![](/files/books/160/oblozhka-knigi-naydennaya-princessa-si-194852.jpg)
Текст книги "Найденная принцесса (СИ)"
Автор книги: Путешественница
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)
Возрождение. Найденная принцесса.
Закутанная в темный плащ фигура соскользнула со стройного ареонского черного жеребца. Таких очень любили в империях за скорость, неприхотливость и выносливость. Но эта порода была редкой и дорогой. И использовали таких коней в основном в тех случаях, когда надо было быстро доставить послание в отдаленные места.
Фигура неслышным шагом подошла к двери и легонько постучала молоточком по медной табличке, прикрепленной к стене. Та отозвалась на удивление звонко, извещая хозяев о прибытии гостя. Через пару мгновений в двери открылось окошко и негромкий, с хрипотцой, голос спросил.
– Чего тебе надобно, странник? – звуки, что произносил привратник, выходили слегка шипящими.
Фигура протянула к окошку свиток, продетый в черный перстень с темно-красным, почти черным, камнем, и промолвила:
– Повелитель Гиперии, Харолан Део Алис, прозванный Карающим, повелел мне передать принцессе Елизавете Анионе Феликиане, временно находящейся на попечении монастыря Аэдас, послание. Часть послания велено передать в словах и лично принцессе. Наедине.
Окошко закрылось, зато с натужным скрипом открылась дверь. В узком проходе стоял сарс.
– Входи, но знай, что ты находишься в священном месте.
Фигура низко поклонилась и последовала за привратником, с интересом изучая всё вокруг. А посмотреть было на что. Монастыри Правильного Пути не предназначались для посторонних. Туда отправляли девушек из благородных семей для должной подготовки к браку. И то далеко не всех, а лишь тех, чьи родители обладали достаточным состоянием, чтобы оплачивать недешёвые услуги Монастыря. Для служителей монастыря все расы были равны, но только фениксы отправляли в Монастыри Правильного Пути своих дочерей с бурным прошлым. И если для остальных рас фраза: 'Она прошла обучение в одном из Монастырей Правильного Пути' – это высокая похвала, то для фениксов это чуть ли не ругательство.
Монастыри не принадлежали никому и являлись неприкосновенными. Но и в случае вторжения послушники-сарсы могут оказать достойное сопротивление. Это малоизвестная древняя и почти исчезнувшая раса змеелюдей, владеющая смертельной магией. Даже если кто-то посмеет ворваться в каменную цитадель, вряд ли он сможет тягаться с древнейшими знаниями и силами служителей.
Монастырь снаружи окружен высокой и крепкой базальтовой стеной без окон и с единственной дверью. Внутри же раскинулся сад, полный неизвестных растений. И змей. На одну из них посланец чуть не наступил, залюбовавшись окружающим пейзажем. Змеюка недовольно зашипела на него и поползла дальше. Посланец нечего не сказал, но наблюдал теперь не только за экзотическими деревьями и цветами. Посреди сада высилось мрачное трехэтажное здание с четырьмя башнями. Окошки – высокие, но узкие – давали мало света.
'А я все удивлялся, почему у этих невест такой вид, будто их из склепа выпустили'.
Провожатый подошел к монолитной стене здания – двери нигде не было видно – и нажал на определенный выступ в кладке. Потом толкнул стену впереди себя, и она бесшумно отворилась на манер двери. Войдя следом, посланец очутился в небольшой комнатушке с единственным окном почти у стены. Сарс сделал знак ждать его здесь, подошел к стене напротив входа и точно таким же образом открыл проход там. Входная дверь бесшумно затворилась, и посланец остался в полумраке. Свет из окна был крайне скудным, да и освещать практически нечего: две скамьи вдоль стен и голые камни. Время текло медленно, лениво. Вокруг не было слышно ни звука. Посланец, замерший посреди комнаты, не двигался. Наконец, внутренняя дверь открылась и другой сарс повелел посланцу следовать за ним. И они пошли. Через комнаты, коридоры, лестницы, многие из которых вообще не освещались. Наконец, на третьем этаже они вышли на галерею с внутренней стороны здания – внизу, в полностью изолированном от внешнего мира дворике, был небольшой садик со скамейками и фонтаном, где несколько девушек разных рас занимались рисованием и вышивкой.
