Текст книги "Найденная принцесса (СИ)"
Автор книги: Путешественница
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)
– Но?.. – подтолкнула я его.
– По той дороге, что мы ехали вчера, можно добраться до Велисы, маленького приграничного государства, а оттуда есть переход до Гиперии.
– Это же чудесно! Тогда в чём загвоздка?
– В том, что светлые об этом портале не знают – это раз, и туда очень сложно добраться – это два.
– С другой стороны, никто не ожидает, что мы поедем этой дорогой, – загорелась я, внимательно смотря на убегающую вверх карты змейку дороги. Вокруг неё постоянно будет лес, потом пойдут горы. Вероятность засады есть, но если знать, где она находится, то вполне возможно её избежать.
– Но нас там поджидали, – резонно возразил Странник.
– Будем надеяться, что больше не будут, – пожала плечами я.
– Ты уверенна насчёт рисунков?
– Нет. У меня такое в первый раз, но я не хочу рисковать.
– Этот путь может оказаться непосильным для тебя и кошмаров.
– Для меня – вряд ли. С другой стороны, я не вижу иного решения. У тебя есть другие идеи? Нет? Тогда пошли, обрадуем Молнию. Только не говори ему ничего о рисунках.
– Но как ты объяснишь изменение маршрута?
– Предчувствием.
ХХХ
– Вы издеваетесь? Зачем нам возвращаться обратно?
– Я видела плохой сон.
– Это не повод. К тому же, это единственная дорога в Гиперию, – упрямился парень.
– Молния, ответь мне откровенно. У кого-нибудь есть резон, чтобы я не вернулась ко двору? Только честно.
– Да. – Слово, тяжёлое как камень, слетело с его губ. Смертельный приговор, озвученный лично для меня. Но у меня остались ещё вопросы.
– У многих?
– Не знаю. – Молния не смотрел на меня. Похоже, он что-то скрывает.
– Эти фениксы способны на всё, вплоть до убийства?
– Не знаю.
– Молния, послушай. Меня уже пытались убить, но в тот раз я списала всё на простых грабителей. Тогда я выжила благодаря чистой случайности. То нападение я тоже считала случайным. Но если меня намерены убить, то они не остановятся до самого конца пути. Многие знают маршрут нашего возвращения?
– Единицы. Но кое-кто мог догадаться самостоятельно.
– Ты считаешь, что путь через ущелье единственно возможный?
– Да. – Он ответил, не колеблясь ни секунды. Я глянула на Странника и решительно произнесла:
– Значит, мы спутаем им все карты.
– Каким образом?
– С нами ведь Странник.
– Он не всесилен.
Молния исподлобья метнул взгляд в сторону Странника. Было видно, что перспектива довериться тёмному фениксу его, мягко говоря, не радует.
– Но он может многое.
– Нет, – отрезал Молния и отвернулся к окну.
– Опять двадцать пять...
ХХХ
Третий день почти беспрерывной скачки ознаменовался моим обмороком. Слава Богу, Странник успел меня подхватить. По сравнению с тем, какой темп Молния задал сейчас, всё, что было до этого, можно назвать лёгкой воскресной прогулкой. Спали мы исключительно мало. Но если охрана это переносила нормально, то мы с Денисом валились с ног от бессонницы и усталости. Но мальчику проще, ведь он едет с Бесом, а вот мне... В конце концов пришлось плюнуть на гордость, отпустить Селену и продолжить путь на кошмаре Странника. Так хотя бы можно было урывками поспать, не боясь каждую секунду свалиться на землю.
Я смогу её призвать, когда буду в Гиперии? – спросила я у Дефансера про своего пегаса.
'Ты сможешь призвать её везде, где восходит ночное светило', – успокоил он меня.
– Хорошо, – пробормотала я и погрузилась в дремоту.
В этот день на ночлег мы остановились ещё до захода солнца. Я почти сразу уснула. Весёлое настроение парней, проявившееся пару дней назад, безвозвратно улетучилось. Теперь всё напоминало начало нашего пути с той разницей, что даже мне не хотелось ничего спрашивать. Этим фактом моя охрана, небось, безгранично довольна.
Подскочила я посреди ночи, а потом долго лежала на земле и пыталась понять, что же меня разбудило. Нахлынула грусть, захотелось взять гитару и сыграть. Главное, тихонько встать, никого не разбудив.
