Текст книги "Найденная принцесса (СИ)"
Автор книги: Путешественница
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
– Почему са...
Прямо передо мной на землю свалилось что-то большое и злобно на меня зарычало.
– Это не сало, – сориентировалась я. – Это мясо! – и со всего страху ударила животину по голове, а сама со всех ног кинулась к парням. Животное взвыло дурным голосом и бросилось в противоположную сторону. Больше меня никуда посылать не решились.
Потом эти нехорошие нелюди пожелали, чтобы я просила у них прощения на коленях. Затем заставили прыгать через костёр. После съеденной гианы я озверела окончательно и небрежно спросила, стараясь не морщиться от гадкого послевкусия, сводившего челюсти:
– У вас что-нибудь кроме фруктов поесть найдется? Желательно не кислое.
– Нет, но завтра вечером будем в следующем городе. Уже проголодалась? Или...
Дефансер, конфетку хочешь?
'Чего?' – не понял тот.
Предлагаю сделку. Ты мне сегодня помогаешь в игре, а завтра вечером будем вместе есть ужин. Идёт?
'Но...'
Всё что захочешь, по твоему выбору.
'Ну, ладно-ладно. Закрой глаза'.
Когда я открыла глаза, ничего особенно не изменилось, кроме...
– Туман, у тебя карты в рукаве... Острый Клинок, не подмигивай Ветру, он сам справится... Молния, перетасуй колоду ещё раз, пожалуйста...
Парни быстро погрустнели. На результаты повлияло также то, что Дефансер намного лучше моего играет в карты и читает по лицам. Поэтому нечего удивляться тому, что я умудрилась добиться, чтобы Странник, Ветер и Молния обучали Дениса разным техникам боя, выиграла у Серебряного Дождя гитару. И не только это...
Укладываясь спать на жесткой постели, я благодарно пробормотала:
– Спасибо.
'Ты обещала'.
Я помню.
ХХХ
Утром я проснулась сама... от странного запаха. Недоуменно оглядевшись по сторонам, я нашла его источник: Бес с Мороком на пару готовили. На темного феникса была возложена великая ответственность по варке супа, а на светлого – нелегкая доля кашевара. Судя по виду (да и по аромату) каша удавалась лучше. Остальные с мученическим видом наблюдали за процессом готовки. Ещё бы, им это есть придется! Я весело улыбнулась и пошла умываться. За мной даже хвост не отправили. Прогресс.
Моё возвращение встретили дружное укоризненное молчание и гадкий запах горелого.
– Мэрил, может не надо? – неуверенно обратился ко мне Денис.
– Нечего было надо мной издеваться!
– Но мы здесь при чём?! – в два голоса взвыли Странник и Денис.
– За компанию. Дайте полюбоваться на ваши кулинарные шедевры. Тэкс. – Я потыкала ножом в то, что в идеале должно быть супом, а не киселём, поддела нечто вроде замахрившейся тряпки и стала гадать, чем же это было раньше. – Ма-аленький вопросик. А из чего, собственно, суп?
– Из рыбы. – Процедил горе-повар.
– Да-а?! – ну, при большой доли воображения... Хотя... Вот плавники вроде. А это хвост. – Ты её чистил?
– А надо?
Если они это попробуют, то сопровождать меня будет некому.
– Знаешь, Бес, выкинь-ка ты это куда подальше. Вечером расспросишь кухарку на постоялом дворе, как правильно готовить уху. – Фениксы с нескрываемым облегчением вздохнули. Морок меня сильно удивил: на вид каша выглядела страшненько, но была съедобна.
– Ты когда-либо раньше готовил? – поинтересовалась я, осторожно пробуя этот 'шедевр'.
– Приходилось.
– Ребят, каша нормальная, так что придется есть. Заодно узнаете рецепт. Кстати, из чего она?
– Лучше тебе не знать. Почему-то у всех сразу исчезает аппетит.
И я это попробовала. Кошмар.
ХХХ
Мягкая постель и ванна. Какое наслаждение.
'И ужин'.
Да, и ужин...
'Чего задумалась?'
А? – Я вздрогнула, не сразу сообразив, что вопрос задал Дефансер. – Нет, просто... У тебя никогда не возникает чувства, что тебя зовут?
