Текст книги "Я один вижу подсказки 17 (СИ)"

Автор книги: Son

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 34
Парящий камень

С того дня прошло семь охот. Между каждой охотой был день отдыха, что в итоге вылилось в четырнадцать дней.

Каждая охота была разной. Иногда нам удавалось самим выследить одного волка, иногда двух.

Но чаще всего роли менялись: мы были добычей, а волки – охотниками. Нас это устраивало по той причине, что волки не убегали, а приходили сами.

Для Морозных Волков наша команда была просто ходячими кусками мяса. Понятное дело, что очень быстро мы их в этом переубеждали, но мёртвым было уже всё равно.

Из-за большого количества охот можно было уже выявить одну закономерность, которая раньше бы показалась нелогичной.

Книга Жизни и Смерти активировалась не на каждой охоте. Можно было бы предположить, что, когда та активировалась, значит ситуация была смертельно опасной, а когда молчит – значит было безопасно.

НИЧЕГО ПОДОБНОГО!

Всё было ровно наоборот. Когда Книга открывалась, то охота становилась лёгкой.

Я знал, откуда придут волки и сколько их будет. Успевал подготовиться, выстроить контратаку, рассказать людям. Всё шло по плану, потому что план вообще существовал.

Когда же Книга молчала и нам попадался одиночка или пара волков без предупреждения, вот тогда начинались сложности.

Те были непредсказуемы и быстры. В такие моменты кто-то всегда получал ранения. Благо, что не серьёзные, но кто-то либо падал, кого-то царапали или даже пытались укусить.

Впрочем, охотники с каждым разом становились лучше. Страх уходил, появлялась уверенность и спокойствие в бою, что сильно решало.

…

Сегодняшняя охота не задалась с самого начала.

Мы уже долго шли по лесу. Следы читались плохо, запахи путались, ветер менял направление. Волков тоже не было. Ни тех, что мы искали, ни тех, что искали нас.

Настроение в группе медленно портилось.

Понятное дело, что мы за восемь охот не выловили всех волков – это исключено. В глубине леса ходили стаи по пять, по десять особей.

Просто при малейшем намёке на их след, запах или даже чуть примятый снег мы сразу же разворачивались и как можно быстрее убегали.

Так как ни у кого не было уверенности, что мы с ними справимся. Даже у меня, человека, владеющего Книгой Жизни и Смерти.

Потому я шёл в середине группы и думал, что мы уйдём сегодня ни с чем. Первый раз за две недели, потому было как-то неприятно.

В тот момент шедший первым Рокт поднял руку и сжал кулак. Все мгновенно замерли. Снег под ногами перестал скрипеть, дыхание стало тише, только ветер двигал ветвями.

Я показал жестами:

«Что случилось?»

Рокт ответил медленно:

«Если хочешь, то можешь тихо подойти и посмотреть на Морозного Оленя!»

Я едва не выпрыгнул из штанов от радости. Остальные же не разделяли моего настроения, кто-то даже скривился.

Всё потому, что Морозный Олень попадался нам уже дважды, и оба раза без проблем уходил.

Олень не волк, он не будет бросаться на нас, чтобы сожрать. Поведением он был схож с Морозным Зайцем: травоядный, пугливый, и ноги у него работали быстро.

Я медленно двинулся к Рокту, перемещая стопу с пятки на носок, стараясь не скрипеть снегом.

Ужасно то, что лес в этом районе был плохим. Тут было множество оврагов, пещер, холмов, каких-то нагромождённых камней и иногда поваленных деревьев.

Морозные Твари любили такие места, так как они днём спят, а ночью охотятся. Потому, быть может, где-то рядом должны они прятаться.

Я поднялся к Рокту и выглянул из-за холма. Там, где-то вдалеке, между деревьями стоял олень.

Он не двигался, но морду повернул в нашу сторону, явно заметил нас и присматривался к неизвестным существам.

Большие рога торчали над снегом, как ветви мёртвого дерева. Если сравнивать с заячьими, то те были крохотными, а эти – большие и широкие.

