Текст книги "Я один вижу подсказки 17 (СИ)"

Автор книги: Son

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 14
Морозный волк

ТУНК. ТУНК. ТУНК.

Ритмичные удары топоров раздавались на окраине леса.

Двое лесорубов работали с двух сторон, со злостью вгрызаясь в ствол Железной Сосны.

Я сидел на снегу, руки и ноги гудели. Каждая мышца отзывалась по-своему: где-то больше, где-то меньше.

Думал, что второй день пройдёт легче, но я ошибся. Легче было только в одном плане: я уже знал, как всё устроено.

Где можно чуть придержать силы, где нужно выложиться до конца. Это знание давало лишь небольшое преимущество.

Лунк крикнул:

– Вставай! Твоя очередь.

Я встал, взял топор и подошёл к стволу.

ТУНК. ТУНК. ТУНК.

Я бил, не жалея ни рук, ни плеч. Пытался выплеснуть то раздражение, которое с утра появилось и не давало покоя.

Топор врезался в дерево, а я думал о том, что нужно было создавать не руническое копьё, а рунический топор.

Ещё вчера такая мысль возникала: помочь себе с рубкой деревьев. По сути, это одна из самых тяжёлых задач во всём племени.

Ночью я довольно сильно «сблизился» с Тотемом племени. Хоть вид у него и грозный, поведение было как у ребёнка.

Однако я понял другую вещь: сейчас Тотему было довольно комфортно, но у него не было роста. Для роста нужно больше деревьев. Сильный тотем – сильнее племя.

Рунический топор сильно бы помог в этом. С ним можно было не только сохранить силы дровосекам, но и увеличить поставки древесины минимум в два раза.

Идея казалась здравой. Однако я всё равно сделал копьё и не жалею. По крайней мере, с ним было в разы спокойнее.

В какой-то момент Лунк крикнул:

– Достаточно, отдыхай!

Я отступил в сторону. На моё место тут же встал один из мужиков, который с новыми силами застучал своим топором:

ТУНК. ТУНК. ТУНК.

Я сел на снег, положил топор рядом и смотрел на работающих мужиков. На самом деле ночной волк не давал покоя.

Охотники ушли, вокруг было тихо. Но мысли не отпускали: где сейчас волк? Выследили ли его? Сражаются? Если да, то сколько раненых? Сколько убитых?

В этот момент Книга Жизни и Смерти, лежащая на плече, шевельнулась. Вспорхнула и открылась перед лицом, перед глазами появились плотные строки текста.

Я начал читать. Чем больше читал, тем сильнее хмурился.

[Я сидел на снегу, отдыхал, когда вдруг увидел зелёное сияние. Оно было вокруг моей шеи.

Проклятие активировалось. Призрачный крокодил, обвившийся, как шарф, сдавил горло и негромко издал своё:

– ГРА.

У меня уже был неприятный опыт с этим проклятием. Оно призывало монстра, чтобы убить. Судя по всему, сейчас делало то же самое.

Я не знал, придёт ли зверь. Не знал, откликнется ли тот, кого призывают. Но взял копьё и предупредил остальных, так как считал это правильным.

Однако Лунк разозлился:

– Не неси чушь, парень. Тут никого нет!

Причина его злости была в том, что все и так на взводе. Мы рядом с лесом, ночью не спали, и все понимали, что опасное чудовище бродит где-то рядом.

А тут молодой и глупый накрутил себя и несёт какую-то чушь. Убедить их не вышло: я потратил бы слишком много времени, да и ничего бы это не дало – ни убежать им, ни помочь в бою.

Я знал, что рассчитывать нужно только на себя.

Со стороны пустоши появилось движение. Чисто-белый волк бежал по снегу, хромая на одну ногу.

Это он⁈

Крокодил на шее рычал всё быстрее: ГРААА – дразня зверя, указывая на меня. Волк видел только меня.

Я сглотнул.