'Возникает. Если меня зовут'.
Может, мне это кажется. Просто иногда звучит голос на грани слышимости. Даже не голос, а... В общем, не знаю. Может, это Ал? Он давно не появлялся.
Дефансер ничего не ответил, а я впервые серьёзно задумалась о своём ангеле-хранителе. По-идее, я должна его чувствовать: улавливать мысли, настроение, отблески эмоций, ощущать его приближение. В конце концов, ему ещё меня учить, а он по-наглому отлынивает! Неужели мне попался недобросовестный ангел, который со мной даже заниматься не хочет? Вот обижусь на него и, когда он придет, разговаривать не стану. Будет знать, как забрасывать свою подопечную... И всё же мне его не хватает. Именно сейчас. Вдруг стало так одиноко и грустно.
Ал, приди. Скажи, что ты про меня помнишь и ни на что не обижаешься.
'Не обижаюсь'.
Я вздрогнула и очнулась. Неужели я заснула? Но голос показался таким реальным... Ангел был здесь? И просто так ушёл, не разбудив меня?
Нет, Ал, погоди. Я хотела поговорить с тобой. У меня накопилось так много вопросов! Вернись, ну пожалуйста!
И оно вернулось. Нет, это был не Ал. Это было Знание. Его Знание и его память: о нём, обо мне, о друзьях и о мире... Час за часом я проживала новую жизнь – его жизнь. Игры, учёба, война, горе потерь, радость приобретений. Мир. Пустота. Ответственность и грусть. Одиночество и друзья. Моё рождение. Он очень внимательно следил за моей жизнью с самого начала, ограждая от многих неприятностей и разочарований. Первый призыв Творца. Безграничная усталость в его глазах. Посланница не смогла пройти сквозь щит. Второй призыв. Опять надежда. Но нет, она погибает почти сразу после прохождения щита. Третья попытка. И снова неудача. Каждая смерть болью отзывается в сердце. Остался последний шанс, но почему у него такие плохие предчувствия? Отозвалась я. Но почему? Так мало времени... Я даже не узнаю его поближе. Пускай. Только бы я выжила и нашла своё счастье. Я буду не одна. У меня останется демон-хранитель. Он обо мне позаботится. Обязательно. Ведь ты обязательно будешь заботлив с тем, кого любишь. Восхищение в моих глазах. Нет, он это не вынесет. Лучше вообще не разговаривать без надобности. Люди слишком быстро привязываются. У него совсем нет времени. Последние часы. Он должен сконцентрироваться, как следует, но он вспоминает меня. Улыбка, полная света, радости и доверия. Лучистые глаза, на дне которых вспыхивает удивление. Прости. Первый и последний поцелуй в теплую щеку. Прощай...
– Нет. Нет! Нет!!! Ты не должен умирать ради меня! Даже ради их всех: людей и фениксов. Как ты мог оставить меня здесь, одну? Ты, который так хотел, чтобы рядом был тот, кто тебя понимает?! Кто поддержит? Кто поможет! Не хочу! За что?!?
И только сейчас я в полной мере осознала свою потерю. Я рыдала, молила, грозила и заклинала, но всё без толку. Зачем я его встретила? Зачем узнала? Зачем он отдал мне свои знания теперь, когда он мертв?
Не хочу. Ничего не хочу от этой жизни. Я тоже должна умереть...
Буря эмоций прошла, оставив меня покачиваться на волнах отупения. Казалось, я ничего больше не могу чувствовать, но это не так. Ощущение чужого присутствия помогло скинуть это странное оцепенение.
– Кто здесь?
– Я.
Всего одно слово таким знакомым голосом. Однажды услышав, ты запомнишь его на всю жизнь.
– Созерцающий?!
– Созерцающий? – слегка удивился Творец, но спорить не стал. – Хорошо, пусть будет так.
– Зачем ты пришел? – Получилось грубо, но мне сейчас не до сантиментов.
– Меня призвала твоя боль. Быть может, я смогу её уменьшить. И хочу напомнить про моё обещание.
– Обещание? – Я недоуменно наморщила лоб и внезапно вспомнила: – Исполнить одно желание?
– Да.
