Текст книги "Долгая дорога забвения. Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Воин Космоса

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 27 страниц)

Глава 39

Сагара поднял скиммер как можно выше и отлетел как можно дальше. Хоть Мик и велел ему улетать, Сагара решил этого не делать. Теперь он удерживал машину где-то за спиной Мика, но чуть выше.

Мик оставался на дороге. Он расположился ровно посередине, раскинул руки. Живой щит – ненадежный для этого случая. Сагара посмотрел на это и решил присоединиться, но не успел. От Мика стала распространяться свет. Разноцветный, переходящий в белый. Из этого света стали формироваться крылья. По примерным оценкам – каждое крыло было не менее восьми метров в длину. Крылья раскрылись, потом закрылись. Мик взмахнул ими и взлетел. Невысоко, метров на десять. Ритмичные взмахи крыльев мешали Сагаре увидеть, что Мик делает.

Но тут появились дети. Они напоминали леммингов или маленькие танки. С безудержной яростью они перли вперед, размахивая палками.

Белые крылья поднялись, и Сагара увидел в руках Мика сияющий шар размером с арбуз. Мик поднял его над головой и бросил в детей. Шар пролетел над головами первых рядов и упал в середину колонны. Секунды три ничего не происходило. Потом – вспышка… и мир вокруг завертелся с яростной хаотичностью. Сагаре стоило больших трудов удержать машину, хотя в этом месте ветер был не столь силен. Дети всасывались в сверкающий шар, и он рос. А потом шар вырос, взорвался и превратился в плотный черный шарик, зависший в трех метрах от дороги. Вернее от того, что от нее осталось. Остатки детской армии подходили к воронке и, упав в неё, исчезали. Так продолжалось довольно долго.

Через шесть часов, когда влажный туман стал наползать из болот, а день подергиваться серым покрывалом сумерек, черный шарик исчез вместе с армией детей – берсерков.

Мик провисел еще час, слабо и вяло взмахивая крыльями, а потом…крылья исчезли. Мик стал падать, но Сагара подрулил к нему и поймал в скиммер.

Сагара посадил скиммер за воронкой и вытащил Мика на дорогу. Опустившиеся сумерки не давали возможности разглядеть Мика, поэтому Сагара покопался в бардачке и нашел там фонарик. Посветив на Мика, Сагара вздрогнул. Определенно это был Мик, но он был таким юным. Нет, не ребенком, но молодым человеком, чуть-чуть постарше самого Сагары. Сагара задумался. Мик выглядел лет на двадцать пять – тридцать, а теперь уже на семнадцать – двадцать. Сагара легонько потормошил Мика, его одолевали сомнения.

Мик глубоко вздохнул и открыл глаза, которые принадлежали тому Мику, которого Сагара знал, только в них появилось что-то ещё.

– Как ты? – спросил Сагара, – у тебя ничего не болит?

– Нет, – ответил Мик, – но ты выглядишь ошарашенным.

– Ты…помолодел.

– Правда? А на сколько?

– Не знаю, но выглядишь на семнадцать – двадцать.

– Здорово, – Мик вскочил на ноги, но почувствовав головокружение, уцепился за борт скиммера.

– Тебе плохо? – встревожено спросил Сагара.

– Голова кружиться, я просто перестарался. Поехали домой, Сагара. Я должен выспаться.

– К Тому?

– Конечно, мы ещё не нашли часть ключа, и наши приключения здесь на этом не заканчиваются.

– Ну, тогда, ладно.

Поздней ночью они вернулись к Тому и завалились спать. Первая веха хаоса была ими благополучно преодолена. Но оставалось еще немало приключений на их вихрастые головы.

Они проспали двое суток. Потом выползли на кухню. Вечерело. Том сидел у стола и просматривал газеты, одним глазом поглядывая на экран плазменной панели.

– Привет, ребята! – жизнерадостно поздоровался он с ними, – как самочувствие?

– Жить будем, – с энтузиазмом откликнулся Мик, – есть новости?

– До фига. Ущерб от этого хаоса составил около миллиона долларов, жертв, на удивление, мало. Но это благодаря своевременным действиям полиции. В БГИ делают большие глаза и разводят руками, типа мы тут не причем, знать не знаем, ведать не ведаем. Все дети исчезли без следа. Изучить их нет возможности. Бла-бла-бла-бла.