Всё произошло быстро. Лунк не успел даже пикнуть. Я выставил копьё вперёд, у меня была только одна попытка.

Когда наконечник находился в двадцати сантиметрах от его головы, глаза волка блеснули белым светом. Он активировал магическую способность.

Мышцы мгновенно застыли. Нельзя было пошевелить ни рукой, ни ногой, ни шеей. Я даже открыть рот не смог, чтобы сказать остальным:

– Бегите!

Так как понимал, что будет дальше. Волк будет наслаждаться пиром.

Перед тем как он разорвал меня на части, я успел подумать только одно: откуда у него магическая способность?

✤ Конец истории ✤ ]

Я сидел и перечитывал отрывок ещё раз.

Проклятие, волк, магический взгляд и в конце смерть. Каждая деталь была важна, каждая требовала внимания.

Больше всего меня зацепило то, что не было указано в книге. Как будто тот «я» не владел Книгой Жизни и Смерти.

Он не знал, что придёт волк, у него не было предсказания о смерти. В этом был парадокс: если бы тот знал предсказание, то не умер бы. Тогда бы книга не активировалась для меня – и умер бы я.

Это как с парадоксом дедушки: логическое противоречие, при котором человек возвращается в прошлое и убивает своего дедушку до зачатия родителя. В таком случае он не родится, а значит, не сможет вернуться назад и убить своего дедушку.

То есть создаётся цикл противоречий.

Я думал об этом, когда вставал, когда взял копьё в руки и посмотрел в сторону пустоши.

Только тогда проклятие, которого я ждал, активировалось. Призрачный зелёный крокодил, обвивший шею, издал негромкое:

– Гра!

Почувствовав что-то, Лунк спросил:

– Что случилось?

– Ничего страшного, просто проявляю бдительность.

– Молодец, – буркнул тот, отвернувшись.

В стороне пустоши – снег, тишина и серое небо.

Я знал, что волк там, но всё равно его не видел. Белый зверь на белом снегу. Его природная маскировка довольно эффективна.

Только когда он подошёл достаточно близко, я увидел его: огромный белый волк, возвышающийся метра на три-четыре над землёй.

Правую переднюю лапу он держал поднятой, явно та до сих пор болела.

За моей спиной кто-то резко выдохнул.

– Это же то чудовище!

– БЕГИ! – рявкнул Лунк.

Он кричал не мне, а всем.

– Стоять.

– Алек, ты что, обезумел⁈ БЕГИ, ГОВОРЮ!

– Мы не убежим. Лучше стойте и смотрите. Сейчас всё кончится.

Лунк явно хотел ещё поспорить, но волк пугал до жути. Он остановился, что удивило меня, так как должен был атаковать стремительно.

Осторожничает?

Он принюхивался, опуская голову ниже. Белые глаза смотрели то на меня, то на копьё. Инстинкты явно говорили ему, что если он нападёт сейчас, то просто умрёт.

Благо проклятие не давало выбора.

– ГРА! – призрачный крокодил ревел громче, буквально заставляя волка заглушить инстинкты и напасть.

Волк принял решение. Задние лапы чуть согнулись, вес сместился вперёд. Он смотрел левее, будто показывая, куда бросится. Однако обманул и рванул вправо.

Даже с раненой лапой бросок был стремительным. Если бы он был здоров, я бы даже не успел среагировать.

Так как он был ранен, я успевал за ним. И тоже ринулся вправо, закрывая глаза.

Безумие? Ещё какое. Важность глаз в бою сложно переоценить. Когда видишь противника, то реагируешь и отвечаешь. Если ты слеп, ты мёртв.

Просто другого способа не попасть под действие навыка у меня не было. Я поставил всё на этот миг: ткнул копьём, но почувствовал лишь воздух.

Что? Где он?

Чутьё подсказывало, что он ушёл от атаки. Благо я не активировал руны, так как хотел сделать это только в момент прикосновения к телу.