– Тогда... тогда... я хочу забыть Ала.
– Забыть?
– Да. Ты не понимаешь, как тяжело знать, что ради тебя умерло самое близкое существо. Это как... я чувствую себя убийцей.
Творец грустно улыбнулся.
– Забыть. Забыть всё то, ради чего он жил. Выкинуть его подарок на помойку и вычеркнуть память о нём из анналов Мироздания... Неужто помнить – это так для тебя больно?
– Да. Неужели ты не понимаешь?
– Почему же, понимаю. Ещё как понимаю. И что значит, чувствовать себя убийцей прекрасно испытал на себе.
– Да ну? – не поверила я, хотя прекрасно слышала грусть и усталость в его голосе.
– Ты никогда не задумывалась о том, каково это – быть Богом? Истинным Богом, не пришедшим, а создавшим своих собственных детей?
– Нет.
– Знаешь, что в этом самое тяжелое?
Творцу незачем было всё это рассказывать мне, но я почувствовала, что ему тоже нужно хоть раз выговориться, выплеснуть всю ту боль, что он копил в себе.
– Тоже нет.
– Самое тяжелое – это видеть, как они страдают, умирают. Самое счастливое – любоваться их искренней радостью. Представь себе ребенка, прекрасную белокурую девочку. Ты знаешь, что через час она попадет под машину, но ты ничего не можешь сделать.
– Почему?
– Во-первых, если всех спасать, то через 30 лет человечество просто-напросто не поместится на одной планете. Но самое главное, что я не могу столь радикально вмешиваться в вашу жизнь. Подобные действия нарушат хрупкие весы мирового равновесия. Спасти одну единственную жизнь – это значит убрать один-единственный камешек из-под булыжника на вершине горы. Булыжник, может, и не сдвинется, но что-то обязательно произойдет. Быть может, намного быстрее упадет камешек рядом лежащий.
Так что я прекрасно знаю, что значит быть палачом, и тоже о многом хотел бы забыть. Но я помню. Помню всех моих детей. И это не только люди. А на Земле ведь есть ещё животные и растения. Мне больно видеть, как человек уничтожает всё вокруг вместо того, чтобы создавать. Я не могу помочь той девочке. Она в меня не верит. Многие миллионы людей перестают верить в меня и мою силу, в то, что я могу им помочь. И как ни грустно – я не могу, ведь между нами огромная пропасть.
– Но если человек верит? Ты ведь всё равно не в праве вмешаться.
– Напрямую нет. Но я могу направить к нему кроху своей силы. Такие люди становятся продолжением меня. Но и их я не в силах спасти. У Мироздания свои законы, но многое зависит от самих людей, от того, как они смогут распорядиться данной силой.
– То есть, ты не можешь никого спасти, но сам человек в состоянии это сделать? – подвела я итог сказанного.
– Да.
– Каким образом?
– Смотря по тому, как он распорядится силой. Здесь слишком много связей, и, дергая за одну ниточку, невозможно, чтобы не задрожали другие. Но дать силу – значит просто упрочить эту ниточку изнутри, не трогая узор.
– И почему всё так сложно? – спросила я скорее себя, чем собеседника, но Творец всё же ответил:
– Так было, так есть и, может, так будет всегда. Быть может, все мы дети или игрушки более высшего существа, имя которому Мироздание. Кто знает. Ведь были в своё время намечены рамки бытия, установлены критерии возможного, сделаны наброски существующих порядков. Мы можем пытаться их изменить, но никто не знает, к чему это приведет. – Создатель улыбнулся и глянул, как мне показалось, прямо в душу. – Так ты всё ещё хочешь забыть?
– Нет, я поняла. Спасибо тебе. Но у меня возник вопрос: исполняя моё желание, ты заденешь человеческие жизни, я правильно поняла?
– И да, и нет. Если бы ты осталась на Земле, то да. Но ты нить, вытянутая из узора. Узор не распадется, конечно, но слегка изменится. Моё вмешательство минимально и проведено через более близкое тебе существо. Теперь твоя нить вплетена в новую канву. Тебе здесь не место, но ты появилась и своим существованием изменяешь узор. Так что, помогая тебе, я не влияю на других людей. Ты же, вплетаясь в канву иной жизни, как бы создаешь сама окружающее пространство. У тебя нет столь ограниченных рамок, и твоя жизнь имеет только начальную точку. Всё остальное зависит лишь от тебя самой.