'Издеваешься? Ты и тихо – вещи несовместимые'.
Указчик нашелся! – огрызнулась я и осторожно встала, но стоило мне сделать шаг, как...
– Куда уже? – негромко спросил Странник чуть справа.
Вот чёрт. Раньше они не просыпались!
'Или делали вид, что спят. А теперь им твои прогулки боком вылазят'.
– Прогуляться хочу.
– Спи, – отозвался Морок слева.
– Я ненадолго.
Прямо передо мной материализовался Молния.
– Что за полуночный демон в тебя вселился? Куда тебя постоянно тянет?
Демон. Точно. У меня должен быть демон-хранитель, но я его ни разу не видела. Может, и с ним что-нибудь нехорошее произошло?
Я горько вздохнула и упрямо мотнула головой, отгоняя навязчивые мысли.
– Пусти. Со мной будет всё в порядке.
Рядом раздался голос Странника:
– Я её провожу.
Мы шли довольно долго, наконец, вышли на небольшую прогалину. Светила луна, шелестели листья, окружающее пространство было наполнено тишиной и покоем. Я обратилась к 'своему' фениксу:
Дефансер, в округе никаких наёмников нет?
'Нет'.
Спасибо.
Странник неподвижно стоял у меня за спиной. Я обернулась к нему и попросила:
– Сыграй что-нибудь. Не беспокойся, сегодня нападать не будут. Что-нибудь медленное и грустное, можно без слов.
Он немного поколебался, но достал гитару и начал перебирать струны. Я села прямо на землю, подтянула колени, обхватила их руками и, закрыв глаза, слушала, вспоминала, любовалась природой вокруг себя, освещенной странным светом.
'А говорила: не могу! Ленивая ты просто'.
Я вздрогнула от неожиданности, не сообразив, чей это голос, потом поняла и спросила:
Что не я могу?
'Ауру видеть'.
Так это была аура? А как я это сделала? – растерялась я и вмиг утратила то состояние растворённости в природе, когда могла видеть окружающий мир с закрытыми глазами.
'Очень просто. Ты расслабилась и ни о чем не думала'.
Да-а? А она красивая, природа, я имею в виду.
Я вновь ушла в себя, отдаваясь музыке, и незаметно уснула.
ХХХ
Следующие четыре дня были как две капли похожи на предыдущие, единственное, что поспать давали больше. Я как-то незаметно привыкла к Страннику, воспринимая его в качестве старшего брата. Правда, остальные косились на нас странно, но, как обычно, ничего не говорили. Ну и пошли они со своими догадками. Зато от Странника я узнала много нового и полезного.
Последний привал мы устроили у самого подножья гор. Не удивлюсь, если завтра придётся идти пешком. Горы огромные и с виду совершенно неприступные. Тонкая, как нить, тропа в них терялась уже через пару сотен метров.
За ужином парни сидели мрачные и неразговорчивые. Как бы их расшевелить, а то совсем скисли. Вариант первый: спросить в лоб, что произошло. Вариант второй, более длинный: расспросить окольными путями. Вариант последний: предложить сыграть во что-нибудь.
– Ребят, как насчёт творческого вечера?
– Завтра трудный день. Нужно отдохнуть.
Молния в своём репертуаре.
– А остальные что по этому поводу думают? – решила проигнорировать нашего мрачного и неразговорчивого феникса. И как только с ним другие уживаются?
– Что ты предлагаешь? – прищурился Серебряный Дождь.
– Каждый по-порядку рассказывает историю, поёт, можно ещё что придумать, только без обид. Загадывает право-сидящий, идёт?
– Завтра...
– Да ладно тебе, Молния. Ещё солнце не село. Можно попробовать. Вы как, согласны?
Остальные были единодушно 'за'.
Сказители из них, честно скажу, не очень, а вот поют и играют они классно. Я упивалась этим вечером, пока очередь не дошла до меня. Денис попросил меня станцевать. У меня всё внутри похолодело.
– Э-э... но я не очень хорошо танцую, – попыталась выкрутиться я. Когда я жила у Индинго, то училась танцевать, но толку от этого было чуть.
– Но ты же девушка! – удивился Денис.