Я открыл глаза, но взгляд опустил вниз на белые лапы. Он отступил назад, всё ещё сопротивляясь.

Тогда произошло то, чего я точно не ожидал: снова ожила Книга Жизни и Смерти:

[Мы снова и снова кружили в этом смертельном танце. Волк под влиянием проклятия атаковал, я же пытался вовремя прикрыть глаза и поймать его на контратаке.

Боже… я так сильно хотел убить этого волка…

Вот только нужного момента всё не было. Я знал, что моё копьё не всесильно, я знал, что волк силён и что если я просто активирую копьё, то оно запутает волка, но не убьёт.

А в чём тогда смысл?

Ноги начали тяжелеть, мои движения стали медленными. Я буквально не поспевал за выносливостью зверя.

Я вошёл в этот бой уже уставшим, а бой забирал последние силы. Волк, видимо, предвидел это – он же в этом был специалист: измотать добычу, а потом съесть.

Я даже не успел понять, когда он приблизился так быстро. Его чёрная пасть была идеальным моментом, чтобы засунуть туда копьё и убить, однако я прикрыл глаза и ударил.

Хруст.

Боль пришла мгновенно – левая кисть была откушена. Вот только мне уже было плевать: я активировал копьё.

Руны вспыхнули, из древка копья повелись толстые, будто живые корни. Они всё росли и стремительно всё обволакивали.

Корни не разбирают, кто свой, а кто чужой. У них нет глаз, нет разума – только цель расти и захватывать.

Они облепили и волка, и меня. Зверь рычал, я же кричал:

– А меня зачем?

Нас буквально занесло в один кокон, но если волк мог выдержать давление, то мои хрупкие кости – нет. Особенно неприятно было, как небольшой корень обвился вокруг горла и сжал.

Я умирал и думал:

«Где же я ошибся?»

✤ Конец истории ✤ ]

Я быстро прочитал текст и сразу понял где – моё желание убить волка было слишком маниакальным.

Ситуацию нужно оценивать трезво, а не со стороны, как бы совершить великий подвиг.

Решение принял быстро: отступил на шаг, перехватил копьё для броска и выкрикнул слова на древнем языке:

– 𐊪𐊜𐊴𐋊𐤈!

Копьё быстро полетело в сторону волка. Зверь быстро среагировал, поэтому копьё оказалось где-то в стороне от него.

Однако корни уже начали расти. Древко вспухло, тресну – сначала появился первый корень. Он как будто набирал силы: потолстел, стал темнее.

От него уже шли второй, третий и другие. Появлялись всё больше и расходились во все стороны, как живые щупальца.

Лунк, наблюдавший со стороны, выкрикнул:

– Мать честная… Что это такое?

Я же наблюдал за тем, как волка схватили за раненую лапу. Главный корень обвил лапу и пополз по телу – животу и спине. Второстепенные корни расползались во все стороны.

Морозный волк забыл обо всём: он грыз корни и резал их когтями. Следы оставлял глубокие, и в какой-то момент казалось, что у него действительно получится выбраться – пока он не упал.

ГРАРГХ!

Рёв ударил по ушам так, что мне захотелось закрыть их руками. Правда, всё длилось недолго: корни добрались до пасти, стянули челюсти, и рык превратился в придушенное, яростное рычание.

Огромный Морозный Волк лежал на снегу, опутанный не менее огромными корнями. С виду неподвижный и беспомощный, но при этом живой.

Белые глаза смотрели на меня с ненавистью, будто говоря: «Стоит мне вырваться – я разорву тебя…»

Я ему верил, так как у меня не было ни сил убить его, ни, в случае чего, остановить.

Я перевёл взгляд на отряд лесорубов, те общались между собой:

– Алекс сделал… пленил зверя!

– Победа?

– Кажется…

Пока они смотрели на Лунка, я сказал:

– У нас большие проблемы!

