Текст книги "1000 и 1 жизнь 4 (СИ)"

Автор книги: Samus

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

Глава 25

Сергей проснулся и уставился на практически полную Луну, заглядывавшую в окно. В голову лезли, толкаясь, неуместные мысли, вроде перечисления ритуалов жертвоприношения, которые требовалось проводить в полнолуние, а также тех, которые требовали полного безлуния, а то и лунного затмения. Сколько он провел в плену? По сроку полнолуния можно было вычислить, но Сергей понял, что это бесполезно и ненужно.

Знание точной даты не поможет ему спастись быстрее.

Он поднялся и некоторое время занимался физическими упражнениями, потом долго стоял под струями холодной воды, одновременно взбадриваясь и проводя закалку. Затем снова уставился в окно, старательно запоминая карту Мачу-Пикчу, ту часть поселения, что была видна отсюда и соотнося ее с общим видом. Если он хотел улучшить шансы на побег, следовало ориентироваться тут лучше местных.

Север – «бараки», длинные одноэтажные строения, в одном из которых он находился в плену. Юг – храм Матери-Магии, статуи вокруг которого сейчас таинственно поблескивали в лунном свете. Радиальные дорожки и ступени, словно рисунок Солнца в камне, система террас и перепады высоты. Страж на стенах и редкие патрули, да и был ли в них смысл с системой Источника?

Стражи – самые лучшие и преданные, но все же люди, которых можно было запугать, подкупить, обмануть, в отличие от магических слуг. Здания общих столовых, ритуальные, здания для жертвоприношений, помимо алтаря в храме Матери-Магии. Библиотека и лаборатории, их инкские аналоги, склады и здания для отработки заклинаний, там же аналоги дуэльных площадок.

Скрытый город магов, вращающийся вокруг магов и теперь еще и жрецов, с поклонением Матери-Магии.

– Надо себе тоже завести горную виллу, – пробормотал под нос Сергей.

Холодный ночной ветер вызывал озноб в мокром обнаженном теле, и он сосредоточился, прогоняя импульсы магии, воздействуя на тело. Подогревая и обсушиваясь, но одновременно с этим стараясь и изменить состав воды на теле, состав выступающего пота. Если он мог дезинтегрировать добавки в пищу, то мог и создавать, и изменять. Поведение Люситы ясно говорило о причине – инкам требовалась его сила крови, без одурманивания и побочных эффектов, и это давало ему время, но в то же время и обессиливало, вызывало страх.

Сможет ли он вернуть утерянное?

Превращения и еще раз превращения, добавление цинка из крови и тела, выделение солей. Медь браслета, взаимодействия, создание, в сущности, батарейки прямо на собственном теле. Изоляция руки, чтобы не било током, подача импульсов магии, ускорение процессов, попытка перевести медь в окислы, чтобы нарушилась структура артефакта.

– Вот блядство, – только и успел сказать Сергей, когда сработали не только три остальных браслета, но еще и ошейник.

Отвод тепла от руки представлял проблему, но Сергей решил ее, сбрасывая излишки в камень. Магические слуги не появлялись, дела вроде шли прекрасно, но тут он вдруг понял, что ему просто не хватит цинка в теле. Не на четыре браслета с ошейником одновременно, так как система их воздействия немного прояснилась. Любое прерывание действия вызывало срабатывание остальных, любой обрыв связи с магией Источника вызывал срабатывание и этот пункт особенно взбесил Сергея.

Даже выскочи он за пределы Источника, браслеты тут же убили бы его, не дав сбросить их.

– Твою мать, – глубокомысленно выдал Сергей во тьму ночи.

Медь – точнее говоря, медь и олово в сплаве бронзы – они составляли лишь верхний слой браслетов. Под ними находилось золото, пускай и мягкий, но весьма инертный химически металл. Магическая проводимость у золота была отличной, так что наверняка там и находились все эти сторожевые и охранные чары, приводившие к срабатыванию. Нарушился медный слой? Убей! Не поступают сигналы? Убей! Магическое программирование и алгоритмы, которые он легко подчинил бы и сломал, будь у него возможность колдовать и применять силу крови.

