Текст книги "Я один вижу подсказки 17 (СИ)"

Автор книги: Son

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3
Воины Тотема

Йоту внимательно смотрел на меня.

– Сейчас ночь. Все спят. Почему же ты ходишь?

Я не знал, что ответить, потому сказал первое, что попало в голову:

– Из-за вони в пещере.

– …

Слова вылетели сами собой. Только потом я понял, что сказал какую-то ерунду. Ведь, если судить со стороны, то действительно странно, когда человек, вероятнее всего проживший в данной пещере столько лет, данную вонь должен воспринимать как запах родного дома. Однако Йоту засмеялся.

– Это всё потому, что ты слишком слабый. Настоящий мужчина должен терпеть.

– …

Я моргнул несколько раз. Мне было плевать, что тот попытался принизить мои физические показатели.

Я сам чувствовал с первых минут, что данное тело слабое. Руки тонкие, ноги тоже, даже дышать было чуть тяжелее.

Дети, которые спали, были другие. Более жилистые и подвижные, будто с рождения тягают железо.

Данное тело не уродилось крепким. Может, из-за болезни в детстве или же из-за недоедания.

Я лишь облегчённо выдохнул, что тот не посчитал меня иноземцем, который занял тело этого мальчишки. С другой стороны, если кто-то раскусит меня в племени, то ему нужно дать награду за самого внимательного, сообразительного и догадливого.

Я думаю, что таких людей тут точно нет.

Йоту же возился с кожаным мешочком, висевшим у него на поясе. Развязал его, запустил внутрь два пальца и вытащил их измазанными тёмно-зелёной пастой.

– Вот.

Его рука потянулась к моему лицу, пальцами проведя прямо под носом. Я дёрнулся с мыслью:

«Куда ты тянешь свои грязные руки?»

Но проглотил слова, так как в душной пещере вдруг запахло живым лесом. Пахло хвоей и влажной корой, как освежитель воздуха, только в сто раз круче.

Одна проблема ушла, и я поблагодарил:

– Спасибо.

Йоту небрежно махнул рукой.

– Юный Алек, не нужно благодарить меня. Я тебя прекрасно понимаю. У меня тоже был обряд Пробуждения, когда я был молодым. Я, как и ты, волновался. Стану ли я Воином Тотема или нет? То, что твой нюх обострился, лишь говорит о волнении.

Я стоял, сидел неподвижно и думал:

«Воин Тотема? Что это?»

В голове сразу же всплыли воспоминания.

Воин Тотема – человек, благословлённый Огнём. Тот, кто может взращивать в себе силу пламени, сражаться с помощью неё, защищать племя и развиваться. У воинов тотема есть уровни, начиная первым и заканчивая девятым.

Воин Тотема несёт пламя в себе, потому он может уходить далеко от пещеры и охотиться на морозных тварей. Чем выше уровень, тем выше сила Воина Тотема.

Однако быть Воином Тотема может не каждый в племени. Это лишь привилегированная каста людей – двадцать шесть человек. По сути, за счёт которых выживает всё племя.

Служители Тотема – люди, благословлённые огнём, но не имеющие наследия. Это значит, что в них есть огонь, но в пассивном режиме.

Служитель не может атаковать с его помощью, служитель не имеет возможности управлять своим огнём. Из-за чего он может выходить на улицу, но не может защитить себя.

Служители Тотема – самая многочисленная группа. Они занимаются важным делом: собирательством, рубкой деревьев, ремесленничеством, свежеванием туш и многим другим.

Третья же каста – это дети. Они самый беззащитный класс: слабые, выходить из пещеры они не могут, по крайней мере до 11 лет. Из-за того, что могут заболеть и умереть.

Дети от 12 до 16 выходят, если тепло оденутся, но далеко из пещеры они не отходят. Им всегда нужно каждый час-два возвращаться и греться, только после этого они могут выйти снова. Нынешний мой статус – ребёнок.

– Юный Алек, – голос Йоту вернул меня в реальность. – Нельзя проводить Обряд Пробуждения ночью, так как пламя сейчас испытывает огромную нагрузку. Оно защищает нашу пещеру от Морозного Яда, чтобы тот не проник внутрь.

– …

– Когда будет утро, то Морозный Яд отступит. Тогда я проведу обряд. Тогда ты узнаешь: станешь ли ты Воином или Служителем!

