Текст книги "Сны. Начало (СИ)"

Автор книги: taramans

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

А тут и Ганин, уже заходя к себе в кабинет:

– Жень! Заявление на отгулы прямо сейчас напиши и по электронке Екатерине в приемную скинь. Не забудь!

Плехов кивнул и поскакал вприпрыжку вниз по лестнице. В кабинете его ждали с нетерпением. Светка снова засуетилась с кофе, Денис не торопил Плехова, однако же поглядывал на него с интересом.

Устроились в стеклянной загородке Плехова. Здесь, кроме рабочего стола и кресла, вдоль стены располагались еще книжный шкаф, и небольшой кожаный диванчик с журнальным столиком – их всегдашнее место «кофепития», если в кабинете присутствовали не все. Чаще всего так и было – как минимум половина коллектива группы постоянно была в командировках. Сам Плехов подкатил сюда свое привычное и уютное рабочее кресло, Денис уселся на стул, а Светка расположилась на диванчике.

– Ну, шеф! Не томи! – припивая из кружки, поглядывая поверх нее на Евгения, попросила Светлана.

– Ага! Все как вы и предполагали. Вы двое уходите со мной. Точно надумали? Потом не пожалеете? – кивнул Плехов.

Оба-двое с облегчением выдохнули и явно обрадовались. Ковалев заулыбался, и Светка засветилась радостью.

– Скажешь тоже – не пожалеете! – хмыкнул Денис, – С Гладышевым что ли тут оставаться? Не-не-не… мне тогда проще уволиться, чем терпеть его морду.

– Дениска правильно все сказал! – подтвердила девушка.

Плехов придавив улыбку, посмотрел, как Ковалев привычно сморщился на «Дениску».

Эти двое пришли в группу три года назад, практически одновременно. Денис – на пару месяцев пораньше. И между ними даже был роман – небольшой, скоротечный, не повлекший каких-либо дрязг и выяснений отношений. Как говорится – «Расстались друзьями!».

Сейчас Плехов, немного задумавшись, прихлебывая кофе из кружки, поглядывал то на девушку, то на Ковалева.

«Денис давно показал себя надежным парнем. Невысокого роста, вряд ли больше метра семидесяти. Темноволосый, с правильными чертами лица. Если бы еще не явно сломанный ранее нос, и прижатые, как у борца, тоже сломанные уши – вообще можно было бы назвать красивым. Но – следы увлечения юности, что-то из единоборств. Отсюда же – широкие плечи, крепкие руки с набитыми костяшками. Ковалев был родом из Кирова.

«Вятския – мужики хватския!».

Служил где-то в «погранцах», как он говорил сам – в мангруппе отряда».

Что такое эта мангруппа, Плехов точно не знал, но предполагал, что это что-то вроде группы быстрого реагирования. Типа небольшого отряда спецназа при штабе пограничного отряда.

Сам Плехов не служил – учеба, потом аспирантура. Но с Ковалевым несколько раз попадал в спортзал. Как-то одно время они, все вместе, ходили, когда это было возможным, в спортзал неподалеку. И вот там Ковалев показывал чудеса на турнике, да и по груше стучал изрядно. И руками, и ногами. Тогда он еще «мутил» со Светкой, а потому – выпендривался перед девушкой, немного «рисовался»!

Но, как уже было сказано, расстались эти двое «не подружив» и года. И Евгений не лез ни к нему, ни к ней с расспросами – что и как. Убедился, что на работу разрыв отношений не повлияет, и успокоился.

По характеру Ковалев был явным и однозначным сангвиником. Улыбчивый, доброжелательный, совсем неглупый. И с чувством юмора у Ковалева все было в порядке. А еще неплохо играл на гитаре. Компанейский парень в общем. Как профессионал – юрист хороший, крепкий, но звезд с неба не хватает. По причине того, что он быстро находил общий язык с разными людьми – от откровенно «альтернативно одаренных» «айтишников», до вредных, снобоватых и язвительных бухгалтерш-аудиторш. То есть, Плехов рассчитывал на Ковалева именно как на опору. На опору в разном.

Вот и сейчас Денис сразу показал себя человеком практичным.

