Текст книги "Я один вижу подсказки 17 (СИ)"

Автор книги: Son

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11
Ночь страха

Пронзительный вой раздался без предупреждения. Он вошёл в уши и прошёлся по всему телу.

Я знал, как воют волки, – этот же был примерно таким же. Однако в нём слышались сила, голод и что-то большое.

Воображение уже рисовало волка размером с гору, с пастью, в которой могли поместиться десять человек.

От этого сердце сжалось. То ли из-за того, что я был сонный, то ли из-за слабости тела – я почувствовал сильный страх.

Я не успел осмыслить свои чувства, как вокруг уже слышались движения. Стоило приоткрыть глаза, как Воины Тотема уже действовали. Разом встали, схватили копья и побежали, растворяясь в тёмном проёме выхода.

Куда это они?

Последнее, чего хотелось делать, – это продолжать лежать и чего-то ждать. Потому я встал и пошёл за ними.

– Ты куда?

– Я лишь посмотрю.

– Не нужно. Останься здесь!

Я не стал больше слушать других – ушёл, никто не пошёл следом. Вошёл в тёмный коридор, медленно, не топая громко, поднялся выше, почти к самому выходу.

Все Воины Тотема были здесь. Когда я подошёл, один из них повернулся, поднёс палец к губам, словно говоря: «Ни слова». Я понял, коротко кивнул, но не стал уходить.

Сначала все стояли, просто слушали, затем Воины Тотема начали перешёптываться:

– Морозные Твари активны ночью.

– Да.

– Но не настолько же! Раньше никто не подходил так близко!

– Ты не слышал? В его вое слышалась боль.

– Точно. Может, попал в одну из наших ям?

– Но раньше никто не попадал!

Я слушал и помнил, как ещё днём оставил чашку с Сердечным Хладом над ловушкой.

Служители Тотема годами так делали, потому происходящее не может быть из-за меня.

Слишком самонадеянно думать, что одно маленькое действие привело к такому большому результату.

Воины продолжали говорить:

– Он придёт сюда?

– Вряд ли. Тотем отпугивает Морозных Тварей. Он не посмеет подойти близко.

– Тогда что делаем?

Ситуация была тупиковой. Они не могли выйти, так как сейчас ночь – Морозный Яд убьёт их.

Они даже не могли оттолкнуть в сторону валун и посмотреть на зверя. Зверь же не мог подойти близко из-за страха, который он инстинктивно испытывал перед Тотемом.

Всё, что они могли делать, – это ждать и слушать. Было слышно, как кто-то топал снаружи пещеры.

– Жив?

– Да.

Ловушка явно не могла убить существо, но ранить – могла. Это было слышно по неаккуратному топоту: ему явно было больно. Быть может, он даже хромал на одну лапу.

Больше всего напрягал звук дыхания – не прямо как у собаки, но что-то похожее. Язык высунут, дыхание тяжёлое.

Оно то усиливалось, то отдалялось. Явно он что-то вынюхивал, даже больше. Бран сказал:

– Он учуял наш запах.

Это означало, что теперь у Морозной Твари была мотивация прийти сюда. В нём сейчас было две эмоции: одна – страх перед Тотемом, вторая – голод. Они боролись друг с другом, и Воины надеялись, что страх всё же победит.

Шорох! Шорох! Шорох!

Послышался звук копания. Когти скребли по мёрзлой земле. Тварь закапывала поверхность, то ли что-то замышляя, то ли от безысходности.

Мурашки прошли по спине, я видел, как Воины Тотема сильнее сжали копья.

Я отступил на шаг. Мне было страшно, но не из-за того, что волк пугал, а из-за того, что у меня не было ни одного козыря.

Если оно ворвётся внутрь, то единственный исход событий – я просто умру. Однако я покосился на Книгу Жизни и Смерти: та пока молчала, но кто знает, когда придёт предсказание о смерти.

Поэтому я медленно начал отступать назад, с каждым шагом выходя из коридора. Зачем? Я знал, что делать – мне нужно создать оружие!