Сарс открыл очередную дверь в стене, и они вошли в комнату с тремя окнами, шагов сорок в длину и тридцать в ширину. Обстановка довольно аскетична: небольшой шкафчик, узкая кровать, возле одного окошка столик, стул и два мягких кресла, возле кровати пушистый коврик. Все выдержано в черных и светло-голубых тонах.
'Интересный контраст, что-то в нём есть', – невольно отметил про себя посланец.
На кровати неестественно прямо застыла девушка. Первое, что притягивало внимание в хрупком создании – огромные черные глаза, густые брови и ресницы, а также голубоватого отлива волосы, крупными локонами спускающиеся на постель. Тонкое, бледное, чуть удлиненное лицо, где ярким пятном выделялись алые губы. Легкое, но полностью закрытое платье светло-зеленого цвета до пола с длинными рукавами. Ни вышивки, ни украшений. На вид ей сианов 35, но посланник знал, что ей 48. Принцесса Елизавета.
Посланник посмотрел ей в глаза и, наткнувшись на пустой взгляд бездушной куклы, вздрогнул. Повернувшись к сарсу, он тихо произнес:
– Не могли бы вы оставить нас наедине.
Тот отрицательно покачал головой и отступил к стене. Посланец чуть слышно вздохнул и приблизился к принцессе. Встав перед ней на одно колено, он склонил голову и протянул девушке свиток. Та не пошевелилась. Все в той же позе, не поднимая головы, посланец произнес:
– Ваш отец велел передать вам свою волю в свитке и в словах.
В ответ ни звука, ни движения.
'Ну, скажи же что-нибудь!'
– Через две лунные фазы за вами, принцесса, приедет эскорт, дабы проводить вас домой.
Никакой реакции.
– Сразу по прибытии в Креолу состоится ваше бракосочетание с принцем из светлых. Имя его пока не названо.
Девушка не шевелилась. Зато сарс, стоявший возле двери, с едва уловимым недовольством произнёс:
– Ее обучение еще не закончено.
'По-моему, дольше уже некуда, она и так скорее эльфийская статуя, чем живой феникс, хотя у тех и того больше жизни в камне, чем здесь'.
– Вам заплатят за весь период обучения, но заберут принцессу немного раньше назначенного срока, – ответил посланец, оборачиваясь к сарсу, потом опять повернулся к девушке. Та бездумно смотрела в одну точку перед собой.
– Ещё владыка просил передать, что только после этого окончательно простит вас. – Посланец поклонился и положил свиток на колени девушке, тот был уже без кольца. Поднявшись, феникс вновь поклонился принцессе и направился к выходу. У самой двери его догнал тихий голос, шелестящий как сухие листья на ветру:
– Я выполню ЕГО волю.
Посланец кивнул и вышел, сарс последовал за ним. Оставшись в одиночестве, Елизавета все так же смотрела в одну точку. Наконец она чуть слышно произнесла:
– И с радостью приму смерть от твоей руки. Мне давно уже незачем жить.
Никто никогда не знал, что боль, горе и отчаяние развили в ней страшный дар. Дар предвиденья.
ХХХ
– Проклятые на тебя, Ривен, где ты достал эту джерову краску? Она же не смывается!
– Где достал, там достал. Сирин, ты закончил обработку этих гоблинов?
– Конечно, осталось указать им место и они сделают все, чтобы добраться до артефакта, да и камешками не побрезгуют.
– Прекрасно, вот план монастыря.
– Боги, Кевин, ты план составлял или художественным рисованием занимался?
– Ну, уж извини, для меня никто специальную экскурсию не устраивал. В общем, сделаем так...
ХХХ
Тьма вокруг кромешная. Позади едва слышен лязг оружия, проклятия и вопли. Эти стены хорошо поглощают звуки. Вот и галерея. Двадцать три шага и справа должна быть комната принцессы. Да, вот и она. Кевин бросил зажигательную смесь в дворик и толкнул дверь. В комнате слабо горела единственная свеча. Принцесса Елизавета, 18 дочь повелителя Гиперии, одетая, стояла возле стола.