– Евгений! А нас куда переселять будут? Кабинет-то выделят? Где место определили? – спросил Ковалев.

– Черт! – шлепнул себя по лбу Плехов, – А я у Иванова совсем забыл спросить!

– Не вопрос! Сейчас я у Егорыча узнаю. Он-то наверняка знает, если такое решение уже принято! – подмигнул, немного хвастаясь своими связями с начальником административно-хозяйственной группы, Денис.

Парень прошел в общий кабинет и сев за стол, принялся названивать по внутреннему телефону.

«Точно! В нем я не ошибся!».

Евгений перевел взгляд на Светку.

«М-да… ножки у нее… и уселась же на этот диван! Специально, что ли?».

Девушка сидела на довольно низком диване, плотно сдвинув колени. Но вот длина ее юбки… Нет! Если стоять ровно – то все прилично. Даже – предельно корректно, в соответствии с самыми строгими дресс-кодами. А вот так красивые полные бедра оголились до самой резинки чулок. Как будто специально…

«А может и специально, а?».

Светка потянулась к журнальному столику, за очередной печенюшкой, туго обтянув блузкой красивую и сильную спину, показав, что талия у нее узкая, а вот бедра, напротив – довольно широкие, красивые! На обратном движении, девушка как бы невзначай, локотком, потянула край плиссировки юбки вверх, полностью обозначив резинку чулка. Плехову даже показалось на мгновение, что он увидел черный треугольник низких трусиков.

– Ой! – притворно устыдилась Светка и не торопясь поправила юбку, не забыв при этом метнуть взгляд на Евгений.

– Ай-яй-яй, Светлана! Не зря тебе тогда Иванов терзал. Ох, не зря! – с улыбкой покачал головой Плехов.

– Да прямо там, не зря! – фыркнула красавица, – Ему бы, наверное, понравилось, если я ходила в парандже!

Это она, конечно, зря! Как-то так сложилось, что неявно, и не особо гласно, но сотрудникам «конторы» рекомендовалось выглядеть хорошо. Внешний облик компании, однако! В конторе вообще не было совсем уж старых сотрудников; как не было явно полных, а также – с какими бы то ни было физическими отклонениями. Всем трактовалось, что всегда – в офисе ли, в командировках ли, на рабочих местах, или на выездах – деловых встречах, к примеру, работники должны выглядеть пусть и не на все сто, но максимально близко к этому. Одеваться стильно, пусть и неброско; сверкать улыбкой, демонстрируя здоровые, красивые зубы; быть неизменно доброжелательными, и позитивными. Похоже еще на стадии отбора внешний вид будущих сотрудников оценивался наряду с их профессиональными данными. И потом, после трудоустройства, более старшие и опытные коллеги ненавязчиво диктовали младшим корпоративную культуру. На памяти Плехова был случай, когда молодую женщину перевели на работу в периферийную структуру, по причине того, что она изрядно пополнела, и, похоже, на намеки не реагировала.

Надо отдать должное «конторе», сотрудникам были доступны разнообразные льготные абонементы и в бассейны, и в спортзалы, и в фитнесс-клубы. Так же как все они имели обслуживание в одной очень неплохой и очень недешевой частной клинике.

Со слов Юльки Евгений знал, что и в ряд непростых магазинов у сотрудников имелись клубные карты. Это сначала – со слов Юльки, а потом и сам он неоднократно пользовался. Фирма требовала с сотрудников, но и предоставляла возможности! Благо деловых партнеров у нее было предостаточно, а кто к таковым не относился… Похоже, что у «конторы» были и другие рычаги влияния.

Только – времени на все это где найти?

«Опять же… если не считать командировки, то к переработкам в «конторе» относятся без одобрения. С девяти утра и до шести вечера в офисе! Все! А дальше – улучшай свой внешний облик и богатей внутренним миром! По крайней мере, за первые два года мне пришлось изучить на должном уровне английский язык. Это требование для всех без исключения! А вот освоение дополнительных языков – тут уже и дополнительные плюшки будут!».