– Ну, хоть у Горацио хватило ума нас не раскрывать.

– А вы-то тут причем? Вы – просто вольные консультанты.

– Вот я это и имею в виду, – миролюбиво заметил Мик, – помогаем полиции от чистого сердца и избытка свободного времени.

– Истинная правда, – улыбнулся Том.

А пока парни сидели на кухне и разговаривали, в болоте на «Немезиде» остальные члены команды маялись от скуки и безделья. Они были в курсе всех последних событий, поскольку панель управления ловила все местные радиостанции. Логан, на правах старшего, присматривал за остальными. Особенно за Шидори. А та дулась и ворчала.

В этот вечер они тоже сидели в камбузе.

– Ничего не знаю, – резко сказала Шидори, – проблемы кончились, маньяка поймали и я хочу в город!

– Я с тобой больше не пойду, – ответил Логан, – хватит, надоело.

– Я могу пойти с Шидори, – предложил Майкл, – правда, я плохо ориентируюсь на местности. И мне неохота туда идти.

– Я с Шидори пойду, – отозвался Дайсуке.

– Тебе нельзя, ты слишком известен.

– Нет проблем, – Дайсуке пересел к Логану поближе, – сбрею бороду, сниму шляпу, переоденусь во что-нибудь более радостное и – вуаля. Никто меня не узнает.

– Ты снимешь шляпу? Сам? – пришла очередь Люпену удивляться, – кошмар.

– Ничего, не кошмар. Просто я хочу видеть Мика.

– То есть, ты хочешь видеть Мика, а со мной пойдешь ради этой цели? – уточнила Шидори.

– Точно, – улыбнулся Дайсуке.

– Ладно, – милостиво разрешила Шидори, – брейся, переодевайся и завтра утром мы отправимся в путь.

Утро выдалось замечательное. Грело солнце, по воде бегали блики солнечных зайчиков.

– Сильно Мика не утомляй, – напутствовал Шидори Логан, – парень и без тебя, наверное, замучен.

– Ну, вы скажите, Логан – сама, – Шидори раздраженно дернула плечиком, – мы с Гарландой будем проводить дни.

– Ладно, счастливого пути!

Сагара и Мик в это утро тоже проснулись в замечательном настроении. Ничего их не тревожило, Том уехал на работу. Позавтракав, парни уселись на кухне и стали обсуждать планы на день.

– Куда намылимся? – спросил Сагара.

– Думаю, на пляж, – предложил Мик.

– А Гарланду возьмем?

– А мне пофиг – пойдет она или нет? – Мик встал, подошел к холодильнику, открыл, достал пакет томатного сока и вернулся к столу, – я хочу отдыхать. Просто валяться на пляже, ничего не делая.

– Я согласен, – Сагара налил себе соку, – за неделю мы вымотались так, что никому не снилось.

– Вот и хорошо. Собираемся.

В разгар сборов в дверь позвонили. Мик пошел открывать. На пороге стояла Шидори, а с ней рядом – абсолютно незнакомый долговязый тип.

– Шидори! Какими судьбами?

– Маньяка – нет! Похитителей детей – нет! И поэтому я вернулась. Я хочу отдохнуть, проветриться, и вообще.… Когда мы опять вернемся в космос, я не хочу сожалеть об упущенном времени! Я понятно выразилась?

– Исключительно, – ответил Мик, – а что это за парень, рядом с тобой?

– А ты его не признал? – Шидори захихикала.

– А должен?

– Это Дайсуке – сама.

Мик удивленно хмыкнул и ещё раз оглядел незнакомца.

– Потрясающе, Дайсуке. Бороду сбрил, шляпу снял.…И все – совсем другой человек.

– Я хотел увидеть тебя и удостовериться, что с тобой все в порядке, – улыбнулся Дайсуке, – в дом не пригласишь?

– Заходите, но дом не мой. Придется вам с Томом разговаривать, если пожелаете здесь жить.

Сагара, Мик и Дайсуке отправились на пляж, а девушки остались дома. На пляже было много народу. Парни нашли себе местечко и разложились.

– У тебя, Мик, нет никаких предчувствий по поводу грядущих событий? – спросил Дайсуке, растягиваясь на покрывале.

– Никаких, – Мик сидел на песке, раздумывая – стоит ли сейчас идти купаться или подождать?

– Давайте отдыхать, – оборвал их Сагара.