Кровь, подумал Сергей, вот единственный выход. Кровь как проводник, кровь с силой Чопперов, нужно было не избавляться от браслетов, а постепенно подчинять их себе. Медленно, шажок за шажком, импульс за импульсом, ибо, судя по оговорке Люситы их предупредили, и они подготовились, браслеты точно отражали резкое воздействие.

– Проверим.

Резкий удар на излом, выплеск силы и подчинение, и ответный удар браслетов, словно вонзивших в него сотню раскаленных кинжалов. Сергей рухнул изломанной куклой, не в силах закричать, так как горло сдавливало и тоже жгло. Воздействие удалось, да, но ему не хватало концентрации и собственных сил, стойкости и закалки, чтобы действовать, приказать браслетам разомкнуться.

Затем в камеру ворвались магические слуги и маги вместе со стражами.

Новый откат и Сергей снова встал у окна, дабы холодный ветер омывал мокрое тело. Провел ногтем, чуть расширяя надрезы на руках, задумчиво проследил взглядом струйку крови до браслета. Да, это было то, что нужно. Медленно и терпеливо, он слабак, враги умны, вот о чем следовало помнить.

Направив струйки крови на все браслеты и ошейник, Сергей еще раз принял душ и лег спать.

Ему снились кровь и магия, ритуалы инков и он смотрел, запоминал, вслушивался и всматривался, сквозь отвращение и гнев. Мятежный маг, пошедший против Инки – втайне, конечно – начавший набирать силу, воровать ее у других, подчинять и продвигаться выше.

Не помогло, его вычислили и пленили, казнили, принеся в жертву, но Сергей все равно досмотрел до конца, запоминая слова и магию, закаляя дух, преодолевая отвращение и боль. Он уже примерно понял, чем больше было магии, эмоций в жизни человека, тем больше его оставалось в «кровавой книге». Мало того, потом эти воспоминания можно было вызвать, изучить, погрузиться в них, как это делал сам Сергей – через силу Чопперов. Маги инков использовали, конечно, магию крови.

Проснулся он с первыми лучами солнца и некоторое время бездумно смотрел в потолок, укладывая в голове воспоминания ночи, повторяя их снова и снова. Следовало обратиться к магии сновидений, сплести ее с силой крови, которой он подчинял кровавые книги и осознанно учиться ночи напролет, улучшая свои шансы.

Потребовать еду, богатую цинком? Нет, то, что давали сейчас – идеально, решил Сергей, чем больше восстановится крови, тем лучше, можно будет тратить часть на свои оковы. Кровь, пытки и секс, все это следовало превратить в оружие против Люситы.

– Мне позвать твою служанку? – спросила Люсита, ускоряя движения рукой.

– Нет, госпожа Люсита, – с покорным видом отозвался Сергей.

Судя по лицу, принцесса ему не поверила.

– Веди себя хорошо и вечером получишь награду, – пообещала она, обнажая зубки в улыбке.

– Да, ваше высочество, – все так же покорно отозвался Сергей.

В этот раз он не стал сдерживать магию, наоборот, выплеснул ее как можно больше, стараясь вложить намерения, сексуальное напряжение, желание брака, но все это было вторично. Энергия, вот что имело значение! Сергей готов был поклясться, что Люсита ни разу не подвергалась разгону, а также отлично помнил свои ощущения при таковом.

Ударяющее в мозг и затмевающее все плотское желание – шанс на брак и бегство.

Но это было лишь верхним пластом этой ловушки, в которую Люсита рвалась сама, в погоне за энергией и силой крови. Не прямой магический брак, но все же она брала его кровь и силу крови, связывала их (как в браке) магической нитью, через которую можно и нужно было влиять на нее. Поэтому Сергей поменял за ночь стратегию поведения, никакой сдержанности, никакой необходимости преодолевать его сопротивление при помощи ударов через Дэбби (а стало быть, и ударов по ядру), наоборот открытость и щедрое выплескивание себя на Люситу.

– Хм-м-м-м, – промычала она, облизывая пальцы. – Еда и ночные обливания пошли тебе на пользу.

Сергей сделал вид, что не заметил этого намека, мол, Люсита знает, чем он занимается ночью, лишь склонил голову еще сильнее.

Новый ритуал передачи силы крови и без сопротивления Сергея Люситу залило кровью и силой. Он ощущал связь, но не мог ударить через нее, браслеты помешали бы, поэтому просто попробовал ощутить саму Люситу. Экстаз, удовлетворение, восторг силы, предвкушение чего-то в будущем.