Кроме всего изложенного, «контора» предоставляла сотрудникам и обеды. Для того был отобран один из неплохих ресторанов. Меню каждый заказывал на неделю самостоятельно по предоставленной карте. Так же как в каждом кабинете имелись те же кофе-машины, набор разных печенюшек, напитков, и прочего. Столоваться предполагалось в столовой на первом этаже, что, впрочем, сотрудниками соблюдалось далеко не всегда. Перекусить можно было и на рабочем месте. Только бардак не разводи, но за этим строго следили подчиненные того же Егорыча. Можно было нарваться на замечание. И да – система «пять S» в «конторе» была тоже на высоте.

– Света! – нахмурив брови, сделал грозный вид Плехов, – Мне, как твоему начальнику, неловко смотреть на твои, пусть и очень красивые ножки! Харасмент однако может случиться!

Светлана негромко засмеялась:

– А-а-а… Юлия Михайловна в командировке же! Точно! Как я забыла?! Извините, Евгений Николаевич! – и оправив юбку со всех сторон, потупилась пай-девочкой.

«Да-да… верю, как же!».

Светка была вообще – откровенно красива. Рыжая грива волос, затянутая в небрежный хвост на затылке, опускающийся до лопаток. Фигура… м-да… фигура – если не высший класс, то – что тогда высший класс? Правильный овал лица, пухлые, но «в плепорцию» губки. Нос ровный, только на кончике чуть приподнимался задорно. А когда она смеялась, этот кончик носа забавно шевелился, придавая девушке дополнительный шарм и очарование.

Рост – сто семьдесят семь. Это Плехов помнил точно. Сама Светка так и сказала, когда при первом знакомстве Денис спросил у нее – не подрабатывала ли она моделью?

Оказалось, что да, у себя в Самаре периодически подрабатывала. Но:

– Но там же нужны стандартные «селедки», чтобы 90-60-90. И рост желателен от ста восьмидесяти. А я только-только на самый нижний параметр взобралась – сто семьдесят семь! – вроде бы огорченно вздыхала девушка, – А еще… попы у них не должно быть. А у меня она есть!

Плехов сейчас с улыбкой вспомнил, что они тогда дружно посмотрели на предмет, который был «в наличие» – точно, есть! И очень даже…

Похоже, что именно рост и стал одним из поводов чтобы расстаться для Дениса и Светки. Сто семьдесят семь, да еще и постоянно на каблуках! Евгений тогда впервые удивился Ковалеву – вот уж никак не ожидал, что в Денисе есть какие-то комплексы!

«А ведь Иванов в чем-то прав. Как бы у меня с Юлькой… А то перейдут эти периодические «пофыркивания» подруги в сторону Чертковой во что-то более серьезное. М-да… хотя надеюсь, что все-таки не перейдут. Юлька вообще девушка не особо ревнивая. Работал же он раньше со Светкой эти три года и ничего! Выручает то, что Юлия Михайловна вообще – особа с высоким самомнением. Не через край, но – есть такое! То есть полагает, что она – если не полностью вне конкуренции, то где-то очень рядом с этим!».

И надо сказать, что что-то верное в соображениях Юльки есть. Плехов отдавал себе отчет, что очень многое из того, чем он обладает, появилось благодаря его подруге. И материальное, и не материальное. Она здорово помогла ему в формировании того Плехова, каковым он является теперь. А на возможные его интрижки… Юлька смотрела на них сквозь пальцы.

«А у нее самой, у Юльки-то – есть таковые? Интрижки то есть?».

С уверенностью Плехов не мог сказать, что есть. Но не мог сказать, что и нет. Они не жили вместе. Проводили время? Да. Часто! А когда оба были в Москве, то практически постоянно. Ездили вместе отдыхать, бродили по разным интересным местам. И на отдыхе, и в первопрестольной. Юлька вообще была очень общительной, с кучей знакомых, и с разнообразными интересами.

«Шило в попе! И еще – Юлька здесь, в «конторе», на рабочем месте, и Юлька – вне работы – как будто два разных человека! Может поэтому и старается на отдыхе не пересекаться с коллегами?».

Плехов вынырнув из задумчивости, снова посмотрел на Светку.

«Хороша!».

М-да… а вот было ли у него со Светкой? Плехов чуть поморщился, но не от воспоминаний, а от явного понимания слабости мужиков перед красивыми, умными женщинами.