* * *

Люди не спали. Как только я вышел из коридора, десятки глаз уставились на меня.

Матери прижимали детей к себе, гладили по головам, что-то шептали.

Для некоторых это помогало, другие же были слишком напуганы и не переставали тихо плакать.

Меня спросили:

– Ну что там?

– Всё хорошо. Воины Тотема держат ситуацию под контролем, – соврал я.

Когда я шёл через всю пещеру, то думал, что делать что-то под таким количеством глаз было неприятно. Впрочем, выбора не было – пришлось смириться.

Стойка с оружием была на треть пуста. Мои приготовленные материалы лежали там нетронутыми.

Я за них не беспокоился, потому что даже если бы кто-то взял, далеко бы не унёс. Ведь куда денешься с подводной лодки?

Брус Железной Сосны была большой и неудобной. В таком виде ею нельзя было сражаться – что уж говорить, даже носить с собой такую громадину было бы сложно.

Ей нужно было придать подходящую форму. Проблема в том, что она не поддавалась обычной обработке. Срезать, обтесать, соскоблить – всё это с нынешними силами невозможно. Либо займёт несколько месяцев, а то и год.

Оружие нужно уже сейчас.

Благо, у меня была одна идея, как сократить срок и быстро придать форму дереву. Потому я перевёл взгляд на огонь.

Тотем горел ровно. Пламя было спокойным – оно явно не понимало страха людей вокруг.

Йоту сидел рядом, что-то тихо шептал: то ли заговор, то ли молитву. Ведь обязанность шамана – быть рядом с Тотемом.

Я подошёл к нему и прервал:

– Йоту?

– Не сейчас, юный Алек, иди ложись и постарайся уснуть. Всё будет хорошо.

Голос у него был усталым.

– Я не могу просто лежать и ничего не делать. Можно я воспользуюсь огнём? Хочу сделать себе копьё.

Шаман повернулся и посмотрел на огромный брус в моих руках.

– Зачем тебе копьё среди ночи? Тотем защитит. Незачем возиться, ложись спать, утром…

– Йоту.

– Это лишнее, говорю тебе. Морозная Тварь не войдёт…

– Пожалуйста!

Можно было подумать, что мне нужно разрешение шамана, чтобы сделать копьё, но на самом деле мне нужно было разрешение использовать огонь. И то – лишь чтобы он не мешал.

В итоге мне удалось его уговорить, и он махнул рукой:

– Делай что хочешь. Только не отвлекай!

– Спасибо.

Я сразу же поблагодарил и перешёл к делу. Вообще, звучит как бред, что огонь поможет обработать дерево.

На самом деле это один из самых древних способов. Задолго до пил и рубанков люди делали из дерева чаши, корыта, лодки и оружие.

Разводили небольшой контролируемый огонь прямо на поверхности дерева. Оно обугливалось, верхний слой превращался в уголь, который затем соскабливали.

Цикл повторялся столько раз, сколько нужно, пока не образовывалась нужная форма.

Получив разрешение, я не стал медлить, чтобы шаман не успел передумать. Я сразу же аккуратно сунул один конец бруса в Тотем.

Огонь принял «подношение». Дерево Железной Сосны начало таять на глазах. Всё же это настоящий демон, который за секунды сжирал всё, что ему давали.

Я к этому хоть и был готов, но всё равно выкрикнул:

– Не нужно его есть полностью!

Мой крик, конечно, привлёк внимание шамана, он недовольно цокнул:

– Цыц!

Я же быстро выдернул брус и стал тушить его о землю в пещере. Мне удалось это сделать. Я показал обугленную часть Тотему и сказал:

– Нужно делать аккуратно! Только часть. Ты понял?

Тот обиделся. Он снова изменил свой вид на голову милого «демона»: глаза и рот, но в глазах явно читалась обида – лакомство выдернули прямо изо рта.

– Чего ты так смотришь?

– …

– Ты понял или нет?

Тот кивнул.

– Ну, ладно.