– Хм-м-м-м-м-м, – удовлетворение в голосе Люситы затопило ритуальный зал. – Хороший мальчик.

Затем они занимались и беседовали, Люсита старалась развить успех и рассказывала, как хорошо жить и служить империи и самому Инке. Сергей, понимая, что полная покорность сразу выглядела бы подозрительно, возражал, приводил примеры из жизни Британии, рассказывал о себе, одновременно с этим незаметно отправляя импульсы в саму Люситу.

Они не могли сложиться в заклинание, слишком уж малы были, но зато и сама Люсита их не замечала. Сила ее выросла, конечно, ибо она, по сути, начала свой разгон, и это тоже был шанс. Исхитриться, оборвать разгон, например, чтобы Люситу ударило откатом, подарив Сергею и Дэбби еще время.

– Ты не понимаешь своего счастья, Гарольд, – слегка пьяненько заявила ему Люсита, отрываясь от раны.

Рука ее продолжала возбуждать Сергея, губы были перепачканы в крови.

– Не понимаю, ваше высочество, – ответил он.

Стражи и маги наблюдали и это серьезно сбивало настрой. Следовало привыкнуть к ним, не обращать внимания, продолжать давать Люсите ее наркотик, как она давала Сергею эти чертовы шарики с магическим кокаином. На севере империя Инков владела землями Колумбии и Эквадора и поэтому в запасе могли найтись и другие наркотики.

В идеале добиться секса без посторонних, чередуя магический брак и откаты во времени.

– Права императора у нас ограничены соглашением со священными родами, – пояснил он, старательно пялясь на Люситу и изображая возбуждение и легкую влюбленность. – Если бы он приказал вам, ваше высочество, пойти и вступить в брак с каким-то иностранцем… нет, он просто не смог бы приказать вам.

Люсита, снова припавшая губами к ране, оторвалась от нее. Она не просто так пила кровь и силу, это Сергей уже выяснил по обмолвкам. Им предстояло стать братом и сестрой, чтобы затем вступить не просто в магический брак, а священный магический брак. Преумножать силу крови Чопперов, ибо империя отчаянно нуждалась в таких сильных артефакторах.

– И тогда страна погибла бы.

– Что это за страна, которую спасти может брак с иностранцем? – удивился Сергей.

Люсита сжала пальцы, вонзила ногти, сбивая весь настрой болью.

– Ты хочешь сказать, что мы слабы? – прошипела она.

– Не я, вы сами это сказали, ваше высочество, – заметил Сергей.

Люсита задумалась, облизывая окровавленные пальцы.

У Сергея не забирали больше кровь литрами, но в полдень он понял, что зря радовался. Лучше бы забирали, подумал он, ощущая, как у него подергивается взгляд. Было ясно, откат во времени не поможет, лишь отдалит момент, когда его приведут сюда, в храм Матери-Магии, к привязанной к алтарю жалобно мычащей ламе.

– Перерезать ей горло, ваше высочество? – спросил он, ощущая, как жалко звучит его голос.

– Да нет же! – топнула ногой Люсита. – Поимей ее!

– Но я не…

Люсита бросила фразу на кечуа, из которой Сергей уловил обрывки, что-то о разврате и европейцах. Маги-инки вокруг засмеялись.

– Пей!

В Сергея чуть ли не силой влили литр зелья, он едва не захлебнулся. Пережечь все содержимое зелья не вышло бы, и он уступил, мысленно проклиная всех вокруг и укрепляясь в своей злобе. Возбуждение вспыхнуло и захлестнуло с головой.

– Гордись, – шепнула Люсита, – это священная лама, которую имел сам верховный жрец и Инка!

Да чтоб вы сдохли тут все, мысленно отозвался Сергей, тело которого действовало само. Он еще попытался наброситься на ту же Люситу, но его буквально силой подвели, загнали в ламу. Зачем все это нужно было, Сергей понял, когда возбуждение схлынуло.

Ламу перевернули, взрезая горло и перерезали живот, под общее пение и возбуждение. Кровь хлынула во все стороны и в этот раз сразу три магички в толпе обрели своих избранников, а жрец-тяжеловес лишился двух помощниц. Общее возбуждение было таково, что маги набрасывались друг на друга, задирали рубахи и тут же приступали к сексу, некоторые выбегали и снаружи доносились звуки жалобного мычания лам.

