Текст книги "Я один вижу подсказки 17 (СИ)"

Автор книги: Son

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

– …

Я видел, как в его голове происходит что-то вроде: он разбудил меня ночью ради бочки?

Он же помешан на охоте и всём, что с этим связано. Потому ожидал увидеть оружие: топор, копьё – что угодно с лезвием. Ну или, на худой конец, что-то вроде пушки.

– Но бочка?

Он нахмурился и медленно повернул голову ко мне.

Я улыбнулся.

– Это не просто бочка. Это Бочка Пожирателя Плоти!

Глава 27
Второй уровень

Понятное дело, что название бочки отцу ничего не сказало. Мне пришлось объяснять более подробно: как работает ядро, что делает шкатулка, куда идёт переработанная плоть и что получается на выходе.

Особо выделил главное: артефакт должен решить проблему племени с ресурсами. Не полный переход, а добавление третьего уникального ресурса.

Бран, когда слушал, хмурился всё сильнее.

– То есть, – сказал он наконец, – ты разбудил меня только для того, чтобы утром племя не сожрало тебя вместо зайца?

Я улыбнулся ещё шире.

– Всё верно!

Отец посмотрел на меня долгим взглядом.

– Ух, сын. Любишь ты наводить суету.

– …

– Ладно. Хрен с тобой. Попробуем.

Я даже не сразу поверил.

– Правда? – брови поползли вверх. – Может, разбудить всё племя и спросить у них?

– Нет. Этого точно не нужно делать, – поспешил заверить Бран. Тот явно понимал, что люди будут недовольны. Даже не зайцем, а именно тем, что их ночью бесцеремонно будят.

– Не бойся, всё будет под мою ответственность. Тем более завтра обе команды выйдут на охоту – к обеду уж точно что-нибудь поймают.

– Спасибо!

Без помощи нарубить тушу всё равно было бы тяжело. Я неплохо управляюсь с ножом, но рубить кости – это другое. Бран взял топор и разделал тушу без лишних слов.

Для первого раза мы не стали закидывать зайца целиком. Вдруг что-то пойдёт не так, и на выходе вместо ресурса для культивации получится какая-то какашка.

Было бы обидно, особенно портить такого красавца зайца. Поэтому решили использовать только треть. В ход пошли кишки, заячья голова и заячья задница.

Отец разрубил голову пополам. Я взял одну часть и опустил в бочку. Та еле поместилась – кости мешали, пришлось протолкнуть с небольшим трудом.

Стоило ей коснуться дна, как что-то началось. Голова буквально начала раскладываться на какие-то составляющие.

Будто она была сделана из воска и под огнём начала плавиться. Очертания смазались, кости растворились, и через несколько секунд на дне бочки плескалась густая, почти светящаяся бело-синяя жижа. В воздухе резко появился запах крови.

– Работает?

Я хотел наклониться, чтобы взглянуть поближе. Уже готов был залезть внутрь, чтобы прикоснуться рукой, но взлетевшая с плеча Книга Жизни и Смерти остановила.

Страницы зашелестели прямо перед глазами. Текст проявился, и я прищурился, чтобы прочитать его.

Меня интересовало:

«Что же на этот раз меня убило?»

[Я захотел наклониться и проверить. Уж очень странно голова превратилась в кашу, и мне очень хотелось не просто посмотреть, но и дотянуться пальцами.

Впрочем, теперь понятно, почему мужчины живут меньше женщин. Только такому дураку пришло бы в голову лезть рукой в пасть демонического артефакта.

Стоило залезть на треть – рука по плечо, голова, тело по грудь – как ровные края бочки начали меняться.

Гладкое дерево пошло волнами, вспучилось, и вдруг из края выросли зубы. Длинные, кривые, как щепки после разруба – только твёрдые.

Хруст!

Челюсть захлопнулась.

Я закричал.

– ААЙ!

Дёрнулся назад, упёрся ногами в землю, пытаясь вырвать себя из этого капкана.

Зубы держали намертво, только глубже впивались при каждом рывке. Руки скользили по дереву – не за что было схватиться.