Сказать, что шаман был в шоке, – ничего не сказать. Он просто замер, наблюдая, как я отчитываю их «бога».

Я же примерно понимал, что из себя представляет данный огонь. Я уже видел нечто похожее в «Заброшенной Кузнице Бога». Понятное дело, разница в их уровне была колоссальной.

Данный огонь едва можно было назвать «достигшим первого уровня».

Я взял нож и начал соскабливать уголь с обгоревшего участка. Тот отходил легко, почти без усилий, вскоре открывая светлую древесину под собой.

Я сказал:

– Помни, что нужно делать аккуратно!

После этого снова сунул дерево в огонь. Теперь, когда я донёс до Тотема, что хочу сделать, он выполнял то, что от него требовалось.

– Отлично!

Оказалось, что с ним работать было очень просто. Шаман сидел, сначала хотел отчитать меня, но, увидев, что мы с Тотемом так хорошо поладили, ничего не сказал.

Примерно через полчаса первый этап был завершён. Тот кривой, неотёсанный брус превратился в элегантное копьё: полтора метра длиной, с острым деревянным наконечником.

Форма вышла лучше, чем я рассчитывал: длина правильная, баланс хороший, держать удобно.

Но главное – другое: Тотем вытянул жар из дерева, считай убрал тяжесть. Поверхность потемнела, стала твёрже.

Я поблагодарил Тотем:

– Отличная работа.

Тот закивал, а затем снова принял вид обычного костра. Я же перешёл ко второму этапу, и он в разы сложнее – руны.

Здесь стоит пояснить кое-что важное. Руны я не учил – они пришли вместе с навыком «Создание Божественных Артефактов».

Внутри него было сжато знание тысяч ремесленников, мастеров и творцов. Их опыт, их техники, понимание материалов и форм. Вместе с этим – Язык Ремесленников.

Точный, структурированный язык, который описывает свойства вещей и способы эти свойства проявить.

Сам язык делился на три больших уровня: базовый, средний и высокий. В каждом уровне были свои подуровни.

Я же решил использовать самые базовые, самые простые руны. Не потому, что не знаю, а потому, что данная заготовка не несёт в себе много энергии и не выдержит большого количества рун. Всё же материал хоть и хороший, но смотря с чем сравнивать.

Я решил, что три руны будут в самый раз.

Вот только какой эффект будет полезнее?

Глава 12
Руны

Первую руну я определил сразу – Корень. Основа всех чар. Вторая – Рост, отвечающая за распространение корневой системы. Третья – Активация, та, что запустит всю мощь в нужный момент.

В голове картинка складывалась красиво: враг стоит передо мной, я всаживаю копьё в его тело, из точки удара вырываются корни. Они оплетают плоть монстра, пронзают насквозь, не давая ни двинуться, ни вздохнуть.

Отлично!

У такого артефакта были свои недостатки. Руны высосут всю магию из древка за один удар, назад уже не отмотать. Считай, одноразовое копьё.

Если учесть простоту изготовления и то, насколько эффективным будет удар, то с этими ограничениями нужно мириться.

Решив всё окончательно, я взял нож и приступил к делу.

Ширк. Ширк.

Я скрёб лезвием по поверхности наконечника в том месте, где должна была находиться первая руна – Корень.

Её линии изгибались и ветвились, как настоящие корни. Сложный рисунок.

Ширк. Ширк.

Дерево не поддавалось вообще. Ни царапины, как будто водил ножом по железу.

Я опустил руку и уставился на заготовку.

– Понятно.

Признать очевидное – уже половина решения. Мне нужна была помощь.

Я на секунду посмотрел на Шамана. Тот, как Воин Тотема 3 уровня, мог помочь, но я сразу же отбросил эту мысль.

Объяснить ему было бы тяжело. Тем более он мог отказать, а то и вовсе запретить мастерить дальше.

Я приблизился к Тотему, начал ему объяснять, какой должен быть результат. Не сжигать полностью, а лишь выжечь место под руны.

Чертил руны на земле, показывал, объяснял глубину. Я думал, что достаточно объяснил, потому спросил:

– Всё понятно?