– Что?

– Я не знаю, сколько корни ещё смогут сдерживать эту тварь. Нам срочно нужно найти отца!

Глава 15
Безопасный

Корни держали Морозного Волка, но так не могло продолжаться долго. Руническое копьё было сделано из Железной Сосны, её игл и Сердечного Хлада Морозного Зайца. Все материалы первого ранга.

Вот только Морозный Волк – это второй ранг. Между первым и вторым – большая пропасть.

Корни сдавливали и удерживали, но порвать кожу и проникнуть внутрь, на это просто не хватало внутренней мощи.

Вот почему во время битвы мне так хотелось вогнать руническое копьё в пасть зверя. Тогда корни проникли бы внутрь. Слабость зверя наложилась бы на эффект рун, и результат был бы иным.

Потому было страшно наблюдать, как волк дёргался: в любой момент он всё же мог выбраться. Я же стоял и перебирал варианты.

Одна из идей – взять топоры, в одиннадцать рыл и попытаться расколоть волку голову. Как говорится: чего мелочиться? Чего бояться?

Однако я сразу же отбросил эту мысль в сторону. Мир суров: мы не Воины Тотема, мы Служители. Своими действиями мы только разозлили бы зверя.

Может, тогда бежать?

Добраться до племени или, ещё лучше, найти отца, вернуться с воинами и надеяться, что к тому моменту волк ещё не освободится.

Идея хорошая.

Но где искать отца?

Они вышли утром по следу зверя. Значит, рано или поздно они должны будут прийти сюда.

Я посмотрел в сторону пустоши, но ничего не было видно. Только снег, холмы и ледяные скалы, перекрывающие обзор.

Может, залезть повыше?

Я посмотрел вверх, где Железные Сосны уходили в небо. Оттуда вид был бы куда шире. Проблема только в том, чтобы туда добраться. Я перевёл взгляд на верёвку, лежащую в снегу.

План сложился сам собой:

– План меняется.

Лунк обернулся.

– Что?

– Я заберусь на сосну и осмотрюсь.

– Ты с ума сошёл? Если зверь может выбраться, то сейчас хороший шанс убраться отсюда. Как ты и сказал, нам нужно найти твоего отца и привести сюда!

– Я это и хочу сделать.

Объяснять ему очевидное не было смысла. Лунк и сам понимал, насколько важен Морозный Волк для племени.

Не только потому, что в нём мяса в три-четыре раза больше, но и потому, что это враг, которого нужно обязательно убить. Отпускать его, быть небрежными сейчас нельзя.

– Тогда что делать?

– Отправь в племя двоих, пусть позовут на помощь.

– Это можно.

Я уже шёл к подходящей сосне. Той, что была тонкой и высокой, без нижних веток.

Обмотал одну верёвку сверху и закрепил её на себе. Эта верёвка будет держать меня, чтобы я не упал.

Вторую верёвку обмотал снизу. Она нужна, чтобы подниматься ногами. За счёт того, что дерево шершавое и благодаря натяжению верёвки, эта конструкция позволит мне медленно подниматься.

То есть, когда натягивается одна верёвка, вторую можно ослабить и поднять выше. Проблемы тут тоже были: слишком толстый ствол, местами присутствовала ледяная корка.

Проклиная всех и вся, шаг за шагом я поднимался всё выше и выше, пока люди внизу не показались маленькими.

Лунк задрал голову вверх, остальные стояли рядом с ним. Стоит отдать им должное: мужики всё понимали – и опасность, и серьёзность ситуации, – но меня не бросили. Они осознанно оставались здесь.

Однако их разговоры были странными:

– Сорвётся же.

– Типун тебе на язык! – зашипел другой.

– А что? Я просто говорю, что нужно быть осторожным.

– Не говори под руку, сказано тебе!

– …

Я слышал, но не обращал внимания. Стоило добраться до первой ветки – я вцепился в неё руками и залез на неё. Там же закрепил третью верёвку, но уже длинную. Она нужна для быстрого спуска.