– От меня, – эхом повторила я, раздумывая над сказанным. Вдруг мне показалось, что я поняла, что хотел донести до меня Творец. – А что, если ту девочку спасёт человек, которому ты дал силу?
– Что-то изменится, но не столь значительно. И запомни, чем больше в человеке моей силы, тем тяжелее ему жить среди людей. Ибо они чувствуют в нем чужеродность. Путь избранного становится хрупче, ибо на него возлагается больше ответственности. С другой стороны, его жизнь становится легче, ведь он видит чёткую цель и та позволяет ему преодолевать препятствия. К тому же добродетели этих людей помогают им жить в гармонии с миром, самим собой и притягивают других людей, как свет бабочек. Тёплый, мягкий, дарующий защиту свет. Главное, его увидеть.
– Как-то всё слишком запутанно.
– Нет, здесь всё просто. Сложным оно становится, когда переносится в реальность бытия. Я рад, что ты пытаешься меня понять, а теперь – до встречи.
– Ты уже уходишь?
– Да, время. Надеюсь, тебе понравился мой подарок?
– Какой подарок? – удивилась я.
– Не поняла ещё. Ничего, со временем осознаешь.
Я смотрела в потолок и ничего не чувствовала. Да, ты помог мне. Спасибо, Создатель. Это уже не разрывающая на куски дикая боль, а тихая грусть. Спасибо, Ал, что со мной останется частица тебя. Извини, что сразу не поняла этого. Да, ты исчез. Мироздание забрало тебя, чтобы растворить в себе. Ты возродишься вновь, но в то же время останешься со мной. Спасибо. Я выживу, ведь ты погиб ради этого. И я обязательно сделаю всё, чтобы спасти фениксов и людей.
Я вздрогнула, когда осознала последнюю фразу. Спасти других. У меня будет реальная возможность это сделать. Стоит только попросить. Да, это и будет моим желанием: предвидеть, чтобы быть готовой это встретить и изменить, раз у меня имеется подобная возможность. Остальное у меня уже есть. Всё, кроме Ала.
В памяти всплывали незнакомые мелодии. Я взяла гитару и начала тихо перебирать струны. А ещё я теперь умею рисовать...
ХХХ
– Мэрил, вставайте, – раздался от двери голос Дениса.
– Зачем? – Я перекатила голову по подушке, чтобы видеть мальчика, и зевнула, прикрывая рот ладонью.
– Все уже готовы. Ждём только вас.
– Еще подождут. Мы сегодня остаёмся в городе, – безапелляционно выдала я и вновь отвернулась к стене.
– Но...
– Так и передай. И оставь меня в покое.
Денис ушел, но через минуту, громко хлопнув дверью, ворвался Молния.
– Ты что себе позволяешь?
Я зарылась поглубже в подушки.
– Отстань.
– Так мы до Гиперии в жизни не доберемся!
– Доберетесь, куда вы денетесь? А сегодня у вас выходной. Так что радуйтесь и наслаждайтесь моментом. Всё, свободен.
Вновь громкий хлопок двери и благословенная тишина. Совсем не бережет чужое добро. Я ещё минут десять провалялась в кровати, но нужно вставать: у меня на сегодня запланирован большой поход по магазинам, и не только он.
Три унылых сонных охранника маячили за спиной, как вечный укор мне и всем моим идеям. Не понимаю, я-то в чём виновата? Если не выспались, то могли со мной в город не идти. Во всяком случае, столь большим составом. Мне развеяться хочется, а не любоваться на их кислые рожи. В результате пятичасового похода по лавкам и палаткам я купила здоровенную гору книг, сладости для пегаса и неплохой защитный браслет. Осталось ещё кое-что. я обвела взглядом охрану и не терпящим возражения голосом сказала:
– Я на прогулку. Меня будет сопровождать Странник.
– Почему только он? – тут же подобрался Молния.
Потому что он выглядит самым выспавшимся, – подумала я, но вслух произнесла другое:
– Хочешь составить нам компанию? Я не против.