Я кивнул, внутри сердце сжалось и не разжималось. Как опытный избранный, я понимал, что момент волнительный: ведь данное решение разделит мою судьбу на ДО и ПОСЛЕ.

– А от чего это зависит? Кто становится Воином, а кто Служителем?

Шаман не удивился вопросу.

– Это зависит от твоей судьбы. Пламя смотрит на неё. Если предки сочтут тебя достойным, то ты будешь Воином Тотема.

– Судьба?

У меня была уверенность, что я с помощью своих знаний и навыков смогу принести много хороших изменений в племя.

Потому сразу подумал, что если огонь смотрит на судьбу и полезность, то я точно стану Воином Тотема.

Казалось, что после этого разговор затих. Однако я проснулся не под утро, а где-то в середине ночи.

Из-за чего был выбор: пойти спать либо же сидеть тут. Шаман не прогонял меня. Мне он показался честным, добрым, заботливым и мудрым. Он многое знает, потому я продолжил расспрашивать:

– Можно задать вопрос?

– Какой?

– Тотем племени – огонь. Откуда он пришёл к нам?

Йоту удивился и сказал:

– Молодёжь обычно не интересуется такими вопросами. Юный Алек, похвальная любознательность. Если тебе так интересно, то я расскажу…

Голос старика в эту ночь не умолкал. Он рассказал, что изначально у племени не было тотема. Что уж говорить, не было никакого племени.

– Раньше всё было по-другому. Зима сменялась весной, весна сменялась летом, лето сменялось осенью, осень сменялась зимой… Это был круговорот времён года.

– …

– Люди жили не в пещерах, а в огромных городах. У нас было всё: знания, общество, технологии. Человечество было на вершине пищевой цепи.

– …

– В какой-то момент всё поменялось. Постепенно температура начала падать, всё ниже и ниже. Города начали пустеть, люди – умирать, началось вымирание.

Шаман продолжал говорить, а я его слушал, широко раскрыв глаза. Всё потому, что я думал, что пришёл к людям, которые только в начале своего пути.

Однако оказалось, что они не в начале, а в конце. Из-за грязных лиц и одежд из шкур я принял их за древних людей. Однако я не замечал, что их язык непомерно глубок, как будто я разговаривал с современным человеком.

Я огляделся по сторонам: на стенах пещеры – письменность. Затем перевёл взгляд на людей: их одежда сшита аккуратно, кожаные ремни и пряжки из кости.

Сбоку лежали котлы: каменные, глиняные и деревянные. С другой стороны стояли копья: у одного наконечник из кости, у другого – из металла.

Я задался вопросом: насколько нужно быть слепым, чтобы не замечать очевидного?

Я со всей уверенностью был убеждён, что, попав в племя древних людей, покажу им, как нужно. Тупым дикарям расскажу про пенициллин или про то, что котлы можно делать из глины, что мясо нужно коптить или ещё про что-нибудь.

Оказывается, очень многое они и так знают. И данные условия в племени – это результат таких ужасных условий снаружи, что они буквально сковывают всему племени руки.

Я явно недооценил это место, этих людей и себя. Потому сейчас я сидел у костра, смотрел на него и думал:

«Ситуация ужасная… Или, наоборот, лучше так?»

Шаман заснул прямо там, где сидел.

В какой-то момент голос его стал тише, пока на полуслове его голова не опрокинулась вниз, и он окончательно замолчал.

Я смотрел на него несколько секунд.

Удобно же ему так спать? Нет бы лечь на землю и спокойно уснуть. Я же не спал, так как не хотел.

Однако я понял, что наступило утро. Кто-то кашлянул, кто-то завозился в шкурах, а затем люди один за другим начали вставать.

Первыми поднялись самые «большие» и «здоровые». Мужчины и женщины с татуировками на теле.

Они не потягивались, не щурились сонно. Просто вставали и сразу были готовы. Я понял, что это Воины Тотема.

Один из них подошёл ко мне, схватил за ухо и сказал:

– АЛЕК! ЧТО ТЫ ТУТ СИДИШЬ? ТЫ С УМА СОШЁЛ? ЭТО СВЯЩЕННОЕ МЕСТО. ПОЙДИ ПРОЧЬ!

За ухо он поднял меня и оттащил в сторону под смех других. В голове сразу же всплыло воспоминание: вождь племени, имя Бран, сильнейший Воин Тотема 4 уровня, мой отец.