Высота была нормальной, но мне хотелось забраться ещё выше. Я сделал это по веткам, так было уже проще.

Чем выше я поднимался, тем больше открывалась мне пустошь: холмы опускались, линия горизонта отодвигалась.

Сначала я ничего не видел, но затем где-то вдали появились едва различимые маленькие чёрные точки. Если бы не белый снег, заметить их было бы невозможно.

Люди!

Я обрадовался, так как было понятно, что это две охотничьи команды во главе с вождём.

Судя по направлению, они немного заплутали, то есть не скоро доберутся до нас. Нужно было дать сигнал, потому я крикнул:

– Э-эй! Уууу!

Расстояние поглощало звук без остатка. Тогда я попытался махать руками, но я всего лишь маленькая точка на фоне тёмного леса.

Их я мог видеть из-за белого снега, а они меня – разве что если у них зрение, как у орла.

Снизу донёсся опасный звук:

ГРАРГХ!

Низкий рык зверя, который набирал силы. Из-за этого я почувствовал себя беспомощным: видеть помощь и не смочь её позвать.

Теперь я понимаю, как чувствуют себя люди на необитаемом острове. Они видят корабль, но возможности сообщить о себе, привлечь внимание просто нет.

Когда я думал над следующим шагом, одна из точек сорвалась с места. Сначала подумал, что это случайность, но человек явно выбрал направление прямо ко мне.

Следом за ним сорвалась с места остальная колонна. Их движение дало мне такой адреналин, словно лучик надежды в тёмную ночь.

Кто же это?

Я пытался разглядеть: хотелось узнать, кто это такой глазастый. Воины Тотема бежали быстро, и вскоре я увидел, что это Рокт.

Лучший следопыт племени полностью оправдывал своё звание. Пока остальные не видели ничего, он увидел меня.

Маленькую тёмную точку на фоне леса, на вершине Железной Сосны. Увидел, понял, принял решение и повёл всех за собой.

Довольный, я начал спускаться вниз по веткам. Добрался до верёвки, зацепился за неё и начал спускаться вниз.

К тому моменту, когда ноги коснулись земли, охотники преодолели уже большую часть расстояния.

Я видел, как Бран вырвался вперёд. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять ситуацию: опутанный корнями волк, лесорубы с топорами, я, слезающий с дерева.

Зверь при виде вождя вдруг мобилизовал все силы разом. Корни затрещали, он дёрнулся с такой яростью, что несколько толстых корней лопнули.

– ТЫ, ТВАРЬ!

Бран закричал и ринулся к нему. Пламя вспыхнуло, окутывая его фигуру целиком, с ног до головы.

Я почувствовал жар на лице, но всё равно смотрел, не отрываясь. Увидеть демонстрацию силы Воина Тотема 4 уровня – не каждый мог себе позволить.

Его правое плечо и рука светились ярче обычного. Несмотря на то, что под шкурами этого не было видно, я понимал: там находилась Метка Тотема.

Эта сила передалась в железный наконечник копья, раскаляя его докрасна. Бран прыгнул и сделал выпад такой силы, что пытавшегося встать волка с новой мощью пригвоздило к земле.

БАХ!

Раскалённый наконечник вошёл в шею зверя и прошёл насквозь. В том месте, где он вышел, осталась огромная рваная дыра: чёрные кости, белое мясо и синяя кровь.

Выглядело это жутко, особенно когда содержимое начало вываливаться наружу.

Поведение волка тоже изменилось: от злобы и ярости ничего не осталось, теперь это был всего лишь умирающий зверь.

Он не мог встать, только дышать и скулить. Несколько раз его лапы дёргались, будто в судорогах, но вскоре всё затихло.

В этом моменте было что-то напряжённое. Не жалость к зверю, а что-то большее – чувство, когда опасный зверь стал безопасным.