Было! Пусть это было один раз, но… Корпоратив, когда почти всей конторой выезжали на лыжную базу за город. Кроме работников их фирмы, на этой небольшой базе никого не было. И Юлька тогда была в очередной командировке.

«Ага… а я тогда не то, что перебрал. Я и выпил-то за весь вечер граммов сто пятьдесят коньяка. Но хорошо, активно проведенный на свежем воздухе день, потом – веселая обстановка в основном корпусе. Выпивка, закуски, танцы. Светка танцевала здорово!».

– Я же с пяти лет и до двенадцати – занималась художественной гимнастикой. А потом… Потом я вдруг резко начала расти вверх и в ширину. В общем, выперли меня с секции. Да и перспектив у меня, честно говоря, никаких не было. Середнячок! И тогда мама меня отвела на танцы. Вот, с двенадцати лет – танцую! Даже в универе в танцевальном коллективе занималась, – рассказывала Светлана.

В общем, в тот раз Плехов не устоял!

«Как дети, блин! Сначала в какой-то бытовке, что ли? Какие-то швабры, ведра. Кошмар, в общем!».

Потом, хихикая, они пробирались тайком от всех в его домик. Благо, что основная масса народа продолжала веселиться в каминном зале. Ну и там, в том домике…

Уже под утро Плехов, отходя от сумасшествия ночи, спросил:

– Свет… А как же твой Денис?

– Мой Денис? А с чего ты взял, что он мой? Мы вообще-то уже несколько месяцев назад расстались! – Светка потянулась с грацией хищной кошки, села на край кровати, – У тебя же есть сигареты, да? Давай… Я вообще-то курю очень редко, но иногда – хочется! И у нас вроде бы еще коньяк оставался…

Глядя на ее силуэт в проеме окна, чуть подсвеченном уличным фонарем, а также на ее лицо, периодически загадочно освещаемое огоньком сигареты, Плехов думал вовсе не о Денисе. Хотя о Денисе тоже думал, что как-то неловко получилось.

«Но если она права, что они расстались, то… Уже не так сильно неловко! Правда ведь? А вот Юлька? Пусть она и не раз говорила, что наплевать ей на его мимолетные похождения… Но вот – как?».

– И про Юльку свою не думай. Не собираюсь я с ней за тебя бороться! – покосилась на него Светлана, – Ты мне нравишься, врать не буду! Даже – очень нравишься. Но я не собираюсь заводить серьезных связей, пока надежно не устроюсь. Так что – извини, и успокойся.

И сейчас, вспоминая ту ночь, Плехов раздумывал – «А вот не сглупил ли он тогда? Может нужно было дать понять, что и она ему очень нравится?».

«Но… Юлька. Она ведь тоже мне очень нравиться! Когда мы с ней куда-нибудь выбираемся, то я уверен, что лучше подруги мне и не нужно. А потом, проходит время, смотрю на нее, думаю о наших странных отношениях. Хотя сейчас такие отношения – вообще в порядке вещей! Сложившаяся, устоявшаяся для всех окружающих пара. А что отношения не переводят в область брачных – так сейчас полно таких. И детей нет – тоже понятно. В тренде, так сказать!».

Про детей и сам Плехов – вообще не задумывался. Ну какие дети, право слово – кредитов – «до ебениной мамы!». Да и сомневался Плехов. Сильно сомневался! Вроде бы и работа хорошая, и статус появился, и зарплата – на зависть многим. Но! Мало ли… В наше время можно остаться в один момент у разбитого корыта! Да и не нравилась ему Москва, если честно. Не нравилась! Нет, спору нет – возможностей тут… Много! Не ленись, крути башкой по сторонам, не пропусти шанса! Но… комфорта и душевного спокойствия, если подумать…

Как сказала как-то Светка Гладышеву:

– Да с чего ты взял, что все мечтают жить в Москве? Да плевать большинству на этот дурацкий мегаполис. Жизнь хотят устроить, какой-никакой капитал сколотить. А уж потом… Как у вас здесь жить-то? Я, может быть, свою Самару люблю! И, возможно, вернусь туда… Да что тебе говорить?!