– Что это значит? – высокомерно спросила она, брезгливо окидывая взглядом фениксов, ворвавшихся к ней.
– Спасать тебя пришли, – насмешливо протянул Сирин. – А нам тут не рады.
Елизавета презрительно поджала губы и произнесла визгливым голосом:
– Как вы смеете врываться в священное место? Охрана! Наставник! – Кевин метнулся к принцессе и зажал ей рот рукой.
– Они все заняты, а мы тихонько уйдем, так что никто ничего не заметит.
Елизавета начала царапаться и вырываться, но безуспешно. Кевин ловко перехватил её и понес к выходу. Принцесса, как могла, мешала продвижению вперед. Феникс все больше злился. Наконец они с трудом добрались до леса и вскочили на лошадей. Кевин придерживал одной рукой поводья, а другой обезумевшую девушку. Увы, рот заткнуть ей было уже нечем.
– Скользкий червь, да как ты смеешь лапать меня своими гадкими руками! Да ты хоть знаешь, кто я?
– Помолчи.
– Да мой отец прикажет вас всех обезглавить, на рудники отправит!
– Замолкни!
– И как вы, глупцы, осмелились на это? Да вас будут пытать, покуда сами смерти не будете молить!
– Заткнись!! – рявкнул Кевин.
– И ты, какой-то недостойный бастард, смеешь на меня кричать? На меня, на...
Кевин резко остановил коня, отчего тот поднялся на дыбы, и принцесса чуть не упала на землю.
– Ты кого бастардом обозвала? – шипящим от сдерживаемых эмоций голосом спросил Кевин.
– Тебя, – усмехнулась принцесса. – Полукровка.
– На себя посмотри. Все знают, что твоя мать...
– Кевин, успокойся!
– Да и ты сама вряд ли просто так здесь очутилась!
– Кевин.
– Проваливай, я дарую тебе жизнь, но с условием, что ты некогда не вернешься домой.
– Меня все равно быстро найдут. Неужто ты думаешь, что я буду прозябать в этой глуши?
– И кто же тебя найдет? – Кевин спрыгнул коня и медленно, как хищник перед броском, направился к принцессе.
– Ты недооцениваешь сарсов. Они найдут меня еще до зари.
– Им будет не до того. – Кевин зашел Елизавете за спину, склонился и прошептал ей на ухо: – Ты знаешь место, где тебя никто не найдет. Воспользуйся им, пока не поздно.
– Нет, я слишком важна для отца, чтобы...
Боли не было. Скорее это похоже на внезапный обморок – резкое головокружение и темнота. Навсегда.
– Прости, принцесса, я не хотел, чтобы все получилось именно так, но ты не оставила мне выбора. Пошли! Нужно подкинуть тело на пути у отступающих гоблинов.
ХХХ
Лет в 12 я мечтала встретить прекрасного принца на белом коне, в 15 на мерседесе. В 18 поняла, что принцев мало, и на меня их скорее всего не хватит (а если и хватит, то, наверное, лучше бы и не хватало). А в 19 я его встретила.... Точнее, их.
Позвольте представиться, меня зовут Елена. Родилась, выросла и до недавних пор жила в Саратове. Не скажу, что красавица, но довольно милая (каштановые волосы до лопаток, карие глаза и неплохая фигура). Выросла на исторических романах и фэнтези. Школу закончила хорошо, сейчас учусь... хм, училась в МГУ на заочном на истфаке, работала. В общем, обыкновенная русская девушка, вроде бы ничем особенно не примечательная.
В Бога не верила. До недавнего времени.
С чего бы начать мою непутевую и довольно безумную историю?
Хм... ну что ж, начну, пожалуй, с довольно примечательного, но пренеприятного вечера, когда... я в очередной раз поругалась со своим очередным парнем. Ну что я могу поделать, если я слишком серьезно отношусь к слишком близким отношениям, и что срок знакомства, в целых полтора месяца для меня совершенно неубедительный довод? Так вот, разругавшись в пух и прах с Вадиком, я медленно шла домой, бедная и несчастная. Наверно, я бы так и дошла домой, где, уткнувшись в подушку, прорыдала бы полночи, жалея себя, бедную и непутевую, если бы не наткнулась на Юльку с компанией.