– Ну и что? К тому же все придворные танцы проходят в парах и под определённую музыку. Вряд ли вы сможете в такой глуши достать целый оркестр, – извернулась я. Фениксы, слава Богу, согласились с моей позицией.
– Тогда спой.
– Может, я историю расскажу? У меня это лучше получается.
– Зачем тогда загадывать, если ты сама выбираешь? – возмутился мальчик.
Петь я умею, но из русских знаю только песни из репертуара 'Арии', ну и ещё парочку. Но если я это спою, то парни неизвестно что обо мне подумают. Тем временем мне всучили в руки гитару. Почему когда не нужно, попса всплывает сама собой, а потом полдня не отцепиться от заевшего мотивчика, а когда надо, то ничего в голову не приходит? Я тихо перебирала струны. Внезапно в мозгу всплыла песня, но я могла поклясться, что её в жизни не слышала. Но она об Але.
Я закрыла глаза, чтобы скрыть заблестевшие в глубинах слёзы, откинула голову и прошептала про себя: 'В память о тебе'. Потом откинула за спину волосы и запела:
Ангелы здесь больше не живут,
Ангелы...
Не успели замереть последние звуки, как меня окатила волна тревоги и чей-то голос шепнул: 'Опаздываешь'. Всё вокруг дышало умиротворенностью, но тревога нарастала. Я вскочила на ноги.
– Собираемся, быстро.
Никто не стал перечить, даже Молния. Наверно, видон у меня был ещё тот. Быстро свернув лагерь, мы направились вверх по тропе. Теперь всех подгоняла уже я, но вскоре пришлось замедлить ход: тропа стала узкой и обрывистой. Мы давно уже слезли с кошмаров и вели их на поводу. К полудню следующего дня я механически переставляла ноги и уже не смотрела по сторонам. Ночью я выжила благодаря способностям феникса, а также непрерывной опеке моих охранников. Моё мнение об их профессионализме за эту ночь значительно повысилось.
Тревога с наступлением утра развеялась, как дым, и я ругала себя за спешку. Скорее всего, это не пророчество. Дефансер не чувствовал абсолютно никакой угрозы или следов магии. Но откуда тогда взялось ощущение надвигающейся опасности, огромной и быстрой, как снежная лавина? Я резко остановилась. Лавина. Как будто прочитав мои мысли, далеко впереди послышался грохот.
'Обвал. Я не страдаю даром предсказания, но абсолютно уверен, что путь перекрыт'.
Я обернулась. Остальные тоже не двигались, вслушиваясь в эхо.
'Это только начало', – раздался в голове голос, совершенно не похожий на интонации феникса.
Дефансер, это ты? – уточнила я.
'Нет, – буркнул феникс, – я вообще не понял, откуда пришел посыл'.
Вот чёрт.
Я оглянулась и обратилась к Бесу, идущему в десяти шагах от меня:
– Бес, мы давно проходили пещеру, где ты советовал остановиться и перекусить?
– Полшарина назад.
– Быстро возвращаемся туда.
Я обернулась к Серебряному Дождю, идущему передо мной, и скомандовала:
– Передай, чтобы поворачивали назад. – Я, конечно, не поняла, что такое шарин, но это было не столь важно.
Тяжелее всего было развернуть кошмаров, поэтому часть пути мы продвигались, заставляя их идти хвостом вперед. Потом на небольшом уступе они разворачивались один за другим. Сначала было подозрительно тихо, будто горы замерли в преддверии приближающейся катастрофы. Потом вдалеке за нашими спинами что-то заухало, загрохотало. Поднялся ветер, с каждым порывом набирая сил. Мы прибавили шагу, насколько это было возможно. Теперь все чувствовали за спинами что-то нехорошее, злое.
Ветер крепчал. Пошел мелкий колючий снег. Вскоре пробираться пришлось практически на ощупь. Начиналась буря. Я не представляла, что какое-либо безумство погоды сможет меня так напугать. Ветер налетал со всех сторон, отдирал окоченевшие, вцепившиеся в скалу пальцы. Каждый шаг давался всё тяжелее. Если бы меня не поддерживал Серебряный Дождь, я просто-напросто улетела бы вниз, сорванная взбесившейся стихией. Я даже представить боялась, как там остальные удерживают нервничающих кошмаров. В какой-то момент у меня под руками не оказалось твердой опоры. Я не успела даже испугаться, как меня втянули в темноту, относительно защищенную от ветра. Пещера, наконец-то!