Парни плавали, загорали, ели бананы и флиртовали с девушками. И когда день начал клониться к вечеру, Мик, уже одетый – в шортах и майке, стоял на кромке прибоя и смотрел на волны.

– Мик, – окликнул его Сагара, – поехали!

– Сейчас, – Мик наклонился над набегавшей волной, выхватил из нее полупрозрачный голубоватый камень, крепко зажал его в ладони и, развернувшись, направился к скиммеру.

– Что ты там увидел, Мик? – спросил Дайсуке.

– Ничего особенного, – ответил Мик, – просто волны говорят, что приближается нечто большое.

– Вот как? Шторм? Цунами?

– Я не знаю, – Мик улыбнулся друзьям, – я не ясновидящий. Поехали домой.

Дома их ждал Том. Том был сердит. Том был очень сердит.

– Ты уж прости нас, Том, – смущенно сказал Мик, – мы не должны были приглашать к тебе в дом своих друзей. Мы немедленно съедем.

– Идиот, места тут всем хватит! Я ругаюсь из-за того, что вы меня не предупредили!

– Да мы сами не знали, – стал оправдываться Сагара, – для самих это явилось неожиданностью.

– Ладно, – Том сменил гнев на милость, – лейтенант Кейн хочет видеть Гарланду.

– Завтра отвезёшь, – Мик посмотрел на Тома и хмыкнул.

Поужинав, все разбрелись по комнатам. Всем места хватило, но Дайсуке пришел к Мику. Там он застал и Сагару, и Тома.

– По какому случаю собрание? – спросил Дайсуке.

– Да так. Служебные тайны, – ответил Том.

– А я могу присутствовать?

– Да, пожалуйста.

– Что ты думаешь, Том, об этой секте? – спросил Мик, продолжая ранее начатый разговор.

– Я не знаю. У нас есть двое пострадавших и три трупа. Но это было до хаоса, в прошлом и позапрошлых месяцах. Раз в месяц мы обязательно находим либо изуродованный труп, либо живого, но искалеченного, свидетеля.

– Числа, в которых вы находите свидетельства жизнедеятельности секты, одинаковы или разняться?

– После тринадцатого числа – всегда что – нибудь обнаруживается.

– Они что-то или кого-то вызывают, – подытожил Сагара.

– Но это им не удается…

– Завтра съездим к Горацио и набьемся на экскурсию по болотам. Надо все-таки узнать, где эта секта промышляет.

– А подождать? – Том был не в восторге от этой идеи.

– А чего ждать? Следующего тринадцатого числа?

– До него еще долго.… Почти что месяц.

– Вот поэтому лучше нанести упреждающий удар. Если мы по болотам пошастаем, от болот не убудет, а секта забеспокоиться и начнет ошибки делать. А мы их тут же – хвать и поймаем.

– Или убьем, – выдохнул Том.

– Вот и прекрасно. А теперь.… Брысь из комнаты, я спать хочу.

Утром, в семь часов, Том, Мик, Сагара, Дайсуке и Гарланда отправились в CSI. Горацио был в таком восторге от Гарланды, что даже сильно не протестовал по поводу затеянной прогулки по болотам. Он позвонил в Национальный парк Эверглейдс с просьбой выделить аэроглиссер и сотрудника парка в качестве проводника.

В Эверглейдс поехали Том, Мик, Сагара, Дайсуке и Эрик Делко. До парка они доехали на хаммере, там их ждал аэроглиссер. Когда все расселись, сотрудник включил мотор, и лодка быстро понеслась по болотам.

– Куда вам надо? – спросил сотрудник парка.

– Туда, где промышляет секта, – ответил Эрик, – появились новые улики, хотим осмотреть местность.

– Понятно, – сотрудник увеличил скорость, – мы точно не знаем, как они прибывают сюда, но мы их пару раз видели.

– Вот как, – Мик заинтересовался, – и при каких обстоятельствах вы их видели?