Юля, одна из моих лучших подруг, резко отличается от меня крайне веселым и беззаботным характером, кстати, это она познакомила меня с Вадиком (впрочем, как и с большей частью моих других бывших парней). Так вот, когда я увидела Юлю, ей было уже очень хорошо от выпитого вина, а, может, чего и посильнее. А когда этой девушке хорошо, то ей обязательно нужно сделать так, чтобы и другим было тоже хорошо (по ее меркам). Вот и теперь, увидев меня, она радостно завизжала, слезла-соскользнула с колен своего парня и метнулась ко мне, чуть не сбив с ног и повиснув камнем на шее.
– Ленка! Как я рада тебя видеть! Мы сегодня гуляем. Пошли с нами! У нас вино еще осталось, и закусь...вроде бы. – потом, прижавшись губами к моему уху, громко прошептала: – А еще Дима травку достал. Классная!
Я подумала полминуты, потом пожала плечами и выдала кривую улыбку:
– Хорошо, пошли.
Юля, еще раз радостно взвизгнув, отцепилась от моей шеи, схватила за руку и потянула к компании.
Вообще-то я галлюциногены не очень уважаю: в компаниях они достаются в небольших количествах и особого действия не вызывают, но сегодня, может, хоть расслабиться помогут.
Не успела я поздороваться, как Юля взяла дело в свои руки:
– Ребята, это Лена. Она сегодня с нами погуляет. Сергей, поухаживай за девушкой и избавь ее побыстрее от хандры! – Я мысленно застонала: 'Опять! За что?'. Парень, к которому она обращалась, весело улыбнулся (надо сказать, довольно красивый, высокий, темноволосый – может, все-таки ничего?) и принялся меня методично спаивать.
Остаток вечера-ночи я помню весьма смутно. Траву мы все-таки у кого-то покурили, а потом я быстро отключилась, уж больно напряжённый выдался день.
ХХХ
Очнулась я в совершенно другом помещении, светлом, свежем, залитым солнцем, лежа на довольно жесткой кровати. Потолок был не просто высокий, а очень высокий, с узором. Я повернула голову направо – там большое окно во всю стену и видны верхушки деревьев. Посмотрела налево, а там... Нет, я, конечно, знаю, что от передозировки и глюки бывают, и умирают, но не настолько же, чтобы очутиться в Раю, да еще и рядом с ангелом! Я видела ангелов на фресках, иконах и так далее и тому подобное – с людей списаны, людей и напоминали. Но это... От него взгляда невозможно оторвать! Кожа с золотым загаром, такое чувство, что даже слегка светится, темно-золотые локоны чуть ниже плеч (у людей я такого цвета волос в жизни не видела), аккуратные ногти, ухоженные руки (он что, в салон красоты каждую неделю ходит?), и шикарнейшие белые крылья за спиной. Он сидел в кресле боком ко мне и, похоже, что-то читал, или спал – лицо скрывали волосы, так что точно сказать я не могла. Будто почувствовав, что его рассматривают, ангел повернулся ко мне. Ох, и зря он это сделал! Потому что я теперь на парней точно смотреть не захочу. Овальное лицо, губы ближе к тонким, большие серые глаза, золотые брови, высокий лоб – совершенство в деле, на которое хотелось смотреть вечность. Ну почему я не художник?!
– Очнулась? – голос оказался красивым, но вполне человеческим.
– Вроде бы, а ты кто?
– Хм, зови меня... Алаареном.
– Ала... как? А покороче нельзя?
– Алаарен, я для тебя и так имя сократил, – буркнул он (вау, ангелы и такое умеют) – переоденься, – кивок на изголовье кровати. – Приведи себя в порядок. Ванная вон там. Я за дверью подожду. – И вышел.
Кстати, одежда на нем была вполне нормальная: светлые штаны и белая рубашка, а не тога – может, он не ангел никакой? Хотя крылья вроде настоящие. В результате все время, пока я 'приводила себя в порядок', гаденький внутренний голосочек упорно убеждал меня, что я или сошла с ума, или попала туда, куда дорога мне давно заказана (хотя бы за атеизм), так что напрашивается вывод – я сошла с ума. М-да, не слишком успокаивающе.