Пещера оказалась очень удобной. Сначала шел извилистый коридор, заканчивающийся гротом. Два прохода вели в глубину горы. Мы не рискнули зажечь костер, подавленные близким присутствием неведомого, но тем не менее нехорошего, соседства. Я прижалась к Страннику, трясясь от холода, и притянула к себе Дениса и лисёнка. Феникс укрыл нас меховым одеялом, отчего сразу стало теплее.
– Странник, тем порталом пользовались? – задала я давно мучавший меня вопрос.
– Насколько я знаю, в последний раз это было сианов двести назад, а то и больше.
– Кто тебе о нём рассказал?
– Маг отца.
– Незадолго до отъезда, я права?
– Да.
– Он знал, что здесь невозможно пройти, – подвела я грустный итог и судорожно сжала лисёнка, но тут же заставила себя расслабиться. Всполох поспешил выскользнуть из-под одеяла. На всякий случай.
– И посоветовал воспользоваться этой дорогой, – с едва заметной горечью добавил Странник.
– А чтобы быть уверенным, что мы не доберемся, поставил на дороге засаду, – предположила я. Феникс ничего не ответил. Пару минут прошло в молчании, наконец я поинтересовалась, стараясь говорить как можно тише:
– Ты знаешь, что это было?
Я имела в виду странную бурю, и феникс меня прекрасно понял.
– Нет, но он не захочет отпускать непрошенных гостей.
– Да, похоже, мы здорово влипли. Как ты думаешь, через эти проходы можно куда-либо выйти?
– Сомневаюсь.
– Я тоже.
Я поплотнее завернулась в одеяло, спасаясь от внезапно пробравшего озноба.
'Нас ждут снаружи', – предупредил Дефансер.
Откуда ты знаешь?
'Стало холоднее, ветер долетает даже сюда'.
Всполох, приютившийся у меня в ногах, зарычал. Я высвободила руку из-под одеяла и успокаивающе потрепала его по шерстке, а сама обратилась к Дефансеру:
Как ты думаешь, у нас есть шанс договориться мирным путем?
'Вряд ли. Его сила давит на меня, как пресс. Нам просто-напросто нечего ему противопоставить'.
Ты уверен, что он там один?
'Хм, если я ошибся, то это ещё хуже. Хотя куда уж хуже?'
– Холодает, – негромко заметил Денис, я лишь согласно кивнула. Долго мы так не выдержим.
'Они нас просто-напросто заморозят! – возмутился Дефансер. – Предлагаю дать бой'.
Кому? Ветру и снегу? И почему уже 'они'?
'Потому что ОНИ'.
Весело.
– Может, спросить, чего им надо? – обернулась я к Молнии, сидевшему неподалёку прямо на голом полу пещеры.
– Какую мы можем предложить альтернативу?
– Ну-у... Вдруг им достаточно будет одной жертвы, а остальных они согласятся отпустить?
– А что, идея! – заинтересовался Молния. – В кои-то веки от мальчишки будет толк.
– Ещё одно подобное предложение – и пойдешь сам. Всё равно кому-то надо вести переговоры, – огрызнулась я, покрепче прижимая к себе Дениса.
– Хорошо, я пойду. – Странник резко встал и направился к выходу.
– Стой! – я вскочила и протянула руку, чтобы его задержать, и замерла, не в силах пошевелиться. По пещере пронёсся смех.
'Доболтались', – констатировал Дефансер.
– Ф-феникс-сы. Во что же вы превратились?
Чужой язык резанул по ушам обилием шипяще-свистящих звуков, но был понятен. Во всяком случае для меня.
'Дракон! – прибалдел Дефансер. – Нам точно крышка. Они никогда нас не любили'.
Но фениксы ведь тоже драконы!
'Попробуй им это объяснить. А я полюбуюсь'.
Я с трудом разлепила онемевшие губы и прошептала:
– Мы просим прощения за вторжение, – далекий забытый язык вспоминался легко и просто. – Мы не знали, что здесь вход в ваши земли, повелители.