– Что? А почему нельзя?

– По кочану. Стой тут, жди своей очереди.

Бран больше ничего не сказал. Он грубо растолкал шамана:

– Ты тоже не спи, вставай давай. Уже утро!

А затем взял четырёх Воинов Тотема с собой, и они вышли в коридор. Туда, где я чуть не умер.

Они ушли. Затем прошло минут пять, и оттуда подул свежий, морозный воздух. Однако люди не выходили. Они ждали, когда отец придёт и скажет:

– Чисто. Можете выходить!

Видимо, они убрали камень, сделали разведку, и только потому людям дали добро. К тому моменту все окончательно проснулись, и в пещере стало реально «тесно».

Я говорю о сильном гаме, все друг с другом разговаривали: шутили, желали хорошего дня, говорили о планах. Кто-то уже начал делать дела: выносить помои, шкуры, чтобы проветрить.

Они действовали организованно, каждый знал, что будет делать. Лентяев не было, если не считать нас четверых.

В какой-то момент ко мне подошёл один молодой парень и две молодые девушки. Они тоже, как и я, ждали сегодняшнего дня – чтобы получить благословение Тотема.

Парень по имени Драг говорил:

– Наконец-то проветрили помойку. Дышать невозможно.

Я удивился:

– Ты тоже чувствуешь запах?

Я подумал, что он тоже инопришелец.

– Нет. Не чувствую, – сказал Драг с иронией. – У меня же нет носа.

А затем его вообще понесло в другую степь:

– Вот бы уже стать Воином Тотема и свалить отсюда.

Как я уже говорил, дети до 16 лет не могут покидать пещеру. Даже если могут, то ненадолго. Им нужно обязательно благословение Тотема, чтобы ходить по Миру Вечной Мерзлоты.

Мне показался Драг забавным, и я спросил, чтобы поддержать разговор:

– Хочешь быть охотником?

– Нет. Хочу просто свалить отсюда. Как меня все тут достали. Нет личного места, ни встать, ничего нельзя сделать.

– О… Вон оно как?

– Хочу сделать отдельную пещеру.

Я удивился:

– И как ты себе это представляешь? Ты же там умрёшь без огня.

Он сказал:

– Что-нибудь придумаю. Уж лучше сдохнуть, чем жить здесь.

На этих словах подошёл один из Воинов Тотема. Это был Ярв, отец Драга. Он дал отцовского леща так, что у парня чуть глаза из орбит не вылезли.

– Ах. За что?

– За длинный язык.

Драг что-то возмутился про себя, но явно не осмелился что-то сказать в присутствии своего отца.

Также пришёл и мой отец. Когда все собрались, Йоту сказал:

– Начнём Пробуждение!

Глава 4
Обряд Пробуждения

Я ожидал от Обряда Пробуждения большего.

Когда слышишь слово «обряд», воображение рисует: ревущий костёр. Племя, что пляшет вокруг него, бья по барабанам. Мясо, запечённое на углях. Пение, что разносится во все стороны. Таинственный шёпот от шамана, когда тот входит в транс и ведёт разговор с предками на языке, недоступном живым.

Что-нибудь уникальное и масштабное.

Вместо этого Йоту просто взял шипцы из заточенных костей и схватил небольшой уголёк. Вид у шамана был довольно взволнованный.

– Я хочу первым, – сказал Драг, шагнул вперёд, и в его взгляде горело, что он будет биться до последнего вздоха, если кто-то будет против.

Очерёдность ничего не решала. Потому я лишь пожал плечами.

– Как хочешь.

Драг вышел к шаману и вытянул правую руку ладонью вверх, где синели вены под кожей запястья.

Йоту кивнул.

– Предки, да благословите наше племя. Дайте Драго силы, чтобы тот мог защитить нас.

Затем прислонил уголь к запястью.

Вшшш.

Прозвучал звук, как вода, попавшая на раскалённый металл.

Вшшш.

Потом уже сам Драг зашипел, стиснув зубы, – явно ему было больно. Особенно потому, как, не сдерживаясь долго, тот закричал:

– ЧЁРТ ВОЗЬМИ, КАК ЖЕ ЭТО БОЛЬНО!

Я не стал смеяться, потому что буквально почувствовал это каждой клеткой. Я даже порадовался, что не пошёл первым.