То, что Ала... Алаа... тьфу ты, в общем, Ал, назвал ванной, оказалось шикарным помещением с небольшим умывальником, столиком, на котором лежало пушистейшее полотенце и гребень (фу, какая гадость) и мини-бассейном. Пол и стены покрывала плитка – я сразу же захотела её себе домой – простая серебристо-белая и...теплая. Похоже, даже ангелы не чураются своеобразного комфорта.
Выделенная одежка оказалась платьем, простым и очень удобным, правда, на мой взгляд, слегка коротковатым (ладно, если по лестнице будем подниматься – Ала, вперед пропущу).
Ал ждал, как и обещал, за дверью, в пустынном коридоре, прекрасно освещенном солнцем и полностью (кроме потолка) выложенным этой светлой плиткой (теплота!). Быстро окинув меня взглядом, он повернулся и рукой показал следовать за ним. Я нагнала его и только открыла рот, чтобы задать первый вопрос, как Ал, не оборачиваясь, сказал:
– Сейчас все поймешь. Только постарайся обойтись без глупых вопросов и лишних реплик.
Я недоуменно закрыла рот, открыла снова, подумала и вновь закрыла. Тем временем мы дошли до конца коридора и начали спускаться вниз по лестнице. И в течение следующего получаса мы проходили по коридорам, залам, спускались и понимались по лестницам... и не встретили ни души. Странно. Наконец, Ал остановился перед небольшой дверцей в конце очередного коридора и открыл ее, пропуская меня вперед. Мы очутились в каком-то закутке библиотеки. Передо мной высился стеллаж с книгами, точнее со старинными рукописями, обтянутыми кожей. Я запрокинула голову. Ого! Стеллаж возвышался почти до потолка, а это не меньше пяти метров. Ал легонько подтолкнул меня рукой, и я пошла по проходу между стеллажами впереди его. Потом мы двинулись направо, вперед, снова направо, потом налево... Ну и катакомбы! И везде книги, книги, книги. Я успела окончательно заблудиться, когда после очередного поворота мы вышли к окну, возле которого было относительно много свободного от стеллажей места. Его занимали три кресла и небольшой столик, два из них были свободны, а в третьем сидел, забравшись в него с ногами, красивый мальчик лет 6-7 и читал книгу. Волосы его были серебряными, кожа золотистой, крыльев не видно (может, они потом появляются?). Я приблизилась к нему, пытаясь получше рассмотреть. Тут он поднял голову от книги и посмотрел мне в глаза, пригвоздив взглядом к полу.
Я, конечно, слышала выражение 'старые мудрые глаза', но это... Они были не просто старыми, а древними, и, казалось, впитали в себя знания тысяч, миллионов, миллиардов лет, и тяжесть этого взгляда, казалось, невозможно было вынести. Тем не менее, я не могла отвести глаз.
– Садитесь, – он не шевельнул губами, но я услышала, поняла, что он сказал, но не смогла пошевелиться, пока он не опустил глаза к книге, и лишь потом начала ощущать, что я могу и умею двигаться. Так я познакомилась с Творцом.
Когда мы сели, Творец опять заговорил.
– У тебя возникает множество вопросов, но на большую часть из них я сейчас ответить не могу. – А когда? – Зато расскажу тебе, то что действительно нужно в данной ситуации... Честно говоря, я не думал, что ты откликнешься на призыв.
– Так вот... – Творец задумчиво почесал подбородок, – с недавнего, хм, для меня, времени – это значит приблизительно 25 тысяч лет назад – начал стремительно развиваться один из воинственных народов – эндационы. После великого Проклятия и последовавшего за ним Смутного периода, защита вокруг Земли начала ослабевать. В последнее время у меня есть веские основания считать, что в самом ближайшем будущем она окончательно исчезнет.
– Извините, если я что-нибудь из этого поняла...
– А это для тебя не столь важно. Важно другое. А именно то, что с падением защиты Земля появится на экранах многих радаров и ей не замедлят заинтересоваться. А так как ближайшие наши соседи – эндационы, то скорее всего они и будут первыми, кто прибудет на вашу планету. И, вполнее возможно, последними. К тому же эта раса появилась не так давно, поэтому я не уверен, что она может дать толчок к слиянию. На ваш народ возложена великая миссия защитников, и если вас разбросают по Вселенной, то это не улучшит сложившуюся ситуацию...