Фигура в длинном белом балахоне, которая будто плыла над полом, удивленно замерла, потом очутилась прямо передо мной. В темноте вспыхнули белые со спиралями глаза.
Снежный дракон, – мелькнула мысль, но тут же чужой голос, прозвучавший прямо в мозгу, поправил меня: 'Звёздный'.
Алакост внимательно осмотрел меня и выдохнул:
– Триадка.
Дракон дотронулся до моей щеки кончиками пальцев, и я потерлась о них, как кошка о руку обожаемого хозяина. Мне нужно было его касаться, ощущать его присутствие рядом с собой. Ощущение его так близко лишало разума. Исполнить любое его желание. Умереть за него, для него. Ему стоит только приказать. Я его люблю, обожаю и чувствую себя рядом с ним всесильной.
'Что с тобой?' – переполошился Дефансер.
Создатель.
'Какой создатель?' – не понял феникс.
Мой создатель. Он один из тех, кто создал триадцев, дал нам частицу своей крови и силы.
Я подняла на Алакоста глаза, полные обожания, и столкнулась с его задумчивым взглядом.
– Вот значит как? Странные дела творятся в этом обезумевшем мире.
Он обернулся и приказал:
– Охранять, но не трогать.
Ответом ему было завывание ветра по углам. Снежные гончие.
– Полетаешь со мной? – обратился ко мне дракон.
– Да, конечно.
Мы вышли из пещеры прямо в сердце бури. Темень непроглядная. Неужели я так и не увижу, как он выглядит? Дракон начал трансформацию, принимая истинную форму. Его тело подёрнулось дымкой, сквозь которую были заметны лишь едва уловимые очертания. Я буду лететь рядом с ним. Сердце пело от счастья, хотелось смеяться и кричать от переполнявшей меня радости.
У меня не было крыльев, но я умела пользоваться крыльями феникса. Откуда? Я не задумывалась об этом. Момент слияния сознаний, но на этот раз контролирую тело я. Жар пробежал по венам и крылья феникса вновь раскрылись в этом мире, по эту сторону Грани. Впервые за два миллиона лет. Крылья феникса не материальны, это сильнейшая аура, окрашенная на материальном уровне преобладающей магией. Она может принимать любой вид, не только крыльев.
'Полетели?' – повернул четырёхметровый белоснежный дракон ко мне свою огромную голову. В истинном обличье эти создания общаются только телепатически.
Да.
Я оторвалась от земли и взмыла вверх за огромным драконом. Часы проносились как минуты, а мы всё не спускались на землю, предаваясь экстазу полета, вновь и вновь взмывая ввысь и камнем падая вниз, выписывая диковинные фигуры, танцуя над горами. Я никогда раньше не была так счастлива. Не знаю, сколько времени мы танцевали, но прекращать полёт мне совершенно не хотелось.
Когда мы спустились на тот же утёс, ярко сияло солнце, а окружающее пространство переливалось белизной и солнечными зайчиками. Алакоста, после принятия человеческого обличья, я видела всего лишь пару мгновений, потом он закрылся своей аурой, своим белым плащом, с головы до пят.
Возраст его определить невозможно: выглядит он лет на 25, но некоторые морщинки на его лице проявляются у людей не раньше 35-40 лет. Чуть слишком длинные для человека пальцы, ноги коротковаты, удлиненная шея, нет ушей. Но, несмотря на это и тысячи других мелких деталей, всё его тело дышало гармонией. Дракон тепло улыбнулся мне. Я скорее это почувствовала, чем увидела.
– Спасибо. Я провожу до портала.
– Благодарю, – я с радостью вернула ему улыбку.
Я, сияющая от счастья, следовала за Алакостом. Но при входе в пещеру, споткнулась на ровном месте от увиденного. Вид парней поверг меня в шок. Меня переполняли силы, а они напоминали замороженных дистрофиков. Сколько мы летали? Бедный Всполох чуть дышал. Я подбежала к нему и прижала к груди. Он совсем замёрз!
– Позволь мне.
Алакост забрал у меня лисёнка, поставил его на пол и начал водить над ним руками, не прикасаясь к шёрстке. Малышу на глазах становилось лучше. Я благодарно улыбнулась дракону и обратилась к фениксам:
– Что произошло? Вы выглядите, как я не знаю кто.