Молния от подобного предложения шарахнулся в сторону в прямом смысле слова. Чего это он? В результате со мной отправили только Странника, как я и хотела. Денёк выдался жаркий, полдень, самый солнцепёк, а он во всём чёрном плюс извечная маска. Расспросить что ли, почему он постоянно так одевается? Всё равно делать больше нечего. Времени много: пока из города выберемся, пока до леса доедем – можно всю историю жизни рассказать, не спеша и со вкусом.
– Странник, почему ты никогда не снимаешь маску? Тебе это не доставляет неудобств?
– Нет.
– И всё? Так не интересно.
– Это личное.
Ладно, заткнусь. Судя по голосу, это ему неприятно. Подойдём с другого бока.
– У тебя девушка есть?
– Нет.
'Опять не в тему. Ты можешь хоть слово сказать, чтобы не обидеть парня?' – накинулся на меня Дефансер.
А что я такого спросила? Ну, хорошо-хорошо, только отстань.
'Не отстану. Никакого уважения к чужим эмоциям! А ещё девушка'.
Мои бы кто уважил, – огрызнулась я и вновь подумала об Але.
'Эй-эй, только не надо опять съезжать к самосожалению. Лучше расспроси его, как он учился пользоваться Тропой. Это должно быть интересно'.
С чего ты так решил?
'Без казусов ни у кого не выходило. За это я тебе ручаюсь'.
Ну я и спросила. Это было и вправду занимательно. Умение пользоваться Тропой открывается много позже, чем остальные. Родители думали уже, что у него нет способностей к магии, а глядишь ты, как повернулось. Ему было тогда 45 сианов. А перенесло его не куда-нибудь, а прямо во дворец светлых.
– М-да, повезло, ничего не скажешь. А выбирался ты оттуда каким образом?
– Эрина помогла.
– А кто?..
– Мы уже достаточно углубились в лес. Что ты хотела найти? – резко оборвал мой вопрос Странник.
– Я ещё сама толком не определилась.
'Больше не расспрашивай парня, а то у него сплошные негативные воспоминания идут'.
Понятно. По принципу: куда ни кинь – везде клин.
Я соскользнула с кошмара (Селену мы решили в город не брать) и пошла обследовать землю под ближайшим деревом. Мне нужен корешок, напоминающий крестик, или просто толстый, но с ним возни будет больше. Странник прислонился спиной к дереву и наблюдал, а я всё больше углублялась в лес.
После встречи с Творцом (в библиотеке Индинго я наткнулась на другое название таких богов – Созерцающие) я решила, что сделаю себе крестик. Своими собственными руками. Другое дело, что помучиться придется изрядно. Как назло, ничего похожего не находилось, и. я всё дальше уходила от дороги, не замечая ничего вокруг. Наконец, я нашла то, что надо.
Стоило мне склониться над прельстившим сухим корешком, как в меня ударилось что-то тяжелое, сбило с ног и увлекло на землю. В придачу, оно упало сверху, не давая возможности подняться. С трудом подняв голову, я поняла, что это Странник, и попыталась его столкнуть.
'Тише, – зашипел на меня Дефансер, – не видишь, он ранен'.
Где? – Я моментально прекратила попытки столкнуть с себя парня и замерла.
Странник дернулся и съехал вправо. Я попыталась встать, но почувствовала боль в висках.
'Не сопротивляйся, не то опять завтра голова болеть будет'.
Подожди, может, мы с ними договориться сможем.
'Если только о месте похорон'.
Меня рывком поставили на ноги. Нападающих оказалось пятеро.
'Их восемь, но от этого не легче. Наемники. Ни одного чистокровного. Мелочёвка'.
Прямо передо мной стоял эльф, о чем свидетельствовали тонкие черты лица и длинные заостренные уши. Он внимательно осмотрел меня сверху вниз и направился к Страннику. Последовавшие затем звуки мне совершенно не понравились.
'Стрелы достает', – проинформировал Дефансер.
Странник выживет?
'Если долго возиться не будем, то да'.
– Это принцесса Елизавета? – сухо спросил эльф.
– Нет, – прохрипел Странник и закашлялся.
– Тогда зачем ты её охраняешь?
– От полноты чувств.