Тот изобразил кивающее лицо.

– Не подведи, – сказал я и вставил наконечник внутрь огня.

Языки пламени ласкали заготовку, но не причиняли ей вреда. Горели лишь те части, где должны быть руны.

Одна за другой, словно фрезерным станком, они выжигались. Когда я вытащил копьё и осмотрел работу, то просто удивился.

– Ты и так можешь?

Результат был идеальным. Линии чёткие, без единой погрешности. А ведь этот этап – один из сложнейших, на котором ошибаются даже самые опытные ремесленники.

Мне вдруг стало понятно, что данный Тотем люди племени используют не на все сто процентов. Он лучший в создании артефактов.

– Молодец!

Теперь оставался последний этап: заполнить выемки.

Я направился к ремесленникам и взял у них ступку. Это такая чаша, где растирают что-то до состояния порошка.

Затем взял иглы Железной Сосны. Вернувшись, устроился возле огня и начал методично давить их с помощью пестика. Пестик – это камень, с помощью которого давят.

Иглы были куда мягче древесины. Хоть с небольшим сопротивлением, но всё же они превращались в густую зелёную кашицу.

Я сразу почувствовал запах: запахло лесом. В первую ночь, когда только переместился, меня напрягал запах пещеры.

Шаман, чтобы помочь мне, дал какую-то мазь, тогда неприятный запах исчез. Я тогда не понял, что именно он использовал, но теперь понял.

Я осторожно взял на палец немного зелёной смеси и провёл под носом. Запах смердящей пещеры пропал, оставляя только аромат леса.

– Так-то лучше!

Следующим шагом была фляга с Сердечным Хладом.

Я нёс её осторожно, так как боялся, что кто-то заподозрит, что внутри яд. Прежде чем открыть крышку, я бросил взгляд в сторону Шамана.

Тот сидел на том же месте. Раскачивался чуть вперёд-назад, бормотал что-то себе под нос, не замечая ничего вокруг.

Я перевёл взгляд на вход в пещеру: Воины Тотема до сих пор не вышли, значит, зверь всё ещё находился снаружи.

Что же будет?

Понятное дело, что все ждут утра. Тогда люди смогут выйти, будет сражение. Мы не можем просто спрятаться: охота, дрова и вода.

Прятаться в пещере – ждать гибели. Я не думаю, что многие люди в пещере понимали надвигающуюся опасность, но я понимал, потому готовился.

Моя решимость только окрепла. Я открыл крышку фляги. Синяя жидкость потекла в чашу с кашицей.

Едва первые капли коснулись смеси, от чаши повеяло таким холодом, что пальцы мгновенно занемели.

Вот же хрень…

Шаман не шелохнулся, зато Тотем среагировал. Лицо демона высунулось из костра, взгляд испуганный.

Пустые глаза уставились на меня с таким выражением, будто я замышляю что-то плохое.

– Не бойся. Это не для тебя.

Тотем смотрел ещё секунду. Потом лицо медленно разгладилось, растворилось обратно в языках пламени.

Я взял ложку и принялся мешать. Со стороны это выглядело так, будто я занимаюсь не крафтом, а готовкой. Решил сделать кашу для ночного перекуса.

Смесь должна была стать однородной: именно ею предстояло заполнить руны. Затереть каждую линию, каждый изгиб, как мастер затирает швы между плитами.

Без этого руны останутся просто царапинами на дереве. Никакой силы в них не будет.

Когда смесь приобрела нужную консистенцию, я взял нож и начал аккуратно вмазывать её в руны.

И тут я замер.

– Что?

Смесь двигалась сама, с намерением, втягиваясь в линии рун, как вода уходит в сухую землю.

Я не успел даже толком удивиться, как руны чуть вспыхнули холодным сине-зелёным светом. В полумраке пещеры это выглядело красиво.

Вся смесь исчезла в рунах, до последней капли. От полной чаши, которой, по идее, должно было хватить на десяток копий, не осталось ни следа.