Серебряный Дождь отвернулся и хрипло прокаркал:
– Запасы продовольствия кончились.
– Сколько меня не было?
– Слишком долго.
Я обернулась к Алакосту, тот улыбнулся и пожал плечами.
– Время так мимолётно. Пошли.
Я помогла парням встать. Хуже всех выглядел Денис, его шатало от голода. Даже кошмары едва передвигали ноги. Все избегали смотреть мне в глаза, предпочитая изучать пол под ногами или стены, хотя при столь тусклом освещении глядеть там было не на что.
– Пошли.
Алакост предложил мне руку, и я не могла устоять, чтобы не принять её. Мы молча пошли в один из проходов. Я прижималась к дракону, предчувствуя близкое расставание. Шагов через пятьсот впереди забрезжил свет. Портал. Я сильнее сжала руку Алакоста.
Портал представлял собой арку, полыхающую всеми цветами вселенной. Большую часть из них я в жизни не видела. Дракон подошёл к арке и стал настраивать невидимый нам механизм. Потом вернулся ко мне и предложил:
– Оставайся.
Я чуть было не согласилась, но резкая боль в висках слегка отрезвила меня. Я отрицательно покачала головой, не в силах поднять на него взгляд.
– Я хочу, мечтаю остаться, но я обещала. Я не могу, прости.
Мы долго стояли, не произнося ни слова. Потом дракон протянул мне извлечённый из-под плаща браслет.
– Замени свой. Этот сильнее и лучше.
– Спасибо.
– Я тебя буду ждать. Возвращайся. И мы вновь полетаем вместе.
– Да, – эхом отозвалась я и тихо пожаловалась: – Как не хочется уходить.
– Но нужно. – Алакост наклонился и поцеловал меня в лоб. – Не борись с собой и найди себя. До встречи.
Я обернулась к парням с застывшей на губах блаженной улыбкой, но тут же нахмурилась.
– Не смотрите на меня так осуждающе.
Я прикрыла глаза, вспоминая небо, целиком и полностью принадлежащее нам, и пробормотала:
– Это было прекрасно.
Грустный вздох сорвался с губ, но я сразу же оживилась, вспомнив кое о чём.
– Кстати, у меня есть пожевать, – я достала пару фруктов и протянула ближайшему фениксу: – Молния, держи.
– Не буду.
– Это что за закидоны? Едва на ногах стоишь и 'Не буду'! Вдруг мы окажемся посреди бесплодной пустыни? Так что кончай разыгрывать из себя благородного мученика... Ладно, прошу прощения за то, что вот так вас бросила, но я не ожидала, что пройдёт так много времени. Всё, не надо на меня обижаться. Бери, ешь.
– Не буду! – упрямо отвернулся Молния. А глаза голодные-голодные!
– Да ну на тебя! – обиделась я. – Серебряный Дождь?
– Давай.
От меня Серебряный Дождь получил пару фруктов, а от Молнии – злобный взгляд. Чего он надулся, будто ему в суп плюнули? Остальные тоже не стали отказываться. Всучив Мороку порцию для Молнии, я направилась к порталу. Прикрыла глаза и попыталась прочитать его ауру. Не могу. Обидно. Ко мне подошёл Странник и поинтересовался:
– Где мы окажемся?
– Без понятия. Он лучше знает, куда нам надо, – я оглянулась на своих сопровождающих. – Готовы? Тогда пошли.
Я без колебаний шагнула в портал. Вспыхнувший яркий свет сменился на солнечный. Пели птицы, в двадцати шагах протекала небольшая речка, вокруг зеленел лес.
Я оглянулась: светлые стояли, ощетинившись оружием, а тёмные были на удивление спокойны. Бес позвал кошмаров за собой к речке.
– Мы в Гиперии, в семи днях пути от Креолы, – пояснил Странник.
Светлые попрятали оружие, но оставались настороже. Молния сделал шаг к нам и сказал:
– Нам нужно как можно быстрее добраться до столицы.
– В таком виде? – поморщилась я.
– Ну и что.
– Кошмарам нужен отдых, нам тоже. Здесь недалеко глухая деревушка есть, можно туда отправиться за едой. Деньги, в отличие от продовольствия, остались, – встал на мою сторону Странник.