– Я так и знала, что ты поможешь и в этом вопросе, – с улыбкой заявила Люсита, когда они вышли из храма, оставляя общую оргию позади. – Нужно будет и других волшебных созданий попробовать.

– Не надо! – вырвалось у Сергея из груди.

Ритуал оказался таким успешным, так как вынес часть его силы, уменьшил озеро еще на пару миллиметров, добавил грязи и багрового оттенка воде. Он-то рассчитывал, что добровольность не даст озеру уменьшаться, но недооценил инков.

– Надо, Гарольд, надо, – наставительно заявила Люсита. – Или ты уже проверял и с людьми действует лучше, мощнее? С мужчинами? Мальчиками? Стариками? Женщину тебе не дадут, даже не надейся.

Сергей замер, осознавая ловушку, затем вздохнул и склонил голову.

– Вот так-то лучше! Подчиняйся и будешь вознагражден, окажешься на вершине!

– Я и так был на вершине, – пробормотал Сергей, – ваше высочество. Здесь же мне на вершину не подняться никогда.

– Почему? – вдруг развеселилась Люсита.

Она вдруг свернула, повела его к общей столовой, и Сергей понял, что чуть подрос в статусе и доверии. Самую капельку, на одну ламу. Стыд и отвращение к самому себе спадали, следовало выжить и бороться дальше.

– Ведь там Верховный Инка, ваше высочество, – ответил он.

– Я вырасту в… – Люсита оборвала сама себя.

Вспышкой озарения Сергей понял все, включая снедавшее ее честолюбие. Впрочем, серая мышка и не взялась бы так яростно за это задание, не демонстрировала бы такое усердие.

– Разве Инка уступит кому-то в силе? – словно рассуждая вслух, заметил Сергей. – Разве уступит трон добровольно, не прикажет ли принести претендента в жертву?

– Во имя блага империи еще как уступит! – зло рявкнула Люсита. – Вот уж правда, все зло от белых, как у тебя только рот раскрылся произнести такую мерзость!

Нож-палочка в ее руке вонзился Сергею в спину, словно Люсита собралась его зарезать.

– Я верна империи и отцу! – прошипела она яростно в спину. – Даже не думай!

Глава 26

Дни и ночи, если и не понеслись галопом, то начали сливаться воедино в голове Сергея. В ночи он вызывал в себе сны из жизней тех, кого принесли в жертву книгам, учил языки местную магию крови, наблюдал за жизнью кровавых империй. Затем просыпался и занимался упражнениями и закалкой, пускал самому себе кровь незаметно, обрабатывая и расшатывая браслеты, увеличивая тот минимум энергии, с которым можно было работать незаметно.

Еще упражнения, медленные и спокойные, почти медитация в ночной тиши и холоде, с посылом импульсов Люсите. В каком-то смысле взлом ее, ибо она, устремившись в этот забег с поглощением силы крови, стала уязвима для Сергея, как он оставался уязвим для Дэбби. Саму Дэбби он видел буквально один раз, выглядела она здоровой, пускай и сильно подавленной, и смущенной, не смотрела в глаза Сергею. Явно доломали, и она предала, то есть считала, что предала, решил Сергей, махнув мысленно рукой на все остальное. Ритуалы с ней и удары по его ядру больше не проводили – вот что было и оставалось главным.

Разжигал в Люсите похоть и честолюбие, гордыню и желание власти, бурление крови.

Утром Люсита набрасывалась на него, похоже, не осознавая, что уже изрядно подсела на сеансы энергозарядки. Требовала удовлетворять ее языком, и Сергей старался, попутно используя телесный контакт для дальнейшего разжигания и подчинения. По чуть-чуть, импульсами ментальной и кровавой магии – фактически рожая на ходу новую методику, сплав британской школы и обрывков из магии ацтеков и инков. Самого его, конечно, тут магии никто не учил, но Сергей смотрел и подмечал, запоминал детали ритуалов и фигур, выводил недостающее.