Сам олень был крупным, на глаз в три-четыре раза больше волка. Густой, плотный мех делал его массивным, даже толстым.

Морда интересная и любопытная, смотрел он на нас внимательно. Он был таким красивым, что мне даже на мгновение стало его жалко.

С другой стороны, племя нужно кормить!

Отбросив свою соплежуйскую сторону, я сжал копьё и начал в голове искать способ, как бы эту любопытную тварь приманить, а после окружить.

Олень посмотрел на меня ещё пару мгновений, словно читая мои мысли, после чего развернулся и за три прыжка исчез между деревьями.

Я даже моргнуть не успел. Его скорость была в пять, а может, даже в шесть раз быстрее, чем у зайца. Просто белая масса сначала была, а затем исчезла.

Рокт повернулся ко мне, видимо услышав мой вздох, и сказал со смехом:

– Что вздыхаешь? Мы всё равно его бы не поймали.

– Может, да, а может, и нет. Но я когда-нибудь его обязательно поймаю и попробую на вкус. Эту дикую оленину!

– Хороший настрой, – раздался с другого бока голос Брана. – Только не сегодня. Видимо, Боги сегодня нам не благоволят, мы остаёмся без добычи.

А дальше он дал всем приказ:

– Разворачиваемся. Мы уходим домой!

Получив приказ, охотники уже начали разворачиваться по своим следам, чтобы вернуться в племя. У меня же было другое мнение:

– Уже сейчас? Время же ещё есть!

– Я изначально говорил, что мы не будем переходить через метку. Мы как раз близко к ней.

Он произносил слово «метка», а не «парящий камень», что было хитро с его стороны. Как будто если не называть вещи своими именами, то я забуду, о чём идёт речь.

Я не такой!

За восемь охот мы ни разу не доходили до него. Всегда что-то случалось, мешало, в основном волки.

Сейчас же их не было, мы подошли достаточно близко к парящему камню. По мне, данную ситуацию можно было назвать хорошим шансом для того, чтобы утолить своё любопытство.

– Давайте посмотрим!

– Нет.

– Тогда вы идите, я догоню.

Бран долго выдохнул. Ему явно не хотелось идти туда, но отпустить меня одного он тоже не мог. Потому ответил:

– Ладно. Мы сходим и посмотрим, только осторожно.

Я обрадовался:

– Конечно. Когда было иначе?

Вообще, не только я оживился, но и другие. Можно подумать, что любопытный здесь только я. Но парящий камень видели единицы, потому данный шанс был для всех возможностью увеличить свой кругозор.

…

Рокт повёл нас глубже в лес, чуть левее от того места, куда ушёл олень.

Мы шли ещё минут двадцать. Нам мешали ямы, деревья и снег. В лесу было довольно холодно, и потому нам приходилось больше тратить огненной энергии для своего согревания.

В какой-то момент я вообще поймал какое-то странное чувство неизвестного страха.

Данное чувство было не моим, оно как будто было разлито вокруг, потому можно сказать, что оно было навязано мне.

Остальные чувствовали то же самое. Я видел, как охотники общались друг с другом.

«Может, уйдём?»

«Нет!»

Бран показал жестом, попытавшись всех успокоить:

«Не бойтесь, это давление исходит от парящего камня».

Его слова только усилили моё желание увидеть данный камень. Впрочем, очень скоро я увидел между деревьями проявившийся силуэт.

Сначала просто тёмная масса, очертания которой с каждым шагом только проявлялись. Вскоре та превратилась в большую серую скалу с неровными краями. Только она не стояла на земле, а парила в воздухе.

Я смотрел и не мог сразу найти слова. Мы подходили ближе, и с каждым шагом «камень» становился больше. Я покосился на Брана.

И это ты называешь камнем?

Я не стал произносить эти слова вслух. Мы вышли на опушку, где скала нависла, там не росли деревья.