Все светлые дружно посмотрели на меня. Я от такого прибалдела.
– А я здесь причём?
– Хм, и то, правда. Значит, мальчишка, – вынес вердикт Молния.
– С ним пойдёт Бес. Я слишком заметен, – нахмурился Странник.
– Похоже, вы без меня прекрасно всё решаете. Так что я купаться. И не подглядывать!
ХХХ
Стоило Елене отойти достаточно далеко, как Серебряный Дождь весело улыбнулся и подмигнул остальным:
– Пойду, присмотрю, чтоб чего не случилось.
Мало ему пережитых неприятностей?
Я небрежно пожал плечами, стараясь не показать, как меня задевает это непоследовательное поведение, отвернулся и углубился в лес. Мне нужно переодеться и многое обдумать, хотя покупаться бы тоже не помешало, но не буду же я мешать другу. С другой стороны я совершенно не понимаю, отчего вдруг он начал вести себя столь неадекватно. Ему, что, совершенно всё равно, что эта девица бросила нас умирать, пока сама развлекалась в компании этого монстра? Ещё бы пару дней и... На месте Серебряного Дождя я её скорее бы прибил, чем лез целоваться.
ХХХ
Я только сейчас заметила, что вся грязная. Где только умудрилась? Я внимательно осмотрела себя. Одежда висит, как мешок. Она и раньше была свободной, но не до такой же степени! Волосы отрасли ниже пятой точки и в данный момент напоминали давно нечесаное грязное нечто.
Я быстро скинула вещички и вошла в воду. Холодная! Где-то у меня было мыло. Вот и оно. Вода кажется уже теплее, чем вначале. Интересно, это грудь стала больше или по сравнению с остальным суповым набором так выделяется? И волосы стали вроде гуще. Сколько же мы с Алакостом провели времени?
Я почти вышла из воды и стала отжимать волосы. Нет, ну вправду намного гуще, чем были! Я встряхнула головой, отбрасывая шевелюру за спину, и удивленно замерла. Передо мной стоял Серебряный Дождь.
– А ты что здесь делаешь?
– Любуюсь! – он медленно прошёлся глазами по моей фигуре. – И честно сказать, есть на что.
– Налюбовался? – я уже более-менее пришла в себя и была готова в случае чего дать отпор. – Тогда пусти на берег.
– А заплатить? – глянул на меня феникс наивными большими глазами, которым совершенно не соответствовала его похабная усмешка.
– Ах, заплатить?!
Дефансер, поможешь?
'С радостью'.
По моим губам зазмеилась стервозная улыбка.
– Ну, если ты так хочешь... – я сделала два шага вперёд, притянула его голову и поцеловала в губы. Серебряный Дождь расслабился и поддался вперед. Теперь поворот, одновременно тяну на себя его руку, сейчас посильнее толкнуть в спину...
Плюх! Красиво.
Я выбежала из воды и завернулась в большое полотенце.
– Это тебе плата за твои нехорошие желания и за то, что рассказал, что не нужно.
Феникс рассмеялся.
– Твоя взяла, но я ещё отыграюсь.
Серебряный Дождь вылез из воды, начал стягивать одежду и снимать оружие. Я боязливо попятилась, но он подхватил моё мыло и пошел обратно в реку.
– Полотенце оставь.
Приколист.
ХХХ
– Зачем ты к ней лезешь?
– Весело с ней.
Серебряный Дождь растянулся на траве, с видимым удовольствием подставляя полуобнажённое тело тёплому и ласковому дневному светилу.
– Особенно в пещере, – поддакнул друг. – Весело было до умопомрачения!
– Не будь таким злопамятным. Выжили – и хорошо. Что касается Елены, то она мне нравится. С ней просто и весело. Как оденет свою хламиду, так вообще за парня принять можно... было.
– Да, девчонка похорошела. – Молния вытянулся рядом на животе, положив подбородок на скрещенные руки.
– И сильно. Надеюсь, она не пройдёт обряд.
– Почему? – изумился такой логике Молния.
– Тогда я её украду и отвезу подальше от Креолы. Куда-нибудь в глушь. Во дворце её быстро испортят.
– Она тебе житья не даст.