Люсита колдовала и работала над артефактами, продвигалась вперед каждый день и все сильнее надувалась от гордости. Она уже починила и восстановила несколько алтарей, обработала ножи-палочки, и Сергей видел, что отношение к ней со стороны других магов-жрецов начинает меняться. Поклоны глубже, уважения больше, сами слова, которые он частично понимал, изменялись, но при этом она все равно оставалась женщиной в патриархальном мире. Люситу это бесило, и Сергей старался, разжигал в ней злость.

Кровь и семя он теперь «сдавал» исключительно Люсите, которая прямо-таки полюбила совмещать сеансы приема одного и другого, попутно причиняя Сергею боль. Целители качали головами, но молчали, просто лечили ее и Сергея, и необходимость в их вмешательстве возникала все чаще.

Полдень и молитва в храме Матери-Магии с обязательной жертвой и отъемом части силы Сергея, разбрызгиванием ее на окружающих. Ему приводили ламию, полуженщину-полузмею, а также карлицу, напоминавшую смесь бородатой гномки с гориллой или орангутангом, в общем, той обезьяной, что при ходьбе опиралась на могучие передние лапы. Бочка воды с русалкой в нем, от которой тоже воняло, только тухлой рыбой, вместо тухлых яиц, и каждый раз приходилось прибегать к зельям.

– Вы же не опаиваете меня дурманящими составами, ваше высочество, – говорил Сергей, втыкая двузубую вилку в кусок рыбы.

Браслеты были уже подрасшатаны, он мог импульсами внутри подавлять рвотный рефлекс, иначе его точно стошнило бы. После каждой жертву ему подавали мясо того, кого он недавно имел: ламу, ламию, карлицу, теперь вот русалку. Было в этом что-то безумное, а местные относились спокойно, даже поглядывали завистливо, мол, мясо! Не просто мясо – магическое!

– Зелья плодородия и эти жевательные шарики энергии – они из того же разряда, – продолжал он. – Дурманят голову и кровь, портят ее и передаются вам.

– Да и магички у нас закончились, – внезапно согласилась Люсита, вонзая зубы в початок кукурузы. – Фу, почему так безвкусно?

Сама Люсита, хоть и присутствовала на всех ритуалах, так и не получила ни разу «кровавой брачной метки», в чем она горделиво усматривала знак Матери. Мол, уже избрана и связана с Гарольдом Чоппером, Любимцем. Жрец-тяжеловес набрал в помощники парней, и они не спешили прыгать на алтарь, хотя всеобщий перетрах после жертвоприношения стал уже почти нормой.

– Ваша сила растет, ваше высочество, – заметил Сергей, чуть понижая голос и наклоняясь ближе, – поэтому еда без магии кажется вам безвкусной.

Так оно и было, хотя, надо заметить, сам Сергей узнал о том лишь случайно, попробовал что-то на чужой вечеринке, а потом просто махнул рукой. Всегда можно было применить парочку простых заклинаний, возвращая себе вкус, цвет и запах обычной пищи.

– Если хотите, я мог бы помочь вам с разгоном, ваше высочество, – произнес он, наклоняясь еще ближе.

Да, окружающие, как правило, не знали английского, но дело здесь было не в шпионах, а интимности момента и близости тел.

– С чем?

– С разгоном. Процедура повышения силы, она стандартная у нас в Империи, я и сам подвергался ей, хотя в моем случае все оказалось как раз наоборот – не стандартно, слишком уж много силы, – признался он с легкой улыбкой.

Он не просто видел, ощущал, как в Люсите вскипает желание силы и мощи, легкий страх, что так она не превзойдет никогда будущего мужа. В то же время желание силы и власти, зерна сомнения дали всходы, и Люсита, сама того, возможно, не подозревая, уже ступила на нужный путь. Доказать всем, что женщина может превосходить их, самой стать верховной Инкой, первой в истории, набрать себе в мужья братьев, начав с Гарольда, ну и так далее.

– Хитрый какой, – оскалилась Люсита, – для помощи ведь надо будет снять с тебя браслеты, да?

– Нет, – спокойно ответил Сергей, – я лишь объясню методику вам и вашим целителям, ваше высочество. Но если они не справятся, сами понимаете.

Люсита задумалась, неизбежно приходя к тому, к чему вел Сергей. Браслеты с него не снимать (это был бы слишком уж большой шаг), но самой согласиться и стать сильнее.

– Соответственно, чем чище буду я, тем лучше пройдет ваш разгон, тем сильнее вы станете, – добавил Сергей к вышесказанному.