– Так! Шеф! Я все узнал. Есть помещения для нас. Уже выделено! Только оно на первом этаже! – отвлек его от воспоминаний и размышлений Ковалев.

– Как на первом? Там же только технические службы! – опешил Плехов.

Денис развел руками:

– Ну, как-то так! Давайте, я метнусь к Егорычу, возьму ключ, и мы посмотрим – что там вообще такое…

Плехов подумал и кивнул:

– Давай. А то может быть снова к Иванову придется идти, с вопросами. Хотя и очень не хочется.

Втроем они прошли на первый этаж.

«Последний кабинет по коридору налево. Окон больших – два, и оба – во двор здания. Х-м-м, а если разобраться – в общем-то и неплохо! Только вот – первый этаж. Это вроде как снижение статуса. Или – плевать?».

Помещение было вполне себе неплохое. Точнее – здесь было фактически три помещения. Первое, вроде холла, если судить по меркам жилого помещения, отгорожено от следующих не сплошной стеной, а некоей аркой, или – проемом. Второе, основное, квадратное, побольше первого. И третье, так и напрашивающееся под кабинет для него самого – так же отделено от второго стеклянной перегородкой. Все три помещения метражом, конечно, не блещут. Но для них троих – даже богато!

– Ну что, друзья мои? Мне идти к Иванову, или – все нас устраивает? – повернулся он к подчиненным.

Светка задумчиво прошлась туда-сюда:

– Даже и не знаю… С одной стороны – первый этаж. А с другой – а не насрать ли?

Ковалев был более определенным:

– А мне нравится! С Егорычем еще порешать – мебель мы оттуда заберем, или нам другую дадут? Это я беру на себя, шеф. Так сказать, на неформальных связах будем действовать!

– Добро! Ладно… Пошли назад, мне еще заявление на отгулы писать и вам ценные указания раздавать на период моего отсутствия! – согласился Плехов.

Но Денис отпросился – отнести ключ назад, и начать предварительные переговоры с завхозом, как иногда называли Егорыча.

– Давай я тебе уже это заявление набросаю? – предложила Светка.

– Да моя ты хорошая! – восхитился Евгений, – Конечно! Садись за мой ноут.

Светка быстро накидала заявление, покусывая при этом шоколадку, показала документ Плехову с экрана, и отправила секретарю, когда он одобрил.

– Так какие будут указания, господин начальник? – встав, она потянулась, разминая поясницу, а вернее – показывая всю красоту свою.

– Указания? Указания, Света, будут следующие…, – Евгений закусил губу, и наклонив голову набок, оглядел девушку, – Надо за эту неделю, пока Гладышев не приехал, перелопатить все наши дела. Накидать планы по каждому, а еще лучше – подготовить к планам и аналитические записки – кто, куда, зачем и почему. Справишься?

– А это как мотивировать будете, Евгений Николаевич! Как замотивируете, – чертовка явно издевалась над ним!

Плехов выдохнул, почесал нос…

– А Юлия Михайловна сейчас в командировке, да? Я правильно слышала? – Светка присела на край его стола, выгодно приподняв одну из своих красивых ножек.

Евгений угукнул, откашлялся:

– Ну все… Я поехал. Если что – я на связи!

– А поцеловать? – обиженно оттопырив губки, промурлыкала девушка.

Положение снова спас вернувшийся Ковалев:

– Все, шеф… Решил, вроде бы. Мебель нам будет новая. Сам выберу, сам прослежу, чтобы все нормально смонтировали, расставили.

– Ха… сам он выберет! – возмутилась Черткова, – Знаю я твои вкусы!

– Ладно, ладно… тебя с собой возьму. Так лучше? – поднял примирительно руки Денис.

– Вот! И только так! – кивнула Светка, – Да поезжайте уже, Евгений Николаевич. Отдыхайте. Все будет хорошо! Если что – мы вам позвоним.

Выйдя из здания, Плехов свернул к курилке и не торопясь выкурил сигарету.

«А может нужно было соблазниться Светкой? Ведь явно нарывалась. А я что – против? Однозначно – не против. Эх, ладно… Поехали-ка домой!».