Послышался звук удара.
'Будешь колебаться, спасать будет некого', – предупредил Дефансер. Я прикусила губу. Как я не хочу это делать, но другого выхода я не вижу.
Давай.
Я закрыла глаза. Мир вокруг стремительно менялся, наливаясь красками. Нет, это я изменилась. Я чувствовала, как трава пригибается под лёгкими шагами эльфа, как тяжело, с хрипами дышит тёмный феникс, как нетерпеливо переминается с ноги на ногу один из наёмников. Эльф взял меня за подбородок и приподнял голову, рассматривая со всех сторон, но глаза я не открыла.
– Ты принцесса Елизавета?
– Да, я принцесса фениксов. Вы меня за это убьете?
– Нам заплатили.
– А если я заплачу больше? – тихо поинтересовалась я.
– Нельзя оставлять свидетелей. – Эльф отпустил меня и повернулся, чтобы отойти.
Правильно: свидетелей оставлять нельзя.
– Хорошо. Один вопрос: не желаете ли развлечь меня? В последний раз.
– Нет.
– Кэп, отдайте нам. Мы её развлечем, а потом можно и...
Эльф заколебался, но общими усилиями команда его уломала.
– А он, – я, всё так же, не открывая глаз, кивнула в сторону Странника, – пускай смотрит и жалеет, что в своё время отказался. Всё равно он уже ни на что не годен.
Мою идею восприняли с энтузиазмом. Глупые.
– Отпусти меня, у меня нет оружия, а я слишком много умею, чтобы быть пассивной в этой игре.
Я прогнулась и скользнула губами по шее бугая, что меня держал. Он разжал руки, и я потерлась щекой о его бороду, концентрируясь на месторасположении своих противников, потом скользнула танцующей походкой по направлении к главному, на ходу снимая одежду и отбрасывая как можно дальше. Забрызгаю ещё. С сапогами и штанами пришлось повозиться, но я с этим справилась, не слишком замедляя движение.
Сейчас я в центре круга из восьми фигур. Только полуэльф держит кинжал, остальные стоят и пускают слюни. Отлично. С главаря начну, остальные даже ничего понять не успеют. Я предвкушающее улыбнулась и открыла глаза. Игра началась...
ХХХ
Солнце мирно освещало жуткую картину, а посреди, заляпанная кровью с ног до головы, рыдает хрупкая девушка... До сих пор не могу поверить своим глазам. Всего одно мгновение – и обыкновенная девчонка превратилась в идеальную машину для убийства. Это не её нужно защищать от внешнего мира, а весь остальной мир от нее. Демоны! Больно. Будет мне наука на будущее, как отвлекаться во время задания. Каждый шаг болью отзывается во всём теле, но здесь оставаться нельзя. Почему она плачет, неужели её смогли ранить? Ещё пару шагов и... Девушка резко оборачивается и вскакивает на ноги. Чтоб меня проклятые взяли! Эти глаза... глаза полночного неба, из которых выглядывает сама смерть. Она делает шаг вперед, впившись своим страшным немигающим взглядом.
– Ты всё видел, да?
– Да. – Вот демоны! Неужели она собирается меня убить?
Принцесса подалась вперед и уткнулась лицом мне в грудь. Я тихо охнул от боли.
– Ты никому не расскажешь о том, что сегодня произошло?
Сомневаюсь, что ты оставишь мне выбор.
– Нет.
– Я тебе верю, но... – она посмотрела на меня своими постоянно меняющимися глазами, переходящими от цвета ночного неба с далёкими звёздами к их обычному оттенку, – но я должна быть уверенна.
Она приподнялась на носки и накрыла мой рот поцелуем. Я окаменел, пораженный. Честно говоря, ожидал всего, но не этого. В губы впились тысячи холодных иголочек, но через мгновение всё исчезло. Девушка со вздохом отстранилась.
– Это поможет тебе сдержать слово. Тут недалеко река. Нам нужно помыться.
Она тяжело вздохнула и посмотрела на меня. Глаза её стали обычными, наполненными болью и грустью.
Река и вправду оказалась совсем близко. По дороге туда девушка не замолкала ни на секунду, будто нуждалась в звуке чьего-либо голоса, пусть даже своего собственного.