Видимо, скала, испускавшая ауру страха, отпугивала не только живых существ, но и деревья, чтобы они не росли вокруг неё.

Я стоял уже более внимательно. Форма скалы была случайной, будто кто-то взял произвольный кусок горы, оторвал и оставил висеть.

Но на ней были надписи!

Чёрные «иероглифы» на сером фоне. Какая-то незнакомая письменность чужой цивилизации, которую никто не мог прочитать.

У нашего племени была своя письменность, что передавалась через Тотем, потому я мог отличить наш текст от чужого текста.

В голове сразу же всплыл аргумент Уильяма Пейли:

«Если ты найдёшь в лесу камень, то можешь решить, что он просто лежал там. Но если найдёшь часы, то ты поймёшь, что их кто-то создал».

Я был с ним согласен. С одной поправкой: этот «камень» тоже был слишком сложным для случайности.

Парящая скала с неизвестными надписями, которая испускает давление, отпугивающее всё живое поблизости.

Природа так не работает. Его точно кто-то создал. Только вот два вопроса появились сразу: кем создан и для чего?

Я сделал шаг вперёд.

Топ.

Нужно подойти ближе. Чтобы осмотреть, а лучше дотронуться, чтобы провести «идентификацию». Может, я не смогу узнать всё о нём, но, по крайней мере, заложенные свойства материала – этого будет достаточно, чтобы сделать выводы.

В этот момент огромная рука схватила меня за локоть.

– СТОЙ!

Конечно, это был отец.

– Что ещё?

– Дальше не ходи.

– Почему?

– Посмотри вокруг!

До этого момента я смотрел только на скалу, не обращая внимания ни на что вокруг. Что было зря, так как, осмотрев опушку, я заметил другие «странности».

Для начала деревья с другой стороны были помечены чьими-то огромными когтями. Кора была разорвана, ветки сломаны, деревья изуродованы.

Я сразу понял, что это дело рук (точнее лап) Морозного Медведя! Отец рассказывал о нём, предупреждал, и хоть мы его ни разу не видели, но понять заложенный смысл можно было сразу – медведь говорит всем:

«Не приближайтесь, дальше идёт моя территория!»

Но это также значит, что Морозный Медведь тоже выделил данное место и не подходит к нему.

Потому я посмел предположить, что к данному камню нельзя подойти. Что давление, что от него исходит, будет только усиливаться. Я не знал точно, потому спросил:

– Так ли это?

Бран кивнул.

– Чем ближе подходишь, тем сильнее давление. В какой-то момент начинается головная боль. Человек теряет сознание, а после умирает.

– Ты пробовал?

– Я нет, но другие да. Может, и не заметно, но под снегом должно быть множество костей. Некоторые из них принадлежат нашим соплеменникам.

– …

– Потому не обманывайся внешней красотой, этот камень в племени – табу.

Я не стал комментировать эти слова, так как ярлыки племени для меня ничего не значат.

Они понимали, что камень скрывает секрет, пытались его разгадать, а так как не получалось, то решили не пробовать.

Понять их можно, но я-то другой. Потому я всё же сказал то, что хотел:

– Я попробую.

Прежде чем услышать нравоучения отца, заверил:

– Не переживай. Со мной всё будет хорошо, по крайней мере я не умру!

После чего я, не дожидаясь ответа, спрыгнул и пошёл навстречу к скале.

Давление постепенно начало усиливаться, как будто воздух вокруг стал густым, и эта густота с каждым шагом усиливалась.

Помимо этого, сильное давление оказывалось на ментальную часть. Появился чей-то осязаемый голос, я не мог разобрать: он не был ни мужским, ни женским, но говорил:

«Не подходи! Не подходи! Не подходи!»

Только я не слушал:

Топ. Топ. Топ.

Краем глаза я иногда поглядывал на Книгу Жизни и Смерти. Пока та молчала, я продолжал идти.

Однако я ожидал увидеть подсказку. Впрочем, вскоре та действительно появилась. Страницы зашелестели прямо перед глазами, текст проступил на белом фоне.