Подойдя к машине, он закинул сумку на переднее сидение, отступив чуть назад, полюбовался автомобилем.

«Вот два года уже без малого на ней катаюсь, а все не налюбуюсь! Ну нравятся мне «бээмвушки»! Комфорт, стиль, мощь двигателя! И пусть Юлька подшучивает сколько хочет, что, дескать, это во мне «святые девяностые» говорят, и юность в Ёбурге, «Уралмаш», бандиты в кожаных куртках! «Черный «бумер», черный «бумер» – стоп-сигнальные огни!». Да и не черная у меня машинка, а темно-синяя! А мощь какая под капотом – жаль педальку нечасто удается посильнее прижать. Негде тут – камеры везде, движение плотное, «продавцы полосатых палочек»!».

Уже выворачивая за ограду офиса, Плехов с удовольствием вспомнил, как катался прошлым летом в гости к родителям на этой новой машине, как прижимал педаль газа, получая дикий кайф от скорости и мощности машины.

«Кстати! В Ёбурге – вполне оценили красоту моей «бибики»! Цокали языками, крутили головами. Ни хрена здесь в Ма-а-а-скве не понимают в машинах! Зажрались, сволочи! Хотя… Юлька же вообще из Краснодара. Ну… уже «обмасквичилась» значит!».

Глава 4

Наряду с определенными удобствами и преимуществами проживания в большом городе, всегда имеется и обратная сторона медали. Одно из наиболее тягостных мытарств горожанина – это трафик, мать его! Регулярно, чтобы попасть из точки «А» в точку «Б» нужно потратить энное количество времени и нервов. Все непросто, короче! А уж Москва своими размерами, населением и трафиком – давала сто очков вперед любому российскому… Да что там российскому?! Мировому мегаполису!

Первый год своего проживания в столице Плехов определенное количество времени проводил в общественном транспорте, чаще всего – в метро. Известно же – даже стоимость съема жилья жестко привязана к наличию станции метро в пределах пешеходной доступности.

Сейчас, если разобраться, ему проще было бы дойти до места работы пешком. Ходьбы здесь… примерно минут сорок. И он не раз так и делал – шел на работу и с работы пешком. Но! Погода влияла очень сильно. А кроме того – всегда имелась вероятность поездки по работе куда-либо. Не важно, будь то переговоры, совещания или встречи. И почему-то на каждом шагу станций метро пока нет! Поэтому, наличие личного авто было явной необходимостью.

Вот и сейчас он потратил не менее тех же сорока минут, чтобы добраться до дома.

«Хум, свит хум!».

«Свит хумом» его место теперешнего проживания стало около года назад. И опять же – все благодаря Юльке! Первый год он просто снимал квартиру. И довольно далеко, и неудобно! Потом… Потом родители решили помочь сыну, благо, что некоторые финансовые возможности у них для этого имелись! Строительный бизнес отца крепко стоял на ногах, так что денег на первоначальный взнос по ипотеке они ему дали. Неплохая «двушка» с хорошим ремонтом.

И опять это – «но»! Добираться до работы стало еще более неудобно и длительно. Не лучший вариант – увы. Отец развел руками – прибыли его бизнеса все же не тянули на жилье премиум-класса ближе к центру «нерезиновой». Даже – на первоначальный взнос.

– Сам пойми, я бы дал больше, но для этого мне нужно выводить серьезные деньги из оборота! – пояснил отец, и Плехов его понимал.

«И за то – спасибо! Это по меркам Ёбурга – серьезные деньги для разовых затрат. В Москве же – так себе сумма!».

Но нужно было «по одежке протягивать ножки»!

И вот год назад Юлька предложила резко улучшить его жилищные условия.

– Юль! Мне до полной выплаты и за эту квартиру – как до «морковкиного заговенья». А ты мне предлагаешь вариант – вообще-то из разряда элитного!

Сама подруга проживала в хорошей студии во вновь построенном микрорайоне премиум-класса. Ей так же помогли на первых порах родители. Плехову было известно, что отец подруги имеет очень неплохие позиции в отельном бизнесе на черноморском побережье Кавказа.