В воздухе поплыл запах горелой плоти. Поскольку я не знаю, когда последний раз ел, то этот запах показался почти аппетитным.

Впрочем, это было лишь первые пару секунд. Драг кричал, белый дым обвивался вокруг запястья, поднимаясь вверх и тая.

Затем загорелся огонь. Яркое оранжевое пламя, которое вспыхнуло прямо на коже Драго, проглатывая его целиком.

Он сгорит?

Я думал, что да, но языки пламени обволакивали его тело, танцевали на его длинных волосах, но признаков ожога не было. Наоборот, выглядело круто. Я даже подумал:

«Именно такого зрелища хотелось от обряда!»

Вдруг что-то изменилось, глаза Драго засветились золотым светом. Не в переносном, а в прямом смысле.

Парень будто что-то видел, что не могли видеть мы. Его лицо застыло, будто он что-то слушал и постигал.

Я услышал голос:

– Мой сын получает наследие.

Когда обернулся, то увидел Ярва. Тот явно улыбался, был довольным и радовался чему-то.

– Тихо ты, – тут же одёрнул его другой воин. – Не сглазь его. Сам знаешь, что может случиться.

– Нет. – Ярв покачал головой. – Я верю. Мой сын будет достойным Воином.

– …

Никто больше не возразил. Так продолжилось минут пять, не более.

Йоту всё это время не двигался. Терпеливо стоял, держа уголь у запястья Драга, готовый отпустить его только тогда, когда придёт время.

Пламя на Драге начало угасать, буквально втягиваться внутрь – в его кожу, расходясь по крови, зарываясь в кости.

Парень моргнул, свет в глазах утих, и он произнёс:

– Великий Шаман, я получил наследие.

Йоту кивнул, убрал уголь от запястья.

– Ты стал Воином Тотема. Пройди этот путь с достоинством. Береги племя. Пользуйся силой, что дана тебе, правильно, а не в угоду себе. Не дай нашему народу потеряться среди эпох.

Я не знаю, шаман это сказал Драго потому, что всем так говорил, или потому, что слышал его слова, знал его характер.

Думал, что Драго скажет что-то забавное, но тот покорно склонил голову, будто принимая завет.

На его запястье, где только что горел уголь, кожа не выглядела обожжённой: не было ни волдырей, ни сырого мяса.

Вместо этого красовался идеальный красный круг. От него в сторону предплечья расходились тонкие извилистые линии – Метка Тотема.

Выглядело красиво!

Я слышал от воинов, что «наследие» – это метод культивации. Он позволяет подниматься по уровню от первого к девятому.

Драго же, довольный, поднялся, на лице улыбка. Он не сказал ни слова, пока не подошёл к отцу.

– Я сделал это.

Ярв шагнул навстречу, огромной рукой похлопав по плечу сына.

Хлоп. Хлоп.

Затем сказал:

– Горжусь тобой. Твоя мать тоже бы гордилась. Она говорила, что у тебя великая судьба…

Дальше слов я не слышал, так как те отошли, чтобы не мешать, и разговаривали уже «наедине», насколько это было возможно в общей пещере.

Йоту тем временем вернул уголь в костёр. Подождал пару секунд. Затем щипцами вынул новый, примерно такой же уголёк.

– Кто следующий?

– Я.

К нему уже шла девушка – Зара. В голове сразу же всплыли воспоминания о ней, всё же та являлась двоюродной сестрой.

Нужно понимать, что в племени из чуть больше чем 100 человек между нами очень плотное родство. Тут все: старшие, младшие – куда ни плюнь, везде тёти и дяди, шаман – троюродный дедушка.

Несмотря на это, внешность у Зары была потрясающей: молодая, с длинными ногами, крепким телосложением.

Широкие плечи и уверенная осанка. Лицо без грязи, выглядело красиво. А густые чёрные волосы, заплетённые в косы, были переброшены через плечо.

Нежной она не выглядела, скорее героической.

Она встала перед шаманом и вытянула руку. Йоту произнёс те же слова, только имя сменилось.

– Предки, да благословите наше племя. Дайте Заре сил, чтобы она могла защитить нас.

Вшшш.

Несмотря на шипение, Зара не издала ни звука. Обряд повторился с точностью. То же пламя, те же оранжевые языки, что вспыхнули и охватили фигуру целиком.

Огонь кружил в чёрных волосах, скользил по рукам, но девушка не двигалась, принимая наследие.