– Э-э... уважаемый, знаете, спасение планет несколько не в моей компетенции. – Я решила не заморачиваться на частностях, в которых ничего не понимала. – По-моему, вы просто-напросто ошиблись, решив возложить столь ответственную миссию на такого безответственного человека, как я. Так что я, пожалуй, пойду, – я поднялась, чтобы уйти (правда довольно смутно представляя, куда именно).
– Сядь! Тебе и не придется ничего спасать. – Да? А с ваших слов не похоже. – Тебе нужно будет немного подкорректировать историю, направив ее в иное русло. – Что? Да я лучше Землю спасать буду, чем историю изменять. Себе дороже. – Тебе нужно попробовать сделать так, чтобы возродилось былое величие фениксов.
– Да ну. И как мне это прикажете сделать? – эти слова я произнесла уже вслух.
– На месте разберешься.
Я хотела, что-то еще сказать, но этот... Творец хлопнул в ладоши и... исчез. Нет, ну вы видели хама? Кто-то положил мне руку на плечо, отчего я подскочила и резко развернулась. Это был Ал.
– Пошли, нам еще нужно подготовиться к ритуалу.
– Какому еще ритуалу?
– Вы это называете телепортацией, пошли.
Ангел развернулся и направился к проходу в стеллажах. Мне пришлось спешно идти за ним, ведь если я потеряюсь здесь, то буду блуждать до конца жизни, если меня никто ненароком не найдёт. Больше ни одного слова из ангела выбить не удалось. Уж больно мрачный он какой-то.
Ал проводил меня до комнаты и предложил (правда, ледяным тоном) подождать, а заодно ознакомиться с кое-какой информацией, после чего закрыл дверь и ушел. Информации же оказалось с пяток толщенных папок.
М-да, и за сколько, они предполагают, я их прочитаю? В лучшем случае за неделю, – вздохнула я, садясь и пододвигая к себе верхнюю папку.
Прогноз оказался несколько пессимистичным, так как сведения были интересными и доступными в изложении. Наконец, потерев уже слезящиеся от долгого чтения глаза, я откинулась на спинку кресла. За окном все так же светило солнце, но, скорее всего, прошло более 12 часов, а сюда никто так и не заглянул. Про меня что, все забыли?
Я потянулась, встала, прошлась по комнате. Скучно. Спать не хотелось, есть, как ни странно, тоже. Наконец, дверь отварилась, и вошел Ал. Я уже хотела сказать ему что-нибудь язвительное, но, присмотревшись, передумала. Он был весь бледный и какой-то осунувшийся. Такое чувство, что мы не виделись не полдня, а, по крайней мере, полнедели, во время которой он усердно постился и избегал солнечного света.
– Все прочитала? – спросил он, подходя ко мне.
– Да, а... – закончить я не успела, так как Ал положил мне два пальца на лоб и я отключилась, то ли услышав, то ли почувствовав его 'прости'.
ХХХ
В комнате было темно, лишь одинокая свеча на столе давала немного света. В креслах у стола сидели двое и неспешно пили вино. Индинга, полуэльф, небрежно развалился, закинув ногу за ногу, и наблюдал за своим напарником, который о чем-то размышлял. Искорки, плясавшие в голубых глазах, и постоянная полуулыбка на губах создавали впечатление весёлого и ветреного молодого эльфа, для поддержки этого же заблуждения он часто надевал дорогие наряды и побрякушки вроде колец и браслетиков. И лишь манера держаться, ленивые, но точные жесты, да длинные волосы, заплетенные в косички особым образом, и указывали на эльфа, который совсем не безопасен, но об этом мало кто знал. Наконец, Индинга отставил бокал с вином, усмехнулся и произнес, обращаясь к своему напарнику:
– Может, хватит витать в Эндских садах? Мы ведь ее даже не нашли, а ты уже о делёжке думаешь!
Напарник перестал смотреть сквозь бокал с бледно-розовым вином и бросил слегка недовольный взгляд на эльфа:
– Не нашли... но найдем. Ирид знает свое дело.