– Так перекредитуйся, чего ты в самом деле? Есть варианты продажи твоей квартиры. Вырученные деньги, точнее разницу, вложишь как «первоначалку» в кредит на покупку этого нового жилья, – настаивала подруга.

Плехов раздумывал, не споря с девушкой. В финансах и кредитах она соображала куда лучше него!

Но продавать ничего не пришлось – его младшая сестра разнылась перед папой-мамой и те предложили иной вариант развития событий. Плехов-старший теперь согласился выкупить оставшуюся часть стоимости квартиры, чтобы жилье осталось для младшей дочери. Погасив тем самым и кредит сына.

Подруга Юлька снова покумекала-посчитала и кивнула – «В этом случае денег на взнос хватит!».

Но когда Плехов с подругой приехал смотреть «интересный вариант», то сначала, честно говоря, охренел. Предлагаемой ему квартирой был лофт в Пресненском районе столицы. Евгений уже немного ориентировался в ценах на жилье в городе, и понимал, что даже с учетом имеющихся у него денег на первоначальный взнос по кредиту, даже с размером возможного к получению… Как-то это все мелко и незначительно. Если рассуждать по ценам на такое жилье в данном районе.

Но Юлька заверила:

– Здесь вопрос не стоит о выплате полной рыночной стоимости этой площади владельцу. У него – немного другой интерес. Видишь ли, Женя… Этот человек выкупил по случаю не только эту квартиру, и даже не только помещения в этом здании. А несколько зданий сразу, понимаешь? Практически – целый квартал. Это же в прошлом – промышленные объекты, пусть и переоборудованные в различные жилые и нежилые помещения. И выкупил он это все не за рыночную стоимость. Ну, ты же сам знаешь, как это бывает – в процессе экономической деятельности одна группа… назовем их «товарищи», – Юлька продемонстрировала кавычки пальцами рук, – несколько заигралась. Серьезно так заигралась, уповая на близость к некоторым небожителям. А небожители… внезапно тоже чуток пошатнулись. И произошел передел собственности. Все как всегда! Теперь и небожителям прежде всего нужно думать о сохранении собственного статуса, пусть и несколько в усеченном варианте. А уж бывшим владельцам этих зданий на свободе бы остаться – и то хлеб! А то ведь можно уехать в края, где волков хорошо морозить, а то и вовсе… В общем, владелец поменялся, а один из представителей владельца… В общем, я попросила, там – подумали, и согласились! Не раздумывай! Надо брать, пока есть возможность. Тем более – через некоторое время можно будет продать с очень хорошей накруткой. Только сразу предупрежу – не сразу, а даже не через несколько лет. Там свои сложности и схемы. И основное условие – продажа только через согласование с владельцем. Люди не хотят пускать сюда кого-ни-попадя! Это их право.

– Юль… Это неликвид какой-то получается. И я же понимаю, что цена этой квартиры – это большие деньги, и даже не в рублях! – сомневался Плехов.

– Послушай! Тут есть ряд обстоятельств… Пока ты работаешь в нашей «конторе» – это раз! Пока я работаю в нашей «конторе» – это два! Пока у меня хорошие отношения с этими людьми…

– Ага-ага… пока у тебя хорошие отношения со мной, да? И сколько еще будет таких обстоятельств? – скептически покачал головой он.

– Нет, ну, Плехов, ты и козел! – возмутилась Юлька, – Что значит – пока у тебя хорошие отношения со мной? Ты что – расставаться со мной решил?

Тут Евгению пришлось обнять подругу и заверить ее, что у него и в мыслях не было, что она его не так поняла. Заверял небыстро, тщательно, нежно.

Тяжело дыша, подруга, прошептала:

– Пошли на второй этаж… там кровать есть.

Они сходили, посмотрели кровать. Хорошая, широкая и крепкая. Только немного мягковата. Но это уже – как посмотреть! Но в целом, и он, и она остались довольны – и кроватью, и процессом осмотра.

– Жень… ну чего ты, право-слово… Говорю же, все нормально. Даже если и решишь свалить от меня, и продать это великолепие… Тебе предложат выкуп. Или укажут покупателя, которому можно продать. Да в любом случае, ты ничего не потеряешь! Цены на квартиры в Москве растут как на дрожжах, а на такие квартиры – я бы сказала, что в геометрической прогрессии. Вложенные тобой деньги уже через пять лет будут такими, что обычную, но хорошую квартиру в любом районе Москвы купишь без проблем.

