагаю, что это и есть Мэри Дженнет Келли, – шепотом проговорил Мик.

– Кто такая? – спросил Мак.

– Последняя жертва Потрошителя, – ответил Мик.

Господин в черной крылатке и проститутка прогулялись до паба, где угостились стаканчиком эля, а затем направились в один из переулков. Парни следовали за ними.

Маньяк и жертва зашли в один из домов. Мик и МакГайвер вскоре подошли туда же. Это был длинный унылый доходный дом. Потрескавшиеся ставни, потертые ступеньки. На втором этаже загорелось тусклое окошко. Ребята перебежали на сторону дома. Мик постучался в двери.

Открыла пожилая женщина в гигантском чепце.

– Чем могу служить, господа?

– У вас проживает молодая особа лет двадцати пяти, иногда приводящая к себе мужчин?

– А! Мэри Келли. Она снимает комнату на втором этаже. Если вы к ней, то скажите ей, что она задержала квартплату. А вы вообще кто? – спохватилась старушка.

– Полиция, – ответил Мик, – она свидетель преступления.

– Хорошо, тогда я вам не мешаю.

Ребята поднялись на второй этаж и остановились около двери. Мик вытащил револьвер и приготовился выбить дверь.

– Постой, – МакГайвер положил ладонь на ствол и опустил его.

– Ты чего?

– Давай попробуем по-другому. Может они там своими делами занимаются,… и мы тут ворвемся.

– Пока мы тут разговариваем, он там её потрошит. Не мешай, – Мик ударил плечом в дверь. Она вылетела. Мик забежал в комнату и застыл. Зрелище было шокирующим и отвратительным. Убийство зверское, убийца потрошил труп, вынимал сердце и почки, аккуратно раскладывал куски тела по комнате.

– Руки вверх!! – заорал Мик, наставляя на Потрошителя револьвер. Тот прекратил свою кошмарную деятельность и повернулся. В его глазах Мик увидел раздражение и досаду великого мастера, которого ничтожные плебеи оторвали от величайшего шедевра. И теперь труд всей жизни останется незаконченным…

Но тут опять вмешалась судьба в лице МакГайвера.

– Пожалуйста, Мик, опусти оружие. Я попытаюсь доказать ему, что он не прав.

– Мак, не лезь к этому человеку. Он вооружен и очень опасен.

– Я его уговорю, – не уступал Мак.

– Ладно, черт с тобой, – махнул рукой Мик, – пробуй.

МакГайвер подошел к Джеку-Потрошителю на расстояние вытянутой руки. Мик держал негодяя на мушке. Мак засунул руки в карманы куртки и стал уговаривать убийцу сдаться. Вещал, вещал, но воздействия не произвел. Наоборот, тонкие губы джентльмена в крылатке поджались в иронично-брезгливую улыбку. Глаза хищно блеснули, и он нанес удар. Лезвие скальпеля сверкнуло и вонзилось МакГайверу в живот. Тот пригнулся, убийца пырнул глубже. У Мика свело кишки, и заколола печень, он выстрелил. Попал негодяю в плечо. Убийца тоненько вскрикнул, пихнул ошарашенного МакГайвера в руки Мика и бросился бежать. Несмотря на то, что был ранен, саквояж он свой забрал.

Мик подхватил Мака и посадил его на площадке рядом с комнатой. Осмотрел, глубокая рана на животе, повреждение печени и куча крови. Мак держал руки на ране и смотрел на Мика недоуменно. Испуганно…

– Все будет хорошо, – стараясь быть спокойным, ответил Мик, – я тебя немного подлечу и пойду за этим негодяем.

– Угу, – промычал МакГайвер.

Глава 48

Мик поднял край свитера на животе МакГайвера и положил на кровоточащую рану ладонь. Маку было больно. Его лицо покрывала испарина, а глаза стали закатываться.

– Сила звездного целителя, помоги мне!

От ладони в рану стал вливаться серебристо-зеленый свет. Мак заметно обмяк. Стало очевидно, что рана уже не причиняет такой боли, как раньше. Когда Мик убедился, что печень его приятеля в порядке, а рана в животе, хоть и кровоточит, но не причиняет МакГайверу никого беспокойства, он свел Мака вниз на улицу, посадил около дома и наказал отсюда никуда не уходить. Типа сейчас схожу, поймаю гада, а потом вернусь, и пойдем домой. Мак криво улыбнулся.

Мик, не выпуская револьвера из руки, ломанул вниз по улице. Извилистая дорожка из капель крови указывала путь, по которому уходил Джек-Потрошитель.