Последнее, о чём успел подумать:

«Как так вышло? Мой собственный артефакт меня убил. Это нелепо.»

✤ Конец истории ✤ ]

Я дочитал и замер. Круговорот нелепых смертей продолжался, и он даже не думал останавливаться.

Меня удивило, что артефакт не такой простой, каким казался. Что его демоническая натура никуда не делась, и точно лезть внутрь не стоит.

Я молча отступил на метр назад, отец заметил такое осторожное поведение.

Только что я светился от радости, буквально порхал туда-сюда. А сейчас стоял с каменным лицом и смотрел на бочку с дистанции в метр.

– Что с тобой случилось?

– Да так, – ответил я. – Просто к бочке близко не подходи. Другим тоже запрети, особенно детям.

Бран посмотрел на меня странно. Хотел, видимо, спросить что-то ещё, но тут мы начали закидывать остатки – кишки, заячью жопу.

Бочка перестала притворяться обычной бочкой – она стала собой. Пасть проявилась, края разошлись, дерево вспучилось, и из ровного обода выросли зубы.

Длинные, неровные, с жадностью вгрызающиеся в каждый кусок, который падал внутрь. Хруст. Чавканье. Запах крови.

Отец медленно обернулся ко мне.

– Это ещё что за чертовщина?

Я пожал плечами.

– Не знаю. Я ещё не до конца понимаю, как работать с законами.

Навык создания божественных артефактов у меня был, но многое оставалось тёмным местом.

В том числе и такие аномалии, когда артефакт ведёт себя не совсем так, как задумывалось. Оставалось только надеяться, что результат будет нормальным.

Вот только будет ли? В этом уже не было уверенности.

– Что дальше? – спросил отец.

– Ждать.

– Сколько?

– Часа два-три.

Примерно до рассвета. Бран кивнул, не сказал ни слова и пошёл обратно к своей подстилке. Просто лёг и закрыл глаза – вскоре послышался храп.

Тот явно не был намерен следить за бочкой, оставляя эту задачу мне. Потому мне пришлось сесть напротив бочки и наблюдать, чтобы ничего плохого не случилось.

* * *

Вокруг было темно. Не знаю, в какой момент меня вырубило. Думаю, почти сразу, как только попа почувствовала твёрдый камень. Глаза закрылись сами – и всё.

Тук. Тук.

Меня кто-то легонько толкал. Не как я, а нежно и осторожно. Я даже удивился:

«Кто это мог быть?»

Я нехотя открыл глаза – передо мной сидела девочка. Лет двенадцати, маленькая, смотрела на меня.

Это была Сиор – дочь Рокта. Обычно тихая, почти незаметная в племени. Я даже не сразу понял, кто меня будит.

– Что случилось?

Она молча указала в сторону вождя, куда я сразу посмотрел. Там уже стояли воины тотема и разглядывали тушу зайца. Кто-то что-то говорил. Я прислушался.

– Почему у зайца нет жопы? – это был громкий и недовольный голос Ярва. – Это же самая вкусная часть!

Он жаловался всерьёз. Самую жирную часть, самую сочную часть – забрали. Мясо будет сухим, бульон жидким, и вообще всё плохо.

– Сын попросил, – ответил отец. – Сказал, для важного дела племени.

На словах «важное дело» я вскочил с места. Сиор выпучила глаза. Я погладил её по голове на ходу.

– Спасибо, Сиор.

И почти бегом к бочке. Несмотря на то, что я проспал, что не входило в план, с бочкой ничего не случилось.

Тихо стояла на своём месте. Главное – ощущение опасности, то самое, которое я почувствовал ночью, исчезло.

Его нет? Значит ли, что процесс завершился?

Я присел у шкатулки, осторожно вытянул руку и открыл крышку. Внутри было девять круглых слотов. Восемь пустых, но один занят.

Только один?

С одной трети зайца я рассчитывал хотя бы на три-четыре плода. Ну или хотя бы на два – это было бы лучше.

Я посмотрел на него внимательнее, и мысль оборвалась.