Появилась?

Я сразу же остановился, чтобы прочитать текст.

Глава 35
Давление

Текст подсказки был таким:

[Я сделал пару шагов вперёд, снег скрипел под ногами:

Скрип. Скрип.

Давление усилилось. Я почувствовал себя плохо, хотелось отступить.

Мне почему-то показалось это каким-то испытанием, где с помощью давления проверяют силу духа и крепость тела.

Понятное дело, что глупо так думать. Я шёл вперёд не для того, чтобы проверить себя, я шёл для того, чтобы возникла подсказка в Книге Жизни и Смерти.]

Что?

Я прервал чтение подсказки на этом моменте, так как очень сильно удивился.

«Этот человек» впервые проявил такую осознанность. Я не могу сказать, что он буквально понял, что находится на страницах Книги, но по крайней мере видна цель: он идёт на смерть, чтобы оставить мне подсказку.

Я продолжил читать:

[Несмотря на усиливающуюся боль в голове и помутнение в глазах, я концентрировался лишь на одном, чтобы шаги не прекращались.

Скрип. Скрип.

Сначала кровь пошла из носа, я вытер её. Тогда я ещё мог что-то слышать, Бран крикнул:

– Хватит, сын, не нужно идти дальше!

Я не ответил, так как мне было жаль его. Наблюдать, как сын с каким-то безумным упорством идёт на смерть.

Мне было тяжело объяснить ему, что это часть плана и что всё находится под контролем.

В какой-то момент я перестал слышать, из ушей уже текла кровь, то же самое с глазами.

Я просто осознал, что лежу на снегу, уже никуда не иду, и что лицо было в снегу, я чувствовал, как оно замерзает.

Я не дошёл до парящей скалы даже близко, оставалось метров десять-пятнадцать. Излучаемое давление было слишком сильным, оно уничтожило меня буквально за десяток шагов.

Надеюсь, моя смерть не пойдёт даром, и ты сделаешь выводы, что идти напрямую – глупо.

Быть может, поле неравномерно? Может, с другой стороны оно слабее? Обязательно проверь.

✤ Конец истории ✤ ]

Первые пару минут я стоял и не двигался, пытаясь всё осмыслить. Я был в полном шоке.

«Этот человек», который умер, до последней секунды думал о том, чтобы оставить полезную зацепку.

Раньше такого не было. Смерти были случайными, порой даже нелепыми.

Хотя, если подумать чуть больше, то ответ был очевидным. По всей видимости, множество смертей (их было больше трехсот), моё понимание и взаимодействие с Книгой Жизни и Смерти вышло на новый уровень.

Всё началось во время тренировок, когда я осознанно культивировал энергию так, чтобы в конечном счёте умереть.

Не остаться калекой, а именно получить серьёзную травму, несовместимую с жизнью.

В тот момент это казалось просто неким методом, чтобы получить подсказки. Однако всё это вылилось в такие большие изменения.

Главное, нужно понять, что книга не изменилась, она осталась прежней. Вот только я уже другой.

Я как будто перестал бояться смерти и стал очень рискованным. Конечно, быть таким просто, когда знаешь, что твоя «смерть» по итогу превратится лишь в страницу книги.

То есть смерть перестаёт быть смертью, так как никто же не умирает. Потому я не удивлён, что моё сознание перестроилось.

Это меняло абсолютно всё!

…

Я отбросил лишние мысли и сосредоточился на парящей скале. Понятно, что идти напрямую – плохой вариант.

Нужен другой подход, и первое, что пришло в голову – сделать подкоп. Земля может служить защитой от давления. Если по поверхности не пройти, то под землёй должно получиться.

В таком подходе была и проблема: ведь мёрзлую землю, даже если вся охотничья команда возьмётся за лопаты, мы будем рыть месяц, а может, даже больше.

И это при условии, что давление под землёй вообще слабее, что нельзя было бы гарантировать. Быть может, оно такое же, а может, даже хуже.