Далеко гаденыш не ушел. Мик настиг его на пустынной улице, где только горели фонари, и не было ни одного человека. Мик просто бросился на человека в черной крылатке и сшиб с ног. Отскочил. Тот поднялся, саквояж раскрылся. Из него посыпались блестящие хирургические инструменты. Убийца схватил ближайший скальпель и набросился на Мика.

Если в первую драку, Мик был более выдержан, то тут, после того, как МакГайвер был ранен этим недоумком, Мик пришел в ярость.

Джек-Потрошитель пытался нанести удар в живот, но там был толстый свитер и куртка, правда, расстегнутая. Убедившись в неудачных попытках пропороть противнику живот, стал наносить колющие удары, метя в шею и лицо. Но шею защищал не менее толстый воротник свитера. Мик вообще любил свитера под горло. И эта любовь спасла его.

Маньяку повезло. Он распорол Мику ладонь, револьвер улетел куда-то во тьму. Правда, это была его единственная удача. Мик уклонялся от ударов и лупил сам. Яростно и злобно. Применяя все, чему его научили друзья, которых он, на сегодняшний момент, не помнил.

Бил и дивился. Господин в крылатке был сложения субтильного и при каждом ударе тоненько подвизгивал.

МакГайвер посидел рядом с домом, поднялся и поковылял до Мика. Что-то ему подсказывало, что он должен быть там, где Мик. Смутные предчувствия. Пока шел – правая ладонь заболела. Резкая такая боль, как будто полоснули острым ножом.

Подошел к месту драки, увидел револьвер Мика. Рукоять была чуть-чуть испачкана кровью. Мак бухнулся рядом с оружием. До дерущихся было около десяти шагов. Но они дрались в желтоватом круге, образованным светом фонаря, а в темноту не заглядывали.

Мик лягался, пинался и лупил кулаками. Маньяк махал лезвием, пытаясь пырнуть противника. Мик сделал подсечку. Потрошитель упал, выронив скальпель, который звякнув об булыжную мостовую, куда-то улетел. Лежание на мостовой не входило в планы маньяка. Прыгнув от мостовой, Потрошитель завалил Мика на спину, и стал шариться в поисках скальпеля. Мик подтянул ноги к подбородку, да как даст согнутыми коленями негодяю в живот. Тот откинулся назад, раскинув руки. Мик стал подыматься. Но его противник сделал это быстрее. Он еще не собирался проигрывать и хотел достать еще один скальпель. Мик приподнялся на коленях и со всего маху боднул маньяка в живот. Гаденыш плюхнулся на задницу. Но опять вскочил и основательно вцепился в Мика. Вот тут у них начался ближний бой.

Маньяк владел навыками английского бокса, а Мик знал основные приемы японской и китайской борьбы. Противник осыпал Мика ударами своих кулаков, а Мик бил всем – ногами, руками, локтями, коленями. Потрошитель забыл о скальпелях, потому что Мик не давал ему приблизиться к рассыпанным инструментам.

А потом пошел дождь. Мелкий противный и редкий. Противники отцепились друг от друга. Дождь сыграл роль посланца судьбы. Мик шагнул назад, уворачиваясь от левого хука, поскользнулся на рассыпанных инструментах. Один скальпель вылетел из-под его ноги и скользнул под ноги Потрошителю. Тот уставился на инструмент как на знак. Мик пытался сохранить равновесие, не получилось. Упал, но не на спину, а на колени. Потрошитель с тонким визгом кинулся на Мика, замахиваясь скальпелем.

Мик понял, что ему теперь просто не успеть. Остается только прикрыть лицо и попробовать рискнуть руками. Но тут раздался выстрел. Громкий и такой спасительный. А за ним еще один, и еще, и еще. Шесть выстрелов насчитал Мик.

Потрошитель остановился еще после первого выстрела. Остальные выстрелы превратили голову Потрошителя в решето. Шестой выстрел разнес голову маньяка. Мика обдало фонтаном из мозгов и крови. Обезглавленное тело рухнуло рядом с Миком.

Мик так и застыл. Весь в крови (чужой) и мозгах (тоже). Дождь стал размывать неаппетитное месиво. Мик отключился.

Пришел в себя только тогда, когда по его лицу стали возить мокрой тряпкой. Кое-как открыв глаза, увидел МакГайвера. Тот стоял перед Миком на коленях и возил платком по лицу приятеля, стирая кровь и мозги.

– Ты как? – проскрипел Мик.

– Жить буду, – проговорил МакГайвер, – а ты как?

– Да так же, ничего, – стал подыматься. Мак тоже. Поднялись, вцепившись друг в друга. Осмотрелись. Потом Мик сказал:

– Надо за собой прибрать…

– А полиция?