– Браконьеры у нас в болотах завелись, ну мы приняли меры. Наблюдение, патрулирование. Дневные мероприятия ничего не дали. Решили ночью. Но у меня жена рожала. Меня вызвали к ней, а мой напарник засел ночью на нашем посте, – сотрудник махнул рукой в сторону севера, – в милях пяти отсюда наш пост стоит. А потом он мне рассказывает – ночь, темень непроглядная, звуки всякие раздаются. И видит он – какая-то белесая масса ползет. Думал – туман. Ан, нет, не туман, тварь на слизня похожая, со стороны океана ползет, а за ней люди идут, человек десять. Тварь слегка светилась, и мой напарник долго её наблюдал. Вот. А потом, недавно, до Дня Благодарения, вечером сидим на посте, слышим вопль – жуткий аж до костей продирает. И в след ему стон, еще более жуткий. А потом какая-то тварь пролетела, на летучую мышь похожая, да как дохнула, нас чуть не вырвало. Омерзительный запах, тлетворный – бээ.

– А у них есть в этих болотах какое-нибудь убежище?

– Убежищ нет, но здесь есть лесок, туда никто не заходит. И звери, и птицы мимо пролетают, пробегают. Да и мы стараемся близко не подходить, особенно ночью, – парень понизил голос, – можете мне не верить, но деревья ночью там светятся. Причем свет не ровный, а мерцающий и имеет неописуемый оттенок.

– Да, ладно, – Дайсуке похлопал парня по спине, – брось заливать. Где это видано, чтобы деревья светились?

– Богом клянусь! – парень был серьезен, – они светятся,… и мы просто не подходим туда. Это странный лесок.

Глиссер ткнулся в берег. Сотрудник показал пальцем на кипарисовый лес, темнеющий на другой стороне острова:

– Это он. Тот странный лес, о котором я говорил. Здесь мы нашли ту девушку, которая умерла в больнице на День Благодарения. Следы указывали, что она пришла из этого леса. Идите туда, а я здесь подожду.

Парни вылезли на берег и отправились к лесу. Мик остановился, подойдя к краю леса. Остальные последовали его примеру.

– Что случилось, Мик? – спросил Эрик.

– Сотрудник был прав – это действительно странный лес, – ответил Мик, – и прежде чем соваться в него, я хочу выяснить, стоит ли это вообще делать.

– А нам что делать? – Том тронул Мика за плечо.

– Пока ничего. Осматривайтесь.

Мик осмотрел деревья. Они отличались странной сухостью, хотя наружная сторона выглядела более здоровой и жизнеспособной. Сторона, остававшаяся в лесу, имела болезненный и гнилой вид. Зло, несомненно, присутствовало, но оно было очень странным.

– Пойдем, – Мик пригласил следовать за ним.

Они вступили в царство серой затхлости и плесени. Деревья (все) были поражены какими-то неведомыми грибками и плесенью.

– Тут нет зла? – Сагара настороженно оглядывался.

– Есть, но оно странное. Такое впечатление, что зло здесь либо легкомысленное, либо просто устало.

– А разве такое возможно? – это уже Дайсуке. Ему не нравилось здесь, но он шел молча.

– Все возможно, – Мик резко остановился и стал вглядываться вперед. Парни остановились.

– Что там? – Эрик посмотрел вперед, но, кроме таких же болезненных деревьев, ничего не увидел.

– Ничего особенного, просто мы вышли на второй круг.

– Какой еще второй круг?

– Второй круг зла, Том. Стоим, ждем. Я проверю и пойдем.

Во втором круге зла было побольше, да и пахло оно по-другому. Оно уже не было усталым. Оно было сытым и, вследствие этого, не хотело ни с кем ссориться.

– Ладно, – Мик пошел дальше. Парни за ним.

– И что ты нам скажешь?

– Здесь – сытое зло. Но его здесь больше. И чем дальше идешь, тем его больше становиться.

– А деревьев меньше…

И правда, деревья во втором круге отличались низкорослостью, завидной скрученностью ветвей и стволов, узловатостью корней. С них свисали плети мхов и черные листья. Под ногами похрустывала ломкая серая трава, да чавкала черная болотная грязь. Вся растительность навевала депрессию. Пройдя шагов семьсот, Мик вновь остановился. Перед ними расстилалось настоящее болото, с кочками и озерцами, с множеством поваленных деревьев, прогнивших или основательно затонувших в черной масляной воде. Странное бульканье и чавканье периодически повторялось то там, то тут. Примерно в метрах шести от края леса располагалась каменистая площадка метров десять в окружности. Парни стояли так, что они частично видели саму площадку и часть какой-то каменной кладки, которая загораживала все остальное.