Когда пламя угасло, то Зара сказала:

– Великий Шаман. Я получила наследие.

Йоту убрал уголь и кивнул.

– Ты стала Воином Тотема. Береги племя. Пусть сила, данная тебе, служит племени, а не тебе одной.

Девушка хотела уже уйти, а Йоту добавил:

– Зара, тебе сильно можно не стараться. Лучше сосредоточься на рождении детей.

Я поморщился, чуть ли рот не открыл. Вот это был совет. Впрочем, в словах шамана была логика.

Племя держалось на двух вещах: силе Воинов и числе живых. Рождаемость в племени высокая, как и детская смертность.

Каждый ребёнок, доживший до 16 лет, – это подарок.

Женщины племени тянули этот груз, рожая снова и снова, теряя и снова рожая. Зара же не хотела такой участи, она сказала:

– Нет. Я пройду путь Воина Тотема.

Йоту даже не нахмурился. Я думал, что он хотя бы сделает ей выговор, но тот просто пожал плечами. Мол, не хотят слушать старших, молодые совсем уже от рук отбились.

Зара отошла к родителям. Те также начали её хвалить, говорить, как рады за неё.

Я перевёл взгляд вперёд. Нас осталось двое: я и Леля. Троюродная сестра стояла чуть в стороне: невысокая, тихая, чуть полная. Йоту уже возился у костра, меняя уголь.

– Ты хочешь первой? – спросил я.

Леля посмотрела удивлённо, будто не ожидала, что её спросят.

– Да. Спасибо.

Она вышла вперёд.

Шаман повторил всё с той же размеренной точностью. Те же слова, та же поза, тот же уголь, прижатый к запястью у основания ладони.

Огонь вспыхнул, но буквально на пару мгновений – он быстро спрятался внутри тела. Без свечения в глазах и передачи наследия.

Когда Йоту убрал уголь, я посмотрел на запястье. Ровный чёрный круг, без линий, как у Драга и Зары.

Шаман нахмурился, как и все вокруг. За спиной уже загомонили Воины Тотема:

– Она стала Служителем.

– Два Воина Тотема за один год – уже хорошо. Не нужно просить большего у богов, сам понимаешь, чем это может закончиться.

– Да… Чем больше воинов, тем суровее времена нас ждут.

– И всё же. Хотелось бы больше. Может, ещё сын вождя нас порадует?

– Брось ты. Он же нерадивый.

Они шептались прямо за плечом. Я медленно повернулся.

– В смысле – нерадивый? Всё, я радивый.

Воин, что говорил последним, смерил меня взглядом с ног до головы и улыбнулся:

– Вот мы сейчас это увидим!

– Ахаха…

Они заржали в голос, будто вообще не веря в меня. Хотелось их послать, но чуть в стороне стоял Бран.

Он стоял вообще отдельно от всех, скрестив руки, взгляд серьёзный. Явно напряжённый.

Единственный сын, что дожил до шестнадцати, должен пройти Пробуждение. Естественно, у него были большие ожидания. Я хоть и не являюсь его сыном, а иномирец, мне всё равно было волнительно.

Так как одна из целей – отыграть роль. Если роль члена племени, то её нужно отыграть хорошо.

Я повернулся к Йоту. Тот уже держал новый уголь и смотрел на меня.

– Юный Алек, ты готов?

– Да.

Я посмотрел на уголь, тот горел ярче остальных: крупный, алый – хороший знак.

Я вышел вперёд, вытянул правую руку ладонью вверх. Йоту произнёс стандартную речь, после чего прижал уголь к запястью.

Вшшш.

По телу распространилась волна огня: по рукам, по груди, вдоль позвоночника. Огонь проник в каждый угол, после чего собрался в одной точке, где у практиков боевых искусств находится даньтянь.

Я стиснул зубы. Первое время было чертовски больно, будто реально сжигают заживо, но постепенно огонь приносил прохладу. Как бы парадоксально ни звучало.

Я был готов впитывать наследие, но ничего такого не было. Йоту убрал уголь. Я посмотрел на запястье – там был ровный чёрный круг без линий.

Несколько секунд я просто смотрел на него, и у меня вырвалось:

– ЧЕГО?

Я уставился на шамана. Подумал, что либо уголь не тот, либо шаман слишком уж быстро уголь отвёл. Я спокойно спросил:

– Не могли бы вы ещё раз приложить уголь? Или взять другой?