– Я не хочу никого убивать, но это уже третье покушение. Я никому не желаю зла, они первые начинают, и он не оставляет мне выбора. Послушай, Странник, что если я просто-напросто не доеду до Гиперии? Инсценирую похищение или нечто подобное, и никто меня больше не увидит?
– Не надо. Это будет означать, что мы не справились с приказом Повелителя.
– Лучше быть обесславленным, чем убитым, – безразлично пожала плечами девушка. Я в очередной раз отвёл глаза. Интересно, она так и дальше собирается ходить почти голой?
– Уверена? Меня отец не станет сильно наказывать, остаётся Бес. Харолан его не любит. Из светлых наказания сможет избежать только Серебряный Дождь. И то не факт.
– Каким образом их накажут? Это ведь родная кровь, я не думаю...
– Когда дело касается государственных интересов, понятие 'родная кровь' уже не актуально, так что всех провинившихся ожидают пытки.
Я специально нагнетал атмосферу, так как с этой девчонки вполне станется сбежать, а мы и не заметим. Беса, конечно, пытать не будут, но позора не оберёмся.
– Понятно, значит, придется ехать до конца.
Вопрос долго вертелся на языке и, наконец, я спросил. Чем я рискую? В худшем случае она просто не ответит.
– Кто ты?
– Я? Если бы я сама знала. Ал...
– Что? – не понял я последнее слово.
– Если бы он был здесь, со мной, то всё было бы намного проще. Ну вот, пришли. Давай, помогу тебе раздеться. – Она помогла мне освободится от куртки, одновременно продолжая рассказывать: – Мы только познакомились с Алом, как он ушёл.
– Зачем ты мне это всё говоришь?
– Ты никому не сможешь рассказать о сегодняшнем дне, а мне просто надо выговориться. Прости.
Девушка невесело улыбнулась и потянулась к завязками на горловине рубашки, но я перехватил её руки.
– Дальше я сам.
– Ты не сможешь, у тебя вся рубашка в крови.
– Не впервые. Иди купаться.
– Почему ты прячешься ото всех, неужели считаешь себя настолько уродливым?
– Да, уйди! – Её навязчивость начинала сильно раздражать.
– А с ранами ты что делать будешь? Их нужно обработать, а они как-никак на спине, – не сдавалась девушка.
– Справлюсь.
– Хватит придуриваться! Сомневаюсь, что у тебя что-либо похуже того, что я видела. Обещаю, что моё отношение к тебе не изменится в любом случае, и никто никогда от меня не узнает о твоём секрете.
– Секрет! Ну, смотри, если вытерпишь.
Я рванул рубашку, не отрывая взгляда от её лица. Она не отвернулась, не вздрогнула, только удивлённо расширились глаза.
– Кто это тебя так?
– Это мои дела.
– Всё остальное тоже такое?
– Почти.
– Ничего, – преувеличено бодро утешила она меня, – мужчину шрамы украшают.
Я через силу улыбнулся.
– Значит, я одно сплошное украшение.
– Вот-вот, и нечего себя стыдиться.
Она помогла мне смыть кровь, обработала раны, а потом мы сидели на берегу реки и рассказывали: она об Але, я про Эрину.
Всё-таки её зовут Елена, и она совершенно не такая, как мы.
ХХХ
Не успели мы проехать по дороге и ста метров, как наткнулись на взбешенного Молнию. Какой-то он в последнее время нервный.
– Где вы так долго были?
– Гуляли. Ты с нами сам не захотел, так чего сейчас возмущаешься? – как можно небрежнее ответила я, стараясь не мрачнеть от одного воспоминания о нашей 'прогулке'.
Светлый феникс только глянул исподлобья и пристроил своего кошмара бок о бок с моим и по другую сторону от Странника. Я же вновь погрузилась в свои невеселые думы. Дефансер постепенно подчиняет меня себе. Если так пойдёт и дальше, то я стану похожей на тех самых наёмников, которые без сожаления готовы убивать направо и налево. Поэтому нужно с этим бороться. Другое дело, каким образом?