– И как мы туда попадем? – спросил Эрик, – как то меня не тянет лезть по болоту.

– А мы тропу поищем, – ответил на это Мик, – обойдем по краю, наверняка отыщем.

Так и поступили. Через пару метров нашлась каменистая тропа, которая вела на поляну. Сама тропа была истерта до маслянистого блеска, но это истертость не была от ног, она была от чего-то другого. От того, что было больше и тяжелее человека.

Парни прошли тропу и вступили на поляну. Каменная площадка, по краям заросшая жирной и ядовито-зеленой травой. На северо-востоке поляны располагалось нечто, напоминающее каменные сидения, выполненное в виде незаконченного амфитеатра. Первый ряд имел семь мест, второй – пять, третий – три. От поляны отходило три тропы. Две боковых и одна центральная, уводящая вглубь черного леса. Посередине было огромное пятно сажи с элементами обгорелых веток и некоторым количеством углей. Угли были мокрые. Поляну окружал то ли природный, то ли искусственный ров, наполненный черной, почти что зеркальной, водой, из которой то и дело вырывались пузыри газа. Лопнув, они насыщали воздух сероводородом. За рвом, на кочках, располагающихся на равных расстояниях друг от друга, стояли потемневшие шесты. На них были приколочены доски крест-накрест. На досках болтались бурые лоскуты и колючая проволока.

Пока парни осматривали поляну в поисках улик, Мик подошел к центральной тропе и посмотрел в сторону черного леса. Что-то ему подсказывало, что он должен пойти по тропе и завалить того, кто живет в этом лесу. Но интуиция ему говорила, что он несет ответственность за ребят, и ему нельзя оставлять их на поляне одних. Но с другой стороны – вглубь черного леса их тоже не следовало брать, потому что шансов оттуда вернуться у них не было. Мик стоял у тропы и никак не мог выбрать – что же ему сделать? Обернулся и посмотрел на ребят. Они деловито ползали по поляне и вне её, собирая улики. Мик вновь вернулся к изучению тропы. После некоторых раздумий, он сделал шаг и встал. Теперь одна нога находилось вне поляны, а вторая – на поляне. И тут Мик почувствовал ГОЛОД. Голод, исходящий от поляны. Мик шагнул назад. Чувство голода исчезло. Мик с ужасом понял, что стоит ему бросить ребят на поляне, то они тот час же погибнут. И если даже он вернется из леса в рекордно короткое время, то для парней это время обернется мучением.

Но сила, которая гнала его в черный лес, не уходила. Наоборот, она усиливалась. Тут на его плечо положили руку. Мик обернулся. Сзади стоял Эрик.

– Ты уже давно стоишь около этой тропы. Что случилось?

– В том лесу живет нечто, которое я должен уничтожить ради будущего и настоящего, – Мик мотнул головой в сторону деревьев, – но если у меня шансы выжить довольно высоки, то у вас нет шансов. Но я не могу оставить вас здесь. На поляне – у вас тоже нет шансов.

– Что здесь может случиться? – Эрик недоуменно посмотрел на Мика, – о чем ты?

– Поляна голодна. Я это чувствую. Я не смогу тебе объяснить всего, но ты ДОЛЖЕН просто мне поверить. Пока я на поляне, она вас не тронет, а как только я уйду – она будет вас – ЕСТЬ. Выход только один – я возьму вас в лес, но оставлю посередине. Парни, идите сюда!

Ребята подтянулись к Эрику и Мику, обступили.

– Значит так, ребята. Мы сейчас уходим с этой поляны, – сказал Мик, – надеюсь, вы собрали и нашли все, что вам хотелось найти?

– Улики собраны, – лаконично ответил Том.

– Просьба – идти вслед за мной, никуда не сворачивая, никуда не отбегая. От этого ваша жизнь зависит.

Парни согласно кивнули. Мик вытолкнул их на тропу и сошел с поляны. Шли цепочкой. Первым – Мик, замыкающим – Дайсуке. Выйдя под полог черного леса, Мик оглянулся. На поляне творилось нечто неописуемое. Дневной свет странным образом преломлялся в тяжелых испарениях, эти блики имели богомерзкие и отвратительные цвета. Мик чувствовал злость поляны и её голод, и ярость. «Хорошо, что я взял парней с собой», – подумал Мик, – «у них будет шанс».