– Я ей тоже. В конце концов она сложит оружие. Неужели эта девчонка тебе совершенно не нравится?
– Ну почему же, нравится. Внешне. Но характер...
– Зато не скучно. Помнишь, мы ужасались, что придётся возиться с этакой фифой? – Серебряный Дождь улыбнулся и выставил вперёд руку с растопыренными пальцами, по его лицу пробежали тени и замерли.
– Она в сто раз хуже неженки: лезет куда не надо, пререкается и поступает наперекор, – недовольно пробурчал Молния и перекатился на спину, поморщился от слишком яркого света, бьющего прямо в ставшие слишком чувствительными глаза, и повернулся обратно на живот.
– Можно подумать её поведение сильно отличается от твоего! Ты просто слишком серьёзно относишься к своим обязанностям. Расслабься и наслаждайся жизнью.
– С такой расслабишься. Сразу на колени поставит и условия диктовать начнёт.
– Ага. Харолану проклятый другом покажется. Особенно если она притащит с собой этого Дениса. И ведь притащит! В общем, это надо будет видеть своими глазами.
– Мы ещё не добрались до Креолы. Будет обидно, если мы не уследим за ней сейчас.
– Ничего с такой не случится. – Серебряный Дождь повернулся на бок лицом к другу и весело произнёс: – Чувствую, если её умудрятся похитить, то через день приползут на коленях и будут умолять забрать её обратно.
– Или тихо и быстро прирежут, – вздохнул Молния, не разделяя его беспричинного веселья.
– Опять ты за своё? Спорим, что она целой и невредимой доедет до дворца! Я беру на себя всю ответственность, если с ней что-нибудь произойдёт. А ты до конца поездки просто-напросто расслабься и радуйся жизни.
– Посмотрим, вот сдам на руки тёмным, тогда и будем расслабляться.
– Тогда давай, кто быстрее её завоюет? – Серебряный Дождь протянул Молнии руку, как он всегда делал, когда хотел на что-то поспорить, но друг только отвернулся и пробормотал:
– Посмотрим.
– Проверим, – эхом откликнулся Серебряный Дождь и резко притянул к себе того, кого привык называть братом.
ХХХ
Похоже, Молния и Серебряный Дождь решили ни на минуту не спускать с меня глаз. Куда ни пойду, обязательно на кого-нибудь из них наткнусь. Они даже взялись меня обучать: Серебряный Дождь обращению с кинжалами и метательными ножами, Молния рукопашному бою. Дениса, того вообще мучают с утра до вечера, но ничего, не жалуется. Правда, когда его оставляют в покое, до него добираюсь я с книгами.
По вечерам играем в карты, в слова, поём. Молния и Странник учат меня играть на гитаре. Странные у них отношения: ни разу за всё время поездки словом не перекинулись, смотрят друг на друга исподлобья. Сейчас это стало более заметно, чем раньше, хотя не скажу, что уж прямо бросается в глаза.
Молния меня очень сильно удивил: из вечно занудствующего и правильного он превратился в кампанейского весёлого парня. Шутки у него иногда похлеще, чем у Серебряного Дождя. Например, игра в карты на вещи была его идеей. Она похожа на наш аналог на раздевание, но снимается не только одежда. В конце за каждую вещь исполняешь желание. Можно, конечно, не исполнять, но победитель забирает всё выигранное добро себе. Кстати, самые жаркие битвы и извращенные желания шли не за штаны, с которыми парни расставались легче, чем с иным оружием, а за кольца и амулеты.
Во время этой игры я чувствовала себя самой неодетой. Эти уникумы под одеждой таскали целые арсеналы, при этом умудрялись двигаться легко, быстро и совершенно бесшумно. Больше всего ругались на Серого Орла и Серебряного Дождя. Мы выбили из них 68 метательных ножей, игл и кинжалов, а они так и не начали раздеваться.
Я узнала ещё кое-что интересное: почти у каждого было любимое оружие – древнее, магическое, смертоносное. Странник рассказывал, что такому оружию давали имя, делились кровью и в самых сложных ситуациях полагались только на него. Многие из этих клинков имели свою душу и могли помочь своему хозяину в сражении, если он им нравился. Мне продемонстрировали такие клинки, но потрогать не позволили со словами 'Убьешься ещё'.