– А кому он без головы нужен. Сейчас приберем.

Мик запалил на левой ладони белое пламя с синеватой окантовкой. Огонь не боялся дождя. Мик кинул его на обезглавленный труп. Через десять минут все было кончено. От трупа осталось лишь серый пепел на мостовой, который быстро смылся дождем.

– Держи свой револьвер, – МакГайвер протянул Мику оружие.

– Спасибо, – Мик взял его раненой ладонью, поморщился и засунул в левую кобуру, – теперь нам можно топать до дома.

Потащились. Еле-еле переставляя ноги. Мак был ранен, а Мик, выпустив пар и ярость, устал. На одном из перекрестков на них выскочили Логан и Дайсуке. Подбежали и тормознули. Потом подошли поближе. Дайсуке отцепил Мика от Мака и быстро осмотрел ребят.

– Логан, берешь МакГайвера на руки, – отрывисто сказал Дайсуке, – он ранен в живот. Чудо, что не пострадала печень.

– Я дойду, – запротестовал Мак, – не надо.

Логан поднял его на руки, несмотря на вялое трепыхание. Прижал к себе. Мак понял, что сопротивление бесполезно, и замер.

– Я займусь Миком, – Дайсуке приобнял приятеля за плечи.

– Он ранен? – спросил Логан.

– Только правая ладонь…, – откликнулся Дайсуке.

– А это неаппетитное месиво на его лице. Что это такое?

– Это мозги и кровь Джека-Потрошителя, – пояснил ситуацию МакГайвер.

– Хорошо, – Логан крепко держал МакГайвера, – ты поправишься. Идем?

– Да, – ответил Дайсуке.

Возвращение на борт «Немезиды» двух усталых героев было долгим. Мак спал в надежных руках Логана, прикорнув головой к правому плечу. Дайсуке тащил Мика. Именно тащил. Потому что ноги у Мика заплетались. Не сколько шел, сколько волокся. Дайсуке его приподнимал, но, кажется, это было бесполезно…

Мик воспринимал все с какой-то тщательностью. Поворачивая неимоверно тяжелую голову, он видел своих друзей и знал, что чувствуют они. Дайсуке был напуган, но скрывал это под бравадой. И он действительно волновался из-за него и Мака. Логан – сердился. Мик его понимал. Но Логан тоже волновался и боялся. МакГайвер спал, но его сны были тревожны.

Потом Мик увидел всех, включая себя, внизу, спешащих на пирс. Его тело было легким и прозрачным. Осмотрелся. Город плыл в лунном свете, и небо было чистым и звездным. Мик чувствовал город. Лондон раскрывался перед ним, подобно ночному цветку с миллионом лепестков и тысячами запахов. Он видел все – запахи и мысли, энергию и свет. Город, подобный книге, раскрывал перед Миком страницы своей истории. И Мик читал эту историю. Затем Мик вернулся в свое тело.

Дайсуке, заметив, что тело его приятеля становиться тяжелее, крайне встревожился. Он остановился, опустился на колени и положил рядом Мика. Логан подошел к ним.

– Что случилось? – встревожено спросил Логан.

– Я не знаю, – помертвевшими губами выговорил Дайсуке, – отнеси Мака на борт и возвращайся скорее. Думаю, что-то происходит с Миком.

– Я быстро, – Логан рванулся и вскоре исчез в темноте.

Дайсуке приподнял Мика и положил его голову себе на правый локоть, а левую руку запихал под куртку. Сердце Мика билось, постукивая в ладонь Дайсуке, через свитер и рубашку. Но тут Дайсуке заметил, что изо рта Мика потекла какая-то жидкость. Она стекала, с обеих сторон рта, двумя тонкими тягучими струйками. Голова Мика была чуть-чуть запрокинута. Струйки проползали по подбородку и срывались на свитер. Не успел Дайсуке понять, что это такое, как заметил что, нечто подобное истекает из полузакрытых глаз, носа и ушей. Тут он окончательно перепугался.

Мик в это время чувствовал себя сосудом, в котором слишком много воды. Энергия переполняла его. Знания наполняли его. Но при этом Мику было замечательно. Дайсуке был такой теплый и надежный, и так замечательно пах. Мик приоткрыл глаза. Увы. Он уже покоился на крепких и надежных руках Логана. Логан несся быстро. Голова Мика свисала, и перед глазами слишком быстро мелькал пейзаж, да еще и верх ногами. Мик опять закрыл глаза.

Тягучая жидкость, напугавшая Дайсуке, срывалась с головы Мика и падала на мостовую, разбиваясь при падении в искрящуюся пыль.