Плод был белым. Почти прозрачным, как стеклянный шарик, внутри которого клубился лёгкий, будто живой туман.

Он не выглядел как еда. Он выглядел как алхимическая пилюля из какой-нибудь секты высшего ранга.

От него шёл запах. Не резкий, как от мяса, а что-то лёгкое. Как утренний воздух после снега, только с теплом внутри.

Я не сразу понял, что замолчал не только я. Гам в пещере разом стих. Я поднял голову – все смотрели на меня. Точнее, на белый шарик у меня в руке. Дети, охотники, старики – все.

– Получилось⁈ – крикнул Бран с другого конца пещеры.

Я пожал плечами.

– Не знаю. Нужно пробовать.

Думать дольше не стал. Открыл рот и закинул пилюлю внутрь.

Ам.

Вкуса как такового сразу не было. Тот раскрывался медленно, слой за слоем. Узнаваемый вкус морозного зайца не передать словами.

Как будто кто-то взял всё лучшее из мяса, выжал до капли и сжал в один маленький шарик.

Но вкус был не главным – главным был тот поток энергии, который мощной волной разлился по телу.

Чистый и без примесей. Не та вялая теплота, что приходит от обычного мяса или после кормления тотема.

Настоящий поток, который добрался до даньтяня, и тот слегка расширился, из-за чего возникла боль в животе. Я покосился на Книгу Жизни и Смерти.

Молчит? Значит, не смертельно.

Затем я сказал остальным:

– Нужно тренироваться!

Я вышел в центр пещеры. Места было достаточно, так как все расступились, чтобы посмотреть.

Я взял копьё и начал отрабатывать шесть стоек, которые перетекали одна в другую. И так по кругу.

Энергия шла бурным потоком. Её было столько, что тело двигалось само. Ноги легче, руки быстрее, копьё в руке рассекало воздух со звуком.

ВЖИХ! ВЖИХ!

Всё остальное отошло на второй план. Только движение, только круг за кругом. Я посмотрел на руку между стойками, где было сильное жжение от того, что метка беспрестанно росла.

Раньше она прибавляла по чуть-чуть, еле заметно. Сейчас очень быстро, почти на глазах.

Копьё, уши волка, клык, топор, следы зайца, уши зайца – все те события, что произошли со мной за последние дни.

Следы всего, что я сделал в племени, отражались на коже. Путь был пройден, сейчас же шла его фиксация.

С каждым кругом первый уровень наполнялся силой, пока не упёрся в стену. Не физическую – просто поток энергии упёрся во что-то изнутри, и я понял, что это граница перехода с первого уровня на второй.

Уже второй?

Прошло не так много времени. По словам отца, обычно на достижение второго уровня нужны годы.

От трёх до десяти лет, у всех по-разному – в зависимости то ли от таланта, то ли от природного телосложения.

Мой прогресс явно был ненормальным даже по меркам этого мира. И явно это был результат не моего таланта, а той энергии от пилюли. Она была слишком чистой, её было очень много.

Я чувствовал, что мне не хватает совсем чуть-чуть до второго. Поэтому я двигался ногами быстрее. Круг за кругом, стойка за стойкой.

Я сбился со счёта, сколько раз махал копьём. Оно мелькало то тут, то там, превращаясь в какого-то дикого зверя.

Татуировки ползли вверх по руке: заполнили кисть, добрались до предплечья, охватили её со всех сторон. Не плотным слоем, а с небольшими просветами.

Когда на локте появились линии – и с внешней стороны, и с внутренней, идущие поперёк – я понял: я прорвался.

Нужно остановиться!

Для обычного Воина Тотема останавливаться было бы глупо, так как ему нужно было не только перейти на новый уровень, но и закрепить его.

Вот только моя техника ещё не завершена. Чтобы двигаться по второму уровню, мне нужно провести множество смертельных экспериментов.

Не только для того, чтобы поправить внешние движения, но и выявить слабые места внутренних.

Я перевёл дыхание и посмотрел на племя. Стояла тишина, на лицах – как обычно шок и трепет. Особенно у отца.