Пройдя ровно половину леса, Мик остановился и обернулся к ребятам:

– Я иду дальше, а вы остаетесь здесь и ждете.

– Это почему? – сердито спросил Сагара.

– Потому что там опасно. А вам тем более. Я защищу вас, но вы останетесь здесь, – Мик засветил в ладонях свет Солнца – маленький пушистый шар – и вручил его Эрику. Тот принял, шарик распушился и поглотил Эрика целиком, образовав типа накидки. Тому достался голубой шарик Меркурия, Дайсуке – оранжевый шар Венеры, а Сагаре – светло-зеленый шар Земли.

– Все, теперь вы под защитой внутренних планет, – Мик засветил еще один шар – красный – и подкинул наверх. Шарик занял положение над головами парней, и от него в землю вонзилось огромное количество красных стрелок, закрыв ребят от внешнего мира. Мик посмотрел на деяние рук своих, тяжело вздохнул и зашагал дальше по тропе навстречу ядовитой тьме.

Глава 40

Парни стали оглядываться. Энергетическая защита, которой Мик их снабдил, дала неожиданные результаты. Они вдруг ясно увидели, ЧТО находится в лесу. Вокруг оказалось много глаз, глядевших на них с яростью и злобой. Много энергии, которая подобно языкам пламени, возникала между черных стволов. И Мик, уходящий в ядовито-черную темноту, казавшийся маленьким теплым огоньком. Вскоре теплый огонек затерялся вдали. Дайсуке еще раз оглянулся.

– Черт подери, Мик действительно ЭТО все видит!

– А как он это выдерживает? – спросил Эрик.

– Спроси его сам, – посоветовал Сагара, – думаю, что это выматывает Мика еще почище всех его приключений.

– Мне страшно стоять на тропе, – признался Том, – но с тропы сходить тоже не хочется.

Примерно через полчаса в глубине леса раздался вопль, переходящий в заунывный стон.

– Ой! Что это? – испуганно спросил Том, – это ведь не Мик?

– Не похоже, – задумчиво ответил Дайсуке.

Ещё через полчаса вернулся Мик.

– Ну и как вы тут?

– Мы – нормально, – ответил Сагара, – а ты как? Убил того, кто сидел в лесу?

– Ага. Избавился, – Мик снял с парней силовые поля, – пошли, а то поздно уже.

Отправились. И лес, и поляна были наполнены болью и страхом. Парни вышли к глиссеру. Солнце заходило за болота и от него ложились длинные тени. Веяло прохладой.

– Что-то вы задержались? Неужели заблудились? – съязвил сотрудник парка.

– Ничуть, – Том сел на верхнее сидение, – мы нашли то, что искали. Теперь поедем домой.

Глиссер мчался быстро, парни сидели молча, переваривая произошедшие события. В конце пути сотрудник парка спросил:

– Мы больше ЭТИХ не увидим?

– Еще раз. И потом – все, больше вы их не увидите, – ответил Мик.

Вернувшись в Майами, Эрик уехал в лабораторию, чтобы провезти анализ собранных улик, а остальные – домой.

– Ты думаешь, что эти секстанты вернутся на поляну? – спросил Дайсуке.

– Конечно, – ответил Мик, – я ведь убил эту мразь, что жила в лесу. И это значит, что зов, который она посылала своим приверженцам, умолк.

– То есть, они начнут искать причину? – Том уставился на Мика, – и, обнаружив, что тварь умерла, начнут…

– Правильно, – Мик улыбнулся, – а я постарался, чтобы улик оставалась предостаточно.

– Они узнают и выйдут на нас?! – ужаснулся Сагара, не в восторге от этой перспективы.

– Ну что ты, – успокоил его Мик, – эти улики ни в коем разе на нас не указывают. Ощущение у них будут такие, что это тот, что живет в океане, прихлопнул слизня.

– А кто живет в океане? – поинтересовался Дайсуке.

– Ктулху, – хихикнул Мик, – ну ладно, я пойду мыться. Я весь пропах слизнем. Ох и вонючие у него кишки, прости господи!

Мик ушел, а парни остались на кухне. Том занялся готовкой, ибо девушки не удосужились ничего приготовить. Их вообще не было дома.

– Ктулху? Ктулху, – Дайсуке почесал подбородок, – что это за Ктулху такое?

– Вроде как древнее божество, – ответил Том, пытаясь из остатков пищи, лежащих в его холодильнике, сварганить удобоваримое блюдо.