Теперь наступал этап, в котором от меня уже ничего не зависело. Либо копьё выдержит нагрузку и энергия внутри стабилизируется, либо та рванёт. Одно из двух, третьего не дано.

Я осторожно положил копьё на камень в стороне от людей, отошёл на несколько шагов и сел ждать.

Прошло где-то минут десять. Сине-зелёное свечение начало гаснуть. Энергия уходила вглубь копья, прячась от посторонних глаз.

Руны почернели. На тёмном дереве древка они теперь выглядели как выжженные временем знаки на реликвии.

– Готово!

Я поднялся, подошёл и взял его в руку. Оно было очень лёгким и гладким.

Топ. Топ. Топ.

Я сделал несколько движений: выпад, разворот, короткий замах. Древко слушалось легко, наконечник не тянул.

Но я-то знал, что внутри находится разрушительная сила, которую можно высвободить в любой момент.

* * *

Тем временем в пещере становилось всё беспокойнее. Воины Тотема появлялись и исчезали, явно к чему-то готовились. Угроза никуда не делась: зверь снаружи, а скоро рассвет.

Я смотрел на всё это и думал: что делать мне?

До рассвета оставалось часа два-три. Копьё я сделал довольно быстро, но оно же помогало мне не думать о плохом, не накручивать себя.

Теперь же, когда дел не было, оставалось лишь беспокоиться о том, что будет дальше. Я всё думал:

«Есть ли вина моего проклятия в том, что зверь не уходит?»

Ответа не было. Тогда я прокручивал битву в голове: как мне вообще протиснуться в команду Воинов Тотема или выбежать в самом конце.

Вариантов было много, к сожалению, мозг рисовал самые кровавые сцены. Гибель множества людей – мне хотелось предотвратить их все.

Мозг не умеет отличать воображаемую схватку от настоящей. Отчего, думая об утре снова и снова, моё тело начало изматываться.

Я всё ещё сидел так же: возле стены, копьё лежало на земле, под рукой. Спать я не собирался, но из-за того, что закрыл глаза и размеренно дышал, голова сама начала клониться набок.

Падая во тьму, я подумал:

«Только не проспи…»

Не скажу, что уснул крепким сном, но вздремнул тридцать–сорок минут. Когда открыл глаза, то сразу понял, что что-то не так. Рука потянулась вниз, к полу.

Пусто.

Что?

Я сел ровно и уставился на то место, где только что лежало копьё.

Его не было!

Ситуация была настолько абсурдной, что я даже не сразу разозлился – просто сидел и пытался осмыслить произошедшее.

Я закрыл глаза на полчаса. И за это время кто-то умудрился подойти ко мне, вытащить копьё из-под руки и уйти.

Я поднялся.

Кто посмел?

Первая мысль – Шаман. Он видел весь процесс, видел, что получилось, мог заинтересоваться.

Но я тут же отмёл эту версию, так как Йоту – человек уважаемый. Если бы ему что-то понадобилось, он бы подошёл и сказал прямо, так, как подобает его положению.

Так кто тогда действует тихо? Кто берёт чужое, не спрашивая? Я обвёл пещеру взглядом и остановился на детях.

Они тоже всё видели. Видели, как я мастерил копьё, как светились руны, как оружие изменилось.

Для ребёнка это было сравнимо с чудом. Естественно, многие захотели бы себе такое же копьё.

Я начал смотреть внимательнее. Маленьких сразу отмёл. Они спали, прижавшись к матерям.

И тут я заметил взгляд Тира. Тот спокойно лежал на своей лежанке и смотрел.

Без тревоги, без вины – ничего его не выдавало. Даже то, как он отвёл взгляд в сторону.

Я не Шерлок Холмс, у меня нет умения читать людей по мельчайшим деталям, но я сразу понял, что эта крыса притворяется равнодушным специально.

Это он!

Я подошёл к его лежанке. Тир даже не пошевелился, только лениво спросил снизу вверх:

– Что нужно?

Я не стал отвечать. Взялся за край лежанки и перевернул её вместе с ним.

– ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ⁈ – Тир возмущённо вскочил.

Я не смотрел на него. Смотрел на то, что осталось лежать на земле там, где только что было его спальное место – копьё.

– Ах ты мелкая крыса!

Жалости не было ни капли. Я схватил его за руку. Тир оказался не таким простым и послушным: он дёрнулся, попытался ударить меня второй рукой, но я перехватил и её.

– Хочешь по-плохому?

Между нами завязалась возня, в конце которой он лежал лицом в пол, рука заломана за спину, моё колено упирается в висок.

Тир взвыл на всю пещеру:

– АААААА! АЛЕК, ОТПУСТИ! ЧТО ТЫ КО МНЕ ПРИКОПАЛСЯ?

Глава 13
Урок

– Не рыпайся.

Тир пытался вырваться, но я надавил сильнее.

– Да что я такого сделал⁈

– Что сделал? Не прикидывайся дураком. Или ты правда думаешь, что я поверю, будто моё копьё оказалось под тобой случайно?

– …

– Ты уже большой мальчик, Тир. Пора усвоить простую вещь: чужие вещи не трогают. Я делал копьё не для тебя. Я делал его для себя.

Я вбивал эту простую истину в его голову, слово за словом. Злость не проходила. Чем дольше я думал о произошедшем, тем сильнее она разгоралась.

За пещерой ходит монстр. Я стараюсь, трачу время и силы на то, чтобы сделать оружие, которое даст нам преимущество.

И стоит мне закрыть глаза, как какой-то гадёныш, которому просто понравилось, тихо подбирается и уносит копьё.

Зачем?

Он даже воспользоваться запечатанной в нём силой не сумеет. Просто понравилось и взял.

Может, со стороны я выгляжу жестоким. Но не стоит судить племя по меркам современного мира.

Здесь другие законы: здесь не прощают слабость, здесь не забывают обиды, здесь, если один раз прогнулся, то будешь согнутым ходить.

Украли раз – украдут снова. Не уважают – не будут уважать. Единственное, что здесь работало по-настоящему, – это страх.

И сейчас я доносил сообщение не только до Тира. В каждом взгляде чувствовался страх. Люди смотрели испуганно, как на сумасшедшего.

Тир тем временем не замолкал:

– ОТПУСТИ! Я ВСЁ ПОНЯЛ, БОЛЬНО!

Когда я уже хотел отпустить, то увидел, что у входа стоял отец. Рядом несколько Воинов Тотема, молчаливые, с копьями, с каменными лицами.

Выражение у каждого было одинаково серьёзным и недовольным. В том числе моим «поведением».

Я представил, как это выглядит со стороны. Даже моё лицо потемнело.

Как же они не вовремя.

– Что у вас тут происходит?

Я отпустил Тира и выпрямился.

– Он взял моё копьё, – спокойно сказал я. – Я лишь «объяснил», что так делать плохо.

Тир тем временем так и остался на полу. Скулил, держась за плечо, не торопясь подниматься. Выглядел как побитая собака.

Я покосился на него. Непонятно: ему реально больно или притворяется? Скорее всего, второе.

Но Брану, как выяснилось, было совершенно всё равно до Тира.

– Твоё копьё? Когда это у тебя появилось своё личное оружие?

– Только что сделал!

Я поднял деревянное копьё с земли. Без лишнего пафоса, но с чуточкой гордости.

Бран посмотрел на него, помолчал секунду, а потом усмехнулся.

– Палка? Это не копьё, сын!

Я моргнул. Бран игнорировал Тира, но зацепился за копьё. По всей видимости, ему было плевать на него, и куда больше забавляло моё оружие.

Бран перехватил своё копьё и поднял его, единственное в племени копьё с железным наконечником. Металл тускло блеснул в полумраке пещеры.

– Вот как должно выглядеть настоящее копьё.

Несколько воинов смотрели на копьё с желанием. Хорошее оружие влияет на мощь Воинов Тотема: на ту силу, с которой он может атаковать врага.