Может, по голосу слышалось отчаяние, но это было не отчаяние. Просто я понимал: без метки Воина Тотема испытание будет трудным.

На четвёртом испытании была похожая ситуация. Только там у меня была уверенность из-за навыков: клон, рой, стабилизация и ферма.

Тут же вообще ничего не дали. Быть Служителем Тотема – единственная польза в том, что можно выйти из пещеры чуть дольше, чем может обычный человек. Быть может, чуть усилятся сила и выносливость. Однако на этом преимущества заканчивались.

Именно поэтому я спросил, чтобы шаман что-то придумал.

– Юный Алек, ничего не поможет. Но если просишь – сделаю.

– Прошу.

– Хорошо.

Он снова полез в костёр. Снова выбрал уголь. Прижал к тому же запястью. Ничего.

Просто тёплый кусок угля у кожи. Ни жжения, ни волны огня внутри.

Я опустил руку.

– Алек, – Йоту заговорил снова. – Всё хорошо. Не всем быть Воинами. Племени нужны Служители, нужны люди, что будут оберегать племя и заботиться о людях. Не расстраивайся ты так.

Я скромно кивнул и развернулся, чтобы напороться на взгляд отца. Его лицо было чернее грозового неба. Он не злился, скорее был разочарован.

Глава 5
Лесоруб

Шёпот заполнил пещеру. Я раньше не обращал внимания на статус «сын вождя», а зря. Статус явно давал о себе знать тем, что десятки людей наблюдали.

– Сын вождя, не получил наследие?

– Конечно, ты посмотри, какой он слабый. Это было ожидаемо.

– Но есть же «наследственность». Будущим вождём станет сын вождя. У вождя же нет больше сыновей.

– Ты не понимаешь? Никто не рассчитывал, что Алек будет Воином!

– И что же делать? Кто будет следующим вождём?

– В племени грядут изменения, и сильнейшие воины уже готовы к ним.

– Что это значит?

– После Брана вождём будет сильнейший воин.

Я хорошо слышал шёпот. Он мне не нравился. С другой стороны, были понятные причины эмоций отца.

Я решил, что не должен выходить из роли. Потому принял расстроенный вид: опустил голову и плечи, и сделал выражение лица, будто всё пропало.

Понятное дело, что мои истинные чувства были примерно такими же. Просто я привык, видя проблему, решать её, а не просто расстраиваться.

Я прошёл через столь многое. Я был убеждён, что, несмотря на плохие стартовые условия, всё равно могу двигаться вперёд.

Бран смотрел на меня. Я думал, что он скажет что-то утешающее. Он действительно сказал, но не то:

– Ты одно сплошное разочарование.

Вокруг мгновенно стало очень тихо, люди перестали шептаться. Я поднял голову и, совершенно забыв о своём плане, ответил:

– Да, я такой.

– …

Бран моргнул, его кулаки сжались:

– Что?

– Ой, то есть отец. Прости меня. О, боги жестоки ко мне. Я не оправдал твоих ожиданий. И теперь мне так стыдно, что я готов провалиться сквозь землю.

Бран не выдержал, резко вытянул руку, схватил меня за шею, чуть надавил и крикнул:

– Для тебя это всё шутки?

Горло было сжато так сильно, словно в тисках. Я даже пикнуть не мог, не то что говорить. Видя меня таким, он отпустил.

– Ничтожество.

– …

Я ничего не ответил, только схватился за горло, разминая его, чтобы оно перестало так болеть. Отец продолжил:

– Когда ты родился, я был так рад. Я поднял тебя в воздух, возвысив перед всем племенем, и сказал: вот будущий наследник, будущий вождь племени!

– …

– Люди кричали. Они действительно верили в меня, они верили в тебя. А что ты? Твой характер испортился: стал эгоистом, ленивым, твоё тело – ужас. Я понимаю, почему предки не приняли тебя. Я бы тоже не принял.

– …

– Тебе не стать вождём. Ты будешь Хранителем Тотема, будешь вкалывать за пятерых.

Бран сказал это, затем плюнул на землю рядом с моими ногами, развернулся и ушёл.

Что тут сказать?

Обычный конфликт отцов и детей. Отец строит какие-то свои планы на жизнь сына, тем временем сын живёт своей жизнью.