Дайсуке посмотрел на Тома, поднялся, отогнал его от плиты и сам начал заниматься приготовлением ужина.

– Насколько оно древнее?

– Очень-очень древнее. Со Старой Земли.

– Вот как? А почему его пытаются вызвать?

– Чтобы стать по ту строну зла и морали, кричать, убивать и веселиться, – Мик вернулся на кухню, – ктулхистов везде много и борьба с ними представляется крайне неэффективной.

– А ты откуда знаешь?

– Вспомнил. Вы не беспокойтесь по поводу этого всего. Это не проблема. Этот Ктулху нежизнеспособен. Самое крайнее средство – это цунами. Метров так на сорок – пятьдесят.

– Много, – заметил Том, – пол Майами накроет.

– Не накроет. Есть средства, защищающие город от волны без эвакуации.

– И ты их знаешь?

– Знаю, – спокойно ответил Мик, – и я знаю, что девчонки сегодня не придут.

– И где они?

– Проматывают мои деньги в ночных клубах города. Я договорился с банком. Они не стали возражать. Траты не сильно большие.

Поужинав, все легли спать. В этот раз ни у кого не возникало желания устраивать посиделок. Все проспали до утра, а утром приперлись поддатые девчонки. Они орали и ржали, сидя на крыльце. Первым проснулся Сагара. Он спустился вниз и попытался их урезонить. Они его послали. Потом тоже самое сделал Дайсуке. Его послали еще дальше. Затем проснулся Мик и послал девок очень далеко и без права на возврат. После чего девчонки заткнулись и заревели. Раскидав их по комнатам, парни отправились досыпать.

День прошел без особых проблем. Том съездил к Горацио, привез результаты анализов. Это было самое значимое событие за день.

Второй день прошел также безмятежно. Мик достал тридцать литров живой воды и попросил Дайсуке отвезти на корабль. Тот повез, отсутствовал целый день. Ночью тоже ничего существенного не произошло.

А вот на третий день – пришло предупреждение о цунами.

Паника в городе – власти призвали к немедленной эвакуации. Том пропал на работе, двое суток его не было дома. По Майами ползли слухи, одни страшнее других. Говорили, что волна идет большая, что она перевернула огромный лайнер, и он затонул. Что на месте возникновения цунами видели огромное чудище, которое бурчало, фырчало и пускало слюни.

Мик был спокоен. Том настойчиво предлагал эвакуироваться, но Мик отклонил это предложение. Вместо этого он отправился к Горацио.

– Я хочу тебе предложить одну вещь.

– Какую?

– Арестовать секту, промышляющую на болотах.

– И как ты собираешься это делать? Грядет цунами, народ эвакуируется, а ты говоришь, что надо производить арест. Как ты это представляешь?

– Мы отправимся на болота и арестуем, – Мик улыбнулся, – здесь нет ничего особенного. За цунами не беспокойся. Если даже оно настигнет нас на болотах – ничего существенного не случиться.

Горацио тяжело вздохнул:

– Знаешь, Мик, мне твоё предложение не нравиться, но я тоже не вижу другого выхода. Если мы их не арестуем СЕЙЧАС, то потом может быть поздно.

– Правильно, – кивнул Мик, – поедем нашей тесной компанией. Ты, я, Дайсуке, Эрик, Том, Сагара. Нам хватит.

– А что за Дайсуке такой?

– А это мой приятель хороший. Честный парень и стреляет превосходно.

– Когда выступаем?

– Когда цунами к берегу подступит.

Вернувшись домой, Мик собрал парней и рассказал о грядущем событии.

– Под волной? На болотах? Ты с ума сошел?

– Ошибаешься, – спокойно сказал Мик, – если бы я не верил в свои силы, то я бы даже не предлагал бы эту авантюру. Но я знаю, что я смогу защитить вас от всего, что придет с моря и болот. Вам останется только мне поверить.

– Я бы согласился с Миком, – Сагара повернулся к Тому, – Мик на ветер слов не бросает. Если он уверен, что сможет защитить нас от всего, то так оно и есть.

– Ладно, – согласился Том, – я вам поверю, но девочек надо эвакуировать.

– Если ты их сможешь найти, то – пожалуйста.

– Они же дома, кажется?

– Нет. Они опять где-то шляются.