После этого разговора секс с жертвами на алтаре, опаивание его зельями плодородия и подкармливание шариками с кокой прекратились. Звон в голове и легкость в теле уменьшились, он стал лучше соображать и концентрироваться, даже несмотря на то, что все равно пять-шесть раз в день сдавал кровь и семя Люсите. Жертвы Матери продолжались, конечно, но Сергея вполне устраивало, что маги инков режут других магов инков, пускай и прихватывая часть его силы.

Топь на берегу внутреннего озера стала глубже и мощнее, берег отступил на несколько метров, да и дальше воду покрывала толстая корка. Кто другой уже сдался бы и упал от полного истощения, а Сергей продолжал действовать. Более того, импульсами он начал по чуть-чуть прокладывать тоненькие жердочки к озеру. Трясина засасывала их и поглощала, Сергей менял тактику, складывал их вместе, перевязывал, громоздил одни на другие и видел, что уже вскоре доберется до воды.

В момент, когда он сбросит браслеты, это ему пригодится!

– Правильное истечение энергии из ядра и упражнения по расширению каналов нужны, чтобы не сжечь самого себя, – объяснял Сергей.

Люсита лежала на камне алтаря, который зачаровала сама. В одеянии, все той же длинной рубахе, но украшенной артефактами ее изготовления. Она уже поглотила достаточно силы крови, прослушала достаточно лекций, чтобы ее могли принять в какую-нибудь младшую ветвь Рода. Не на уровне Жизель, в младшую ветвь в одной из колоний, но по меркам местных это было очень много.

Как понял сам Сергей, во время войн за магию крови, артефакторщики, Пассажи и Чопперы, и Шопферы, стали тем козырем, что помог переломить ход войны и сломить мощь тамошних древних инков и ацтеков. Поэтому победители очень тщательно зачистили всех, кто тут хоть немного умел в артефакты и поэтому среди группы магов, спрятавшихся в Мачу Пикчу таковых не оказалось. После Освобождения и нового подъема, Кровавые Империи пытались наверстать упущенное, сократить разрыв, но сверхдержавы Европы и США как могли, противодействовали, мешали, подсылали агентов и убивали.

Вокруг суетились целители – трое мужчин – колдовали над Люситой.

– Зелья для укрепления тела и ядра помогают повысить коэффициент усиления.

Люсита переводила монотонным голосом, четвертый маг записывал, Сергей слушал и улучшал свой кечуа, старательно делая вид, что ничего не понимает.

Донесся топот ног, пахнуло магией и мощью, в помещение ворвался здоровяк-индеец, едва не стукнувшийся головой о притолоку двери. В первое мгновение Сергей даже решил, что это один из обычных стражей (которых отбирали по всей империи еще младенцами и растили по особой методике), но затем ощутил и магическую мощь ворвавшегося. Два ножа-палочки за поясом, помимо рубахи еще и широченные шаровары, явно сшитые из магической ткани и заколдованные вдоль и поперек.

Не местный, в общем, но в сопровождении магов-жрецов, как их называл про себя Сергей, когда те надевали маски с изображениями различных волшебных созданий и богов. Помимо Матери, Солнца и Луны, в местном пантеоне хватало богов помельче калибром и по маске можно было сразу сказать, какое место в жреческой иерархии занимает носящий ее.

Так вот, ворвавшегося здоровяка сопровождали жрецы в масках Солнца, Луны и драконов, а также кондоров, местной их магической версии. В общем, самые сливки и верхушка, включая жреца-тяжеловеса из храма Матери.

– Племянница! – вскричал здоровяк на кечуа.

– Дядя⁈ – удивилась Люсита, жестом указывая целителям, чтобы те отодвинулись. – Что-то случилось? Здоров ли Владыка Верховный Инка?

Не отец, Инка, отметил про себя Сергей.

– Ваше Высочество, процедуру нельзя прерывать, – сказал он встревоженно, на английском, конечно же.

Люсита показала целителям, чтобы те продолжали.

– Так это правда! – взревел здоровяк, ее дядя.