Он смотрел на меня так, будто только что увидел что-то, во что не верил.

– Ты уже достиг второго уровня?

Я поднял правую руку. Татуировки на кисти, на предплечье, линии на локте.

– ДА! Я же говорил, эта бочка изменит всё!

Глава 28
Предание огню

Мягко говоря, все были удивлены.

Как только я опустил копьё, отец и остальные воины почти одновременно сделали шаг вперёд.

– Нам тоже нужен этот шарик!

– Это не шарик, – поправил я. – А пилюля зайца.

Я решил назвать данный плод просто: раз та была из зайца, то пусть будет пилюля зайца или заячья пилюля.

Определённо разные виды мяса будут давать разные «эффекты». К примеру, у Морозного волка другая энергия, более насыщенная. Быть может, из его мяса будут другие пилюли, более концентрированные.

По крайней мере, я на это надеялся. Всё же бочка не создаёт плоды из ничего. Она просто берёт то, что есть, очищает и концентрирует в более удобную форму.

Качество входа определяет качество выхода. Данный закон нужно понимать, чтобы правильно его использовать.

Сейчас меня интересовали их глаза. В них читался жадный блеск. Такого я раньше не видел.

Они жили сегодняшним днём, охотились, чтобы поесть, ели, чтобы выжить.

Можно было бы сказать, что я их испортил. Что жили люди в гармонии с природой, никого не трогали, а пришёл я и разбудил в них жадность.

Но я бы не сказал так. Скорее, просто пробудил инстинкт, который велит стремиться к накоплению ресурсов и личной силы.

Ведь такова природа: растения смирились с тем, что их едят. Травоядные едят растения. Хищники едят травоядных. Нельзя же назвать волка жадным. Он просто животное, которое хочет есть.

Мне даже говорить ничего не пришлось. В их головах уже нарисовалась схема: я поглотил пилюлю, достиг второго уровня. Значит, тот, у кого четвёртый, достигнет пятого, а тот, у кого третий, – четвёртого.

Учитывая, что многие буквально застряли на своём уровне без возможности сдвинуться, данная пилюля в сознании воинов тотема приобрела божественный статус.

Я пояснил:

– Если хотите пилюли, то нужно больше зайцев. С одного такого выходит всего три пилюли.

Бран сказал:

– Тогда решено. Будем охотиться больше и делать пилюли!

– …

– Распределение такое: сначала её получат те, чей уровень выше, чтобы они стали ещё сильнее. Затем дальше по убыванию.

Ответом было:

– ДА!

Бран поднял руку.

– Не волнуйтесь. Каждый в племени получит по одной пилюле!

Гул стал ещё более бурным и радостным. Все воины тотема загалдели, их мотивация поохотиться в разы возросла.

Я же оценил лидерские качества отца. Он в один момент поставил себя во главе, то есть очевидно, что следующую пилюлю получит он, но также дал возможность и другим.

Он не был жадным, он заботился обо всём племени. И я разделял его позицию, она мне тоже нравилась. Моей целью тоже было усиление племени.

Потом отец повернулся ко мне.

– Давай прямо сейчас закинем остатки зайца в бочку.

– Зачем? Это слишком рискованно. Вдруг никто ничего не поймает? Люди будут голодными.

Я привёл множество аргументов, не только этот. Бран же настоял на своём:

– У меня отличное предчувствие. Я точно поймаю зайца, даже если приду под ночь!

– …

– Я хочу, чтобы, когда я вернусь, пилюля уже была готова!

– Ааа… Вон оно что?

Я улыбнулся и спорить больше не стал. Раз он в таком настроении, то это было бессмысленно.

Пилюль из оставшихся двух третей мяса должно выйти две. Одну заберёт Бран, а вот вторую разыграют между собой Кики и Ярв.

Последний сказал:

– Пусть её получит достойный. Тот, кто лучше проявит себя на охоте!

Сложно было определить, ведь две команды, но с Кики пойдёт Бран, а команда Ярва будет без «усиления», без воина тотема четвёртого уровня. Очевидно, им будет труднее.