– Фух…

Я молчал и смотрел на отца. Пламя вокруг него угасло так же быстро, как и появилось.

Бран стоял над мёртвым волком, и я смотрел на него с чувством выполненного долга.

Я же подметил разницу: мне приходилось думать, придумывать тактику и мастерить руническое копьё.

Выжимать из ситуации всё, что можно. Бран пришёл и закончил всё одним ударом. Понятно, что убить уже связанного волка проще, чем драться с ним в открытую.

Но дело было не в этом, а в том, что мне нужно тоже стать Воином Тотема. Я решил, что попрошу его нарушить табу и обучить меня.

Однако отец не смотрел на меня, он обратился к Лунку:

– Что здесь произошло?

Тот помедлил:

– Ну… Всё началось с того…

Говорил Лунк спокойно, как человек, привыкший излагать факты.

Он рассказал, что зверь появился со стороны пустоши. Алек (я) почувствовал его первым и занял позицию. Сражался один, без чьей-либо помощи. Когда бросил копьё, из него выросли корни, которые пленили волка. Потом залез на дерево, чтобы дать сигнал охотникам.

Из рассказа Лунка выходило так, что вся заслуга – моя. Остальные просто стояли и смотрели. Что, в общем-то, соответствовало действительности.

– …

Я же не произнёс ни слова. Врываться в разговор двух взрослых со своим мнением, только ухудшить ситуацию.

Красноречивее за меня скажут другие. Если бы я сам говорил о своих действиях, то во мне усомнились бы и, быть может, даже посмеялись, посчитали бы пустословом.

Особенно если у отца уже сложился определённый образ сына: ненадёжный, слабый и безответственный.

Если бы не Лунк – уважаемый человек племени, которому верят безоговорочно, – то Бран бы не поверил.

Вождь слушал и одновременно осматривал поле битвы: следы, затем самого волка, точнее странные корни, и, очевидно, он увидел древко того копья, которое ещё с утра назвал палкой.

– Хм…

Он хмыкнул, выпрямился, посмотрел мне в глаза и спросил:

– Как тебе удалось это сделать?

Нужно было понять суть вопроса: ему не нужно было повторение слов Лунка.

Он спрашивал: откуда у шестнадцатилетнего парня такие навыки? Как он смог сделать копьё? Откуда такая выдержка в бою? Откуда такая смекалка? Ты вообще мой сын?

Моё поведение вчера и так вызывало много вопросов. Сегодняшние странности только усилились, и я чувствовал, что нужно объясниться. Скрывать столь разительное изменение личности было бессмысленно.

Я вздохнул:

– Да… Прости, отец, что не рассказал вчера сразу…

– …

– Вчера ночью у меня разболелась голова. Эта боль появилась из-за того, что начали возникать какие-то воспоминания…

Слушающие были в шоке.

– Воспоминания какого-то человека, ремесленника. Он каждый день что-то мастерил: оружие, щиты и доспехи. Различные артефакты, с помощью своих навыков придавая материалам форму и высвобождая их свойства.

– …

– Я терял часть своих воспоминаний, но взамен получил часть чужих. В какой-то момент даже начал путаться, где я, а где другой.

– …

– Я боялся сказать правду. Что племя не примет меня таким – ущербным. И всё же я считал эти знания полезными для племени, потому решил, что лучше не рассказывать, а показать.

– …

Моя история была наполовину выдумкой, наполовину правдой. Просто я старался подать её так, будто прежний хозяин тела сохранил свою душу, но под воздействием воспоминаний изменился.

Если бы я сказал правду – что прошлый Алек мёртв, а на его месте совершенно другой человек, – уверен, Брану это не понравилось бы. А так это звучало как некое благословение.

Когда я закончил, повисло неловкое молчание. Будто они были готовы услышать что угодно, только не это.

Только Рокт произнёс:

– Неужели это легендарная реинкарнация?