Я не знал, это нужно будет проверить. Однако прежде чем переходить к такому трудоёмкому варианту, нужно было проверить ту зацепку, что была указана в подсказке.

Мне верилось с трудом, что «поле давления», оказываемое парящей скалой, может быть неравномерным. Так как ощущается оно довольно равномерно, но предыдущий опыт подсказывал, что в любой идеальной защите должны быть слабые места.

Быть может, у меня нет сейчас навыка «Всеведущий», который подскажет, но по крайней мере я мог сам пораскинуть мозгами и, если нужно, проверить всё с помощью Книги Жизни и Смерти.

Думая так, я начал осматривать рельеф по периметру. С левой стороны нашёлся небольшой холмик, занесённый снегом.

То ли земля, то ли камень, то ли ещё что-то. Понять было сложно, так как в лесу таких навалом. Главное, что расположение было довольно удачным.

Я обошёл парящий камень по широкой дуге, затем лёг на снег и пополз к холмику.

Локти в сторону, голова и жопа низко, как у спецназовца, только в тёплой меховой одежде, а за спиной – деревянное копьё.

Со стороны, наверное, выглядело не очень, но самого давления я практически не ощущал. Что ещё было лучше – это то, что книга молчала.

Я добрался до холмика и спрятался за ним. Вообще, я был довольно близко к парящей скале.

Если в «прошлый раз» я умер в десяти-пятнадцати метрах от неё, то сейчас я был уже в десяти, но зато живой и здоровый.

Одна проблема: холмик укрывал меня от давления, но это означало, что стоит выйти – давление вокруг него будет в разы сильнее и плотнее.

Я был уверен, что стоит высунуть голову, как Книга обязательно откроется. Выбора как такового не было, мне обязательно нужно выходить и смотреть, можно ли как-то отсюда выбраться или этот путь тупиковый.

Я набрал воздуху побольше в лёгкие и поднялся. Где-то на середине пути книга открылась, поэтому я сразу же сел назад, чтобы прочитать, что из этого вышло:

[Стоило подняться, давление сразу навалилось с большой силой. Я не стал медлить и побежал вперёд.

– ААААА!

Со стороны, наверное, выглядело ужасно. Я бежал и кричал, то ли от боли, то ли потому что крик придавал сил.

Ноги заплетались, я шатался как человек, который сильно перепил. Сделав три шага, я упал на левую сторону.

Что? Тут давление было заметно меньше!

Однако я понимал, что смогу выжить, но тело было в ужасном состоянии.

На полное восстановление уйдут месяцы. Самый главный страх, остаться калекой, как будто воплощался в жизнь.

Нет. Я не могу!

Сквозь боль я поднялся и пошёл в то место, где давление было больше всего.

Надеюсь, ты понял, что идти нужно с левой стороны. Там безопасно!

✤ Конец истории ✤ ]

Брр.

Мурашки прошли по спине, читать такое было реально тяжело.

Человека, который вот так осознанно бросается в сторону наибольшего давления, с пониманием, что идёт умирать, – это не укладывалось в голове легко.

Впрочем, также было понимание, что его жертва не должна пропасть даром. По крайней мере он сделал довольно важное открытие, что левая сторона – безопасна.

Там давление слабое!

Я не стал подниматься в полный рост, как сделал изначально. Так же ползком с левой стороны холмика, медленно, прижимаясь к земле.

Что?

Я думал, что будет давление, по крайней мере чуть-чуть, однако его не было вообще никакого.

Как такое возможно?

Сантиметр за сантиметром я двигался вперёд. Скала всё сильнее нависала сверху.

Я добрался?

Для меня это было удивительно, по той причине, что это было довольно просто.

Я встал, выпрямился и был очень близко к серому камню. Можно сказать, что теперь скала заслоняла собой всё вокруг.

Но я не спешил что-то делать, трогать или ещё что-то. Хоть цель была так близка, я всё равно оглянулся назад, чтобы посмотреть на своих.