Но данный вопрос сами между собой решат Кики и Ярв. Быть может, даже Кики находится в более невыгодном положении, так как у него выделиться на охоте будет меньше возможности.

Только Рокт одиноко стоял в стороне. Обычно он не сильно эмоциональный: что на охоте, что в племени – тот был серьёзным. Прямо сейчас на его лице можно было видеть разочарование.

Тот явно жалел о том, что именно сегодня его очередь охранять племя.

Я же больше думал о технике безопасности. Бочка Пожирателя Плоти во время кормления снова показала своё истинное лицо.

Края расползлись, огромная деревянная пасть распахнулась, заглатывая один кусок мяса за другим, был слышен лишь хруст костей.

Хрум! Хрум!

Дети смотрели на это секунды три.

– УААААА!

После чего раздался крик на всю пещеру. Кто-то бросился бежать вглубь, кто-то просто отвернулся, даже взрослые шарахнулись.

Я не стал их успокаивать и тем более говорить, что всё хорошо. Нет, я давил ещё сильнее:

– НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ НЕ ПОДХОДИТЕ К БОЧКЕ! ОНА ВАС СЪЕСТ! ЭТО ДЕМОН! ОН ЛЮБИТ ЕСТЬ ВЗРОСЛЫХ И ДЕТЕЙ!

Истошный рёв поднялся ещё сильнее. Даже Йоту поспешил подойти и спросить:

– Правда ли это?

– Не совсем. Я просто пугаю их во избежание несчастных случаев.

– Молодец!

Тот похвалил и выставил большой палец вверх. Тем временем команды Кики и Ярва ушли на охоту.

Я же остался по той простой причине, что не выспался. Тот небольшой сон вообще никак не восстановил мне силы.

Моё тело было всего лишь на втором уровне, это не давало мне сверхъестественную силу и выносливость. Точнее, давало, но не до такой степени.

Я передал отцу единственное руническое копьё, объяснив, как им пользоваться и что кричать, чтобы его активировать. Бран был опытным воином, сразу всё понял, потому я за них не волновался.

Под неумолкающий детский плач я взял лежанку, нашёл место у стены, постелил её, лёг и закрыл глаза. Вскоре уснул.

* * *

Проснулся от невероятной жары. В пещере было как в бане, кто-то даже мылся, из-за чего возник густой горячий пар.

Серьёзно? У них что, сегодня банный день?

Лесорубы уже успели сходить в лес и вернуться, сейчас вовсю шло кормление тотема. Впрочем, я не сразу поднялся – сначала лежал, смотрел на всё это, только потом вышел наружу.

Мороз сразу ударил в лицо. Он не был приятным, он был довольно злым. Аж тело вздрогнуло, я даже пожалел, что вышел. Но, по крайней мере, тут было свежо. Мысли сразу же очистились.

На улице был Лунк. Как раз притащили второе дерево за сегодня. На его поясе висел топор – тот самый, что я сделал для рубки. При виде меня он расплылся в улыбке раньше, чем я успел что-то сказать.

– Алек!

– Как топор? – спросил я по привычке.

– Отлично! Просто чудо, а не инструмент! Каждая команда хочет такой. Слушай, ты не мог бы…

Я его заверил:

– Как будет время и ресурсы, то обязательно сделаю такой же для каждой команды!

Лунк который раз просил, я каждый раз отвечал одно и то же. Материалов нет, времени нет.

Считай, кормил завтраками. Однако не просто так, а по делу. Дел реально много, а разорваться никак. Всё же клонов у меня не было, многое приходилось делать самому.

В этот момент вдали, на горизонте появились чёрные точки. Вскоре они преобразовались в силуэты людей.

Бран, Кики и остальные. В конце колонны был связан заяц. Они несли его, явно довольные собой. Особенно отец, который шёл впереди, выпятив грудь.

Рунического копья не было, что означало только одно – он его использовал.

Когда они подошли совсем близко, отец сказал:

– Я же тебе говорил, что мы без добычи не придём!