– Я вижу.

– Если тебе нужно было оружие, то взял бы из стойки. Там, быть может, нет из металла, но есть из костей. По остроте и проникающей силе они уступают стальному, но явно будут лучше деревянной игрушки.

Я нахмурился и сказал:

– Я просто хочу помочь племени.

– Знаю, сын, но я твой отец. Моя обязанность – учить тебя и говорить правду, даже если она тебе не понравится.

– …

– Если тебе нужно взять копьё, то возьми. Пусть оно придаёт тебе сил. Хоть это и против правил.

– …

– Однако даже если ты будешь с копьём, то я тебе напомню: не смей пытаться сражаться с Морозными тварями.

– Но…

– Никаких «но». Ты Служитель Тотема, твой путь – не битва. Вчера у тебя был шанс, предки отказали тебе. Я лишь боюсь, что ты погибнешь зря.

– …

– Чего молчишь? Ты понял?

– Да…

Своё «да» я сказал нехотя. Это когда не хочешь продолжать конфликт, лучше согласиться, но всё равно сделать по-своему.

Бран пнул Тира:

– Хватит скулить, вставай давай!

Тир вскочил:

– Понял.

Выражение боли пропало с его лица, он больше не смотрел мне в глаза, опуская их вниз.

Бран же обратился ко всему племени:

– Скоро рассвет. Впереди жестокая битва. Всем спрятаться, не выходить и ждать сигнала!

* * *

После всех организационных моментов и приготовлений Бран пошёл к выходу. За ним молча потянулись воины.

Я пошёл следом. Просто встал и пошёл, в двух шагах от них, хвостиком. Бран прошёл несколько шагов, остановился и повернулся:

– Ты чего не понял?

Я сразу всё понял: сейчас будут бить.

– ВСЁ ПОНЯЛ!

После чего быстро отступил назад, глубже в пещеру, и затих.

А что такого?

Брану сейчас не объяснить – только мешать, у него голова занята битвой. Пытаться уговорить взять меня, всё равно что быть раздражающей мухой.

Я рассчитывал, что если буду идти с ними уверенно, то никто и не заметит. С помощью уверенности горы можно свернуть, но сейчас не получилось.

Воины Тотема навалились на валун, закрывавший выход. Камень пополз в сторону с тяжёлым скрежетом. Затем один за другим начали выходить.

Я же напряг свои уши. В голове возникла такая картина: разгар битвы, ревёт чудище, все сражаются, кто-то ранен.

В самый опасный момент выхожу я. Тот, кого никто не ждал, тот, от кого ничего не ждали. Бросаю копьё, руны вспыхивают, корни пронзают чудище насквозь. Все в шоке: отец, воины и служители.

Хороший план? Железный!

Дело было не только в том, чтобы помочь в бою, а чтобы с этого поиметь что-то.

Шаман сказал, что обучать нельзя, но уверен, что если совершить выдающийся подвиг, то отец сделает исключение.

Никто не посмеет отказать герою племени.

Вот только чем больше я прислушивался, тем больше слышал звенящую тишину. Обычно смертельная битва звучит так: крики, рёв и ещё раз крики.

Сейчас же ничего похожего не было, поэтому я аккуратно начал выходить из пещеры. Снаружи было «пусто».

Холодный воздух, снег, восходящее солнце. Ни зверя, ни схватки. Земля вокруг пещеры взрыта: сначала снег, затем лёд, потом мёрзлая чёрная земля.

Много следов: чудовище рыло, ходило. Один из следов был рядом. Я посмотрел на него и понял, что его следы огромны. Я поставил свою ногу, и оставалось место ещё для пяти таких.

Огляделся по сторонам: Воины Тотема распределились по периметру, явно осматриваясь вокруг. Однако самая большая группа держалась вместе, они были чуть в стороне и что-то обсуждали. Я пошёл к ним.

Чем ближе подходил, тем больше узнавал место. Именно та яма, где оставил чашу с остатками Сердечного Хлада.