Они смотрели на меня с таким выражением, будто я опять сделал нечто невероятное.

Бран, набрав воздух в лёгкие, громко крикнул:

– ВСЁ НОРМАЛЬНО?

– Да!

Чтобы те не переживали, я радостно помахал им. Те подхватили мой энтузиазм и так же довольные помахали обратно.

Я им крикнул:

– Стойте там!

Я не знал, что могло случиться, но чтобы ни случилось, лучше бы, чтобы они не пытались повторить мой путь.

Со стороны он казался довольно лёгким, но всё равно лучше не рисковать.

Я вытянул руку, чтобы коснуться поверхности скалы. Всё, что мне хотелось, – это считать свойства камня в надежде как-то использовать его для крафта.

Ладонь коснулась серого камня, он был довольно плотным. Первое время ничего не было – первые три-четыре секунды.

Затем на поверхности скалы мгновенно появилась небольшая дыра. Тёмный круг, который начал быстро вращаться, втягивая в себя воздух, снег, всё вокруг.

Маленький водоворот, который за долю секунды стал больше. Его края крутились, темнота внутри была абсолютной.

Я успел подумать ровно одну мысль:

«Ааа… что за жесть?»

Появилась сила притяжения, как будто огромная ладонь возникла, схватила и вырывала меня отсюда – и засосало внутрь.

* * *

От лица Брана

Вождь наблюдал за сыном. Стоял в стороне и с трудом понимал происходящее.

«Мне всё сложнее стало понимать сына!»

Бран понимал его мотивацию: что новый материал, что он был рядом и что его нужно изучить.

Всё же его сын обладал неведанными знаниями, которые не были доступны ему. Просто иногда хотелось спросить:

«А риск того точно стоит?»

Всё же бросаться каждый раз куда-то в самое пекло – такое поведение может плохо кончиться.

Единственное, что останавливало от того, чтобы постоянно контролировать сына, – это большее доверие. И даже в некоторой степени надежда на то, что всё будет хорошо.

Однако сейчас дело пахло бедой:

«Его засосало внутрь?»

Первым порывом Брана было броситься вперёд. Потому он даже сделал несколько шагов вперёд.

Это как сравнивать: человек, плавающий в реке, вдруг начал тонуть, и, конечно, первое желание – это пойти на помощь, достать из воды и спасти.

Вот только, сделав один шаг, пришло осознание, что водой тут и не пахнет. В том плане, что данную ситуацию лучше сравнить с тем, что человек упал в бездну.

И прыгай, не прыгай – всё равно не спасти. То есть ситуация была безнадёжной.

Бран поднял руку, призывая и себя, и других:

– Остановитесь!

Несмотря на то, что в голове появлялись различные ужасные картины. Одна хуже другой, где его сына разрывают на части и где он умирает самой мучительной смертью.

Рокт спросил:

– Что будем делать?

– Стоять. Ждать.

– Чего ждать?

– Когда он выйдет.

Рокт помолчал секунду и кивнул.

– Понял. Ждём.

Сын же сказал им «стойте там», видимо, он изначально предполагал, что такое случится. В какой-то мере такие мысли успокаивали Брана.

Единственная проблема, что время не было бесконечным, оно было ограниченным.

Всё же они могли подождать ещё часов семь-восемь, до вечера. Однако перед наступлением ночи им обязательно нужно будет уйти.

Никто не произнёс этого вслух. Все просто надеялись, что Алек к тому времени вернётся.

…

Ждать пришлось долго. Где-то через два часа после исчезновения сына не было от него ни слуху ни духу.

И без того страшную ситуацию обострил доносившийся громкий звук из глубины леса.

– ГРЫЫЫЫЫЫ!

Рык был таким сильным, что буквально бил по ушам, заставляя охотников инстинктивно пригнуться, чтобы казаться меньше.

Так волки не воют. Всем было понятно, что этот рык издал Морозный Медведь.

Бран сразу же встал перед тяжёлым решением:

«Уходить или нет⁈»