Просто мне не повезло с телом, в которое я попал. У него слишком «богатая» история: сын вождя, неудачник, в прошлом эгоистичный «мажор» по условиям племени.

Хотел бы сказать, что меня это не заботит, но данные условия очень сильно влияют на моё испытание. Казалось, что всё племя против меня.

Также я не стал ничего объяснять Брану и спорить. Я не стал говорить, что у меня есть много знаний и я могу помочь племени выживать другим способом.

Я просто сел в стороне, наблюдая, как Бран собирал всех Воинов Тотема в центре пещеры. Он расправил плечи и сказал:

– Охотничьи команды, готовимся и выходим. Если не выйдем сейчас, то жрать будет нечего. Всем ясно?

– ДА!

Десятки голосов ответили сразу. Они начали одеваться, утепляться как можно теплее, брали в руки оружие. Среди них я видел Зару и Драга. Их ждала первая охота сразу же после пробуждения.

Я же сидел и думал о плане. Хороший план сразу поставил бы всё на свои места. Мне нужно определиться с целями: чего хочу достичь? Какие у меня есть возможности? Какие есть ресурсы?

Проблема в том, что пока было мало информации. Память ещё до конца не вернулась, а если бы вернулась, то нет уверенности, что предыдущий малец многое знал.

Вывод: для начала нужно собрать больше информации.

Когда я думал, то ко мне сбоку подошёл кто-то.

– Ты чего тут стоишь, в облаках витаешь?

Я поднял голову, посмотрел на огромного мужика: большое пузо, широкие плечи, большие руки.

Я думал, что он Воин Тотема, но по метке можно сказать, что Служитель. Видимо, предки действительно слепы, раз такого здоровяка не оценили по достоинству.

В голове всплыло простое имя – Лунк.

Я ответил:

– Сижу и сижу. Что, сидеть нельзя?

– Нет. Твой отец ясно сказал, что ты будешь работать.

– Работать?

– Пойдёшь ко мне в отряд. Будешь лесорубом.

Звучало как-то паршиво.

– Нет. У меня есть чем заняться.

Тот нахмурился:

– Алек, ты теперь взрослый. Никто опекать тебя не будет. Если ты не будешь работать, то никто тебя не будет кормить.

– …

– Чего молчишь? Я серьёзно говорю. Я лично буду следить за тем, чтобы ты глотка бульона даже не сделал.

Честно признаться, Лунк умел убеждать. В желудке было пусто, есть хотелось. Тем более быть белой вороной в племени не хотелось.

Если нужно немного поработать, то, думаю, нужно сделать дело. Всё же день длится всего 12 часов, и 12 часов длится ночь, где они спят. Я к тому, что будет свободное время, где можно будет заняться своими делами.

– Хорошо. Что нужно делать?

– Иди одевайся. Мы идём в лес.

– Что?

Я удивился, подумал, что сходить в лес было бы неплохо. Как раз разведал бы ресурсы. Ведь в лесу определённо должно быть что-то полезное.

– Конечно, я иду.

Я вскочил, и, видя мой энтузиазм, Лунк довольно кивнул:

– То-то же.

Выходить в тех шкурах, в каких я ходил, было нельзя. Потому я подошёл к женщинам, которые отвечали за одежду.

Они делали всё: шили, вязали, чистили, стирали, ремонтировали – настоящие эксперты.

– Чего тебе?

– Один комплект для лесоруба.

– Вот, возьми.

Они достали один большой свёрток и дали мне. На ощупь он был мягким и пушистым.

– Спасибо.

Я отошёл в сторону, начал одеваться. Сначала снял с себя то, что было, и начал надевать «термобельё» – вязаные, прилегающие к телу штаны и кофту, а также носки.

Поверх – толстые штаны с мехом, валенки и куртка. После что-то типа балаклавы, шапка и шарф – комплект был внушительным. Быть может, простоват: всё было сделано с помощью примитивных технологий, но одели меня очень хорошо. Я даже вспотел.

Лунк подошёл ко мне с банкой чего-то белого, намазал на свои пальцы и потянулся ко мне. Я сразу же возмутился:

– Зачем вы все суёте пальцы к моему лицу?

– Это жир. Он спасёт тебя от обморожения лица.

Лунк обмазал нос, щёки и переносицу. Было неприятно, но раз для дела нужно, то я поблагодарил:

– Спасибо!