Предупреждение о том, что волна подошла к берегу, парни получили в четыре утра следующего дня. Горацио и Эрик заехали за ребятами. Злые и не выспавшиеся парни отправились на болота. В рекордно короткие сроки они достигли черного кипарисового леса. На болотах царила звенящая тишина. Все звери и птицы покинули болота задолго до появления цунами. Но из леса доносились зловещие всхлипывания, демонические вопли и пронзительный визг.

– Ты точно знаешь, что эти звуки издают не, спятившие от томительного ожидания, птицы?

– Нет, это наши секстанты! – зло сказал Мик, – и мы сейчас возьмем их тепленькими! Пошли.

Ребята рванули через лес. Мик чувствовал, что вокруг все напитано страхом. Лес был напуган. Промчавшись по лесу, они очутились на краю болота. На поляне стояли, бегали, прыгали человек семьдесят. Они были одеты в приличные одежды и выглядели интеллигентными. На каменных скамьях сидели еще десять. Эти были замотаны в белые одежды, их головы были закрыты капюшонами. На самом верху амфитеатра – трое в сверкающих одеждах с белыми посохами.

Мик почувствовал угрозу, исходящую от этих троих.

– Так, – Мик шепотом стал объяснять ситуацию, – самые опасные – это, те трое, остальные – обычные. Десятерых на камнях можете даже в расчет не брать.

– С воплями и стрельбой врываемся на поляну? – Горацио вытащил пистолет.

– Угу.

Парни повытаскивали оружие и, с воплями, рванули к поляне. На поляне шум оборвался, чтобы мгновенно начаться снова. Толпа кинулась на полицейских. Полицейские – на толпу.

Примерно час на поляне царила полная неразбериха. Воздух звенел от криков, стонов, выстрелов, визга, писка и глухих ударов.

Потом установилась тишина. Толпа сильно поредела. На земле валялось человек десять, остальные – утонули в черной воде. На ногах оставалось двадцать человек. Парням повезло больше. Они не пострадали. То ли силы Мика помогали, то ли – им просто везло. Десять человек на камнях лежали бесформенными белыми кучами. Скорее всего, они попали под шальные выстрелы. Из-под них текла кровь насыщенного оранжевого цвета. Она собиралась в струи и ползла к черной воде. Трое наверху, до этого сидевшие неподвижно, синхронно подняли головы. Оставшиеся секстанты молча повалились на колени. Парни остались стоять. Трое открыли глаза. У левого были оранжевые, у правого – серебряные, а у центрального – красные.

Мик почувствовал ноющую боль в груди. Ощущения были такие, как будто из его груди вырывают сердце. Скорее всего, Мик побелел или как– то изменился в лице, потому что Дайсуке крепко взял его за плечи.

– Что случилось, Мик?

– Сердце, – прошептал Мик, – я не могу,…мне кажется, что я вот-вот отдам концы.

Дайсуке повернул Мика и прижал к себе. Мика отпустило. Ноющая боль исчезла.

– Ты в порядке?

– Спасибо, ты мне очень помог.

– А что было?

– Ощущение, как будто мне сердце пытались выдрать.

– Ты не переносишь взгляды этих троих? – уточнил Дайсуке, оглядываясь на разноглазую троицу, – я стану твоим щитом. Согласен?

– Хорошо, мне нужно время, чтобы попробовать их нейтрализовать.

Дайсуке развернулся, закрыл Мика собою. Мик вздохнул. Стрелять по троим, не стоило. Их защищал некий энергетический щит, а вот силу планет применить можно было. Мик сложил ладони в горсть и проговорил:

– Сила внутренних планет – помоги мне.

В горсти стал формироваться шар энергии. Черно-золотая, сине-голубая, оранжево-желто-синяя, светло-зелено – бело-голубая, красно-фиолетовая. Шар рос. Сперва с бейсбольный шар, потом с арбуз, затем – со снежный ком. Мик метнул его в парня с оранжевыми глазами. Шар пронесся по крутой дуге и врезался в жертву. Яркая вспышка, и левый из троицы скатился со своего сидения. Падая, он ударялся об нижние ряды. При этом раздавался хруст. Наконец его тело ударилось об землю и застыло, изломанное и перекрученное. Серебряное одеяние разорвалось и задралось, намотавшись на голову. Стало видно, что это существо – ребенок лет восьми.