Брат Верховного Инки? Двоюродный? Увы, в тонкости местной генеалогии Сергея не посвящали, да и сам он предпочитал во время бесед с Люситой и ее учебы, говорить о другом. Разжигать ее, описывать мощь Британии и чудеса, мощь тамошних магов, их свободу, величие и достижения цивилизации. Магофон, запасы из карманов, включая Старшую Палочку Рода, все это сгинуло у ацтеков, но Сергей старался возместить отсутствие предметов своим красноречием и незаметными импульсами.

– Ты слушаешься своего пленника! – продолжал орать этот самый дядя. – Кто знает, какой вред он решил тебе причинить!

Целители остановились, Сергей смотрел встревоженно, хмурился, словно ничего не понимал, но на самом деле впитывал каждое слово.

– До меня доходили слухи, что ты его жалеешь, даешь слишком много свободы, разрешила даже прогулки по нашему священному городу!

– Только в моем сопровождении! – гневно ответила Люсита.

Чистая правда, но и этого хватило, чтобы Сергей смог обойти город, заглянуть за стены и оценить местность вокруг. Оценка вызвала у него холодок по спине, горы вокруг были перестроены, не просто затрудняли доступ к Мачу-Пикчу и представляли собой неприступную (без магии и маботов) крепость, но еще и складывались в один огромный рисунок. Ритуальную фигуру, усиливающую защиту Мачу-Пикчу и концентрирующую магию в нем, ведь этот город воистину представлял собой сердце Империи.

Поэтому паломников (кроме особо избранных и приближенных) в Мачу-Пикчу не пускали, они молились в отдалении, даже не зная, где находится город, в котором денно и нощно молились Матери и приносили жертвы, крепя мощь империи. Если кто и попадал сюда из обычных людей и магов, то только те, кого резали на алтарях, во славу Матери, усиливая империю и защиты вокруг нее. Сергей видел вживую лишь сотую долю этих жертвоприношений, чем он признаться, был несказанно рад. Отсюда же была и эта история с горшками и отсутствием канализации – гора внизу была пропитана кровью сверху донизу и ее никак нельзя было осквернять отходами и портить трехмерную печать трубами с говном.

– Он постоянно рядом со мной, ведь мы будущие брат и сестра, муж и жена!

– А я слышал совсем другое и сейчас вижу своими глазами!

– Он подчиняется мне и ест с моих рук! Помогает мне стать сильнее, чтобы я смогла довести ритуал передачи силы крови до конца!

Люсита гневно взмахнула рукой, и целители снова начали колдовать над ней.

– А вы, дядя, хотите все испортить, хотите, чтобы все провалилось!

– Я хочу, чтобы империя стояла и процветала! Его надо принести в жертву и закопать в основание алтаря Мачу-Пикчу, а не удовлетворять и кормить! И уж точно не слушаться!

– Наши северные братья уже попробовали! – крикнула Люсита, едва не вскакивая.

Взгляд в сторону Сергея, тот старательно изображал тревогу, словно бы порывался уложить ее обратно, чтобы не портить разгон.

– Теперь у них междоусобица и война!

Сергей мысленно прикусил себе ядро, чтобы не заорать от радости, не вскочить, не выдать себя.

– Источник…

– Он – Любимец Матери, дядя, как вы все этого не поймете! Нельзя ломать его силой, его надо держать в плену, но в остальном ублажать, иначе выйдет как в империи Теночка!

– Я обязательно доложу Инке обо всем, что тут увидел!

– Да! – заорала Люсита. – Доложите моему отцу, дядя! И передайте ему вот это!

Она метнула нож-палочку. Не затем, чтобы убить, Сергей это ясно видел, но все равно, жест вышел зловещим. Особенно, когда этот самый дядя перехватил нож на лету, замер, оценивая, и посмотрел недоверчиво.

– Скажите отцу, что с этой силой я смогу еще больше! Дам Империи магических роботов белых! С этой силой я смогу завоевать весь мир!

Вот это было ошибкой, и Сергей снова удержался от радостного вскрика.

– Я передам, – пообещал дядя, после чего гневно топая покинул помещение.

– Он передаст, – проворчала Люсита, успокаиваясь и Сергей едва не рассмеялся. – Я сама передам!

После чего смерила Сергея оценивающим взглядом и пробормотала:

– Жаль, что нельзя взять тебя в Куско. Ничего, после брака я всем в столице покажу, кто тут чего стоит!

Сергей старательно таращился на нее с непонимающим видом.