– Ирид! – невольно скривился Индинга. – Он только хвастаться умеет, а девчонку найти вот уже третью луну не может! Я бы на твоём месте...
– Не стоит нападать на Ирида. У него и вправду сложная задача.
– Как же, сложная! Только и дел, что найти пропавшую принцессу, имея при себе кровь её ближайших родственников.
– Принцессу? Нет, скорее всего, это будет обычная девчонка.
– То есть как? – неподдельно изумился Индинга, – разве он ищет не Елизавету?
– Елизавету? Да она давно мертва, – недовольно отмахнулся его собеседник. – Нет, Ирид ищет девчонку, подходящую по...
В этот момент дверь открылась, и на пороге показался дух. От сильного волнения он потерял четкие очертания и теперь больше всего походил на темную тучу человекоподобной формы с горящими от восторга глазами.
– Я ее нашел! – Воскликнул Ирид, с триумфальным видом переводя взгляд с Индинга на Кела. – Она подходит почти по всем параметрам.
– Где она? – спросил Кела, моментально вскакивая на ноги.
– Ну-у, -сразу же пошёл на попятный дух, – это довольно сложный вопрос...
– Ты нашел девчонку, но не знаешь где? – не поверил услышанному Индинга.
– Вообще-то знаю, но не точно, ее планета находится за Сизой туманностью.
– Что?! – взвыли Индинга и Кела в один голос.
– А ты у наисов искать не пробовал? – ласково спросил Индинга, – их тоже не очень трудно найти, всего лишь пересечь пару границ и Мертвые просторы...
– Я не сказал, что она из наисов. А координаты у меня есть, более-менее точные... – слегка замявшись, пробормотал дух.
– Ага, всего лишь пару галактик прочесать! – съязвил эльф.
– Успокойся Индинга! – рявкнул Кела, – по-моему, проблема не в этом.
– Да не в этом, – вздохнул Ирид. – Мы должны будем найти ее на планете, и она должна согласиться пойти с нами по своей собственной воле, иначе никак. – Развел он туманообразными руками.
– То есть без ее согласия мы не сможем ее забрать? – уточнил Кела.
– Боюсь что так. И еще одна проблема: там есть какие-то силы, которые могут нам помешать, но я не понял, что это.
– Не вопрос, – встрял Индинга, – главное ее найти, а уговорить и увезти в целости и сохранности я сумею!
– Ты уверен? – испытывающее глянул на него Кела.
– Конечно! – ухмыльнулся эльф.
ХХХ
– Дурында криворукая!
Служанка от удара отлетела к стене и тоненько заскулила от ужаса. Лоалэн недовольно осмотрела своё отражение в зеркале. Крылья раздраженно взметнулись за спиной и опали. Как она покажется на вечернем празднестве с этим убожеством на голове? Демонесса резко развернулась к провинившейся служанке. Как ей не хватало Илии, этой эльфийки, которая так чудесно могла уложить волосы в сложнейшие причёски, которые теперь никто не может повторить! А её умение накладывать макияж, составлять мази и притирания! А всё из-за этого жалкого инкуба. И как она не досмотрела, что её служанка начала по ночам гулять неизвестно где?
Нужно было просто сказать отцу, чтобы отправил этого безродного хиляка на войну с ангелами, а там бы он тихо-мирно пропал без вести. Но нет, Лоалэн настолько разозлилась, когда эльфийка призналась, что хотела бы выйти замуж за это ничтожество, что в самых грубых выражениях высказалась о том, что Илия принадлежит только ей с потрохами. Ей. И больше никому. А эта чувствительная эльфийка закололась от отчаяния, стоило её госпоже в раздражении выйти из комнаты.
И вот уже больше года демонесса безуспешно пытается найти замену Илии. И вряд ли уже найдёт. Эльфов удавалось заполучить исключительно редко, а остальные им в подметки не годятся. А с Илией можно было даже поговорить, когда находило такое настроение. Лоалэн к ней уже привыкла, и вот – нате!
– Пошла вон!
Служанка моментально выскочила за дверь, в которую секунду спустя ударилась эрийская расписная ваза, брызнув в стороны хрупкими осколками. Следом полетело зеркало и пуфик.