Дайсуке вырвался вперед. Он подбежал к «Санни» и застучал об борт. Высунулась голова Зоро.

– Все на борту? – запыхавшись, спросил Дайсуке.

– Да, – ответил Зоро.

– Предупреждай, скоро взлет. Готовьтесь к старту.

– Хорошо, – Зоро исчез в корабле. Дайсуке отправился на «Немезиду». Логан уже спрыгнул в коридор. Собираясь отправиться за ним следом, Дайсуке оглянулся. На «Санни» подымали паруса и опускали силовое поле.

Дайсуке очутился в коридоре. Верхний люк он закрыл. Корабль был готов к взлету. Логан до сих пор держал Мика на руках.

– Дай его сюда, – попросил Дайсуке, – пожалуйста.

Логан всучил Мика Джигену. Тот крякнул, но удержал. Опустил на пол, уложил голову своего приятеля на колени. Мик вытянулся вдоль коридора.

– Может, стоит с него куртку и свитер снять? – предложил, выползший в коридор, Люпен, – у нас тут жарковато.

– Хорошая идея, – одобрил встревоженный Логан.

Он аккуратно снял с Мика толстую куртку и свитер, оставив друга в рубашке, джинсах и берцах.

Мик приоткрыл глаза. О, это было так красиво. Над ним переливались ярко красные, желтые, черные и синие цвета. Они пульсировали. Это был потолок «Немезиды». Мик опустил глаза. Это было как в Матрице, когда Нео обнаружил свою сущность. Только, если Нео видел все в черно-зеленом цвете матричных цифр, Мик видел яркие пятна. Это ему так понравилось, что он весело засмеялся.

Каркающий звук вырвался из-за рта Мика, звук, похожий на рыдание. Потом звук повторился. Тут до ребят дошло, что это просто смех.

Логан был зеленым, и синим, и серым. Он оставался встревоженным, его свет метался неопределенными медузами, которые трансформировались в овалы и кляксы. Люпен – розовый, пастельный, цвет малинового мороженого. Свет мигал как гирлянда, Люпен не понимал ситуацию, не мог разобраться. Еще один зеленый цвет. Пришел Сагара. Цвет хаки, но мягче. Не черно-зеленый, а цвет травы ранней весной, цвет молодых березовых листочков. Белые кляксы облаков. Зеленая струя лесных прогалин, где пахнет мятой и ромашкой, где в общую гармонию вносят лепту белые блики цветущей черемухи и горьковатый запах молодой хвои. Сагара беспокоился. Фиалковый запах преобладал, но в него вплетался белый цвет свежезаваренной ромашки и кисловатый оттенок муравейника.

И оставался Дайсуке. Мик почувствовал бесконечную нежность к нему. Поднял глаза и увидел. Коричневый цвет хорошей кожи и хрустящая зелень. Сияющая аура револьверного пороха, нежные изгибы револьвера, ласкающие ладонь, маслянистые пули, похожие на маслят. Господи, это было так замечательно, что Мик протянул руку, подняв её вверх. В неё тот час же вцепился Логан. Но Мику это не понравилось. Он задергал рукой.

– Отпусти его руку, – сказал Дайсуке, – он что-то другое хочет.

Логан послушно отпустил ладонь Мика. Тот дотронулся до лица Дайсуке и хихикнул. От Дайсуке по руке стала спускаться энергия. Мик внимательно смотрел на неё. Она была чистой.

Мик весело расхохотался. И из него расплескалась энергия. И, прежде чем она раскрылась полностью, Мик увидел Лондон в цвете энергий – ярких и красочных, как леденцы на палочках, которые продаются на ярмарках.

Энергия, бившая из него фонтаном, была серебряная, а звезды, которые завертывались внутри – синие, фиолетовые и зеленые. Яркий свет наполнил «Немезиду», вышел из неё, заполнил «Санни» и залил весь Лондон. Буйство света. Все, с которыми встречались ребята, забыли об них.

Мик глубоко вздохнул, по его телу пробежала дрожь и, склонив голову к плечу, не то уснул, не то потерял сознание. Попытки привести его в чувство успехов не дали, но сердце билось. Слабо, но уверенно.

Серебряный свет раскрылся над городом гигантской лилией и погас. Зарядил дождь. Он смыл все следы пребывания двух кораблей из будущего, кроме яркой афиши на тумбе. «Пиратский цирк приглашает на представление! Билеты – от трех – до пяти пенсов – детям, шиллинг – взрослый!» Но к утру, и эта афиша была содрана дождем и унесена в канализацию.

А оба корабля были вынесены в глубокий космос своего времени, безжизненные и безмолвные…