Я остановился, удивился, и внутри что-то неприятно сжалось. Видимо, часть моей «вины» в происходящем есть.

С другой стороны, они сами виноваты, когда выкидывают такую вещь рядом с племенем. Рано или поздно такое должно было случиться.

Вслух я ничего не сказал, просто встал рядом, слушая, о чём те говорят.

Рокт залез в яму и достал колья с синей кровью волка. Делал он это по двум причинам: первая – он один из капитанов охотничьих команд, вторая – он лучший следопыт в племени.

– Тварь действительно попалась в ловушку.

Бран нахмурился.

– Если он ранен, то куда ушёл?

Этот вопрос сейчас занимал всех. Куда ушёл? Почему ушёл? Все были готовы к битве, волк всю ночь кошмарил племя. А по итогу? Стоило выйти – никого не обнаружили, и в какой-то мере воины почувствовали разочарование.

Рокт пояснил:

– Морозные Твари очень умные. В этом вся проблема. Они знают о своих сильных сторонах и о своих слабых.

– …

– Ночь для них – идеальные условия: холод питает, тьма скрывает. Днём же они слабее, потому вынуждены прятаться.

– …

– Понятное дело, что дневная слабость – не приговор. Просто они так привыкли. Волк сейчас ранен, поэтому он решил отступить, чтобы найти укрытие и залечить раны.

– …

– У Морозных Тварей хорошая регенерация. Несмотря на то, что рана серьёзная, уже через три-четыре дня от неё не останется ни следа.

Он сделал паузу, давая всем время на размышления.

– Самое плохое, что волк явно запомнил это место и обязательно вернётся.

Воины молчали. Их суровые лица, привыкшие к опасности, понимали тяжёлую перспективу, больше не будет спокойных ночей.

Бран нарушил тишину:

– Сейчас лучшее время, чтобы найти его и убить. Он же не мог далеко уйти?

Рокт кивнул.

– Не мог.

– Ты видишь, куда он ушёл?

– Да.

Капитан указал куда-то в сторону бескрайнего снежного поля. Я посмотрел, но ничего не увидел: ни следа, ни примятого снега – ничего.

Рокт же был полностью уверен. Бран дал команду:

– Сегодня две команды выйдут на «охоту» вместе. Наша задача – найти тварь и принести её тушу в племя.

Понятное дело, что если бы волк остался здесь, то это было бы выгодно племени. Своя земля, куча Воинов Тотема, большие шансы убить его тут.

Однако, несмотря на это, Бран посчитал, что сил двух команд будет достаточно.

Обычно племя не охотилось на хищников. Морозные зайцы были первого ранга, а Морозные волки – второго.

Разница между ними была огромной: другой зверь, другие повадки в бою и другой уровень опасности.

Хотел ли я пойти с ними?

Разумеется. Но всё, что мне оставалось делать, – смотреть, как две охотничьи группы собираются в единую колонну.

Рокт встал во главе, осмотрелся, и колонна двинулась в белое поле, пока не скрылась за холмами.

Уговаривать было бессмысленно, потому я даже слова не сказал.

– Алек.

Когда обернулся, то увидел, что Лунк стоял за спиной. Широкие плечи и невозмутимый взгляд.

За ним стояли ещё девятеро: тепло одеты, у каждого топор на плече и верёвка на поясе. Отряд лесорубов был в полном сборе и явно ждал только меня.

Лунк молча протянул мне топор, потом верёвку.

– Нужно идти работать. Тотем сам себя не накормит.

– Хорошо…

Со вздохом я взял и верёвку, и топор. Он смотрел, как я пытаюсь с помощью верёвки прицепить копьё и топор к спине, явно не собираясь расставаться с оружием.

– Ты хочешь помочь воинам? Это хорошее дело, но твой отец прав. Не нужно жить в облаках. Твоя задача – рубить дерево, нести дерево. Это тоже работа, важная работа, которую кто-то должен делать.

– Я понимаю…

Тот вытянул руку, погладил меня по шапке и сказал:

– Тогда идём. Нас ждут дела!