– Угу… все хорошо. А если ты решишь свалить от меня? Или эти, твои знакомые, на что-то вдруг обидятся? Не выставят меня отсюда без штанов? Или вообще – прикопают где-нибудь неподалеку.

– Ерунду какую-то говоришь… Чего бы я от тебя сваливала? Меня все устраивает.

– Да встретиться какой-нибудь принц на пути…

– Ой, да ладно тебе! А то ты меня не знаешь, да? Голова у меня есть, и я уже давно не восемнадцатилетняя дурочка. Или будешь спорить по этому поводу? – уставилась на него голая Юлька.

– Нет! Здесь полностью согласен! Голова – есть, и очень красивая, признаю. И губы на этой голове – очень умелые. И целовать их хочется всегда. Или как-нибудь по-другому использовать…

Юлька была и правда очень красива. Рост – на пару сантиметров выше ста семидесяти, с роскошной фигурой фитоняшки. Смуглая от природы – родом-то с Кубани, природа, однако! Густая грива иссиня-черных волос, что раскинулись сейчас по всей спине, и даже верх попы слегка закрывали. Глаза карие, разрез глаз, чуть намекающий на что-то азиатское…

«Это видно ее калмыцкие корни дают о себе знать! Она говорила как-то, что одна из прабабок была из степных красавиц!».

Губы чуть припухшие. Ну – тут уже, надо признаться, небольшой тюнинг. Но – в пределах разумного, не зная об этом – так и не поймешь, решишь, что от природы такие.

«Без перебора «оцифрованы» губы, красиво получилось! Также как и груди впрочем – чуть-чуть поправили. И сейчас эта «троечка» очень вызывающе стоит, манит большими сосками с коричневыми ореолами!».

– И меня ты полностью устраиваешь! – продолжила подруга, – А что? Красивый, умный, с чувством юмора. С тобой интересно, и не напряжно. Даже уютно! А если в кровати… тоже выше всяких похвал. Даже твоя блудливость придает пикантность.

– Да какая блудливость-то? – попытался возмутиться Плехов, но Юлька отмахнулась:

– Ой, перестань, а?! А то я не знаю вашу мужскую кобелиную натуру! У меня и братец младший такой же. И папаня… до сих пор – нет-нет, да налево поглядывает. Да и про тебя… Скажешь, что ты с этой Светкой не жулькался?

Плехов чуть слышно хмыкнул, не решаясь возражать по последнему заявлению. Не верил он в свои способности лицедея, врать не любил, и не умел. Предпочитал промолчать, чем пытаться ввести собеседника в заблуждение.

«Только вот про Светку – вряд ли она знает наверняка!».

– А если и нет, – продолжала Юлька, – То – дурак! Девка красивая, чего там. И я же видела не раз, что она в твою сторону неровно дышит. Так что… на мелкие проделки я смотрю сквозь пальцы. Как мне моя мама как-то сказала – «Не мыло, не сотрется!». Вот если я почувствую серьезные поползновения… Что мое – то мое, и его не замай!

«Подчас немного коробит ее циничность. Красивая, умная стерва!».

Плехов, несколько разраженный Юлькиной откровенностью, шлепнул ее по роскошной заднице, и спросил:

– А сама-то… блудливость в тебе отсутствует, что ли? Или не бывает у тебя моментов, когда похоть берет верх?

Юлька потянулась игриво и засмеялась:

– А у меня не успевает накапливаться желание! Тебе спасибо надо сказать. Я же говорю – в постели ты выше всяких похвал. И размер, и умение. Ты, похоже, уже успел изучить меня, поэтому очень вовремя умеешь быть то грубым, до боли… сладкой такой боли; то нежным до истомы. Вот ты губы мои умелые хвалил… А ведь и тебя язычок тоже не менее умелый. И пальцы нежные! А в командировках… ты же видел меня в командировках? Я же себя так умею поставить, что мужики меня стороной обходят. Сам же знаешь…