Я молча улыбнулся, мне нечего было ему ответить. Тот явно был доволен собой.

* * *

Впрочем, день принёс не только хорошие новости, но и плохие. Когда вернулась команда Ярва с охоты, то помимо добычи – зайца – они принесли ещё кое-что.

Бездыханное тело нашего соплеменника. Я сразу понял, ещё до того, как разглядел лицо, что это был Ранв.

В груди у него было несколько глубоких ран, словно от копий или ножей. Только не человеческих, явно от рогов.

Бран подошёл к Ярву и спросил:

– Как допустил это?

Ярв говорил без лишних слов, сам пребывая в шоке:

– Охота шла очень хорошо. Нашли зайца, начали загонять. В какой-то момент он взбесился и решил атаковать.

– …

– Ранв не успел среагировать. Всё же он уже не молод. Уровень первый. Грудь пробило насквозь.

– …

– Не прошло и пары минут, как он испустил дух. В этом есть моя ошибка!

Ярв сразу признал вину, что не углядел. Однако из рассказа следовало, что вины, по сути, и не было.

Охота сама по себе опасна, и такое могло случиться с любым. К сожалению, смерть пришла к Ранву.

– Заяц уже не смог убежать с телом на голове. Его быстро поймали, окружили, и я убил его своим копьём.

Только радости ни у кого не было, так как цена, оплаченная за победу, была слишком высокой.

Из глубины пещеры вышла взволнованная Морэ. Увидев убитого мужа, она заревела:

– ДОРОГОЙ МОЙ МУЖ!

На душе стало ещё более паршиво. Завывания жены и детей трогали до глубины души. Морэ упала на колени рядом с телом и долго выла, не останавливаясь.

В племени был траур. Кормление тотема в этот день было совмещено с «другим» ритуалом – преданием тела огню.

В племени не хоронили людей. Я видел такое впервые. Тело Ранва вымыли, раны сшили, шаман достал какую-то пахучую траву, которой окурил тело.

Йоту много молился, долго и монотонно. Вместе с ним молились и девушки. Они читали молитвы, будто отпевали его душу.

Позже соплеменники подходили по одному к телу, трогая его, прощаясь. Морэ держала его руку до последнего. Потом тело «отдали» тотему.

Огненный демонёнок принял его так же, как принимал дерево. Открыл рот – вскоре тело начало сжигаться. Вид был отвратительный, но недолгий, и не было запаха, что было хорошо.

Я смотрел и не знал, что думать. Люди вокруг привыкли давно. Так делали на протяжении многих поколений. Мне же было непонятно, потому я спросил у шамана:

– Зачем людей предавать огню?

Шаман объяснил:

– Мы не просто сжигаем тела. Внутри тотема живут души наших предков. Ранв теперь среди них.

– …

– Теперь тотем хранит воспоминания его жизни, его знания. Данный обряд очень важен для племени.

– Да?

Я вытаращил глаза, так как вдруг что-то понял. Ведь тотем даёт знания людям: он в день Образования учит людей читать и писать, а в день Пробуждения даёт наследие о техниках Воинов Тотема.

Раньше я не понимал, откуда там могут появиться знания. Однако теперь всё стало на свои места.

Знания, что есть в тотеме, перешли туда от погибших людей племени. Всех, кто жил до нас: кто культивировал, кто охотился, кто выживал, кто собирал растения и многое другое.

Все они там, внутри этого маленького огненного существа. То, как я смотрел на тотем, изменилось. Не как на демона, а как на существо, которое является частью племени. Племя – это тотем, тотем – это племя.

Они срослись между собой на таком высоком уровне.

– То есть когда я умру, – сказал я медленно, – моё тело тоже предадут огню?

– Да.

Я посмотрел на людей в пещере. Морэ сидела в стороне, дети жались к ней. Другие воины стояли молча, у каждого на лице было что-то своё.

Я не озвучивал мысль, что была в голове, но она почему-то очень часто приходила ко мне:

«Есть ли моя вина в том, что Ранв умер сегодня?»

«Если бы я не давил на них… Может быть, он был бы более осторожным?»