Владыка демонов тратил бешеные деньги на убранство комнаты единственной дочери: у той была плохая привычка устраивать погромы, если ей что-либо не нравилось. Девушка даже не услышала деликатного стука в дверь, поэтому спокойный голос отца, прозвучавший за спиной, стал для неё неожиданностью.
– Лоалэн, успокойся. Мне нужно с тобой поговорить. Во-первых, что произошло?
– Да ты посмотри на мою причёску! – демонесса вскинула руки, едва не рыдая от досады. – Что это за убожество? Как я могу показаться перед гостями в этом?!?
– Попроси Вэну навести иллюзию, – мягко предложил Маргаст.
– Иллюзия – это не то, я хочу настоящее! И именно такое, как делала Илия!!
Владыка демонов только вздохнул. У его дочки был на редкость тяжёлый и взрывной характер. Именно поэтому Маргаст до последнего момента малодушно откладывал этот разговор, но больше тянуть уже нельзя. Сегодня вечером Лоалэн должна будет сделать свой выбор. Владыка демонов горько вздохнул: он желает только добра своей дочери и не хочет видеть её засидевшейся в старых девах.
– Лоалэн, послушай меня, тебе сегодня исполняется сто пятьдесят лет.
– А типа я не знаю, – огрызнулась демонесса. – У меня сегодня такой праздник, а я буду выглядеть, как чучело, а всё из-за...
– Ты девушка красивая, – как ни в чём не бывало продолжал Маргаст, – видная, обладающая завидным положением и состоянием.
Лоалэн так мрачно посмотрела на своего отца, что тот невольно закашлялся, а потом слегка неуверенно предложил:
– Пошли в сад, прогуляемся.
По дороге они не обменялись ни словом. Владыка демонов с горькой иронией думал о том, что он запросто справляется с делами государственными вот уже четыре сотни лет, он прекрасный дипломат, идеальный воин, у него трое сыновей, которыми он гордится, вот только он не смог должным образом воспитать свою дочь и до сих пор не может ей ни в чём отказать, а сама мысль причинить ей боль хоть ненароком повергает его в тихую панику.
– Давай сядем здесь, – предложил Маргаст, указывая на резную скамью, когда они углубились в сад достаточно, чтобы их не было видно и, как он надеялся, слышно от дворца.
Лоалэн чинно села. Она неотрывно смотрела в лицо отца, понимая, что тот собирается сказать что-то важное, иначе бы не намекал на её статус в иерархии демонов.
– Дочь, ты уже вошла в тот возраст, когда большинство демонесс из благородных родов уже вышли замуж...
– Отец, – взмолилась девушка, – только не надо начинать вновь! Я чётко сказала: я выйду замуж ТОЛЬКО по любви. Иные варианты даже не рассматриваются.
– Но демоны неспособны любить! – взвыл Маргаст. – Эта эльфийка наплела тебе глупостей!
– Я сказала: нет. И разговаривать нам не о чем, – холодно ответила Лоалэн и встала, чтобы уйти.
– Я тебе хотел предложить выбор, – вспылил Владыка демонов, в очередной раз натолкнувшись на стену железобетонных, но, увы, эфемерных, суждений дочери. – Но ты сама от него отказываешься. Сегодня вечером я сам объявлю твоего избранника.
– Ты не посмеешь, – застыла девушка.
– Ты не оставляешь мне выбора, – покачал головой Маргаст и быстрым шагом удалился по направлению к дворцу. Лоалэн казалось, что мир начал медленно рушиться. Нет, отец не посмеет так поступить с ней! Любовь существует, неправда! И Лоалэн просто обязана её найти, ведь это то, ради чего умерла Илия, а уж эльфийка-то знала толк в чувствах. Она должна догнать отца и серьёзно поговорить с ним. Он её знает, он поймёт, что это не простая блажь девчонки. Ей бы только ощутить, кто её избранник, а расстояние не имеет значения: она давно нашла заклинание, которое перенесёт её к тому, кого она полюбит. А то, что она полюбит, в этом нет сомнения. Ритуал кровавых костей очень сложен и отбирает до десяти лет жизни, но он всегда безошибочно точен, ибо ответ на заданный вопрос даёт одна из прядильщиц.