Когда он перехватывает инициативу над моим телом, я чувствую себя сторонним наблюдателем и ни в силах пошевелить даже пальцем. Правда, я не особо пыталась, но в следующий раз попробую. Далее. Он легко читает мои мысли. Нужно научиться ставить ментальные блоки. Затем...
'Лена, не майся дурью', – влез в мои рассуждения феникс.
Что значит, не майся? Я могу выучить заклинания обездвиживания, потери памяти и тому подобного, и не будет больше необходимости убивать.
'Выучить-то ты выучишь. С твоим упрямством я в этом не сомневаюсь. Вот только применять не сможешь. Насколько я знаю, они все энергоемкие, длительные в произношении и требуют не один сиан предварительного обучения. Но самое главное, для них требуются способности, которыми ты не обладаешь'.
Должен быть выход! – упрямо настаивала я на своём, уверенная, что Дефансер просто подыскивает повод, чтобы убить побольше народа.
'Ищи, если хочешь, но будет ли толк?'
Молния с видом грозовой тучи проводил меня до комнаты и на прощание издевательски спросил:
– Соизволит ли мэрил продолжить путь завтра с утра?
– Соизволит. – Я по-королевски кивнула и захлопнула дверь у него перед носом. Язва ходячая. Вот возьму и не соизволю, что он тогда делать будет?
Лисенок вертелся у меня возле ног, напрашиваясь на ласку. Я почесала его за ушком и внимательно посмотрела на Дениса. Нужно начинать заниматься с ним грамотой. Правильно, сразу после ужина, а перед сном можно будет немного порисовать Ала.
ХХХ
Меня разбудил настойчивый стук в дверь. Да, точно. Я её вчера на засов закрыла. Похоже, я настолько увлеклась художеством, что не осталось сил раздеться и залезть под одеяло.
– Мэрил, собирайтесь. Уже утро, – раздался из-за двери голос Дениса.
– Слышу, – прохрипела я. – Скоро выйду.
Что с моим голосом? Вроде не простудилась и воды холодной не пила. Горло не болит. Тогда почему вместо нормальных звуков выходит одно сплошное карканье?
Я начала собирать разбросанные по всей кровати рисунки и замерла. Вчера я рисовала только Ала. На одном листе. Но тогда почему кровать усыпана набросками? Я всмотрелась в один. Сначала ничего не было понятно, потом я разобрала, что это мы на кошмарах, но... Я схватила другой листок, третий, четвёртый... Всего семь набросков: засада и смерть моих сопровождающих. Я всматривалась в рисунки, пытаясь сообразить, что бы это значило.
'Предсказание'.
А если нет?
'Посмотри на второй, пятый и шестой рисунки. Кое-что из намеченного пейзажа можно использовать в качестве ориентиров. Позови Странника, может, он их признает. Если это предсказание, то оно может случиться не сегодня, а завтра или через неделю'.
А может вообще не произойти.
Я вихрем ворвалась в комнату тёмных фениксов. Слава богу, Странник был там. Судя по движениям, вчерашние раны не доставляли ему особого беспокойства.
– Мне нужно с тобой срочно поговорить. Пошли.
– Куда? – опешил феникс.
– Ко мне.
Когда мы оказались в моей комнате, я вновь закрыла засов и показала отмеченные Дефансером наброски.
– Эти места тебе ничего не напоминают?
– Напоминают, – кивнул Странник. – Мы сегодня там проезжать будем.
– Значит, уже не будем. У тебя есть карта?
Феникс без лишних вопросов достал и разложил полотняную карту, затем начал объяснять:
– Мы сейчас вот здесь, в Ринеме. Если не ошибаюсь, то указанное на рисунке место находится вот здесь. – Палец Странника уткнулся в тонкую полоску, пробегающую между неровных линий с подписью 'Заболотное ущелье'.
– Удобное место для засады, – пробормотала я, внимательно изучая разложенную передо мной карту. – Обойти нельзя. Впрочем, незаметно подобраться тоже. Это единственный путь?
– Да.
– По какой дороге мы ехали вчера?
– Вот по этой. Нас там тоже, похоже, нас ждали. Вполне возможно, что они перекрыли все пути из города.
– А, может, и нет. Какие есть предложения?
– Есть одно, но... – Странник замялся. Судя по всему, версия была не из лучших, но выбора-то нет.