Когда оделись все, а всего нас было одиннадцать лесорубов, осталось только «вооружиться».

Лунк дал мне топор:

– Вот, возьми.

Я взял его. Он был тяжёлым и хорошим: из цельной кости, с резьбой на рукояти. Он выглядел скорее как произведение искусства. Длинная ручка, сама «голова» была небольшой.

Я повертел его в руках и понял, что баланс был идеальным. Однако я аккуратно ногтем попытался проверить остроту лезвия. Та оказалась запредельной – ноготь стачивался.

Острый!

Я не стал задавать вопрос вслух, но мне хотелось узнать: – Что за мастер сделал этот топор?

В нём использовался не только необычный материал, но также большую роль сыграло мастерство мастера.

Также Лунк дал мне моток верёвки, хорошо сплетённой, диаметр тоже довольно большой, примерно с большой палец. Целый моток – пришлось забросить на левое плечо, а правой держать топор.

– Готов?

– Да.

– Тогда выходим!

Как до этого вышли охотники из пещеры, отряд лесорубов тоже начал выдвигаться. Совру, если скажу, что момент не был волнительным. Мне хотелось увидеть:

А как выглядит местность снаружи?

Уже вскоре отряд вышел, я был последним. После полумрака пещеры свет ударил в глаза.

Я зажмурился, прикрыв веки. Несколько секунд ушло только на то, чтобы глаза привыкли.

Ситуацию осложнял морозный воздух. Только сделал глоток, я сразу же прочувствовал, как холод пробрался внутрь. Несмотря на то, что днём теплее, всё равно было чертовски холодно.

Что?

Когда зрение прояснилось, то я увидел белые долины, заваленные снегом. Ровные и гладкие поля, как покрывало, покрывали землю.

Мы стояли на возвышенности. Не полноценная гора, но достаточно высокая, чтобы видеть многое. Белая пустошь до горизонта.

Конечно, следы были. Около десятка троп в разные стороны, которые исходили от пещеры. Видимо, это те, кто ушёл первыми: воины пошли на охоту, собиратели – чтобы собирать растительную пищу, а дровосеки ушли в лес.

Кто куда. Пожалуй, это было завораживающее зрелище. Всем было плевать на мои чувства. Лунк крикнул:

– Ты так и будешь там стоять?

– Лунк, что ты за мужик такой? Дай насладиться моментом.

Тот обиделся:

– Если мы не поспешим в лес, то можем не успеть обратно. Мы можем замёрзнуть там, понимаешь?

Он говорил о том, что одежда на нас согревает, но всё же самое важное – это огонь внутри даньтяня.

Я уже чувствовал, что крупица от него отделилась и распределилась по телу. Словно песочные часы. Только часы можно перевернуть. А это скорее топливо, которое, когда кончится, человек замёрзнет.

– Понял.

– Тогда идём!

Я пошёл за ним и спросил:

– Где лес-то?

Думал, что он будет рядом с пещерой, но что-то я ничего похожего на деревья рядом не вижу.

– До него нужно ещё дойти!

– Понял.

Я пристроился в хвост колонны и решил не спорить. Думал, что мы пойдём, но мы побежали в лёгком темпе.

Первые десять минут бега было легко. Просто данное тело реально слабое: мышц нет, выносливость никакая – я уже начал уставать, особенно неся верёвку и топор.

Ранее те казались лёгкими, сейчас – невероятно тяжёлыми. Хуже того, что вскоре мы вовсе сошли с протоптанной дорожки на непротоптанную.

Первый своим телом, считай, продалбливал нам путь. Я хоть и бежал в конце, но бежать стало тяжелее из-за рыхлого снега.

Мне было одновременно холодно и жарко. Я хотел пить, хотел остановиться и продышаться. Это было какое-то безумие. И всё это в течение долгого часа.

Когда я увидел лес, то чуть не выпрыгнул из штанов от радости. Всё же я подумал, что слишком рано пошёл в дровосеки, и чтобы брать такую работу, то тело нужно подготовить: банальные физические тренировки бы подошли.

Сам лес выглядел величественно и таинственно: вековые сосны стояли плотно друг к другу. Как будто не лес вовсе, а стена из деревьев.

Стволы очень толстые, в три обхвата, с коричнево-серой корой. Ветви уходили вверх. На каждой – шапка из снега. Тёмно-зелёные иглы усеивали все ветки.